Примечание переводчика: я в очередной (и судя по всему, не последний) раз прошу у вас прощения! Меня завалили учебой, потом я уехала в Норвегию по программе обмена, а после поездки свалилась в постель с отитом – в общем, судьба не ставила много преград на моем пути к главе =D Но я, будучи добросовестным переводчиком, несмотря ни на что, перевела эту длиннейшую главу :)
Глава 6
Я не хочу умирать,
Но и жить дальше не намерен,
И прежде, чем я влюблюсь,
Я приготовлюсь покинуть ее,
Я пугаю себя до смерти,
И именно поэтому продолжаю бежать.
"Feel" byRobbieWilliams
И вдруг я становлюсь частью твоего прошлого,
Становлюсь обреченной на исчезновение частью,
Я теряю тебя, но это так легко.
"Cable Car" by The Fray
ОтлицаЭдварда
Я выскочил из кабинета и, ничего не замечая, помчался по коридору.
Пока я бежал, мой разум все больше охватывала ярость. Я не верил тому, что только что случилось. Белла, моя Белла, она была так холодна со мной. Это казалось мне немыслимым! Я продолжал видеть безразличие на ее лице. Она полностью не замечала меня и говорила с Карлайлом, будто я дите малое!
Зарычав, я с такой силой открыл еще одну дверь так, что она чуть не слетела с петель. Почувствовав разницу в температуре, я заметил, что уже вышел на улицу и стою во внутреннем дворике.
Тут было темно и тихо, просто спасение для заснеженных столиков и скамеек. Я отошел от двери и уперся спиной в стену. Я медленно опустился на корточки, держась руками за голову. Что я только что наделал? Я чуть не потерял все шансы вернуть Беллу, не говоря уже о том, что слишком много людей обратило на меня внимание. Но эта девушка меня довела. Она избегала меня неделями, оставила после уроков и отказалась слушать меня. Еще больше облокачиваясь на стену, я яростно ругался. Я знал, что оставаться в Рочестере – плохая идея; мы должны были уехать еще в тот день. Я был слишком глуп и поверил, что Белла все еще любит меня. Было очевидно, как дважды два четыре, что я – нежеланный гость в ее новой жизни.
Но, когда я в первый и последний раз попытался «соблазнить» ее, клянусь, я увидел, что ее чувства изменились. Сначала я хотел просто поговорить с Беллой, но когда она упала мне в объятья, я подумал, что, может быть, совет Эмметта – не такая уж и плохая идея. Да, тогда мне казалось, что девушка ответит мне взаимностью на поцелуи…
Однако, оказалось, что я был неправ. Приехав в качестве ученика, я положил конец своим попыткам. Белла была в ярости и не разговаривала со мной, несмотря ни на что. Моя семья, особенно Элис, предлагала мне помощь, но я приказал им держаться от нас подальше. Я был слишком горд, что признать свои попытки неудачей. Теперь же я на краю пропасти отчаянья. Я чувствовал себя отвергнутым, и мне стало стыдно. Но еще сильнее я злился: на Беллу за ее действия, на родных за то, что уговорили меня остаться в Рочестере, и за их веру в то, что Белла до сих пор меня любит. Я зарычал от боли, мой разум переполняли воспоминания о девушке, и я пришел в крайнюю ярость.
- Эдвард?
Я открыл лаза и увидел удивленного Эмметта, стоявшего в дверях.
- Что не так? – спросил он. – Почему Карлайл и Эсми не с тобой? Разве ты не должен был встретиться с Беллой?
Я кивнул, будучи в не силах ответить. Скоро я сорвусь, и вот только допроса Эмметта мне для полного счастья не хватало. Не отрывая от меня взгляда, брат сел на ближайшую скамейку.
- Что случилось? – произнес он.
- Меня выгнали, - ответил я, стискивая зубы. Усмехаясь, парень переспросил меня:
- Тебя… что?
- Меня выгнали, - повторил я, раздражаясь. Эмметт прекрасно услышал меня и в первый раз – он просто хотел поиздеваться надо мной. Я поднялся и пошел к нему, пытаясь успокоиться.
- Кто же тебя выгнал? – спросил парень, наблюдая за мной и улыбаясь еще шире.
- Карлайл, - коротко ответил я. Я снова начал терять свое терпение.
- Почему он…
- Потому что я накричал на Беллу, - огрызнулся я, - она не слушала меня, вот я и разозлился и начал орать, какие-то люди услышали, и Карлайл приказал мне уйти.
- Миленько, - произнес Эмметт с сияющими глазами. В том состоянии, в котором находился я сейчас, достаточно было одного слова, чтобы вывести меня из себя. Придя в ярость, я набросился на собственного брата.
- ЗАТКНИСЬ, - прорычал я, смотря ему в глаза, - во всем виноват ты, так что не отпускай дебильные комментарии.
Эмметт недоверчиво посмотрел на меня.
- Какого хрена? – закричал он, поднимаясь со скамейки. – В каком месте я виноват?
Я сузил глаза.
- Ты первый решил, что мы должны остаться здесь! – я изменил тон голоса и стал подражать своему брату. – «Тогда ты должен соблазнить ее. Белла любит тебя, и привязана к тебе». Какой глупый совет!
Я сплюнул за землю, избавляясь таким образом от яда, что накопился во мне.
- Это НЕ глупый совет! – горячо ответил Эмметт. – Ты едва пытался!
Я злобно зашипел.
- Если ты вдруг не заметил, до нее было почти невозможно добраться…
- Вот без этого, Эдвард! – оборвал меня брат. – Ты вампир! Ты мог бы остаться с ней наедине, если б захотел! Признай это! Ты не смог не подобраться, потому что в соблазнении у тебя опыта, как у десятилетнего…
- План не сработал, потому что он был дерьмовым с самого начала! – сердито сказал я, пародируя Эмметта, - что неудивительно, ведь это ты его выдумал.
Этот ответ – полная чушь, да и правды в нем маловато. Эмметт мог быть каким угодно, но не глупым. Просто люди, которые плохо знали моего брата, представляли его дураком из-за больших мышц и дружелюбия, но, честно говоря, он такой же умный, как Джаспер или Карлайл, и в два раза практичнее их. Эмметт грозно сдвинул брови.
- Весело, - медленно проговорил он, пронзая меня взглядом. Он пошел ко мне и остановился только, когда мы стояли совсем близко. – Глупый я или нет, не я боюсь заговорить с любимой женщиной…
- Я говорил с ней, и к чему же это меня привело? НИ К ЧЕМУ! – закричал я, чувствуя, как злость затмевает мой разум. Гнев и отчаяние, которые я ощущал в течение долгих недель, увеличенные в сто крат моей ссорой с Беллой, кипели во мне. Но другая, совсем маленькая частица меня знала, что Эмметт тут и вовсе не при чем, но теперь мне стало плевать. Мне нужен был кто-то, кого можно обвинить в моей ненависти к себе, в моей боли в груди, в отрешении, которое я чувствовал. И, конечно же, мне легче искать виноватого, чем признать, что я не прав. Мой брат понятия не имел, о чем говорил. Да вся эта болтовня просто нелепа!
- Я был прав, мне не стоило тебя слушаться! – сказал я. – Ничего бы из этого не произошло, если бы мы уехали три недели назад! Но я не собираюсь наступать на одни и те же грабли снова… я ухожу.
Дрожа, я уже повернулся, чтобы уйти, но Эмметт остановил меня.
- Ну, КОНЕЧНО ЖЕ, ты уходишь! – он заревел, сверкая глазами. – У тебя получается это лучше всего, не правда ли, Эдвард?
Я сузил глаза и сжал кулаки.
- Прекрати, Эмметт, - спокойно произнес я. Но парень не послушался меня и повысил свой голос, чтобы перекрыть мой.
- Всю свою жизнь ты сбегал от проблем, притворяясь, что они не существуют, вмешивался не в свои дела, играя в Бога с людьми, только потому, что ты можешь. Но в ту минуту, когда ты нашел причину для существования, в минуту, когда ты нашел девушку и свою первую любовь в ее лице, вместо того, чтобы использовать шанс, ты испугался до такой степени, что убежал.
- ПРЕКРАТИ СЕЙЧАС ЖЕ! – закричал я, дрожа всем телом. Я чувствовал, что мой контроль над собой уходит с каждым новым словом Эмметта. Я хотел, чтобы он остановился, ушел, умер, чтобы любой ценой замолчал. Его обвинения проникали в меня подобно яду, причиняя боль моему сердцу и душе. Меня как будто бы раздели догола, выставили на смех всему миру мои секреты и слабости. И самое худшее, что я понимал, что все слова моего брата – правда. Я знал, что он был прав, и это убивало меня. Ты не можешь поступить так с Беллой снова, - кричали мне мысли Эмметта.
- Я уверен, что ты думаешь, ты такой всесильный, да? – спросил брат горьким голосом. – И дураку понятно, что все это время ты только жалел себя. И дураку понятно, что ты такой лицемер, что жалость доставляет тебе странное, дурацкое удовольствие. И догадайся, что же? Может, мы и не можем читать твои мысли, но мы видим тебя насквозь. Все знают, что ты не прав, что ты всего лишь отличник, завоевавший золотую медаль на олимпийских играх ИДИОТ!
Его не что не останавливало. Когда Эмметт закончил свою тираду, я почувствовал, как мой внутренний барьер сломался, будто развалился на кусочки, и, прежде чем я осознал, что творю, я набросился на брата. Злость исходила от каждой части моего тела, и, ослепнув от ярости, я стал бить его. Я ожидал ответного удара, мои руки протянулись, чтобы схватить его за шею, но Эмметт был слишком быстр, со скоростью света он отошел на несколько шагов назад. Как только я приготовился прыгнуть на брата снова, краем глаза я заметил вспышку светлых волос. Появился Джаспер, быстро подбежав по дворику ко мне и Эмметту. Я попытался увернуться, но бесполезно. Я почувствовал, как Джаспер неожиданно оказался за моей спиной, скрещивая мои руки с такой силой, что у обычного человека был бы уже перелом. Он так же стал посылать мне эмоции покоя. Но моя злость была настолько сильной, что это не произвело на нее никакого эффекта.
- Бога ради, Эдвард, что, по-твоему, ты делаешь? – зашипел Джаспер, пытаясь меня усмирить, пока я вырывался.
От раздражения я сжал зубы и стал корчиться в руках своего брата, издавая нечеловеческие звуки. Я перестал быть собой; неконтролируемое создание боли и ненависти заполнило мою душу. Оно было грубым и жутким, диким и неприрученным – полная противоположность вежливому и правильному Эдварду Каллену. Я смотрел на Эмметта исподлобья. Мои глаза загорелись, как только я увидел его полу сидячую боевую стойку – отражение меня самого. Он опасно, вызывающе посмотрел на меня.
- И что же ты собираешься делать, Эдвард? – прорычал он, скрывая тем самым угрозу своим низким голосом. – Убить меня? Ну же, давай! Покажи, на что ты способен. Посмотрим же, кто выстоит до конца, братец!
Эти слова стали шоком для меня. Крошечная часть разума, которая все еще не зависела от моего монстра, первые дала оценить мне ситуацию трезвым взглядом. Это Эмметт, умоляла она меня, не враг, а семья. Подумай о других, подумай о Карлайле. В конце концов, подумай о Эсми. Картина моих безутешных родителей, пытающих утешить плачущую Розали, вдруг предстала пред моими глазами, и я дрогнул. Однако этого мгновения моей неуверенности хватило, чтобы волны Джаспера победили ярость. Я почувствовал, как его сила стала наполнять меня, приводя в сознание. Я остановился и стал колебаться на ровном месте, словно выйдя из транса. Но, ослабев, я опустился на колени в снег.
О чем я думал? – ужаснувшись, спросил я самого себя. Так же, как и когда я угрожал Элис три недели назад, меня переполнили стыд и неверие, но только теперь это было в тысячу раз хуже. Во что я превратился? Я боялся ответа. Случившееся – это не обычная злость. Я действительно попытался атаковать Эмметта. А что, если бы я причинил ему боль? Убил бы его? Даже если бы существовал малейший шанс избежать наказания от семьи, я бы никогда не смог простить себя. Я бы без размышлений отправился к Вольтури – мой план, так и не пришедший в исполнение. Мысли о возможных обстоятельствах после моего безумия оказалось достаточно, чтобы расстроить меня.
Я увидел, как Джаспер, подойдя к Эмметту, положил руку на его плечо. Мой старший брат принял это с благодарность, положив свою ладонь на его руку, а затем медленно вдохнул, выпуская пар.
- Спасибо, - сказал он Джасперу, который молча кивнул в ответ.
Оба брата, волнуясь, повернулись лицом ко мне. Я же просто не мог посмотреть им в глаза. Несмотря на свою боль, я чувствовал поддержку семьи. Я не заслуживал находиться рядом с ними.
Джаспер первым нарушил тишину:
- Он, сейчас в порядке, - прошептал брат Эмметту, - он больше не злится. Пожалуй, только чувствует себя виноватым.
- Но он пытался убить меня, Джаспер! – воскликнул Эмметт, все еще пребывая в шоке. – Он бы точно убил, если б ты не… - он остановился.
Наступила долгая пауза, по истечению которой Джаспер, просверлив меня взглядом, сказал:
- Нет… не думаю. Когда я вмешался, он уже анализировал свои действия. Еще бы минута, и он все понял.
Эмметт недоверчиво зарычал, подобное не слишком успокаивало его.
Он прав? Подумал брат. Ты бы остановился? Ты хоть раскаиваешься сейчас?
- Д-да, - мгновенно откликнулся я, пытаясь устоять на ногах, - Эмметт, я… я не знаю, что произошло, я не мог… о Боже мой… Прости меня, пожалуйста, - едва я сказал последнее предложение, как тут же я почувствовал, как все мое тело задрожало. Я напрягся, изо всех сил пытаясь сдерживаться. Никогда еще я не чувствовал себя таким виноватым. Эмметт, казалось, смотрел на меня целую вечность. В его глазах отсутствовала привычная искорка. В первый раз мой брат был столь серьезен.
- Сейчас ты извиняешься, но что будет, когда я еще раз скажу что-то, что тебе не понравится? Тогда ты меня убьешь? – наконец он спросил.
- Нет! - Закричал я, отвергнув эту мысль.
- Я просто пытался помочь тебе, Эдвард. Мы все пытаемся, вообще-то. Белла была мне, как сестра. Как и все, я хочу, чтобы она вернулась в наши жизни, - разочарованный во мне, Эмметт грустно потряс головой. – Тебе стоит научиться контролировать свои чувства. Джаспер не всегда будет рядом, чтобы успокоить тебя. А если ты потеряешь контроль рядом с Элис или Розали…
Эмметту не пришлось договаривать: тихий рык Джаспера сказал все за него.
- Я знаю, - с болью в голосе ответил я. – Я не посмею… я не позволю себе причинить вред им!
Наступила еще одна долга пауза, пока Эмметт раздумывал. Наконец, он медленно кивнул, и я точно могу сказать, что большинство проступков мне уже простили. Но я этого не заслужил.
- Мне нужно поговорить с Карлайлом, - судорожно произнес я после долгой тишины, - ты не знаешь, где он может находиться?
- Он с Розали, - ответил Джаспер, - я встретились с ним, когда он покидал коридор, а я как раз разыскивал тебя. Но один из учителей Розали захотел переговорить с ним, поэтому он попросил тебя найти и успокоить.
Брат изогнул бровь, а я отвернулся от стыда.
Эмметт сузил глаза:
- Постой-ка, я зачем тебе надо поговорить с Карлайлом?
Я остановился, не желая отвечать. Я не хочу начинать еще одну драку, и я не уверен, смогу ли не потерять контроль, если брат снова разозлит меня. Но увидев его выражение лица, я понял, что шансов у меня нет.
- Я хочу поговорить с Карлайлом, потому что… потому что мне нужно сообщить ему, что я уезжаю.
- ЧТО? – заорал Эмметт. Снова впав в ярость, он приблизился ко мне. – Ты что, не слышал, что я сейчас тебе говорил? Как ты еще думать можешь, что уехать – это хорошая идея?
Он посмотрел на меня и ступил на шаг вперед. Джаспер поспешно встал между нами, кладя свою ладонь на плечо Эмметта.
- Да, Эмметт, - повторил я, - Я слышал все, что ты сказал. Ты прав. Я никогда не должен был покидать Беллу. Я больше навредил, чем принес пользы, и я никогда не прощу себя за то, что потерял ее.
Я снова замолчал, пытаясь избавить себя от душевной боли из-за слов, которые мне предстоит произнести.
- Но факт остается фактом. Я ушел, и мне никогда не исправить этого. Это уже случилось. Белла стала жить своей жизнью, и сейчас нет никакого смысла вмешиваться в нее. Я не могу «соблазнить» ее, и не могу заставить себя полюбить. Я должен уехать. Находиться рядом с ней слишком сложно, осознавая то, что частью ее мне уже не быть.
- Но откуда ты знаешь, что она тебя не любит?
- Потому что она сама так сказала! – воскликнул я, чувствуя, как злость возвращается, несмотря на старания Джаспера. – Что я должен делать?
Соблазнить ее! Эмметт тут же откликнулся мысленно. Я снова зарычал:
- Если ты еще раз подумать слово «соблазнить», клянусь, Эмметт, - но на середине предложения меня успокоил Джаспер, пославший свои волны. Эмметт и я напряглись, готовясь к новой драке, но тут же расслабились. Когда мы стали достаточно адекватными, Джаспер произнес:
- Эдвард, Эмметт пытается сказать, что тебе следует обдумать свои тактики.
Я недоверчиво уставился на брата.
- Тактики? Это не какая-нибудь игра!
- Разве? Я думал, ты хочешь завоевать Беллу! – сказал Джаспер, изогнув брови.
- Ну да, но…
- Очевидно, что твои собственные методы не очень-то удачные, - прервал он меня.
- Ха! Ты можешь повторить… - начал Эмметт, но увидев взгляд Джаспера и мой, замолчал.
Я осторожно повернулся к Джасперу.
- Что ты имеешь в виду? Я сделал все, что в моих силах.
Это правда. Я пытался поговорить с Беллой, я звонил ей каждую ночь, я играл для нее колыбельную. Я даже пытался, хоть и безуспешно, поговорить с ней после уроков, но никакого проку. Мне кажется, что больше ничего и не поделать.
Но, судя по взгляду Джаспера, я был неправ.
- Следовал за ней? Звонил ей? Специально сорвал урок и опозорил ее перед коллегами? – Я медленно наклонил свою голову. Когда мой братец так говорил, все мои поступки приняли отрицательный характер, но я никак не мог понять, куда он клонит. Джаспер разочарованно покачал головой.
- Честно, Эдвард, я удивлен, что, несмотря на твое поведение, Белла тебя не оскорбила и не отвергла.
Сбитый с толку, я пробежал рукой по волосам.
- А что мне следует делать? Она ненавидит меня, Джаспер. Она смертельно побледнела после единственного раза, когда я пытался «соблазнить» ее, а затем избегала меня целых три недели! Да она знать меня не хочет!
Мой братец закатил глаза.
- Стоит ли удивляться этому? Посмотри на ситуацию с ее стороны: ты неожиданно уехал из Форкса и с тех пор не пытался связаться с ней.
- Это потому, что… - я начал в спешке говорить, но Джаспер поднял руку, чтобы заставить меня замолчать.
- Я не сомневаюсь в твоих действиях. Я понимаю, почему ты ушел, хотя и не согласен с тобой. Но это не главное. Я пытаюсь сказать, что Белла была не очень рада твоей попытке «защитить» ее. У нее же совершенно отсутствует чувство самосохранения! Разве ты не помнишь, как она последовала за Джеймсом? Белла любила тебя, Эдвард. Ваша сила чувств была настолько сильна, что, находясь в одной комнате, невозможно было не ощутить их. Ты причинил ей боль, когда ушел, а она терпела ее все шесть лет. Ты же не можешь ожидать, что после этого она поприветствует тебя с распростертыми объятиями.
Я ничего не ответил, напрягая обстановку. Просто дело в том, что Джаспер не знал и половины правды.
Он, как я вся остальная семья, думал, что я сказал Белле, что уезжаю ради ее же жизни. Никто не знал подробностей нашего разговора и не подозревал, что настоящий разговор и «безопасность» ничем не связаны меж собой. В то же время я никогда не думал, что моя ложь о чувствах к Белле могла быть важна для нее; лишь сейчас я стал думать по-другому. Я сомневался, значили ли мои слова хоть что-то для девушки. В конце концов, не одного же слова достаточно, чтобы отрицать все, что было между нами! Но мне не хотелось рассказывать семьей, что же все-таки на самом деле случилось в лесу. Я пытался не изменять выражение лица, чтобы не выдавать себя Джасперу и Эмметту, но никак не мог справиться с чувством вины и сожаления, которое поселилось в моем сердце. Джаспер удивленно взглянул на меня, а затем нахмурил брови.
- Это ведь все, что ты ей сказал, правда? Ты ведь не добавлял ничего, что могло бы объяснить, почему она злится сейчас?
- Конечно же, нет, - быстро ответил я, но это не убедило моего брата.
- Эдвард… - зарычал тот предупреждающе.
Почему ты лжешь? – подумал он. – Что же ты ей сказал?
Я не стал прямо отвечать на его вопрос, пытаясь тянуть время.
- Когда я сказал, что был слишком опасен, этого оказалось недостаточно, - сказал я, оправдываясь, - она меня отпускала, она хотела уехать с нами… - ответил я тихо, неволей испугавшись пристальных взглядов моих братьев.
- Так что же ты ей сказал? – спросил Эмметт с широко раскрытыми глазами.
Я закрыл глаза, пытаясь бороться с болью, которая нахлынула на меня при воспоминаниях о той роковой ночи.
- Белла, я не хочу, чтобы ты шла со мной, - произнес я медленно и уверенно, желая, чтобы девушка поверила моей лжи, и игнорируя голос в голове, который кричал всю правду. Так оно и было: я совершил наихудшее из преступлений, и теперь меня ждал ад.
Размышляя над моими словами, девушка сдвинула брови:
- Я… тебе… не нужна?
Я, не обращая внимания на боль в сердце, убедился сильнее в своей правоте и сказал то слово, которое разрушило мою жизнь:
- Да.
Я содрогнулся и вернулся в настоящее. Джаспер и Эмметт все также в ожидании смотрели на меня. Этого неизбежно – мне стоило рассказать им всю правду.
- Я… я сказал, что не хочу, чтобы она шла со мной, - запинаясь, произнес я тихим голосом, - а потом она меня спросила, не нужна ли она мне, и я ответил да.
За моими словами последовала мертвая тишина, которую нарушил ошарашенный Эмметт.
- Ты… солгал? – спросил он, пребывая в состоянии шока. – Ты сказал, что не любишь ее?
Я опустил голову в знак согласия. Словно громом пораженный брат уставился на меня. Он даже мысленно поражался мне. Наконец, Эмметт решился:
- Ты полный КРЕТИН, ЭДВАРД! – закричал он. – Каким местом ты думал? Неудивительно, что Белла не отвечает тебе взаимностью: она до сих пор считает, что безразлична тебе.
Я закачал головой, лишь бы не смотреть брату в глаза.
- Нет, ты неправ. Как она может думать так? Я столько раз признавался ей в любви! Как она могла поверить одному-единственному слову? – я понимал, почему Белла могла даже сейчас злиться на меня, но я действительно не думал, что девушка могла поверить моим словам. Они были наглой ложью. Как будто бы я мог перестать нуждаться в ней. Неужели Белла и через шесть не осознала правду? Я поднял глаза и увидел Эмметта и Джаспера с застывшей яростью на их лицах. Вскоре, Джаспер сказал:
- Элис была права. Ты действительно лишенный мозгов…
Эдвард! Я не смог дослушать предложение Джаспера до конца, потому что услышал, как кто-то подумал мое имя. Оглянувшись, я увидел Карлайла, приближающегося к нашей тройке от туда же, откуда пришел Джаспер. Отец был невероятно серьезен. Упс. Он не выглядел счастливым. Как только Карлайл приблизился на расстояние десять шагов от меня, начался его монолог.
О чем ты вообще думал, Эдвард? Спросил он мысленно. Как ты смел заговорить с Беллой в такое манере? Там, где полным-полно людей! Ты мог выдать нас всех! Это было очень глупо и необдуманно!
Я покачал головой от стыда.
- Я знаю, Карлайл. Прости меня. Я понятия не имею, что на меня нашло. - Отец недовольно смотрел на меня несколько секунд, затем вздохнул, и на лице вместо ярости появилось выражение усталости.
- Честно говоря, Эдвард, - произнес он, - тебе стоит быть чуть более осторожным.
Я послушно кивнул. Карлайл был прав. Мое поведение, пускай и не сознательное, было безумно необдуманным.
- Сын, - сказал он, снова привлекая мое внимание, - просто к твоему сведению, если ты хотел… мм… «соблазнить» Беллу, то, - отец показал в сторону коридора, - это был не самый лучший способ.
Я замычал. Только не снова.
- Ну, это не имеет значения, ведь… - начал я говорить, но только пришедшая Эсми прервала меня.
- Карлайл! – закричала она, выходя оттуда же, откуда появился я. На ее лице было написано волнение. Подойдя к папе, она обняла его и волнующе посмотрела на него. – Карлайл, случилось кое-что ужа…
Но женщина не закончила, заметив, что я, Эмметт и Джаспер внимательно ее слушаем. К моему удивлению, вместо волнения на ее лице отобразилась паника. Я тут же сфокусировался на ее мыслях. Так уж Эсми устроена, что заблокировать свои мысли от меня она не может. Мысленно я увидел Беллу. Я увидел, как она почти сказала матери, что не любит меня. Эти слова не стали для меня неожиданными, но боль не проходила. Я посмотрел на Эсми, чье измученное лицо стало похожим на мое. О, Эдвард. Прости, я не сдержалась. Но она могла соврать…. Я потряс головой, отрицая слова матери. Это заявление, прибавить к нему еще поведение Беллы в последнее время, - все, что мне требовалось, чтобы понять, что она меня не любит. Я повернулся к Карлайлу и остальным, которые все это время опасливо поглядывали на меня и Эсми.
- Белла только что сказала Эсми, что не любит меня. Разве это не доказывает, что оставаться здесь не стоит? Теперь мы можем уехать?
- Нет! – отрезал Эмметт, - мы не уедем до тех пор, пока ты не скажешь Белле, что соврал ей!
- Соврал насчет чего? – непонимающе спросила Эсми у моего брата.
- Когда мы покидали Форкс, Эдвард сказал Белле, что не любит ее, - объяснил Эмметт и, сузив глаза, посмотрел на меня. Карлайл и Эсми чуть не задохнулись от шока и неожиданности. Они оба обернулись на меня с раскрытыми глазами.
О, Эдвард! – в отчаянии подумала мама.
- Это правда? – серьезно спросил Карлайл.
Я устало вздохнул.
- Да, правда, - нехотя произнес я. Это вызвало еще одну волну разочарованных вздохов и мычаний моей семьи.
- Но знайте, - продолжил я, повышая голос, чтобы обратить на себя внимание, – это не имеет значения, это в прошлом. Неважно, что я сказал Белле шесть лет, сейчас она уже не любит меня. Мое соглашение оставаться в Рочестере зависело от того, остались ли ее чувства прежними. Теперь ясно, что их уже нет, и жить здесь не имеет смысла.
- Я уже говорил тебе, она, скорее всего, - начал Эмметт, но я прервал его.
- Это мое окончательное решение, я не хочу его больше обсуждать, - я посмотрел на Карлайла, - я полагаю, мы сможем уехать этой ночью?
Он помолчал немного, словно обдумывая решение. Что же мне сказать ему? Подумал отец. Я нахмурился, пытаясь понять, в какую сторону он клонит.
- Вообще-то, - сказал он тихо, - мы не можем сейчас уехать. По крайней мере, не в ближайшее время.
- Что? Почему?
- Прости, Эдвард, - спокойно произнес Карлайл, - я был так уверен, что мы здесь задержимся надолго, что не предупредил больницу об отъезде.
- ЧТО? – закричал я. – В Форксе ты никого не предупреждал! Позвони туда сейчас, какая разница-то?
Я поверить не мог, что Карлайл использует свою работу в больнице, как повод, чтобы остаться. И дураку ясно, что его профессия тут не при чем.
- Я не могу сделать это…
- Почему бы и нет?
- Потому что я не хочу, - просто закончил мой отец. Я мог лишь на него смотреть, а он продолжил. – Покинув Форкс, мы совершили огромную ошибку. Кроме того, последствия всего этого оказались очень тяжелыми для нас. У меня нет никакого желания совершать эту ошибку снова.
Сжав голову руками, я заорал:
- ОНА НЕ ЛЮБИТ МЕНЯ! Когда же вы смиритесь с этим?
Карлайл свысока посмотрел на меня. В отличие от меня, он сохранял спокойствие.
- Судя по тому, что Эмметт сказал нам, ты не можешь быть полностью уверен в этом, пока вы с Беллой не разберетесь в своих чувствах. Поэтому я полагаю, что ты остаешься в Рочестере до того момента, пока вы не поговорите, желательно так, чтобы разговор обошелся без криков.
Я вытаращил на него глаза. Почему они все настроились против меня? Я был беззащитен. Я не мог уйти сам, не расстраивая Эсми, и я не мог уговорить семью пойти со мной.
- Кроме того, - продолжил Карлайл, не обращая внимания на мое состояние, - невежливо уезжать именно сейчас, так как мы ожидаем гостью.
Слово «гостья» вернуло меня с небес на землю. Мы ожидаем гостью? Кто же захочет навестить нас? У нас нет никаких знакомых, которые захотели бы прийти к нам, кроме… мои глаза расширились в ужасе, когда я прочитал мысли отца.
- Нет! – закричал я, отказываясь верить в это. Ни за что, он же не мог поступить так… - Зачем, Карлайл? – закричал я в отчаянии, - Как ты вообще мог подумать, что пригласить ее домой было бы хорошей идеей?
- Не то что бы я приглашал ее. Она сама себя пригласила, - ответил он виноватым голосом. По выражению его лица можно было понять, что Карлайл все рассказал Эсми, но Эмметт и Джаспер в замешательстве смотрели на нас.
- Кто к нам приедет? – спросил Джаспер.
- Таня, - ответили одновременно и отец, и я, только вот его голос оставался спокойным, а в моем слышалась паника. Это не просто плохо. Это ужасно, это кошмарно, это КАТАСТРОФА!
Эмметт расхохотался.
Я обернулся, пронзая своего брата убийственным взглядом.
- В каком месте это смешно?
Эмметт поднял брови так, как будто ответ был очевиден. Но когда она отвернулся от меня и заметил удивленные взгляды остальных, он понял, что суть шутки дошла только до него.
- Ой, да пожалуйста, разве никто не видит положительную сторону? – спросил он. Но все были растеряны и просто смотрели на него. – Весело же, потому что Таня и Белла обе твои бывшие, и…
- Ты не прав, но продолжай, - зарычал я. Таня никогда не была моей «бывшей», мы не вступали с ней ни в какие отношения. Это было просто стыдливое недоразумение. Эмметт, усмехаясь, посмотрел на меня.
- Разве ты не чувствуешь иронию в том, что за свои сто двенадцать лет ты ни разу не переспал, но зато у тебя две бывших, но именно та, которую ты ненавидишь, хочет тебя трахнуть?
Эмметт Каллен: король комментариев не к месту. Я посмотрел на него таким взглядом, который мог бы разрушить камень, а затем повернулся к Карлайлу.
- Когда приезжает Таня? – наверняка я смогу исчезнуть без объяснения.
- Завтра, - ответил Карлайл, уничтожая мои планы еще до их появления. – И я хочу, чтобы ты вел себя прилично и помнил, кем тебя растили. Я требую, чтобы ты общался крайне вежливо с нашим гостем. Ну, а пока это все касается Беллы, - я замычал. Вечер грозил стать не просто плохим, а ужасным, - ты обязан поговорить с ней как можно скорее хотя бы для того, чтобы доказать, что ты все еще джентльмен. Забудь о «соблазнении». Как насчет того, чтобы для начала попытаться хорошо вести себя с ней? – предложил отец, слегка улыбаясь.
Я оскалился:
- Разве мы уже не решили, что это бессмысле…
- Ты можешь начать прямо сейчас, - произнес Карлайл, не обращая внимания на мои протесты. Он не смотрел на меня, он смотрел на что-то, что было позади. Я обернулся и увидел, как Розали шла из угла на площадку, огибая здания М, а за ней семенили Элис и Белла. Я сначала было разозлился – я же предупреждал Элис, чтобы та не говорила с Беллой – но затем почувствовал, что не могу пошевельнуться, а мой взгляд прикован к Белле. Она спокойно слушала мою оживленную сестру и время от времени улыбалась. Девушка была так красива – несмотря на то, что прошло столько времени, один ее вид захватывал мое дыхание. Она выглядела потрясающе в лунном свете: каштановые волнистые волосы мягко падали на плечи, этот темно шоколадный цвет был прекрасным контрастом ее неестественно бледной коже. Вдруг меня осенило, что весь этот разговор о том, чтобы покинуть Беллу не стоил того: я не мог не под каким предлогом оторвать глаз от нее. Я все также безумно любил ее. Воздух каким-то магическом образом потяжелел, когда я попытался подойти к Белле, дотронуться до нее, обнять ее и поцеловать ее идеальные губы. Когда она вместе с моей сестрой почти подошли к нам, девушка приподняла голову, увидела меня и вздрогнула. Ее губы приняли форму «о». Мне пришлось взять себя в руки. Чтобы не наброситься на Беллу, я сжал пальцы в кулаки и заставил себя посмотреть на землю. А также у меня не было никакого желания смотреть на торжествующую улыбку Джаспера при моей реакции.
- Подойди к ней сейчас, - мягко попросила Эсми, слишком тихо, чтобы Белла услышала, - мы подождем тебя на парковке.
- Нет, постойте, я… - я не знал, что сказать. Я не хотел, чтобы они оставляли меня наедине с Беллой. Честно говоря, я боялся быть отверженным.
- Что мне ей говорить? – я слабо спросил, вдруг почувствовав себя беспомощным.
Эсми улыбнулась:
- Будь вежливым, Эдвард. Знаешь, ты можешь очаровать… но только тогда, когда ты не кричишь. Просто извинись перед ней и попытайся снова не срываться. Она утешающе обняла меня, а затем повернулась и пошла. Остальные последовали за ней. Я хотел позвать их обратно, но пока я пытался подобрать слова, остались лишь тени от их фигур, растворившихся в темном коридоре школы.
Внезапно я почувствовал, каким тихим стал задний дворик. Тишину нарушали лишь проезжающие мимо школы машины и время от времени шепот ветра. Я медленно обернулся. Какая-то часть меня была удивлена, что Белла осталась здесь стоять: я думал, что она снова убежит. Снова пошел снег – несколько снежинок уже скопилось на ресницах и кончиках волос девушки. С улыбкой я понял, что завидую этим самым снежинкам. Белла неуверенно смотрела на меня, и румянец, который я так люблю, стал появляться на ее щеках и шее. Знакомый запах тянул меня, и прежде, чем я смог остановиться, я шел к девушке, будто притягиваемый магнитом. Я не был уверен, что мне говорить, главное, чтобы я снова не сел в лужу. Любит меня Белла или нет, я не мог позволить себе потерять ее снова. Я обожал ее всеми фибрами своей души, без нее я не был собой. Она нужна мне, как рыба – воде, наша связь была вечной, крепкой и нерушимой. Я надо снова завоевать ее.
Я был в шаге от девушки сейчас. Она смотрела на меня своими большими глазами. Пришел нужный час. Наверное, это мой единственный шанс поправить положение.
- Привет, Белла, - сказал я. Несмотря на то, что мой голос был тихим, мне показалось, что он прозвенел по всему дворику.
Несколько секунд девушка в ступоре смотрела на меня. Она очень робко затем улыбнулась:
- Здравствуй, Эдвард.
Еще одно примечание переводчика: кстати, сегодня ровно год с тех пор, как я выставила первую главу «Соблазнения»! Давайте за это выпьем :3
Жду ваших комментариев!
- Полина