Он знал, что таков будет наиболее вероятный исход, но надеялся, что каким-то невероятным образом этого удастся избежать. Пора бы привыкнуть, что если чудеса и случаются, то уж точно не для него.
Саске пошевелился, откинул голову назад. Кажется, Неджи в жизни никого не ненавидел так сильно, как Учиху, когда тот прижался губами ко рту Наруто, все еще не открывая глаз. Было просто невыносимо смотреть, как они целуются.
Послышались удивленные возгласы и он шагнул вперед, тронул Наруто за плечо, желая как-нибудь разъединить их. Но поперек его ладони легла белая рука, скользнула на затылок и зарылась в светлые волосы. Неджи отдернул пальцы, словно обжегшись. Они не заметили его, как не замечали никого на поляне, поглощенные друг другом. Они не остановились бы, даже если бы вся Коноха смотрела на них.
Невозможно медленно скользили руки Саске по загорелой коже. Ласкали, притягивая ближе, как будто он хотел слиться с Наруто в единое целое. Как сильно хотелось Неджи хотя бы раз вот так же прижать его к себе! Этого никогда не произойдет, и он сам во всем виноват. Не хотелось расстраивать Наруто? Так получи, смотри, отпрыск боковой ветви клана Хьюга, как кто-то другой в очередной раз берет то, что было нужно тебе! Не потому, что ты недостаточно ловок, силен или умел, просто ты не достоин. Весь этот шепот вокруг тебя: "Гений, гений, гений". Ах, как льстит самолюбию! Но ты действительно гениален, Неджи, у кого еще получится всегда и во всем быть только вторым?!
Кулаки были стиснуты настолько сильно, что он чувствовал биение пульса в пальцах. Саске застонал, и это возвратило Неджи к реальности. Он огляделся по сторонам. Вокруг было пусто, если не считать их троих. Остальные тактично удалились, лишь Неджи все стоял, будто пригвожденный к месту. Саске раздвинул ноги, Наруто толкнулся вперед, протяжно застонал. Неджи все-таки не выдержал пытки движениями смуглых бедер; еле сдерживая злые слезы, он сбежал с проклятой поляны.
Шикамару окликнул Неджи, уткнувшегося лбом в собственные колени. Он буркнул что-то в ответ, но головы не поднял.
– Киба и Ли вернулись. Ты, наверное, не обратил внимания. Они ее догнали. Она носила повязку деревни Тумана. Мы не знаем, почему она напала и был ли с ней кто-то еще, но Акамару не учуял больше никого.
– Ее надо допросить, – глухо сказал Неджи.
– Не получится, Акамару растерзал ее. Не понимаю, как Саске ее не заметил?
– У нее была какая-то странная маскировка. Я сам увидел ее только потому, что включил бьякуган. И то, даже линии чакры были расплывчатыми.
Он поднял голову, на прокушенной губе запеклась капелька крови.
– Саске-то как раз заметил ее, когда я крикнул. И от атаки легко бы уклонился. Он специально подставился, защитил Наруто. Пожертвовал своей жизнью… почти…
Шикамару поднял тонкие брови.
– Откуда ты знал, как его можно исцелить?
– После воскрешения Гаары я много читал про подобные техники. И про Демона-Лиса в том числе. Хотел понять, что чувствует Наруто, лучше его узнать. Даже в запрещенные отделы лазил, идиот. Чакра Девятихвостого имеет мощные регенеративные свойства, восстанавливает тело чуть ли не из скелета. И ее можно направить на другого человека. Тем более что он уже делал это раньше. И вот он спас Саске, как и хотел, а я… – Неджи в сердцах ударил кулаком в землю.
– Ты поступил благородно. Кто же знал, что они начнут… ну… – Шикамару замялся.
– В том-то все и дело, что я знал! Боги, да каждый день я чуть ли не молился, чтобы с Учихой что-нибудь стряслось! И сам все испортил! Сам толкнул их друг к другу! Я с самого начала знал, что в конце ритуала случится что-то подобное. Но нет же – захотелось сверкнуть великодушием! Я всегда все порчу, за что ни берусь. Я просто неудачник.
Его срывало в истерику, поэтому Шикамару обнял дрожащие плечи. Неджи дернулся, но Шикамару только крепче прижал его к себе.
– Я горжусь тем, что у меня есть такой друг. Ты действительно любишь Наруто, раз поставил его интересы настолько выше своих. Ты поступил правильно.
– Я его потерял – что в этом правильного?
– Ты не стал убийцей. Ты спас дорогого ему человека. Это Наруто будет помнить всегда. И я никому не расскажу, что суровый гений тоже иногда нуждается в человеческом тепле, так что можешь перестать вырываться. Поплачь, Неджи, иногда это помогает.
– Не собираюсь я… – сказал Неджи и разрыдался.
Он только через несколько минут смог взять себя в руки. Ему было стыдно за этот срыв и за понимающий вид Шикамару. Он повел себя, как девчонка! Но ему действительно стало легче. Неджи встал, вытер глаза.
– Пойдем, посмотрим, как там они.
– Ты уверен? Может, лучше еще немного подождать? – с сомнением сказал Шикамару.
– Уверен. После такого выброса чакры уже должна была наступить реакция.
Они вернулись на поляну, на которой неподвижно лежали двое. Шикамару подскочил к ним, проверил пульс.
– Наруто в обмороке, – сказал он, – а Саске… он просто спит.
– О да, это как раз в его стиле, – зло бросил Неджи. – Помоги мне.
Они разъединили слипшиеся от крови тела. Неджи еле удержался, чтобы не пнуть Учиху. Шикамару тактично отошел, и Неджи сам отмывал Наруто. Он благоговейно прикасался к гладкой коже и прощался со своими глупыми мечтами, о том, что, быть может, когда-нибудь Наруто тоже полюбит его. Бросив беглый взгляд на старательно отвернувшегося Шикамару, он поцеловал так долго манившие его губы. Всего один раз, одно легкое украденное касание. Просто чтобы узнать, как бы это было.
Потом они одели Наруто и растолкали Учиху. Тот вымылся и оделся сам, нацепив привычную безразличную маску, будто ничего и не произошло, и этих пятен спермы у него на животе тоже не существует. Когда Шикамару собрал остальных шиноби на ночлег, Саске ушел и до полуночи не возвращался. Дежуривший Неджи услышал легкий шорох и оторвал взгляд от безмятежного любимого лица. Саске молча прошел мимо него, залез в свой спальник и отвернулся. Как будто и не было ничего.