Глава 2 Verbamovent ( Слова волнуют)
Нарцисса Блэк прекрасно знала, кто украл ее конспект по истории Магии. Она поняла, кто это сделал в ту минуту как потянулась за следующим учебником, один из которых проверяла на наличие пропавшего пергамента. Это был учебник по трансфигурации, который одолжил ей почитать Гайбон перед тем, как она предложила ему воспользоваться ее конспектом по истории. Правила, которые Нарцисса нарушала только в экстренных случаях, были соблюдены. Только теперь оказывается, что пергамент самым трусливым образом украл Люциус Малфой.
Честно говоря, она ожидала от Малфоя большего. Это был настолько спонтанный, необдуманный и практически бессмысленный поступок, что Нарцисса сомневалась, что вор уже осознал трусливость и самое главное, не оригинальность своего грабежа. Ей было даже немного стыдно за него, ведь-
-Победа!! Ура! Слизерин!! Слизерин!!
Гостиная взорвалась криками, аплодисментами, смехом и громкими чествованиями во славу сильнейшей команды школы Хогвартс. Нарцисса уловила в бесчисленной толпе белые волосы, которые пятном выделялись на фоне других голов, и чуть не вздрогнула от раздавшегося рядом с ней голоса:
-Нарцисса, тут так шумно, не могли бы мы выйти куда-нибудь?
Недокучливый Гайбон уже продвигался сквозь громкую толпу и Нарцисса благоразумно решила последовать за ним.
-Дэниел, я как раз искала свой конспект по истории и не могла его найти.
Дэниел быстро кивнул, как - будто соглашаясь с чем-то, сказанным ею.
-Почему ты не ходила в Хогсмид осенью?
Нарцисса вопросительно приподняла брови ,но все же ответила невозмутимо:
- Я бывала в Хогсмиде и ранее. Именно в те выходные была занята, поэтому без сожаления отказалась от прогулки в деревню в такую сырую погоду.
-Ты пойдешь в Хогсмид через две недели?
Нарцисса, изо всех сил стараясь не выглядеть раздраженной, ответила:
- Скорее всего нет. Если вдруг что-нибудь понадобится – вполне вероятно. Ну а просто так желания нет.
- Я хочу пригласить тебя.
-Дэниел. Спасибо, но я не хочу и не пойду. Извини, я не закончила астрономию.
-Нарцисса, стой! Подожди. Я не хочу, чтобы ты подумала-
- Гайбон пытается объяснить Блэк, что хочет пойти с ней в деревню не из-за конспекта по истории. Блэк, я всегда думал, что ты догадливее.
-Думай себе дальше. И просьба не вмешиваться в чужой разговор.
-Приношу свои извинения, мисс Нарцисса Блэк, но я предпочитаю вмешиваться куда угодно, а особенно в чужие разговоры, - его тон резко изменился, стал грубее и злее, - Гайбон, ты был на матче?
-Был, - едва заметно кивнул третьекурсник и добавил, - Гриффиндор так слабо играл, Фэбиан вовсе-
Нарцисса зашла обратно в гостиную.
-Гайбон – такой удачный улов, Блэк. Глуп, труслив, ни к чему не пригоден.
Она стояла спиной к нему и изо всех сил старалась не высказать своего гнева.
-Насчет трусости и глупости, не тебе судить, Малфой! – она обернулась и наткнулась прямо на него. Они оказались в самом центре толпы, зажатые ею и незамеченные.
- Что… это… значит?- его спокойствие было обманчивым, и Нарцисса ни на секунду не купилась на это.
- Советую вернуть мне конспект, иначе-
Ее рука так быстро и легко оказалась в тисках его, что Нарцисса не успела договорить.
-Иначе что?!
Нарцисса расслабила руку, находившуюся в плену, и со снисходительным вздохом произнесла:
-Иначе я подам не тебя в суд. Я серьезно, Малфой. Подам на тебя в суд. За воровство.
Он молчал, хотя множество фраз прямо-таки просились с языка. Сбивало с толку не ее почти шуточная угроза, а внезапное тревожное желание отпустить ее руку. Немедленно.
- Не нравиться мне, когда вещи, принадлежавшие мне, попадают в чужие руку.
-Мне тоже, - выдержка внезапно закончилась и, - и поэтому ты собиралась конспект отдать Гайбону?
-Он попросил. Очень вежливо попросил. Тем более мне нужна была одна его книга.
-Какая книга?
-Рука болит,- Нарцисса смотрела на железную хватку его пальцев вокруг собственной руки, и он равнодушно освободил ее.
-Какая книга?
- На кого досье собираешь: на меня или на глупого Гайбона?
-Если бы собирал бы, не спрашивал. Ты всегда ради книги отдаешь всё?
- Всё?!
-Так что это за особенная книга?
Нарцисса развернулась и пошла к столу, на котором лежали е вещи.
-Как некрасиво, Блэк. Разве леди так поступают?
- Как? Не отвечают на глупые вопросы или благоразумно удаляются, - она окинула его презрительным взглядом, - подальше от хамливого и лезущего в не своё дело подростка?
- Я на год старше тебя! Глупые вопросы?! Что это за книга, черт побери, и почему ее надо было просить у Гайбона?!
-О, Мерлин ,это пособие по Трансфигурации и я видела его только у Гайбона. И то, что ты на год старше, не делает тебя на самом деле старше!!
-Блэк, я старше и мы оба это знаем!- она смело встретила его твердый взгляд, но перечить не стала, - И книга могла быть у твоих сестер, они ведь тоже были третьекурсницами. Почему ты не спросила ее у них?
- Я увидела ее у Гайбона. И мы иногда занимаемся вместе, поэтому это было намного проще. И насчет моих сестер-
Но Люциус уже покидал гостиную, оставляя Нарциссу дрожать от гнева и некоего подобия шока, который она испытала впоследствии этого разговора. Разговора, который стал переломным.
Беззаботная жизнь синоним скучной жизни. Богатая, беззаботная, полная привилегий и вечного отдыха жизнь была проклятием этого рода. И Люциус не стал исключением по той части, где говорилось о богатстве и привилегиях. А вот что касалось беззаботности, особенно душевной, о ней он мог только мечтать, да и то, почему-то не желал этого делать. У него всегда была Нарцисса Блэк – вечно раздражающий, будоражащий и вызывающий одновременно море эмоций и желаний объект.
Люциус окончательно понял, что такой эффект на него производит Нарцисса Блэк, когда в этом году возвращался в школу с Рождества, проведенного дома. Отец в этом году был особо невыносим, и праздник, впрочем, как и всегда, прошел скучно. От раздражения из-за того, что столько времени и внимания было потрачено впустую, Люциус возвращался в школу в одном из худших своих расположений духа.
-Нотт, найди другое место для упражнений в Чарах.
Нотт поспешно вышел, но через минуту дверь в купе снова отворилась и Люциусу стоило больших усилий сдержать лицо при появлении младшей Блэк.
Она посмотрела на него, и когда он обратно отвернулся к окну, послышался звук закрываемой двери. Когда же он приготовился съязвить что-нибудь обидное в ее адрес и высокомерно потребовать ее покинуть купе, ее попросту не оказалось там. Люциус был так зол, что не мог сидеть на одном месте, он расхаживал по купе.
Дверь снова открылась, и показалась Нарцисса с багажом и с клеткой, в которой сидела белоснежная сова. Она молча поставила клетку на сиденье и тут же выпустила сову, которая уселась ей на руку.
-Чем обязан?
Люциус старался держаться хладнокровно, но с каждой секундой это становилось определенно сложнее.
-У меня была перспектива провести поездку с двумя пуффендуйками и невыносимым, но слизеринским…,- она оторвала взгляд от своей совы и посмотрела ему в глаза, - джентльменом.
-Есть еще отсек машиниста, - она отвернулась от его улыбки, и Люциус продолжил, - и за окном тоже перспектива хорошая.
-Угрожаешь?
-Нет, играю роль «невыносимого».
-А как насчет джентльмена?
-С леди скучно оставаться джентльменом. А, да, ты слишком мала, чтобы понять это.
-Во всяком случаи, я не так узколоба, чтобы думать так!
Ее сова внезапно зарокотала и Люциус, сам не зная что делает, выкинул птицу за окно. Он так быстро открыл окно и выпустил сову, что Нарцисса даже не успела вытащить свою палочку из сумки.
-Ты! – она резко поднялась, и на лице Люциуса появилась такая довольная улыбка, которой Нарциссе еще не удавалось видеть.
-Да как ты посмел! Не смей никогда прикасаться к ней!
-Так, так, Блэк. Волнуешься за свою сову больше чем за книги? Третий курс так изменил?
На ее лице появилось выражение твердой уверенности, и даже предупреждения о том, что она что-то задумала. Люциус в предвкушении скрестил руки на груди и ждал. Вдруг она взяла себя в руки, и молниеносно подхватив багаж, собиралась выйти из купе.
-Как всегда бежим, Блэк?
- Еще раз,- она открыла дверь, - еще раз ты заговоришь со мной или тронешь мою сову, ты об этом пожалеешь.
-Ты забываешься, -процедил Люциус.
-Нет, это ты забываешься. Я лучше буду ехать с безродными пуффендуйками,- Нарцисса высокомерно вскинула голову, - чем с таким как ты.
В тот момент, когда она вышла из купе, на дверь обрушилось не одно, а несколько заклятий. Конечно же, он не хотел на нее напасть, но, сделав это, он облегчил свою злость и ярость. Только Блэк могла отвлечь его от угнетающих мыслей. Любая перепалка с ней – короткодействующая залечивающая сыворотка, к которой привыкаешь. И когда-нибудь, она, строптивая мелкая третьекурсница, будет сама искать с ним ссоры, лишь бы обратить на себя его внимание.
-Андромеда, отдай, пожалуйста, сейчас же!
-Андромеда!
-Пожалуйста, мне надо прочитать письмо первой.
Ее голос, как всегда звонкий и уверенный, разносился по всему слизеринскому столу и Люциус не мог не наблюдать за сценой. Несмотря на то, что говорила она громко и требующее, видом своим никак не показала, что ей действительно необходимо это письмо.
Ее сестра вздохнула и, пожав плечами, отдала Нарциссе письмо. Люциус не отрываясь, смотрел, как она читает пергамент, стараясь заметить какие-то изменения в ее поведении или в выражении лица. Но голубые глаза Нарцисса оставались такими же серьезными, как и прежне, лицо было задумчивым, как и всегда. Люциус сделал вид, что читает утреннюю газету, и снова принялся изучать ее. Андромеда тоже следила за Нарциссой, и вот выражение лица средней сестры Блэк ему было предельно понятно. Пятикурсница переживала; то, что Нарцисса читает письмо - волновало ее. Он снова вернулся к малявке, и она вдруг посмотрела на него. Ее глаза были холодными, но не как всегда, в этот раз Люциус не разглядел в них ни капли притворного холода. Что-то ее огорчило, возможно, даже разозлило, что-то, отчего она теперь может зависеть. У Люциуса внезапно пропал аппетит, и он покинул Большой Зал, так и не позавтракав. Конечно же, его разозлило, что малявка заметила, что его интересует это письмо и ее реакция, но в целом Люциусу даже понравилось, что ее огорчили. Давно пора. Но что-то, все равно, что-то внутри протестовало против этого, и именно поэтому Люциус знал, чего хотел. Он хотел, внезапно и по-настоящему хотел, чтобы единственной причиной огорчения Нарциссы мог быть только он.
-Оставляешь какие-то пожелания напоследок?
Рудольфус криво усмехнулся и отпил еще из своего кубка:
-Ты и так все знаешь, будущий капитан.
-Квиддич – это хорошо, но вряд ли ты еще когда-либо будешь заниматься им, не правда ли?
-Никогда. Слишком глупо, Люциус.
-Нет, не глупо,- тихо, но твердо возразил Малфой и посмотрел в сторону,- просто квиддич останется в Хогвартсе, как часть учебы.
-В следующем году ты будешь на пятом курсе. Слишком рано думать об уходе. А я вот, - он поднял кубок, как бы провозглашая тост, - покидаю Хогвартс навсегда.
-Сентиментально, - заметила Беллатрикс и эффектно выплеснула тыквенный сок из кубка Рудольфуса на стол.
Выпускник лишь улыбнулся и отшвырнул пустой кубок в сторону. Люциус мельком взглянул на Нарциссу, делающую вид, что она не заметила ничего ненормального в поведении сестры. Нарцисса никогда бы не поступила так, как Беллатрикс. Внешность старшей сестры соответствовала ее внутреннему миру, и Люциус не мог не заметить сверкающую, как алмаз Беллатрикс. Она была непредсказуема, но слишком дешева как на вкус Малфоя. Она была красива, но в ее красоте не было естественности и настоящего сияющего блеска. Да, она сверкала и переливалась яркими цветами, и в ее невнимательных, редко сосредоточенных глазах плескался огонь. Но все же до того сияния, настоящего, царского, на которое Малфой обратил бы хоть капельку внимания, ей было далеко. Люциус даже тошно было иногда смотреть на нее, несмотря на ее непредсказуемость, она читалась как книга. Пафосная и неинтересная книга.
Рудольфус завладел его вниманием, когда сказал следующее:
-Слышал, что Гайбона до сих пор не выписали из Св. Мунго.
Люциус слегка пожал плечами и ничего не сказал.
-Я знаю, что это ты.
Он поднял на Рудольфуса глаза, взгляд которых был таким же холодным и незаинтересованным, что и минуту назад, и спокойно сказал:
-Что мне с того, что ты знаешь.
-Люциус, я умею делать выводы. Подводить итоги.
-Я тоже.
Лэстрейндж задержал взгляд на Беллатрикс, увлеченно разговаривающей со страшим Булстроуд и снова обратился к Люциусу:
-Я не слышал ни об одном таком инциденте с твоим участием. Это первый раз, Малфой, и мне хотелось бы, чтобы ты уничтожал людей по причине, а не без.
-Если бы я его уничтожил, он бы не лежал бы сейчас в больнице. Есть ли какая-то причина, почему это интересует тебя?
-Если есть стоящая причина, почему ты покалечил Гайбона, то меня это уже не интересует.
Люциус отпил из кубка и придвинулся ближе к собеседнику:
-Он получил то, что заслужил, - голос молодого человека был глухим, слишком тихим, чтобы его кто-то услышал, и Рудольфус почувствовал, что он приблизился к нему не затем, чтобы скрыть от окружающих сказанное, а чтобы отчетливо дать понять ему, что разговор принимает опасные обороты.
- За что?
- Ты слишком много волнуешься об этом, Рудольфус.
-Я волнуюсь не об этом. Я волнуюсь о тебе.
-Трогательное заявление, - Люциус улыбнулся, - в какую часть я должен поверить?
-Вера и правда, вещи редко совместимые. Ты не должен поверить, ты должен знать, что это правда.
-Я не должен, и ты знаешь это. И еще: ты просто должен знать, что то, что была стоящая причина – правда.
Еда в один миг исчезла со столов, и последний ужин в этом учебном году был окончен.
В этот вечер слишком рано стемнело. Нарцисса повторно посмотрела в окно, как – будто, что-то увиденное там могло изменить ее решение. Ничего особенного, решение было элементарным – просто пройтись, прогуляться. По окрестностям Хогвартса. Под вечер. Первый раз в жизни.
Странное желание влекло ее за собой, и темнота опустившегося на землю вечера расступалась перед ней, как крылья летучей мыши распускаются, когда она следует на охоту в ночи. Вокруг стояла гнетущая тишина, лишь глухо раздавали звуки шелеста ее мантии и шагов. Чтобы сделать что-нибудь привычное, Нарцисса направилась к совятне. Там она покормила Ялкуб, свою белоснежную сову и Саэру, сову Урсулы и еще несколько школьных птиц, что ей приглянулись. Нарцисса уже собиралась уходить, когда услышала шаги поднимающегося по лестнице человека и инстинктивно потянулась за палочкой, но не вытянула ее. В совятне появился Хагрид с совой в клетке и с мешком корма для птиц. Нарцисса направилась к выходу.
- Э… э… э… это ваша сова, мисс? – лесничий указал на Ялкуб.
-Да.
-Она… она очень хорошая. Все совы хороши, тут в Хогвартсе, но ваша удивительно послушна. Отличная птичка. Очень хорошая.
Нарцисса вернулась к Ялкуб, и погладила ее.
-Лучшей совы и не найти, мисс.
Он закашлялся и отвлекся, и Нарцисса тем временем смогла смело посмотреть на него. Она помнила его еще с одиннадцати лет, хотя он был обычным лесником и многие из учеников, наверное, не знали, как его зовут. Но Нарцисса знала. И еще тайно поражалась его любви к животным и терпеливому отношению к ним. Хагрид был жалок, в ее глазах он был почти что грязью, но такая грязь была ей больше по нраву, чем драгоценности бездумных и ни к чему не относящихся с душой и интересом окружающих.
После посещения совятни внезапный порыв отправил ее подальше от Запретного леса, и она оказалась на квиддичном поле. Вечер уже окончательно накрыл окрестности, и Нарцисса с удовольствием рассматривала звезды, так и манящие к себе с небес. Находиться в такой тишине было невероятно приятно, по-настоящему вдыхать воздух и попросту стоять посреди всего этого природного великолепия.
-Омерзительная команда. Впрочем, мое мнение вы не раз уже слышали.
-Грязнокровная мразь, как только с ними метла взлетает.
Один из голосов ей был знаком, и когда четыре фигуры приблизились к тому месту, где стояла она, Нарцисса разглядела Рудольфуса Лэстрэйнджа, жениха ее старшей сестры. Рядом с выпускником шли еще два семикурсника и Люциус Малфой.
-Нарцисса, вот уж где не ожидал тебя встретить, - Рудольфус учтиво обратился к девушке и зажег свет от палочки, - Интересное место для прогулки в такое время.
-Я была в совятне и решила немного…подышать свежим воздухом, -она демонстративно оглядела их квиддичные формы и метлы, - а вы, как всегда, верные поклонники квиддича.
-Не поклонники, Блэк. Другое слово было бы уместнее.
-Нет, мы поклонники, да и еще какие!! Квиддич – это стоящая часть жизнь. Кстати, сегодня мегапогодка для тренировки. В следующий раз приходи, посмотри на нас.
Люциус презрительно смотрел, как Флинт подмигивает девушке и хлопает по плечу своего однокурсника.
-Вряд ли мисс Блэк придет, - немного язвительно сказал Малфой.
-Все также не любишь квиддич? – улыбнулся Рудольфус и покачал головой, - или это дело принципа?
Люциус выжидающе смотрел на нее и не пытался скрыть это. Она, конечно же, в ответ смотрела на него и даже вытащила палочку, чтобы легонько вертеть ею в руках.
-Наверное, в следующем году я посещу первую же вашу тренировку, -Люциус незаметным движение вытащил свою волшебную палочку и зажал ее между пальцами, -как же я могу судить о том, чего толком не знаю?
-Что ж, Нарцисса, это будет уже в следующем году, - Рудольфус бросил взгляд на Люциуса,- и тренировка будет проходить под другим начальством.
Двое семикурсников уже пошли по направлению к замку, а трое собеседников медленным шагом следовали за ними.
-Уже принимаешь поздравления, Малфой?
-Еще нет, Блэк. Но когда наступит время, - палочка оказалась у него в руках, у всех троих на виду и пальцы повторяли делать тоже самое, что и пальцы нарциссы, - не забудь о них.
-Я же буду на тренировке. Или ты будешь устраивать вечеринку по этому поводу?
-Не думаю. Мне бы не хотелось.
-Смотря какая вечеринка, - заметил Рудольфус.
-Я слышала, что насчет свадьбы все решено, - Нарцисса заправила волосы, которых игрался ветерок и зашагала быстрее, - правда, я не знаю точной даты.
-Это потому, что ее еще никто не знает. Но ты, наверное будешь на курсе пятом, а может и шестом.
Люциус перегнал Нарциссу, и оба невольно сбавили темп, все же оставив Рудольфуса чуть позади. Все трое молчали, каждый думал о своем. Рудольфус находил молчание напряженным, ведь думали они все друг о друге, но Люциус думал только о Нарциссе, а она – только о Люциусе. Рудольфус же думал о них обоих сразу, и зашел в замок последним, пропуская Люциуса и Нарциссу вперед.
Взгляд Нарциссы все чаще и чаще обращался к Беллатрикс и ее спутнику, Рудольфусу Лестрэйнджу. Знание о том, что оба они едут в последний раз в поезде Хогвартс – Експресс казалось волнительным и требующим обдумывания. За окном, виды сменяли друг друга, местами природа оставалась одинаковой, местами – резко сменялись поля, луга, густыми лесами, речками, с пустынными берегами и озерами, водная поверхность которых была поразительно гладкой и застывшей. Нарциссе представлялось, что жизнь обоих проносилась мимо них, оставляя в памяти все самое живое, яркое и даже неприятное.
Беллатрикс редко обращала на нее внимание, и сегодняшний день не стал исключением. Яркая, как вспышка внезапного света, она, тем не менее, окружала себя загадочной темнотой и из-за этого Нарциссе не нравилось даже смотреть на нее. Настоящего лица Беллатрикс не видел никто, нарцисса по-детски была уверена в этом, и мысль о том, что и она была лишена этого вовсе, не огорчала ее. Сестрой Беллатрикс она себя не чувствовала, нет, много других эмоций она могла тайно переживать к ней, но немногие из них были сестринскими. Андромеду она звала своей сестрой, ей было приятно и надежно находиться рядом с ней. Андромеда же чувствовала себе настоящей средней сестрой, зажатой между двумя вроде бы мирных, но все же почти не замечающих друг друга сестер.
Андромеда была одним из моментов слабости Нарциссы, да и то, во многом только потому, что Нарцисса могла себе это позволить. Вот сейчас, сестра смеялась и никак не могла поверить в историю, рассказанную каким-то старшекурсником. Ничего не было в ней наигранного и искусственного, она была наивной и в некоторой степени даже глупой, но Нарциссу это никогда не раздражало. Если она и могла признать, что между ней и Беллатрикс есть хоть малейшее сходство, то с Андромедой они кардинально различались. Ничто не мешало средней сестре жить в полную силу, не надевать оборонительных(как Нарцисса) и привлекающих внимание(как Беллатрикс) масок. Нарциссе не надо было знать как, ей было достаточно наблюдать, что Андромеда дышит полной грудью, и воздух, который она с удовольствием вдыхает наполнен лишь одним веществом – жизнью.
Этим летом умерла ее мать. Люциус даже не ощутил сочувствия по поводу этой новости, лишь раздражение оттого, что игра в шахматы с отцом была прервана. Эту новость сообщил старший из братьев Лестрэйндж, и Люциус больше получаса слушал как отец, не понятно зачем, выпытывал все больше и больше подробностей о смерти Друэллы Блэк. Он облокотился на спинку стула и представил, что делает сейчас младшая из сестер Блэк. Наверное, как всегда, читает либо пишет. Возможно, раскладывает что-то по местам. А возможно, занимается своей глупой, бесполезной совой. Люциус уловил ее имя в беседе, которую уже долго вели отец и Рабастан:
-Да уж, дочери остались без матери.
Люциус так и не понял, почему именно прозвучало имя малявки, так как разговор о смерти миссис Блэк тут же закончился и Рабастан обратился к нему:
-Собственно говоря, я пришел к тебе, Люциус.
Малфой – младший поднялся и предложил перейти в другую гостиную для разговора. Домашний эльф тут же рабоподобно поинтересовался, не желают ли господа что-нибудь выпить или перекусить. Оба отказались и Рабастан начал разговор:
-Рудольфус сообщил мне, что ты займешь его пост капитана команды по квиддичу.
-До этого пост был «твоим»?
Рабастан усмехнулся, уловив то, на что намекал Люциус.
-Я неправильно выразился. Просто пост капитана команды.
Люциус ничего не ответил. Он даже не смотрел выжидающе на Рабастана, хотя оба понимали, что пришел сюда он не о квиддиче говорить:
-Перейдем к делу, Люциус. Тебе прекрасно известно, что у твоего отца совместных бизнес с моей семьей. Ты единственный сын Малфоя, скоро бизнес перейдет тебе, и управлять им будешь ты. Тебя интересует компании твоей семьи, Люциус?
-Если у моего отца и твоей семьи совместный бизнес, то ты прекрасно знаешь, каким образом он управляется. Независимо от того интересно мне или нет, бизнес будет работать в прежнем темпе.
-Но я тебя спрашиваю: тебе будет интересно заниматься компаниями?
-Несколько недель, думаю, да.
-Что же дальше?
Люциус равнодушно пожал плечами.
-Я жду, Рабастан.
Лестрэйндж непонимающе посмотрел на него, но затем улыбнулся.
-Наверное, мне сразу следовало начать с моего предложения.
-Наверное.
-С тобой нелегко общаться.
-К сожалению, ничего поделать не могу.
-Я мало знаю о твоих пристрастиях, Люциус, но я знаю и вижу, что ты чистокровен до последней капли своей крови. Я знаю, что ты думаешь о грязнокровках и о любителях грязнокровках. Чистокровность – это, что дано от рождения и то чего нельзя отобрать при жизни. С грязной кровью обстоит все также. Я предлагаю тебе связать жизнь с тем, с чем ты уже родился.
-Я и не знал, что ты занимаешься такой глупостью.
-Глупостью? Ты и понятия не имеешь, о чем я говорю! Что и кто за этим всем стоит.
-Раз я понятия не имею, зачем ты говоришь мне всё это?
Рабастан тяжело вздохнул и хлопнул себя по колену:
Наверное, ты слишком молод для этого.
Люциус ничего не возразил в ответ.
-Этот разговор не окончен, он только начат. Мы еще к нему вернемся через несколько лет, когда ты окончишь школу.
-Позавчера умерла миссис Блэк, из влиятельной чистокровной семье. В этом виноваты грязнокровки?
Рабастан уже поднимался с кушетки, когда Малфой задал ему этот вопрос и Лестрэйндж так и замер на одном месте:
-Нет, она-
-Твой отец умер полтора года тому назад, в этом виноваты грязнокровки?
-Нет.
-Моя мать умерла от болезни, как и миссис Блэк.
-Люциус, ты делаешь неправильные выводы
-Нет, я как раз и делаю правильные выводы. Грязнокровки могут быть ограниченней нас, не достойны нас, он они – не угроза волшебному миру. Наш мир состоит и будет состоять из чистокровных и маглорожденных волшебников, великанов, магических существ, гоблинов, вейл, великанов, рабов – эльфов и даже садовых гномов.
Рабастан улыбнулся и направился к выходу:
-Ты слишком молод, Люциус, и самонадеян.