Все началось в январе. Кобб все еще с сомнениями вспоминал тот день, когда на дисплее его телефона засигналил номер Ариадны.
Сбиваясь и явно нервничая, она сообщила ему, что находится в аэропорту. Ее голос был совсем другим, и она, не переставая, повторяла ему, что с ней все в порядке, просто ей нужно знать, что у нее есть запасной вариант, на случай если что-то пойдет не так.
– Все, что хочешь, – поспешно заверил ее он. – Конечно, не вопрос, если тебе нужно пожить у меня некоторое время, я готов помочь.
– Спасибо, – быстро ответила она.
С тех пор она поселилась в его доме. Поначалу ему казалось, что она готова съехать в любой день, но потом он понял, что особенности ее поведения протянули свои корни куда глубже. Было заметно, что ей неудобно занимать место в его доме, тем более, что дальше выяснились любопытные детали ее новой работы. Оказалось, что она перевелась в американский филиал своей компании, и в связи с этим ей предоставили небольшое, но вполне сносное жилье. Однако за все месяцы, что она провела в городе, она даже не удосужилась съездить и взглянуть на свои апартаменты, предпочитая жить в комнате смежной с детской и работать там же. После того, как Кобб выудил у нее адрес, ему удалось выкроить время и самому наведаться в квартиру, предоставленную ей компанией.
Комнаты располагались на десятом этаже многоквартирного дома и были снабжены необходимой мебелью и аппаратурой. Вполне приличный санузел, отдельная кухня, рабочий кабинет – квартира была просто идеальной для одинокой девушки. Ее расположение также было весьма выгодным, и поселись она здесь, путь от дома до офиса компании занимал бы гораздо меньше времени, чем ей приходилось затрачивать сейчас.
Вернувшись домой, Кобб по глупости выложил ей все свои соображения, заметив при этом, что ее компания, по всей видимости, весьма щедрая. Ариадна выслушала его с ледяным выражением лица, кивнула и удалилась в свою комнату. Уже ночью, она впервые за все это время постучалась в дверь его спальни.
– Если тебе тягостно мое присутствие, просто скажи мне об этом. Ты же знаешь, я не обижусь. Я могу найти себе другое жилье, я прожила уже достаточно времени в этом городе и теперь у меня не возникнет проблем с поиском. Но в ту квартиру я не уеду. Даже не говори об этом.
– Я наоборот боюсь задерживать тебя, – честно признался он, ощущая, что ему становится страшно. – Просто у меня такое ощущение, что ты больше не нуждаешься в моей помощи, но уже не можешь бросить нас.
С тех пор, как она поселилась у Доминика, ей приходилось выполнять множество другой работы. Она часто прибиралась в доме, стирала вещи, выносила мусор и следила за тем, чтобы дети ели больше овощей и зелени. Иногда Коббу казалось, что его семья просто эксплуатирует несчастную квартирантку. Разумеется, он по мере возможности старался заниматься с детьми самостоятельно, но отсутствие матери сказывалось на них, и они часто уходили к ней в комнату или уговаривали ее поиграть с ними в детской. Он заметил, что она недосыпает, потому что тратит свое время на домашние дела и укладывает Филиппу на ночь, а иногда и купает детей.
Поэтому он решил, что было бы неплохо разобраться с ее жильем, и, если нужно, показать ей, что она вольна уйти, когда захочет. Оказалось, что она никуда не хотела.
– Я оплачиваю четвертую часть счетов, но если этого…
– Об этом можешь вообще не говорить. Я предпочел бы забыть о том, что ты расходуешь свои деньги, – прервал ее он.
Вопрос с оплатой они решили в первую же неделю. Когда она предложила ему разумную цену за проживание, Кобб впервые повысил на нее голос, поставив точку в этом вопросе. По крайней мере, ему так казалось. Однако позже, когда он уселся за подсчет расходов, она пристроилась рядом и деловито выложила на стол часть своих денег, объяснив, что не сможет жить спокойно, если он не позволит ей внести финансовый вклад в покрытие счетов. Тогда они условились, что четверть расходов она будет брать на себя. Каждый месяц, двадцать пятого числа, они садились за стол в гостиной и выкладывали все квитанции, счета и чеки. Даже в то время, когда Мол была жива, ему приходилось делать это в одиночку, и он даже гордился этим, но сейчас он понял, насколько замечательно то, что у него появился союзник. В результате, он стал советоваться с ней по разным вопросам, и вскоре Ариадна стала частью этого дома.
Даже сейчас, когда он получил это заманчивое предложение, ему казалось, что вполне достаточно поделиться своей головной болью с ней. Сообщать остальным или нет – это был другой вопрос.
Уже ночью, когда все спали, он решил спуститься на кухню и выпить теплой воды, чтобы, наконец, успокоиться. По пути он заметил, что под дверью комнаты Ариадны сияет полоска света. На этот раз ему пришлось постучаться.
– Да, Кобб, можешь войти.
Она всегда различала каждого из членов его семьи по поступи и никогда не ошибалась.
– Прости, я… мне что-то не спится, – неловко объяснил он, входя внутрь.
Ариадна полулежала на своей кровати, положив под спину все имевшиеся в распоряжении подушки. Рядом с ней лежала раскрытая книга.
– Мне тоже, как ты уже успел заметить, – пожала плечами она. На ней была большая черная футболка, а ее ноги были прикрыты одеялом. – Большие деньги, да?
– Не то слово. Даже если любой из нас будет работать пять лет без выходных и развлечений, ему вряд ли удастся скопить такую сумму.
Ариадна уселась прямо и похлопала ладонью рядом с собой, приглашая его сесть.
– Ответственность большая. Если ты откажешься, придется молчать об этом до смерти, иначе парни тебе не простят, что ты лишил их таких денег.
– Считаешь, что я должен с ними посоветоваться?
– Не знаю. Это ведь большая ответственность, да? Расскажи мне, как вообще проходит обучение, – неожиданно попросила она. – Что вообще нужно делать?
– Если речь идет о таком сложном уровне, как у мистера Ларссона, но здесь вопрос куда серьезнее, чем просто лекции мистера Чарльза. Придется инсценировать проникновение каждый раз, показывая ему разные грани игр с подсознанием. Это весьма сложно и каждое погружение будет требовать смерти одного из участников. Кто-то должен создавать сны, кто-то строить. Каждый раз разное, понимаешь? Я буду взаимодействовать с ним, а вы – маскироваться. Хотя, ты можешь не бояться – скорее всего, тебе не придется ничего делать.
– Я буду строить, и ничего кроме этого от меня не требуется?
– Только если не будет хватать людей. Может быть, нам придется экспериментировать с разными снотворными, и тогда понадобится помощь Юсуфа. Думаю, это будет обязательным условием.
– А что насчет Артура?
– А он будет выполнять функцию создателя, извлекателя и врага.
– И что – он каждый раз будет умирать?
– Нет. Иногда эта честь будет выпадать Имсу. Если согласимся, придется научить его распознавать имитаторов, тут без Имса не обойтись. Ну и умирать ему, конечно, тоже придется.
– Ясно, – медленно кивнула Ариадна.
Доминик молча ждал, что она скажет что-нибудь еще, так как по ее лицу было заметно, что ей есть что добавить. Ариадна смотрела в сторону, задумчиво нахмурив брови и закусив губу.
Наконец, она тяжело выдохнула и вновь обратилась к нему:
– Я получила письмо от Артура. Четыре дня назад. Он просил ничего тебе не говорить, просто…
– Что с ним?
Артур был его лучшим другом, и Доминик сразу встревожился.
– Его отец сейчас находится в клинике. Идет подготовка к операции, но я не спрашивала, хватает ли у него денег. Просто он… обмолвился об этом. Он не жаловался, не просил помощи, просто упомянул.
Доминик понимающе кивнул и снова погрузился в молчание.
– И все же, я думаю, что даже если у него есть деньги на саму операцию, то после покупки всех нужных препаратов для восстановления, рекреационных процедур и прочих послеоперационных действий у него совсем ничего не останется. Страховка у них есть, и с этим все в порядке, но сам понимаешь – этого не достаточно.
– Понимаю.
– Я не должна была тебе об этом говорить, но раз такое дело, думаю, Артур будет не против лишних денег. Да еще если речь идет о сумме такого внушительного размера.
Кобб посидел еще немного, а потом, собравшись уходить, уже на пороге обернулся к ней.
– А с Имсом ты случайно не переписываешься? – спросил он.
– Нет, – улыбнулась Ариадна.
– Ну, и слава богу.
На следующий же день пришлось связаться с Артуром. Доминик думал над словами Ариадны всю ночь до утра, но только к обеду решил написать старому другу.
Артур вышел на связь через пятнадцать минут после того, как сервер просигналил о том, что письмо достигло адресата.
– Дом? – Его голос звучал несколько встревожено.
– Привет, Артур, – ответил Кобб.
– Это правда?
– Да.
– И он не обманывает тебя?
– Он сказал, что вышлет контракт. Все будет заверено юридически и останется только между нами.
– Сказать по правде, Дом, мне нужны эти деньги. Я никогда не тратился по пустякам, но даже того, что мне удалось скопить, сейчас недостаточно. Не хотел тебя донимать своими проблемами, но… помнишь, я говорил, что у моего отца доброкачественная опухоль? Так вот, два месяца назад мы узнали о том, что она перестала быть таковой. Она так быстро растет, что мы уже опасаемся метастаз. Я потратил кучу денег на химиотерапию, но, боюсь, второго курса он не выдержит – возраст, слабость, аллергичность и слишком сильная восприимчивость к токсинам. Все слишком сложно. Теперь он находится в специальном центре, и это также требует особых расходов. Короче говоря, если я оплачу операцию, денег совсем не останется.
– Понимаю. Значит, ты смог бы пойти на это? Я говорю об обучении.
– Конечно. Сейчас я бы взялся даже за повторное внедрение, если бы представилась возможность.
– Хорошо. По мере возможности будь на связи, я попытаюсь сегодня же связаться с Имсом и Юсуфом, узнать, как у них дела.
– Спасибо, Дом, – серьезно поблагодарил его Артур. – Спасибо, что решил сказать мне об этом. Я понимаю, как тебе не хочется возвращаться к работе, но ты не отказался.
– Ну, что ты, разве я мог? – шутливо рассмеялся Кобб.
Вопрос с Артуром был решен.
Юсуфу совсем не приходилось рисковать. Он отписался по почте, что не будет присутствовать лично, но сможет выслать необходимые лекарства вместе с Имсом, а если потребуется, то и доработать кое-что, а затем привезти уже самостоятельно. Однако он поставил Кобба в известность, что больше никогда не собирается входить в сон под его руководством, неважно, о какой сумме бы ни шла речь. Спорить с химиком вовсе не входило в планы Кобба, и он решил не сообщать ему о том, что в случае полноценного участия, вознаграждение могло бы составить два миллиона. Он заочно согласился на все условия, и завершил сеанс связи, мысленно предположив, что за такую работу, мистер Ларссон, скорее всего не станет платить большие деньги.
С Имсом пришлось связываться по телефону, и, как всегда, выслушивать кучу вопросов. После длительного и немного утомительного диалога имитатор томно вздохнул, отпустил пару шуток, и, ухмыльнувшись напоследок, сказал, что подумает до завтрашнего дня. Кобб понятия я не имел, в рамках какого часового пояса ему ждать завтрашнего утра, и потому решил держать телефон неподалеку все время, пока Имс не перезвонит.
Все это время Ариадна сидела в своей комнате, разрабатывая какие-то детали проектов. Ее работа позволяла ей заниматься этим на дому, и наведываться в контору она старалась не чаще, чем раз в две недели.
Она не спрашивала у него, как идут дела, но Доминик знал, что ее интересует ход событий. Поэтому вечером он снова постучался к ней.
– Уже провел все переговоры? – не отрываясь от стола, спросила она.
– Да. Артур и Юсуф в деле. Имс перезвонит завтра.
– Он согласится, – улыбнулась она.
– Хотелось бы верить. Артуру очень нужны эти деньги.