Глава 2.
У входа в ресторан «Capriccio» прохаживался туда-сюда темнокожий мужчина лет тридцати, одетый с иголочки. Его лицо, в чертах которого, несмотря на возраст, все еще проглядывало что-то мальчишеское, просветлело, когда он завидел человека в роговых очках а-ля середина прошлого века, торопливо приближавшегося к ресторану с другой стороны.
Они обменялись рукопожатиями. Человек в очках оказался на голову выше, но из-за привычки сутулиться это не бросалось в глаза.
- Здравствуй, Кларк! Я рад, что ты наконец-то смог выкроить время для старого друга.
- Пит! Ты не представляешь, как я рад тебя видеть! А я попал в пробку, представляешь?
- Мог бы и позвонить, - мягко сказал Пит.
- Мой телефон умер в самый неподходящий момент, - Кларк развел руками, как бы говоря «ну что я могу поделать?».
Некоторое время они просто стояли и рассматривали друг друга.
- Приятно видеть, что некоторые вещи не меняются. Например, у Кларка Кента по-прежнему проблемы со словом «мода».
- Хочешь - верь, хочешь - нет, но стоит мне обзавестись новым костюмом, как он оказывается или залит кофе, или прожжен насквозь, - Кларк ничуть не обиделся. Он давно привык слушать остроты в адрес своего гардероба, куда менее добродушные, чем эта.
- Ты безнадежен, Кларк, - Пит покачал головой с притворной укоризной. – Ладно, не на улице же нам беседовать.
- Может, я и безнадежен, зато ты у нас – будущая надежда и гордость нации, - сказал Кларк в спину Питу, когда они шли через вестибюль. - Может, мне начать писать книгу «Президент Росс: первые шаги»?
- Меня вполне устроит пост вице-президента, - ответил Пит. Еще одна дежурная шутка, еще с тех времен, когда они учились в высшей школе, Пит, использовав свои недюжинные ораторские способности, убедил Кларка баллотироваться в президенты класса. Кларк, относившийся к этой затее весьма скептически, спросил, почему бы Питу не выставить свою собственную кандидатуру. Тот ответил, что в роли серого кардинала чувствует себя намного уютнее. Никто тогда не предполагал, что Пит Росс и в самом деле выберет карьеру политика.
Друзья устроились за столиком в углу, который Пит заказал заранее, и продолжали болтать, ожидая, когда принесут их заказы.
- Ты помнишь Эрику Фокс?
- Эрику Фокс из нашей школы? Которую ты пригласил на Весенний Бал? Ты о ней?
- Да.
- Она, потом, кажется, стала моделью? - продолжал вспоминать Кларк.
- Правильно. Только теперь ей больше не нужно ходить по подиуму. У нее собственное модельное агентство.
- Так в честь чего ты решил о ней вспомнить?
- Мы случайно встретились в поместье Вандербергов, на благотворительном балу. Я узнал ее сразу, а она меня – нет... Кларк, неужели я так сильно изменился?
Кларк Кент хмыкнул:
- Ты изменился, но в лучшую сторону, Пит.
- Вот и она сказала то же самое. Ну, мы с ней разговорились, вспомнили старые добрые времена в Смолвилле. Слово за слово, оказалось, что она живет всего через пару улиц от меня. Я решил пригласить ее на обед в новый итальянский ресторан. Она согласилась…
- Я понял, понял, избавь меня от ненужных подробностей. Просто скажи – давно вы вместе?
- Уже полгода. Только на этот раз все намного серьезнее, чем было в школе. Эрика – потрясающая женщина, и не только внешне. Знаешь, Кларк, - Пит понизил голос, - я подумываю о том, чтобы сделать ей предложение.
- Я рад за тебя, - искренне сказал Кларк. Он приподнял бокал: - За здоровье будущей миссис Росс!
- За это я выпью с удовольствием! – Они чокнулись. Пит лукаво заметил:
- Пора и тебе начать подыскивать спутницу жизни. А то скоро окажется, что из всего нашего выпуска неженатым остался только ты, Кларк.
Кларк тяжело вздохнул:
- Пит, пожалуйста, давай оставим эту тему! Мало мне Джимми Олсена, который вечно уговаривает меня сходить с кем-то на свидание, так теперь еще и ты!..
- Смолвиль?
Пит оглянулся через плечо и увидел женщину с длинными темными волосами, одетую в деловой костюм. Она выглядела плохо выспавшейся и раздраженной до предела.
- Смолвиль, какого черта? Я битый час пытаюсь тебе дозвониться. У тебя что, опять разрядился мобильник?
- Привет, Лоис. И ты, как всегда, права – он разрядился.
- Смолвиль, шеф по-прежнему ждет статью о выставке современного искусства.
- Я отправил ее в редакцию сегодня утром, Лоис, - отозвался Кларк.
- Есть что-нибудь новое об исчезновении спецконтейнера из «Стар Лабз»?
- Ничего такого, что оправдывало бы прогулку в Трущобы Самоубийц.
- Это еще ни о чем не говорит. Ты бы не отправился в Трущобы, даже если бы там приземлилась летающая тарелка.
- Только потому, что летающие тарелки – это материал для «Инквизитора».
- Ты хочешь сказать, что я – охотница за дешевыми сенсациями? – Лоис подбоченилась и грозно взглянула на Кларка.
Тот лишь пожал плечами, с невинным выражением лица:
- Я этого не говорил.
- СМОЛВИЛЬ!..
Пит решил вмешаться, пока не разразилась гроза:
- Кларк, может, представишь меня?
Кларк поправил очки:
- Лоис, это Пит Росс, мой школьный друг. Пит, это Лоис Лэйн. Из «Дэйли Плэнет». Мы работаем вместе.
Лоис выразительно поглядела на часы:
- Точно. Работаем вместе. С того самого злополучного дня, когда Перри решил, что будет хорошей идеей повесить тебя мне на шею. Я его сразу предупредила, что это плохая идея, и пока что, Смолвилль, я не видела ничего, способного убедить меня в обратном. Когда освободишься, возвращайся в редакцию. У нас полно работы, - и она ушла, не попрощавшись.
Пит проводил Лоис любопытным взглядом.
- Так вот как выглядит знаменитая Лоис Лэйн? Почему ты позволяешь ей так с собой обращаться?
Кларк передернул плечами, отодвинув недоеденный салат:
- Почему бы и нет?
- А она, кстати, ничего себе, – уголки рта Пита поползли вверх. - Кларк, а ты случайно не?..
- И ты туда же! – Кларк недовольно посмотрел на друга. – Мало мне того, что вся редакция «Дэйли Плэнет» думает, что я в нее влюблен! Поверь мне, Пит, я хорошо знаю, кому принадлежит мое сердце, и Лоис Лэйн тут совершенно ни при чем!
Пит почти театрально схватился за голову:
- Только не говори, что через столько лет продолжаешь любить Лану!
- Опять мимо, - Кларк едва заметно улыбнулся. – Знаешь, я видел ее в прошлом месяце. Мы с Джимми делали репортаж об открытии нового здания фонда «Изида», и ей досталось перерезать ленточку. Лана, как хорошее вино, с возрастом стала еще красивее. Но у меня не осталось никаких романтических иллюзий по отношению к ней. Просто еще одна красивая женщина, вот и все.
Пит округлил глаза в очевидном неверии.
- Никогда не думал, что услышу от тебя что-то подобное. Но если это не Лана, тогда кто? Кларк, я умираю от любопытства. Ну же, я ведь рассказал тебе про Эрику!..
Кларк испытующе взглянул на своего друга.
- Только между нами?
- Слово скаута.
Кларк помолчал, собираясь с силами, а потом просто ответил:
- Это Рейчел Дэйвенпорт.
Пит присвистнул.
- Даже не знаю, что и сказать.
- Вот и не говори ничего, - оборвал его Кларк. – Я прекрасно понимаю, что мы принадлежим к совершенно разным мирам, и что из этого никогда бы ничего не получилось. Но ничего не могу с собой поделать. Нельзя нажать кнопку у себя на затылке и перестать любить.
- Я был прав, некоторые вещи не меняются. Ты по-прежнему безнадежный романтик, Кларк, - грустно констатировал Пит. – Вечно тянешься к девушкам, которые для тебя недоступны. Рейчел Дэйвенпорт, это надо же! Как тебя вообще угораздило?..
- Влюбиться в нее? – уточнил Кларк. В его голосе была та же горечь, что и у Пита. – Долгая история.
- Я никуда не спешу.
- Хорошо. Но помни – ты дал слово, что все останется между нами.
- Помню, помню.
- Когда Хлоя… еще была с нами, она как-то затащила меня на съемочную площадку «Ангела-Воителя». Я не хотел идти – с детства не любил комиксы. Но Хлоя притащила меня туда чуть ли не силой. Они как раз снимали сцену с участием Рейчел. Как потом выяснилось, какой-то чокнутый фанат похимичил с тормозами ее «Форда». Она не смогла затормозить, когда нужно, и ее машина перевернулась. Мне повезло оказаться рядом и вытащить Рейчел, прежде чем машина загорелась.
Глаза Кларка были устремлены в никуда. Он вспоминал.
- Когда Рейчел только-только появилась на площадке, в окружении свиты и поклонников, она выглядела недоступной, как королева. Но стоило мне взглянуть на нее сверху вниз – потерявшую сознание, раненую, абсолютно беззащитную – и я потерял голову. С тех пор, - его голос упал до шепота, - как бы банально это ни звучало, другие женщины перестали для меня существовать.
Кларк замолчал. Ему было явно неловко после признания.
Пит тоже молчал. Что можно сказать другу, который безнадежно влюблен в женщину, которая ему совершенно не подходит? Который и сам прекрасно знает об этом? Он не мог даже посочувствовать Кларку – Пит не был уверен, захочет ли Кларк его сочувствия, или он несет бремя неразделенной любви с мазохистским удовольствием.
Кларк взглянул на часы, как будто надеялся отыскать на их циферблате откровение свыше. Потом подозвал официанта, чтобы расплатиться.
- Извини, Пит, но мне действительно пора бежать. Не хочу, чтобы Лоис оторвала мне голову. Удачи тебе с Эрикой! До свидания!
Пит смотрел, как уходит его друг, и в который раз сожалел, что Хлоя погибла. Она была самой умной из смолвильских Трех Мушкетеров. Даже сейчас у нее нашлось бы, что сказать Кларку. У самого Пита, при всем его немалом опыте произнесения речей экспромтом, нужных слов не оказалось.
Кларк Кент был недоволен собой, и поэтому не стал ускоряться, чтобы вернуться в редакцию. Вместо этого он минут десять пытался поймать такси.
С чего это ты так разоткровенничался с Питом? гадал Кларк, рассеянно глядя, как одна улица сменяется другой. Болтовню таксиста он пропускал мимо ушей. Даже про Рейчел упомянул, хотя как раз этого и не стоило делать… Или стоило? Все-таки репутацию безнадежного романтика нужно поддерживать.
Когда такси, едва не застряв в пробке, все же подъехало к редакции, а Кларк расплачивался, он сообразил, в чем дело. Пит был его единственным другом мужского пола за исключением Джимми. Точнее, единственным другом Кларка Кента. И, какой бы проницательной ни была Хлоя, о некоторых вещах все же проще говорить с другим мужчиной.
Продираясь через вращающиеся двери, Кларк в стотысячный раз попытался представить, что за жизнь у него была бы, если бы он был тем, кем казался. Человеком.
Он играл в эту игру с тех пор, как вынужден был разделиться на Супермена и Кларка Кента, чтобы обезопасить и того, и другого. А перед этим использовал криптонский кристалл из Крепости Одиночества, чтобы слегка отредактировать память Лане, Питу, Лоис и Лексу.
Когда он рассказал Хлое, что сделал, та была в ярости. Она не разговаривала с ним месяц. А потом позвонила поздно ночью и сказала: «Ты переступил черту. Не то что бы я сильно удивилась. Каков отец, таков и сын – верно, Кал-Эл?». И больше никогда не заговаривала об этом.
Кларк хорошо понимал правоту Хлои. Вот почему ему еще не надоела эта игра. Благодаря ней он мог хотя бы на время побыть человеком.
Спортсмен. Фермер. Ученый. Солдат. Бизнесмен. Актер… Кларк никогда не повторялся - благодаря абсолютной памяти он помнил каждый сценарий, каждый вариант. И никогда не делал своих двойников Журналистами или Супергероями.
К тому моменту, как Кларк втиснулся в лифт, он уже отмел заведомо неприемлемые варианты вроде вышибалы или стриптизера, и остановился на биохимике. Один из многих еще не испробованных вариантов «Ученого». Кларк успел сделать Двойника эмигрантом из Европы в третьем поколении, и даже мысленно набросал контуры его лаборатории и квартиры, когда лифт остановился на нужном этаже.
Кларк вздохнул. Биохимику придется подождать до следующего раза.
По дороге к своему рабочему месту он умудрился увильнуть от Кэт Грант, которая по неизвестной причине преследовала его уже две недели. Кларк подозревал, что она поспорила с кем-то, и предметом спора был он. Если так, то Кэт предстоит проиграть пари.
Кларк едва не споткнулся – в который раз! - когда увидел столик Джимми Олсена. Единственным его украшением была фотография Хлои в траурной рамке.
До ее свадьбы с Джимми Олсеном оставались всего две недели, когда Хлоя попала в ловушку, предназначенную для другого.
Криптонитовая бомба не сработала. Точнее, сработала, но не так, как предполагал Лекс Лутор. Вместо Супермена в радиусе поражения оказался Киборг, а у него аллергии на метеориты никогда не было. Но взрыв все же сделал свое черное дело, когда на Хлою, которая была уровнем ниже, посыпались обломки потолка. Самый страшный удар пришелся в позвоночник, парализовав ее ниже пояса. И, как будто этого мало, остаточное криптонитовое излучение заблокировало ее целительские способности.
После такого впору задумываться о самоубийстве. Но Хлоя Салливан сдаваться не собиралась. Тем более что в ее распоряжении были все ресурсы Лиги Справедливости.
От биопротезов а-ля Киборг Хлоя отказалась сразу. Она вежливо извинилась перед Виктором, и объяснила ему, что предпочитает встать на свои ноги.
Еще одним тупиковым вариантом стал Дом Исцеления на Темискире. Целительная магия Эпионы справлялась с увечьями и похуже. Но остров амазонок был закрыт для чужаков. И даже Чудо-Женщина, которая тогда еще не покинула Лигу, оказалась бессильна обойти закон, существовавший с тех времен, как Ипполита увела амазонок из Греции.
Сам Кларк навскидку перечислил полдюжины разумных рас, достигших совершенства в медицине. На трофейном звездолете Лиги путешествие к ближайшей из них заняло бы год-два в один конец. Кларк был готов лично занять кресло пилота. Хлоя была тронута его решимостью, но и оставлять Землю без Супермена на неопределенный срок ей не хотелось.
Решение пришло с неожиданной стороны. Доктор Чарльз МакНайлдер, один из первых супергероев, сменивший плащ и маску на медицинский халат, разработал уникальный метод лечения с помощью нанороботов, которые вживляли в позвоночник.
Нанороботы не гарантировали исцеление на сто процентов. Пока что лишь треть добровольцев, испробовавших метод МакНайлдера, смогла снова встать на ноги. Хлоя это знала, но решилась рискнуть.
Сидеть, сложа руки, пока шло лечение, она тоже не собиралась.
Целительница стала Оракулом. Пифией в антигравитационном кресле-каталке, с орбитальной базой в качестве храма. Суперкомпьютер, по сложности сравнимый с Брэйниаком после лоботомии, заменил ей алтарь. И ни одна более-менее серьезная миссия Лиги не проходила без ее одобрения.
Но для всего мира Хлоя Салливан была мертва. Ее похоронили в закрытом гробу. Правду за пределами Лиги знала только Лоис Лэйн.
Даже Джимми считал, что его невеста погибла.
«Я не хочу, чтобы он женился на мне из жалости», так Хлоя объяснила Кларку свое решение. Ее глаза были холодными и сухими. «Или ждал с десяток лет, пока я снова смогу ходить. Если смогу – ты сам знаешь, каковы шансы, что чуда не случится. Джимми и так слишком многим жертвовал ради меня. Пора и мне чем-то пожертвовать ради него. Так что постарайся не проговориться».
Кларк не проговорился. Но всякий раз, когда он видел фотографию на столе Джимми, он не мог не испытывать чувства вины.
- Смолвиль! Вот ты где!
Кларк развернулся, нацепив вежливую улыбку.
- Ты не говорил мне, что знаешь Росса-младшего, - Кларк уловил оттенок обвинения.
- Ты никогда не спрашивала, Лоис.
- Питер Росс-младший? – возбужденно спросил Джимми. – Я читал, что он - один из немногих честных политиков.
Лоис фыркнула:
- Джимми, честных политиков не бывает. Власть, знаешь ли, развращает. Чем выше они поднимаются, тем больше портятся… - она покосилась на Кларка, и видимо, сообразила, что зашла слишком далеко. - Хотя, может быть, Росс окажется тем самым исключением. Так откуда ты его знаешь?
- Я уже сказал тебе, - терпеливо напомнил Кларк. – Еще там, в ресторане. Он мой школьный друг.
- Кент! Лэйн! В мой офис!
Кларк был почти рад, что у Перри нашлось для них новое задание. Это означало чуть меньше времени, чтобы думать о своей жизни. О том, почему она должна быть такой дьявольски сложной.
Кларк сбежал из редакции, когда коммуникатор Лиги, встроенный в часы, подал сигнал тревоги. Он превратился в Супермена и взлетел. Когда крыши небоскребов оказались далеко внизу, Супермен ответил на вызов:
- Говорит Супермен. Что у вас?
- Кал-Эл, - Марсианин был встревожен. – В Централ Сити проблемы. На город наступает армия механических насекомых. Киборг и Черная Молния сдерживают их, но тяжелая артиллерия не помешает!
- Понял. Лечу! – Супермен отключился.
Он полетел в сторону Централ Сити, на лету размышляя, кто мог стоять за нападением. Кто-то из старых знакомых, или новый игрок? Получить ответ он мог лишь на месте битвы.
Оказавшись над Централ Сити, он немного обострил суперслух, и почти сразу смог определить, где находятся Виктор Стоун и Джефферсон Пирс. Потом прищурился, чтобы получше разглядеть врага.
Марсианин не ошибся – это действительно были гигантские насекомые. «Пауки», «скорпионы» и «шершни». «Шершни» были самыми опасными, потому что могли летать, а Киборг – нет.
Черная Молния делал все возможное, чтобы не допустить «шершней» в город, но нескольким десяткам уже удалось избежать его электроразрядов, и теперь они сеяли панику на улицах.
Взглянув на Киборга, Супермен убедился, что тот справляется намного лучше. Он настроил звуковой бластер на максимальную мощность, и теперь косил «пауков» и «скорпионов» целыми группами.
Глаза Супермена несколько раз вспыхнули. Прорвавшиеся «шершни» стали один за другим обугливаться и падать на землю. Супермен приземлился, чтобы бросить взгляд на электронные потроха насекомого. Больше, чем достаточно, чтобы узнать имя новейшего Повелителя Мух.
Теперь не было смысла уничтожать механическую армию – достаточно найти ее генерала.
Но сначала – дать Пирсу немного перевести дух. Супермен снова взлетел, и, оказавшись перед очередным роем «шершней», заморозил его дыханием. Черная Молния шутливо отсалютовал ему.
- Киборг, Черная Молния! Придержите куклы, пока я не разберусь с кукловодом! – передал Супермен через коммуникатор.
- Понял, - коротко откликнулся Молния.
- Понял. Поторопись, Бойскаут – у меня батарейки садятся.
Десять минут безостановочного поиска – и Супермен уже выволакивал Кукольника из подземного убежища, предварительно отобрав у него пульт управления «насекомыми», пистолет, стреляющий кислотой и еще с полдесятка опасных сюрпризов.
- Это еще не конец, Супермен! Мир еще узнает!..
- Советую поработать над этой речью в тюрьме! – невозмутимо отозвался криптонец, передавая злодея в руки полиции.
Вернувшись к Черной Молнии и Киборгу, он застал их в компании Флэша. Герои о чем-то оживленно спорили. Супермен мог узнать, в чем дело, с помощью суперслуха, но предпочел спросить. Оказалось, что Флэшу до смерти не хочется брать на себя обязанности мусорщика и разбираться с останками «насекомых».
Больше здесь делать было нечего, и Супермен, коротко попрощавшись, полетел в Метрополис.
Вместо того, чтобы вернуться в «Плэнет», ему пришлось сделать крюк в Трущобы Самоубийц, чтобы позаботиться об очередном пожаре. Работа Поджигателей, как всегда. И, как всегда, полиция схватила только мелкую сошку, а лидеры секты по-прежнему недосягаемы. Супермен решил на следующем собрании Лиги попросить помощи у Оливера.
Вернувшись в редакцию (разумеется, как Кларк Кент, а не Супермен), он уселся за компьютер и за десять минут накатал гневную статью о Поджигателях.
- Статья хорошая, но нуждается в переделке, Кент, - сказал Перри. – Полтора упоминания о Супермене – это никуда не годится.
Кларк попытался втолковать шефу, что намеренно свел присутствие Человека из Стали до минимума, что его статья должна изобличать преступную секту, а не трубить в очередной раз о геройстве Супермена, что… но Перри был непоколебим.
Кларку пришлось переделывать статью еще дважды, прежде чем Перри ее одобрил. Надо ли говорить, что сам Кларк таким поворотом событий доволен не был.
А тут еще Лоис, которая, оказывается, тоже была в Трущобах (но Супермен, поглощенный тушением пожаров, ее не заметил), взбеленилась, узнав, что «Смолвиль» умудрился ее опередить.
- Лоис, не знаю, как ты, а я устал писать похожие как две капли воды статьи про Супермена. Поджигатели – вот совершенно новая тема, но Перри не позволил мне выжать из нее все возможное.
Как и следовало ожидать, его жалоба возымела противоположный эффект.
- Смолвиль, а может, дело не в Поджигателях? Хочешь знать, почему тебе, как и всем репортерам мужского пола, не нравится писать о Супермене? Стадный инстинкт, только и всего. Рядовой самец вынужден уступать дорогу Альфе, но ему это не нравится. А поскольку мозги у людей малость посложнее, чем у обезьян, они вынуждены изобретать для своей неприязни рациональные предлоги. Именно этим ты сейчас и занимаешься, - Лоис победно улыбнулась.
У Кларка не было ни причин, ни желания спорить с Лоис. Пусть думает, что хочет. Он-то твердо знает, что путь Супермена отнюдь не усыпан лепестками роз.
Было восемь часов вечера, когда Кларк наконец-то добрался до своей квартиры. Раздевшись за полсекунды, он отправился в душ.
Почему-то от запаха гари избавиться было труднее всего. Пренебрегая мылом и шампунями, он как будто назло забирался в ноздри и дразнил Кларка. Когда с ритуальным омовением было покончено, Кларк надел простой синий халат и босиком отправился на кухню, надеясь, что в холодильнике осталось что-нибудь съедобное.
Еще один день прошел. И что? О пропаже спецконтейнера он как не знал ничего, так и не знает. Не было времени заниматься расследованием – слишком много времени отняло балансирование между Кларком Кентом и Суперменом. Спас пару сотен людей от пожара. Это хорошо, но что будет, когда Поджигатели снова нанесут удар, а он в это время будет где-нибудь в Перу? Пришлось написать еще одну статью на тему «Супермен спасает…» - можно подумать, что в Метрополисе нет других новостей! Еще удалось поймать Кукольника – ну так это лишь вопрос времени, когда он сбежит или его выпустят под залог.
Впереди еще целый вечер. Что делать? Включить телевизор и полюбоваться на свои подвиги в вечерних новостях? Слетать в Смолвиль и посмотреть, как Бен Хаббард справляется с бывшей фермой Кентов? Посетить Крепость Одиночества и выслушать очередную порцию высокопарных наставлений от Джор-Эла?..
Телефон в прихожей громко зазвонил.
Застонав, Кларк поплелся к телефону, подумывая, не расколотить ли его об стену. Лоис. Больше некому. Эта женщина вспоминает его имя, только когда речь идет об истории. Может быть, Кларк Кент может себе позволить раз в жизни выйти из себя и послать Лоис куда подальше? С каждым шагом эта идея казалась все привлекательнее.
Кларк поднял трубку:
- Лоис, что бы это ни было…
- Кларк, я ведь просила не упоминать при мне это имя!
Кларк почувствовал, как его губы расплываются в широкой улыбке.
- Постараюсь исправиться.
- Уж постарайся! – Голос на другом конце трубки смягчился. - Какие планы на вечер?
- Пока никаких.
- Так я и думала. Тогда в половине десятого вечера у меня. Но учти – если я открою дверь и увижу синее трико или идиотские очки, то спущу тебя с лестницы!
- Понял. Хорошо, скоро буду.
А я-то думал, что день пропал, думал Кларк, перерывая гардероб почти на суперскорости. Плохого настроения как не бывало, он даже начал напевать себя под нос какую-то песенку. Приятно иногда ошибиться!