Глава 2. Пленник.

В подвале было достаточно сухо и тепло, Гакупо подтянул колени к груди и обнял. Он не знал, сколько уже просидел так: время проходило незаметно. Гакупо пытался считать, но ему это быстро надоедало, хотя в подвале заняться оказалось совершенно нечем.
Камуи пытался снять наручники, но лишь поцарапал запястья. Один раз ему принесли еду, к которой Гакупо не притронулся. Он не думал, что ему подсунули отравленную пищу, просто есть совсем не хотелось. Мальчик уткнулся лбом в коленки и задумался о побеге.
Мощная дубовая дверь, коей впору было стоять на входе в опочивальню какого-нибудь короля, являлась очень мощной преградой. Такую не вышибет и взрослый мужик, не то что шестнадцатилетний подросток. И отмычку сделать не из чего, все-таки Гакупо – не Гакуко, чтобы носить в волосах заколки. Хотя при раскопке артефактов он иногда закалывал чем-нибудь волосы, вызывая добродушные смешки у остальных членов команды. Но сейчас он был не в походе, а сидел в маленьком подвале.
Иногда, когда Гакупо прислушивался, ему удавалось различить неясный шум голосов. Однако расслышать большее мощная дверь не позволяла. Да и то Камуи не мог сказать, что эти голоса не плод его воображения. Стали бы похитители говорить рядом с камерой пленника?
Однако Гакупо не отчаивался. Рано или поздно его выведут из подвала, тогда уж он приложит все усилия, чтобы во второй раз его не поймали. Как он это сделает, мальчик пока не решил, однако подобные размышления отвлекали его от горестных мыслей о семье и друзьях. Камуи искренне надеялся, что им всем удалось спастись.
Гакупо отчаянно старался не представлять, что с ними могли сделать восставшие, не различающие врагов и друзей.
– Зачем им это?
Гакупо не считал, что Император так уж плох, хотя и хорошим его точно не назовешь. Однако неизменность фигуры на престоле немного успокаивала, обещая время без потрясений. Кто знает, как поведет себя новый правитель? Иногда лучше застой, чем бурные перемены. Это понимал даже мальчик, хоть все считали, что он еще слишком молод, чтобы разбираться в политике.
Неизвестно, думали ли зачинщики так же. Впрочем, на Гакупо им было сейчас наплевать. Восстание выходило из-под контроля, Император упрямо не сдавался, хоть полгорода уже лежало в руинах. Кано*-старший, среднего роста мужчина, слегка располневший, с мелкими чертами лица и водянистыми глазами, внебрачный сын Императора, сжимал кулаки в ярости. Его младший брат, напротив высокий и стройный, с короткими каштановыми волосами и пронзительными карими глазами, ехидно улыбался, приподняв бровь. Его немного веселили эмоции на лице старшего.
Особенно занимало то, как тот нервно ходил по его кабинету и постоянно пытался зацепиться за какую-нибудь мелочь, чтобы разораться и выпустить пар. Однако Кано-младший не держал у себя ничего лишнего: добротный деревянный стол с несколькими ящичками, бумаги, сложенные аккуратными стопочками, шкаф у стены, заставленный книгами. Не было даже ковра, а занавески на окне висели самые дешевые и немаркие. Единственным излишеством являлась маленькая мраморная статуэтка танцовщицы, но ее поставил сюда не хозяин комнаты, а его брат.
– Я не понимаю, отчего ты такой радостный, – зашипел змеей Кано-старший.
– Радостный? Что ты, я всего лишь слегка разбавил скуку твоими действиями.
– Скуку? Разбавил скуку? Дело всей моей жизни сейчас в руках какого-то сброда, а ты всего лишь слегка проснулся?!
– Успокойся.
Кано-младший резко вернул лицу спокойное выражение. Он был куда сдержанней, хитрей и расчетливей своего брата. Многие именно его называли главным заговорщиком и серым кардиналом. Тот лишь отмахивался, убеждая, что служить императору – самая большая честь для него. Только хитрецу не верили.
– Если ты позволишь сейчас взять верх своим эмоциям, то ни о каком захвате власти и речи не пойдет. Будущий император не имеет права так себя вести.
– Хорошо. Что ты предлагаешь?
– Ждать.
– Ждать?
– Именно. И готовить пути к отступлению, если ничего не удастся. Сейчас от нас мало что зависит. Расслабься.
Кано-старший скрипнул зубами. От брата он избавится сразу же, как станет Императором. Не нужны ему умные и амбициозные родственнички за спиной. Неизвестно, понимал ли это Кано-младший. Скорее всего, понимал, зная характер своего «братишки». Впрочем, что он собирался делать – оставалось загадкой для всех без исключения.
– Я отлучусь ненадолго. Надо проверить, как идут дела.
Кано-старший хмуро глянул на него. Дела шли… с переменным успехом. И брат это прекрасно знал.
– Не забывай, у нас в рукаве есть козырь: мальчишка, внук героя. Император не посмеет ничего с нами сделать, пока он в заложниках, иначе войска, обожающие его деда, перейдут на нашу сторону.
– А мы не можем просто поставить его вперед и сказать, чтобы все шли за нами?
– Нет, что ты. Мальчишка – гарант только нашей безопасности. И использовать мы его сможем только в самый последний момент, чтобы спасти свои шкуры. Поэтому я совершу небольшую прогулку, чтобы узнать, будет ли этот самый момент.
Кано-младший обворожительно улыбнулся и ушел, поправляя камзол. Его брат задумчиво смотрел ему в след. Злость на нерасторопных бунтовщиков, на хитреца младшего, на саму судьбу в целом требовала выхода. Слуг сейчас пороть нельзя, иначе развенчается миф о великодушии их господина и будущего Императора. Зато в подвале сидит бесполезный сейчас мальчишка. Кано-старший улыбнулся и дотронулся до рукояти плетки, которую всегда носил с собой.
– Привести ко мне пленника.
Расторопные слуги тут же кинулись исполнять приказ, и через минуту Гакупо предстал перед их господином. Кано усмехнулся, жестом отсылая подчиненных. Худой потрепанный мальчишка, смотревший на него волком, понравился ему. В качестве мальчика для битья.
Только вот Гакупо подобная ситуация совсем не нравилась, как и мужчина, смотрящий с ехидной ухмылкой прямо на него.
– Подойди ко мне.
Гакупо остался стоять на месте.
– Не ухудшай свое положение.
Камуи опустил глаза. Он не верил, что его действия смогут хоть как-то облегчить участь. Подвернутая нога, прошедшая за время заключения, вновь разболелась. Гакупо еле дошел до кабинета. Планы побега из разряда с трудом, но выполнимые, переходили в невозможные. Хотя мальчик все равно начал потихоньку осматриваться, ища какую-нибудь щель, через которую можно выбраться. Подходило только окно, но внук героя сейчас даже под страхом смертной казни не решился бы выпрыгнуть из него.
– Подойди сюда, – вновь повторил Кано, раздражаясь.
Упрямство мальчишки выводило его из себя. Гакупо сделал маленький шажок, чуть поморщившись от резкого укола боли в лодыжке. Кано это заметил, отмечая, что Камуи не сможет даже убежать от него.
Гакупо сделал еще один шаг. Промелькнувший блеск в глазах похитителя ему не понравился, но ничего сделать он уже не успел, прилагая все усилия, чтобы не закричать и не доставить мучителю наслаждения, когда Кано схватил его и швырнул на пол.
Дальнейшее Гакупо старался не воспринимать, прикусив губу до крови и содрогаясь от ударов. Теперь даже перспектива выпрыгнуть из окна совершенно его не пугала. А Кано не сдерживался. На секунду Гакупо потерял сознание, но тут же очнулся от боли. В голове засела мысль о побеге, несмотря на поврежденную ногу. Уж лучше хромать и падать, разбивая коленки и локти, рискуя быть убитым, чем терпеть подобное издевательство.
Гакупо всхлипнул, не в силах больше сдерживаться. Кано усмехнулся. Пленник извивался на полу, сдерживая стоны и слезы. Одежда и кожа на спине превратились в лохмотья, но мальчишка упорно не кричал. Кано еще бы поиздевался над ним, но рука уже начала уставать.
– Унесите это.
Тут же, как по мановению волшебной палочки, в кабинет вбежали слуги, подхватили ничего не соображающего Гакупо под руки и поволокли в камеру. Если они и были удивлены видом мальчика, то быстро успокоились, решив, что их справедливый хозяин зря никого не наказывал. Камуи зашипел, резкий рывок привел его в чувства. Мальчик неожиданно рванулся из рук не ожидающих подобной прыти от избитого слуг. Гакупо побежал по коридору, надеясь отыскать выход. Боль в теле отошла на задний план, Камуи полностью сконцентрировался на беге, будто кто-то толкал его вперед, советуя забыть о состоянии. Нога почти не мешала, точнее мальчик о ней просто не думал, стремясь как можно быстрее убежать из этого дома. Оторопевшие слуги дали ему несколько лишних секунд, в данный момент очень необходимых.
Гакупо бежал по коридору. Звук его шагов глушили расстеленные ковры. Он не знал, где выход, просто петляя из одного коридора в другой, перебегал из комнаты в комнату. Неожиданно ему удалось выскочить в главный холл, пройдя через который, он выбрался наружу.
Город изменился до неузнаваемости. Над ним все еще витала гарь пожарищ, многие места, где раньше стояли прекрасные дома, пустовали. Восстание затихло, но Гакупо чувствовал, что вскоре все возобновится. Зато в этот период затишья у него есть шанс спастись. Хорошо бы найти отца и его отряды, но где они сейчас мальчик не знал.
Сзади доносились крики преследователей. Камуи кинулся по улице, петляя и сворачивая в переулки, вновь выбегая на широкие дороги, пролезая через уцелевшие заборы. У него не было идей, куда бежать. Он просто отдавался процессу, не желая вновь стать пленником. Тело само несло его.
Так он выбежал на причал. Несколько кораблей все еще стояли пришвартованные, однако нужны Гакупо были совсем не они, а заброшенные склады, которые стояли над катакомбами. То ли один из императоров приказал провести тайные ходы к причалу, то ли город был так хитро построен, но ни для кого не было секретом, что под бывшими складами находятся интересные подземные лазы. Еще в детстве Гакупо с остальными мальчишками исследовал их вдоль и поперек. Многие ходы были завалены, в некоторых не поддавались старые двери, но основная их часть еще была пригодна для использования. Именно в этих лазах и собирался затеряться Гакупо.
Камуи побежал по деревянному причалу. Доски под ногами скрипели и прогибались, их уже давно не ремонтировали, полагаясь на удачу. Гакупо надеялся, что они под ним не развалятся, иначе…
Сзади раздались крики. Камуи обернулся. Его преследователи с кем-то столкнулись. Гакупо увидел одежду войск Императора, но, наученный горьким опытом, он не сильно обрадовался. Однако они сражались с его похитителями. Мелькнул силуэт младшего Кано, хотя Камуи был уверен, что того несколько секунд назад на причале не было.
Гакупо выбросил из головы происходящее сзади. Склады приближались. Сейчас он доберется до второго по счету от причала, пролезет через дырку в стене и прошмыгнет в лаз в полу. А там, в причудливых сплетениях лабиринта, его уже не найдут.
Левое плечо обожгло болью. Рука тут же онемела, по ней потекла кровь. Гакупо пошатнулся, вскрикивая. Доски как-то резко ушли из-под ног, и мальчик полетел в воду.
Воздух тут же вылетел из легких, Камуи пошел на дно. Даже будь его руки не скованы, он бы все равно ничего не смог бы сделать: Гакупо не умел плавать. Жозеф пытался научить его, но все кончалось обидами и ворчанием. Никто не понимал, почему мальчик так боится оторвать ноги от земли, а он сам никогда не рассказывал про крайне реалистичный сон, в котором шел ко дну. Рядом проплывали тела других людей, его кто-то звал, мелькали руки и ноги, пронзительные голоса будто разрывали барабанные перепонки. И глаза. Чьи-то зеленые большие глаза, смотрящие с насмешкой и предвкушением. Гакупо еще никогда так не пугался, проснувшись весь в поту, с дико бьющимся сердцем. Это сновидение преследовало его, стоило только коснуться воды: тут же накатывало удушье, отказывалось подчиняться тело, и вновь вспоминался тот самый взгляд. Со временем все это стало забываться, но пересилить себя полностью так и не получилось.
Камуи подумал, что ему уже пришел конец, когда его схватили за волосы и потянули на поверхность. Тут же кто-то подхватил мальчика за подмышки и втащил на причал. Гакупо закашлялся, пытаясь вдохнуть.
– Тише, тише.
Его похлопали по спине.
Гакупо поднял слезящиеся глаза на своего спасителя и похолодел. Перед ним, приняв участливое выражение лица, присел на корточки Кано-младший.
– Хорошо, что я оказался рядом. Кому же, как не богу воды, решать, чью жертву он сегодня примет.
Кано взял Гакупо на руки и поднялся. Маленькая стычка уже закончилась в пользу восставших. Камуи закрыл глаза, надеясь больше их не открыть.

*Кано – бог воды