С последнего события в спальне супругов Дурслей прошло два дня. И за это время в доме №4 было тихо, как в обители пуританских монашек.
Петуния вела себя, как обычно, то есть не подавала виду, что её сексуальная жизнь изменилась к лучшему. Так же, как и всегда вела хозяйство, готовила пищу, и выражение лица никогда не менялось, оставаясь неизменно чопорно-властным.
Сам Гарри тоже вида не подавал и старался вести себя ниже травы, тише воды, чтобы не вызвать своим странным поведением подозрений со стороны дяди. Ибо любое ненормальное поведение с его стороны только вызовет ненужный гнев.
Но как бы не старались невольные сообщники, Вернон кое-что заметил. А именно, что Петуния стала относиться к племяннику терпимее и перестала нагружать бессмысленной работой по дому. Нет, работать он совсем не перестал, просто выполнял ту работу, которую он должен был делать, как живущий на попечение у родственников, что, по его мнению – было справедливо. Нахлебником он не хотел быть. Ни Вернон, ни Дадли так и не узнали о случившемся между нею и мальчиком. Хотя Гарри нет, нет, да и ловился на себе задумчивый взгляд синих глаз.
Четыре дня назад в порыве собственной неуверенности и сексуального желания миссис Дурсли стала инициатором извращенной, запретной для родственников связи. В магическом мире среди ярых поборников чистоты крови такая связь смотрелась сквозь пальцы. Даже наоборот – поощрялась. Ради сохранения чистоты крови – они вступали в близкородственные связи: сестры на братьях, матеря на сыновьях, отцы на дочерях. Но большинство населения мира магов осуждали такие порочные отношения. Так как это было извращенно с точки зрения общечеловеческой морали и вело к вырождению.
Вскоре после того, как погибли родители в странном происшествии, Петуния окончательно возненавидела мир магии, так как считала, что магия виновата в смерти любимых людей. После она встретила Вернона, который по её критериям был самым обыкновенным. Она зажила размеренной жизнью домохозяйки, но в браке как женщина не была счастлива из-за того, что супруг не исполнял свои мужские обязанности, после рождения Дадли.
К концу своих тридцати семи лет женщины была глубока несчастна. Петуния могла бы попытаться найти кого-то на стороне, но об этом даже речи не было. Она была примерной женой, не изменяющая своему мужу, даже если сильно щекотало.
Тогда она обратила внимание на своего ненормального племянника. За прошедший год он сильно возмужал: вырос, догнав её по росту, разросся в плечах, нескладное подростковое тело налилось мышцами, а черты лица потеряли детский жир, став более мужественными. Все шло к тому, что мальчик скоро превратиться в настоящего мужчину. Затем у неё под ложечкой сладко засосало, и в голову прилетела мысль, если Вернон не желает её, то тогда пусть будет Гарри. Ну и что-что он её племянник. Все ненормальные, по словам Лили, занимаются этим. К тому же, он так похож на Джеймса – отца мальчишки, в которого она влюбилась с первого взгляда, когда Лили привела его в дом родителей. Да и с ненормальным мальчиком это не будет считаться изменой – так она решила для себя.
В это утро Петуния возилось возле плиты, готовя завтрак. У неё было отличное настроение, и она светилась от счастья. Вернон уже как два часа назад уехал на работу, а сын сидел за кухонным столом, ожидая завтрака. Она была одета в простое зеленое платье, без каких либо излишеств. Поверх платья был надет белый фартук с красивым цветочным узором. На ногах белые носочки и симпатичные домашние тапочки в виде милых зайчиков.
Закончив готовить завтрак, женщина разложила на столе перед Дадли приготовленные блюда. У Дадли заурчала в животе от вида и соблазнительного запаха приготовленной еды. Петуния ласково засмеялась и нежно потрепала сына за щеку. Дадли бросил на неё странный взгляд, но запах еды отвлек его от ненужных мыслей.
Кухня, в которой находились сын и мать, сияла чистотой. Через полупрозрачные шторки солнечный свет проникал в кухню, освещая комнату. Начищенные приборы, тарелки, разложенные в шкафчиках, отбрасывали солнечных зайчиков по всей кухне. Пол, стены, мебель, кухонные принадлежности – все сияло чистотой. Любая домохозяйка, увидевшая это кухню, утвердительно кивнет и скажет – здесь поработал профессионал.
Быстро закончив завтракать, Дадли вышел из стола. В прихожей, надевая обувь, он крикнул:
– Мам, я на улицу.
– Хорошо, сынок.
Дадли вышел на улицу, хлопнув за собой дверью.
Женщина покачала головой и положила руку на бедро. Дадли оставил на столе после себя небольшой беспорядок.
Петуния убрала за сыном беспорядок на столе. Потом посмотрела на электронные часы, которые стояли на холодильнике. Время приближалась к девяти утра. Сняв с себя фартук и повесив его на спинку стула, женщина пошла в зал.
Зал – это вотчина Вернона Дурсли. Стены зала были оклеены в зеленые обои самого лучшего качества. Также было несколько картин с различными пейзажами Англии. Пол был покрыт дорогим паркетом. С потолка свисая изысканными сосульками, красивая люстра из горного хрусталя освещала помещение. Комната была обставлена мебелью из красного дерева. Но самая главная гордость Вернона – это большой широкоэкранный телевизор с плоским экраном. Словом, Дурсли не поскупился на дорогую электронику, которую могла предложить маггловская технология 1995 года.
Петуния прошла в зал и присела в мягкое, любимое Верноном, кресло. Взяв пульт со столика, который был возле кресла, и на котором лежала стопка журналов, женщина щелкнула по пульту, переключая на нужный канал. С экрана телевизора заговорил обаятельный мужчина. Женщина погрузилась в свою любимую передачу для домохозяек, которая шла по утрам в каждые будничные дни.
Просидев полчаса за просмотром телевизор, Петуния недовольно фыркнула и отвернулась от экрана. Надоедливая реклама всегда прерывает на самом интересном месте.
Сверху послышались звук льющейся воды. Видимо её племянник наконец-то проснулся и решил принять душ. Как не вовремя, но все же…
«Так» – подумала женщина, чувствую накатывающее предвкушение, – «пора».
Выключив телевизор и положив пульт на столик, Петуния встала с кресла. Быстро пройдя в прихожую, она закрыла на замок парадную дверь. Женщина поднялась на второй этаж дома. Шагая на цыпочках, она подошла к двери ванной комнаты. Из-за двери слышалось, как Гарри моется в душе. Взявшись за ручку двери, она потянула за неё. Но дверь ванной была закрыта.
«Ты предусмотрителен, мой дорогой племенник» – подумал Петуния, – «но я более предусмотрительна».
Улыбнувшись уголками губ, женщина полезла рукой в карман зеленого платья. Вытащив оттуда ключ, заранее приготовленный для этого случая, Петуния вставила его в замочную скважину ручки двери. Осторожно провернув ключ, замок издал тихий щелчок. Дверь в ванную открылась. Гарри Поттер не подозревал, что его ждет.
Тётя Поттера проскользнула через уже открытую дверь в ванную. Сапфировые глаза миссис Дурсли окинули взглядом кабинку душа. Искаженный силуэт голого племянника виднелся через запотевшее стекло душа. Зрачки глаз Петунии расширились от похоти, почти заполнив всю радужную оболочку. Отчего её взгляд стал казаться более темными и глубокими.
Племянник Петунии самозабвенно намыливал голову шампунем, не подозревая, что его тётя проникла в ванную комнату, и собирается вновь им воспользоваться. Шум падающей воды и попавшая в уши пена сделали Гарри временно глухим.
Женщина закрыла дверь ванной на замок, чтобы их случайно не застали за непристойными действиями. Она вышла из тапочек, положив их в угол. Туда же полетели снятые со стройных ног белые носочки. Следом полетело зеленое платье. Петуния осталась практически голой, босиком в одних белых кружевных трусиках и белом бюстгальтере.
Подойдя к кабинке душа, Петуния завела руки за спину. Щелчок замка, легкое пожатие плеч и кружевной бюстгальтер упал на пол. Аппетитная грудь миссис Дурсли оголилась с уже возбужденными сосочками. Подцепив пальчиками резинку трусиков, женщина опустила трусики до щиколоток ног, при этом Петуния сексуально нагнулась – её попка была очень стройной, как у молодых девушек и без каких-либо признаков целлюлита. Выпрямившись и перешагнув через трусики, она шагнула под теплые струи воды.
Племянник Петунии дернулся от неожиданности, когда мягкие, теплые холмики прижались к его спине. Нежные маленькие руки скользнули рыбками по животу, прижимая Гарри к мягкому женскому телу. Поттер попытался вырваться, но…
– Не дергайся, – как голодная львица, проурчала тётя Петуния, наклонившись к его уху и обдав его теплым и свежим дыханием.
Маленький олененок попал в лапы хищницы. Жертве уже не вырваться.
Гарри сразу понял, кто это может быть и что дальше будет. Он молча застыл на месте, как будто попал под проклятье окаменения, и уже не пытался вырваться из объятий так неожиданно и необычно полюбившей его тёти.
Племянник в её заботливых руках был напряжен до придела. Она чувствовала это своим женским телом, как мышцы по всему юному телу напряглись. Её Гарри все еще юн и не опытен, но ничего, скоро он расслабиться, и будет получать наслаждение.
Миссис Дурсли начала ласкать тело племянника своими нежными женскими ручками. Пальчики рук опустили на плечи, начав их массажировать и расслаблять мышцы. Руки Петунии прошлись по бицепсам рук, которые были, хорошо накачаны во время бесконечных тренировок по квиддичу. Затем руки опустились на его живот, начав выводить по накаченному прессу пальчиками замысловатые узоры, понятные только самой женщине. Её пальчики так и порхали по телу Гарри, расслабляя окаменевшие мышцы, но не доходили до интимных зон, оставляя самое вкусное блюдо на потом.
Гарри чувствовал, как о его спину терлись мокрые, женские холмики тёти. Ощущения её твердых сосков на его спине были просто восхитительны. Падающие, теплые капли воды, и ласковые руки женщины дарили юному мужчине приятные ощущения. Племенник начал расслабляться в заботливых руках Петунии, но и одновременно напрягаться в области паха.
Гарри окончательно расслабился в присутствие женщины и расслабленно оперся спиной о грудь женщины, блаженно прикрыв зеленые глаза. Тело черноволосого подростка стало полностью подвластно миссис Дурсли, как скрипка своей скрипачке.
Петуния взяла с полки жидкое мыло и вылила на свои руки. Затем её руки с наслаждением прошлись по накаченному прессу, а потом скользнули к паху. Длинные пальчики правой руки сомкнулись вокруг фаллоса, который давно встал и слегка подрагивал под биением юного сердца.
– М-м-м, – сквозь шум душа послышался стон мальчика.
Пальчики левой руки стали намыливать нежные бубенцы, а потом теребить их, в то время как, правая ладонь крепко сжалось вокруг пениса, и заскользила вдоль ствола, стимулирую чувствительные нервы, которые посылали по телу подростка разряды наслаждения.
Через некоторое время душ смыл мыльную пену, и Петуния положила подбородок на плечо племянника. Её мокрые волосы цвета зрелой пшеницы приятно защекотали щеку Гарри.
Петуния приобняла левой рукой подростка за талию, крепко прижав его к себе. Она ощутила кожей свои груди, как его сердце бешено стучало, и услышала ушами, как уста издавали тяжелые вдохи, и улыбнулась довольная его реакцией.
Её мокрая и сжатая в кулак ладошка быстрее заскользила по всей длина ствола члена, даря мальчику приятные ощущения. В тоже время она наклонила голову, начав язычком и зубами полизывать и покусывать мочку уха. Племянник начал постанывать под тяжелыми ласками женщины.
Ей, как женщине было приятно, что племянник правильно реагирует на её ласки. Еще не мужчина, но уже не мальчик. Петуния уже давно поняла, что мальчик для неё будет самым лучшим вариантом для удовлетворения её женских потребностей.
Её рука скользила по всей длине бугристого венами ствола члена. Особенно сильно кулачок женщины сжимался на розовой грибовидной головке пениса, отчего Поттер каждый раз вздрагивал, когда яркие импульсы наслаждения пересылались из чувствительной головки в прямо мозг. В эти моменты в закрытых глазах подростка вспыхивали яркие цветные образы перемешанных красок.
Петуния решила поиграть с племянником, как в прошлый раз.
– Тебе это нравится, не так ли? – горячо прошептала в ухо племянника Петуния, – чтобы твоя родная тётя прикасалась к твоему юному телу без твоего согласия?
Все что мог ответить Гарри – это утвердительно кивнуть головой с закрытыми глазами.
– Грязный, грязный, испорченный мальчишка, – усмехнулась тётя Поттера и задвигала рукой быстрее.
Из уст Гарри послышался протяжный стон, и он начал в такт подмахивать бедрами, насаживаясь на сжатый кулачок. Увеличение скорости подняло уровень наслаждения, отчего племянник стал стремительно приближаться к краю высвобождения.
Но чувствую своим женским инстинктом приближение оргазма, Петуния расслабила хватку и скорость мастурбации. Поттер застонал от разочарования – ему не дали кончить.
Чтобы снизить уровень разочарования племянника, тётя начала нежно перебирать левой рукой нежные яички. Потом она поцеловала его в шею, а затем в щеку, послав по телу мальчика приятные мурашки.
– Гарри, – обратилась к племяннику женщина, – ты больше не будешь мне сопротивляться?
– Н-нет, – заикаясь и качая головой, ответил Гарри, когда теплая ладошка крепко схватила член, отправив по телу волну боли и экстаза.
– Вот и отлично, – улыбнувшись, сказала Петуния, вновь начав действовать.
Женщина быстрее задвигала сжатым кулачком на члене племянника. По мере роста скорости мастурбации, сжимались и нежные тиски, обхватившие пенис.
Гарри крепко сжал зубы, чувствуя, как мягкая рука, сжатая в кулак все быстрее и быстрее скользит по члену, даря блаженство, которое сладкой негой росло в паху. Нежные пальчики теребили его бубенцы, а мягкие и мокрые от душа дыньки с твердыми, как горошинки сосками терлись об спину, передавая изумительные ощущения.
Он приближался к пику блаженства, чувствуя, что скоро плотину прорвет, высвободив поток экстаза наружу.
Рука двигалась все быстрее и быстрее, слившись в единое движение. Все ощущения слились в единую точку блаженства.
– У-м-м, – и зеленоглазый подросток выдохнул сквозь сжатые зубы, издав громкий стон наслаждения.
Он больше не мог терпеть мучительную боль наслаждения, которая была в паху, яйцах, головке. По телу прошла рябь, мышцы на животе задрожали, бедра энергично затряслись, из яиц, которые сладостно сжались, вырвался густой поток спермы, как из пожарно гидранта, оросив стенки душевой кабинку. За плотно сжатыми глазами вспыхнул свет, словно настал рассвет после долгой ночи, послав подростка на небеса блаженства, и отчего тот выпал на мгновение из реальности.
Гарри расслабленно облокотился спиной об тётю и открыл зеленые глаза, издав стон наслаждения, когда последние остатки оргазма схлынули с него. Мягкие и мокрые округлости мягко терлись об его спину, а твердые сосочки, тыкающие в его спину, усиливали чувство комфорта и расслабленности.
Петуния продолжала перебирать яички племянника, и нежно надрачивать член, выдаивая последние капли семени, как доярка из коровьего вымени.
Женщина закончила ласки и мягко отстранила от себя племянника. Гарри повернулся к ней лицом. Его щеки покрылись румянцем, а изумрудные глаза блестели довольством.
Петуния улыбнулась уголками губ, видя счастливое личико племянника, а потом притянула к себе, сомкнув руки за спиной. Гарри уткнулся носом в ключицу, засопев как кот, а потом обнял женщину за тонкую талию.
Их голые тела, стаявшие под теплыми струями душа, простояли несколько мину, обнимая друг другу.
Один из них был удовлетворен и расслаблен, но другая была возбуждена и полна сексуального желания, отчего она постоянно терла мокрые бедра друг об друга, пытаясь, погасит зуд, который горел внутри пещерки.
«Пора научить его, что нельзя оставлять женщину неудовлетворенной» – подумала Петуния и стала действовать.
Петуния подняла подбородок племянника правой рукой, левой схватилась за волосы затылка, крепко фиксирую голову, а потом её пухлые губы впились в уста племянника в жадном поцелуе.
Поттер немного оторопел от напора женщины и непривычки, что надо целоваться с родственницей, но через мгновение он справился с замешательством, став отвечать на поцелуй. В течение минуты их губы целовали и ласкали друг другу в неродственном поцелуе, а потом ловкий язычок тёти скользнул в рот племянника, проскользнув через губы и став стимулировать эрогенные зоны. Их языки переплетали и расплетались, как два речных угря, скользя друг против друга.
Гарри целовал тётю, их рты обменивались слюной, а затем его правая ладонь накрыла упругий конус. Пальцы рук сомкнулись вокруг плоти, и подросток ощутил под пальцами мягкую шелковистую кожу и упругость молочной железы. Грудь Петунии не была большой, но зато была дерзкой, как у юных девушек.
– А-х-х, – выдохнули губы Петунии, оторвавшись от поцелуя, когда племянник стал сжимать грудь.
– О-о-о, – снова выдохнули жаркие уста, когда через короткое мгновение в неё проник пальчик мальчишки.
Он засунул пальчик левой руки внутрь пещерки, и его тут же обхватило жаркое кольцо из плотно сжатых мышц. Гарри нашел губы женщины, восстанавливая поцелуй, и стал просовывать пальчик внутрь, пробираясь через скользкие складки.
Петуния стонала в рот, продолжая целоваться, и ерзала телом, когда пальчик хозяйничал в ней, продираясь сквозь узкую дырочку. Через некоторое время след за первым пальчиком протиснулся второй, растягивая дырочку, а потом вошел третий, отчего пизда непристойно захлюпала текущими соками.
Петуния громко застонала из-за действия племянника и в ответ просунула левую руку вниз к паху племянника. К её удивлению пенис был в полу-боевом состояние, готовый в любой момент устремиться в атаку. Выносливость юности превосходила старость, но зато значительно уступала в опыте, что уравнивала результаты. Она не упустить шанс воспользоваться обеими положительными сторонами по максимуму, чтобы удовлетворить свои сексуальные желания, которые тихо тлели годами, как угольки, под маской чопорности.
Длинные пальцы сомкнулись вокруг фаллоса и заскользили по всей долине, взводя оружие в боевое положение. Гарри на мгновение напрягся, а потом вновь встал целовать пухлые губы и стимулировать жаркую киску и мягкую грудь, чувствуя, как теплые пальчики пробегали по инструменту, как рука по флейте, даря ему приятные ощущения, которые как мурашки проносились по телу.
Вскоре Петуния освободилась от племянника и оперлась спиной об стену душу, призывно раздвинув ноги. Она вопросительно посмотрела на мальчика сквозь опущенные ресницы, говоря, мол, чего ты ждешь?
А Гарри в это время засмотрелся, все еще не веря своим глазам, что такая красивая женщина хочет его. Он видел, как красивые золотистые волосы прилипли к покрасневшим щекам, от теплой воды, которая водопадом стекала по грациозной шее, потом по аппетитным грудкам, по плоскому животу, а затем стекала в канализацию, проскользнув по стройным ножкам.
Зеленоглазый подросток сглотнул слюну, а затем решительно сделал шаг вперед, навстречу своей любовнице. Он чуть присел на коленях, взяв правой рукой свой могучий фаллос и направив его в розовую дырочку. Грибовидная головка вошла на половину, раздвинув в стороны нежные лепестки бутона.
Петуния обняла племянника за плечи и приказала хриплым голосом полного желания и нетерпения:
– Ну, давай же, входи!
Гарри послушно исполнил приказ, приподняв бедра. Член пронзил блондинку, насадив её на родственное копьё извращенной связи. Головку проскользнула по жаркому и склизкому от женских соков тоннелю, и неутолимое лоно приветственно приняло вторженца, как старого друга. Оба партнера вздрогнули, когда по нервам прошлась дрожь блаженства из центра соития половых органов.
Петуния невольно застонала, когда Гарри сделал движение внутри неё, раздвинув внутренние складочки пещерки. Она почувствовала себя заполненной большим предметом, который пульсировал внутри неё, передавая нежным стенкам влагалища сладкую истому.
«Наконец-то» – подумала женщина, ощущая, что скоро племянника расчешет внутренний зуд, который с самого утра не давал ей покоя.
Подросток приподнял женщину за попку и начала потихоньку раскачивать бедра, как качели. Большая головка члена заскользила внутри Петунии, как поршень, пробираясь через темные недра.
Женщина прикрыла голубые глаза и задышала чаще и глубже, наслаждаясь, как родной племянник ублажает её, как должен был делать законный муж. Приятные ощущения разливались по телу из бассейна блаженства. Костер похоти, который горел между ног, все сильнее и сильнее разгорался, и с каждым толчком женщина издавала более сильный, похотливый стон. Мокрая пизда непристойно чавкала и хлюпала, когда пенис входил в пещерку – настолько сильно Петуния была возбуждена.
Петуния обняла родного сына сестры ногами за талию, повиснув на нем и заключив его в крепкий замок. Головка пениса стала входить глубже, даря женщине более сильные и яркие ощущения.
– А-а-а! – застонала женщина, запрокинув голову назад от новых ощущений.
Племянник двигался внутри тёти, их мокрые груди терлись друг об друга под теплым душем. Извращенная сцена в душе все накалялась, слышались шлепки голой плоти и непристойное чавканье пизды.
– Быстрее, Гарри! – простонала Петуния.
Её мокрая голова начала дико метаться из стороны в сторону, разбрызгивая капли воды.
Мальчишка сжал зубы и заработал бедрами быстрее, начав вколачивать, как отбойный молоток. Головка с чавканьем входила и с хлюпаньем выходила из мокрого влагалища его тётки.
Низ живота женщины налился тягучим медовым ощущением. С каждым мгновением её киска приближалась к извержению, как вулкан переполненный магмой. Мгновение, и плотина прорвалась, выплеснув жаркую магму, которая обожгла нервы Петунии.
– Да, да! – гортанно простонала миссис Дурсли, когда в глазах вспыхнул яркий свет, послав её на небеса экстаза.
Она крепко вцепилась в тело племянника руками и ногами, начав извиваться и дергаться всем туловищем. Полыхающее, как пожар, лоно резко сжалась вокруг фаллоса племянника, сжав его со всех сторон, как тиски. Раскалённые до белизны волны наслаждения растеклись по телу из перевозбужденной пещерки, обжигая разум неземным блаженством.
Петуния опустила ноги на пол, расцепив объятие. Головка Поттера с хлюпаньем выскользнула из мокрой щели. Вены бугристо вздулись вдоль ствола члена, а цвет головки приобрел фиолетовый цвет. Сам пенис пульсировал в такт сердцебиение сердца. Киска Петунии покраснела и маслянисто блестела от выделений женственных соков.
Миссис Дурсли обоняла своего племянника и начала его с благодарностью целовать. Она начала со щек, носа, подбородка, потом перешла к губам. Гарри начал было отвечать, но резко прервал поцелуй и, скорчив недовольную рожу, Поттер оттолкнул тётю от себя. Не смотрю на то, что он уже сегодня кончил, его член был дико возбужден и требовал высвобождения. Ему нужна была влажная, жаркая щель рядом стоящей голой Петунии, а не жеманные поцелуи!
Поттер развернулся тётю спиной к себе и толкнул её в стену душа. Она инстинктивно выставила руки вперед, чтобы не удариться головой об стену. Оперившись руками об стену, она широко и похотливо улыбнулась. Конечно, Гарри не видел её извращенной улыбки.
«Мальчик хочет грубой игры? Ну, пусть пока поиграет…» – подумала про себя Петуния.
Петуния эротично прогнулась спиной и выставила свое соблазнительно мягкое место. Затем она дразнящее вильнула попкой, мол, вот она, чего же ты ждешь.
Гарри не заставил долго ждать Петунию. Он набросился на неё, как голодный лев в брачный сезон на свою львицу. Правой коленкой он раздвинул ноги. И у него перехватило дыхание. Раскрывшийся перед ним вид – был просто великолепен. Темная звёздочка ануса ярко выделялась посреди белых половинок попы. Но он не решился туда посягнуть. Но только пока… Взгляд его упал чуть ниже на бритую киску тёти. Её щель была чуть раскрыта после последнего траха и призывно блестела белыми выделениями.
Подросток приставил фиолетовую головку к входу в щель и несколько раз провел по влажной щели, смачиваю головку соками. А затем надавил бедрами. Пенис раздвинул внешние половые губы влагалища и беспрепятственно проскользнул через узкий туннель любви. Тётя Гарри простонала, да и сам он сдавленно выдохнул, когда почувствовал, как мышцы киски обхватывают член со всех сторон. Поттер потянул назад – блестящая головка показалась на половину похороненная в пизде – и снова двинул вперед. Петуния ахнула и еще сильнее прогнулась в спине. Он снова совершил движение только быстрее, резче, и входя еще глубже. Петуния застонала еще громче и похотливее от наслаждения.
Какой бы странной не казалось ситуация. Гарри ничего не говорил во время секса. Только слышалась его натруженное сопения, когда он интенсивно работал мышцами таза, вколачивая член в родную тётку.
В кабинке душа слышались громкие шлепки мокрой плоти, похотливые стоны женщины, полные наслаждения и мокрое чавканье возбужденной пизды, когда в неё входил мощный пенис.
Петуния стала подмахивать бедрами в такт движениям племянника. Низ её живота стал наливаться тягучим приятным теплом. Волны наслаждения, исходящие из киски волнами распространялись по разгорячённому телу женщины. Грибовидная головка скользила внутри тёти, разглаживая внутренности и раздражая чувствительные нервы, отвечающие за наслаждение. Член входил в Петунию легко и непринуждённо, как горячий нож в масло, не смотря на подростковую узость киски. Мокрая, хорошо смазанная щель легко впускала в себя не малых размеров детородный орган.
Гарри трахал свою родную тётю, сестру его матери. И от этого в его душе было смятение. Он совокуплялся со своей тётей – что было не правильно, но и в тоже время с желанной женщиной, открывшей ему мир секса и наслаждения, хоть и чудовищно неправильный мир инцеста. Умом это Гарри понимал, но никак не хотел этому реально воспрепятствовать. Душой он тянулся к своей родной тёте, к самой родной по крови родственнице. Поттер жадно хотел её прикосновений, объятий, ласк и любви, которых ему не так хватало в детстве.
Подросток все трахал свою тётю, вцепившись руками за её бедра. Петуния в ответ со страстью подмахивала. Его лобок шлёпался о мягкие, упругие, без капли целлюлита бедра. Он чувствовал, как его возбужденный член скользит внутри невероятно жаркой и мокрой пещерки. Тётя была настолько узкой, что стенки влагалища плотно обхватывали член Гарри со всех сторон, даря подростку невероятно приятные ощущения.
– Да-да, – едва сдерживая стоны, обратилась к нему Петуния, – Быстрее еби свою тётю, грязный мальчишка.
Она прикрыла прекрасные голубые глаза и стала покусывать распухшие от поцелуев губы. Она была на грани оргазма и едва держалась на ногах от переполнявших её чувств и ощущений.
В душе подростка вскипела буря, сметая нежность в женщине. Гарри не любил, когда его называли мальчиком. Его пальцы больно впились в белую плоть бёдер, и он начал беспощадно стучать в Петунию, как отбойный молоток, проникая через темные недра. Член проникал в женщину с невероятной скоростью. Но подросток, как бы быстро не двигался, все никак не мог кончить. Его головка значительно потеряла чувствительность после ласк руками под душем.
– А-а-а-а, – громко простонала тётя Поттера.
Племянник снова довел родную тётю до пика наслаждения.
Её внутренние мышцы сжались, превращаясь в тиски, а тело затряслось от нахлынувшего оргазма. Но нервам ударили жгучие волны наслаждения. Петунию затрясло, и она едва держалась на ногах.
Подхватив легкое тело женщины за талию, чтобы она не упала, Гарри продолжил нещадно вбивать в неё свой кол. Он хотел быстрее кончить. Его головка с трудом протискивалась через конвульсивно сжимающиеся колечки мышц. Женщина начала повизгивать, когда племянник не остановился, когда она кончала, а продолжил трахать сверхчувствительную щель.
– У-х-х, – облегченно выдохнул Гарри.
Поттер продержался не больше минуты. Горячая, склизкая, обхватывающая член со всех сторон киска Петунии сделал своё дело. Глубоко засунув член по самые яйца, он стал кончать. Его член задёргался и запульсировал в недрах тёти, извергая струи волшебной спермы. Матка миссис Дурсли была заполнена кровосмесительной спермой родного племянника, сына её сестры.
Невидимая для человеческих глаз золотая сияющая аура обволокла, как мыльный пузырь обоих партнеров. Золотая аура начала резко пульсировать, то расширяясь, то сокращаясь, как если бы воздушный шар стали резко надувать и раздувать. Потом аура внезапно истончилась, впитываясь в тела двух людей. Но ни Гарри, ни Петуния ничего необычного не почувствовали.
С непристойным хлюпом мокрой щели, Гарри вышел из женщины и расслабленно облокотился об стену, закрыв свои зеленые глаза. Его грудь учащенно вздымалась, пытаясь насытить молодой организм кислородом.
Переведя дыхание, подросток открыл глаза и бросил взгляд на тётю. Петуния уже стояла, прислонившись спиной к кабинке душа. Её глаза были закрыты – только ресницы чуть подрагивали. Мокрые, спутанные волосы цвета спелой пшеницы прилипли к покрасневшим щекам. По стройному женскому телу скатывались капли. Гарри невольно залюбовался зрелой красотой.
Вдруг, Миссис Дурсли открыла глаза. Глядя в его глаза, она раздвинула ноги и направила руку в промежность. Засунув два пальца в щель, Петуния стала делать что-то странное для ума юного племянника.
«Что она делает?» – удивленно подумал Гарри, рассматривая странные действия тётушки.
Вытащив пальчики, измазанные в сперме и в женских соках, Петуния поднесла руку ко рту. По-прежнему глядя в его глаза, она высунула розовый язык и стала облизывать свои пальчики.
Разглядев с близкого расстояния действия тёти, подросток стал стремительно краснеть. Гарри почувствовал себя чрезвычайно неловко и смущенно. Не зная, что делать или как себя вести в подобной ситуации, Поттер пулей вылетел из душа. Вдогонку ему послышался звонкий смех тёти Петунии.
А женщина осталась в душе, чтобы почистить свою киску и насладиться волшебным семенем.
##
Полночь. В доме №4 на Тисовой улице стояла тишина. Не было слышно шума телевизора Вернона. Дадли не играл в игровые приставки в своей комнате. Все обитатели дома тихо спали.
Гарри тоже самозабвенно спал в своей маленькой комнате. Из-за аномальной жары, окно его в комнате было раскрыто нараспашку, пропуская свежий, ночной воздух. Клетка на столе, в которой обитала сова Хедвиг, была пуста. Любимица Поттера, вернувшаяся недавно от его друзей, улетела на ночную охоту.
В последнее время его сон значительно улучшился. Его больше не мучали кошмары о воскрешение Волдеморта на кладбище и смерти Седрика. Гарри был этому несказанно рад.
Вдруг в самой маленькой комнате дома раздался тихий скрип открываемой и закрываемой двери.
От неожиданного, ночного вторжения в его комнату, Гарри проснулся и, щурясь слеповатыми глазами, пытался нащупать очки, которые лежали на тумбочке. Наконец-то найдя и надев на нос очки, подросток смог оглядеться в полутёмной комнате. То, что он увидел, одновременно удивило и ошеломило его.
Напротив его кровати стояла женственная фигура освещенная светом уличных фонарей. Она была одета в тоненькую белую сорочку, едва прикрывающую бедра. Уличный свет просвечивал сорочку насквозь, выявляя голое, стройное тело. Петуния под тусклым светом выглядела таинственной и привлекательной.
Лежа в постели, Гарри почувствовал, как кровь прильнула к паху, наливая его орган стальной силой.
Тем временем, женщина взялась за подол сорочки и медленно потянула его вверх, постепенно оголяя свое тело. Сначала, перед глазами Гарри обнажились аппетитные бедра с интимным треугольником, затем плоский животик без капли жира, как у юной стройной школьницы, что для тридцати семи летней женщины было весьма неплохо. Уронив сорочку на пол, Петуния шагнула вперед, её груди с закалёнными сосочками призывно покачнулись в полутьме.
Гарри молча наблюдал за всем действием ошеломлёнными глазами. Не успел он опомниться, как тётя скинула с него одеяло и оседлала талию своими длинными стройными ногами. Подросток, одетый только в трусы, почувствовал, как голые бедра Петунии соприкоснулись с его телом. Его каменное мужество, спрятанное под тонким слоем хлопчатобумажной ткани трусов, уперлось в пах женщины. Разряд наслаждения прошелся по нервам Поттера.
Гарри неожиданно опомнился, и вздрогнул, как будто-то на него вылили ведро холодной воды.
– Тётя Петуния, мы не можем, – пересохшим от волнения ртом, проговорил Гарри.
– Д-а-а-а? – насмешливо и в тоже время иронично, протянула Петуния.
– Я думаю, твой дружок в трусах говорит об ином, – сказала миссис Дурсли, и крепко сжала свои стройные, но сильные бедра.
– Вы не так поняли, тётя, – выдохнул Гарри. – Что если нас услышат? Ведь за стенкой спит Дадли!
– А, так ты уже не против, – тихо проговорила женщина.
Она стала тереться пахом о член племянника. Голос её стал более глубоким:
– Насчет нашего с тобой шума… Нас не услышат – просто потому что не смогут. Я подлила снотворного Вернону и Дадли. Они проспят до самого утра, не беспокоя нас.
Гарри почувствовал облегчение, что ему не грозят неприятности, но и в тоже время настороженность. Его тётя оказалась такой коварной…
– И я советую тебе, – её короткий коготок прошелся по обнаженной груди племянника, – молчать о наших отношениях, когда за тобой придут те люди. Ты меня понял?
Поттер согласно кивнул. Он и так понимал, что надо помалкивать. Его репутация и так не блестела, а тут еще это. Если волшебный мир узнает о запретной связи между ним и его родной тётей, то это будет конец его жизни в волшебном мире.
Петуния, чувствуя возбуждение, потекла. Её щеки порозовели, а небесно-голубые глаза лихорадочно заблестели в полутьме. Трусы Гарри, о которые терлась женщина, промокли соками возбужденной киски. Глубоко вздохнув, тётя Поттера произнесла:
– Положи свою руку на мою грудь.
Гарри, как послушный и воспитанный племянник тёти, подчинился. Он положил свою правую руку на голую грудь Петунии. Его ладони коснулись на ощупь теплой, бархатистой кожи. Пальцы руки автоматически сжались вокруг мягкой и податливой плоти.
– Да, да, вот так! – воскликнула Петуния и поддалась грудью вперед под ласки племянника, при этом, не переставая тереться бедрами о жесткий пах племянника.
«Какой послушный и талантливый молодой человек» – восхищенно, подумала женщина.
Атмосфера в маленькой комнате начала накаляться. Без дальнейших подсказок тёти, племянник самостоятельно потянулся левой рукой к другой аппетитной груди. Теперь уже обе груди Петунии оказались во власти рук мальчика. Талантливые пальчики ласково сжимали, мяли, месили груди, щипали чувствительные сосочки. Под ласками племянника груди и розовые соски Петунии набухли из-за прильнувшей к ним крови.
– Снимай трусы, – властно, приказала женщина.
«Вот оно» – подумал Гарри, предвкушая, как он окунётся в горячие и узкие недра влагалища.
Петуния приподнялась на коленках, чтобы племянник смог беспрепятственно снять трусы. Следуя приказу тёти, Гарри быстро высвободился из трусов. Его член с розовой головой лежал на животе и пульсировал под напором мощного и учащенного сердцебиения. Влажные, пропитанные соками трусы улетели на пол.
Все так же стоя на коленях, Петуния обхватила левой ладонью мужество Поттера и приставила его к входу истекающими соками. И резко замерла, не предпринимая дальнейших сексуальных действий.
Заглянув в родные, зеленые глаза племянника, Петуния твердо сказала:
– Ты будешь только моим!
Сказать, что Гарри Поттер был в шоке – это значит, ничего не сказать. Уже третий раз за день, Тётя Петуния удивила его. С начало утром в душе, потом ночное вторжение в его спальню, а теперь уже этим утверждением.
– Ты будешь спать только со мной, – тем временем, продолжила Петуния, – я не потерплю, чтобы ты спал с глупыми и неумелыми школьницами в этой вашей причудливой школе.
Как будто-то у него в школе была сексуальная жизнь. Тётя Петуния вы читали, что о нем пишут в «Ежедневном Пророке»? С ним не то, что школьницы теперь не будут встречаться, с ним даже призрак мертвой ботанички из женского туалета не будет разговаривать.
– Ты можешь от них заразиться какой-нибудь противной болезнью, – сказала миссис Дурсли, выводя на свет свое маниакальное желание к чистоте, – а я здоровая женщина. Я буду любить тебя, и заботиться о тебе, как родная мать о своем сыне!
У Гарри на сердце потеплело от слов Петунии. Он даже едва не прослезился. Но только едва. Уж больно извращённо и похабно прозвучали слова из уст женщины: любовь, забота, мать.
Продолжая гипнотизировать сапфировыми глазами подростка, Петуния тихо спросила:
– Ты меня хорошо понял?
– Да, тётя Петуния, – покорно, прозвучал голос Гарри. Хотя в душе подросток был несказанно рад. Самый близкий по крови человек признает и любит его. Чего еще надо от мира?
Женщина удовлетворительно кивнула. Её не терпелось притупить к действию. К тому же, она видела, как племянник беспокойно ерзает на кровати. Видимо, её железная хватка на мужестве Гарри причиняет массу беспокойства. Бедный, бедный племянничек. Сейчас она позаботиться о нем.
Петуния провела членом по своим влажным складкам, чтобы смазать головку члена. Можно было и не смазывать – она и так была скользкой от соков, но ей так больше нравилось. Приставив розовую головку в жаждущую пещерку, она опустилась на член. Из уст женщины вырвался легкий стон. Наконец-то! Большая грибовидная головка члена Гарри раздвинула лепестки влагалища и легко скользнула внутрь на пару дюймов. Женщина на миг остановилась, а потом приподнялась. Она чувствовала, как член племянника скользит в ней, раздвигая внутренние складки и задевая чувствительные нервы. Тётя Поттера приподнявшись, вновь опустилась уже на дюйм глубже. Затем действия повторились, и член с каждым разом проникал все глубже и глубже, пока не достиг конца дна.
Набрав устойчивый темп, она скакала на Поттере с закрытыми глазами, как наездница. Её вспотевшие груди дико прыгали верх и вниз. Из уст вырывались стоны наслаждения. Мокрая пизда чавкала, когда в неё входил и выходил член. Низ живота Петунии налился тягучим теплом, которое стремилось вырваться и распространится по всему телу.
Поттер тоже без дела не лежал. Он подмахивал бедрами в такт движениям тёти. Каждое проникновение в Петунию приносило ему массу удовольствия. Гарри сжал зубы и крепко вцепился пальцами обеих рук в простыню. Подросток чувствовал, как чувствительная головка скользит по раскаленному и скользкому каналу, мышцы которого плотно обхватывали фаллос со всех сторон.
Чувствую, что скоро кончить женщина постепенно замедлила темп. Она не хотела быстро кончить. Жерло вулкана, которое должно было извергнуться, пока остыло на некоторое время. Приоткрыв сапфировые глаза, женщина посмотрела на лежащего под ней племянника. Он выглядел смешно и мило. И так вечно растрепанные волосы выглядели еще более дико и прилипли влажными прядями ко лбу. Его обнаженная, вспотевшая грудь учащенно вздымалась.
Гарри открыл свои зеленые глаза, так похожие на глаза её родной сестры. Их взгляды перекрестились.
– Обними меня, – чувствуя невероятную нежность к сыну Лили, прошептала Петуния.
Не выходя из женщины, Гарри послушно приподнялся на локтях и обнял руками тёти за талию, крепко притягивая женщину к себе. Руки Петунии сомкнулись на шеи, а ноги за талией племянника. Их голые груди соприкоснулись. Они почувствовали, как их сердца бешено бьются в унисон.
Поймав своими губами губы Гарри, Петуния с нежность поцеловала родного племянника. Подросток с энтузиазмом поцеловал тётю в ответ. Проворный язычок женщины раздвинул губы мальчика и проник внутрь рта, углубляя поцелуй. Их языка страстно боролись друг с другом за господство.
Страсть захлестнула обоих. Петуния, продолжая обнимать племянника, стала приподнимать бедра, нанизываясь на могучий кол Гарри. Поттер проталкивал член в жаркую киску, раздвигая чувствительные, бархатистые внутренности тёти. Продолжая целоваться, миссис Дурсли непристойно застонала в рот подростка. Горячая волна наслаждения разлилась по телу женщины.
Неожиданно в маленькой комнате прозвучало возмущенно:
– У-х-х!
Зеленоглазый подросток прервал поцелуй. Между ртами Гарри и Петунии образовалась тоненькая полоска слюны. Поттер повернулся голову в сторону источника неожиданного звука.
На подоконнике гордо восседала белоснежная полярная сова Хедвиг. Её янтарные глаза гневно сверкали. Она только, что вернулась с охоты. А тут хрен знает что происходит!
– У-х-х-х! – Яростно расправив белоснежные крылья, возмущенно ухнула сова. Что в переводе с совиного значило: «Какого хрена тут происходит?» Ну.… По крайней мере, Гарри так понял.
– Хедвиг, все хорошо, не о чем беспокоиться, – хрипло ответил Гарри. Петуния продолжала двигать бедрами, невольно отвлекая Поттера от совы.
– У-х-х-х! «Я оставила тебя одного на пару часов, а ты уже совокупляешься с самкой. Бесстыдник!».
– Хедвиг, хватить шуметь, ночь на дворе!
Хедвиг обиженно отвернулась и запрыгнула в свою клетку, которая стояла на столе. Спрятав голову в крылья, она замолкла. Мол, знать и слышать ничего не хочу!
Гарри пожал плечами и повернулся к Петунии, ища её губы для поцелуя.
Продолжая насаживаться на член Гарри, Петуния чувствовала, как приближается к краю извержения. По спине пробегали приятные мурашки. Груди, теревшиеся о грудь племянника, вызывали приятные чувства в животе. Её мокрая, возбужденная киска взволнованно отзывалась на проникновения племянника.
Очередной раз, насадившись на мощный член подростка, женщина кончила, громко простонав в рот племянника.
– А-а-а! – от переполнившего наслаждения, закричала Петуния.
Её мышцы влагалища резко сжались вокруг члена подростка, пытаясь выдоиться кровосмесительное семя.
– У-м-м, – промычал Гарри в губы тёти и быстрее задвигал бедрами, стремительно приближаясь к оргазму.
Она почувствовала, как Гарри, несколько раз войдя в неё, кончил, наполнив кончающую и сверхчувствительную киску спермой. Женщину затрясло в объятиях родного племянника от переполнивших её чувств наслаждения.
Обнимая и целуя друг друга, они не почувствовали и не увидели, как энергетический жгут золотистого цвета соединил пупки двух партнеров.
Прекратив целоваться и обниматься, они обессиленно упали на кровать. Член Гарри с хлюпаньем выскользнул из склизкой пещерки женщины. Их разгорячённые тело взмокли от бурной эротической скачки. Груди учащенно вздымались, пытаясь восполнить нехватку воздуха. В комнате после их деятельности нестерпимо пахло сексом
Немного остыв, Племянник притянул к себе Петунию с мокрой, истекающей его спермой пиздой. Обняв друг друга, усталые и вспотевшие кровные родственники заснули на маленькой кровати Гарри.
А Энергетический, невидимый для глаз человека жгут все продолжал соединять тела двух любовников.