Глава 9.
Круг замкнулся
На следующее утро Гарри спустился в Большой Зал в самом боевом настроении. Для выполнения плана Тонкс, простого и гениального, все было готово. В кармане теплой зимней мантии чуть слышно позвякивали друг о друга три пузырька с зельями; крохотный, с горчичное зернышко, кусочек пастилы из «Завтрака Прогульщика» близнецов Уизли обеспечил вполне натуральный насморк, покрасневшие глаза и першение в горле. Рон, как и большинство соседей по дормиторию, засиделся вчера за полночь в факультетской гостиной, слушая довольно бессвязный, но захватывающий рассказ Кормака Маклаггена о банных привычках кентавра Ференца, и теперь дрыхнул без задних ног, что тоже было весьма удачно.
Ленивое декабрьское солнце только-только выползло из-за горизонта, залив южные окна теплым оранжевым светом. В небе не было ни облачка, и Гарри счел это добрым знаком.
Зал был набит битком – болельщики со всех четырех факультетов торопились позавтракать поплотнее. В своем нынешнем составе сборные Гриффиндора и Слизерина были примерно равны по силам, так что игра могла оказаться не только напряженной, но и весьма долгой.
Команда «красно-золотых» уже расположилась за столом почти в полном составе. Деловито обменявшись приветствиями с запоздавшим капитаном, ребята вернулись к завтраку. Дин Томас невозмутимо поглощал тосты с джемом, обе Охотницы следовали его примеру. Пикс сидел, как на иголках, нервно сцепив пальцы и сверля взглядом пустую тарелку. На Кьюта, напротив, напал нервный «жрунчик»: четверокурсник, почти не жуя, за минуту сметелил богатырскую порцию омлета с сосисками и потянулся за добавкой. Гарри подсел к нему и посоветовал не перегружать желудок перед игрой, невольно поймав себя на том, что в точности повторяет слова прежнего капитана гриффиндорцев, Оливера Вуда. Кьют смущенно покраснел, отставил тарелку и припал к кубку с тыквенным соком. Себе Гарри положил немного овсянки, добавил меда из розетки и тоже принялся за еду.
Через полчаса в дверях показалась Гермиона, как всегда с книгой под мышкой. Следом за ней плелся нога за ногу взъерошенный хмурый Рон. Плюхнувшись на скамью, рыжий упер локти в стол и уронил голову на руки с самым обреченным видом.
- А вот и наш Непробиваемый, - прокомментировал его появление Дин. – Ау-у, Рон, ты с нами? Хогвартс вызывает Уизли, как слышите меня, прием?
Гарри фыркнул, Гермиона деликатно хихикнула в кулачок. Рон пробубнил без выражения:
- Отвали, Томас! Без тебя тошно…
- Да ладно тебе! Раз уж встал и добрался до стола, пора бы и проснуться!
Девочки прыснули. Джинни сочувственно тронула брата за рукав:
- Правда, Рон, хватит дуться! Завтракать будешь?
- Не хочу.
- Ну хоть выпей тогда что-нибудь! – предложил Гарри. – С совсем пустым брюхом на поле делать нечего. Чего налить – чаю? Кофе? Сока?
- Яду! – огрызнулся Рон. – Может, смотаешься за флаконом «Живой Смерти»? Тебе-то Слагхорн всяко не откажет!
- Намек понял, - Гарри потянулся за кофейником. И в этот момент вдоль гриффиндорского стола словно бы пронесся вихрь - чрезвычайно жизнерадостный вихрь в ярко-алой Аврорской мантии.
- Приветик будущим чемпионам! Джинни… Гарри… Гермиона – ах, да, ты же не играешь… Все равно приветик! - Тонкс буквально фонтанировала хорошим настроением. - Ронни, малыш, ты чего такой кислый, словно ведро лимонов съел? А ну, выше нос – удача рыжих любит!
Взгляды чуть ли не всего факультета скрестились на улыбающейся Аврорше. Гарри довольно усмехнулся – первая стадия операции прошла успешно – и, воровато оглянувшись, украдкой опорожнил пузырек с зельем в дымящийся кофе. Тонкс тем временем пыталась растормошить Рона и тараторила без умолку:
- Между прочим, у меня куча роскошных новостей, специально для вас! Во-первых, сегодня классная погода, только взгляните! Во-вторых, разведка донесла, что при жеребьевке вам достались южные кольца, а значит, Охотникам «зелененьких» придется атаковать на ощупь. Слышишь, Ронни, это я тебе говорю! В-третьих, у Слизерина две замены: Вайси вчера на тренировке схлопотал бладжером по лбу, и вместо него выставили Монтегю, а он до сих пор не очухался после Исчезательного Шкафа и летает только от хорошего пинка.
- А вторая замена? – Рон несколько оживился.
- Вы не поверите – Малфой собственной персоной! Заявил, что болен, играть не сможет, и ловцом у Слизов сегодня будет какой-то Харпер.
- Харпер? Знаю такого, - перебила Авроршу Джинни. – Он мой ровесник и полный идиот. Всех достоинств – это его папаша, большая шишка в правлении «Нимбуса».
- Вот так номер… А с хорьком что случилось?
- Да так… Вопил много и не по делу, - Тонкс выразительно подмигнула Гарри, - и кишки простудил.
- Точно-точно, так все и было, - Гарри с преувеличенной серьезностью покивал в ответ. – Кишечный грипп, анальный насморк…
Игроки и все, кто сидел рядом, покатились со смеху. Шутка запорхала по рядам, сопровождаемая взрывами хохота. Тонкс и Гарри переглянулись – и Аврорша, подхватив его чашку с кофе, сунула ее в руку Рона:
- Именем Аврората – пей до дна и воспрянь, как на ежика уселся!
Рон ухмыльнулся и поднес чашку к губам. Гермиона вдруг вскочила, замахала руками:
- Рон, нет! Не пей это ни в коем случае!
- С чего бы вдруг?
Девушка яростно сверкнула глазами:
- Гарри! Ты только что подлил что-то в кофе!
- Прости… что ты имеешь в виду? – вежливо переспросил Гарри.
- Не прикидывайся! Я все прекрасно видела. Флакон сейчас у тебя в руке!
- Где флакон? Какой флакон? – юноша поднял руки – и миниатюрная склянка зеленоватого стекла незаметно скользнула в рукав. – Вот видишь, нет никакого флакона!
- Рон, предупреждаю в последний раз: не вздумай это пить! – в голосе Гермионы явственно звенели слезы. – Ну почему ты никогда меня не слушаешь?!
- Да ну тебя нафиг! Надоела – то делай, этого не делай… Вот возьму и выпью, тебе назло! – и Рон залпом осушил чашку. В следующее мгновение глаза его полезли на лоб, из ушей и ноздрей с неприличным звуком брызнули струйки пара. – Что это было?
- Кофе. По-турецки, - с готовностью пояснил Гарри. – Короче, ребята, дожевывайте и пошли, пока «зелененьким» не присудили техническую победу из-за неявки противника! – и встал из-за стола.
Гермиона, сжав кулачки, преградила путь Гарри. Дрожащим от ярости голосом она произнесла тихо, так, чтобы слышал только он:
- Ты за это ответишь, Гарри Поттер! От кого угодно, но от тебя я не ожидала такого… такого жульничества!
- Кто бы говорил! – прошипел Гарри в ответ. – Я, что ли, «Конфундусом» лупил на отборе в… Сама-Знаешь-Кого?
На них стали оглядываться. Гарри успокаивающе махнул рукой – «идите, я догоню». Но Гермиона отступать не собиралась:
- Ну, вот что! Или ты мне скажешь, что было в чашке, или я немедленно иду к мадам Хуч и требую, чтобы Рона сняли с игры за употребление допинга! И тебя заодно!
- Мерлин Всемогущий… Бодроперцевый бальзам там был, ясно?! А Феликс Фелицитис вот, – процедил Гарри сквозь зубы и продемонстрировал второй флакон, наполненный до пробки переливающейся янтарным светом жидкостью. Сургучная нашлепка на горлышке была цела. – Теперь ты довольна?
- Б-бодроперцевый… б-бальзам? – глаза Гермионы расширились от удивления. – Зачем?
- Затем, что я вчера простыл на тренировке. И не хочу потерять Снитч только из-за того, что в самый ответственный момент мне приспичит чихнуть! Еще вопросы?
- А в кофе ты зачем его наливал?
- Чтобы проскочил легче. Он же жгучий, как зараза! Кстати, напомнила… - Гарри звучно высморкался в платок, затем вынул из кармана последний флакон и, заранее сморщившись, осушил его одним глотком. Горло обожгло, из ушей и ноздрей повалил пар. Дышать сразу стало легче, боль в горле мгновенно исчезла. – Вот так. Берег на вечер, на всякий случай. А теперь придется надеяться только на Согревающие чары…
- Гарри! Я непременно должна сказать Рону!.. Он ведь думает, что там было Зелье Удачи, и теперь…
- Миона, постой! – Гарри придержал подругу за рукав. – Не торопись. Потерпи хотя бы до конца матча, ладно? Пусть Рон и дальше так думает. Мне сегодня позарез нужен уверенный в себе вратарь. Уверенный… и везучий!
Гермиона подозрительно прищурилась на одноклассника. Она смутно догадывалась, что некая жульническая комбинация все же имела место, более того – ей досталась едва ли не главная роль, и это раздражало.
- Все равно это – обман! Неужели нельзя было просто сказать…
- «Просто» – нельзя. Иначе Рон не поверил бы – ты же его не первый год знаешь. Кстати, спасибо. Без тебя ничего бы не получилось. Ты была великолепна в своем праведном гневе!
- Так ты меня использовал?! – Гермиона испепелила собеседника взглядом. Гарри ответил ей тем же.
- Что за шум, а драки нет? – Тонкс появилась исключительно вовремя, ненавязчиво оттеснив разъяренную Старосту факультета от Мальчика-Который-Выжил.
- Все в порядке. Так, маленькое недоразумение. Ладно, мне пора, а то еще без меня начнут – неловко будет. Тонкс, ты будешь смотреть игру?
- Мой сектор охраны – западные трибуны, так что куда я денусь!
- Отлично! Увидимся на поле!
- Слушаю и повинуюсь, мой великолепный господин! – Аврорша отвесила шутовской поклон и, одарив Гарри на прощание более чем дружеским поцелуем, направилась к группе людей в красных мантиях возле преподавательского стола. Сам же Гарри заторопился к выходу из Зала, где нетерпеливо переминались с ноги на ногу остальные члены его команды.
Гермиона проводила долгим взглядом сначала Тонкс, потом Гарри, сделала какие-то свои выводы и, не торопясь, двинулась в сторону Гриффиндорской башни.
Судя по выражению лица Старосты «львиного факультета», выводы эти не сулили влюбленной паре ничего хорошего.
…В Гриффиндорской раздевалке пахло сырым деревом, мастикой для метловищ и застарелым потом. Игроки натягивали форму, подгоняли защитные жилеты, оплечья, налокотники и прочее, проверяли обвязки метел - в общем, последние приготовления к игре шли положенным порядком. Было тесно и шумно. Большую часть шума создавал Рон – красный, возбужденный, он размахивал руками и громогласно рассуждал о невероятном везении, свалившемся на его голову с самого утра. Даже когда Джинни раздраженно запустила в него ботинками, Рон, не глядя, поймал левый, локтем отбил правый и, как ни в чем не бывало, продолжал сотрясать воздух. Остальные члены команды на миг оставили каждый свое занятие и многозначительно переглянулись.
- Мерлин свидетель, это как в лотерею главный приз сорвать! Погода – идеальная! Кольца – южные! Лучший Охотник и Ловец Слизов – оба в Больничном крыле! Вот что я называю настоящим везением!... – Рон замер, наполовину надев левую вратарскую перчатку. Лицо его побледнело так, что проступили все веснушки разом. – Гарри!
- Что?
- Я… ты… мой кофе… Ты не?.. – бессвязно забормотал Рон и вдруг, округлив глаза, понизил голос до ужасного шепота. - Что в нем было?
- Честное слово, Рон, твой Патронус – жираф! – съязвила Джинни.
- Не бери в голову! – отмахнулся Гарри. – Что надо, то и было. Лучше давай обувайся – через пять минут на поле!
Рон с рекордной скоростью справился с залубеневшими шнурками и присоединился к остальной команде, тесно окружившей своего капитана.
- Так, ребята, слушаем меня! Все знают свои места, все помнят свои схемы. Во-первых, имейте в виду: «зелененькие» надеются на скорость метел. Думают, сели на две тысячи первые «Нимбусы», так и взяли Мерлина за бороду? Да ни фига подобного! Это на стадионе мирового класса прокатило бы, а у нас поле маленькое. Пока они разгоняются и тормозят – мы их на маневре обведем! Охотники! Дин – ты у нас главная ударная сила. Взял Квоффл – сразу прорывайтесь к кольцам «вороньим клювом». Ты на острие, Деми и Джинни прикрывают. По кольцам работай только наверняка. Не можешь – пасуй девчонкам. Джинни, ты – самая меткая. Деми, у тебя лучше всех выходят крученые броски. Увидели Квоффл у любого Слиза – атакуйте вместе! Берите в «коробочку», заходите в лоб, вгоняйте в землю – этого они не любят. Маникюр берегут! – девушки и младшая половина команды захихикали. – Пикс, Кьют! По бладжерам лупите не просто так, а с умом – чтобы на рикошете как бы случайно зацепить хоть кого-нибудь из Слизов. Правила это допускают. И прикрывайте Охотников на атаке! Рон… ну, за тебя я спокоен. И самое главное, - Гарри повысил голос, - накрепко запомните: грифон всегда порвет змею! И орел всегда порвет змею!
- И барсук тоже порвет змею! – догадливо подхватила Джинни.
- Змею вертел я на… - начал было Пикс, ухмыляясь от уха до уха. Демельза тут же ловко зажала его рот ладонью и добавила наставительно:
- На метле, понятно тебе, хулиган малолетний?
Вся команда взорвалась дружным хохотом. Гарри просиял:
- А ну-ка, еще разок, все вместе!
Гриффиндорцы, встав в кружок, обняли друг друга за плечи и, азартно сверкая глазами, выкрикнули хором:
- Грифон всегда порвет змею!
Орел всегда порвет змею!
Барсук – и тот порвет змею!
Мы змей вертели на… метле!
Снаружи гулко ударил колокол, двери, ведущие на поле, распахнулись, впустив волну морозного воздуха и слитный рев трибун. Команда «львиного» факультета оседлала метлы и, плотной группой вылетев наружу, описала над полем круг, во всю глотку скандируя новую речевку.
Болельщики разразились приветственными криками и свистом. Почти две трети собравшихся, не только Гриффиндорцы, но и большая часть студентов с Рэйвенкло и Хаффлпаффа, размахивали ало-золотыми флажками. Остальная треть трибун, западный и часть северного сектора, переливались зеленью и серебром (Гарри мысленно посочувствовал Тонкс, оказавшейся в самом сердце вражеского лагеря), оттуда доносилось шиканье и свист, то и дело кто-то заводил оскорбительное «Уизли – наш король». Время от времени сквозь общий шум прорывался рев знаменитой шляпы-льва Луны Лавгуд.
Гарри заложил крутой вираж и лихо приземлился рядом с мадам Хуч, уже готовой выпустить мячи. Та взглянула на него весьма неодобрительно.
- Капитаны, пожмите друг другу руки!
Новый капитан Слизеринцев, Уркхарт, стиснул руку Гарри так, словно хотел сломать ему пальцы. Гарри ответил тем же. Невидимое со стороны состязание продолжалось почти минуту; Уркхарт первым ослабил хватку и наклонился к самому уху соперника:
- Мы вас похороним, Поттер, ты понял?
Гарри не остался в долгу:
- Как там Его Хоречество, получше? Учти, он заразен… - верзила в зелено-серебристой форме побледнел, отпрянул, как от огня, и зачем-то принялся яростно оттирать ладонь о штаны. Гарри довольно усмехнулся. Любите грязную игру? Так вы ее получите!
- Игроки – по метлам! – скомандовала мадам Хуч. – По свистку… три… два… один…
Под звук пронзительной трели обе команды взмыли в воздух. Тут же следом за ними из сундука выстрелили бладжеры и выпорхнул, сверкая серебряными крылышками, крошка-Снитч. Игра началась.
Гарри неторопливо кружил над полем, высматривая крылатый мячик, и одновременно краем глаза следил за Харпером, который метался беспорядочными зигзагами футов на пятнадцать ниже. Его суматошные перемещения только вносили дополнительную путаницу на поле, мешали остальным игрокам, и Гарри очередной раз не смог скрыть усмешки: «Как в том анекдоте – приняли дурака в команду… бладжером во второй состав!»
От этих мыслей капитана «красно-золотых» вдруг отвлек голос комментатора:
- …Говоря о нынешнем составе команды Гриффиндора, фраза «большая дружная семья» - вовсе не фигура речи. Наш героический Мальчик-Который-Выжил, похоже, в этом году собрал под свою могучую руку всех друзей, родственников друзей и друзей родственников, до кого сумел дотянуться. Незабываемая игра Рона Уизли в прошлом году должна была бы навеки преградить ему путь на поле, но дружба воистину творит чудеса – и вот Наш Король снова в игре…
Слизеринские трибуны ответили аплодисментами и свистом. Гарри заскрипел зубами с досады – вместо Ли Джордана сегодня игру комментировал Захариас Смит, напыщенный придурок-Хаффлпаффец, которого Гарри невзлюбил еще со времен «Армии Дамблдора».
- …Сладкая парочка Охотников – сестра Рона, Джинни, и ее неизменный спутник Дин Томас. По слухам, они непрерывно тренируются даже в приватной обстановке, и Дин уже успел забросить своей подружке пару-тройку Квоффлов… - взрыв жеребячьего ржания с западных трибун, невнятный шум из комментаторской кабины. – Извините, профессор, я всего лишь стараюсь быть беспристрастным…
После игры наколдую гаду змеиный язык до пупа и ослиные уши! Гарри свалил метлу в крутое пике – возле одного из опорных столбов ему почудился золотой отблеск. Увы, только почудился.
- И вот Слизерин атакует! Похоже, сейчас будет первый гол. Уркхарт принимает пас!.. бросок!..
Живот Гарри болезненно свело …
- …И Уизли отбивает Квоффл. Ну, бывает – раз в год и рак свистит, и свинья летает. Должно же ему хоть раз повезти, не так ли?
Вот именно, курносик, ему везет! Гарри взмыл вверх, нырнув в самую гущу игроков. По опыту он знал, что Снитч, как и его крылатый прообраз, предпочитает скрываться от преследователя в середине стаи любых летунов, будь то воробьи, вороны или ведьмы на метлах.
- Страсти накаляются! Охотники разыгрывают Квоффл… Что я вижу – Гриффиндор применил «Вороний Клюв», маневр, устаревший еще до того, как золотой Сниджет впервые залетел на квиддичное поле! С современными скоростными метлами этот архаичный… Томас выходит один на один с вратрем… пасует Роббинс… бросок… вполне техничный «сухой лист»… Не может быть – ГОЛ! Гриффиндор открывает счет! Это везение, определенно, невозможное, сумасшедшее везение. Посмотрим, надолго ли его хватит…
Следующие полчаса стали для Слизерина настоящей катастрофой. Квоффл влетал в северные кольца чуть ли не каждые пять минут. Четыре гола забила Джинни, пятый вколотил Дин Томас, прорвавшись к цели буквально на дистанцию «щелчка по носу». Все попытки «зелено-серебряных» контратаковать либо захлебывались еще на середине поля, либо разбивались о несокрушимую защиту Гриффиндорского вратаря. Рон раз за разом отбивал самые трудные и коварные броски, некоторые – самыми кончиками пальцев, в промежутках громко и немелодично распевая «Грифон всегда порвет змею». Речевку мигом подхватили болельщики «красно-золотых». Западные же трибуны угрюмо молчали.
- …Не хочется, но придется признать: поттеровский метод формирования команды дает весомые результаты. Все вносят свой вклад, даже Пикс и Кьют, слишком хилые для настоящих Отбивал. Поднакачать мышцы им определенно не помешало бы…
- Кьют, влепи в него бладжером! – выкрикнул Гарри со злым азартом в голосе. Кьют, хищно ухмыляясь, взмахнул битой, однако вместо комментаторской кабины бладжер угодил прямиком в Харпера, заставив слизеринского Ловца сорваться в штопор.
Еще через четверть часа Гриффиндор выигрывал всухую с перевесом уже в сотню очков. Не знай Гарри правды, он мог бы поклясться, что каждый из его товарищей по команде хватил перед игрой по полновесной дозе Эликсира Удачи. Деморализованные Слизеринцы совершали глупейшие промахи; даже новенькие «Нимбусы», казалось, не слушались своих седоков. «Красно-золотые» же действовали безошибочно и слаженно, словно единый механизм, понимая друг друга даже не с полуслова – с полувзгляда. Рон откровенно скучал на своей «Комете» и время от времени отвечал на шумные приветствия трибун величественным взмахом руки.
Возле Слизеринских колец снова началась свалка. Роланда Хуч в полосатой мантии арбитра орлом парила над толчеей, высматривая нарушения правил. Гарри неторопливо подлетел поближе и поднес ладонь козырком к глазам…
Внезапный толчок в бок, под ребра, заставил парня выгнуться дугой и едва не сбросил с метлы. Толстый свитер, поддетый под форму, - Спасибо, миссис Уизли, я ваш должник… - смягчил удар, но дыхание разом перехватило, и несколько секунд Гарри хватал ртом воздух, словно карп на берегу. Трибуны возмущенно взревели. Мадам Хуч стремительно развернулась, но опоздала. Все, что она увидела – это двух Ловцов, мирно зависших в воздухе колено к колену.
- Думаешь, этот счет что-то значит? – тихий голос Харпера над самым ухом сочился ядом. – Твой дружок-предатель крови может хоть вывернуться наизнанку – вам этот матч все равно не засчитают! Наш декан узнал про…
Замолчав на полуслове, Харпер вдруг свечкой взмыл вверх, обдав соперника ледяным ветром.
- …И пока капитан Гриффиндорцев по-отечески приглядывает за своим большим и дружным семейством, Ловец Слизерина, похоже, увидел нечто гораздо более важное! Напоминаю – счет пока только сто-ноль, а значит, еще ничего не решено! Харпер одним движением руки может добыть своей команде заслуженную победу…
Смит, ты дурак или скотина? Не заметил, как этот гад мне по ребрам заехал?! …О, дьявольщина! Гарри, морщась от боли в отбитом боку, задрал голову – и похолодел: подлец-Снитч с вальяжностью махаона порхал в зените прямо над ним.
И Харпер с ликующей физиономией мчался прямо к Снитчу.
«Молния» рванула с места так, что напором воздуха у Гарри едва не сорвало очки. Скорость у его метлы была выше, чем у «Нимбуса», и разгон она набирала быстрее, но расстояние между Ловцами сокращалось медленно… слишком медленно. Гораздо медленнее, чем между рукой Харпера и золотым крылатым мячиком.
Слизеринец щурился, моргал и то и дело отворачивал лицо от леденящего встречного потока, пальцы его вслепую шарили в воздухе, промахиваясь на какие-то дюймы. Улучив момент, Гарри заорал во всю глотку, перекрикивая рев ветра в ушах:
- Эй, змееныш! Чем тебе Малфой заплатил, чтобы ты сыграл вместо него – деньгами или натурой?
Это было подло и грязно. До невозможности грязно и подло. По-слизерински. Но это сработало. Харпер нелепо взмахнул руками, отпрянул с нечленораздельным возмущенным воплем, побагровев, как свекла, - Э, похоже, и впрямь подгнило что-то в королевстве гадском! – Снитч заполошно метнулся прочь… прямо в подставленную ладонь зеленоглазого Ловца.
- ДААА! – Гарри даже не подозревал, что в его легких хватит воздуха еще и на победный клич. – Мы их сделали, сделали, сделали!
Описав круг почета со Снитчем в высоко поднятой руке, Гарри приземлился в центре поля под восторженный рев толпы, совершенно заглушивший финальный свисток.
Гриффиндор выиграл со счетом 260-0.
Болельщики вопили и бесновались на трибунах; победители вопили и бесновались на поле, обнимались, прыгали, от души хлопали друг друга по спинам и плечам, отплясывали какой-то неуклюжий дикарский танец. Слизеринцы опустились поодаль, но уходить не спешили, словно ждали чего-то.
Гарри, едва обращая внимание на объятия, хлопки и приветственные крики, не отрывал взгляда от западной трибуны, где по проходу между рядами, спотыкаясь и чудом удерживаясь на ногах, спешила вниз знакомая фигурка в ярко-алой мантии. Высвободившись из цепких рук младшей Уизли, юноша кинулся было навстречу…
- ВНИМАНИЕ! ТИШИНА! – проревел вдруг над стадионом голос ненавистного экс-профессора Зельеварения, усиленный Сонорусом. – КАК ДЕКАН ФАКУЛЬТЕТА СЛИЗЕРИН, Я ТРЕБУЮ АННУЛИРОВАТЬ РЕЗУЛЬТАТ ЭТОГО МАТЧА!
Тишина обрушилась, словно удар грома. А профессор Снейп продолжал, чеканя слова, словно верховный судья Визенгамота, выносящий смертный приговор:
- По моим сведениям, Ловец и Вратарь Гриффиндорской команды перед игрой приняли запрещенное зелье, а именно Эликсир Удачи, Феликс Фелицитис. Следовательно, итог игры НЕДЕЙСТВИТЕЛЕН!
- Твою же мать… - прошептал Гарри. Ноги его разом стали ватными, и если бы не верная «Молния», юноша сел бы, где стоял. Взгляды всех собравшихся на стадионе скрестились на нем, вдавливая в снег неподъемным грузом. Впрочем, нет, не всех. Рон, то бледнел, то краснел, переминался с ноги на ногу, не зная, куда девать глаза. Рыжему явно хотелось провалиться сквозь землю, и чем глубже, тем лучше.
- Гарри, какого …?! Он что, с Дракучей Ивы рухнул? Как это – недействителен? Какой еще долбаный Феликс?! – возопил Пикс, и никто не стал его одергивать. Словно по сигналу, весь стадион взорвался возмущенными воплями.
- ТИХО! – глубокий властный голос Альбуса Дамблдора перекрыл шум. – Мистер Поттер, мистер Уизли, будьте любезны подняться в преподавательскую ложу. Обвинение очень серьезное, я должен сам во всем разобраться, - добавил Директор чуть тише.
Рон нога за ногу поплелся к восточной трибуне, волоча за собой «Комету». Гарри же просто оседлал свою метлу и не торопясь подлетел к ложе возле комментаторской кабины. Рон проводил его недоуменным взглядом, затем хлопнул себя по лбу и последовал примеру приятеля. Резных перил, ограждавших ложу, оба Гриффиндорца достигли одновременно.
Шестикурсников встретил суровый ареопаг в составе Директора и всех преподавателей Хогвартса (кроме Хагрида), начальника Авроров Долиша и мадам Помфри с аптечкой первой помощи наготове. Минерва Макгонагалл смерила своих студентов холодным обвиняющим взглядом и отвернулась, сжав в ниточку и без того тонкие сухие губы. Гораций Слагхорн, напротив, казался искренне огорченным, как и крохотный профессор Чар и Заклинаний. Декан Слизерина изучал отпрыска своего давнего школьного врага со странной смесью брезгливости и интереса, словно редкостное, но крайне мерзкое насекомое. Рядом со Снейпом в позе пай-девочки стояла Панси Паркинсон, и ее маленькие глазки сверкали злобной радостью.
- Итак, мистер Поттер, мистер Уизли. Вы ничего не хотите нам сказать? – спросил Дамблдор после долгой мучительной паузы, глядя на студентов поверх очков. Рон опустил голову и громко шмыгнул носом. Гарри же твердо и бестрепетно встретил испытующий взгляд Директора.
- Только одно, сэр. Все, что говорил сейчас профессор Снейп – абсолютная ложь, от первого до последнего слова.
- Да как ты смеешь, ты, маленький, наглый!.. – зашипел экс-профессор Зельеварения. Гарри не отвечал, с кривой усмешкой кивая каждому эпитету. Ну да, ну да. Несносный, ни на что не годный, высокомерный, безмозглый… короче, весь в папу. Смени спичрайтера, Сопливус!
- Северус, Северус! – Дамблдор мягко коснулся плеча разошедшегося зельевара. – Я полагаю, вам надлежит предъявить всем нам доказательства вашего… мнения.
- Если Поттер предпочитает хранить гордое молчание – охотно. Мисс Паркинсон! Повторите Директору то, что рассказали мне!
Бросив злорадный взгляд на нахохленных однокашников, слизеринка заговорила:
- Сегодня утром во время завтрака та грязно… - Деканша Гриффиндора сделала предупреждающий жест, и Панси продолжила настолько приторным голоском, что у Гарри заныли зубы, - прошу прощения, декан Макгонагал, - Староста вашего факультета, Грейнджер, заявила, что видела, как Поттер подлил Уизелу какое-то зелье. А затем стала орать на весь Большой Зал, что будет жаловаться мадам Хуч, что их обоих снимут с игры за допинг, и все такое прочее.
- Мисс Грейнджер обращалась к вам, Роланда? – перебил ее Директор, повернувшись к преподавательнице полетов.
- Нет, Альбус. Может быть, она просто не успела? Или погорячилась? В ее возрасте бывает… - рассудительно ответила мадам Хуч.
- Я так и знала, что эта тварь промолчит, чтобы покрыть своих дружков! – выкрикнула Панси, как никогда похожая в этот момент на злобного раскормленного мопса.
- Следите за языком, мисс Паркинсон! – рявкнула выведенная из себя Макгонагалл, и Панси испуганно замолчала, оглянувшись на своего декана в поисках поддержки. Тот чуть заметно кивнул.
- Вы же сами видите – эти жалкие обманщики не смогли бы выиграть без Зелья Удачи! Вы должны присудить победу нам! – Слизеринка топнула ногой, как капризная маленькая девочка. На лицах всех присутствующих, кроме Дамблдора, Снейпа и самой Паркинсон, появились одинаковые ухмылки.
- Будешь и дальше играть в оскорбленное достоинство, Поттер? – глумливо усмехнулся Снейп. – Может быть, твой приятель Уизли окажется разговорчивее?
- Гарри хотел как лучше… - пробубнил Рон, старательно глядя на носки своих ботинок.
- Та-ак… - протянул профессор, не скрывая торжества. – Значит, зелье все-таки было?
- Было, - неожиданно легко согласился Гарри. – Только не то, о котором вы подумали. Профессор Слагхорн! Вы, как по-настоящему компетентный Мастер Зелий, - скрежет зубов Снейпа услышали все без исключения, - наверняка можете определить признаки и последствия приема Феликс Фелицитис… или любого другого состава, верно?
- Ну, не то чтобы любого… - пробормотал явно польщенный старый Зельевар. – Коллеги! А ведь верно! Как же это сразу не пришло нам в голову? И вы, Северус, слишком торопитесь с выводами. Благодарю, мой мальчик. Продолжай.
- Ну… если бы мы с Роном приняли Эликсир Удачи, мы бы сейчас не здесь стояли, а готовились к вечеринке в честь победы в факультетскй гостиной - это раз.
- Да… действительно, - кивнул Слагхорн. – Звучит вполне логично.
- Продолжай, Поттер. Мне тоже интересно, до чего ты договоришься в своих убогих попытках оправдаться, - процедил Снейп сквозь зубы.
- Второе – то, что удача одного человека – это удача одного человека, и на семерых ее не хватит. Разве что я ухитрился незаметно подлить Феликс Фелицитис всей команде. Но Миона… простите, Староста Грейнджер говорила только о Роне, разве не так?
Некоторые преподаватели уже чуть заметно улыбались. Симпатии их медленно, но верно склонялись на сторону Мальчика-Который-Выжил. А тот продолжал:
- И в-третьих и в-главных, все, что я принимал сегодня утром – это Бодроперцевый бальзам…
- ВОТ! – Снейп вытянул руку, указывая на Гарри прокурорским жестом. – Вы слышали! Он сам признался!
- Помолчите, Северус, - неожиданно вступилась за Гриффиндорца до сих пор молчавшая мадам Помфри. – Этот бальзам дала ему я вчера вечером, три флакона. Поттер явился ко мне, явно простуженный после тренировки, попросил что-нибудь от гриппа… Первую дозу он принял прямо при мне, вторую должен был принять сегодня утром, после завтрака, и третью – после игры. Это был педиатрический раствор, всего десять процентов! Только-только простуду вылечить! И между прочим, если вы не в курсе, - школьная Целительница ехидно прищурилась из-под очков, - Бодроперцевый бальзам в основной форме прямо рекомендован игрокам в квиддич для восстановления сил после длительных игр и тренировок в экстремальных условиях! И по международной классификации допингом он не является! Так-то! И оскорблять моего пациента я вам не позволю!
- Все это только слова! – отмахнулся Снейп. – Я уверен: мальчишка врет, и врет нагло! Пока я не увижу доказательств…
- Так вам нужны доказательства? – сарказм в голосе Гарри можно было мазать на хлеб вместо горчицы. – Будут вам доказательства. Ассио моя зимняя мантия!
Юноша повернулся к полю и взмахнул палочкой. Через несколько секунд из дверей раздевалки для мальчиков вылетело нечто вроде громадной уродливой летучей мыши и устремилось к преподавательской ложе. Когда мантия перелетела через перила, Снейп протянул было руку – поймать, но Гарри с его инстинктом Ловца оказался проворнее.
- Дайте ее мне, Поттер. Немедленно! – приказал Снейп самым угрожающим тоном.
- Нет, сэр! Ваше мнение пристрастно! – юноша с удовольствием вернул разъяренному профессору его собственную фразу. – Мадам Хуч, если вы не против… Вы – арбитр, вам беспристрастность по должности положена.
- Спасибо за доверие, молодой человек, - иронически хмыкнула та, принимая мантию.
- Посмотрите в правом боковом кармане и в левом внутреннем, - вполголоса подсказал Гарри.
На свет явились два пустых флакона из-под Бодроперцевого бальзама, и запечатанный – с Эликсиром Удачи. Гарри спокойно комментировал:
- Как вы и сказали, мадам Помфри, вторую дозу я хотел принять за завтраком, перед игрой. Добавил бальзам в кофе, чтобы не так жгуче было… А то, что этот кофе выпил Рон – вышло совершенно случайно.
- Почему же тогда мисс Грейнджер решила, что в кофе был Феликс Фелицитис? – поинтересовалась Макгонагалл уже вполне мирным тоном.
- А вот это уже не ко мне вопрос, а к Гермионе и ее тараканам, - ухмыльнулся Гарри.
Минерва нахмурила брови, но в глазах ее блестели веселые искорки.
Слагхорн принял из рук мадам Хуч флакон с Эликсиром Удачи и внимательно осмотрел горлышко.
- Хм… действительно, печать цела. Я рад, что не ошибся в тебе, мой мальчик! Возьми, он твой по праву!
Однако не успел Гарри протянуть руку, как Северус Снейп грубо выхватил флакон из пальцев коллеги.
- Поттеру ваш Эликсир не понадобится, Гораций! Во избежание подобных соблазнов в будущем…
- Северус! – в голосе Минервы Макгонагалл прозвенела сталь. – Северус! Вы свое слово уже сказали. Молодой Поттер – мой студент, и мне решать, достоин ли он и впредь владеть подобной наградой, или нет. Мне, а не вам. И прекратите вести себя, как капризный недоросль. Верните Эликсир.
С выражением лица, способным вогнать в окаменение саму Медузу Горгону, профессор ЗОТИ швырнул Гарри злополучный флакон. Юноша едва успел поймать его над самыми перилами.
Резко развернувшись, Снейп стремительным шагом покинул ложу. Развевающаяся за спиной мантия зацепились за что-то, профессор яростно дернул полу, раздался треск рвущейся ткани – и, оставив на ближайшей к выходу скамье изрядный лоскут подкладки, самый нелюбимый преподаватель Хогвартса сбежал по ступенькам, ругаясь в голос самыми черными словами. Панси Паркинсон на миг задержалась на верхней ступеньке:
- Ты за это заплатишь, Поттер! – прошипела она, багровея лицом.
- Да хоть сейчас! - Гарри нашарил в кармане брюк неизвестно как угодившую туда монетку в два кната и кинул Слизеринке. Та машинально поймала ее и тупо уставилась на добычу. – Этого хватит. Даже с лихвой, не так ли?
- Скотина шрамоголовая! Гриффиндурок! – завизжала Панси, швырнула монетку обратно, промахнулась и помчалась догонять своего декана.
Рон, про которого на несколько минут все забыли, ошарашенно переводил взгляд с приятеля на профессоров и обратно, разинув рот. Лишь с уходом Снейпа рыжий Гриффиндорец вновь обрел дар речи:
- Д-дружище… То есть это что же выходит? То есть я сегодня играл… без Зелья Удачи? Но погода… И Вайси…
- Дошло, наконец, хвала Мерлину! – Гарри невежливо фыркнул. – Права была Джинни насчет твоего Патронуса…
- Гарри, мальчик мой, - вмешался Дамблдор, улыбаясь, как Санта-Клаус на детском празднике, - я полагаю, что этот маленький досадный инцидент исчерпан? Справедливость восстановена?
Гарри поморщился, как от зубной боли. Исчерпан, как же! Сопливус, кривоносый ублюдок, сбежал и даже не потрудился извиниться. Дождешься от него… тридцатого февраля, на рассвете вечером! А вы, многоуважаемый Директор, смотрели и улыбались, будто так и надо… «Гарри, мальчик мой, рано или поздно ты поймешь, что это было для твоей же пользы!» Выплыл из дерьма, Избранный? Молодец! Вперед, к следующей яме! …А, к черту! Мы же победили, разве не так? – Да, Директор, сэр. Вполне.
Не заметив гримасы на лице Поттера, - или сделав вид, что не заметил, - Дамблдор невербальным «Ассио» призвал комментаторский микрофон.
- Внимание, всем! Декан Северус Снейп, как выяснилось, был введен в заблуждение неверными… эээ… сведениями, и отказался от своих претензий. Окончательный итог игры ЗАСЧИТАН!
Трибуны взорвались, словно вулкан. Ликующие крики оглушали; в воздух полетели красно-золотые флажки, кто-то наколдовал с дюжину шаров-хлопушек, и они с треском лопались над полем, осыпая игроков и болельщиков сверкающими конфетти.
- А вам, юноши, еще по двадцать пять баллов, - добавила Минерва Макгонагалл, довольная, как кошка над блюдцем сметаны. – Уизли – за отменный спортивный навык; вам, Поттер – за смелость, честность и беспристрастность. Вы сегодня дважды отстояли честь факультета!
- И еще десять баллов от меня лично, - лукаво улыбнулся профессор Слагхорн. – Считайте, мой юный друг, что зачет по свойствам Феликс Фелицитис вы успешно сдали!
Гарри смущенно опустил глаза. Рон, напротив, напыжился, как павлин.
- Молодые люди, я вас больше не задерживаю, - суровость деканши явно была напускной. – Не подводите ваших друзей – что за праздник без главных героев?
…Когда друзья вновь спустились на поле, им даже не дали коснуться ногами земли – подхватили на руки прямо с метел и принялись качать. То слева, то справа над головами сверкал блиц – вездесущий Колин Криви старался вовсю. Сквозь толпу с оглушительным визгом: «Дайте мне моего Бон-Бончика!» пробивалась, отчаянно работая локтями, Лаванда Браун; прямо ей в затылок пристроилась фигура в знакомой Аврорской мантии.
Не выдержав атаки гиперактивной блондинки, болельщики поспешили вернуть обоих героев на грешную землю. Лаванда тут же кинулась на шею своему кумиру и впилась в его губы с пылом изголодавшегося людоеда. Тонкс шагнула навстречу Гарри, тут же поскользнулась на затоптанном в снег метловище – и у юноши появился вполне легальный повод обняться с возлюбленной.
- Гарри, давай рассказывай – что вы там такое откололи, что Сопливус пошел на попятный? От твоего приятеля сейчас слов ждать бессмысленно, - Тонкс игриво подмигнула, - завидую! Ну же, не молчи, а то я лопну от любопытства!
Ближайшие студенты притихли и навострили ушки.
- Ты же меня знаешь – я, как на суде, говорил правду, только правду и ничего, кроме правды! – и Гарри в нескольких фразах описал то, что происходило в преподавательской ложе. Тонкс просияла и, никого не стесняясь, звонко поцеловала парня в щеку.
- Гарри, я тебя О-БО-ЖА-Ю! Ты мой герой! Ну что такое все эти дементоры, драконы, василиски, Тот-Самый-Который – скука и рутина! А вот при всей школе посадить в лужу Сопливуса – это уже легендарно!
Шумно галдящая толпа студентов потянулась к воротам замка. История о посрамлении ненавистного экс-Зельевара передавалась из уст в уста, обрастая по ходу самыми фантастическими подробностями. Гриффиндорцы-старшекурсники предвкушали грядущую вечеринку. А Гарри и Тонкс, укрывшись заклятием «Муффлиато», тихонько беседовали о своем.
- …После сегодняшнего подвига, олененок, ты заслужил не просто награду, а настоящий суперприз! Ты знаешь, какой… - Гарри кивнул и опустил глаза, не в силах удержаться от дурацкой улыбки от уха до уха. – А получать его положено в специальной обстановке.
- Например?
- Я чисто случайно знаю пароль от Ванной Старост. Сегодня туда вряд ли кто сунется. Только представь себе: волшебный гидромассаж, целая гора пены с ароматом ландышей, и посреди всего этого – я, твоя до пяточек, одетая только в три капельки духов «Тропическая Страсть»… Что скажешь?
- Дора, пощади! – взмолился Гарри и добавил еле слышным шепотом, в самое ухо. – У меня же сейчас ширинка лопнет… а на застежку-молнию «Репаро» не действует, я проверял!
- Малыш, не льсти себе! Все не так ужасно. Я так понимаю, идея тебе нравится?
- У меня есть получше. Знаешь портрет Барнабаса Вздрюченного на седьмом этаже? Ну, тот, на котором маг пытается научить трех троллей танцевать балет?
- Конечно, знаю! За ним еще что-то вроде склада, куда домовики стаскивают все потерянное студентами барахло. Мне про него Гестия рассказала, когда я на втором курсе умудрилась посеять где-то телескоп. Чтобы туда попасть, надо три раза пройти мимо портрета, подробно представляя себе то, что потерял… Постой, ты хочешь… там? Ну и фантазии у тебя!
- Да нет же! Мне эту комнату Добби показал. Эльфы еще называют ее Выручай-Комната или Комната-по-Требованию. Она может превратиться во что угодно, если как следует напрячь воображение. Добби нашел это место, когда Винки, его подружка, крепко запила с горя – ее ведь хозяева вышвырнули, а Хогвартс так и не принял – и ей нужен был укромный закуток, чтобы проспаться. В прошлом году, когда мы искали тайное место, чтобы практиковаться в ЗОТИ, Выручай-Комната превратилась в дуэльный класс – с пособиями, мишенями, манекенами для спарринга и всем прочим. Мы там прозанимались чуть ли не полгода, пока эта стервочка Эджкомб нас не сдала. Кстати, защита там в самом деле надежнее любого пароля. Эджкомб просто знала, что искать. А тот, кто не знает, найдет либо склад старого хлама, либо чулан с метлами. А сегодня… Помнишь, я говорил тебе – я хочу, чтобы наш первый раз стал для нас самым-самым большим праздником? Я, кажется, знаю, как это сделать. В Выручай-комнате достаточно потерянного барахла (Тонкс хихикнула в кулачок), чтобы исполнить любые фантазии, и твои, и мои… В том числе и много-много пены с ароматом ландышей!
- «В том числе»? Звучит вдохновляюще. Я даже не буду спрашивать об остальном – не хочу портить сюрприз. Мое дежурство кончается в восемь. Ничего, если я буду на седьмом этаже в полдесятого?
- В полдесятого?
- Ну да. Мне же надо покрасивее упаковать мой подарок! – подмигнула Тонкс. - А ты будь осторожен. Не налегай на Огденское после пива – ты мне нужен свежий и бодрый!
- Дора!
- И не обижайся – будто я не знаю, что такое студенческие вечеринки!
- Ладно! Обещаю и клянусь: до начала свидания не возьму в рот ничего крепче чая!
- На какие только жертвы люди не идут ради любви… Ну, мне пора. До вечера! – Тонкс потянулась было поцеловать Гарри, огляделась по сторонам, смутилась и только приобняла его за плечи.
Гарри вздохнул, проводив девушку мечтательным взглядом, и с неохотой переступил порог замка.
В факультетской гостиной яблоку было негде упасть. Не успел Гарри миновать портрет Полной Дамы, как его окружили, затискали, затормошили, в обеих руках сами собой образовались два бокала, со сливочным пивом в правой и с сидром – в левой. Поздравления с победой слились в один шумный нестройный хор; братья Криви, Колин с камерой, Деннис с блокнотом и Борзопишущим Пером, требовали детального разбора матча и подробностей скандала в преподавательской ложе. Братья вскоре затерялись в целой толпе девочек всех возрастов, от второго до седьмого курса, которые строили глазки, пытались, как бы невзначай, прижаться боком или плечиком, и хихикали над любым комментарием, словно над остроумнейшей шуткой. Каким-то чудом Гарри ухитрился переключить общее внимание со своей скромной персоны на Рона и, оставив приятеля купаться в лучах славы, поднялся в спальню шестикурсников.
Домовые эльфы, как и всегда в подобных случах, уже успели перенести одежду игроков-победителей из раздевалки в платяные шкафы в спальях. Мысленно поблагодарив маленьких тружеников, Гарри быстро ополоснулся под душем, переоделся и под Чарами Отвода Глаз незаметно покинул Гриффиндорскую башню.
Из-за приоткрытой двери ближайшей аудитории доносилось громкое мелодичное чириканье. Гарри заглянул внутрь. Помещение было пусто. За учительским столом сидела Гермиона, с бледным застывшим лицом, неподвижная, как статуя. Над ее головой вилась, словно миниатюрная модель планетной системы, стая ярко-желтых канареек.
- Упражняешься? – спросил Гарри нарочито веселым тоном. Настроение подруги ему определенно не нравилось. – Здорово у тебя получается. Красиво! А ты чего не со всеми? Отдохни, расслабься! Сливочного пива выпей, в конце концов - сегодня можно, тем более есть за что.
Медленно, словно только сейчас обнаружив, что не одна, девушка повернула голову – и Гарри заметил, что ее глаза полны слез.
- Миона, что с тобой? – юноша встревожено подался вперед. – Что стряслось? Тебя кто-то обидел?
Рот Гермионы некрасиво искривился.
- Ты… - прошептала она, и по ее щекам протянулись мокрые дорожки. – Ты! Гарри Поттер, ты… как ты мог? Как ты мог?! Ты… ты мерзавец! Оппуньо!
Повинуясь взмаху палочки, канарейки покинули свою орбиту и со злобым визгом ринулись в атаку на ошарашенного Гриффиндорца. Тот неуклюже отпрыгнул назад, выскочил в коридор и захлопнул за собой дверь. В следующий миг дверь задрожала под градом ударов: бешеные колдовские птахи даже не подумали притормозить, и, судя по звукам, разбились в лепешку все до единой. Затем изнутри донеслись сдержанные рыдания.
Гарри на цыпочках отошел от двери. Гермиона была одной из самых сильных, и уж точно самой знающей колдуньей изо всего их потока, и приближаться к ней сейчас означало рисковать жизнью. Пообещав себе разобраться с этим позже, юноша нетерпеливо взбежал по лестнице до седьмого этажа.
Возле портрета Барнабаса (тролли в когда-то белых пачках хмуро взирали на незадачливого мага, который неуклюже подскакивал и кружился, пытаясь изобразить нечто вроде фуэте) Гарри остановился и попытался сконцентрироваться. Перед его внутренним взором мелькали картинки интерьеров из глянцевых журналов тети Петунии, кадры из фильмов и телепрограмм, не желая собираться в единое целое. Мысленно дав себе подзатыльник, Гарри прижался лбом к стене – Барнабас и его ученики изумленно уставились на гостя – и прикрыл глаза, смирив дыхание. Проще было начать с нуля.
Это напоминало практику у профессора Макгонагалл по теме «Материализация объектов», только гораздо более увлекательно. Мысленно ограничить рабочее пространство. Наполнить его светом. Задать цветовые формы, затем плотность, фактуры, внешние и внутренние, обозначить деталировку. Гарри внезапно ощутил соприкосновение с неким источником силы, теплой и дружелюбной, готовой подчиниться, помочь, подсказать, где-то мягко направить…
Открыв глаза, юноша обнаружил перед собой не каменную стену, а резную двустворчатую дверь. Створки гостеприимно распахнулись, приглашая войти.
Переступив порог, Гарри Поттер окинул взглядом помещение и довольно улыбнулся.
Выручай-Комната была великолепна.