Примечание автора: эта история уже написана, поэтому выкладываться она будет очень быстро. Всего будет около 16 глав (37 тыс слов). Я была бы очень рада услышать любые комментарии- что понравилось, что не понравилось, где сшито белыми нитками, где нужно больше (меньше?) ангста... И приятного прочтения)
Дети пытались храбриться и выглядеть независимыми, но получалось плохо. Сириус был невыспавшийся и хмурил брови, Джеймс то самоуверенно скрещивал руки на груди, то с испугом смотрел на отца. Тот был сердит и настроен узнать правду. В отличие от девушек, бывших в комнате до этого, сына с приятелями он успокоить не пытался. Печенья им тоже предлагали. Странно: с одной стороны, уже почти взрослые волшебники, а с другой такие ещё мальчишки…. Что они успели натворить?
Наконец-то вернулась задержавшаяся Кэтрин, можно было начинать. Как всегда, заговорил лорд Чарльз:
-Итак, молодые люди. У Вас есть, что нам рассказать?
-Пап, мы не…
-Джеймс, я здесь как официальное лицо.- оборвал Поттер. -Что «вы не»?
Но мальчик стих и опустил глаза. Альфард подумал, что ни к чему играть в плохого аврора, только перепугаются оба, но Поттер уже продолжал:
-Когда вы познакомились с Северусом Снейпом?
-На первом курсе, в Хогвартс-экспрессе,- еле слышно прошептал Сириус.
-Вы понравились друг другу?- спросила Мортон, и её мягкий женский голос и постановка вопроса слишком сильно контрастировали с сердитым лордом Чарльзом.
-Нет, он придурок,- помотал головой Джеймс,- грязный слизеринец, а строит из себя…
«Какого боггарта он несёт?!»- лорд Поттере готов был взорваться, Макгонагл смотрела на воспитанников с праведным гневом, но Джеймс будто не замечал этого, выражая презрение к недостойному однокласснику. До этого Альфард не до конца воспринимал саму возможность того, что мальчики могут иметь отношение к случившемуся. Но сейчас эта перспектива вдруг стала слишком реальной.
-Сириус,- требовательно произнёс Блэк, но на сам приказ его не хватило. Сказать правду? Он не был уверен, что хочет её услышать. Что могли сделать какие-то дети, в конце то концов?
-Он слабак и плакса,- поведал племянник, тем самым голосом, которым жаловался на надоедливого младшего брат,- и вообще тёмный волшебник.
Альфарду хотелось стукнуть кулаком по столу, спросить, не взаимоисключающие ли это понятия, напомнить, что хотя их семья и считалась тёмной, плохой не была, но он не мог двинуться, его подташнивало, а в голове крутилось, что даже если и была у них бескомпромиссная мальчишеская вражда, должно быть что-то другое, потому что не могли эти воспитанные чистокровные дети сделать ничего такого, чтобы довести сверстника до… Они и вещей-то таких не знали, Альфард не мог сам придумать что-нибудь подобное.
-Нам известно о вашем бессмысленном детском противостоянии, - с трудом сдерживаясь, произнесла Минерва,- Вы применяли к однокласснику насилие?
Мальчик отвёл глаза и собирался ответить (стыдливо отнекиваться или гордиться?), но захлопнул рот буквально за мгновение до того, как заговорил лорд Чарльз. Тот был снова зол: -Профессор Макгонагалл, о повторяющихся драках нам уже сообщили не только трое студентов, но и вы сами. Предлагаю считать этот установленным. Нам нужно сосредоточиться на чём-то более существенном.
Минерва задохнулась от возмущения и стала на секунду выглядеть не старше двадцати, нет, семнадцати лет. Наверняка в этот момент она одинаково ненавидела и не оправдавшего ожиданий сына и его обвиняющего и бескомпромиссного отца. Альфард её понимал: винить её было бессмысленно для дела и несправедливо по-человечески- уж кто-кто, а Миневра всегда стояла за правду до последнего и не позволила бы ничему такому происходить на её глазах, если бы догадывалась о последствиях. Но и то, что начальник аврората счёл себя выше всех на свете тоже не удивляло его. В конце концов, ему тоже проще было винить за неправильное воспитание сына старую, подслеповатую, закостеневшую в традициях школу.
-Что же такого случилось? Вы сдали ЗОТИ уверен, все без особых проблем. Мы не поленились просмотреть все экзаменационные работы- ничего особенного, если не считать подавляющую нехватку знаний некоторых ваших однокурсников, но это к делу не относиться.
«Припахал небось Джейн. Мог и остальным показать, хотя бы ответы Северус»- впрочем, тут же появилась мысль, что в неведении остались не все из расследовательской группе.
-А на следующий день у всех всё в порядке, кроме Снейпа. Все готовы к покорению новых рубежей знаний. Кроме твоего брата, Сириус- если бы не мальчик, не знаю, удалось бы нам напасть на след вовремя.
Альфард не успел даже мысленно напомнить, что тогда ни Поттера, ни его команды в школе ещё не было, он увидел, какая волна дрожи пробежала по плечам племянника. Он и не думал никогда, что Сириус так заботится о младшем- весь в отца.
-Говорите немедленно, что произошло тогда. Джеймс. Что вы натворили?
Мальчик распахнул глаза- красивые, карие, в точности, как у отца, только у того они в этот момент были прищурены. Сириус смотрел в сторону, и Альфард хотел было призвать его к вниманию, но забыл про это, когда Джеймс заговорил.
-Пап, он правда нас спровоцировал! Я не виноват, я просто подошёл поболтать, как всегда…
-Он Эванс грязнокровкой обозвал!,- сейчас оба школьника утратили показную невозмутимость, никогда не бывшую чересчур убедительной, и разгорячённо, так по-детски, доказывали свою невиновность. Все взрослые в комнате были настроены не в их пользу.
-Давайте отложим ваши мотивы ненадолго,- в деловой манере прервала Мортон. Это было не так уж легко, прервать разозлённого лорда Чарльз, но ей будто было всё равно. – Начнём с фактов, если никто не возражает. Что конкретно вы сделали?
Джеймс, смотря просяще и напугано, всё-таки ответил:
-Я не знаю, что случилось… Мы просто хотели пошутить…- лорд Чарльз начинал краснеть,- он обзывал её, кидался заклинаниями. Я его перевернул и…- ему будто не хватало сил выговорить что-то.
Все смотрели на него с удивлением, не веря, что сейчас наконец-то узнают, что же произошло в школе за день до экзаменов. Но Джеймс снова замолчал. Вот-вот лорд Поттер должен был взорваться и приказать сыну закончить, но пока он стоял, задумавшись и поджав губы, Альфард, непонятно почему, обратился к Сириусу:
-Рассказывай.
Тот пожал плечами, защищаясь и отстраняясь от всего одновременно:
-Ну, там народу было, орали все, он вверх ногами висел, вот мы и сняли с него трусы.
Последовала немая сцена. Джеймс, приложил руку к лицу и согнулся к столу. Сириус после своих слов замер, не осмеливаясь смотреть никому в глаза. Вокруг Чарльз в воздухе почти можно было ощутить искры чистой силы и гнева. Минерва, раскрыв рот, с возмущением посмотрела на Альфарда, будто это он был во всём виноват. Только Мортон была спокойна: она только поджала губы и покачала головой, хоть Альфард не верил, что она могла знать заранее. Впрочем, догадываться могла.
В этот момент Поттер начал медленно подниматься со своего места. Его сын будто не обратил внимания. Альфард, почти не задумываясь, схватил Чарльза за руку. В голове у него всё ещё крутилось равнодушное: «вот мы и сняли с него трусы», но где-то глубже он знал, что ничего ещё не законченно, что им предстоит разбираться и дальше. Поттер посмотрел на его руку, не понимая, откуда она взялась, но, похоже, это привело его в чувство. Он не сел на место, только положил кулаки на стол, угрожающе нависая над детьми.
-Что это значит?- произнёс он раздельно,- Джеймс, а ну-ка поясни.
Мальчишка наконец отнял руку от лица. За каких-то пару минут он побледнел, будто сжался. Не ответить отцу Джеймс не посмел, но на вызывающую откровенность Сириуса его не хватило. Он принялся оправдываться, как нашкодивший пятилетка.
-Папа, я не знаю,- это «я не знаю» он повторил уже раз пять, и это невероятно злило. Этому сейчас-не-такому-блистательному гриффиндорцу было уже полных шестнадцать лет, трудно было поверить, что он не мог предугадать последствия своих действий. –Мы не хотели, чтобы так получилось, я не думал устраивать ничего такого, просто вокруг собралась такая толпа, все кричали…
Озабоченный реакцией лорда Чарльза, Альфард совсем не обратил внимания на Макгонагалл. Когда Минерва заговорила, он ещё успел подумать, что для её болезненно обострённого чувства справедливости такой немыслимый акт подростковой жестокости не мог просто проскользнуть, да вспомнил, как четырнадцатилетняя девочка с тугими косами отчитывала его с приятелем за поедание сэндвичей над библиотечной книжкой. Едкий на язык Лестрейндж тогда посоветовал ей следить за кем-нибудь с её факультета, чем только разозлил девчонку и все трое оказались вовлечены в получасовую ссору и почти двухлетний конфликт. Но сейчас- сейчас она была в своём праве, ведь эти мальчики, как и их пока безликие друзья были в гриффиндоре. И она, пылающая от возмущения, стыда и ярости, не собиралась молчать.
-Как вы посмели!- прогремела Макгонагалл, и даже лорд Чарльз обернулся на неё и не стал обрывать,- И после этого вы будете называть себя гриффиндорцами? Ваш одноклассник сутки провёл в бессознательном состоянии, до сих пор неизвестно, какими будут последствия для него. Вы совершили преступление, но самое ужасное, что у вас даже не хватило смелости признаться в том, что сделали. Вы…
Она задохнулась и не смогла продолжать. Альфард испуганно посмотрел на неё- но она просто устала, перегорела. Он понимал, почему: вся эта вдруг открывшаяся правда была просто-напросто слишком для скучных консервативных волшебников вроде них. Он всё ещё не мог даже мысленно представить себе такую картину- как это вообще можно осуществить, неужели, есть подобные заклинания?
Они все до последнего момента малодушно надеялись, что либо впечатлительный школьник среагировал слишком сильно на какую-нибудь мелочь, либо, если уж была страшная причина, то искать её нужно за пределами школы- в отце или хотя бы той бредовой идее о продолжении образования, из-за которой ему приходилось делать что-то незаконное… Но всё оказалось страшнее, потому что ближе. Вот перед ним сидели двое перепуганных мальчишек того же возраста. Обоих он знал и считал замечательными детьми- да и были они! Что же могло заставить их повести себя хоть с кем-то подобным образом? Альфард не знал и даже предположить не мог. Так что же, малышке Нарси обо всём было известно?...
Лорд Чарльз тем временем достаточно пришёл в себя. Он ни капельки не смягчился- но именно это сейчас было подходящим тоном для разговора. Хорошо было бы удержать его от воспитания сына до того, как они сдадут все бумаги- иначе могли возникнуть вопросы у бюрократов из министерства. Вообще неизвестно было, имел ли лорд Поттер право продолжать вести следствие, если его сын принимал в деле непосредственное участие. Всё-таки магический мир был маленьким, а в компетентности Поттера мало кто мог усомниться, но та же Вальпурга могла поднять крик по этому поводу, если бы это помогло Сириусу хоть немного. Орион вот никогда не сделал бы ничего подобного, но…
Тем временем Поттер уже заставил мальчишек подробно рассказать ему, что произошло. Последовательность событий, восстановленная мнущимися и чуть не плачущими детьми выглядела простой и в то же время пугающе изощрённой. После экзамена они вместе с доброй половиной школы пришли на озеро. Северус читал что-то у озера и имел несчастье привлечь внимание друзей. Его быстро обезоружили, они обменялись оскорблениями, и тут подошла эта девочка, Лили Эванс. Она хотела помочь, но скорее раздразнила мальчишек. Северус, который к тому моменту уже пострадал от нескольких заклинаний, в какой-то момент не выдержал и назвал девочку «грязнокровкой». Джеймс снова разозлился, поднял его в воздух, а потом… Обоим было трудно даже повторить, что они сделали, а уж внятных причин они назвать так и не смогли.
-Значит, вся школа там присутствовала?- продолжал допрашивать лорд Поттер.
-Да,- на этот раз ответил Сириус,- просто в начале все собрались вокруг, все смеялись…
-Прекрасное оправдание любой мерзости, не правда ли?
Оба мальчика посмотрели в пол.
Следующий вопрос задала Кэтрин:
-А что другие дети делали после того, как вы устроили это представление?
Дети переглянулись, как будто до этого не вспоминали, что «после» было что-то ещё. Джеймс задумался:
-Никто больше не кричал. Как-то все сразу замолчали и быстро разошлись.
-Учителя ничего не заметили,- прокомментировала Макгонагалл. Может, лучше бы ей этого не говорить- он не знал про лорда Чарльза, но самого Альфарда такое признание злило неимоверно. Они ДОЛЖНЫ были заметить!
-А Северус что делал, после того, как его отпустили?- продолжила Мортон.
-Да он убежал куда-то сразу, я даже не видел… Мы правда не думали, что он с собой что-нибудь сделает!
-Да-да, конечно,- раздражённо ответил старший Поттер,- а вы сами куда пошли?
-В башню, сразу же.
-И что вы там делали?
-Ничего. Повторили трансфигурацию, сходили на ужин и пошли спать.
-Отлично просто,- Чарльз никак не мог остановиться с саркастическими замечаниями.
В комнате стало тихо, хотя вопросов должно было остаться много. Альфард думал о том, почему остальные дети так упорно молчали о том, что произошло. Бедняжка Лили, выплакавшая все глаза за два дня, должно быть, чувствовала себя виноватой. Теперь все её слова вделись в новом свете. Девочка, как и остальные, даже не врала, но и правду сказать не посмела. Удивительно, но самой откровенной оказалась его крошка племянница. Именно Нарси намекнула им на то, что гриффиндорские пятикурсники имели репутацию хулиганов. Сделала ли она это из тёплых чувств к Северусу, неприязни к «мародёрам» или просто ради справедливости? Так или иначе, её слова навели их на правильный путь.
Юношеские голоса ещё до конца не сформированы, и поэтому всегда немного похожи между собой. Когда один из мальчиков вежливо обратился «лорд Поттер», Альфард сперва подумал, что говорит племянник, но, подняв глаза, увидел, что на отца со смиренным видом смотрит Джеймс. Чарльз кивнул, позволяя продолжить.
-Так значит, вы не знаете, если он выздоровеет?
- Кто «он», Джеймс?
-С-снейп.
-Он будет жить. Мы нашли его не слишком поздно, но законы магии никому не известны до конца.
Юноши кивнули практически в унисон.