Глава 10.
Первая неделя в школе… Дурдом!
Стоило шляпе исчезнуть с головы мальчика, как на него нахлынули шум и гам Большого Зала, будто бы кто-то приподнял Конус Тишины.
Идя к гриффиндорскому столу, Гарри отметил, как все сидящие за ним встали и стали приветствовать его, как будто он только что выиграл в лотерее.
Старший брат Рона Уизли… Перси, схватил мальчика за руку, стоило ему приблизиться, и энергично потряс ее, пока близнецы кричали:
- Мы получили Поттера! Мы получили Поттера! – как будто Гарри был призом!
Как только мальчик смог освободить свою руку из хватки Перси, Гарри сразу же направился вдоль стола, пытаясь отыскать место, окруженное наименьшим количеством народа. В итоге, он сел на противоположном конце, рядом с привидением с высоким жестким воротником. Призрак предпринял попытку похлопать мальчика по руке, но его ладонь прошла сквозь тело Гарри, у которого создалось впечатление, что его конечность окунули в ледяную воду залива Сан-Франциско. И Поттер не мог не задуматься: как бы ощущались прикосновения его родителей?
Со своего места Гарри видел всех сидящих за преподавательским столом. Конечно же, там был Дамблдор! И выглядел он особенно довольным собой. Похоже, старик не сомневался, что добился от Распределительной Шляпы именно того, чего и хотел. Хагрид тоже там был. Он наградил мальчика двумя поднятыми большими пальцами вверх. Лесник сидел рядом с женщиной с серыми непослушными волосами, выглядывающими из-под залатанной шляпы. Она разговаривала с другой женщиной, одетой в довольно простые черные одежды. Гарри также увидел профессора Снейпа, который выглядел так, как будто проглотил что-то кислое. Рядом с ним сидел профессор Квирелл, который, казалось, может упасть в обморок только от того, что кто-то ему скажет «Бу!». А одетый на нем фиолетовый тюрбан делал мужчину еще более странным.
Осталось не так уже и много ребят, которых еще ждало распределение. Рона Уизли отправился в Гриффиндор, как то и ожидалось. И он занял место рядом с Гарри. Последним распределяли Блейза Забини, который присоединился к факультету Слизерин.
Стоило Гарри посмотреть на пустую золотую тарелку перед собой, как желудок заурчал, интересуясь, когда же его будут кормить. У мальчика не было ответа на данный вопрос, хотя он и надеялся, что скоро. Те сладости, которыми они перекусили в поезде, казалось, были сотни лет тому назад.
Директор поднялся на ноги, напоминая собой любящего дедушку, и с улыбкой произнес:
- Добро пожаловать на еще один год в Хогвартс! Я рад видеть такое количество возвратившихся студентов. И, конечно, я еще больше рад увидеть столько новых лиц. Но прежде, чем мы начнем наш пир, я бы хотел сказать пару слов. Олух! Пузырь! Остаток! Уловка!
- Он… слегка того? – неуверенно спросил Дин Томас.
- Того? – переспросил Перси. – Он – гений! Лучший волшебник в мире! Но да, он слегка того.
У Гарри же были сомнения на этот счет. Проживая в Сан-Франциско, мальчик не мог не встречать довольно эксцентричных личностей. Некоторые из них оказались на самом деле чудиками. А вот другие такими только притворялись. Некоторые из них время от времени бывали в доме его бабушки. Парочка даже оказалась на самом деле сумасшедшими, но безобидными. Как, например, император Нортон I, который являлся хорошо известной фигурой в истории Сан-Франциско. Инстинкты мальчика кричали, что Дамблдор лишь пытается выглядеть эксцентричным добрым дедушкой. Но это всего лишь игра.
- Картошки, Гарри? – спросил Перси с ложкой в руках.
Поттер настолько погрузился в свои мысли, что пропустил появление еды. Он кивнул, благодаря Перси, накладывая себе курицу и бифштекс, а также морковку, горошек и что-то из еще невиданного им на пробу.
К концу пира Гарри чувствовал себя объевшимся, и его начало клонить в сон.
Дамблдор снова поднялся на ноги и начал говорить, а Поттер в это время осматривал зал. Он посмотрел на преподавательский стол, где большая часть учителей и персонала внимательно слушала предупреждение директора относительно запрета ходить в коридор третьего этажа. Не слушали Дамблдора лишь профессора Квиррелл и Снейп. Они, похоже, что-то обсуждали. Но стоило Снейпу встретиться взглядом с глазами мальчика, произошло нечто странное. И произошло внезапно. Темные глаза встретились с изумрудными лишь на мгновение, но в тот же миг, мальчик ощутил резкую боль, исходящую от шрама на лбу.
Прижав нижнюю часть ладони к шраму, Гарри тихо воскликнул:
«Ай!»
- Что-то случилось, Гарри? – Перси расслышал вскрик боли, и, принимая свое назначение Старостой близко к сердцу, посчитал себя обязанным спросить на случай, если понадобиться навестить мадам Помфри.
Поттер отрицательно покачал головой. Боль исчезла так же быстро, как и возникла. Но в одном мальчик был точно уверен: в глазах Снейпа отражалось то же отвращение, которое Гарри уже видел в лазарете месяц назад. И он не мог не задаться вопросом: а сможет ли Снейп сдержать свои чувства? Грэмс четко дала понять, что хочет знать все, и не важно, насколько незначительными казались детали происходящего. И у Гарри начало складываться впечатление, что если Снейп не сможет приструнить свое отвращение, то закончит тем, что с ним будет разбираться Грэмс. А Грэмс на тропе войны – не то, что бы мальчик пожелал хоть кому-то.
HPxCharmed HPxCharmed HPxCharmed HPxCharmed
Гарри слушал, как сопение остальных первогодок заполняет комнату в башне, и снова сверился с часами. Нажав на кнопку подсветки, мальчик увидел, что уже было 11:30. Лучше спуститься в общую гостиную сейчас. Гарри хотелось бы найти более удобное место для задуманного, но он пока еще не знал замок достаточно хорошо.
Поттер дошел до входа в общую гостиную со стороны спален, и осмотрелся по сторонам, убеждаясь, что комната пуста. К счастью, никого не было, и ему не пришлось использовать отговорку про то, что он скучает по дому. И тем более мальчик не мог использовать отговорку про разницу во времени, ведь предполагалось, никто не должен знать, что Поттер жил не в Англии.
Встав спиной к камину, Гарри закрыл глаза, ощущая магию комнаты и стараясь найти точку сильнейшей концентрации.
Потребовалось несколько попыток, прежде чем мальчик смог обнаружить магический центр комнаты. И как ни странно, он оказался совсем не там, где находился фактический центр гостиной. Магический центр скрывался в затемненном алькове, в котором стоял стол и пара стульев.
Гарри отодвинул мебель из алькова, поскольку ему было необходимо место для начертания защитного круга. Вытащив шелковый мешочек из кармана банного халата, мальчик начал доставать содержимое. Пять камней, как драгоценных, так и простых, отобранных им самим. Большой флакон крупной поваренной соли. Белую, специально изготовленную согласно обрядам свечу и спички. Заклинание, придуманное им вместе с бабушкой. Маленький венок из плюща, собранного со стен его дома. И последнее, но не по значению, пять мелких веточек березы, остролиста, ясеня, боярышника и дуба.
Собрав все камни, кроме чистого кварца, Гарри снова закрыл глаза и расположил их таким образом, как ему подсказывали чувства. Аметист оказался позади мальчика. Цитрин прямо перед ним. Осколок бирюзы – справа, а агата – слева. Собрав оставшиеся предметы, Гарри снова встал в центр.
Сосредоточившись на создании круга из бело-голубого света, Поттер осторожно насыпал соль дугами, соединив кристаллы, дабы завершить круг. Устроив венок из плюща на камне, расположенном перед ним, мальчик сложил на нем из веток пентаграмму, а в центр поставил кварц.
После этого Поттер зажег свечу и поставил ее позади кварца, таким образом, чтобы свет проходил сквозь камень. Мальчик вытащил заклинание из кармана и прочитал его несколько раз, убедившись, что правильно все запомнил. Снова посмотрев на кварц, испускающий призму света всех цветов радуги, Гарри пропел:
Магия, что наполняет эти стены,
Прошу, откликнись, сохрани меня
И укажи мне верный путь,
Пока я нахожусь в твоих владениях.
Гарри почувствовал, как магия комнаты стекается внутрь круга, наполняя соль и камни сиянием. А когда свет поднялся из круга и потянулся к Поттеру, мальчик услышал визг.
Как только поглотившее его сияние исчезло, Гарри быстро поблагодарил магические силы Хогвартса за ответ на призыв, а потом мягко позвал:
«Кто здесь? Покажись!»
Из тени камина вышло существо, напоминающее тонкой фигурой ребенка лет трех-пяти. Поскольку существо стояло между камином и мальчиком, Гарри смог разглядеть только подрагивающие уши, как у летучей мыши, да то, что существо нервно заламывало руки, как будто нервничая или боясь.
Подумав, что неожиданное проявление магии испугало маленькое существо, Поттер постарался его успокоить:
«Привет. Кто ты?»
- Я – Тэлли, хозяин, - ответило существо высоким писклявым голосом.
«Тебе нет нужды называть меня хозяином, Тэлли,» - ответил ей Гарри. По крайне мере, мальчик надеялся, что это существо было женского пола. – «Можешь называть меня Гарри. Я не твой хозяин. И не хочу показаться грубым, но кто ты, Тэлли? Я никогда не видел подобных тебе существ!»
- Тэлли – домовой эльф, - гордо произнесло существо, подходя к краю круга из соли, всего лишь пару секунд тому назад испускающему сияние.
«И кто же такие домовые эльфы?» - не смог сдержаться и не полюбопытствовать мальчик. Он не припоминал, чтобы встречал описание таких существ как в своей, так и в бабушкиной Книге Теней.
- Домовые эльфы заботятся о доме господина и его семье, используя магию домовых эльфов, - ответила эльфийка. – Тэлли принадлежит Хогвартсу. Это хорошее место работы. Действующим хозяином на данный момент является директор Дамблдор, хотя он и не любит, когда его так называют.
Для Гарри ситуация напоминала рабство, и он не мог не прояснить данный момент. Из рассказов Грэмс мальчик знал, что некоторые существа должны быть связаны с местом, иначе они погибнут.
«Тэлли, ты – рабыня? Или это твой выбор?»
- Нет, Тэлли – домовой эльф, – но, видя, что мальчик все еще не понимает, хоть и старается, эльфийка добавила. – Гарри, сэр, домовые эльфы должны иметь семью и дом. Если эльф потеряет дом и не сможет найти другой, то он может умереть. Гарри, сэр, а Тэлли может спросить?
«Конечно, ты можешь спросить. Вот только отвечу я или нет, зависит от вопроса и от того, имеется ли у меня на него ответ,» - осторожно ответил мальчик.
- А что вы делаете, Гарри, сэр? – эльфийка указала на окружающие Поттера предметы.
«Если я расскажу тебе Тэлли, ты обещаешь сохранить это в секрете?» - спросил Гарри. – «Я даю слово, что сделанное мной не причинит вреда никому в Хогвартсе, но никто не должен об этом знать. Иначе, это подвергнет мою семью опасности.»
Глаза Тэлли стали еще больше, если такое вообще было возможно.
- Тэлли никому не скажет. Даже другим эльфам.
Послушавшись внутреннего голоса, утверждающего, что эльфийка унесет его секреты в могилу, Гарри ответил:
«Я произнес заклинание, просящее Хогвартс направлять и оберегать меня.
- Вы – Зеленый Волшебник! – мягко воскликнула Тэлли. – Прошло много лет с тех пор, как магия старых путей использовалась в Хогвартсе.
«Но никто не должен знать, кто я такой!» - произнес Гарри.
Чувствуя необходимость, стоящую за просьбой, и прислушавшись к замку, эльфийка быстро заверила мальчика:
- Я никому не скажу.
«Спасибо, Тэлли,» - с облегчением произнес мальчик. А потом спросил: – «Тэлли, а ты не знаешь такое место, куда я мог бы приходить, чтобы попрактиковаться в зеленой магии? Место, где меня никто не сможет найти?»
Тэлли несколько минут стояла молча, а потом ответила:
- Простите, но я не знаю такого места. Следует спросить Хогвартс, когда место понадобиться. Замок покажет вам.
Гарри кивнул, благодаря, и использовал свои способности к Перемещению, чтобы собрать соль обратно во флакон. Сложив остальные составляющие заклинания в шелковый мешочек, мальчик направился обратно в общежитие.
- Спокойной ночи, Гарри, сэр, - пожелала ему эльфийка, возвращаясь к работе.
«Спокойной ночи, Тэлли.»
HPxCharmed HPxCharmed HPxCharmed HPxCharmed
Гарри не потребовалось много времени, чтобы уснуть. Однако сон его не был спокойным. По непонятной причине в сны проник фиолетовый тюрбан Квиррелла. Он продолжал утверждать, что мальчик должен потребовать перевода в Слизерин, поскольку этот факультет создан для него. Поначалу, Поттеру казался странным весь этот разговор с тюрбаном. Но если вспомнить о его беседе с ведьминской шляпой этим вечером, то, может быть, подобное и не было так уж необычно для волшебного мира.
Когда Гарри заявил приснившемуся тюрбану, что он намерен остаться на выбранном факультете, головной убор попытался задушить мальчика. А на заднем фоне слышался смех Снейпа и Малфоя. Поттеру наконец-то удалось избавиться от тюрбана, и в этот момент он увидел вспышку зеленого света и услышал крик женщины.
Проснувшись на этой сцене, Гарри почувствовал себя грязным, мелко сотрясаясь от покрывающего все его тела пота. Раздвинув полог на кровати и надев очки, мальчик увидел, как за окном только начал развеиваться предрассветный сумрак. Все еще спали, поэтому Гарри решил принять душ.
Подготовившись к новому дню, Поттер вернулся в комнату, захватив книгу, и направился в Большой зал. Достигнув основания лестниц, Гарри мысленно поблагодарил Хогвартс за помощь в направлении, и почувствовал в ответ что-то, похожее на теплые объятия.
Стоило мальчику войти в Большой зал, как тут же начались перешептывания. Поскольку в такую рань учеников почти не было, акустика зала позволила Гарри четко расслышать все шепотки.
- Вот,вотон.
- Темноволосый мальчик в очках, что только вошел.
- А у него есть шрам?
HPxCharmed HPxCharmed HPxCharmed HPxCharmed
И это было только начало! Куда бы он ни пошел, везде были студенты, стоящие возле кабинетов, или тянущиеся на носочках, желающие лучше рассмотреть его, а точнее - егошрам. Поттер начал задумываться о том, чтобы разделить себя с отметиной на лбу. Таким образом, все смогут следить за прогуливающимся шрамом и будут игнорировать самого мальчика.
Как Гарри это ненавидел! Одна из привычек, выученных у Дурслей, от которой мальчика так и не смогли отучить, гласила, что внимание – это плохо. Лишь Фиби получала удовольствие от внимания. Гарри заметил, что его кузина была просто счастлива в такие моменты.
Рон Уизли старался везде ходить с Поттером и наслаждаться его популярностью. Все это внимание помогло Гарри понять, как себя чувствует принцесса Диана, когда люди стараются засунуть свой нос в ее личную жизнь и следить за ее каждым шагом. Мальчик помнил разговор Прю и Пайпер о Леди, услышанный перед самым отъездом. Они как раз обсуждали интервью принцессы, в котором она жаловалась на то, что ее личная жизнь вовсе таковой не является, а все ее поступки либо раздувают до невероятных размеров, либо не так интерпретируют.
С ним как раз произошел такой случай, когда Гарри и несколько первогодок заблудились рядом с коридором на третьем этаже. Их обнаружил Пивз и уже приготовился разыграть учеников, когда заметил Поттера впереди группы. Полтергейст умчался, как ошпаренный, крича: «Только не он!»
Перси предупредил всех первогодок, что Пивз боится только Кровавого Барона - привидения факультета Слизерин. И лишь он мог контролировать полтергейста. Поэтому первоклашки не ожидали, что Пивз умчится с поджатым хвостом при виде одного из них.
Гарри не смог объяснить, что полтергейст сбежал из-за наложенного на него заклинания Грэмс. А учитывая приукрашенные истории Рона, рассказываемые рыжеволосым мальчиком, стоило кому-нибудь попросить, никто не поверил объяснениям Поттера.
На данный момент Гарри заинтересовали все предметы, кроме Истории магии и Защиты от Темных Сил. Он понял, что в мире волшебников магия – это не только махание палочкой. И она очень отличалась от типа магии, преподаваемого Грэмс.
Будучи любителем-садоводом, Гарри надеялся получать удовольствие от уроков Травологии. Но оказалось, что мальчик ни разу в жизни не видел растений, содержащихся в теплицах профессора Спраут.
Трансфигурация и Чары тоже оказались вполне нормальными предметами. Особенно, когда профессор Флитвик прекратил падать со стопки книг каждый раз, называя фамилию Гарри. Профессор МакГонагалл – преподавательница Трансфигурации и декан их факультета – соответствовала представлениям Поттера. Строгая, но, в большинстве случаев, справедливая.
Однако Гарри никак не мог понять, каким образом все ожидают от учеников знаний по Истории магии? И дело было не в преподавателе-призраке! А в том, что профессор Биннс оказался ужасно скучным. Гарри был более чем уверен, что если бы Биннс оказался на месте комментатора на Суперкубке или ежегодном чемпионате США по бейсболу, то он бы усыпил всех вокруг, включая игроков. Даже Гермиона Грейнджер – самая рьяная ученица – не без труда оставалась в сознании при звуках монотонно-гудящего голоса. Гарри придерживался мнения, что они должны запатентовать призрака и посылать его к людям, испытывающим проблемы со сном: пара минут слушания монотонного гудения, и они тут же отключатся.
Защита от Темных Сил оказалась не лучше. И хотя Гарри не засыпал на уроках профессора Квиррелла, мальчик сильно сомневался, что сможет хоть чему-то научиться. Помимо того, что весь кабинет пропах запахом чеснока, каждый раз, когда кто-либо из учеников просил профессора рассказать о встретившихся ему темных существах, как например, о зомби, у которых он забрал тюрбан на сохранение, Квиррелл быстро менял тему разговора, начиная обсуждать погоду.
У Гарри также сложилось впечатление, что с профессором Квирреллом было что-то не так. Мальчик чувствовал, что он отличался от встреченного им мужчины на Косой аллее. Грэмс научила Поттера читать ауры в возрасте восьми или девяти лет. Она говорила, что знание о том, что происходит с людьми, никогда не бывает лишним. Мальчик редко пользовался данной способностью, поскольку в таких случаях для видения ауры ему самому приходилось открываться. И одновременно с этим, Гарри также видел цвета окружающей его магии. Но факт оставался фактом: сейчас Поттер абсолютно не находил ауры профессора Квиррелла. Не то, чтобы она была уж так сильна при их встрече на Косой аллее, но тогда мальчик все еще ее видел. С другой стороны, возможно, его восприятию мешала окружающая магия.
Ожидаемый же мальчиком с ужасом урок стоял в пятницу первой парой. У гриффиндорцев было сдвоенное занятие по Зельям со слизеринцами.
Во время завтрака, Рон предупредил:
- Снейп – декан Слизерина. Если верить Фреду и другим гриффиндорцам, он всегда благоволит своему факультету. И мы скоро узнаем, насколько они правы.
Уже повстречав профессора Снейпа во время своего первого визита в Хогвартс, Гарри не испытывал никаких сомнений по поводу данного утверждения, но никак его не прокомментировал.
Стоило Поттеру начать завтракать, как он услышал шум крыльев и уханье, означающее прибытие утренней почты. Мальчик выжидающе посмотрел вверх. Грэмс сообщила, что раз в неделю будет складывать все письма в конверт из манильской бумаги в нижний ящик его комода. Поэтому прошлым вечером он переместил конверт из ящика в сундук, находящийся в доме Стража, и объяснил Хедвиг, что делать. Теперь, все, что ему оставалось, так это ждать и смотреть, доставят ли ему почту. Гарри уловил белоснежную сову в самом конце вереницы птиц.
Она несла довольно большой конверт из манильской бумаги в когтях и что-то похожее на сложенную записку в клюве. Освободив птицу от груза, мальчик угостил ее кусочком бекона. Спрятав конверт в рюкзак, Гарри обратил внимание на записку. Как оказалось, это было приглашение от Хагрида на чай после обеда. Одолжив у Рона перо, мальчик быстро набросал положительный ответ и отдал записку Хедвиг.
- А что в большом конверте? – спросил Уизли с набитым тостами ртом.
«Письма из дома,» - все, что ответил Гарри.
Поттер съел половину завтрака, когда наконец-то сдался на милость просящего голоска в голове, требующего прочитать письма прямо сейчас. Достав самое маленькое письмо из большого конверта, Гарри узнал подчерк Фиби. Письмо оказалось на несколько страниц, и мальчик не мог не улыбнуться некоторым описанным ситуациям.
Он настолько погрузился в чтение, что Рону пришлось довольно сильно пихнуть его локтем, заявив:
- Гарри, нам пора выдвигаться. Мы ведь не хотим опоздать на Зелья!
Вложив письмо Прю обратно в рюкзак, Поттер последовал за Роном и остальными первокурсниками Гриффиндора в подземелья.
Увидев кабинет зелий в первый раз, Гарри сравнил его с лабораториями сумасшедших ученых из черно-белого кино. Освещавшие кабинет факелы открывали взору сосуды с плавающими в них мертвыми животными. Не хватало только монстра на разделочном столе да хихикающего над ним сумасшедшего ученого.
Стоило им занять места, как в кабинет влетел профессор Снейп. Встав перед классом, он начал зачитывать список учеников. И так же, как и все предыдущие преподаватели, он остановился на фамилии Гарри. Вот только в отличие от других, профессор прокомментировал мягким саркастичным голосом:
- Ах, да,.. Гарри Поттер. Наша новая знаменитость.
Гарри смолчал, не желая давать преподавателю благоприятного шанса для нападения. Нето,чтобывпрошлыйразонемупонадобился, вспомнил мальчик, слыша, как хихикают Малфой и остальные слизеринцы, и продолжая выкладывать необходимые предметы на стол.
Поттер успел лишь открыть тетрадь и взять ручку, когда к нему прошествовал Снейп. Держа тетрадь двумя пальцами, как будто она была чем-то заражена, профессор спросил:
- Что это?
«Тетрадь на спирали для записей, профессор,» – Гарри сжал кусочек агата в кармане, стараясь оставаться спокойным и не позволяя проявиться нервозности. Этот мужчина хотел, чтобы мальчик если уж не боялся, то хотя бы нервничал рядом с ним. И Поттер был намерен не позволить профессору одержать вверх.
- Так наша знаменитость считает, что он слишком хорош, чтобы использовать то же оборудование, что и все остальные, – с презрительной усмешкой прокомментировал Снейп.
Время для совета Грэмс. Гарри сконцентрировался на мысли, как будет выглядеть профессор Снейп в золотом костюме, который Джордж одевал в клубе пародистов, копируя Долли Партон. Образ мужчины с грязными волосами и выдающимся носом одетым, как довольно грудастая Долли Партон заставила Поттера улыбнуться, и он спокойно ответил:
«Моя бабушка считает, что лучше, если все записи будут собраны в одном месте, вместо того, чтобы хранить их на разных листах пергамента, которые могут потеряться. А все работы для проверки будут выполнены на пергаменте и пером, как то и требуется.»
- Посмотрим, – и Снейп уронил тетрадь на стол с выражением абсолютного отвращения на лице.
Вернувшись на свое место перед всем классом, профессор начал вводную лекцию для первокурсников.
- Вы здесь, чтобы научиться тонкой науке зельеварения.
И хотя Снейп говорил очень тихо, студенты слышали каждое слово. Вокруг мужчины присутствовал легкая аура угрозы, позволяющая ему держать класс в тишине с минимальными усилиями со своей стороны.
- Глупое махание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения, и потому многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки, - продолжил Снейп. - Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства… Я могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, даже как закупорить смерть. Но все это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, которое обычно приходит на мои уроки.(1)
В наступившей тишине Рон пихнул Гарри локтем и закатил глаза.
Внезапно Снейп резко спросил:
- Поттер! Что я получу, если добавлю растертый корень асфоделя в настой полыни?
Гарри мысленно зачислил два очка на счет Грэмс. Преподаватель задавал заведомо сложные вопросы, чтобы заставить учеников почувствовать себя еще большими глупцами.
Встретившись взглядом с мужчиной, мальчик произнес:
«Получится сильное зелье сна, называемое Напитком Живой Смерти, сэр.»
Краем глаза Гарри заметил, как опустила руку Гермиона Грейнджер.
Вспомнив рассказ Грэмс, Гарри добавил:
«И если вы добавите туда сусло Св.Джона, дягиль и немного молотой меди, то получите уничтожающее зелье для демона Колич.
- Пять баллов с Гриффиндора за ложь, мистер Поттер! – ответил Снейп.
«Я не лгал, сэр,» - возразил Гарри. – «Моя бабушка уничтожила одного на прошлой неделе.»
- Еще пять баллов, мистер Поттер, - отреагировал Снейп. – Теперь, когда вы перестали прерывать мой урок вашими маленькими фантазиями, возможно, вы сможете мне ответить, где же следует искать безоар?
Решив оставить вопрос с демоном на данный момент, Поттер ответил:
«Я не знаю, сэр.»
- Какая жалость, - покровительственно произнес Снейп. – Видимо, слава не гарантирует наличие интеллекта, особенно, когда ее обладатель живет в своем собственном сказочном мирке.
Понимая, что профессор специально провоцирует его на резкий ответ, Гарри промолчал. Он видел, как Грейнджер снова тянет руку вверх. Но Снейп явно игнорировал ее ради избранной добычи.
- Что ж, тогда может, вы ответите на следующий вопрос, Поттер? – Снейп наклонился вперед и спросил. – Какая разница между синим башмачком и волчьей отравой?
Гарри улыбнулся и ответил:
«Между ними нет никакой разницы, сэр. Это одно и то же растение, которое также называют аконитом. И если его правильно использовать, то оно может быть смертельно опасно.»
Видно было, что Снейп не ожидал, что мальчик ответит хотя бы на один из его вопросов, тем более, на два из трех, поскольку он сердито рыкнул на класс:
- Ну, и почему никто из вас ничего не записывает! А для вас, мистер Поттер, безоар можно найти в желудке козы. И он может спасти вас от множества ядов.
Все еще представляя Снейпа в костюме Долли Партон, Гарри улыбнулся и ответил:
«Я запомню это, сэр.»
HPxCharmed HPxCharmed HPxCharmed HPxCharmed
Остаток субботы прошел в написании писем. Предназначенные девочкам письма будут доставлены организованным им с бабушкой способом. Но Грэмс потребовала, чтобы Гарри «переместил» ей записку о том, как пройдет первый урок со Снейпом.
Поттер отложил написание на следующий день, чтобы позволить себе остыть и справиться с гневом на профессора за несправедливые обвинения. Если бы он сел писать письмо, пока еще был расстроен из-за обвинений профессора, или того, что последний позволил студенту себя ранить, то в итоге обязательно ляпнул бы что-нибудь, что стало бы причиной того, что профессор Снейп стал бы летать сквозь стены Хогвартса, а не впечатываться в них.
И даже рассматривая произошедшие события в более спокойном состоянии, Гарри никак не мог понять, почему профессор Снейп обвинил его в происшествии с зельем Невилла и Симуса. Гарри был слишком занят тем, что следил за Роном, лишь бы тот не повторил то же самое с их котлом, вместо того, чтобы беспокоиться о других. Из наблюдений за бабушкой мальчик слишком хорошо знал, что готовка зелий может закончиться взрывом, если неверно смешать компоненты. А иногда, зелье может взорваться, даже, если все сделать верно. Конечно, с другой стороны, зелья бабушки всегда предназначались для уничтожения кого-нибудь, так что взрыв – вполне ожидаемая реакция.
Перечитав письмо и убедившись, что он ничего не забыл написать, мальчик не мог не задуматься о том, как отреагирует его Грэмс. Бабушка ненавидела задир. И было ясно, по крайне мере, для Гарри, что Снейп попал именно в эту категорию.
В этот раз Рон оказался прав. Единственные, кто были в безопасности от Снейпа, - слизеринцы.
Они, скорее всего, могли взорвать каждый котел в кабинете, избежав наказания.
Поттер также не забыл упомянуть о взломе Гринготтса. И о том, что обокрасть пытались именно тот сейф, в который они спускались с Хагридом. И хотя Гарри не думал, что Грэмс или девочки находятся в опасности от того, кто охотится за маленьким неопрятным свертком, лучше перебдеть, чем недобдеть. Просто, на случай, если кто-то посчитает, что этот сверток может быть у бабушки.
Закончив с письмами, Гарри позволил Хогвартсу показать ему дорогу к совятне.
HPxCharmed HPxCharmed HPxCharmed HPxCharmed
(1) – Взято из книги Дж.К.Роулинг «Гарри Поттер и философский камень».