Как только Гарри подошел к пирамиде, он увидел, что жизнь пустых в этом месте кипела и бурлила, как в человеческом городке, где шла активная стройка. Одни демоны карабкались по широкой лестнице, доставая каменные блоки на вверх пирамиды – другие ползали прямо по гладко отполированным стенам пирамиды. Иные, самые сильные и мощные на вид, охраняли территорию, а некоторые, как ему думалось, бесполезно бродили в округе или занимались непонятными для него вещами.

И во всем происходило крайне странное действие. Некоторые демоны то по одному, то парой время от времени прыгали в широкую круглую яму, которая была вырыта недалеко от пирамиды. На суицид это не было похоже – они просто скапливались на дне ямы, прижимались друг к другу как можно теснее, и замирали, как оловянные солдатики, не показывая никаких внешних признаков жизни.

Зачем они так поступали – для него было загадкой.

«Может быть, им приказали так сделать?» – подумал Гарри, почесав голову.

Но тогда само собой напрашивался вопрос – для чего?

Постояв немного на месте и не найдя толковых идей, он покачал головой, подумав, что это было не важно на данный момент.

Гарри подошел к подножию гигантской пирамиды и бросил взгляд на самый верх.

Сама пирамида вблизи выглядела чудовищной, словно объевшийся и распухший до невиданных размеров зверь. Она пугала своим размером и одновременно понуждала трепетать его душу от величия. Возводимая конструкция была настолько высокой, что юному волшебнику чудилось, как она доставала своей скошенной вершиной до источника света на небе. Хогвартс со своим башнями выглядел хомячком перед слоном, перед этим колоссом.

Если приглядеться, то можно было видно, что пирамида состояла из двух частей. Первая часть была массивным пирамидальным основанием, на вершине которой возвышалась вторая часть. То есть поверх одной пирамиды с небольшим изменением в размере росла точно такая же вторая пирамида. А на стыке, первой и второй пирамиды, прямо посередине каменной лестницы зиял темный проход, который, судя по всему, вел во внутренние помещения, где мог обитать нарушитель его спокойствия.

Если все волшебники объединяться, то смогут построить нечто подобное. Вспомнить, к примеру, как маги за пару дней в преддверии Чемпионата Мира по квиддичу возвели стадион на сто тысяч магов, или как построили глубоко под землей огромный муравейник «Министерства Магии».

Но у его врага в подчинении имелись пустые – сильные и выносливые, готовые работать беспрекословно, без жалоб и нытья, а так же круглосуточно, как маггловские машины. Поэтому не было ничего удивительного, что стройка продвинулась так далеко. Хоть он и не знал, как долго она шла, и вообще не понимал для чего. Но скоро он найдет ответы на все свои вопросы.

– Нужно торопиться, – сказал Гарри.

Он прикоснулся ладонью к защитному амулету. Из-за большого скопления демонов в округе энергия буквально таяла на глазах, тратясь на отвод тысяч пар глаз. Если он тут задержится на непростительное долгое время, то последствия будут непредсказуемыми.

Гарри вступил на лестницу, начав путь наверх. Лестница для человеческого шага была весьма удобной. Вначале, когда он только подходил, ему подумалось, что он будет прыгать по каменным блокам как обезьянка, потратить много физических сил, но все обошлось.

Рядом с ним, не замечая его присутствия и невольно огибая его, туда-сюда сновали демоны. Также по бокам лестницы на специальных платформах стояли разнообразные демоны, которым была поставлена задача – охранять и следить за территорией. Их желтые глаза бдительно следили за обстановкой, подмечали перед собой все, что могло представлять угрозу, но для его магии они были полностью слепы.

В душе он почувствовал знакомый трепет, и он грустно улыбнулся. Это напомнило о том, как он ходил по ночным залам Хогвартса под отцовской мантией невидимкой. Эх, как же он сейчас жалел, что не выучил в свое время пару ментальных заклинаний и даже не попытался самостоятельно освоить такие жизненно важные чары как заклинание хамелеона или даже полноценное заклинание невидимости. С его удачей – это было бы кстати.

Перед ним предстала широкая площадка – крыша пирамиды. Через пару метров от него прямо посередине лестницы, которая вела на второй уровень пирамиды, виднелся темный проход, который перекрывала охрана их трех грозных на вид демона. Эти демоны перед проходом были расположены достаточно разумно, чтобы ни он, ни кто-либо еще не мог скрытно проскользнуть перед их носом без попытки их устранить.

Он решительно шагнул вперед и мысленно напомнил себе, что не необходимо придерживаться первоначального плана. Если он атакует открыто, то шум и сильная магия привлечёт к нему других демонов, а это в свою очередь приведет к бессмысленной битве один против всех. В конце концов, числа были не на его стороне. Ему нужно действовать сторожено, чтобы нанести один единственный сокрушительный удар по врагу-манипулятору пустых, после чего собранная армия демонов уже не будет играть какой либо роли.

И в этом случае, он заранее знал, как действовать. Он описал волшебной палочкой в воздухе широкую волну и одновременно прошептал:

Сонмус.

Казалось бы, ничего не произошло – ни искр, ни цветного луча, ни характерной вспышки магии. Но Гарри в этот момент почувствовал, как невидимое облако ментальной магии накрыло всех трех пустых.

Эффект магии показал себя не сразу, а в течение минуты постепенно проявляя себя. Один пустой за другими начали становиться вялыми, словно их силы утекали как вода сквозь сито, а затем они стали подкашиваться на своих ногах и вконец, потеряв все свои силы, с шумом завались на пол, полностью отключившись.

Это было ментальное заклинание сна – простое и медленное, но хорошо работающее против демонов.

Гарри перепрыгнул через спящих возле прохода демонов, чтобы заглянуть внутрь пирамиды и проверить открывшийся путь на опасности.

«Чисто» – мысленно сказал Гарри, быстро осмотрев коридор, ведущий вглубь конструкции.

Юный волшебник быстро начал действовать. Он вошел в пирамиду, а затем запечатал за собой проход магией, использую несложную комбинацию из заклинания «протего тоталум» и чар «отвода глаз». Своей магии, в случае побега, он не боялся, зная, что она пропустить его, но вот лишние враги, которые могли проснуться от магического сна или другие пустые ему были не к чему.

Пока было время, он жадно припал к фляжке, чтобы смочить пересохшее горло, а затем перекусил оставшимися ягодами, так как подъём по лестнице на пирамиду отнял у него немало сил. Ведь для него это всё равно, что было подняться на самый высокий маггловский небоскреб без использования лифта.

После коротко отдыха, он начал красться вглубь таинственной пирамиды, настороженно выставив палочку перед собой и пытаясь ощутить приближение демона, но поток беспорядочной силы только вносил хаос в его волшебные чувства.

Странные синие кристаллы, вкрученные в подставки, как лампы в патроны, освещали коридор призрачным светом, которого едва хватало, чтобы слеповато не щуриться. Пол, по которому ступали его босые ноги, отдавал могильным холодом, и был измазан чем-то омерзительно липким.

Шаг за шагом он осторожно и медленно пробирался вперёд, внимательно разглядывая перед собой каменный пол и стены. Было бы плохо, если он наступить на подозрительную плиту, которая вдруг исчезнет под ним или случайно заденет растяжку, которая запустить какой-нибудь иной смертоносный механизм типа «стрел из стены» или «запирания в каменной коробке».

Через некоторое время коридор закончился развилкой в форме буквы «Т».

– Х-м-м, – пробормотал Гарри и, не заморачиваясь перед выбором, повернул на право, прошел пару шагов, а затем коридор вильнул уже налево, по которому он и пошел.

Был ли выбор верным или нет, но интерьер коридора заметно изменился – стало заметно светлее, уютнее и цивилизованнее. Хотя каменный пол все так же был измазан противной холодной слизью, но ныне грубые каменные стены были увешаны гобеленами с изображением не очень приятной на вид жизни демонов. Но не это было главное – теперь по обеим сторонам вытянутого вдаль коридора находились массивные деревянные двери. Замков на них не было. Похоже, здесь не боялись внезапного проникновения или по какой-то причине считали это просто излишним.

Гарри прислонил копье к стене, чтобы оно не мешалось, а затем выставил магический концентратор перед собой и, взявшись за первую попавшуюся ручку двери, медленно её открыл, но неожиданного для него из темноты выпрыгнул не голодный до людских душ демон, а дыхнуло тошнотворно-сладким ароматом разложения.

– Мерлин! – он прикрыл ладонью нос

Но это не сильно помогло защититься от ужасного запаха.

Если бы он знал чары «головного пузыря», которое создавало полупрозрачный защитный магический шар вокруг головы с чистым воздухом, то сейчас это бы чрезвычайно помогло, но учитывая его ограниченный уровень магических знаний, ему приходилось мириться с текущим положением вещей.

Люмос! – сипло выдохнул волшебник.

И как только свет разогнал мрак комнаты, он осознал, это было сделано зря.

Бледное юношеское лицо, от картины, представшей перед глазами, тотчас же посерело, став пепельно-серым. Едва сдерживая рвотный позыв и желание уйти куда подальше, он начал осматривать помещение.

Сама комната была ничем не примечательна, больше похожая на складское помещение с ровными рядами стеллажей возле стен и несколькими металлическими столами по центру. Но только в этом была её примечательность. Стены, пол были измазаны алой и зеленой кровью. Столы и разложенные на них в аккуратный ряд странные инструменты, похожие на большие длинные пилы, также были измазаны разноцветной кровью. А обитатели комнаты, которые должны были тот час же со звериной свирепостью его атаковать, по иронии судьбы сами были с чудовищной жестокостью растерзаны. Кто бы это не сделал, он не потрудился убраться за собой, а просто выкинул выпотрошенные тела на каменный пол в центре комнаты.

И это переплетение серых кишок, хитина, костей, вырванных внутренних органов и всевозможных частей отрубленных тел разлагалось на протяжении многих дней, источая тот самый удушающий смрад разложения.

Гарри обратил внимание на стеллажи и в этот момент он почувствовал, как его сердце болезненно сжалось и по груди начал распространяться ледяной ужас страха.

Со стеллажей, из пузатых банок сквозь мутную жидкость, которая заполняло сосуды до самих краев, на него смотрели сотни искаженных муками человеческих лиц – женских и мужских, стариков и детей.

Гарри замер, смотря на них в немом ужасе. Сцена, представшая перед глазами, словно ржавое лезвие, вспороло уже давно зажившую рану о давней, как ему казалось, ошибке, о его невыносимом бессилии. Он смотрел, словно застывавшее изваяние, не смея пошевелиться. Мгновения утекали. В конце концов, не выдержав, его нервы сдали – он с шумом захлопнул перед собой дверь и прислонился спиной к стене, забыв об осторожности, что в любой момент из-за угла могут напасть враги.

Пульс гулко бился в ушах, а тело покрылось холодной испариной, и даже пальцы рук дрожали, норовя выпустить волшебную палочку. Но Гарри не обращал на это внимания – он был глубоко напуган и шокирован, что было для него нехарактерно, учитывая, что он не в первый раз видел мертвецов. Трупные лица, с навечно застывавшей гримасой боли и муками отчаяния, испугали его. Их головы, грубо оторванные от туловищ, были помещены в банки с жидкость, словно тараканы и прочие гадости, как в какой-нибудь подземной лаборатории черного алхимика. И это было неправильное. Так не должно было быть! Люди не должны быть в банках как маринованные огурцы!

Гарри плотно зажмурил глаза, пытаясь избавиться от страха. Но разум, не смотря на попытки сбросить цепи страха, продолжал рисовать перед глазами картину прошлой трагедии и текущей кошмар. Лицо плачущей девушки богомола. И снова головы людей в банках. И снова девушку, ту, кого он хотел спасти. Он судорожно воздохнул сырой, застоявшийся воздух пирамиды. Картины повторялись снова и снова, сменяя друг друга по очереди. Ему казалось, что этому не будет конца, и он не сможет выполнить свою миссию.

– Ох, – он выдохнул, с усилием подумав, что необходимо было взять страх под контроль.

Перед глазами продолжали плыть пузатые банки. В этом было что-то знакомое. Зацепившись за эту неясную мысль, он напряг мозг, пытаясь извлечь из глубин памяти необходимое воспоминание. Скованный страхом мозг сопротивлялся, но Гарри продолжал упорствовать, пока его сознание не захлестнуло поток ассоциаций, чувств и воспоминаний. Воображение гриффиндорца тот час же услужливо нарисовало болезненно-бледное лицо с сальными патлами черных волос, большим крючковатым носом, кривыми желтыми зубами и слишком тонкими, как белесые черви, губами, которые как по заказу в издевательской ухмылке выплюнули слова:

Поттер! Ты такой же высокомерный как твой мертвый папаша!

Едва услышав этот ненавистный голос, Гарри невольно вздрогнул и еле удержал себя, чтобы не подпрыгнуть на месте. Цепи страха, сковавшие его разум, распались, и в тот же миг его охватил праведный гнев. Он немедленно открыл рот, с его языка готово было сорваться ответная реплика, но в самый последний момент он остановился, до боли сжал кулаки и глубоко успокаивающе вздохнул.

– Ну, профессор Снейп, хоть на что-то вы впервые сгодились, – сердито произнес Поттер и плюнул на пол.

Поттер чувствовал гнев. Не на слова в его голове, а на то, что поддался страху и дал себя обезоружить. Он думал, что тот последний случай, когда он потерял контроль над собой, был накрепко похоронен в глубинах памяти. Выводы и решения, которые он тогда принял, забылись им в самый неожиданный момент. Он этого от себя не ожидал.

Гарри зло втянул воздух сквозь сжатые губы и задумался: «Что со мной произошло? Почему?»

Но сколько он не думал, он не находил ответы, лишь только смехотворные теории.

«Пустые, пустые… – подумал волшебник, – может все дело в них? Так же как дементоры влияют на людей, так и пустые коллективной аурой как-то влияют на него? Может ли это быть?»

Действительно. Вряд ли бы мертвые головы могли его расстроить. Однако он чувствовал, как коллективная сила демонов обволакивала его со всех сторон, она давали на него, как вода на глубине.

Он тряхнул головой и усмехнулся. Всего лишь теория, которую он никак не мог проверить.

Все еще чувствуя в себе отголосок гнева, он оторвался от стены, подобрал прислоненное к стене зачарованное оружие и двинулся вперед, продолжив обследовать комнаты и попутно переключив мысли на другое наплавление.

Не нужно было иметь семь пядей во лбу, чтобы понять, что с демонов намеренно сорвали костяные маски, чтобы их головам вернулся человеческий вид. Но зачем пустой сорвал маски с других пустых? Это было странно и наводило на некоторые мысли. В нем начало зарождаться подозрение, что проблему, которую он намеревался решить, стала, возможно, не подъёмной для его сил. И пока он все тут не обследует, он не примет окончательно решения.

Так или иначе, он продолжил свой путь уже более уверенно. Дальнейшее обследование помещений показало следующий результат. В каждом осмотренной комнате повторялась та же картина с трупами «пустых» и человеческими головами в сосудах. Все комнаты он осматривать не стал, понимая, что увидит то же самое, и поэтому он последовал дальше по коридору, который снова закончился развилкой.

Пирамида была огромна и была наполнена комнатами, галереями, залами, помещениями и длинными коридорами с бесконечными, как ему казалось, развилками. Это ему немного напомнило о том последнем испытании в лабиринте во время кубка огня. Вот только там были монстры со всевозможными ловушками, а здесь были только пугающие картины горы трупов пустых.

Гарри петлял внутри пирамиды достаточно долго, пока не нашел лестницу на второй уровень. Поднявшись, он обнаружил большой прямоугольный зал с квадратными каменными колоннами, поддерживающими богато расписанный сводчатый потолок, с которого свисала массивная хрустальная люстра. Не смотря свой размер, её света едва хватало, чтобы дать ему повод подозрительно взглянуть на темные углы.

Он прошел к центру зала, пройдя босыми ногами по холодному полу из белых и черных мраморных плит, расположенных в шахматном порядке. Он с интересом оглядел изысканные гобелены на стенах, и задумался над тем, в какую сторону пойти для обследования.

Во все четыре стороны из зала были пути – один назад, а три других в неизвестность. Центральный путь казался ему логически верным выбором, но для начала он повернул на права, пройдя через полуциркульную арку, ведущую из зала в коридор.

В конце пути после череды богато украшенных коридоров и малых залов ему попалась первая дверь, сдельная из железа и украшенная бронзой.

Не особо таясь, он отворил её, и в помещение вдруг сами по себе зажглись настенные факела. Гарри быстро выставил палочку перед собой, ожидая каверзы от создателя этого места, но постояв немного перед входом и убедившись, что все в порядке, он решил войти в помещение.

Он бегло осмотрелся по сторонам. Тут и там по углам комнаты были расставлены деревянные бочки и свалены в кучу полные неизвестного содержимого холщевые мешки. На одной из стен в ряд стояли шкафы и стеллажи, на полках которых были расставлены все возможные баночки и скляночки, о содержимом которых он мог только догадываться. Посередине комнаты стояла пара стульев и столов с любопытными предметами.

Гарри подошел к одному из столов.

– Ого, – пробормотал Поттер, и он почувствовал, как в нем начало нарастать волнение, когда его глаза пробегали от одного предмета к другому.

В центре стола на железной треноге был подвешен медный котел. Рядом расположились деревянная разделочная доска и ряд острозаточенных серебряных ножей. Стандартный набор склянок и пробирок, а так же воронка, горелка и весы с грузиками. И, конечно же, на столе нашлись пестик и ступка. Все эти предметы составляли стандартный набор зельевара.

Окончив осмотр первого стола, он обратил внимание на другой стол и невольно нахмурился. Стол был обставлен более серьезно. Если первый стол был без сомнения для зельевара, то второй стол скорее уже относился к алхимии. Реторта, перегонный куб, кальцинатор, алхимическая доска с пентаграммой – все эти приборы он видел только на картинках в учебниках. А всякие странные формы колб и сосудов, а также медную трубку, зачем то закрученную в спираль, он вообще видел в первый раз и мог только гадать об их предназначении.

Гарри взял один из лежащих на столе предметов и закрыл глаза. Он отстранился от окружающего мира, от усталости в своем теле, чтобы сосредоточиться на своих руках и ощутить предмет в своей руке. Бушующие в воздухе энергии сбивали его с толку, но да, он почувствовал едва заметное остаточное тепло – подтверждение, что в предмете была сила, сформированная волей и намерением.

– Вот же блин, – медленно выдохнул волшебник, когда наконец-то полное осознание ситуации со скоростью снитча настигло его мозг.

Итогом его похода стало то, что в глубине гигантской пирамиды, построенной армией демонов, нашелся целый набор инструментов для зельеварения и алхимии, созданных с не маггловским способом, а с помощью магии, возможно трансфигурации.

Все подсказки были перед ним, хоть он и чувствовал и понимал что что-то не так, он не спешил делать выводы.

Подчиненные магией демоны, волшебные руны на каменной арке, зеленый парк со статуями, волшебный барьер, пирамида, лаборатория – все это были звенья одной цепи. Очевидно, что за атакой на него, стоял не какой-то особый пустой, как он думал в начале, а вполне понятный противник. И все ненормальности, встреченные на пути, становились вполне объяснимыми.

Гарри привычным жестом растрепал волосы и сам того не понимая сел на стул, задумавшись над проблемой.

Для него стало ясно как день, что против него выступил волшебник, такой же, как он. И это стало для него проблемой, так как это спутывало все карты.

На самом деле он не знал, как себя чувствовать после открытия. С одной стороны появился тот, с кем он мог впервые за долгое время поговорить. Он мог бы многому научиться или даже узнать, как вернуться домой. Но с другой стороны этот волшебник первый узнал о нем и не высказал желания, что хочет с ним пообщаться. Мог ли он с ним договориться о перемирии – был вопрос интересный. Однако то, что враг хотел его убить, не вызвало у него никаких сомнений и он был бы глуп думать иначе.

Все же он не будет убегать, как только впереди замаячила опасть. В конце концов, сам изначальный план был опасен. Он встретится с врагом лицом к лицу, узнает о нем как можно больше, и только потом примет решение.

«Надо скорректировать план» – подумал Поттер.

Он извлек из рюкзака свиток телепорта и запихнул его в карман брюк, на случай тактического отступления, если все обернётся крайне плачевно. Затем вытащил из поясных кармашков все три склянки с взрывным зельем и, даже не думая запихнуть их в рюкзак, просто отставил их на столе. Несмотря на очевидную полезность, ему было искренне жаль оставлять их, но применять опасные зелья внутри помещений из-за взрывной волны будет фатально как для врагов, так и для него. По той же причине он дал себе мысленный зарок не применять взрывную магию, пока будет находиться внутри пирамиды. Кислотные зелья он не тронул – они будут полезными, если волшебник будет держать возле себя демонов. И напоследок из самого дна рюкзака был извлечен пузырек, который он поместил в один из освободившихся кармашков пояса для склянок.

Так же он задумался над тем, что его стратегия с неожиданной атакой не сработает, потому, что амулет с чарами отвода глаз будет бесполезен против мага, так как магия в нем была рассчитана против волшебных животных и монстров, а не против думающих существ.

Да, в этом мире он приобрел большой опыт сражения против пустых. Но сражение против волшебника – это совсем другая история. Его враг не будет нестись на него сломя голову как глупое животное, а будет всячески хитрить, используя все возможные чары и заклинания, будет создавать магические щиты и барьеры, трансфигурировать или даже возможно применять против него темные искусства.

Его знания стратегии в магических дуэлях и сражениях были скудны, если сказать никакие.

В любом случае он серьезно задумался, как ему быть и, обобщив свой жизненный опыт неудач, смог придумать только три стратегии, на которые он мог бы положиться.

Первая состояла в том, чтобы ударить неожиданно, как в его первоначальном плане, или ударить неизвестной магией, от которой не смог бы защититься или уклониться противник. Конечно, он не знал никаких секретных чар, поэтому это стратегия не была вариантом для него.

Вторая тактика была основа на силе и скорости. Здесь врага нужно было подавить простыми, но скоростными и мощными атаками. Запасы маны в последнее время значительно возросли, но его знания все равно оставались на уровне школьной программы. Он должен быть весьма осторожен, чтобы его не поймали опасным заклинанием во время атаки.

Из слабости второй стратегии вытекала третья. У любого волшебника или волшебницы запас магических сил был не бесконечен и всё, что нужно было сделать – это дождаться, когда у противника закончиться мана. Но, как ему казалось, для этого требовался неимоверный опыт, а также терпение, чтобы не оступиться.

Все три стратегии имели свои плюсы и минусы. Он увидит, что можно будет сделать, когда в бою оценит возможности противника.

Гарри еще несколько минут размышлял над стратегией, тактикой и набором заклинаний, который он хотел бы применить, а потом встал со стула и вышел из комнаты, быстрым шагом направившись в большой зал с колоннами. Он знал, что он был готов настолько, насколько это вообще было возможно.

Он вернулся в красивый зал, чтобы затем пройти в центральный проход, который, так же как и предыдущий путь, вел в длинный коридор.

Пройдя через череду залов и коридоров, Гарри остановился перед массивной двухстворчатой дверью, украшенной резьбой и серебром. Он схватился за ручку, а затем толкнул дверь вперед, а дальше обе створки двери сами по себе бесшумно отворились.

Гарри, настороженно и стараясь не шуметь, вошел в широкое прямоугольное помещение, которое мгновенно произвело на него неизгладимое впечатление, как только он бросил быстрый взгляд по сторонам. Это место внешне походило на тронный зал для короля, чем на обитель волшебника. Красивый сводчатый полоток, шикарные серебряно-зеленые гобелены по стенам, красивая сложносоставная люстра, полированный до блеска мраморный пол – все говорило о роскоши.

Находясь под впечатлением, он сосредоточил взгляд на противоположный конец зала.

«Человек?» – подумал Гарри, прищурившись, когда он заметил фигуру.

Гуманоидное существо стояло к нему спиной на подиуме возле царственного трона. Нельзя было сказать – был ли это пустой или человек. Оно обладало высоким ростом, как его друг полувеликан Хагрид.

Существо не подало виду, что его заметило или просто игнорировало его.

Со стороны трона послышалось мокрое чавканье, как будто оно что-то пило или лакало, и в этот момент он подумал, что это будет хороший момент, чтобы нанести упреждающий ударь.

Гарри медленно поднял палочку и мысленно сосредоточился, но тут произошло нечто неожиданное.

– Я знал, что ты придешь сюда, Гарри Поттер, – как гром среди ясного неба раздался холодный голос от загадочной фигуры.

– Кто ты? – спросил Гарри, замешкавшись с атакой.

Фигура развернулась и ответила:

– Ты узнаешь меня? Посмотри, кем я стал.

Он оценивающе взглянул на развернувшееся к нему человекоподобное существо и инстинктивно напрягся, когда понял что это пустой. Существо было одето в разноцветную одежду, запачканную засохшими жидкостями, подозрительно похожими на кровь. Лысый пробор на голове между рыжими мохнатыми волосами блестел от света люстры, а белая маска пустого с широкой зубастой неестественной улыбкой покрывало лицо существа. Желтые глаза смотрели на него, и тут он понял, что существо смотрит на него сквозь чары отвода глаз.

Изучающий взгляд Гарри невольно приковался к рукам, на то, что бережно держал демон, и у него все внутри похолодело.

Это был маленький ребёнок шести-семи лет в чёрной одежде с морщинистой бледной кожей, алыми глазами с вертикальными как у кошки прорезями и испачканным кровью змеиным лицом. Это страшное лицо он видел в прошлом много раз. Воспоминания чередой пронеслись перед глазами: заикающийся профессор ЗОТИ, второй курс, уродливый ребенок, брошенный в кипящий котел Червехвостом, существо, возродившееся на кладбище и ставшее тихим ужасом магической Британии и его личным кошмаром.

Это было просто нелепо, невероятно. Он ошеломлённо открыл рот, как немая рыба. Он не верил своим глазам, но вопреки всему он был тут, Лорд Волдеморт, в форме маленького ребенка. И в голове набатом забилась мысль: «Невозможно! Невозможно! Невозможно!»

Пока Поттер отходил от шока, пустой, похожий на клоуна из детского кошмара, аккуратно опустил темного волшебника на трон, который был впору семилетнему ребенку, и бесшумно скользнул в сторону, встав с боку как страж.

– Как? – едва придя в себя, выкрикнул Гарри, – Как ты тут оказалось? Ты должен быть там, а не здесь! Это просто невозможно!

Волдеморт пригубил кубок, а затем положил его на подлокотник трона, взглянул на мальчика и, скривив окровавленные губы в подобие улыбки, чуть иронично произнес:

– Давно не виделись Гарри Поттер… да, в каком-то смысле мы виделись и не виделись целых восемнадцать лет.

– Что? – не понял Гарри.

– Чтобы понять, нужно начать с самого начала, не так ли?

Поттер промолчал.

– Так вот… восемнадцать лет назад Северус Снейп принес мне весть о пророчестве.

– Снейп? – невольно переспросил Гарри.

Глаза Темного Лорда яростно вспыхнули красным светом, когда его перебил мальчишка, но потом он холодно улыбнулся, словно вспомнив что-то забавное.

– Да, Снейпа, весьма лояльный и исполнительный слуга. Убил своего никчёмного папашу маггла, чтобы смыть позор и доказать, что достоин, вступить в благородные ряды моих Пожирателей Смерти.

Волдеморт откинулся на спинку трону, положил руки на подлокотники и, глядя сверху вниз на мальчика холодным взглядом, продолжил говорить:

– Снейп рассказал мне о пророчестве, в котором говорилось о ребенке, способном победить меня. Под условия пророчества подходили два мальчика, и я выбрал тебя, но к тому моменту твои родители скрылись. Выследив Червехвост по наводке Северуса и выудив нужную мне информацию, я направился к тебе.

Гарри до боли сжал кулаки, при упоминании Снейпа, но продолжал молчать.

– Но как оказалось, это была ловушка. Твоя глупая магглокровная мать помешала мне, пожертвовав собой и применив неизвестную мне древнюю магию. Я был разорван из своего тела и заперт в тебе, в твоей голове, как в клетке. Все эти долгие годы я был в темноте и неведении, лишь только короткие обрывки происходящего время от времени просачивались ко мне. Даже не смотря, что в последние годы, случаи ясности участились, это все равно было мало.

Гарри вспомнил, как Дамблдор однажды сказал ему, что Волдеморт передал ему часть своих сил, и его ладонь непроизвольно прикоснулась к практически исчезнувшему шраму в виде молнии на лбу.

– Да, – произнес Темный Лорд, заметив движение мальчика, – вот почему ты мог говорить со змеями. Я был в тебе, и дар парселтанга, тоже был в тебе. Теперь ты не может говорить со змея, я прав?

Гарри автоматически кивнул, убрав ладонь с головы.

Волдеморт прищурился:

– Да…в определенный момент что-то изменилась. Магия твоей матери исчезла и я освободился. Я оказался в немощном теле ребенка, в странном мире, насыщенном магией как ни в каком другом месте, посреди тьмы и голодных монстров. Я боролся, я выжил, и полностью познал этот мир. Как же я был удивлен, когда спустя время змеи нашли меня и нашептали о тебе. И в этот раз ты сам пришел ко мне…

Темный Лорд заглянул в зеленые глаза мальчика, в саму его суть и вдруг его тон голоса изменился. Он стал теплым и сочувствующим, как будто с ним заговорил подобревший дядюшка Вернон, после того, как опрокинул пару бокалов отборного виски.

– Ты хочешь знать все об этом мире, о пустых, об их происхождение и природе. Я могу рассказать тебе все, что ты пожелаешь. Я могу даже научить тебя магии, о которой не знает даже Дамблдор, ни кто-либо другой. Я могу рассказать тебе, как вернуться домой к своим дорогим друзьям…

Гарри не верил словам Темного Лорда, зная и понимая, что тот лжет. Он был напряжен, как натянутая струна, и готов был вот-вот сорваться. Но мягкий голос с шипящим нотками, вкрадывающийся в разум, начал успокаивать его, словно колыбельная матери. Напряжение перед врагом начало спадать, и его поза стала расслабленной, словно он встал перед хорошо знакомым другом, а не перед врагом. Он сам того не осознавая начал согласно кивать, как будто слова имели смысл, и соглашаться, полностью забыв что перед ним убийца его родителей. Подслащенные слова проникали в его разум все глубже – они обволакивали его, соблазняли, обещали невозможное. На его лице застыла блаженная улыбка счастливого идиота, а взгляд потерял какой-либо свет разума.

Оценив внешнее и ментальное состояние мальчика, Темный Лорд холодно улыбнулся и приказал:

– Подойди ко мне.

Поттер послушно пересек зал, подойдя к краю широкого подиума, на котором был установлен трон.

– А теперь Гарри, передай мне свою палочку, и все твои мечты и желания осуществляться…

Поттер сделал шаг вперед. Его сознание было аморфно, без мыслей и желаний, полностью подвластное под любое внешнее воздействие. Можно было лепить и формировать что угодно – от преданного слуги до больного психопата. Однако в этом момент, когда прозвучала просьба, в глубине сознания, там, где сила воздействия была наименее слаба, зашевелился червячок сомнения. Отдать палочку? Ту самую любимую волшебную палочку, с которой он прожил много лет с самого начало вступления в Волшебный Мир? Он нерешительно остановился.

– Передай мне палочку! – с нетерпением в голосе повторил приказ Волдеморт.

Он почувствовал раздражение и категорическое несогласие – а вслед за тем перед глазами вспыхнул образ разъярённой женщины с пламенными волосами. Тот час же всё его естество охватило всеобъемлющее желание разрушать и убивать. И тонкая ментальная магия, околдовавшая разум, распалась.

Гарри пошатнулся назад, качнул головой, приходя в себя, а вслед за тем исподлобья бросил яростный взор на Волдеморта и со злостью произнес:

– Нет!

Наступило громовое молчание.

– Нет? – ничуть не стесняясь своих действий, бездушно ответил Темный Лорд. – Я не принимаю слова «нет». Здесь нет никого, кто бы мог тебя защитить и пожертвовать собой в этот раз. Только тебе я даю тебе последний шанс, хорошенько подумай, – последнее слово он особо подчеркнул.

В подтверждении своих слов Волдеморт указал длинным когтистым пальцем на пол.

Гарри взглянул себе под ноги и увидел на чёрном мраморном полу темно-зеленые линии сложносоставной магической печати, в основе которой была всем известная печать Соломона. Гнев, который он еле сдерживал, чтобы не атаковать безрассудно, сменился сомнением, а затем проснувшейся надеждой.

«Что это? Портал? Тогда я могу вернуться домой? Действительно?» – быстро пролетели мысли в голове Гарри.

– Я могу отправить тебя домой, если пожелаешь, мне нужна только твоя волшебная палочка.

Гарри молчал. И зачем ему волшебная палочка? Разве этот ублюдок не применил против него только что магию подчинения? И после этого поверить Волдеморту? Да не в жизнь. Его инстинкты буквально кричали – обман и уловка, чтобы его обезоружить. Да и это магическая печать могла быть чем угодно…

– А теперь передай мне свою палочку.

Гарри почувствовал раздражение. Из глубин сознания вновь вырвалась ярость разрушения, и он инстинктивно в грубой форме ответил отказом, почувствовав в этот момент на краю разума одобрение и чувство собственничества.

Лицо темного волшебника, прибывавшее в ледяном спокойствии, исказил гнев. Он властно протянул в сторону мальчика руку, и на кончиках когтистых пальцев угрожающе засветилась магия.

Протего, – воскликнул Гарри, выставит перед собой полусферический щит, который блокировал вражеские чары призыва.

Не мешкая, он отскочил из-под защиты барьера и атаковал в ответ – направив бурлящий поток оранжевого огня в сторону противника.

Гарри наделся, что противник, не имея волшебной палочки, не сможет толком защититься и его хорошо отработанная огненная магия с одного удара поразит врага, но его надежда стремительно разбилась на осколки.

Волдеморт выставил ладонь вперед, как бы пытаясь что-то остановить, скороговоркой пробормотал тарабарщину, и перед ним возник круглый смолянисто-черный щит, который бесследно, как прожорливая черная дыра, проглотил огненное заклинание.

Увидев, как Темный Лорд колдует без палочки и, ощутив седьмым чувством тошнотворную силу темной магии, Гарри принял единственно верное решение – поспешно вытащил свиток из кармана, чтобы как можно быстрее ретироваться. Не то чтобы он был трусом – просто не сегодня! Но к его немалому ужасу, свиток телепорта не сработал, просто раскрывшись как обычный пергамент. Он сглотнул слюну и отчаянно огляделся назад, чтобы затем испытать ползущее чувство страха, увидев, что ныне на месте роскошной двери находилась сплошная каменная стена.

Гарри с неумолимой обреченностью осознал, что попал в ловушку, и что бы выжить ему придётся сразиться с сильнейшим тёмным колдуном двадцатого века.

Темный Лорд с мстительным весельем наблюдал за очевидными попытками мальчика сбежать. Он поднял руку и на длинных, паукообразных пальцах руки засветилась фиолетовая магия.

Благодаря опыту и тренировкам, Гарри успел почувствовать магию и вовремя отскочил назад. Там где он секунду назад стоял из щелей между мраморными плитами вырвались, извивающиеся, как змеи, длинные черные жгуты. Они стремительно оплели его щита, сжали – а затем барьер схлопнулся, рассеявшись голубыми искорками магии.

Он не знал, какое заклинание применил Волдеморт, возможно проклятие – но то, что он почувствовал седьмым чувством, ему однозначно не понравилось.

Темный Лорд вновь сколдовал под его ногами темные плети.

Гарри уклонился от темной магии и, поняв, что на месте больше не стоит стоять, побежал по дуге в сторону, решив атаковать через фланг, чтобы избежать черного щита, прикрывающего колдуна с фронта. В качестве отвлечения он в быстрой последовательности скастовал три простых односоставных заклинания – диффиндо, инкарцеро, ступефай. А затем нанес главный удар, на высокой скорости метнув зачарованное копье.

Волдеморт усмехнулся и лениво махнул левой рукой, отбив в сторону мелкие заклинания. Выставив правую ладонь вперед и вверх, он остановил перед собой копье, которое, несомненно, проткнуло бы его насквозь. Он описал когтистым пальцем в воздухе полукруг, чтобы перевернуть копье острием вперед, а затем широким жестом раздвинул руки в стороны, и копье вместе со всеми наложенными чарами в мерцании света магии удвоилось до четырех штук.

Размноженные копья с режущим воздух свистом пролетели в опасной близости над головой и телом Поттера. Он едва успел уклониться, сделав кувырок вперед, чтобы оружие пролетело над ним и ушло в другой конец зала.

Гарри, присев на левом колене, запустил руку в пояс, вытащил, а затем сжал в пальцах руки три склянки с кислотным зельем, а затем, ткнув палочкой в колдуна, прокричал:

Ваддивази!

Склянки полетели в уродливого мальчика со змеиным лицом.

Темный Лорд взмыл воздух, уклоняясь от зелий, и захохотал холодным смехом, а демон, стаявший с боку и чуть позади от трона, отбежал в сторону, продолжая и дальше не вмешиваться в поединок своего хозяина.

Одна из склянок разбилась об стену, расплескав едкое содержимое, которое сожгло гобелен, висящий за троном, но не тронуло поверхность стены из-за наложенной магической защиты. Трону и подиуму повезло меньше – они частично расплавились, когда склянки с зельем разбились об них, и от них теперь лениво поднималось зелено-желтое облачко пара.

– Сдавайся, Поттер, – сказал Волдеморт, снисходительно глядя сверху вниз на мальчика.

– Гриффиндорцы не сдаются, – огрызнулся Гарри, почувствовав раздражение от того, что его спланированные атаки были как дракону щекотка.

Он указал палочкой на парящую фигуру, мысленно сосредоточился, а затем за полторы секунды применил самую убойную комбинацию из его арсенала.

Инсендио! – он скастовал перед собой несфокусированный поток оранжевого огня.

Энгоржио! – поток огня забурлил с большей силой и размером из-за наложенного поверх заклинания увеличения.

Грифо Флантем! – в последнеезаклинание он вложил в максимальное количество маны.

Ударно-режущая магия воздуха смешалось с усиленной магией огня, породив направленный в колдуна огненный шторм чудовищной силы.

В прохладном тронном зале резко стало теплее. И в этот же момент Гарри почувствовал, как на него дыхнуло жаром пламени, которое опалило ресницы, брови и волосы на голове, отчего ему пришлось быстро поднять барьер от собственной магии.

Пока Поттер защищался от всего лишь остаточного тепла пламени, Волдеморт совершил серию искусных пасов руками, останавливаю всю чудовищную силу бурлящего потока пламени. Огненная буря остановилась в полуметре перед колдуном, сжалась до двух метрового облака, чтобы затем преобразоваться в россыпь стальных кинжалов, которые на высокой скорости полетели в мальчика. И не останавливаясь после великолепной трансфигурации, он скастовал одной рукой – черные жгуты, а другой новую магию – темную сферу размером с магический шар предсказаний.

Гарри гневно скрежетнул зубами от того, что его атаку вновь обратили против него, но чтобы во время защититься ему пришлось действовать быстро – почти инстинктивно.

Аларум Аскендере! – он прокричал, а затем кувыркнулся влево, чтобы темные жгуты схватили его.

Под действием простой магии рой бритвенно-острых кинжалов под углом сорок пять градусов ушел вверх. Дальше ему пришлось быстро уносить ноги прочь, так как вскоре к нему прилетела тёмная сфера, которая при столкновении об пол расширилась в метровое круглое облако, кишащее, как он успел заметить краем зрения, черными существами, похожими на саранчу.

Использую преимущество в высоте и воздушную мобильность, Волдеморт начал гоняться за ним по всему залу, активно применяя знакомую и неизвестную магию. Он колдовал весьма мастерски и хитроумно, просчитывая его ходы наперед.

Какое-то время Гарри отбивался и даже умудрялся атаковать в ответ. Но чем дольше продолжался бой, тем хуже для него становилось положение дел. Волдеморт с каждой секундой свирепел, колдуя все быстрее, точнее и применяя более разнообразный репертуар магии.

Как бы Гарри ни колдовал и ни хитрил, все его атаки умело блокировались или искусно трансфигурировались. Он в какой-то момент боя понял, что конечный результат сражения начал оборачиваться не в его пользу. Он едва успевал отпрыгивать от жгутов, норовивших в самый неожиданный момент схватить его, и едва успевал уклоняться и огибать темные сферы, заполонившие тронный зал. В конце концов, наступил момент боя, когда он больше не мог атаковать в ответ, потому что Темный Лорд не давал ни секунды на передышку.

«Черт» – выругался Гарри, подпрыгнув, чтобы увернуться от очередной гадости, насланной Темным Лордом.

Стратегия «бей со всех сил» полностью провалилась, а спланированные маневры и тактические ходы не давали результата. Поэтому волей неволей он перешел к стратегии на выносливость, но все равно он отчаянно проигрывал бой. Опыт и мастерство между ними были не сопоставимыми. На самом деле ему в голову даже закралась мысль: «А не играет ли Волдеморт со мной?». Еще минута, может две он еще продержится, дальше его ждет смерть от руки темного колдуна.

Гарри кувыркнулся вперед, уклоняясь от зеленого сгустка. Мурашки прошлись вдоль его спины, когда он почувствовал силу темного заклинания. Темный Лорд не применял смертельное проклятие или проклятие пытки. Похоже, на такую магию ему действительно нужна была палочка. Но от этого ему не становилось легче!

Поттер вспотел и запыхался, когда смерть неустанно преследовала его. Когда же у Волдеморта закончатся силы? Он на ходу пригнулся, а затем заскользил на коленях по гладкому мраморному полу, чтобы уклониться от череды темных проклятий. Черт! Он не хотел умирать. Это было смешно, глупо, и чертовки упрямо – но он не хотел, что бы его волшебная палочка досталось Волдеморту. Только не ему! На самом деле он испытывал такое сильное раздражение, что даже в голову закралась мысль: «А не применить ли темную магию, чтобы избавить от преследователя?» А ведь и впрямь применил бы – если бы умел…

Поттер встал с колен и побежал вперед, уклоняясь от магии и с проворностью ловца огибая опасные темные сферы. Ему нужно было срочно что-то придумать! Что-то такое, о чем не знал бы и не мог бы предсказать Темный Лорд. Что-то непредсказуемое и опасное.

Поток образов из прошлого пронёсся в голове. Точно! Как он мог забыть? Но это было безумием – в прямом и переносном смысле! Он почувствовал нерешительность. А не слишком ли это было безрассудно, даже для него?

«Да плевать!» – сердито подумал Гарри, мысленно разбив свою неуверенность в прах.

Ему нечего было терять!

Он сделал рывок вперед, ускорившись из всех доступных сил, а затем прокричал:

Протего Тоталум!

Купол синей магии окружил его со всех сторон. Это бы его не спасло от непонятной темной магии Волдеморта, но дало бы пару лишних секунд, чтобы осуществить задуманное.

Гарри торопливо извлёк из кармашка пояса белый пузырек. Он зубами откупорил пробку и залпом опорожнил содержимое зелья.

По горлу прокатилось приятное тепло и осело в желудке, как будто он выпил целую пинту горячего сливочного пива. Через секунду он неустойчиво зашатался, когда мир в глазах завертелся круговертью. Палочка выскользнула из ослабевших пальцев, он упал на колени и захрипел, хватаясь руками за горло. Что-то перекрыло ему воздух, и он больше не мог дышать и начал задыхаться. В ушах зазвенело, перед глазами все покраснело и поплыло, а затем, потеряв остатки сил, он, больно ударившись лицом, бессильно распластался на полу. В последний момент перед тем, как потерять сознание, он почувствовал, как содержимое желудка настойчиво попросилось наружу. А дальше его сознание погрузилось во тьму.

##

Паря в паре метров над примитивным барьером, Темный Лорд занес руку, готовый одним могучим ударом одновременно разломить волшебный щит и погасить жизнь мальчика, но увидев, что тот принял неизвестное зелье, а затем упал, предсмертно хрипя, он остановился. Его губы весело дернулись. Он опустился на черный мраморный пол, а затем властно махнул рукой, подзывая к себе клоуна-демона, чтобы тот взял его на руки.

Волдеморт махнул рукой, во вспышке света рассеяв волшебный щит.

Пустой, держа на руках шестилетнего ребенка, подошел к безмолвно и неподвижно лежащему на полу мальчику. Его палочка беззащитно лежала рядом с ним. Сощурив красные глаза, Волдеморт непродолжительное время разглядывал мертвое тело, в котором не ощущалось ни сердцебиения, ни силы магии, а затем, бездушно посмеявшись, произнес:

– Поттер, похоже, ты решился закончить жизнь самоубийством. Как похвально… прямо как твоя никчемная мамаша. А все было бы гораздо проще, если бы ты просто отдал волшебную палочку. Но я признаю, сегодня ты повеселил меня.

Темный Лорд властно протянул правую руку с непропорционально длинными пальцами. Волшебная палочка медленно, как в замедленной съемке, торжественно взмыла в воздух и поплыла в прятаную руку колдуна. Однако в самый неожиданный момент из тела мёртвого мальчика вырвалась невидимая волна силы, ударившая по сенсорным чувствам Волдеморта и пустого. Белая рука Поттера конвульсивно дернулась, как будто по ней прошёлся разряд электричества, а затем она метнулась вперед и вверх, как кобра в броске, перехватывая магический концентратор у самого носа Волдеморта.

Дальше за один удар сердца произошла череда событий. Раз – рука, действуя по собственной воле, наводит палочку. Два – из кончика палочки вырывается ослепляющий сноп золотистого света. Три – в тот же миг демон вместе со своим хозяином с мерцанием перемещаются в другой конец зала, чтобы уклониться от неизвестной, но без сомнения смертельно опасной магии.

Темный Лорд застыл в другом конце зала и, не предпринимая никаких ответных действий, таращился как изумлённый школьник на невероятное действие.

Сначала одна рука мёртвого мальчика оперлась ладонью об пол, потом вторая, а затем тело рывком поднялось на ноги. Существо на пятках развернулось лицом к Волдеморту.

– Поттер? – произнес Темный Лорд, не веря своим глазам.

Мальчишка восстал из мёртвых. Впервые кто-то кроме него прямо на его глаза смог воскреснуть.

Волдеморт прищурился, впившись взглядом в мальчика.

Это был уже не Поттер, с которым он сражался минуты назад, а кто-то другой. Поведение, осанка, поза, и даже аура волшебника, окружающая мальчика – все кардинально переменилось. К примеру, аура стала плотнее и сильнее, как будто бассейн маны, образно наполненный водой разом обратился в густой и вязкий кисель. Внешность мальчика тоже изменилась, он стал заметно бледнее, почти под цвет белой бумаги, а его лицо ныне скрылось за костяной маской пустого, похожей на птичье лицо с коротким клювом. И самым примечательным было то, что в отличие от демонов на месте сердца не наблюдалось круглого сквозного отверстия.

Темный Лорд задумчиво разглядывал существо, а затем, как будто что-то поняв, захохотал холодным смехом:

– Поттер, ты не перестаешь меня удивлять!

Золотые глаза с круглыми черными зрачками сосредоточились на Волдеморте. Существо, в которое превратился Гарри Поттер, с презрением произнесло:

– Ты недостоин. Умри!

И в тот же миг оно атаковало, беззвучно сколдовав тройку снопов золотистого света, которые чуть ли не мгновенно достиг противоположного конца зала.

Но Волдеморт не был бы Волдемортом, если бы не смог отбиться. Он среагировал молниеносно.

Неизвестно какое заклинание было применено – но сила была чудовищна огромна.

Два золотистых заряда магии прошли мимо цели, они вонзились в стену, пробили наложенную защиту и ушли глубь пирамиды, оставив после себя расплавленные отверстия. Другой сноп свет с разбрызгиванием искр и шипением электроразряда ударился в черную поверхность круглого щита.

Темному Лорду вместе демоном-клоуном пришлось трансгессировать в другую часть зала, когда сильнейший из щитов темного колдуна не выдержал мощи заклинания, распавшись на отдельные лоскуты тьмы, которые быстро рассеялись.

Поттер, словно заранее зная, где будет противник, стремительно к нему развернулся. Он занес палочку над головой и рубанул, словно мечом, сверху вниз. Огромный огненный вал шириною в половину зала и высотою в два метра покатил на колдуна и пустого.

Волдеморт нахмурился, сосредотачивая ману. В зале стало невыносимо жарко, и редкие капельки пота заструились по змеиному лицу.

Лицо Темного Лорда расслабилось, и он махнул руками, совершая несколько быстрых пасов. Огненный вал с желтыми и красными языками пламени трансформировался в бурлящий поток синей воды. Еще один взмах и тонны воды под воздействием волшебной силы преобразовались в гигантскую водяную змею. Змея, извиваясь телом и сияя голубой чешуей, заскользила вперед по дуге, чтобы окружить мальчика.

Поттер весело засмеялся птичьим смехом, который разнёсся по залу. Он непринуждённо стоял на месте и ничего не предпринимал, словно его не волновало, что сейчас его сейчас кольцом сожмет гигантская змея. И он смеялся до тех пор, пока его не сжало с головы до ног многотонное и двухметровое водяное тело.

Вспышка красного света озарила зал. Темный Лорд на мгновение ослеп, а следом закричал от боли, когда его бледная и морщинистая кожа покраснела и покрылась волдырями из-за перегретого пара, наполнившего весь тронный зал.

Волдеморт яростно махнул рукой, изгнав в никуда весь объём расширившей воды. Вторым махом он исцели полученные раны на своем теле. Он с ненавистью уставился на невредимого мальчика, которого окружило пламенное кольцо, испарившее всю воду.

Поттер после трансформации поглупел, но и одновременно стал гораздо сильнее. Волдеморт раздраженно зашипел, поняв, что его силы были на исходе, и он не сможет без проблем убить мальчишку. И что еще сильнее его выводило из себя, так это то, что Поттер продолжал весело смеяться, словно вся ситуация его искренне забавляла.

– Поттер стал слишком опасен. Мы должны от него немедленно избавиться, пока он тут все не разрушил. Паясо, приготовься совершить ту вещь, – прищурился Волдеморт.

– Да, милорд, – до этого молчавший демон ответил, доставая из-за пазухи разноцветную погремушку, которая при каждом резком движение звонко бренчала.

Но Поттер не ждал, когда они осуществлять свой план. Он крутанул палочку в руках и снова запустил в их сторону сноп золотистого света.

Волдеморт среагировал немедленно – он трансгрессировал из рук демона, а пустой, оставшись один без хозяина, с мерцанием ушел в сторону от опасного заклинания.

Волдеморт приземлился на пол, появившись в паре метров от Гарри, и немедленно его атаковал серией темных проклятий.

Ударная волна, принявшая призрачную форму огромного питона, ядовито-зеленый сгусток кислотной магии и замораживающий сердце синий луч были поглощены пламенем защитного кольца. Но после того как огонь испепелил темную магию, защитное пламя, растеряв всю энергию, развеялось.

Как он и рассчитывал.

Темный Лорд вновь кастовал цепочку проклятий, от которых мальчик с небывалой для него прежде легкостью уклонился. И сместился Поттер как раз в ту сторону зала, куда он и предполагал.

Вновь бесшумно трансгрессировав, чтобы уклониться от мощного магического ответа, Темный Лорд появился за спиною мальчика и, применив всю свою магическую силу и нечеловеческую ловкость, без промедления атаковал чередой проклятий и заклинаний, чтобы мальчик не смог вовремя среагировать.

Первое проклятие сковала Поттера жгутами тьмы, но даже так он начал сопротивляться, разрывая руками путы, как будто обрел силу горного тролля. Втрое заклинание «связывание», сработало так, как будто оно вообще не наложилось. А третье из цепочки «ошеломление», которое было под завязку накачено маной и должно было выбить его из сознания, просто отскочило от него как от толстой кожи великана.

Все происходящее только подтвердило мысли Темного Лорда, что мальчишка стал слишком опасен, и от него необходимо было незамедлительно избавиться.

Тем не менее, его надо было задержать еще на пару секунд, чтобы осуществить свой план.

Он указал когтистым пальцем на Поттера, мысленно собрал всю свою ненависть, призрение и жажду убийства, а затем жестко, словно приговор, вслух произнес:

Кориумситио!

Костлявая рука, собственная проекция его руки, в сполохах темно-фиолетового огня устремилась в Поттера. Тот, почти освободившись, успел поднять объятую пламенем левую ладонь руки вверх, чтобы защититься от одного из самих мерзких проклятий темной магии.

Волдеморт знал, что этого недостаточно, чтобы мальчик смог успешно защититься от проклятия. Но также он понимал, что это не убьет существо, которым стал Поттер.

Гарри резко задрал голову вверх и оглушающе завопил от боли, когда его левая рука, объятая защитным пламенем, почернела, а затем иссохла как сухая ветка. Преодолевая боль, он с бешенством впился взглядом в Темного Лорда. Его золотистые глаза, полные боли и ненависти, ясно дали понять, что вскоре Волдеморта ничего хорошего не ждет.

Но уже было слишком поздно.

В тронном зале разнесся мелодичный звон. Дыхнуло теплом и озоном.

На месте сложносоставной печати, на которой стоял Гарри, образовался водоворот сияющей тьмы. Не прошло и секунды, как он был затянуть по колено вглубь воронки. Он закричал и начал неистово сопротивляться, пытаясь вытащить себя, но чем сильнее и яростнее он противился, тем быстрее он погружался во тьму, как в болотную трясину.

Поттер стремительно погрузился по грудь, затем под подбородок. В самый последний момент он глянул на Темного Лорда и бросил последнее слово, жестко произнеся:

– Убью!

А дальше он бесследно исчез, как и темный водоворот, затянувший его.

Пустой молча спрятал в складках своей клоунской одежды разноцветную погремушку и отошел в темный угол зала.

– Кажется, сработало, – как ни в чем не бывало, произнес Волдеморт, обходя пульсирующую изумрудным светом пентаграмму, которая с каждым мгновением угасала, теряя свой накал.

– Хм, а это что?

Волдеморт подобрал с пола пузырек мальчишки и поднес его к носу, осторожно внюхиваясь.

– Интригующе… – задумался темный колдун и его красные глаза вспыхнули, когда он просчитал, какие невероятные возможности открылись перед ним.