Мэри Люпин появилась в школе рано утром, через камин директора. Она была маленькой светловолосой женщиной в простом синем платье- можно было принять её за магглу, но Альфард смутно помнил ее со школы- она была на одном курсе с Августой и Абраксасом

Малфоем, а значит, на год младше их с Минервой. Он не мог не заметить, что сын носил её девичью фамилию. "Ремус Люпин- забавное получилось сочетание"- отстраненно подумал Альфард.

До того, как женщина появилась, к нему подошел Поттер вместе с Торренсом, пожилым юристом. Альфард посмотрел на него вопросительно, ожидая, что тот скажет, с кем из студентов им предстоит поговорить следующим:

-Альфард, вчера я не был с вами до конца честным. Директор Дамблдор дал понять, что уже знает, что произошло между мальчиками полгода назад... Но он настоял на присутствии миссис Люпин. Очевидно, это как-то связано с ее сыном...

-Он выглядел разбитым вчера,- кивнул Блэк. -вы хотите, чтобы я присутствовал при разговоре?

-Если вы не против.

-Ну что вы.

Как он мог был против того, чтобы узнать правду? Тем более теперь, когда было очевидно, что как минимум часть вины лежала на его собственном племяннике... Откровенно говоря, справедливо было сказать, что вся вина лежала на Джеймсе и Сириусе. Это было логичным выводом и, похоже, Мортон уже уверилась в нем. Но было что-то еще. Даже если это "что-то" оказалось бы не таким существенным и меняющим картину, как Альфарду хотелось верить, они все равно обязаны были найти это и убедиться.

"А теперь, оказывается, директор прекрасно знает, что происходит, и не потрудился сказать нам? Все знают, что Дамблдор старый манипулятор, но не мог же он без причины скрывать что-то важное, когда жизнь ребенка была в опасности?"- размышлял Альфард. Он пытался вообразить, что могло заставить Джеймса пообещать больше не трогать своего главного школьного соперника и, более того, заставить его довольно долго держать обещание. У него было несколько смутных идей, но, когда он пытался связать их со странной скрытностью Дамблдора и с необходимостью присутствия матери Люпина, ни одна из них не казалась подходящей. Может, лучше было просто подождать и узнать правду.

Когда директор, наконец, подошел, и они все прошли в кабинет, Альфард осознал, что мать Люпина была единственной женщиной в компании четырех мужчин. Но кого они могли позвать? Минерва, если ему не изменяла память, дружила с ней в школе, и, кажется, и к ее сыну испытывала теплые чувства. Кэтрин была предрасположена в обратную сторону и, похоже, уже успела начать недолюбливать мальчика. Шарлотта была журналисткой и, возможно, не самым надежным лицом для тех секретов, которые им предстояло узнать. Ну не Джейн же было тащить, право слово?

Мэри Люпин выглядела серьезной и готовой ко всему. На самом деле, она выглядела так, будто смотрела в глаза смерти, а не пришла обсудить поведение сына. Лорд Поттер хмурился, похоже, он пока тоже не знал даже примерно, о чем будет идти речь. У Альфарда по спине пробежал озноб. Что это все может значить?

Первым заговорил Дамблдор:

-Я признаю, что принял рискованное и непредсказуемое решение, но я не жалею о нем. Теперь, когда мы знаем, что последствия этого решения привели к ужасным событиям, пришло время рассказать о нем. Но я прошу обдумать все как следует и обвинять меня, кто действительно должен нести ответственность, а не жертв обстоятельств.

Они понятия не имели, о чем говорил директор. Альфард легко читал это по глазам своих соседей, а также по тому, как лорд Поттер начинал злиться. Но следующие слова Мэри Люпин все расставили по местам:

-Мой сын- оборотень.

Альфард вспомнил мальчика с пушистыми светлыми волосами, который выглядел таким виноватым вчера днем. Он никогда не видел оборотня в волчьем обличии, но точно знал, что оборотни кровожадны, опасны и по-животному безжалостны. Этот ребенок, близкий друг Сириуса, его мать в простом синем платье- неужели они могли иметь отношению к чему-то настолько ужасному? А потом до него дошло- Ремус Люпин! Волк фон Волк!- и он чуть не захихикал, как идиот. Это что, совпадение?

-Профессор Дамблдор,- продолжала Мэри,- согласился принять Ремуса в школу. Он пообещал, что Хогвартс сможет обеспечить все меры безопасности, что никто не пострадает. Я уже не надеялась, что мой сын сможет получить образование, поэтому я ухватилась за эту возможность, не убедившись самой, насколько все будет безопасно.

-Его соседи по комнате узнали об этом?- непроницаемо спросил Чарльз Поттер, и Альфард не понимал, как он может так просто говорить об этом- речь шла и о его собственном сыне, в конце концов.

-Да, кажется, еще на втором курсе. Он мне об этом не сказал, он вообще не любит о том, что связано ликантропией. Я думаю, они догадались, сопоставив дни его отсутствия. Это не так уж сложно,- она говорила очень спокойно и по-деловому, Блэк невольно почувствовал уважение к её внутренней силе.

-Никто в школе не знал, что кто-то из студентов стал посвящен в тайну Ремуса,- продолжил за нее Дамблдор,- пока этой зимой не произошел непредвиденный инцидент.

"Он не может иметь в виду то, что я думаю, потому что это слишком ужасно. Значит, волноваться не о чем, и всему есть другое объяснение".

-Северус Снейп оказался в помещении, где Ремус находился в полнолуние. Он не пострадал, благодаря храбрости вашего сына,- директор уважительно кивнул лорду Поттеру,- и согласился хранить произошедшее в секрете. Это было на пользу и ему самому, так как, вам уже известно, помогло прекратить его школьную вражду с гриффиндорцами. Лорд Поттер счел важным для следователей знать то, что заставило мальчиков помириться, и я посчитал необходимым поделиться этой информацией. Но я прошу вас не обвинять миссис Люпин или ее сына. Ремус не в состоянии контролировать себя в полнолуние. Нельзя наказывать его за то, что он не в состоянии предотвратить.

Как ни странно, ему ответил Торренс, а не Поттер:

-При всем моем уважении, директор, когда невинный подросток избегает смерти по чистой случайности, за этим должно следовать наказание. Хотя законодательство касательно оборотней далеко не совершенно, оно существует не из прихоти.

-Я согласна с вами,- выпалила Мэри Люпин, и Альфард удивился. Даже он, не питавший никаких симпатий к оборотням, знал, что законы были к ним по традиции жестокими. Когда в Британии появлялся неконтролируемый вервольф, любой волшебник имел право устроить охоту. Это случалось не часто, и в последний раз это делали Мафлои лет десять назад, когда поблизости от их поместья за три месяца убили чуть ли не дюжину магглов. -Я бы не стала оправдывать убийство, но мой сын не нарушил закон. Я заберу его из школы, если нужно, только дайте ему спокойно уйти, он никого не убивал!

Лорд Чарльз налил ей воды. Он подождал, пока она допьет, и только тут Альфард почувствовал, что Поттер едва ли не дымится от гнева. "Он молчал не потому, что не знал, что сказать, а чтобы не взорваться на первой фразе".

-Мэм, мы не собираемся отправлять вашего сына в Азкабан. Но мы должны знать, что в действительности произошло. Профессор... Я не думал, что ваше "кое-что, что может оказаться важным" будет настолько серьезным.

Дамблдор выглядел так, будто ему было самую малость стыдно, но он знал, что поступил правильно.

-Какие конкретно меры безопасности были предприняты? - Поттер задал первый вопрос.

-В полнолуние Ремус отправлялся в Визжащую Хижину через тоннель под Дракучей Ивой. На помещении были укрепляющие заклинания, предотвращающие волка от выхода наружу.

-А кроме укрепляющих? Круговая защита от темных существ? Что-то, что остановило бы его, если кто-то все-таки открыл дверь?

-Лорд Поттер, вы хотите, чтобы я пытал ребенка серебряными шипами?

-Ребенка- нет.- многозначительно ответил Чарльз. Мэри Люпин с болью посмотрела в сторону, но ничего не сказала.

Укрепляющие заклинания на стенах разваливающегося дома были ничем для чудовища известного необузданной силой. Судя по словам Дамблдора, защита была перманентной, а не обновляемой каждый месяц, как того требовало министерство. Да что там, минимальной защитой считались хотя бы четыре запираемые и заклинаемые двери между волком и людьми.

Следующий вопрос задал Торренс, который уже достал блокнот и готов был делать пометки:

-Профессор, из ваших слов я понял, что персонал школы знал о происходящем?

-Только профессор Макгонагалл и мадам Помфри.

-Они знали о том, что кто-то почти столкнулся с оборотнем?

-Нет, я решил сохранить это в тайне.

-Ладно, директор, ладно.- будто сам себе произнес лорд Чарльз,- расскажите про то, что тогда случилось.

Дамблдор удивленно приподнял брови:

-Я ведь уже объяснил, что Северус случайно оказался в тоннеле в полнолуние и увидел процесс обращения.

Поттер собирался уже резко ответить ему, когда неожиданно для всех заговорила Мэри Люпин, она почти вскрикнула, возмущенно и с болью:

-О чем вы говорите, директор! Вы даже мне ничего не объяснили. Написали чуть ли не через неделю и заявили, что все под контролем и что мне нет необходимости приезжать. Вы не сказали, что этот мальчик и друзья Ремуса не ладили! Неужели вы верите, что это простое совпадение?!

Альфард смотрел на ее праведную злость и вздрагивал от силы материнских чувств. Она наверняка была магглорожденной- у нее не было связей в магическом мире, и не было средств позаботиться о благополучии сына, кроме как полностью доверившись Дамблдору. Как это ужасно, наверное, узнать, что твой ребенок, самое дорогое, что у тебя есть, едва не разорвал кого-то, и при этом не иметь возможности сделать хоть что-нибудь. Мэри Люпин была несчастной, но невероятно сильной женщиной. Альфард не мог больше молчать:

-Директор, ваши объяснения и правда вызывают больше вопросов, чем ясности. Как понять "случайно оказался", если всего несколько человек в школе знали о существовании этого туннеля? Как мальчик смог пройти через вашу защиту? Кто позволил вам не просто принять в школу ребенка-оборотня, но создать условия, при которых он может убить, стоит только чему-нибудь пойти не так?

-И что вы, Мерлина ради, имели в виду, говоря о храбрости моего сына? Неужели он и в этом замешан?

Дамблдор сокрушенно покачал головой, но на миг Альфарду показалось, что тот почти наслаждался голодным ожиданием, исходившим от остальных. Сам он начинал злиться. Они просто хотели понять, что происходит, помочь ребенку, который пострадал в том числе и по вине директора- неужели обязательно было играть в загадки? Но он хотя бы мог быть уверен, что лорд Чарльз не позволит директору ограничиться общими словами.

-На самом деле, лорд Поттер, ваш сын проявил поистине гриффиндорский героизм. Узнав, что Северус отправился навстречу оборотню, он немедленно пошел за ним и спас его жизнь.

-Они что же, дрались с оборотнем?

-Нет, Джеймс успел вовремя и они лишь застали начало превращения...

-Тогда о каком спасении жизни идет речь? Что сделал Джеймс, чего не мог бы сделать сам Северус? Дать ценный совет о том, что от волка лучше убираться подальше? Даже если бы им на самом деле пришлось сражаться, они бы помогали друг другу и магия не восприняла бы это как долг жизни. Вам ли не знать, что такими заявлениями просто так не разбрасываются.

Поттер был прав. Долг жизни был серьезным и опасным делом, давлеющим над обоими участниками в течении всей жизни, именно поэтому позором считалось хвастаться о нем, когда ничего подобного и в помине не было. Но Джеймс наверняка не мог сам всерьез воспринимать восхищение директора, даже если тот выразил их и ему.

-Поверьте, я сам не рад опасностям, которым мальчиков подвергнет такая сильная магия, но факты говорят сами за себя. Защита на самой хижине и туннеле не уровень школьников. Северус знал трюк, как попасть внутрь, но не наружу. Джеймс помог ему выбраться оттуда.

Заговорил Торренс, который уже активно начал делать пометки:

-Это не важно. Нет таких обстоятельств, при которых простое открывание двери, когда обоим грозит ужасная смерть, будет засчитано как спасение жизни. Я бы сказал, что это обычное самосохранение вкупе с человечностью, но у нас еще будет время для моральных оценок. Сейчас всех интересует, как именно мальчик узнал тот самый "трюк", как вы выразились.

Он был прав, по крайней мере, Альфарда интересовало именно это. Если почти никто в школе ни о чем не подозревал, не мог же быть это сам Люпин? Ни он, ни его мать не выглядели способным на такое, к тому же, случись то, что могло случиться, это было бы для него равносильно смертному приговору. Нет, если он не был полным идиотом, а заодно и психопатом, мальчик не мог этого сделать. Увлеченный своими мыслями, Альфард только через несколько секунд заметил, что директор смотрит на него. Он ответил на взгляд спокойно и уверенно, хотя и был раздражен и хотел наконец получить ответы.

-Ему сообщил Сириус Блэк.

Альфард продолжал смотреть на него в упор, сохраняя непроницаемое выражение лица и стараясь дышать ровно. "Нет. Он лжет- это будет не первый раз, когда старик лжет. Сириус не мог. Сириус не убийца".

-Он утверждает, что это была просто шутка, что он не хотел никому причинить вреда. Возможно, мистер Блэк просто не подумал о последствиях. К счастью, трагедию удалось предотвратить.

Альфард не мог не заметить разницу в том, как Дамблдор говорил о его племяннике и о сыне Поттера. Он мог быть хоть сто раз гриффндорцем, директор все равно помнил, что он происходил из так называемой "темной" семьи. Он говорил об этом так, будто попытка убийства в шестнадцать лет- дело обычное для Блэков. Это было неправдой.

-Что он ему сказал? Как открывалась дверь?

-Тоннель начинается под Ивой, нужно нажать на определенный сучок. А в обратную сторону- повернуть гвоздь почти у самого порога. Это включает в себя мелкую моторику, чтобы волк не мог даже случайно открыть дверь. Мистер Блэк сообщил однокурснику только о первой половине защиты, именно поэтому Джеймс Поттер был вынужден отправиться на помощь.

-Джеймс знал о том, что Северус не мог сам выбраться оттуда,- Альфард готов был благодарить Поттера за то, как он выразил это без упоминания Сириуса. Сириус...

-Если не ошибаюсь, нет. Он побежал туда, чтобы перехватить Северуса на обратном пути и уговорить сохранить состояние Ремуса в тайне, но увидел, что луна почти взошла, испугался и пошел внутрь.

Поттер побарабанил пальцами по столу.

-И что случилось, когда они оба благополучно выбрались из тоннеля?

-Джеймс привел мистера Снейпа ко мне в кабинет и признался, что случилось. Я отпустил его, и мы довольно долго проговорили с Северусом. Я убедил его не раскрывать секрет мистера Люпина, объяснив ему, что в случившемся не было его вины. Я не знаю, в какой момент Джеймс пообещал Северусу прекратить их детскую вражду, но полагаю, это случилось в следующие несколько дней.

-Он ведь не был ранен, правда?- прошептала Мэри Люпин. Альфард подумал, что это было абсолютно иррационально, будь мальчик хотя бы оцарапан, об этом бы уже упомянули. Тут же он отругал себя: в её страхе и не могло быть логики и рациональности, она просто хотела наверняка убедиться, что проклятие её сына никак не могло передаться другому ребенку.

-Нет-нет, мистер Снейп был в полном порядке. Должен сказать, он тоже проявил себя очень достойно, по крайней мере в разговоре со мной он держался с завидным спокойствием.

Блэк снова подумал об этом мальчике, который порой казался ему до странности близким, а потом сразу же совсем непонятным и недоступным для понимания. Один и тот же юноша то был каменно-спокоен сразу после встречи с оборотнем, то бросался в чащу запретного леса с намерением убить себя после отвратительной стычки с однокурсниками... Еще хуже становилось от мысли, что и в том и другом так или иначе был замешан Сириус.

-Вы поменяли что-нибудь в системе безопасности после произошедшего?- тем временем спросил Торренс.

-Не было нужды. Разумеется, я поговорил и с мистером Блэком и объяснил ему, насколько неприемлемым и опасным было его поведение. Теперь, когда участники еще лучше осведомлены о возможных последствиях, больше таких ситуаций возникнуть не должно.

Поттер и Торренс едва ли не одинаково поджали губы, а Альфард спросил, почти сам у себя:

-А когда следующее полнолуние?

-Через два дня,- тут же ответила ему мисс Люпин.

-Так все оставаться не может,- твердо произнес лорд Чарльз,- я найду кого-нибудь с опытом в подобных делах, что пересмотреть и усилить защиту. Конечно, это будет кто-то, способный хранить секреты,- успокоил он Мэри.

Она торопливо кивает. Альфард понимает, что этот день мог стать для нее трагедией, обернуться катастрофой для её сына, попадись ей менее благородный аврор. Но теперь для нее все было лучше, чем могло быть. Для него же...

-Мистер Поттер,- с волнением произносит Мэри, и никто её не поправляет на "лорд",- могу я увидеть этого мальчика или чем-то помочь?

-Лучше пока не надо,- после недолгого раздумья ответил Чарльз. -Нам нужно разобраться до конца, что происходит. Да и Северус все еще не совсем здоров. Мы дадим вам знать, когда можно будет его увидеть.

-Да, конечно,- торопливо соглашается она.

Директор начинает говорить, что, если они уже закончили, он проводит её к камину. Лорд Поттер кивает, и они уходят. Альфард тоже хочет встать и выйти, на самом деле он хочет убежать, улететь из замка... Но он сдерживается. Сейчас у него есть обязанности, которые нужно выполнить до конца.

Чарльз кладет локоть на стол и упирается лбом в раскрытую ладонь. Это жест усталости или даже бессилия, непривычно видеть его у Поттера. Но через секунду он снова поднимает голову и с неверием и даже почти злостью произносит:

-Оборотень в Хогвартсе!

Почти тут же Торренс начинает говорить:

-На самом деле любопытно, что у нас нет законов, запрещающих это- силы традиции всегда было достаточно. - Альфард прекрасно понимает, о чем он говорит, законодательная система волшебного мира болезненно несовершенна, даже он, не имеющий почти никакого отношения к министерству, знает это.

-Здесь нет подходящих условий,- отвечает Поттер, но кажется, будто он почти не думает о своих словах.

-Ты же сам предложил ей помощь.

-Да...- он наконец собирается с мыслями, встряхивает головой и объясняет уже с полным вниманием.- Нет, это можно устроить, если привлечь хороших заклинателей, а лучше вообще увозить его в полнолуния подальше от школы, любое поместье в сотню раз лучше подойдет, чем разваливающаяся хибара. Но меня возмущает, что Дамблдор устроил это тайно, как вор. Во-первых, он, очевидно, оказался неспособен обеспечить безопасность. Во-вторых, родители имеют права давать информированное согласие, оставляя своих детей в школе почти на год. И в третьих, почему именно этот мальчик? Я почти уверен, в Англии есть еще как минимум несколько оборотней школьного возраста. Почему они не получили ту же возможность учиться? Особенно, если это даже не противоречит закону.

Все, что говорил Поттер, было логичным и правильным, но Альфард все равно не мог уложить в своей голове общую картину. И похоже, у него начиналась головная боль -то ли от все волнений дня, то ли просто к перемене погоды. Потирая виски, он спросил:

-И все-таки, что вы собираетесь делать? Рассказать всем правду?

Торренс открыл рот, но Поттер отрезал еще до того, как он успел что-то сказать:

-Пока нет. Но я не люблю секреты. После того, как мы организуем допустимые условия для Люпина, можно будет подумать о публичном приглашении других оборотней в школу.

-Это будет сложно.

-Стратегия Дамблдора тоже оказалась не особенно легкой, - резко выплюнул Поттер, и Альфард почувствовал желание оправдаться:

-Я вовсе не имел в виду...- но Поттер снова его прервал, только на этот раз гораздо спокойней:

-Простите меня, мистер Блэк, я могу быть резок, когда сержусь. Так или иначе, мы все решим в свое время. А сейчас, думаю, нам нужно поговорить с Сириусом Блэком.