Часть вторая. Прощение получить легче, чем разрешение.

Хогвартс. До.

Обычное утро. Обычный день.

По подземелью гуляют сквозняки, а за окнами дымное марево дождя, что заморосил еще ночью, но до сих пор и не думал прекращаться.

И привычно отвратительное настроение.

Все как всегда.

Разве что он полночи не спал, провозившись с зельем.

И от всей души желал себе никогда не возвращаться в Хогвартс.

К сожалению, желать никогда здесь и не появляться было уже поздно.

Оставалось только надеяться, что в очередной раз, покинув замок, он сюда не вернется.

Что хоть когда-нибудь он отсюда выберется.

А дождь… был не так уж плох. Даже наоборот. Успокаивает. И вполне приятен как фон.

В отличие от неестественной тишины в Большом зале.

И едва теплого кофе.

Будто посадили на сцену, где он обязан с аппетитом тыкать вилкой в пустую тарелку, чтобы не выпасть из общей картины пирующих.

Завтрак был абсолютно безвкусен. Преподаватели не отрывали от него взглядов, и казалось, что каждый обладает стеклянным глазом Хмури, а сам он пытается скрыть от них парочку грязных тайн. И как старый аврор, они не собирались обращать свое почти неприлично откровенное внимание на другие объекты. Ученики ради разнообразия были с ними согласны.

Напрасно, вообще-то. Все его грязные тайны уже давно вытащили на солнце, и они успели выгореть в его яростных лучах.

Ничего нового не найти, не надейтесь.

Северус Снейп полагал такой интерес к своей персоне одновременно и забавным, и раздражающим, но не показывал этого. Уже привык.

Он не думал, что вернется в Хогвартс после смерти Альбуса, и уж точно не думал, что вернется так.

Но это случилось. Так совпало.

Минерва умела убеждать.

И сам Альбус… не разучился…

Некоторое время назад жизнь как таковая кончилась.

Как обед в ресторане. Заплатил по счету – свободен. Никому ничего не должен. Волен делать, что угодно.

Но потом все внезапно вернулось благодаря настойчивости гриффиндорки и его собственному инертному состоянию.

Он снова в Хогвартсе.

Оказалось, что только он может помочь, а значит, он помочь должен.

- Нет.

- Северус…

- Минерва, я не собираюсь возвращаться. Поставим на этом точку.

- Ты просто не понимаешь…

- А я устал понимать.

- Это ненадолго. Неужели ты предпочтешь остаться здесь?.. – она скептически оглядывается. И он точно знает, если она хоть слово скажет о том, каким заброшенным, пыльным и… дряхлым выглядит его дом… он выставит ее за дверь. В то же мгновение.

Но она вовремя придерживает язык. И ему приходится продолжать спор.

- Ненадолго – это до конца года? А потом не найдется ни одного идиота на эту должность, и что прикажешь делать? Оставаться? О зельеварении и должности декана я бы еще подумал, но ЗОТИ?! Мерлина ради, Минерва, я не собираюсь еще и под Слугхорна подстраиваться, а при наших с ним отношениях не удастся ужиться без…

- Северус, я сказала то, что сказала. Ненадолго это… ненадолго, - с каким-то особым выражением произносит она.

Он пытается дословно вспомнить, что так его возмутило в предложении, сделанном прямо с порога кроме самого его факта.

И по спине ползет холодок.

- Зачем… в чем тебе нужна моя помощь?..

- Будет лучше, если все расскажет Альбус, - размеренно отвечает МакГонагалл.

Под неотрывным взглядом он коротко кивает.

Тонко сжатая линия ее губ смягчается.

Состояние, в котором он поначалу находился, не подходило под описание счастья, но что-то от нирваны присутствовало точно.

И он просто не знал в тот момент, за что взяться, не знал, чего теперь хочет от жизни, и чего вообще ждать от будущего…

Первая гибель Темного Лорда не ощущалась так ярко. Не верилось до конца в столь неожиданный исход. И как показало время, не зря. В этот раз он... ну, он не пропустил этот раз. Соучаствовал. Или просто был причастным.

Это не свалилось неожиданно, из ниоткуда, не складывалось только с чужих слов и косвенных доказательств.

И в этот раз все было серьезней, тяжелее, с усталостью, заботливо упрятанной от всех, но разъедающей изнутри.

Чуть ли не на последнем издыхании... и он, наконец, поверил в то, что все закончилось. И не мог поверить, что все еще жив.

Трудно поверить в подобное... смерть, Азкабан, наказание за предательство... ожидаемо. При любом исходе.

Но не Хогвартс. Не возвращение в заброшенный дом на Спиннерс Энд.

Зачем он это делал?

Ну, нужен же школе преподаватель ЗОТИ. Новый, разумеется, не продержался…

Именно это было официальной версией повторяемой и учителями, и учениками.

Новый преподаватель действительно слег под опеку мадам Помфри в самом конце учебного года.

По школе ходил шепоток, что он пострадал во время спора с директрисой Хогвартса.

Никто не утверждал, что МакГонагалл его прокляла, но факт оставался фактом – профессор ЗОТИ имел с ней приватный разговор, а на следующий день не появился на занятиях.

Минерва умела добиваться своего.

Вопросом о том, зачем ей это нужно, он даже не задавался.

Тему сентиментальности с гриффиндорцами лучше не затрагивать.

Если они честны, то неизбежно придется признать собственную бездушность.

А когда лукавят, так уперты в намерении не признавать, зачем им это нужно, что все равно не выбить истинных причин.

Он почти слышал в ушах указания этого старого интригана на этот счет.

Оптимистичного старого интригана.

Сам-то он не считал, что вернется. Да и вряд ли кто полагал это возможным. Кроме Альбуса, конечно.

Тем более и в кошмарном сне не привиделось бы, что он вернется ради того, чтобы достать из-за Завесы Блека.

С другой стороны, если бы его на самом деле уговаривали вернуться в Хогвартс преподавать, это было бы еще хуже.

Тогда МакГонагалл точно также вонзила бы в него свои коготки и не отпускала до полной капитуляции. Но результаты были бы еще сквернее.

Блек, по крайней мере, не займет много времени.

А согласись он остаться в Хогвартсе, преподавание здесь грозило бы стать бессрочным.

Трудно говорить с портретом человека, которого убил.

Орать на него значительно легче.

Особенно, когда он сам дает повод.

- … чистое безумие! Предлагаете рисковать жизнью ради этой треклятой шавки!? Да он просто безответственный кретин, и никто не обязан его вытаскивать, тем более я! Пусть выкарабкивается сам!..

- Северус, ты говоришь так, будто он жив…

- О, вы недооцениваете подобный идиотизм, он не может просто исчезнуть и обязательно появится где-нибудь вновь!

- Северус!

- Я не отправлюсь ради него за Завесу, - прошипел он, скрещивая руки на груди.

- Северус… это совершенно безопасно.

- Вы знаете, что не в этом суть!

- Я бы не просил, если было бы в моих силах все исправить самому…но я не успел, и…

- Я вас покину, - отрывисто произносит МакГонагалл, до того мирно сидевшая за директорским столом. В стремительности ее движений было что-то почти паническое.

- Вы ей рассказывали?

- Мне не о чем рассказывать. Я никого не отправлял за Завесу, если ты об этом нелепом слухе.

- А кто-то обвинял? Вы просто воспользовались случившимся, дабы вбить в Поттера хоть какое-то понятие о реальном мире. Сделали заранее все, чтобы Блека покинули остатки здравого смысла, и не вытащили его при первой же возможности, оставив его за Завесой так же, как на 12 лет в Азкабане. Я понимаю. Сам поступил бы так же, - он знал о мерзкой ухмылке искривившей губы, но видеть вину на лице Альбуса было куда приятней, чем вслушиваться в собственную язвительную отповедь.

Альбус никогда не признавал свою вину только потому, что был виноват.

- Это было необходимостью, Северус, я потому и прошу тебя, что не успел все исправить сам. Ты же знаешь, что я был нездоров.

А он что, крайний? И теперь обязан все исправлять сам?!

- Конечно. Жаль, нельзя было сказать мне при жизни.

- Твое неверие меня расстраивает, - Альбус покачал головой.

- Я просто не понимаю, почему сейчас?

Он только отвык выполнять эти «просьбы»…

- В том году я и так о многом просил. Но ведь сейчас не откажешь?

- Я и тогда не отказал бы, - он качает головой и неохотно признает поражение. – Как его достать?

Определенно, утро было самым обычным, что не делало его менее отвратительным.

Сдвоенное, углубленное ЗОТИ – Слизерин и Гриффиндор, шестой курс. Они его помнят, он их тоже. Но они на него смотрят по-другому... по-взрослому, после всего, что газеты насочиняли, это и не удивительно.

А он их видит прежними... и все еще опасается вещей, ставших привычными за годы преподавания… их уверенность в своей правоте, их глупость, и гордость, и неизбежные ошибки, что могут завести куда угодно.

Одно хорошо – на ЗОТИ не взрываются котлы.

Хаффлпаф, первый курс. Или хихикают, или испуганно жмутся друг к другу, усваивают еще меньше, чем красно-золотые, но хоть не такие бесстрашно нагловатые...

На остаток дня – Равенкло. Все понимают, все записывают, тянут руки с ответами и все же раздражают. Как и все.

Обычное утро превратилось в обычный день, последний в этом учебном году.

Ничего особенного.

Но Хогвартсу недоставало многого из того, каким он ему запомнился…

Не хватало смешинки в глазах Альбуса.

Злой целеустремленности Поттера.

Повзрослевшего Малфоя. Расчетливого и настороженного. Не верящего никому. Скрывающего свои страхи так, что их почти и не видно. И безумно похожего на родителей.

Две жизни ценою третьей. Он выбрал.

У него не было выбора.

Ни у кого в этом бедламе, называемом войной, никогда нет выбора…

Кроме Альбуса.

- Северус, пожалуйста, передай мне…

- Держи, Роланда.

И правда, ведь так сложно воспользоваться палочкой...

- Тарелка может перевернуться от Accio, – начала оправдываться она, хотя он не сказал ни слова.

Конечно. Знание чар у всех деградировало до уровня первокурсников.

Он был в замке недолго, но уже добрую сотню раз к нему обращались с просьбами разной степени бессмысленности.

Будто проверяют, как он реагирует на раздражители…

Такое повышенный интерес раньше разозлил бы, но теперь только становится смешно. Мог он предположить себе такие проблемы? Людям любопытно... А ему смешно.

Нет Темного Лорда и обреченности, и страха, и расплаты, и...

И не смущало, что преподаватели и ученики так на него смотрели, что завтрак становился безвкусным.

- … лучше сразу, как только ученики покинут школу. Послезавтра. Если вам удастся поднять ожидаемый шум, потом в министерство будет не так просто войти. Хотя не представляю, у кого может возникнуть интерес к моему исчезновению.

- Рита Скитер, - МакГонагалл только довольно, с гордостью улыбается на его недоверчивый взгляд, - Это идея мисс Грейнджер.

- Она-то здесь причем?

- Просто нужен был кто-то, готовый помочь и молчать. Не хотелось раньше времени обнадеживать…

- Гриффиндорский заговор во имя душевного благополучия Поттера? Не хочу слушать деталей.

- Северус! – одергивает она, но сама же фыркает и едва не улыбается, прежде чем успевает себя остановить. – Удачи. К вашему возвращению мы разберемся с формальностями и проследим, чтобы не было выдвинуто никаких обвинений.

- Да уж, это было бы лишним, - бурчит он, но у МакГонагалл все еще беспричинно хорошее настроение.

Не к добру. Ну да, он и так не ждал от ближайшего будущего ничего хорошего.

Она выходит, и он остается доваривать зелье.

Чувствует себя лишним в собственных комнатах.

Но было дело, и нужно его закончить.

Его уже давно ничто не смущало.

И не делало несчастным.

Впрочем, и счастливым тоже.

Он старался не задумываться о том, когда это происходило в последний раз.

И как скоро произойдет снова.