Хочешь?

– Так значит, ты хочешь меня? – Зоро вольготно расположился на диване в вороньем гнезде, широко расставив ноги и скрестив на груди руки, и с кривой ухмылкой на лице снизу вверх смотрел за блондином, стоящим недалеко от входа.

– Да, – гордо задрав подбородок, твердым голосом произнес тот, хотя в этом жесте было больше упрямства, чем уверенности в себе и в происходящем в целом.

– Докажи, – осклабился старпом.

– Что? Но… как? – Санджи недоуменно всмотрелся в прищуренные зеленые глаза фехтовальщика, не совсем понимая, о чем тот говорит.

– Подрочи себе, – губы мечника расплылись в широкой недвусмысленной улыбке.

– Что? – голубые глаза шокировано распахнулись.

– А я посмотрю…

Это был вызов и Санджи не мог позволить себе проиграть, хотя он и сходил с ума от одной только мысли о подобном, а ему предстояло вот прямо сейчас на глазах у фехтовальщика… Но отказ сулил не столько проигрыш, об этом кок сейчас особо даже и не думал, отказ сулил возвращение на камбуз или в мужскую каюту ни с чем. Если Санджи согласится, то, возможно, у него будет призрачный шанс воплотить в жизнь все то, о чем он грезил последние пару месяцев. Если же он сейчас уйдет, то вернуться ему уже не позволят.

Зоро пристально следил взглядом за изящными длинными пальцами повара, отчетливо дрожащими сейчас и тянущимися к пуговицам на пиджаке. На лице мечника застыла та самая улыбка, так сильно напоминающая оскал хищника, а в его голове шла усиленная работа мысли, в то время как зеленые глаза цепко отмечали, как еще одна пуговица поддалась напору повара и как пиджак соскальзывает с его плеч.

Он что – спит? Это не могло происходить на самом деле! Чтобы этот бабник, чертов любитель меллорин, добровольно пришел к нему и признался в подобном? Да он же съел бы свой собственный галстук на обед, прежде чем даже допустить мысль о том, чтобы раздеваться перед ним, перед Зоро, не то, что еще что-то похлеще! Но нет, вот он, кок – трясущимися руками расстегивает пряжку ремня.

А может это все шутка? Точно! Кок продул Луффи и Усоппу в карты и теперь выполняет их идиотское желание… хотя… вроде бы искренне волнуется, да и должен же быть хоть какой-то предел этой шутке?

Тем временем, Санджи остался перед мечником в одной расстегнутой рубашке и трусах и уже собирался, стиснув зубы от напряжения и глядя куда-то в пол, стянуть и их, но резко поднявшийся с дивана Зоро отвлек его внимание, и он снова взглянул в лицо старпома.

– Зачем ты это делаешь? – тихо спросил фехтовальщик, подойдя к повару вплотную и пристально всматриваясь в голубые глаза.

– Постой… но ведь ты сам… – голос Санджи, еще не отошедшего от пережитого волнения, немного срывался.

– Это я знаю, – раздраженно поморщился бывший охотник на пиратов. – Я спросил, зачем это все тебе?

– Мне? – растерянно переспросил блондин. – Зоро… я… Черт! – настроение Санджи неуловимо изменилось, и теперь уже настала его очередь раздраженно закатывать глаза и хмурить брови. – Проклятое Маримо! Если не хочешь, то зачем этот спектакль устраивал? Больно оно мне тогда все надо!

– Погоди-ка, ты же сам пришел ко мне, – начиная понимать истинное положение вещей, снова хмыкнул фехтовальщик.

– Ну, пришел, – хмуро подтвердил блондин.

– Сам сказал, что хочешь меня, – продолжил старпом.

– Допустим, – в голосе злого как черт повара появились шипящие нотки.

– Сам начал раздеваться…

– Что? – взвился от такой несправедливости кок. – А вот тут я бы попросил!..

– Вот, а теперь еще и просишь меня, – довольно ухмыльнулся мечник и впился в приоткрытый рот Санджи поцелуем прежде, чем тот начал возмущаться в ответ на его последнюю реплику.

Блондин резко дернулся и затих, пылко отвечая фехтовальщику и зарываясь руками в зеленые волосы, Зоро же лишь углубил поцелуй и еще сильнее прижал к себе своего Завитушку.