Пальцы онемели, а по руке прошли неприятные мурашки, словно та вовсе не принадлежала телу. Курт застонал и поморщился, с трудом разлепляя глаза. Он отлежал руку, а во рту сушило хуже, чем в Сахаре в пятидесятиградусную жару. Все тело ныло, голова гудела. Курт недовольно прищурился; комнату стали освещать первые лучи солнца. Он приложил руку ко лбу и приподнял голову над подушкой, тут же роняя ее обратно. «Как же мне плохо. Отвратительно». Казалось, что люди, которых переехал грузовик, чувствовали себя лучше, они хотя бы были без сознания и не терпели всю эту ломоту. «Черт. Пить. Спать. Я в жизни больше не буду пить алкоголь». Сообразительность возвращалась очень медленно. Курт резко втянул воздух через рот и сел на кровати, с испугом оглядываясь по сторонам. Чья-то рука соскользнула с его талии, а помещение определенно было знакомо. «Я дома. Я хотя бы дома. Когда я уехал? Блять, моя голова...». Он провел ладонью по лицу и облизал сухие губы. Последняя картинка перед его глазами была в клубе... Он сидел на диване, а напротив была Рейчел. Все логично. Только сидел он на коленях Блейна... «Блейн!». Курт резко повернул голову в бок, и в ту же секунду задрал вверх одеяло. «Твою ж мать...». Он был абсолютно голый, ничего не помнящий о половине вечера, и в постели с Блейном Андерсоном. «Потрясающе. Просто потрясающе. Отлично, Курт». Курт слегка нахмурился, ощущение шока стало отступать на второй план, сменяясь чувством, что он провел не жаркую ночь с Блейном, а что тот долго и упорно бил его битой по голове. Или не провел ночь?.. Курт скользнул рукой по своей спине и остановил ее на пояснице. Он совершенно точно не был растянут. Задница не болела. Первичные признаки секса отсутствовали. Явно он вчера не был снизу. И сверху тоже. Курт повернулся к Блейну, замечая, что тот был в нижнем белье. «Он что, привез меня. Раздел. И лег рядом? Да ладно? Мог бы хоть трусы оставить».
Не понимая, который сейчас час и сколько он спал, Курт коснулся рукой плеча Блейна, слегка потряхивая его:
— Блейн, — позвал он, но тут же замер, задумываясь. «И что я ему скажу? Привет, у нас был секс вчера? Я ничего не помню».
Но отменять необдуманный поступок было уже поздно, когда Курт услышал тихий стон Блейна. Тот медленно открыл глаза и первым делом запустил пальцы в волосы, привычным жестом убирая их со лба, хотя кудряшки благодаря короткой стрижке не спадали на него уже давно. Он моргнул несколько раз и поднял голову, вглядываясь в темноту и видя перед собой взъерошенного Курта, который или еще не понял, что произошло, или был недоволен наличием Блейна в своей кровати. В любом случае, Блейну было плевать, он слишком сильно хотел спать, и лучше бы Курту было вернуться к нему под бок и дождаться утра.
— Минералка на тумбочке — я порылся в твоем холодильнике. Нет, мы не трахались. Да, ты уснул в процессе. Нет, я не обижаюсь. Пожалуйста, давай спать, — хрипло проговорил он на одном дыхании и откинулся обратно на подушку, подползая к Курту и утыкаясь носом в его бок скорее неосознанно, чем нарочно.
« Охренеть, блять. Уснул в процессе? Господи...». Курт перевел взгляд на тумбочку и сухо сглотнул. «Да уж, с днем рождения, Мерседес». Курт потянулся и подхватил с тумбочки минералку, тут же откручивая крышку и припадая к горлышку. Вода потекла по его подбородку, шее и груди, пока он жадно глотал основную ее часть, сжимая в руке пластиковую бутылку. Когда та практически опустела, Курт вытер губы тыльной стороной ладони и снова посмотрел на Блейна. Тот прижался к нему, лежа с закрытыми глазами. «Мне что, голым спать?». Курт шмыгнул носом и уже было занес руку, чтобы коснуться волос Блейна, но остановил движение, сжимая пальцы. «Спать, да, нужно просто лечь спать. Утром во всем разберемся. Уснул в процессе... Ужас какой!». Аккуратно Курт спустился вниз, ложась обратно и не зная, куда деть руки. Он просто лежал на спине и смотрел в потолок несколько минут. Дыхание Блейна рядом было размеренным, хотя Курт и не был уверен, что тот так быстро смог уснуть. «Катастрофа. Полнейшая катастрофа. Мы приехали ко мне домой, чтобы заняться сексом, а я уснул. Уснул!». Он повернул голову в бок, скользя взглядом по лицу Блейна. «И что мне теперь, обнять его? Блейн Андерсон в моей кровати, а я уснул. Нет, подумать только... Ну это же лучше, чем забыть про секс?».
— Курт, мать твою, если ты думаешь, что ты молчишь и часто дышишь, ерзая, а я сплю, то ты ошибаешься. Ты очень громко думаешь. Пожалуйста, перестань паниковать в своей голове, падай обратно на подушку, обними меня и засыпай. Будь хорошим мальчиком, — простонал Блейн, который так и не смог уснуть из-за хаотичных мыслей Хаммела, что звучали в голове во всю громкость. Он точно будет укладывать его спать вперед себя.
Потеревшись щекой о подушку, он силой притянул парня к себе и даже куснул его за плечо в качестве профилактики, а затем добавил еще раз, уже тише:
— Спи.
«Спи, легко тебе сказать. Еще бы я думаю. А кто бы на моем месте не думал? Ну, что я за ходячее недоразумение...». Курт вздохнул и прижался носом к волосам Блейна, за запахом алкоголя и клубного перегара улавливая аромат его парфюма. «Все, я не ерзаю. Я сплю. А его рука на моей талии. Черт, я же голый. Вчера мне явно не было неловко от этого. Но если я придвинусь ближе, то... Интересно, если я уснул в процессе, он дрочил в ванной или так спать лег? О чем я только думаю?!». Курт спустился по подушке чуть ниже, и теперь его лицо было практически на уровне лица Блейна. «Все, теперь точно не ерзаю. До чего мы успели дойти? Я хочу это помнить. А как мне утром вести себя? Для начала утром нужно не умереть от головной боли. Во рту опять все сухо. Такая мнимая бодрость после пары часов сна первый признак того, что алкоголь еще не выветрился, потом будет хуже. Сколько же я выпил?».
— Господи боже... Мне тебя укачать? Спеть колыбельную? Дать соску? — застонал Блейн, опять поднимая голову и опираясь на локоть. Он чувствовал, что еще пару минут, и сон совсем как рукой снимет и будет он как идиот лежать до утра и глазеть на Курта, который как раз-таки обязательно уснет сном младенца через несколько минут. Но как эти несколько минут пережить? — Если через минуту твое дыхание не выровняется, Курт, то я достану смазку и презервативы, которые вчера искал минут десять, и использую их по назначению. Благо, кто-то голый.
Блейн скользнул рукой на задницу Курта и сжал ее, а сам подался вперед и коротко поцеловал его в губы, решив, что это в некоторой мере собьет того с бесконечного потока мыслей:
— Не буди во мне неудовлетворенного зверя, потому что он не станет смотреть на похмелье, и мы с ним по-прежнему тебя хотим. А если ты не хочешь член в себе, то лучше закрывай глаза и спи. Серьезно.
— Да что я такого делаю? — удивленно пролепетал Курт, слегка дернув бедрами, но тем самым не скинув руку Блейна со своей задницы. «Я, конечно, до сих пор не против твоего члена в своей заднице, но не при таком тоне и состоянии, что сейчас не так-то?». Курт смотрел в глаза Блейна, действительно замечая, что тот был разозлен. — Я пошевельнулся один раз. Больше не буду. Не надо на меня орать...
Курт повернулся спиной к Блейну и поджал ноги к себе, кладя на них руку. «Я пытаюсь спать, мне просто хреново...». Он закрыл глаза, концентрируясь на усталости мышц и практически бессильности всего тела. Спать сейчас было бы самым правильным решением.
— Спасибо за минералку, — еле слышно буркнул Курт, а уголки его губ дернулись в легкой улыбке. Да, Блейн отчего-то сорвался, но поцеловал его и хотел. Курт подложил свободную руку под голову и вытянул ноги. Все было не так уж и плохо, как могло показаться на первый взгляд.
И если Курт успокоился, то Блейн вздохнул, чувствуя себя теперь виноватым, но вовремя вспомнил о том, что Курт еще не до конца протрезвел и его реакцию нельзя было назвать полностью адекватной.
— Я тебе еще и кофе в постель сделаю и таблеточку подгоню, — шепнул он со смешком и обнял парня поперек груди, прижимая к себе и утыкаясь носом между его лопаток.
Приятная дрема все же накатила обратно, и мысли Курта звучали уже совсем приглушенно, а после и окончательно стихли, когда они оба провалились в крепкий сон.
Второе пробуждение прошло уже более спокойно. Прежде чем открыть глаза, Курт потянулся, разминая шею. Впрочем, вся прекрасность утра продолжалась только первые две минуты, потому что потом головная боль вернулась, словно выстрел в лоб, а мышцы, которые пришли в движение, заныли еще хуже, чем ранним утром. Курт разлепил сухие губы, проводя ими друг по другу и чувствуя шершавость кожи. Теперь алкоголь в крови остался только болезненным осадком. Курт подтянул руки к лицу и обвел пальцами зажмуренные веки. «Пару часов, и мне станет легче. Вода. Таблетка. Впихнуть в себя еду через силу и пораньше лечь спать». Курт повернул голову в бок и приоткрыл один глаз, надеясь, что не потревожил Блейна своим копошением. Только тревожить было некого. Странный ком образовался в горле то ли от тошноты, то ли от скручивающегося ощущения пустоты. В квартире была полная тишина, бесполезно было даже прислушиваться. Курт молча лежал несколько секунд, будто в любой момент мог раздаться хлопок двери или шум воды из ванной. Но ничего не произошло.
«А кто бы не сбежал? Я напился. Уснул во время секса. Несостоявшегося секса. Разбудил его ночью. Какой же я идиот. Что теперь будет?». Курт сел на кровати, морщась от боли, но упрямо игнорируя ее. «Сам во всем виноват». Он спустил ноги с кровати и огляделся по сторонам. Закрытая упаковка от презервативов, смазка и оторванная клейкая лента. Одежда, которую Курт вчера вечером не убрал перед вечеринкой, валялась на полу. Пустая бутылка из-под воды лежала у тумбочки, а в квартире по-прежнему была разрывающая слух тишина. Курту казалось, что нельзя было почувствовать себя еще более ничтожно. «Как провалиться сквозь землю? Лучше утопиться в ванной. Блять». Курт поднял с пола свои боксеры и натянул их, встав. Себя нужно было собрать из развалившихся частей. Нужно было привести голову в порядок и найти телефон. Курт обернулся на пустую кровать и поджал губы, обводя взглядом смятые простыни. «И как мне теперь смотреть ему в глаза? На что я только надеялся? Не сгодился даже на одну ночь».
Зайдя на кухню, Курт облокотился руками на стол, не найдя в себе моральных сил даже на то, чтобы поднять с пола в коридоре валяющиеся там брюки. Подробности вечеринки урывками проявлялись в памяти. Курт прикрыл глаза и опустил голову. «Как всегда. Вести себя как ни в чем не бывало... Из меня даже подстилка хреновая вышла».
— Нужно выпить кофе, — Курт глубоко вздохнул и прижал пальцы к виску. — И таблетку.
Курт резко вскинул голову, ойкнув от резкого движения, отозвавшегося гудением в ушах, когда в коридоре хлопнула дверь, а Блейн чертыхнулся себе под нос. Неудобно было закрывать ее ногой, придерживая при этом подставку с кофе, пакетик из аптеки и коробку со свежими пончиками, которых безумно захотелось Блейну, когда он почувствовал запах из кондитерской. Он не хотел будить Курта, если тот спал, но после такого грохота едва ли это получилось бы. Ну вот. Никакого тебе романтичного пробуждения от аромата кофе. Блейн прокрался в спальню и застыл, глядя на пустую кровать, в то время, как Курт прислушивался к его шагам, словно не веря происходящему. «Вернулся? Не ушел?». Услышав мысли, Блейн обернулся. Значит, на кухне. Отлично.
— Швейцар с таким видом вернул мне утром пиджак, вроде бы ночью я съел его кошку у него на глазах, — рассмеялся Блейн, поставил покупки на стол и, поколебавшись несколько секунд, обнял парня за талию и наклонился, целуя его в затылок, от чего Курт вздрогнул в его объятиях и глубоко вздохнул.
Блейн не был хорош в совместном пробуждении, мало знал об утренней романтике и предпочитал сваливать в душ, давая партнеру понять, что его вроде как никто не держит, но с Куртом все было иначе. Курт сам был другим, Блейн испытывал к нему другие чувства, и у них даже секса не было. Все было совсем иначе, и это если даже не брать в расчет мысли Курта, которые и вовсе были совершенно очаровательны. «Я думал, ты ушел. Я столько всего успел себе надумать. Боже мой, я кажется, даже вчера на вечеринке не так сильно был рад тебя видеть, как сейчас».
— Как ты себя чувствуешь, м? Так и будешь стоять ко мне спиной? — поинтересовался Блейн, мягко коснувшись губами перехода шеи в плечо Курта и облокотился на стол рядом с ним, предварительно вытащив один пончик из коробки и впиваясь в него зубами.
— Ох, да, я просто... — запинаясь, промямлил Курт, проводя рукой по запутанным волосам и неуверенно глядя на Блейна. «Не знаю, как себя вести? Черт, он одет, а я стою в трусах с похмелья. Картина маслом. Наверняка, еще и выгляжу я очень плохо. Конечно, плохо». — Мозг очень медленно соображает, и я двигаюсь словно в замедленной съемке, чтобы лишний раз не шевелить головой.
Курт приподнял руки и изобразил достаточно отрывистые движения руками, будто показывая робота, а потом прикрыл глаза и покачал головой, явно смущенный своим же жестом. «Идиот!». Хотя несмотря на свое состояние он еще умудрялся втягивать живот, которого не было, и держать плечи расправленными. Раз уж он стоял практически голый перед Блейном, надо было хотя бы с точки зрения фигуры смотреться хорошо.
— Если ты скажешь, что где-то здесь есть вишневый пончик, то я снова выполню любое твое желание, — Курт издал тихий смешок, на самом деле, благодаря своей фразе надеясь получить хоть какой-то намек на то, как Блейн воспринимал все происходящее. Хотя легкие поцелуи, кофе и практически завтрак в постель говорили лучше других слов. «Или это просто знак вежливости, потому что нам еще вместе работать? Или я смогу тебя поцеловать без алкоголя в крови? И почистив зубы, конечно».
— Ты тоже любишь вишневые?! — искренне удивился Блейн. Он не слышал этого в мыслях Курта еще ни разу, но сам просто обожал именно вишневые и с шоколадом. Он сам не понимал, почему ему показалось это таким очаровательным, но он быстро достал из коробки именно вишневый с милой нарисованной вишенкой сбоку и протянул его Курту, давая куснуть, чтобы тот не испачкал руки. — У меня неплохо получается зарабатывать себе желания, исполняя твои, кажется, — с улыбкой заметил Блейн, быстро чмокнул парня в щеку и отложил половинку своего пончика, вытирая руки салфеткой, чтобы дать Курту лекарство.
Он взял высокий стакан, налил в него воды из еще одной бутылки минералки, найденной в холодильнике, и бросил туда большую плоскую таблетку, покачивая стакан, пока она не растворилась.
— С детства всегда первым делом выискивал в коробке с пончиками вишневый, — ответил Курт, наблюдая за действиями Блейна. «Ты действительно исполняешь мои желания. А у меня дома даже аспирина нет, горе-алкоголик. Не умеешь пить - не берись». — Папа даже несколько раз шутил и клал их в отдельную коробку, говоря мне, что их не было в пекарне, — Курт улыбнулся, перехватывая взгляд повернувшегося к нему Блейна, — но потом отдавал, конечно.
Подойдя к Курту, Блейн протянул ему бокал:
— Мята и лимон, зашел в две аптеки, чтобы найти именно этот, от него не тошнит, пока пьешь.
Странно было вести себя как ни в чем не бывало, но другой тактики Блейн пока что не выбрал. Он просто делал то, что ему казалось правильным и уместным и, судя по мыслям, Курту тоже. Он также слышал, конечно, что Курт был не уверен в их отношениях на данный момент и в том, как вообще их можно охарактеризовать, но тут Блейн не мог ему помочь, ведь тоже не знал ответов на эти вопросы. Он бы с удовольствием поцеловал Курта, занялся бы с ним сексом и провел остаток дня в его постели. Но насколько это было уместно, если завтра они вновь затянут на шеях галстуки и сядут за стол в кабинете? Ведь совсем одно дело - заняться сексом после вечеринки, когда, несмотря на обоюдность желаний, всегда оставалась возможность списать все на атмосферу, настроение и располагающий случай. А, учитывая вчерашнее, еще и на алкоголь. Но совсем другое — сделать это осознанно, утром, не наспех расстегивая одежду, а медленно направляясь в спальню. Курту хотелось этого, но все действительно было слишком сложно. Все запреты вновь кружили вокруг. Противоречия заставляли глушить желания. Момент, подразумевающий под собой секс, был разрушен. Зато теперь они получили шанс сблизиться не через постель. И Курту казалось, что это происходило прямо сейчас. Им нужно было понять, чего именно они оба хотят друг от друга.
— Спасибо, — Курт забрал стакан из рук Блейна и поднес нос к самому его краю, наблюдая за тем, как вода покрывалась мелкими пузырьками. Курт осушил стакан в несколько глотков и резко выдохнул, ставя его на стол. «Теперь будет легче, надо только немного подождать». — Если бы не ты, я бы мечтал о том, чтобы мне отрубили голову еще в шесть утра или во сколько там я тогда проснулся?!
Курт почесал затылок, пропуская волосы между пальцами и пододвинул к себе стаканчик кофе, на который кивком указал Блейн после его вопросительного взгляда. Он запланировал на сегодня достаточно много дел и работы, а теперь все шло насмарку. «Что ж, но оно того, определенно, стоило», хотя ему и предстояло пролежать половину дня на диване, забыв о собранности мыслей и возможности решить оставшиеся вопросы по концепции проекта.
— Ладно, мне стоит принять душ или хотя бы почистить зубы, — Курт сделал еще несколько глотков обезжиренного мокко. — Подождешь или у тебя какие-то планы на сегодня, я не знаю... — «Задержишься ты или поедешь? Я не знаю, Блейн». Курт поджал губы и обнял себя руками, хотя это совершенно не скрывало его тела.
— Я тоже не знаю, — честно ответил Блейн и наклонил голову. — Я так спешил за кофе для тебя, что душ не успел принять. Я с трудом нашел свою рубашку, она оказалась почему-то под тумбочкой в твоем коридоре. Не знаешь, почему?
Блейн игриво наклонил голову и отставил свой стаканчик, делая шаг к Курту и приобнимая его за талию. Так или иначе, нужно было выяснить, какую тактику выберет Курту. В мыслях у него был полный бардак, но ведь хоть как-то реагировать он должен был, верно?
— Могу сказать, что никаких дел на сегодня у меня нет, и я бы с удовольствием принял душ. Но я не фанат навязываться и знаю, что такое похмелье. Так что сейчас ты можешь вежливо улыбнуться, мы допьем кофе и проводишь меня до двери. А можешь расстегнуть мою рубашку и тонко намекнуть на то, что хочешь, чтобы я остался.
Блейн ощущал нечто странное. Какое-то волнение вперемешку с желанием действительно остаться с Куртом, но без примеси секса. Это было совершенно дико, но он легко мог представить, как надевает какие-то шорты Курта, забирается с ним в постель и говорит о чем-то отстраненном. Мог представить, что они заказывают еду, обсуждают любимые рестораны, включают какой-то фильм и забывают о нем спустя пару минут. В голове Блейна происходила какая-то несвойственная ему чертовщина, и он видел объяснение для этого только в том, что в его собственных мыслях с недавних пор обитали еще и мысли Курта.
«Я правда хочу, чтобы ты остался. Я не знаю, что мы будем делать, что будет потом, но я хочу. Может быть, я наивный дурак, но глупо отрицать... Он мне нравится. Я хочу рискнуть. Будь, что будет. Мне же хорошо рядом с Блейном». Курт склонился чуть в бок, понимая, что оказываться с ним лицом к лицу сейчас не лучшая перспектива для Блейна, учитывая количество вчерашнего алкоголя и сухость во рту, оставшуюся даже после выпитой воды и кофе. Он провел пальцами по его плечу, чувствуя, как руки на талии сжались чуть сильнее, и перевел пальцы на грудь Блейна, двумя подцепляя пуговицу на рубашке.
— Я думаю, что действительно негоже ходить в настолько мятой рубашке. Я был бы не против вспомнить, как она оказалась под тумбочкой, хотя я догадываюсь... — Блейн заботился о нем, оставался рядом, и Курту ни капли не было стыдно за то, что он сам льнул к нему. Можно было пересчитать по пальцам дни с их личного знакомства, но несмотря на всю браваду Блейна, «ты нравишься мне и нежным и со всеми этими пошлыми намеками». Пуговица проскочила в петельку, и Курт немного отстранился, упираясь ладонью в грудь Блейна. — Я пока схожу в душ, а ты вполне можешь сам от нее избавиться, чтобы потом тоже помыться.
Курт улыбнулся и выскользнул из рук Блейна. Этот флирт был не похож на тот, что был между ними на чисто физиологическом уровне, он был пронизан искренней симпатией, которая стремительно и неконтролируемо перерастала во что-то большее, ускоряющее ритм сердца и вызывающее приятный трепет на уровне живота. «Я не знаю, чем закончится этот день, но я точно хочу еще сегодня тебя поцеловать. Если ты захочешь. Ты ведь хочешь, Блейн? Правда?».
Курт сделал еще один шаг назад, не разрывая зрительного контакта с Блейном:
— Я быстро, — шепнул он, прежде чем направиться в коридор. Курт обернулся через плечо и закусил нижнюю губу, замечая то, что Блейн тоже улыбался. «Ты сводишь меня с ума. Рушишь все стены и принципы. Но мне так нравится это. Я давно не ощущал себя настолько свободным, несмотря на все страхи».
— Я никогда еще не чувствовал ничего подобного, — тихо ответил Блейн, когда услышал звук закрывшейся в ванную двери.
Что ж, он принял решение остаться, и сейчас оно казалось не столько даже верным, сколько желанным. Он всегда был эгоистом, не умел отказывать себе в удовольствии и не хотел. Сейчас его удовольствие имело имя, и ему хотелось оставаться с ним как можно дольше. В конце концов, рабочие будни — это одно. Провести же вместе воскресный день — это совсем другое.
По дороге в спальню Курта Блейн остался без рубашки и повесил ее на стул. Следом отправились брюки, и, уже оставшись в одном белье, Блейн прислонился к стене возле двери в ванную, откровенно скучая. Он не мог ходить по чужой квартире, не собирался никуда лезть или даже включать телевизор, его телефон странно молчал, и делать, собственно, было нечего. Оставалось только ждать Курта, хотя Блейн не сомневался, что в этой огромной квартире найдется еще одна ванная, для гостей. И она действительно была, но сам Курт вспомнил о ней только стоя под прохладной водой, закинув голову назад. Он провел руками по лицу и открыл глаза, недовольно простонав. С похмелья он забыл о том, что в его квартире две ванных комнаты, благодаря которой Блейну не пришлось бы просто ждать его, сидя в гостиной, на кухне или спальне... «Интересно, а чем он там занимается?». Курт выдавил на руки шоколадный гель для душа и размазал его по плечам, постепенно опуская руки ниже. «И что мы будем делать? А если он захочет продолжить начатое? А если я захочу? А я хочу? Хочу. Так в чем тогда проблема? Вчера это казалось проще. Господи, сколько же всего мы вчера делали..». Картина с поцелуями в лифте возникла в памяти, и Курт опустил взгляд на свои бедра, замечая там несколько маленьких синяков. Он глубоко вздохнул и обвел их подушечками пальцев, переводя взгляд на открытую возле зеркала полку и валяющиеся на полу крема. Пока Блейн искал смазку и презервативы, Курт уснул. Осознание этого еще долго будет вызывать у него позорное чувство стыда и насмешку над собой. Хотя секс под действием алкоголя и был залогом ночи полной страсти, Курту хотелось бы сделать это, отвечая за все свои действия и помня их. Он подхватил с полки зубную щетку и выдавил на нее пасты намного больше, чем в обычные дни. Отмыть от себя отпечаток такого количества алкоголя требовало особых усилий. «А я вообще закрыл за собой дверь?».
— Куурт... — протянул Блейн, который уже через пару минут устал ждать под дверью.
Он вообще не отличался терпением, а уж терпеть, стоя за дверью ванной, в которой принимает душ очень сексуальный и очень голый парень, это и вовсе измывательство.
Блейн наугад дернул ручку и приподнял брови, когда дверь легко открылась. Может быть, это было знаком, который он не понял? Сложно было представить трезвого Хаммела, который, виляя бедрами, втащил бы его за собой в ванную. Во всяком случае, до того, как у них был первый секс. Так что, такой намек вполне возможен. В крайнем случае, извинится. Плевать.
— Не то чтобы я ломился, но у тебя тут было открыто, и я решил зайти и поинтересоваться, нет ли часом у тебя еще одной ванной комнаты в квартире или, может, свободного места в этой? — поинтересовался Блейн, перекрикивая шум воды и невольно всматриваясь в очень размытый силуэт в душевой кабинке. Курт мог бы сейчас открыть дверцу и поманить его к себе, например. Блейн делал прекрасный утренний минет, Курту стоило бы с ним познакомиться!
Курт потряс головой из стороны в сторону, стряхивая часть воды с волос, но тут же пожалел о резком движении: таблетка еще не до конца подействовала. Он повернулся в сторону двери в ванную и заметил там очертания Блейна. Курт не слышал, что тот сказал и судорожно стал прокручивать в мыслях все варианты, как сейчас могли развернуться события. «Сказать ему, где вторая ванная? Или он сказал, что ему пора? Или пришел присоединиться? А если так? Ладно-ладно. Хорошо. Просто для начала надо переспросить, что он сказал. А там... Впустить к себе? Можно было сделать это сразу. Или нельзя? Я спал с ним голым в одной постели, логично, что мы можем принять душ вместе». Курт подтолкнул дверцу в сторону, предварительно проведя рукой по губам и убедившись, что на них не осталось следов зубной пасты.
— Что, прости, я не... — «...расслышал». Взгляд Курта скользнул по груди Блейна, по его в меру подкаченным рукам и опустился вниз к бедрам и явно выделяющемуся в боксерах, хоть и не возбужденному, члену. «Черт возьми...». — Ты захотел присоединиться?
«Как раз думал об этом минуту назад. Да, господи, я хочу!», — пронеслось в мыслях Блейна, когда он скользнул взглядом по телу Курта, стоявшего к нему боком. Несмотря на то что почти ничего не было видно, для Блейна этого было достаточно, чтобы двинуться вперед, на ходу снимая боксеры, с совершенно невозмутимым видом войти в душевую кабинку и закрыть за собой дверцу. К счастью, еще утром он прополоскал зубы несколько раз и теперь мог не волноваться насчет несвежего дыхания. Блейн сразу же скользнул ладонями по щекам Курта, обхватывая пальцами аккуратные заостренные ушки и немного наклоняя голову, прежде чем потянуться и прижаться губами к его губам. Он приоткрыл рот и тут же скользнул кончиком языка по кромке зубов Курта, углубляя поцелуй. Кажется, он мечтал об этом с самого пробуждения. Не кажется. Совершенно точно мечтал. Одну руку Блейн опустил по шее к плечу Курта, а следом по спине к его пояснице и прижал парня всем телом к себе, чувствуя долгожданную близость его обнаженного тела. Они точно компенсируют вчерашнее упущение, может быть, не все сразу, потому что состояние Курта все еще с натяжкой можно было назвать «нормальным», но отказать себе в удовольствии насладиться друг другом они не могли. Курту казалось, что этот поцелуй был даже лучше тех, которые он запомнил вчера, но на деле все они были идеальными. Будто Блейн улавливал все его желания и находил самые чувствительные мечта. Так оно и было.
Курт нежно огладил плечи Блейна, не разрывая поцелуй, а потом свел руки за его спиной, касаясь пальцами выпирающих лопаток. Их бедра были плотно прижаты друг к другу. Обнаженные бедра. Неудовлетворенное возбуждение новой сильной волной возвращалось в тело, заставляя движения рук становиться более уверенными, тогда как в поцелуе смешивались едва слышные стоны, чередуемые с укусами. «У меня встает... Тише-тише. Нет. Не останавливайся». Блейн не сдержал улыбки прямо в поцелуе и опустил и вторую руку на поясницу Курта, медленно обводя очаровательные ямочки большими пальцами и опуская обе ладони на ягодицы. Он вчера и так облапал его, как только мог, и Курт был очень даже «за», так чего им стесняться теперь? Блейн на пробу толкнулся немного бедрами, чувствуя действительно почти твердый член Курта своим, и улыбнулся еще раз, немного отстраняя лицо, чтобы видеть парня, но оставаясь прижатым к нему всем телом.
— Что-то подсказывает мне, что у тебя тоже эффект незавершенного действия... — прошептал он, нежно обводя правую ягодицу Курта пальцами, прежде чем скользнуть ладонью между их телами и провести подушечками пальцев по головке члена Курта, которая уже была зажата между их животами.
— Думаешь, что действие надо завершить?.. — выдохнул Курт в губы Блейна, огромным усилием воли сдерживая себя от того, чтобы не приподняться на носочки и не подтолкнуть руку Блейна коснуться его члена более ощутимо.
Курт еще вчера был на пределе возбуждения, а теперь они оба стояли обнаженными, прижавшись друг к другу. Он чувствовал бедром, что Блейн тоже был возбужден. Отступать было бы самой настоящей глупостью. Курт хотел Блейна, и еще до его прихода в ванную отгонял мысли об утренней мастурбации. Сейчас заглушить возбуждение уже не получилось бы, да и не хотелось этого делать. «Я хочу почувствовать его член. Так хочу... Прямо сейчас. Опусти руку чуть ниже, давай же». Блейн тот мужчина, рядом с которым невозможно было не думать о сексе. Но как бы сильно ни было желание, Курта подталкивало к нему не только оно. Между ними было намного большее, что Курту страшно было признавать. И даже если он обожжется, то не пожалеет, что рискнул ему поверить.
Вторя Блейну, Курт тоже скользнул рукой вниз и сомкнул пальцы в кольцо вокруг его члена. Он очертил большим пальцем выступающую венку и головку, а после двинул ладонью вниз, прижимаясь к губам Блейна, когда тот сильнее сжал его член. «Боже, да, наконец-то». Они оба понимали, что сейчас не уйдут дальше, но это не мешало фантазии рисовать картинки возможных действий. Может быть, можно было махнуть рукой на все нормы правильности, но в постепенности тоже была своя привлекательность. Между ними все еще не было стопроцентного доверия: для него нужно было время. И Курт всем сердцем и уже даже разумом надеялся, что они смогут стать по-настоящему близки.
А пока ладони сжимали члены, пальцы Блейна стимулировали вход Курта, в то время как тот крепко вцепился в его плечи, начиная толкаться бедрами, неторопливо раскачиваясь. Поцелуи сбивались, и они просто дышали в приоткрытые губы друг друга. Прохладные капли воды остужали разгоряченные тела. Курт прикрыл глаза, отдаленно осознавая, что как бы сильно он ни скучал за два месяца по таким ласкам, ощущений, которые дарил ему Блейн, можно было бы ждать и больше. Хотя идея занятия сексом на столе в день знакомства теперь запоздало казалась отличным решением. «Он будет так же неспешно входить в меня, растягивать, сводить с ума, а потом ускорится... Ускорится, да, вот так. Сзади. Жестко. Еще. Его член внутри меня. А сначала пальцы. Надави, боже, пожалуйста. Можешь сильнее. Да!». Курт почувствовал, как палец проник в него на несколько миллиметров, не растянул, а лишь слегка надавил. Он отвел бедра назад и выгнулся в спине, пряча лицо в изгибе перехода шеи в плечо Блейна. Тот стремительно подводил его к краю, улавливая все, что было так необходимо Курту. И он действительно мог делать именно то, чего хотел Курт. Наверное, это попахивало читерством, ведь теперь Блейну не нужно было использовать какое-то там свое мастерство и опыт, ему достаточно было просто делать то, чего хотелось партнеру. Курту. И когда тот просил сильнее и жестче, Блейн просто делал это и они оба получали удовольствие. Разве это не хорошо? К тому же, был еще один огромный плюс в грязных разговорчиках, которые, пускай и не были вслух, но безумно возбуждали Блейна. Он действительно так быстро подошел к оргазму, что сам не ожидал этого.
Приблизив губы к уху Курта, он ускорил движение руки и горячо зашептал:
— Я так хочу тебя трахнуть, Курт. Я так хочу, чтобы на месте моего пальца сейчас был член, хочу растянуть тебя, заставить стонать и всхлипывать, хочу заставить тебя кричать мое имя...
Шепот Блейна был сбивчивым, а Курт вовсе был не способен что-либо говорить, шумно выдыхая с каждым толчком. «Я так хорошо буду тебя принимать. Все, что угодно. Ты можешь трахнуть меня в кровати, на рабочем столе, заставить сосать твой член, толкаться им до самого горла, а потом ты войдешь. Ты кончишь в меня, кусая плечи, размазывая сперму внутри, а я буду стонать и срывать голос так, будто это лучший секс в моей жизни. Так и будет...». Остальные слова пропали в стоне, когда Блейн впился губами в шею Курта, прикусывая кожу и кончая толчками, пачкая оба члена и свою ладонь. Курт кончил следом. В его стонах было отчетливо слышно имя Блейна, на спине которого точно остались красные следы от впившихся в нее коротких ногтей. Курт представлял все то, что Блейн говорил, будто продолжая его собственные фантазии. Это было грязно, пошло и идеально.
Курт слепо целовал шею Блейна, пока тот продолжал ласкать их члены, размазывая сперму:
— Скажи мне, что мы сейчас пойдем в кровать, — пробубнил Курт, уже поднявшись поцелуями к линии нижней челюсти Блейна. «Я не знаю как, но ты будто даже в мастурбации знаешь все, что мне нравится... Как же я хочу, чтобы ты меня трахнул». — Мне чертовски хорошо сейчас. Тебе придется постоянно принимать со мной душ.
Блейн улыбнулся и сделал шаг назад, чтобы вода смыла сперму с рук и тел
— Прозвучало как «Я хочу, чтобы ты жил со мной, Блейн» — передразнил Андерсон, смыв сперму с ладони, и подался вперед, коротко целуя расслабленные губы Курта. — Думаешь, мы готовы к такому шагу? Я бы ограничился свиданиями, регулярным сексом и ночевками друг у друга. Тоже звучит неплохо, да? И в ответ на твой вопрос я утвердительно киваю головой. Мы идем в постель и проводим там еще несколько часов, как минимум, потому что я недостаточно выспался, я люблю ленивые воскресенья, и я, между прочим, голоден. Закажем поесть?
Блейн состроил милую мордашку и потерся носом о нос Курта, как вчера перед Адамом, только на этот раз без зрителей и без игры, но чувствуя точно такой же прилив неконтролируемой нежности к парню перед собой.
— Мог бы просто принять это как комплимент, без комментариев о переезде, — Курт прищурился и цокнул языком, чуть было не высунув и не показав его Блейну. — Я думаю, что единственное, к чему мы готовы — это действительно поесть и проваляться без дела в кровати.
«Надо же мне было ляпнуть такое, лучше бы молчал». Курт сполоснул руки и, набрав в них воды, провел ими по лицу, концентрируясь на своем самочувствии. После оргазма оно было больше расслабленным, чем вымотанным на фоне похмелья. По крайней мере, он не хотел умереть от головной боли, свернувшись клубочком на мятых простынях. Его утро определенно было очень удачным. И все благодаря Блейну. Курт посмотрел на него сбоку, позволяя себе открыто изучать Блейна взглядом только потому, что тот смотрел в другую сторону. Капли падали с немного распрямившихся кудрей, губы затронула едва заметная улыбка, тело граничило с идеальностью: выделяющиеся мышцы, подтянутость, выправка, сильные руки и широкие плечи, узкие бедра и округлая задница, темные волосы на груди и внизу живота, смуглая кожа. Блейн мог цеплять парней и девушек одним лишь взглядом, а потом своим телом давать им понять, что оказаться в его объятиях — большая удача для них. Курт сглотнул и отвернулся, потянувшись за перекинутым через стенку душевой кабинки полотенцем. «Не смей влюбляться, Курт. Ни при каких обстоятельствах не смей. Ему не нужны отношения. Просто секс — это норма в наше время. Даже не думай о каких-то там надеждах или будущем. Я буду одним из многих. Так и нужно это воспринимать».
Блейн коротко вздохнул от невеселых мыслей Курта и выбрался следом, вытираясь и подбирая свое белье за неимением другого. Ему было жаль, что Курт так сильно себя блокировал и сознательно отталкивал чувства, но он не мог ничего сказать как минимум потому, что и сам пока ничего не знал. Его чувства уже появились и были яркими, но насколько они будут долговечны? Сколько проживет эта влюбленность и переродится ли во что-то большее? Он не хотел давать никаких обещаний, не имел на это права.
