Оригинальное название: Watermark
Фандом:
Angel Sanctuary
Автор: Branch
Переводчик: Menada_Vox
Рейтинг: PG-13
Размер: драббл
Статус: закончен
Жанры: драма
Краткое содержание: Алексиэль беседует со Шляпником. Шляпник неожиданно увлечен. Бесстыдный крылофик.
Предупреждения: (от переводчика) если вы читали Angel Sanctuary, вам уже ничего не страшно
Дисклеймер: правообладателем вселенной Angel Sanctuary и персонажей является Каори Юки. Сюжет принадлежит Branch. Мои только перевод и баннер.
Разрешение на перевод: получено
Ссылка на оригинал: http : / www. branchandroot. net /archive /2009 /05 /watermark/
Размещение: запрещаю. Если хотите, чтобы было опубликовано где-то ещё, свяжитесь со мной, дайте ссылку на ресурс, там видно будет.

Водяные знаки

Временами Белиал не на шутку завидует созданиям Зла, вернее, их крыльям. Раскрытые крылья Кюраи, например, являют миру не только прекрасные оттенки дымчатого стекла, но и восхитительную гладкость.

У Белиал, как и у любого ангела, крылья покрыты перьями.

И по большей части Белиал перья очень даже нравятся. Пернатые крылья выразительны, а из выпавших перьев получаются замечательные дистанционные носители силы. Нельзя отрицать, однако, что у перьев есть некоторые неизбежные недостатки, и один из них то, что будучи мокрыми, они слипаются самым жалким образом.

Мало что выглядит настолько же нелепо, как ангел, будь то падший или нет, в процессе отмывания своих крыльев.

Именно по этой причине Белиал предпочитает мыть крылья, когда ванная комната в ейном безраздельном распоряжении, и прикладывает определенные усилия, чтобы обеспечить это даже в текущих нестабильных пространственных условиях, которые не дают никакой уверенности в том, куда переместится та или иная дверь, или кто в неё зайдёт. И потому, наверное, вполне понятен шок, в котором он(а) замирает, когда дверь открывается, поскольку кто-то не только увидел вход сквозь наложенную Белиал иллюзию, но и прошёл внутрь.

Белиал стоит, с ейного тела на пол ручьями стекает вода - крылья вот только-только облиты водой в последний раз, и смотрит на улыбку Алексиэль. Бесстрастный уголок ейного разума отмечает, что Алексиэль, вероятно, даже не заметила чары на двери.

- Шляпник! Я не знала, что здесь кто-то есть.

Белиал старается не скрипеть зубами.

- Кое-кто как раз заканчивает, - говорит он(а), поднимаясь по ступенькам из купальни. – Кое-кто не станет тебе мешать.

- Ничего страшного, - Алексиэль скользит в воду и довольно вздыхает. – Иногда компания — тоже неплохо.

Белиал уклончиво хмыкает, размышляя чуть сварливо, как это Алексиэль умудрилась сохранить способность Сецуны не замечать ничего вокруг себя. Он(а) вытирается резкими движениями, а потом волей-неволей делает паузу перед лицом дилеммы. Ейные крылья промокли насквозь. В таком состоянии он(а) не может свернуть их - это вызовет крайне неприятные ощущения, притом что развоплощённые сложенные крылья — это и так некомфортно. Если просто оставить их мокрыми, то пройдут долгие часы, пока они высохнут. Ангел с промокшими крыльями выглядит, конечно, глупо, но ещё более глупо выглядит ангел, трясущий крыльями, чтобы подсушить их хотя бы наполовину. Подпрыгивающий и дёргано трепыхающийся во все стороны. Так себя вести стыдно даже в полном одиночестве, которое, кстати, в данный момент было совершенно не достижимой мечтой. Белиал стискивает зубы и тянется за халатом. Значит, всё-таки пройдут долгие часы.

- Ты что, собираешься просто оставить свои крылья вот так? – в голосе Алексиэль звучит удивление, и, Белиал приходится это признать, вполне обоснованное.

- Кое-кто выйдет на солнышко; там они высохнут, - отвечает он(а) коротко.

Сзади фыркнули.

- Не глупи, тебе надо хотя бы их причесать, а то они будут чесаться, когда высохнут.

Послышался всплеск.

- Вот. Садись, я помогу.

Шлёпая босыми ногами, Алексиэль заходит Белиал за спину, попутно толкнув жертву вниз на кипу полотенец, бесцеремонно надавив рукой на ейное плечо. Пока Белиал сидит в смущении, она шарит по полкам ванной комнаты и находит смазанный жиром гребень для перьев, а потом устраивается на полу за ейной спиной.

- Ты… но… - бессвязно бормочет Белиал - это предложение застигает кое-кого врасплох. Никто никогда не прикасается к ейным крыльям, это так… Он(а) дёргается, когда Алексиэль кладёт руку на верхний изгиб одного крыла, чтобы держать его ровно, и начинает разбирать перья сверху вниз. От прикосновения по тончайшей чувствительной коже пробегает дрожь. Он(а) смотрит через плечо слегка расширившимися глазами.

- Что ты делаешь? – спрашивает он(а) тихо.

Алексиэль поднимает глаза и строит гримаску.

- Я не пытаюсь соблазнить тебя, Шляпник, упокойся. Я всего лишь помогаю тебе привести в порядок крылья. Вот и всё, - она снова сосредотачивает всё внимание на причёсывании пёрышек. – Разве друзья никогда раньше не помогали тебе расчёсывать крылья?

- Нет, - после долгого молчания бормочет Белиал.

Движения Алексиэль замирают, но она больше не поднимает головы.

- Долгое время – и мне тоже нет, - говорит она наконец. А потом добавляет, - Постарайся расслабиться так, чтобы опустить и другое крыло. Его сведёт судорогой, если будешь держать его мокрым и раскрытым всё это время.

Волны непривычных ощущений под пальцами Алексиэль смущают Белиал, и в замешательстве не удаётся придумать весомый протест. Остаётся медленно опустить и второе крыло.

Руки Алексиэль были нежными, пальцы бережно и легко разъединяли мокрые перья и вытирали их насухо.

- Кое-кто не ждал тебя в своей ванной, - замечает Белиал, просто чтобы заполнить тишину вокруг них.

- Ну, - усмехается Алексиэль, - я-то думала, что иду как раз в свою, но оказалась здесь, - она вздыхает, разглаживая кончиками пальцев сырые перья, - эта земля обладает собственным разумом, даже не сомневайся.

Белиал кривится.

- Как и большинство творений Создателя. Чувствуется приятная ирония.

Это звучит куда более хрипло, чем хотелось бы.

Алексиэль гладит крыло, которое причёсывает, и Белиал слышится улыбка в её голосе.

- Ну, вот видишь. Говорила же – расслабься, - Белиал бьёт дрожь, когда руки Алексиэль оглаживают ейное всё ещё мокрое насквозь крыло, и Алексиэль остановливается. – Или может нет. Ну же, Шляпник, так не пойдёт. – Её руки скользят вверх по голой спине Белиал, аккуратно разминая мышцы вокруг крыльев.

Закусив губу, Белиал сдерживает всхлип. Руки Алексиэль такие тёплые, что он(а) уверен(а) - в них магия; ощущение такое, будто её пальцы скользят прямо в спину Белиал, под кожу, вылепляют, гладят, придавая телу другую форму.

- Алексиэль… - он(а) хочет отодвинуться, в ужасе от одной мысли, что может сделать сила Органического Ангела – даже кое с кем.

Руки Алексиэль скользят вверх по ейным плечам, без усилий удерживая на месте.

- Ну-ну, ш-ш-ш. Всё в порядке, Шляпник, я осторожно, обещаю. Ух ты, у тебя тут сплошные узлы! Знаешь, тебе нужно лучше о себе заботиться.

Эта обыденная, бездумная забота, которая осталась Алексиэль в наследство от её жизни Сецуной, может, и забавляет прежнего Господина Преисподней, но Белиал ещё не знает, как на неё реагировать. Так что — снова - он(а) реагирует, не делая абсолютно ничего.

Конечно, после этого Белиал осталось только не дыша распластаться на скамье ванной комнаты, с каждым мгновением всё больше сдаваясь вялости, в то время как руки Алексиэль двигались повсюду по ейным крыльям, её сила струилась над Белиал — медленно, бережно, очень интимно.

Пожалуй, в недалёком будущем ейной стратегии не повредит небольшой пересмотр.

- Знаешь, я рада, что ты заботился о нём, - шепчет Алексиэль, - о Люцифере, - добавляет она в ответ на вопросительный вздох Белиал. Её богатый модуляциями голос подрагивает от веселья. – Даже когда это выражалось в твоих попытках в прошлом подчинить мою инкарнацию своей власти.

- Он кое-кому повелитель, - шелестит Белиал. А потом дразнит слегка, добавляя в тон сарказма: Кое-кто преисполнен благодарности за твоё милостивое прощение.

Алексиэль смеется, ероша перья Белиал своим дыханием, и от этого чуть знобит.

- О твоём прощении я не говорила ни слова. Я просто сказала, что рада.

Её честность, точность выбора слов завороживает Белиал, и он(а) еле-еле, чуть громче дыхания стонет, когда трепет от этой прямолинейной правды переплетается с ощущением рук Алексиэль на ейных крыльях.

- А. Так вот в чём с тобой дело, - хмыкая, тянет Алексиэль, приглаживая раскрытые крылья Белиал в последний раз, и встаёт. - Ты алчешь честности и прячешь свои тягу за личиной жульничества.

От проницательности Алексиэль Белиал неволько резко втягивает воздух и не сопротивляется, когда Алексиэль наклоняется и поднимает ейное лицо тёплыми руками.

- Пожалуй, я понимаю, почему он зовёт тебя безрассудной бабочкой. - Её губы прижимаются ко лбу Белиал. - Я запомню. - На строгом красивом лице появляется кривая улыбочка, и Белиал моргает. - И я серьёзно говорю, тебе следует лучше о себе заботиться.

Слов для ответа почему-то не находится. Алексиэль нежно пропускает пряди ейных волос сквозь пальцы и уходит, оставляя Белиал в чувственном раздрае и со сбитым дыханием на полу ванной комнаты.

Белиал сидит, развалившись в кресле, и разглядывает перо, перебирая его пальцами.

Обычно, ейные перья - очень привлекательного чёрного цвета. Он(а) так и не решил(а), почернели перья падших ангелов по их воле в знак преданности Люциферу, или это просто проявление тяги Создателя к неуместному символизму, но кое-кому всегда доставляло удовольствие, что они сочетаются по цвету с крыльями ейного повелителя.

Теперь же самые краешки перьев сияют живым, трепещущим светом. Насколько он(а) может судить, точно такой же цвет - у крыльев Алексиэль.

Выглядит так, будто в цвет Алексиэль кое-кого просто обмакнули.

Белиал поднимает перо к свету:

- Я не принадлежу ей, - сообщает он(а) ему. - Я принадлежу только моему повелителю.

Белая кромка пера сверкает, как улыбка.