ВОЛШЕБНОЕ СЛОВО
Серия фиков "по заказу" на определенные слова

Автор: Алёна
Рейтинг: разный
Пейринг: одинаковый :)
От автора: Иногда встречаются кроссоверные пересечения с сериалом про доктора Хауса и с детским циклом "Слишком много любви".
Дисклаймер: Все чужое. Моя только любовь, дети, посторонние персонажи и миссис Оливер :)

ДЕСЯТЫЙ фик по заказу
заказчик - Эмелин
слово - мой мужчина

От автора: Когда я писала это, мне постоянно вспоминался старый анекдот про конкурс на самый короткий рассказ, в котором должна присутствовать тайна, сексуальная тема, должна фигурировать королева и быть упомянут бог. Просто когда я попыталась представить, что бы хотел видеть в тексте заказчик, то у меня получилось следующее: "альфо-бетские отношения", инверсионный секс, упоминание о детях и финал. Такой, как в моей Вселенной. То есть совсем не хеппи энд (хотя...)
Это такой варнинг, кстати.
И еще. При написании текста мне понадобилось употребить два матерных слова. Но я не смогла. Я вписала эти слова в текст, но текст начал упорно сопротивляться. И я вставила эвфемизмы. Да, я флаффер, но все-таки мне упорно кажется, что эвфемизмы здесь куда более на месте. И что именно эвфемизмы они и произносили.

&

МОЙ МУЖЧИНА

Он и правда соскучился. Очень сильно.
Казалось, этой смене никогда не будет конца: приборы уже двоятся перед глазами, кофе хлещет из ушей, а ребята из ночной смены приносят на обработку всё новые и новые пакеты.
А самое главное – у Гила тоже прорва работы, и он даже не заглянул в лабораторию за это время. Ну, ничего. Скоро смена все-таки кончится, впереди два выходных, и можно будет опять увидеться. Пусть тайком, с соблюдением строжайшей конспирации, - но разве это помеха? Да, нельзя никому об этом рассказать, – но и не надо, наверное. Не надо никому знать, как Грэг проведет эти выходные. Никому не понять, как замечательно лежать с Гилом в обнимку, слушая его шепот, чувствуя растущее возбуждение: и как здорово отдаваться ему, принимая его в себя, чувствуя тяжесть его тела. Вся грязь и напряженность работы куда-то уходит, и…
Мысли оборвал телефонный звонок. Словно по заказу, на дисплее высветилось имя.
"Он что, чувствует?" – улыбнулся Грэг.
Пара фраз по работе, пара уточняющих вопросов – и такое желанное "До вечера".
- До вечера, - прошептал Грэг в трубку. А закончив разговор, увидел, что в дверях стоит Ходжес.
- Это кто? Твоя девушка? – поинтересовался Дэвид с наглой усмешкой.
Тут Грэга охватила такая холодная злость, что он не сдержался.
- Нет, - ответил он. – Это мой мужчина.
И ушел в комнату отдыха, оставив Ходжеса хлопать глазами в коридоре.

&

- ...Да с чего ты, ушастый, в самом деле, так растерялся? – тон у Гила вроде бы серьезный, а глаза смеются. – В каком смысле "неудобно"? Может, мне и правда на четыре точки встать?..
Их отношениям всего полгода, они вместе не раз хихикали на эту тему, но Грэгу и в голову не могло прийти, что Гил об этом серьезно думает!..
- Ну что ты? – теплая рука скользит по бедру, близкое дыхание щекочет кожу. – Только не говори мне, что ты ни разу этого не делал, а?
- Ну п-почему, - Грэг от смущения даже стал заикаться. – Д-делал. Д-два или три раза...
- И как? – теперь и глаза у Гила смеются, и губы. С ума сойти можно.
- Д-да так… В общем, это… мне сказали, что я долбоклюй и моё место внизу. Вот.
- Сами они… долбоклюи, - неожиданно говорит Гриссом обыденным тоном. Словно обсуждает улики.
Грэг удивленно моргает – вот уж не ожидал услышать от шефа такие слова! А Гил продолжает ласково, но уверенно:
- СО МНОЙ твоё место не внизу. Мы с тобой партнеры. Везде. И сегодня ты – мой мужчина, слышишь? Кстати, я очень надеюсь, что не в последний раз…
Грэг открыл рот, но не смог ничего сказать. Потому что не знал – как выразить всё, что он чувствует. И потому что поцелуй, последовавший за этим, убрал напрочь все страхи и все сомнения.

&

- Нет, ты подумай, – возмущенно произносит Грэг, встряхивая бутылочку с молочной смесью, - какие сволочи наши дорогие коллеги? Звонят, интересуются, как дела, говорят "Ну вы даете, что натворили, весь департамент на ушах", а потом мило так сообщают: "В общем, Сандерс, приходил шериф, спрашивал, как у тебя дела, а мы ему сказали – да как у него дела, он у нас теперь мама и сидит в декретном отпуске…"
Дальше по сценарию должен следовать веселый смех, но Грэгу почему-то не смешно. Может, просто от усталости.
А вот Гил улыбается. Берет у Грэга из рук злосчастную бутылочку, ставит на стол:
- Здесь они однозначно неправы.
Грэг недоуменно смотрит на Гила, а тот продолжает:
- Я, например, точно знаю, что ты мужчина. Поэтому какая же ты мама? Ты папа. И когда наш мальчишка вырастет - вот увидишь, он прекрасно это поймет…
У Грэга перехватывает горло, но он сдерживается. А Гил произносит уже совсем шепотом:
- Ты настоящий мужчина, Грэг. И я чертовски горжусь, что ты – мой мужчина. И решение наше было очень мужское…
Грэг уже улыбается. Замечательно.
- Поэтому, - произносит Гил интригующе, - когда молодое поколение уснет, предлагаю пойти и бросить монетку. А может, у тебя пожелания есть на этот счет? Куда ты сегодня хочешь?...
И Грэг наконец смеется. Господи, это так здорово, что они оба мужчины. Причем им без разницы – кто наверху. Они вместе. А остальное неважно.

&

- …Таким образом, уважаемые коллеги, опыт работы показывает, что данные способы исследования частичных потожировых отпечатков дают вполне удовлетворительные результаты. Спасибо за внимание. Прошу ваши вопросы…
Вместо вопросов раздались аплодисменты, и Гриссом довольно улыбнулся.
Они проделали хорошую работу. И теперь оба имеют право ею гордиться.
- Так что, не будет вопросов? – спросил Грэг с кафедры. И тоже улыбнулся - куда-то в зал. Только одному человеку.
- Мистер Сандерс, – робко поднялась девушка в первом ряду, - а что, если…
Гриссом подумал, что Грэг все-таки выглядит неприлично молодо для своего возраста. Настолько молодо, что сосед Гила по ряду, видный криминалист из Огайо, наклонился и спросил:
- Так это и есть ваш мальчик, да?
- Нет, - ответил Гриссом, даже не задумавшись. А в ответ на недоуменный взгляд пояснил:
- Это мой мужчина.
Глаза коллеги из Огайо стали еще более удивленными, но Гила это не волновало. Гораздо интереснее было слушать, как Грэг отвечает на вопросы.

&

Уилсон сказал, что теперь осталось месяца три. В крайнем случае – четыре.
Можно было, конечно, расслабиться и ждать: мол, все равно уже ничего не изменишь. Но может быть?..
Хотя бы один лишний день. Лишний час.
Только что звонил Ник Стоукс. Просто спросить: как дела. Интересовался, чем помочь. А потом вдруг сказал:
- И чего ты так мучаешься, приятель… И его мучаешь. Сколько денег на лекарства летит, на процедуры. Дали бы уже человеку уйти спокойно, все равно же это не жизнь, и больно-то как, наверное…
В ответ Грэг послал Ника матом. Впервые за тридцать лет их знакомства.
На полу спальни, проникая сквозь неплотно прикрытые шторы, плясало солнце. Гил перестал любить темноту. "Еще успею насмотреться", - говорил он с мрачной усмешкой, от которой у Грэга все переворачивалось внутри.
- Гил, время, - сказал он, бросая взгляд на часы. – Упаковка номер три, две таблетки. Дать запить?
- Кто-то звонил, да?
- Ник звонил, - нехотя ответил Грэг. – Нес всякую ерунду…
Он осекся, натолкнувшись на выжидательный взгляд партнера. И, можно сказать, сорвался.
- Гил… в общем, он сказал, что это все равно не жизнь, что тебе и так больно, и что мы совершенно напрасно не даем тебе уйти спокойно...
Пауза.
- В чем-то он прав, - негромко произнес Гриссом. – Больно… И знаешь, отчего?
Еще пауза.
- Больно не из-за... болезни... Просто это слишком рано, Грэг. И людям не объяснишь, что так замечательно утром снова открыть глаза и увидеть, что мы с тобой все еще вместе. И что поэтому так важно: лишний день... лишний час... А это значит – что?
- Что? – эхом откликнулся Грэг, слегка вздрогнув: так были похожи эти интонации – пусть слабые, еле слышные – на те, прежние. Когда Гил Гриссом был супервайзором, а Грэг – стажером.
- То, что нужно бороться дальше. Как ты там сказал – упаковка номер три, две таблетки? И дать запить. Кстати, что ты Нику-то ответил?
- Я ответил, что он долбоклюй. И что не пошел бы он нахрен, – спокойно произносит Грэг, открывая бутылку минеральной воды. – Держи…
- Вот как, - улыбается Гил. Грэг, наклонившись, приподнимает ему голову, чтобы удобнее было пить; и скорее угадывает, чем слышит:
- Друга старого, значит, матом послал. За дело. Настоящий мужчина…
А потом Гил поднимает руку и притягивает Грэга ближе к себе.
- Мой. Мой мужчина.