Глава 2
Несмотря на нереально щедрое предложение Зима, Диб не позвонил ни Газ, ни отцу. В нем крылся подвох - Диб прекрасно понимал, что после всего, что произошло, ФБР следит за каждым шагом его родственников и знакомых. Даже если агентура не сможет определить, откуда пришел сигнал, Диб не хотел, чтобы у кого-то из тех, кто был ему небезразличен, возникли из-за него неприятности. Если же Газ сообщат, что ее брат пропал в неизвестном направлении, она не будет особо переживать, так как знает, что Диб может бросить все дела и погнаться за сверхъестественным на другой континент, если не дальше. Что касается Мембранера-старшего, то он вряд ли серьезно воспримет информацию о том, что сын в очередной раз пропал. Для отца главное, чтобы Диб не пропускал важные общественные мероприятия и семейные обеды, которые, как и раньше, случались не чаще, чем раз в году.
Диб надеялся, что власти все же не смогут отследить передвижения Гира, который должен был полететь на Землю за продуктами, но задерживался на карнавале в Рио. О перемещениях иркенского робота сообщил Компьютер – в ответ на попытку Диба поговорить с искусственным интеллектом, тот, вопреки ожиданиям, оказался относительно разговорчивым относительно всяких рядовых вопросов. А именно: Диб узнал, где можно взять еду, где «помыться» и в каком из кабинетов можно воспользоваться поисковой системой. Однако на вопрос о данных несколькомесячной давности Компьютер сообщил, что у него нет файлов орбитальной станции и земной базы, так как он в последнее время работает автономно и не имел непосредственной связи с искусственным интеллектом земной базы, иначе бы уже давно самоликвидировался согласно предписанию работы иркенского оборудования в форс-мажорных обстоятельствах.
Проверив точную дату отключения от общей сети, Диб узнал, что и она совпадает с датой его похищения. Еще одна загадка. Впрочем, этот факт в очередной раз подтверждал предположение Диба, что Зим что-то знал наперед. Но в таком случае, почему иркенец не воспрепятствовал приближающейся катастрофе? Не мог же он просто так без сопротивления сдаться властям? Зачем? Или действительно попал в ловушку?
И все же, насчет файлов, возможно, если они не дублировались в режиме онлайн, могли ли они быть загружены дополнительно и спрятаны в скрытых папках? Если Зим заранее знал, что произойдет с его наработками за столько лет, он, скорее всего, где-то сохранил информацию, а этот новый Компьютер был не уполномочен ее выдавать.
Иркенца Диб не видел с момента их последнего и единственного разговора: тот ясно дал понять, что не желает общаться в ближайшее время. Да и Диб не особо много гулял по базе, чтобы случайно натолкнуться на ее хозяина, отвлекаясь буквально только на сон и еду - все остальное время он проводил за инфопанелью в одном из кабинетов базы. Диба приятно удивил тот факт, что возможности доступа к помещениям и оборудованию базы после разговора с иркенцем были расширены. Но изначальные планы поковыряться во всяких приборах Диб решил отложить на потом, после того, как разберется в более актуальных вопросах.
Он методично просматривал файл за файлом, открытых для общего доступа. В итоге - узнал много нового о системе обеспечения марсианской базы кислородом, которая активировалась за день до того, как Гир привез на нее Зима и Диба, о климатконтроле, об общих параметрах системы безопасности, о принципе координированного Компьютером функционирования отдельных компартментов базы и т.д. Также Диб узнал, где находится выход на поверхность и что можно воспользоваться скафандром для выхода наружу.
В какой-то момент времени, проведя за монитором больше 12 часов подряд, Диб понял, что если просидит в поисках зацепки еще хоть один час, то просто сойдет с ума. Поэтому он решил, раз уж есть такая возможность, выйти на поверхность планеты, проветриться.
Необходимый для подобных вылазок инвентарь находился во временно пустом доке для космокатера. К радости Диба, скафандр оказался очень легким, поддерживал комфортную для тела температуру и не стеснял движений. Разобравшись как им пользоваться, он обнаружил, что снаряжение выдерживает перепады внешних температур до нескольких десятков тысяч градусов, а в зависимости от силы притяжения планеты для удобства передвижений можно корректировать вес костюма. Понятие «корректировка на тяготение» вызвало в голове у Диба некий отклик, навеяв смутные ощущения чего-то знакомого, но как он ни старался, не смог вспомнить никаких событий в своей жизни, связанных с избирательной гравитацией. Зато в закоулке, ведущим из ангара к шлюзу, Диб обнаружил марсоход.
Устройство передвижения, по крайней мере внешне, было на удивление похоже на изобретенный человеческой инженерной мыслью аналог – шесть колес с сервоприводами, камеры, манипуляторы, однако дополнительно были оборудованы два водительских места. Бегло просмотрев информацию об этой машине, которую запросил на ближайшем информационном табло, Диб узнал, что щупы со встроенными анализаторами позволяли совершать анализ минералогии пород, почв и состав атмосферы in situ и cito!, результаты поддавались статистической обработке и сразу же выводились на монитор. В аппарате была предусмотрена возможность авто-навигации и ручного управления, система эффективного анализа препятствий и преодоления увязания в мягком грунте, протекторный экран от излучения, перепадов температур и пылевых бурь. В качестве источника питания использовались не солнечные батареи, а иркенское топливо, позволяющее развивать скорость движения марсохода в десятки тысяч раз превышающую способности лучших земных планетоходов.
Все это в комплексе позволило Дибу безопасно попутешествовать по относительно большой поверхности планеты: протяженным долинам, спуститься в несколько каньонов, запечатлеть на камеру и проанализировать физические параметры пыльных вихрей. Диб даже нашел несколько любопытных мест на поверхности, напоминающих водную эрозию.
Вылазка наверх позволила ему немного разгрузить мозги, однако, несмотря на смену обстановки и живой интерес к физическим характеристикам и климату безлюдной планеты, Диб не на минуту не забывал, где находится, и чьей волею сюда попал.
Чувство голода заставило его закончить любознательную прогулку, продлившуюся несколько часов. Возвращаясь назад на базу, у Диба возникло неприятное подозрение, что иркенец его обманет, не пустит обратно, и в итоге Диба ожидает мучительная смерть от нехватки кислорода или обезвоживания. Однако ничего подобного не произошло: не успел он приблизиться к шлюзу, как проход внутрь открылся. Как будто кто-то поджидал его возвращения.
Избавившись от скафандра, который, впрочем, не причинил при прогулке особых неудобств, Диб отправился на склад с провизией - запастись впрок пищей и питьем, чтобы продолжать работу по поиску информации. После посещения склада, несмотря на увещевания Компьютера, что пора пройти физпроцедуры, он вернулся на свое уже привычное «рабочее» место.
Проветривание головы дало свои результаты – Диб осознал, что все это время пытался найти ответы там, где их не было, в то время как всё, что могло пролить свет на прошлое, настоящее и будущее точно существует в другом месте - хранится в его голове. И если возможности иркенской медицины позволяют проводить сложнейшие оперативные вмешательства и восстанавливать функции даже некротизированных участков отрезанной руки, то, возможно, они помогут такому условно простому существу, как Диб, вернуть память? По крайней мере, ему очень хотелось в это верить.
И поисковик подтвердил его предположения: на базе действительно существовали устройства для проведения сложных манипуляций, вплоть до вмешательств на уровне отдельных нейронов, способных оказывать лечебное воздействие на мозговую деятельность. Диб узнал, что подобная терапия не была включена в программу восстановления его организма после травмы, так как, согласно оценке Компьютера, заблокированные воспоминания могли вызвать серьезную психологическую травму у пациента, а опыта по лечению человеческих расстройств психики у него не было.
Какие именно у Компьютера были основания полагать, что Диб может тронуться умом после восстановления памяти, он толком не понял. Возможно, и эта информация хранилась в скрытых файлах, которые он уже несколько суток подряд тщетно пытался найти - без специального шпионского оборудования, которым он пользовался раньше для перепрограммирования корабля иркенки Так и которое осталось на Земле, ничего не получалось. Значит, следовало все-таки попробовать другой способ, рискнуть, тем более что он не собирался восстанавливать в полном объеме детские или подростковые воспоминания, а всего лишь то, что случилось несколько месяцев назад.
Не может же он вечность торчать на этой базе на чужой планете, даже если Гир будет регулярно (а это очень сомнительно) привозить сюда пропитание с Земли. Какой в этом смысл? Зим, похоже, на то и рассчитывает, что Диб вспомнит что-то важное, и тогда они наконец смогут решить все… недоразумения.
Нужный Дибу прибор находился в лаборатории по соседству с тем модулем, в котором он впервые очнулся на этой базе. Зашел Диб туда без проблем – как при входе во все помещения этого уровня ему не требовалось продемонстрировать сетчатку или вводить пароль. Само помещение было очень маленьким – всего около шести квадратных метров - даже меньше, чем кабинет с инфопанелью, в котором он в последние дни проводил все свободное время. В центре располагалась кушетка, по периферии задней стенки – стеллажи с аппаратурой, а остальные перемычки и потолок, как и многие другие коридоры и помещения базы, были «украшены» всяческой проводной арматурой. И, разумеется, стены были декорированы в излюбленной иркенцем яркой гамме цветов.
Диб подошел к пользовательскому интерфейсу, который проецировался над спинкой кушетки. Браузер оказался очень простым для взаимодействия, и Диб почти сразу нашел и вызвал программу «Работа с мозгом». Едва он это сделал, как пол возле лежака, до того казавшийся монолитным, разошелся в стороны в нескольких местах, и из-под него, будто при ускоренных кадрах, демонстрирующих рост бамбука, «выросла» аппаратура, которая, словно челюсти гигантского тираннозавра, «сомкнулась» над кушеткой.
Описать наблюдаемое движение аппаратуры без использования метафор Дибу было бы сложно. Он отметил про себя, что хорошо было бы, чтобы руководил процессом восстановления памяти оператор, а он сам, как и следует пациенту, просто лежал на кушетке – ведь для того, чтобы попасть внутрь устройства, Дибу придется туда вползать. Однако Компьютер не был запрограммирован к экспериментальной работе со сложной аппаратурой, требующей непосредственного присутствия оператора и ручного управления, а Гир до сих пор не вернулся. Впрочем, Диб и не попросил бы его, уж слишком ненадежным помощником был иркенский робот, а тем более казалось нелепым поручать Гиру работу с такими деликатными материями, как человеческий мозг. Разумеется, речь о том, чтобы просить помочь Зима, не шла.
Диб начал просматривать варианты дальнейших команд. Для начала, набрав в поисковой строке вид homo sapiens, он очень обрадовался, что в программу подгрузилась база данных для работы с человеческим мозгом, причем обновленная версия, а затем появился запрос на конкретное проведение манипуляций. Дибу стало несколько не по себе, когда он полистал каталог предложений и обнаружил в нем вовсе не такие безобидные варианты вмешательств как «краниотомия», «эндартерэктомия», «стентирование» и прочие, иллюстрированные соответствующими модельными примерами. Впрочем, информацию о том, как именно его лечили после травмы, нанесенной службой безопасности лабораторного комплекса, он и здесь не нашел.
Будучи не особо компетентным в иркенских медицинских терминах, Диб переиначил тип запроса – не по названию вмешательства, а по конечному предназначению - и тогда искомую команду для поиска и восстановления блокированных участков памяти он обнаружил почти сразу. Устройство предлагало методом виртуального мозгооэндоскопирования найти проблемные области лимбической системы, восстановить нарушения в нейронной сети, корректируя работу соответствующих нейронных связей, регенерировать потенциалы действия с помощью специальных наноэлектродов.
Диб долго не думал и сразу согласился, подтверждая запрос, – других вариантов все равно не было. Затем интерфейс предложил ему пройти тестирование на базисные неврологические отклонения и запустил команду на проведение первичного обследования с целью выявить зоны, ответственные за долговременную память, в которых произошел «сбой». Это заняло немного времени. После этого устройство предложило Дибу выбрать объем терапии – от «легкого» до «полного». Предварительные расчеты гласили, что возможность полного восстановления памяти событий последних двух месяцев составляет 86%.
Диб, разумеется, очень обрадовался подобным предсказаниям успеха, ведь это были весьма неплохие проценты возможности восстановить события прошлого. И, конечно, он решил рискнуть, выбирая «полный» вариант, несмотря на то, что на проекционном экране появился длинный перечень побочных эффектов, с которым Диб решил даже не ознакамливаться. Неудобство состояло лишь в том, что пришлось поставить таймер на отсрочку, а затем быстренько забраться внутрь новообразованной камеры с манипуляционной системой.
Едва он разместился на кушетке, как устройство активировалось, и Диба обездвижили механические ремни. Он услышал движение миниатюрных механизмов над головой и немного успокоился, когда не почувствовал ожидаемой боли при их подсоединении. А затем, буквально через минуту, постепенно начал вспоминать.
Сердце перестало выстукивать барабанную дробь
После того, как Диб снова пришел в себя и снял повязку, – мир обрел доселе невиданную четкость
Понежившись несколько минут в теплой ванне
Он снова в своей камере
Дибу кажется, что все это он уже когда-то видел
Дибу даже показалось, что он когда-то уже видел точно такие же кресла
Какие-то жизненные моменты казались ему смутно знакомыми, часто возникало ощущение дежа-вю
Да, у него ведь неоднократно в последнее время появлялось ощущение, что все, что происходит вокруг – совсем не ново, что он когда-то уже все это видел. Но почему?
До того, как помахать орбитальной станции на прощание рукой, ему приходит в голову одна идея
Зонд будущего - Принудить человека изменить свое мнение
Виртуальный мир - Диб получает все необходимое для замечательного существования
НЕТ! Только не это!
Наступал новый день и иркенец убирал свои электроды
Срок командировки Гира…
Так вот оно что! Диб был прав - Зим обладал информацией о будущем и воспользовался ей!
Космит его использовал самым мерзким образом!
Сон о своем настойчивом желании прорваться в коллектив научных сотрудников
Момент сладкого триумфа над бездыханным изувеченным тельцем иркенского завоевателя
Конечно, какие могут быть теплые чувства, после того, как иркенец в очередной раз похитил Диба и организовал ему ЗАМЕЧАТЕЛЬНУЮ жизнь?
Диб содрогнулся от отвращения, вспомнив картинку полуобожженного-полуобмороженного полутрупа пришельца со снятой кожей
Признай, что ты счастлив видеть, как убиваешь меня!
Нет! Я не сделаю этого
Но все же сделал…
Собственное низкое предательство
Нужно воспользоваться такой ситуацией, когда Зим будет не настороже
Испытывает что-то вроде неловкости, сравнивая собственный и иркенский подходы по отношению к объекту исследований
Диб жалкий и ничтожный
Значит, вот как все произошло…
Зим внимательно смотрел в глаза Диба и склонялся над ним все ниже и ниже...
Зачем нужна виртуальная реальность, если тебе все и без нее ясно?
Благодаря затее Зима у него был секс с виртуальной Гретой. Еще один метод воспитания, не иначе
"Спасти Зима" – Диб выжил
Спасательная капсула отстыковалась от станции
Диб сумел отметить про себя, что новоприобретенные воспоминания шли то связно, то беспорядочным потоком – то, что случилось раньше вперемешку с тем, что произошло позже. Причем это было не просто эхо видеокартинок – Диб вспоминал звуки, свои мысли, ощущения. Однако все чередовалось в таком быстром темпе, что у него начала болеть голова.
Казалось, Зим спешил и был чем-то озабочен
Неспособность Компьютера, которому уже давно пора поменять мозг, решить какую-то проблему
Здесь безопасно, а по остальным помещениям гуляют… мозгожерки!
Верно, там была генетическая лаборатория с вышедшими из-под контроля монстрами.
До шлюпочной палубы было недалеко
Вымазался в чем-то липком
Проверил распухшую окровавленную левую ногу в изодранных штанинах, покрытых слизью синеватого оттенка
Ощупал левое плечо
Оружие вываливается наружу
Надо постараться целиться точнее
Куриная ножка? Нет, это лапы чудовища. А монстр не один. И они хотели его сожрать!
Суп слишком жидкий!
Блинчики с мясом, салат из спаржи…
Значит, Диб ошибся, все же не Гир выбирал ему еду…
Действительно странно. Зим в некотором роде о нем заботился и впоследствии спас жизнь. Почему?
Это неправильный вопрос. Человеко-Диб мыслит узколобо и не настроен понять суть эксперимента.
Сосредоточие мысле-желаний Диба – это смерть иркенского завоевателя
Вроде бы недавно он довольно ярко представлял себе все эти подробности и радовался
Для тебя я злобный пришелец
Что будет после того, как я убью тебя во сне?
Всему свое время
От роли экспериментатора - к статусу объекта исследований, от свободы - к плену
Промаршировав несколько шагов, передумал и снова развернулся к пленнику
Все, что происходит – искривленная интерпретация
Другие исследования
Но зачем Зиму вдруг понадобилось менять образ мышления давнего врага?
Иркенец, будучи социальной единицей, никогда не разделял таких простых человеческих понятий как личное пространство, деликатность, невмешательство
Программируя аппаратуру, необходимую для слежки за действием, происходящем во сне пленника
Почему иркенец показывал пленнику эти сны?
Фактаж… Какой фактаж?
А почему Дибу не удалось сбежать раньше?
Вместо того, чтобы попытаться сбежать, Диб послушно забрал сверток
Нужно выбираться из плена - Заставить освободить
Проблема заключалась в том… - Локальная гравитация
Руки оставались словно примагниченными к поверхности
Поиски слабого места в кубе были чреваты ожогами, активацией лазеров либо подачей усыпляющего газа и поднятием тревоги
Для открытия нужен код доступа
Пароль - Зим, какой пароль?
Надо же, какая коварная уловка. Наверное, Зим очень доволен своей находкой с паролем.
Нельзя позориться перед врагом
Зим находился почти рядом
Момент был испорчен
Наша совместная проблема…
Диб еще раз хмыкнул
Я бы не советовал тебе этого делать. Оставайся здесь
Испытывай благодарность
Неумелые попытки Диба обернуть ситуацию под свой контроль
Ты хочешь мне показать, как мои останки соскребают с кафеля и мы вдвоем возносимся на небеса?
Ты почти угадал
Почему иркенец не попытался снова его укусить?
Зим ведет себя слишком беспечно!
Два блестящих фасеточных глаза, улыбка-зиппер
Выбиваемся из графика, пора возвращаться в реальность, сон закончен
Зим, скривившись, чувствительно ткнул в левое плечо Диба кончиком заостренного пальца
Холодно… Обмороженные пальцы
Счастье - Наконец я еду домой!
Створки «томографа» закрылись - я не могу ничего изменить
Ложь! - Так было задумано!
Диб знает, что плачет навзрыд, но не может понять причину истерики
От боли его уже мутило
От боли его уже мутило и на самом деле – мигрень все усиливалась и усиливалась, а на глазах даже выступили слезы. Дибу казалось, что его мозги от перенапряжения просто выворачивались наизнанку, сплющивались в блин и растягивались словно жвачка. Забытое «выстреливало» на полотно памяти подобно артиллерийским снарядам, поражая болевым шоком физическую оболочку. Подобную сильную тянущую боль в голове он когда-то уже испытывал - когда баловался с очередным отцовским изобретением, в итоге через его голову смогли пролезть всякие чудовища, он сам, и Зим.
- Достаточно! - откуда-то как будто издалека и с высоты донесся приказ последнего. Но этот голос не имел ничего общего с голосами воспоминаний, возрождающихся в его памяти.
Нет, рано! Еще немного, еще чуть-чуть, он выдержит…
Но боль уже стала быстро утихать, а бегущая строка новых воспоминаний перед глазами резко остановилась. Диб ощущал уползающие от его головы кабели, послабляющие захват и в конце концов исчезающие в боковых отделениях аппарата фиксаторы положения тела. Он снова видел потолок тубуса, раскрывающийся в стороны двумя створками, а затем, за дальнейшей ненадобностью, вернувшиеся снова под пол; яркое освещение помещения, на фоне которого появилось и приблизилось к Дибу какое-то мутное зеленое пятно.
Все еще расфокусированным после болезненной терапии взглядом Диб все же сумел разглядеть расплывающуюся голову Зима, которая неодобрительно качала из стороны в сторону.
- Что?.. – прокашлялся Диб, когда обрел дар речи. – Что тебе нужно? Зачем прервал сеанс? Я собирался узнать все забытое…
Однако в ответ на порыв Диба снова привести прибор в действие, иркенец чем-то мягким и прохладным дотронулся до его левого виска, и Дибу, после этого прикосновения Зима, почему-то перехотелось возражать. По крайней мере, до тех пор, пока ощущение ментолового холодка приносило покой его перетруженной голове. А затем иркенец что-то вколол ему в вену, и стало совсем хорошо и почти безразлично ко всему, в том числе – к восстановленной в памяти огорошивающей информации об авантюре Зима.
- Нет, - твердо заявил иркенец, - это опасно для твоего нормального функционирования.
- Но я же остался здесь, на твоей базе, чтобы все выяснить, - попытался уже спокойным тоном объяснить свои поступки Диб. - Ты ведь был не против, скорей, сам на это благословил. Компьютер не предоставил данных, поэтому я должен…
- Вот как, значит, остался только чтобы выяснить… - задумчиво произнес Зим, заканчивая вытирать зеленой губкой, которую держал в выздоровевшей левой руке, вспотевший лоб и шею все еще лежавшему на кушетке Дибу. – Ну, теперь ты помнишь достаточно...
С этими словами иркенец отстранился и презрительным жестом выбросил губку в шредер, подсоединенный к системе канализации.
- Для чего? – Диб уже ощутил быстро восстановившуюся способность концентрации мыслей, а теперь, наконец, смог достаточно собраться с силами, чтобы приподняться на локтях. Руки почти не дрожали.
- Когда окончательно придешь в себя, спускайся на минус третий этаж в конструкторскую. Подъемник – возле шкафа управления с воздухораспределительным блоком. Там и поговорим.
Не дожидаясь ответа своего давнего врага, Зим, заложив руки за спину, покинул медицинский модуль.