Отказ от прав: все не мое
Глава 14 - Ну что ж, давай!
- Джеймс! Джеймс Блэк!
Стоп, это же ты, идиот! Который только что вышел из местного отделения Гринготтс в вечерние сумерки. Билл и остальные всё ещё работают с главным гоблином. Ты же в планировании и стратегии практически бесполезен. Возможно, даже и отказался бы от должности капитана, если бы чертовы ублюдки тебе её предложили. В любом случае, это год Кэти. Хотя… можно было бы принять эту должность только назло Рону, просто чтобы выкинуть из команды его бесполезную задницу. Интересно, обнаружит ли Герми-сиськи, что его «проблемы» не ограничены только квиддичным полем? Что ж, вместо того, чтобы притворяться и оскорблять воображаемого Рона, лучше выясни, кто тебя зовет и что от тебя нужно.
- Я думал, что ты не слышал меня, - к тебе быстро подходит Пауло Вангелдер. Это отвечает на первый вопрос; теперь переходим к более важному.
- А, извини, слишком длинный день. Привет, Пауло. Как дела? – пытаешься заставить свое подшучивание выглядеть случайным. Может, сработает ради разнообразия.
- Я искал тебя. Немного волнуюсь за Карину и её мальчика, - успокаивающе произносит Пауло. Представитель бразильских сил правопорядка достаточно мускулистый, ростом приблизительно метр восемьдесят пять. Он коротко подстригает свои темные волосы, его лицо – довольно дружественное.
Все ещё неуверенный, какое место занимаешь ты в жизни Карины, или, что важнее, Карина – в твоей, отвечаешь:
- Что ты слышал?
- Кажется, моя дальняя кузина Нина на тропе войны. Я рискую – меня могут увидеть с тобой, так что давай-ка притворимся, что злимся друг на друга. Карина – ее идея фикс. Она может заняться и тобой, если решит, что ей сойдет это с рук.
- При чем тут я? Кстати, с чего вдруг ты так заботишься? – В эти дни ты все больше и больше напоминаешь Хмури.
- Джеймс, не оскорбляй меня, пожалуйста. Все её соседи у Нины под каблуком. Они рассказали ей о том, сколько времени ты проводишь в том доме. Они видели, как ты со своим другом ставил на дом защиту. Волшебное общество здесь очень маленькое. Ему ещё о-го-го сколько до размеров сообщества в Сан Пауло или Бразилии. Сплетня здесь просто ещё одна форма валюты. Что касается того, с чего я вдруг забочусь… Карина – мой друг. Я не люблю, когда подобное происходит с моими друзьями.
Что ж, это немного раздраженный и довольно расплывчатый ответ, из тех, что ты уж слышал.
- Я в состояние позаботиться о себе.
- Я никогда не утверждал обратного. Просто меня беспокоит безопасность Карины. Ты видел её в последнее время?
- С прошлых выходных – нет. Что-то не так?
- Нет, по крайней мере, я так не думаю. Я заходил к ней утром. Думал, может, ты был там с тех пор. Ты собираешься к ней заходить?
Ты не планировал. Атака назначена на субботний вечер; с другой стороны, не можешь же ты проболтаться полицейскому из маленького городка, что вы с веселой и дружной компашкой расхитителей гробниц с гоблинами собираетесь поохотиться на мятежников. Особенно когда упомянутые бунтари орудуют на территории, где вы с вышеупомянутыми черными археологами надеетесь насобирать немножко трофеев. Тебе нужно убить четырнадцать часов. Нападение – только предлог, так как ты просто не хочешь расхлебывать неловкую ситуацию с Кариной. Забавно, не так ли? Перспектива заполненных гоблинами тоннелей и жесткой борьбы пугает меньше, чем мать-одиночка и её пятилетний сын.
- Я думал об этом. С другой стороны, неделя была очень сложной. Может, стоит подождать до завтра.
Пауло окидывает тебя взглядом. Интересно, ревнует ли он к вашим отношениям с Кариной…
- Джеймс, сходи, проведай её. Она просто в панике. Практически не покидает дом и не позволяет выходить Чико. Если бы моя кузина подумала, она бы просто позволила этому продолжаться и дальше – дни, недели, месяцы – и наблюдала бы, как Карина сходит с ума. К счастью, она не настолько умна.
- Разве ты ничего не можешь сделать? – Кстати говоря, почему, в конце концов, все ложится на твои плечи? Это что, такая тенденция? Ты уже почти ожидаешь, что в один прекрасный день по телеку покажут «явление Вернона народу», который начнет вещать о том, что в глобальном потеплении и коровьем бешенстве виноват Гарри Поттер. Единственное, почему Вернон не первый в твоем топ-листе кандидатов на пни-мою-задницу, так только потому, что старина Дамби и дружище Волди делят первое и второе места.
- Слишком уж большие деньги вовлечены. Мои руки связаны. – Вау! И кто бы сомневался! Разве это удивительно, насколько тебя заездили? И все-таки Пауло пытается помочь изо всех сил. Тебе стоит дать ему шанс.
- Ты прав. Нужно пойти, повидаться с ней.
- Я рад. Знаю, что ты в отъезде всю неделю, но как, если что, мне тебя найти?
Даешь ему номер отеля в городе, где вы обычно останавливаетесь и говоришь, что на данный момент вы в «Танцующем Дельфине». Он пишет тебе номер своего камина. Вы беседуете ещё пару минут. Он приглашает тебя на следующий турнир по доджеспеллу, что состоится через пару недель. Ты не можешь определенно отказаться или согласиться. Даже планы на две недели в твоей жизни – это слишком. Только посмотри, где ты был три недели назад, и как твоя жизнь изменилась за это время. Спрашиваешь о Рисе, Шейле и Аманде. Пауло отвечает, что с бывшими товарищами по команде все в порядке, хотя вряд ли Шейла и Рис продержатся вместе дольше двух недель. Когда светская беседа исчерпывает себя, пожимаешь ему руку и смотришь, как тот аппарирует.
Ты с треском перемещаешься на улицу, где стоит дом Карины, и посылаешь извещающие чары к двери. В окне появляется её лицо; она машет тебе. Подзывает тебя поближе. Чувствуешь покалывание, когда проходишь сквозь щит периметра. Странно, ты вроде включен в защиту, но это неважно. Ты считал, что она должна была снять чары, хотя бы из вежливости. Надеешься посмотреть, активизируется ли второй слой, но она открывает дверь.
- Джеймс, пожалуйста, заходи.
Карина выглядит просто измотанной. Как будто она долго нормально не высыпалась. Учитывая твой обширный опыт с плохими снами, ты прекрасно распознаешь те же признаки у других. Заходишь в дом; она закрывает дверь и на мгновение обессилено опирается на нее перед тем, как восстановить самообладание.
- Почему ты не опустила защиту периметра?
- Пауло говорит, что я не должна. Люди вполне могут использовать многосущное зелье или чары изменения внешности, но волшебную подпись подделать невозможно. Ты не встревожил защиты, поэтому я знаю, что это – точно ты. – Проклятье! Она теряет самообладание, правда? Пауло прав. Ещё несколько недель, и она превратится в Хмури с прекрасной задницей.
- А… Теперь понятно. Ты в порядке?
Едва ты успеваешь произнести слова, она уже рыдает в твоих руках. Эй, ещё одна Чо! С другой стороны, у Карины проблемы-то настоящие. Самая страшная у Чо была та, что её парень оказался в неправильном месте в чертовски неправильное время. Медитируешь над картиной «Парень обнимает и утешает рыдающую девушку». Через её плечо видишь стоящего в дверях Чико. Бедный мальчишка не понимает. Ты и сам вряд ли что-нибудь понимаешь, но сердце тянется к нему. Он грустно улыбается и поднимает руку в приветствии. Кивком показываешь ему уйти обратно в комнату, тот кивает в ответ с выражением «пусть моя мама больше не плачет, или ты пожалеешь».
- Тише. Ты хочешь поговорить об этом? – накладываешь на дверь Чико заглушающие. Она смотрит на то, что ты делаешь.
- Тише! Тише! Я не могу так больше жить! Люди смотрят на меня! Я же вижу. У моих соседей бывают мужчины – думаю, я видела их раньше у Коластос. Они мучают меня, а ты тут приходишь и заявляешь – тише! Ты ничего не понимаешь!
Ты мог бы ответить ей тем же. Ты тоже жил последние несколько лет как под гребаным микроскопом, а куча людей пыталась всячески причинить тебе боль. Она же живет под подобным гнётом только две недели. Хочется закричать на неё, но ты подавляешь порыв.
- Карина, прекрати. Если ты и дальше будешь вести себя так, они уже победили. Вряд ли делу поможет то, что ты будешь сходить тут с ума. Если к тебе придут, активируй защиту Билла, забирай Чико и убегай. Это – просто.
- Куда убегать?
- Не знаю. Разве у тебя нет родственников, к которым ты можешь пойти?
Она обнимает тебя ещё сильнее.
- У меня никого нет, кроме Чико. Я уеду и никогда не вернусь; ты поможешь мне? Я не настолько горда и могу попросить у тебя помощи. Пожалуйста, Джеймс, помоги мне!
Дерьмово, потому что у вас с Биллом состоялась беседа после недавних трат на предварительную защиту для лагеря. Ремус написал Биллу в журнал, недоумевая о последних расходах Экспедиции Феникса. Биллу пришлось срочно выдумывать некое оправдание для такого громадного количества денег, потраченных за последнее время. Вы согласились, что должны ограничить расходы, чтобы ему больше не задавали вопросов.
- Карина, я могу добыть ещё кое-что из моих фондов. Сколько тебе нужно?
- Мне нужно будет уехать из страны. Нужны будут документы, портключ и место, где можно остаться. Документы – это дорого. Примерно сотня галеонов для нас обоих. Насчет остального – не знаю. Пауло сказал, что поможет мне тихо сделать бумаги, но это может стоить дороже. Я знаю, что если она услышит о моем отъезде, то прикажет убить нас.
Ты знаешь, что Билл не пойдет на это. После пятисот монет на анимагический ритуал, штрафов за щиты на доме, всех дополнительных защит и снаряжения, а также расходов на премии за молчание – ни за что!
- Карина, это слишком много! Я не могу сейчас получить такую сумму.
Её поведение мгновенно меняется:
- Не можешь или не хочешь? – а она вспыльчивая, да?
- Не могу. У меня практически нет доступа к такому количеству денег.
- Возьми нас с собой.
Нда, интересное заявленьице.
- Карина, джунгли – не место для таких детей, как Чико.
- Я буду готовить. Убирать. Если я останусь здесь, они убьют нас обоих. Уж лучше я рискну с тобой в джунглях, - часть аргументов звучит удивительно знакомой - сильно похоже на то, когда ты упрашивал Билла взять тебя с собой в это маленькое приключение.
Обдумаешь всё. Кван назвал бы тебя «глупым» уже за то, что ты только думаешь об этом. Однако двое – не так уж много лишних ртов. Грозовая Туча согласится. Коллинз и Санчес, вероятно, потребуют премию из-за присмотра за ребенком, ну или придумают какое-нибудь другое дерьмо. Однако единственное, что хоть что-нибудь значит – это мнение Билла. Билл – из большой семьи. Она что-то да значит для него, даже если тебя сейчас и не заботит его семья.
- Я поговорю с Биллом. Он возглавляет экспедицию. Мы уезжаем завтра, и я знаю, что он не примет решение сразу же. Мы не вернемся в Англию до октября. Даже тогда могут быть кое-какие проблемы, но если он согласится, мы можем попытаться вытащить тебя из страны куда-нибудь ещё. Я не могу обещать тебе ничего, кроме того, что я попытаюсь.
Она видит искренность в твоих глазах. Ты не упоминал, что заберешь её в Англию, и надеешься, что она этого не хочет. Если повезет, ты переговоришь с Грозовой Тучей и узнаешь, не может ли тот забрать её в Южную Дакоту. Можно поспорить, что Карина с удовольствием поменялась бы местами с Лорен. «Гм, Карина и Лорен… нет, идиот! Даже не думай!»
- Прости меня, Джеймс! Я жду, что ты решишь все мои проблемы. Я не имею на это права! – Черт! Она снова рыдает на твоем плече. Легонько подаешься назад и облокачиваешься на стену, позволяя ей опереться на тебя, что та с удовольствием и проделывает.
Даешь ей пару минут выплакаться, а твои руки гладят спину девушки.
- Карина, я постараюсь сделать все в моих силах и поговорю с Биллом. Он - хороший человек.
Поток слез постепенно стихает, пока ты продолжаешь её обнимать. Спустя несколько минут верх берут другие эмоции:
- Я знаю, что ты обязательно это сделаешь, Джеймс. Ты – хороший человек. Извини, что накинулась на тебя. Давай я это исправлю. – Её поцелуи влажные и немного соленые. Ты чувствуешь её запах. Не следовало бы вам этого делать. Все неправильно, но ты чувствуешь себя так замечательно! Недолгие страстные поцелуи, руки по всему телу, а потом она отступает, бросает на себя контрацептивные чары и обновляет чары заглушения на двери Чико. – Возьми меня.
-
Достаточно сказать, что чуть больше, чем через час, даешь себе мысленную оплеуху. В твоих руках спит голая истощенная Карина Мачадо. Последнее, что ты мог сделать, так это переспать сейчас с ней! Когда ты оглядываешься на свои действия, то понимаешь, что тебе следовало бы поговорить с Грозовой Тучей о звериной стороне, «просачивающейся» в твою жизнь. Ты утратил контроль, когда она сказала: «Возьми меня!» Это было… впечатляюще – единственное слово, которым ты можешь описать случившееся. Проблема в том, что ты знаешь: этого не должно было случиться. Не только потому, что ты платил этой женщине за секс; ты воспользовался её слабостью!
Ты отодвигаешься от неё, захватываешь свою одежду и направляешься в ванную. Одеваясь, вздрагиваешь от царапин на спине, Очевидно, для неё это тоже было впечатляюще. За кухонным столом сидит Чико и смотрит на тебя обвиняющим взглядом. Накладываешь чары заглушения на Карину и чары перевода на себя – Чико явно хочет тебе что-то сказать.
- Привет, Чико. Твоя мама спит. Тебе что-нибудь нужно?
- Можешь дать мне стакан воды? – Что ж, по крайней мере, это не вопрос об отцовстве; этот довольно просто решить.
- Вот, возьми.
- Спасибо, мистер Блэк. В последнее время мама прямо сходит с ума. Она постоянно плачет. Думает, что плохие парни могут прийти и забрать меня.
- Она волнуется. Давай-ка я тебе кое-что подарю. – Снимаешь со своей ноги вязанный ножной браслет, который дал тебе Грозовая Туча, и повязываешь его мальчишке на запястье, где тот сжимается, приспосабливаясь по размеру. – Чико, здесь есть прослеживающие чары. Если кто-то придет и украдет тебя, я могу при помощи палочки тебя найти. Только никому не говори о нем, ладно? Это будет нашим секретом. Теперь – будь хорошим и сильным мальчиком для своей мамы. Она рассчитывает на тебя. Ты можешь сделать это для меня? – Накладываешь чары для отслеживания на свою палочку, а он наблюдает.
Мальчишка нетерпеливо кивает, уставившись на свой новенький браслет. Грозовая Туча может сделать для тебя ещё. Ты прогоняешь его обратно в комнату. Жизнь не должна быть настолько сложной, правда? Смотришь, как мирно спит Карина. «Господи, Гарри! Какого черта ты делаешь? Что ещё хуже, ты же никому не сказал, куда ты идешь. Билл изойдет дерьмом».
Решаешь разбудить её перед тем, как уйдешь. Чувствуешь себя виноватым, но оставить записку, это так… неправильно. Мягко трясешь её:
- Карина, я должен идти. Карина.
Она просыпается, смутно озираясь. «Нда, можно поздравить тебя, несчастный мешок с дерьмом: твои актерские навыки все лучше и лучше!»
- Джеймс? Что такое?
- Прости. Мне нужно идти. Мы возвращаемся завтра… фактически уже сегодня в джунгли, поэтому мне надо уходить.
- Когда ты вернешься?
Это очень хороший вопрос.
- Билл не говорил, вернемся ли мы до следующей пятницы. Как только мы вернемся, я возьму с собой Билла, и мы обсудим всё, хорошо? Постарайся отдохнуть.
Она слабо улыбается, кивает и целует тебя, что вызывает у тебя острый приступ вины. Подходишь к обочине и аппарируешь, чувствуя себя полным дерьмом. Появляешься где-то в пятидесяти метрах от Танцующего Дельфина. Когда подходишь к комнате, на двери – записка:
Сладкий! Я пишу это, так как ты, кажется, не способен следовать устным инструкциям. Постараюсь использовать короткие и понятные слова. Когда решаешь куда-то пойти, ПУСТЬ КТО-ТО ЗНАЕТ О ТОМ, ЧТО ТЫ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, УШЕЛ! Теперь марш ко мне в комнату! Я очень сильно хочу тебе кое-что сказать. Уильям Уизли Начальник Экспедиции (если ты об этом забыл)
Вздыхая, плетешься к номеру Билла получать то, что заслуживаешь.
- Доброе утро, сладкий, - произносит Билл, откладывая долото, молоток и гравируемые им руны. Он сердито вытирает с лица грязь. По все видимости, он напряженно работал.
- Привет, Билл. В твоем письме сказано, чтобы я зашел.
- Действительно. Ну что, мне просто тебе всыпать, или всё-таки подождать до того, пока ты объяснишься? – Что ж, по крайней мере, у тебя есть выбор.
- У Карины неприятности. Я столкнулся с Пауло. Он говорит, что её беспокоят. Она думает, что та сумасшедшая с*** собирается отомстить ей и Чико. Вы все ещё были с гоблинами, а я не догадался вернуться сюда и оставить записку.
Билл переваривает это.
- Ну и что она собирается делать?
Делаешь глубокий вдох:
- Она в ужасе, Билл. Хочет, чтобы мы взяли их с Чико в экспедицию либо дали ей денег для отъезда из страны. Я сказал, что в данный момент ограничен в средствах, которые могу снять со счета. Не хотелось бы напрягать шайку Дамблдора больше, чем сейчас.
- И что ты ей пообещал?
- Ничего. Только то, что поговорю об этом с тобой. Я отнюдь не в большом восторге от перспективы тащить пятилетнего пацана в джунгли. Черт, да у тебя были сомнения даже насчет меня. Хотя я думаю, что можно было бы окружить лагерь возрастным рубежом, что также не позволило бы ему выбраться из-под щитов. Карина сказала, что могла бы готовить и убирать.
- Возможно, это и сработает… Однако, Гарри, мое шестое чувство говорит мне, что это плохая идея. Я подумаю. Когда ты обещал дать ей ответ?
- В следующий раз, когда мы будем в городе. Я не упоминал об охоте на гоблинов. Если мы не избавимся от них, тут вообще не о чем говорить.
- Что ж, хорошо. Сначала убьем гоблинов, потом разгребем этот мусор.
- Спасибо, Билл. Извини, что не оставил записку.
- Гарри, ты – часть команды, помни об этом. Это ничуть не похоже на то, как быть просто ловцом. Ты же знаешь: тебя разыскивают. То, что мы одурачили директора, ещё не значит, что мы так же легко обведем вокруг пальца тех, кто послал за тобой охотников за головами. Нужно, чтобы ты всегда опережал их на один шаг. Если бы Хмури был здесь, тот бы непрерывно вопил свое «постоянная бдительность» и что там ещё он кричит. Нам не нужны проблемы с местными. Если бы Ремус не наблюдал так пристально за тратами, я бы просто сказал: дай ей денег, и пусть та сама покидает страну.
- Я понимаю. Разберемся после того, как гоблины будут мертвы.
- Ну что, ты устал?
- Да нет.
- Отлично, возьми свой набор для гравировки и как минимум пять кусков кости. Если тебя можно заставить вырезать заряжающие и контролирующие руны для этого, я могу перейти к следующей схеме. Я покажу Санчес, куда точно она может засунуть эти людоедские растения. Покажу, как пытаться делать из меня дурака...
Качаешь головой и поворачиваешься к двери.
- Фу, зачем ты это сказал? Не хочу даже представлять такую гадость!
Фанатичный блеск в глазах возвращается. Ему и правда попала вожжа под хвост, да? Может, стоит подумать ещё о том, действительно ли ты хочешь быть кем-то вроде анимагуса и разрушителя заклинаний. Ты мог бы закончить как Билл, с навязчивой идеей бормочущий о такой же безумной мексиканской бабе-яге.
Забежав в свой номер, возвращаешься с инструментами.
- Отлично, подойди и посмотри! Я ещё не назвал это: вон та часть создает большие камни, вон та – кидает их, эта – заставляет их следовать за целью, а эта… я ещё не решил, что точно делает эта часть, но это будет нечто! Может, пусть она отвечает за рост шипов? Нет, тогда упадет скорость. Огонь! Огонь – то, что нужно! Или возрастной рубеж! Ты упоминал его. Может, стоит установить возрастную планку на двести лет, так, чтобы они не могли убежать…
Ты быстро понимаешь, что это будет длинный вечер.
-
Когда садится солнце, нападающие двигаются через джунгли. Портключ доставляет тебя примерно за километр до входа в туннель. Остальные ждут данных от Грозовой Тучи. Придвигаешься к Коллинзу, заметив, что в руках у того автомат.
- Зачем тебе оружие?
- У гоблинов нет против них щитов. Конечно, если у них нет волшебника, который поставит им на броню пуленепробиваемые чары. АК-47 разобьет их так же, как и АК из моей палочки. Борьба в туннеле обычно суматошная и грязная. Моя крошка имеет даже заглушающие и чары перезарядки магазина, которые можно включать-выключать.
Одна из первых ведьм, когда-либо получавших Орден Мерлина от мужчин, управляющих Международной Конфедерацией Чародеев, была Эриэл Клаудрайдер. В конце 1700-ых, после того, как потеряла мужа и семью в том, что Артур Уизли называет «перехлестный огонь», она поставила себе задачу создать первые пулеотталкивающие чары. По мере того, как в мире модернизировалось не-магическое оружие, её работу тоже пересматривали. Сомнительно, что когда-нибудь будет создано хоть что-нибудь, способное оградить от ядерного взрыва, но можно остановить большую часть пистолетов и даже некоторые винтовки относительно простыми рунами, просто вышитыми на одежде или вырезанными на броне.
- С чего бы тебе вдруг захотелось снять заглушающие с автомата?
- Фактор страха. Он издает громкий, ужасный звук. Прекрасно действует, если хочешь, чтобы они испачкали штаны от ужаса.
- А, тогда понятно. Я просто удивился, увидев волшебника с оружием. Оно остановит тролля?
Коллинз критически оглядывает автомат.
- Случалось когда-то такое. Пришлось выпустить весь магазин, и, прежде чем ты спросишь, им не повредить ни великана, ни дракона, если, конечно, тебе не посчастливится ударить в определенную точку. Я бы даже не пытался. Хочешь научиться стрелять? Кван уже показал тебе все наши мерзкие цепочки заклинаний, но я лучше владею ружьем.
- Конечно, почему бы и нет? – В уме ты уже прокручиваешь и смакуешь фантазию о Волди в лимузине, а сам ты – Ли Харви Освальд. – Кстати, напомнило… Ты же ведь из Техаса, да?
- Рожденный в Америке – милостью Божьей – техасец! – по какой-то причине тот начинает невыносимо растягивать гласные.
- А правда, что американский министр магии заказал убийство Кеннеди, потому что тот собирался рассказать всем о волшебном мире?
Он тебе просто улыбается.
- Никто никогда ничего не скажет, но нормалы все ещё вспоминают про «волшебную пулю». Удивительно, да?
Киваешь боевому магу и идешь к остальным. Билл – с главным гоблином. Принимаешь во внимание, что большая часть из них – ворчлива. Четвероклык – особенно древний и ворчливый экземпляр. Он мог бы быть даже гоблинским «Безумным глазом»! План такой: волшебники уберут ловушки и все такое, а большую часть драки оставят гоблинам и троллям. План кажется тебе прекрасным и элегантным. Та немногая информация, что у тебя имеется о мятежниках, говорит о том, что их лидер – женщина. Согласно Биннсу, гоблины относятся к своим женщинам как к грязи. Просто удивительно, что одна из них смогла стать лидером клана. Возможно, ты помогаешь убить гоблинский эквивалент Жанны Д'Арк.
Смешно, ведь обычно так ты нервничал перед началом квиддичного матча. Сейчас все это кажется таким мелким и ребяческим. Это была просто игра. Здесь же через несколько минут повеет смертью. Это – именно то, что ты имел ввиду, когда сказал Луне, что надеешься, что она никогда не поймет. Одно дело защищать себя, свой дом или место своей стоянки; совсем другое всей кучей куда-то двигаться с единственной целью – убить вашего врага. Нервно вышагиваешь. Тебя трогают за плечо и останавливают.
- Глупо тратить энергию! Сохрани её для гоблинов. – Кван и вправду все реже использует слово «глупый», верно? Это значит, что ты умнеешь, или ему просто приелось?
Смотришь на боевого мага-корейца. Вероятно, ему под пятьдесят или чуть больше.
- Я не привык ожидать убийства. А надо бы. Как у тебя получается? – не удивительно, что большая часть Упивающихся Смертью так чертовски терпеливы!
- Очисти разум. Сосредоточься на предстоящей задаче. Напомни себе, что если помедлишь или сглупишь, никогда не увидишь снова ни семью, ни друзей. Никогда не недооценивай противника. Будь быстрым. Умным. Надеюсь, ты счастливчик. Первое: не дай себя убить. Второе: убивай врагов. Третье: помогай союзникам.
Тебе нечего ответить, но все-таки интересно:
- Но если так, зачем там, в руинах, ты приказал Биллу первым сесть ко мне на метлу?
Кван улыбается тебе. Это первая «теплая» улыбка на его лице за все время, что ты его знаешь.
- Иногда даже я – глупый дурак.
- Что-нибудь посоветуешь по борьбе в туннелях?
- Оставайся у стен. Никогда первым не двигайся к центру туннелей. В центре гоблины обычно устанавливают ловушки. Дальше они заманивают в ловушки у стен туннелей. Используй все, что можешь, в качестве маскировки. Держи во рту безоар. Если почувствуешь, что тебя ранили, глотай его. Не выясняй, ранили ли тебя отравленным оружием или нет. Взрывные проклятья заставляют туннели обрушиваться. Никаких дровоколов! Используй разрубающие и проникающие заклинания. Если в туннеле очень темно, используй свое самое сильное оглушающее. Ярко-красный свет ослепит их. Не смотри на свои заклятья. Уходи с позиции, как только бросишь проклятье. Яркий свет, может, и повредит им, но укажет на твою позицию. Все, время идти.
Почувствовав уверенность, наблюдаешь, как садится и плавно оборачивается человеком Грозовая Туча. Умственные упражнения привели тебя ближе к прояснению, но все-таки его пока нет. Он преобразовывает ещё один браслет, чтобы отследить тебя, если вдруг твой зверь решит выйти погулять. Наблюдаешь, как он рапортует Биллу и старому гоблину.
- Кван, вы с Коллинзом снимаете трех охранников на входе. Они примерно в метре-двух вглубь коридора. Могут запустить тревогу, если их быстренько не убить. Если сможешь, прикончи их, но не рискуй – не ходи далеко в пещеры, пока я не выясню, какие у них защиты. Четвероклык говорит, что у этой группы много големов и осадных машин, так что их туннели будут большими. Задержись у входа, пока мы с Санчес не снимем щиты.
Билл останавливается и оглядывает тебя и всех существ вокруг:
- Джеймс, останься на минутку. Если я просигналю, принесешь и запустишь того сапера. Нет, плохая идея… Пусть с тобой останутся пятерка гоблинов и тролль. Возможно, будет засада. Мне нужно, чтобы ты присматривал за нашим тылом. Грозовая Туча, вы с Санчес – со мной. Как только щиты уйдут, пойдут гоблины и тролли. У всех гоблинов есть ворг, но с пигментом, чтобы они светились красным. Если не светится – смело убивай. Все ясно?
Ты немного обижен, что вынужден охранять тыл, но что поделать… Кажется, пятерым гоблинам тоже это не нравится. Они намного грозней без своих сюртуков, в броне и с оружием. Попробуй-ка, назови их сейчас банкирами. Естественно, твоя пятерка как две капли воды напоминает тех, что другие решили оставить.
Начинается бой, и Кван с Коллинзом снимают передних, но те, что в туннеле, поднимают какую-то тревогу. Билл подает сигнал для сапера. Вы с Хаком его приносите. Смотришь, как активируется сапер. Немного жутко, когда куча заряжающих рун вместе вступает в действие. Такое впечатление, что магия испаряется из воздуха. Билл с Санчес запускают скандирование для того, чтобы убрать защиту. Видишь, как начинают пылать несколько схем. Теперь распознаешь щиты основного периметра и тревогу в случае нарушителей. Гордясь, вступаешь с единственным антищитовым скандированием, которому пока научил тебя Билл. В основном оно бросает твою энергию против мощи щитов, пока не перегрузит контролирующую руну. Полезно, когда щиты не отвечают на удар, как, например, в случае с тревогой, но всегда возможна каскадная активация, если защиты от нарушителей связаны с чем-то большим.
Кажется, защита совершенно дилетантская. Можно утверждать, что ты бы их запросто переплюнул. Ставивший их гоблин-волшебник (или ведьма) явно не был профи. Все, что держит их, так это количество окружающей энергии. Сапер обрывает цепь, так что в течение минуты падают тревога периметра и первый слой преимущественно болевых и вызывающих тошноту щитов. Из пещеры вылетают несколько арбалетных залпов. Коллинз отвечает очередью из АК-47 с выключенным заглушающим. Странно, но больше болтов из пещеры нет.
Выдвигается первая группа из десяти гоблинов и двух троллей вместе с Биллом, Кваном и Коллинзом. Следующими входят пятнадцать гоблинов с Санчес и другим троллем. Скоро у входа в пещеру остаются только пятеро гоблинов, ты и Хак; твои уши различают звуки боя. Если ты думал, что ожидание битвы нервирует, то теперь ты сходишь с ума, не зная, что происходит. Под тобой качается земля, а потом доносится грохот. Ты надеешься, что именно так все и должно быть.
Проходят пять долгих минут ожидания; делать совершенно нечего. Палочка нервно постукивает по ладони, пока гоблины переговариваются на своем языке. Один из них безумно жестикулирует, показывая на поврежденных в сражении гоблинов, которые появляются из тоннеля. Около десяти из них в своей обычной форме, другие десять или чуть больше – под действием ворга, половина из которых – медведи. Когда они начинают стрельбу из арбалетов, ты быстро принимаешь ответные меры.
- Вертексицис! – сильный порыв ветра уносит болты от цели. Он настолько силен, что снес в проем ещё и нескольких гоблинов и меньших существ в ворговой форме. Запомнить: готовить побольше любимой еды Грозовой Тучи. Подкупи его, чтобы тот научил тебя ещё какому-нибудь элементному волшебству.
Замечаешь первого медведя, и тот получает Тонаре, Лацерус и Импактус; результаты впечатляющи. Тролль ступает перед тобой, и в его щит ударяет разрубающее. Хак как будто не замечает проклятье. Где-то поблизости их волшебник! Твои гоблины кидаются вперед и вступают в схватку. Черт, как не вовремя! Отчаянно пробуешь их защитить. Не удивительно, что остальные оставили здесь этих пятерых! Чертовы идиоты! Хак – самый маленький из троллей, но что действительно обидно – то, что и тебя оставили здесь. Что это говорит о тебе?
Бросая ещё одно разрубающее, чтобы защитить одного из твоих немногих гоблинов, призываешь змею. Уворачиваешься от взрывающего – от того взлетает вверх куча грязи. Приказываешь змее:
- Убей животных!
Выливаешь на гоблинов поток проклятий. Ещё раз поминаешь недобрым словом факт, что у тебя нет собственной змеи. В магазине животных в городке были два сурукуку, но Биллу урезали расходы! С твоей-то удачей, если ты прикажешь ей убивать гоблинов, она нападет и на тебя. Когда ты поднимаешь щит, отводящий ударное заклятье, естественно, возникает ещё вопрос: а какие гоблины из них – твои? Сосредотачиваешься на летящих к тебе воргах. Хак дерется с тремя медведями. Залп огня уходит в пару несущихся на тебя боровов и шакала. Одному хряку удается пройти, и ты выпускаешь ему кишки. Следует признать, что шутка Коллинза о летающих свиньях довольно забавна.
Твое хорошее настроение обрывает ударное, которое как нож сквозь масло проходит сквозь щит, что ты пробуешь бросить. Оно шлепает тебя об окружающую пещеру глиняную стену, ударяя в живот, как крикетная бита. Уфф! Твой зад не прикрывает никакая драконья броня! От следующего за этим удара головой о стену из глаз сыплются искры. Катаешься по земле, пытаясь прочистить голову и представлять собой как можно меньшую цель-Гарри. Что ж, тебе все равно надо было глотать безоар. Пара разрубающих врезается в камень сзади тебя, и эта чертова посланная тобой в полет свинка злобно несется обратно.
Ощущаешь, что судьба опять обеспечила тебя нужным инструментом, выкрикивая:
- Вингардиум Левиоса!
Как сказала бы Флер: «Voila, bouclier de cochon»*. Использую фланирующую в воздухе тушу, блокируешь два следующих проклятья, устраняя врага. Что дает тебе время избавиться от последствий ударного. Когда чувствуешь, что готов к атаке, швыряешь тушу борова в одного из двоих медведей, что ещё борются с Хаком. Хак использует отвлекающий фактор и бьет их шипастой дубинкой.
Хорошо, что тебе уже лучше: приближаются два гоблина. У того, что слева – копье. У его напарника меч. Уклоняешься вправо и бросаешь разрывающее. Цель неудачна. Все, что выходит, так это чуть ударить по доспехам и на секунду его замедлить. Меч гоблина летит прямо к твоей броне из ядозуба. Её не пробивает, но ушиб будет точно. Дадличек бы гордился тобой: гоблин номер один попадает под апперкот левой рукой; перчатки из кожи дракона весьма способствуют результату. Технический нокаут засчитан Поттеру! Карлик в броне припадает к земле. Удар, и ты вынужден заплатить – твою левую ногу разрубает меч другого гоблина.
Ярость вздымает кровь, и ты рвешь палочку ему в лицо:
- Редукто! – маленькая голова проклятого ублюдка взрывается во все стороны.
- Епискей! – основное заклинание первой помощи закрывает кровоточащую рану. Кровь больше не хлещет, просто немного сочится. У Хака проблемы! Последний медведь – на его груди, с силой бьет того по морде, да и от волшебника троллю досталось.
Бежишь к медведю, крича:
- Лацеро! – разрывающее привлекает внимание медведя, попав тому по мохнатой лапе. Хак слабо бьет мишку, но этого оказывается достаточно, чтобы сбить того с груди. Тролль взвывает от боли, когда костелом попадает ему в плечо, не достав до головы. Хак пытается подняться, но падает.
- Абрумпо пер Инцендия! – пора уже создавать огненный кнут. Стреляешь им по передним ногам. Медведь взвивается, ревя в гневе, и ты ударяешь того поперек груди. Существо шатается… Тебе удается захлестнуть кнутом его шею. Смерть приходит к нему быстро.
Что-то, то ли разрушающее, то ли ударное, хлопает тебе в правый бок. Едва удерживаешь палочку, когда тебя сносит с ног. Больно. По шкале от одного до десяти ты сказал бы «слишком больно». Делаешь судорожный вдох. Легкие как будто в огне, а некоторые ребра вроде не там, где должны быть. Перекладываешь палочку в левую руку, и твое протего откидывает следующее проклятье. На тебя двигается волшебник. От него воняет убийством. Блокируешь второе. Вот это ты вляпался, да? Нужно хоть что-нибудь, чтобы остановить его. Нужно то, что тот не сможет отбросить. Тебе нужно… непростительное.
- Круцио! – спасибо, Кван – теперь это одно из проклятий, с которым у тебя слишком много опыта, и хотя одна твоя знакомая Белла когда-то сказала, что одного справедливого гнева – недостаточно, у тебя был шанс обрести и гнев, и ненависть. Сегодня, сейчас, против данного врага – этого больше, чем достаточно.
Маг падает от муки, когда ты вливаешь в проклятие силу. Уголком глаза замечаешь, что Хак начинает двигаться. Он ползет к волшебнику. Пытаешься удержать заклятье как можно дольше, чтобы тролль успел протащить свои шестьдесят или семьдесят стоунов** к мечущемуся волшебнику. Когда ты останавливаешь проклятье, Хак с хлюпающим звуком роняет ему на грудь лапищу. Тот дергается раз, другой, и затихает.
Тебе удается прокаркать:
- Великолепно, Хак! Ползи сюда!
Когда тролль добирается до тебя, своевольничаешь с епискей и другими заживляющими, которым научил тебя Кван. Самые худшие раны Хака удается закрыть. Очень утомительно. Тебе холодно; неплохо бы подремать. Тролль помогает тебе снять драконью броню. Весь правый бок выглядит так, как будто Крэбб с Гойлом решили не стрелять ударными, а попрактиковаться на твоей шкуре с битами. Чем этот гребаный маг ударил тебя?
- Крошка Джеймс не должен спать. Не спать! – чтобы подчеркнуть свои слова, он щипает тебя за ногу. Будет ушиб.
- Ох! Черт! Да, да, не спать. Я понял. Все еще рад, что пошел с нами?
- Хак рад драться с крохой Джеймсом. Мы будем крушить черепа вместе. Разве кроха Джеймс не может вылечить себя, как он вылечил Хака?
- Он не знает правильных заклинаний, - бормочешь, когда тебя начинает трясти. Хак снимает свою разорванную и окровавленную рубашку и накрывает ею тебя. Это удивительно с его стороны, даже если она пахнет троллевым потом, кровью и старым сыром. – Спасибо, Хак!
- Пусть тебе будет тепло, кроха Джеймс. Хак пойдет за помощью. Приведет других волшебников вылечить кроху Джеймса. Не спать!
Хак убегает. Ползешь к другому волшебнику, проверить, нет ли у него кровевосстанавливающего зелья. Замечаешь, что у того открыты глаза. Он давится и сплевывает кровью.
- Ненавижу людей.
Ты довольно уверен, что правильно его расслышал. По крайней мере, у него больше нет палочки. Та в трех метрах, и ни один из вас сейчас не в состоянии добраться до неё.
- Так именно поэтому ты и работаешь для некоей неудачливой с***-мятежницы?
- Кланы не пошли за мной только потому, что я не мужчина! – шипит мужчина, снова кашляя кровью. – Я не умру в этом глупом теле!
Твое внимание приковывает тело, что медленно изменяется в форму гоблиншы. Ты ещё не видел их раньше. Она примерно такого же размера. Только менее угловатая и более женственная. При этом страшная как смертный грех. Те волосы, что остались – свалялись, а глаза странного желтого цвета.
- Однажды моя раса поднимется с колен. Матриархат освободит нас от вашего гнета!
- Так совет гоблинов не пошел за тобой, потому что ты женщина? – Какая странная беседа! Укутанный в рубашку тролля, у скалы, ведешь беседу с гоблиншей-анархисткой.
Она снова сплевывает кровь:
- … рабы ваших чертовых денег. Кентавры понимают! Они знают правду. Пока мы полезны вам, нас не трогают. Пока мы не научимся чему-то большему, всегда будем вашими шавками.
Ты сравниваешь с ней себя. Бормочешь:
- Похоже на историю моей жизни, сестра. Борись что есть сил! – твои глаза встречаются с её. Они удивленно распахиваются, когда она умирает. Интересно, какую истину та поняла в свои последние мгновения?
Делаешь все, что в твоих силах, чтобы не потерять сознание. Прокручиваешь в голове как минимум двадцать «золотых правил» Билла. Как долго не было Хака? Минуту? Десять?
Слышится мягкий удар. Кто-то идет? Или это стук сердца в твоих ушах?
- Опусти меня! – слышится визг, который разбавляется проклятьями на испанском.
- Кроха Джеймс ранен. Хорошенькая ведьма лечит кроху Джеймса. Кроха Джеймс спас Хака. Вылечи Крошку Джеймса! СЕЙЧАС ЖЕ!
Хочется хихикнуть. Хак только что назвал Санчес хорошенькой. Да, это смешно, да просто уморительно! Значит, для тролля Санчес хорошенькая? Ты бы не сказал даже такого. С этими мыслями сознание уплывает, пока она вливает тебе в глотку какую-то мерзкую субстанцию.
-
Приходишь в себя на кровати в палатке. Снаружи темно. Грозовая Туча дремлет рядышком. Ты не мертв. Что ж, если бы и был, значит, болезненные ощущения переносятся с этого света на тот. А если так, то ты надеешься, что и Волди, и Дамби оба умрут от огненного члена в заднице.
Осторожно тянешься и трогаешь индейца за руку. Его глаза открываются:
- С возвращением, Гарри. Тебе крепко досталось, когда твой друг тролль притащил к тебе Санчес.
- Все остальные в порядке? Где моя палочка? – Ты не планируешь бросать заклинания, но у тебя навязчивая идея насчет палочки. Кое-кто когда-то сказал тебе, что с этой палочкой тебя ждут «великие и ужасные вещи».
- Успокойся. Никто из экспедиции серьезно не пострадал. Худшее, что случилось: я получил сотрясение, когда мятежники обрушили часть туннеля. Только ты сражался и убил их предводителя.
- Она выглядела как волшебник и бросалась проклятиями. Как она сумела?
- На ней был древний браслет, сделанный ещё майя или даже атлантами. Билл и Санчес изучают его. Он позволяет носящему принять форму и частично способности другой персоны. Такие браслеты когда-то использовались чародеями, чтобы волшебный народ казался обычными людьми; они использовали украденную магию для своих миньонов. Эффект мог быть временный или постоянный, если проводили жертвенный ритуал.
Может, ты ничего не понимаешь потому, что только что проснулся?
- Что ты имеешь ввиду?
- Браслет позволял главарю гоблинов принимать форму захваченного ею волшебника: его убили и напитали браслет его силой. Именно так она сумела колдовать.
- Я удивлен, что гоблины не требуют его обратно. Он должен быть чертовски полезным. – Что ж, теперь ты знаешь, кто так по-любительски накладывал защиту.
Старик улыбается тебе.
- По соглашению Билла, нам принадлежит одна четверть всего золота и все найденные нами артефакты. Гоблины предложили в обмен на него большую часть своей доли. Билл вежливо отказался, но позволил им приобрести несколько менее важных объектов, которые были возвращены в знак солидарности.
- Сколько же я провалялся?
- Эй! Сладкий! Мы по тебе скучали. Никто из нас ничего не понимает в чертовой готовке, – врывается голос Билла. Коллинз что-то бормочет о том, что с его перцем чили все в порядке.
- Привет, Билл! В следующий раз оставь мне побольше гоблинов, ладно?
- Я подумаю. Ты действительно пострадал, учитывая, что сейчас уже ночь понедельника. Гоблины приняли меры, чтобы доставить тебе целителя для проверки. Потом мы стерли ему память. До среды у тебя постельный режим. Мы с Санчес работаем на развалинах. Твой приятель-тролль захотел остаться. Он сейчас снаружи, несет вахту. Думаю, его слова прозвучали так: «Хак не уйдет, пока Джеймс так не велит». Мне уже рассылать свадебные приглашения?
- Билл, сделай одолжение – заткнись к чертовой матери!
- Нет, не могу, но у меня для тебя есть подарок. Это часть твоего трофея. Как твой наставник и экстраординарный гуру в разрушении заклинаний, я награждаю тебя твоей собственной «Книгой»!
Билл призывает экземпляр «Полевого руководства разрушителя заклинаний Голинарда».
- Извини, я уже скопировал некоторые хорошие схемы и заметки разрушителя, у которого была эта копия, пока он не попал в лапы гоблинши, но я позволю тебе в обмен скопировать кое-что у меня. Рассматривай это как цену за свое обучение. Я позволил и Санчес взглянуть, а за это выбрал у неё парочку схем для нас двоих. Нам досталось больше чем надо золота для решения твоей проблемки.
Улыбаешься, рассматривая том. В книге огромное количество схем, но вся красота на последних страницах, где разрушители дописывают собственные заметки и оригинальные схемы. Именно поэтому большинство так защищает собственные копии. Ты видел, как Билл и Мария торговались друг с другом по обмену нескольких схем. Ты подозреваешь, что он попытался получить в загребущие лапки «Поле Плача».
Они помогают тебе сесть, и вы немного болтаете. Грозовая Туча хочет, чтобы ты занимался медитацией, но вытягивает из тебя обещание не трансформироваться до четверга. Заходят и другие, поздороваться, даже «хорошенькая ведьма» Хака. Хак тоже очень рад тебя видеть. Он гладит тебя по голове, как кошку, и прихватывает горшок с практически нетронутым блюдом из перца чили. Жадно сожрав его, Хак срыгивает, бьет себя в грудь и выдыхает прямо тебе в лицо перед тем, как выйти наружу.
Достаешь журнал и обмахиваешься им, пытаясь убрать вонь от подарочка Хака, перед тем, как читаешь три очень взволнованных письма от Луны, осведомляющейся о твоем здоровье.
Привет, Луна! Со мной все в порядке. Извини, что так сильно тебя разволновал. Бой был ужасным. Мне не хотелось бы об этом рассказывать прямо сейчас. Одно дело, когда ты в ловушке и вынужден убивать, защищаясь. Совсем другое, когда вы собираетесь толпой и прёте вперед, зная, что придется убивать. Меня оставили с группкой гоблинов и моим новым корешом, Хаком. Он – тот же самый тролль, которому я когда-то помог с любовными проблемами. Коллинз шутит, что у нормалов существует кое-какие законы боя. Один из них звучит приблизительно так: игнорируемая вами диверсия, скорее всего, нападение их главных сил. Ну, это почти описывает то, что случилось. Они выползли из каких-то дыр и набросились на нас. Нас было меньше, и выжили только Хак и я. Гоблинов возглавляла гоблинша, которая хотела, чтобы её народ покинул волшебный мир. У неё была некая волшебная штука, что позволила ей бросать проклятья, как и нам. Мы дрались. Пока я убивал ворга на Хаке, она довольно сильно меня ранила. Я убил её. Теперь застрял в кровати на несколько дней, пока не поправлюсь, так что буду писать больше. Работа над моей разовой руной неплохо продвинулась с тех пор, как я последний раз упоминал о ней. Сработала ещё одна схема, а теперь у меня есть и собственная копия Голинарда. Я уже почти настоящий разрушитель заклинаний. Я очень рад, что узнал тебя поближе. Жаль, что такого друга у меня не было с давних пор. Ты не хочешь рассказать о шутке кому-нибудь ещё? Думаю, остальные многое теряют, не имея понятия о настоящей Луне. Если бы я только успел превратиться в мою анимагическую форму, лешего, я бы смог незаметно убежать! Что ж, мне нужно идти. Пока! ГДжП
Когда ты закрываешь журнал, рядом присаживается Кван:
- Всё ёще пытаешься прогулять мои уроки?
- Нет, сэр. Я просто продолжаю попадать в драки. По крайней мере, я выиграл, - отвечаешь с улыбкой.
- Я могу научить и другим вещам. Сегодня мы изучим, как бросать заклинания, не используя глупых слов. Слова помогают сфокусировать проклятье и усилить его, но не так уж и необходимы. Слова даже необязательно произносить на мертвой латыни. Магии нет дела до слов. Только нам, глупым людям, нужны слова. У Квана есть трехдневная методика-доказательство для глупых поваров.
Ну попал! Звучит ужасно, прямо-таки устрашающе. Он вытаскивает кусок губки для мытья посуды и скотч. Теперь это даже выглядит плохо.
- Ты уверен, что это сработает?
- Конечно! День первый: я затыкаю тебе рот прекрасной чистой губкой и заклеиваю его скотчем. Ты учишься бросать заклинания без слов.
- Стоп! А что случится, если у меня не получится в первый день?
На его лице зловещая усмешка:
- О, тогда во второй день мы заменим прекрасную чистую губку грязными носками Коллинза.
Сглатываешь. Ты слышал, как Кван не раз дразнил Коллинза «вонючими ногами». Ты не хочешь спрашивать. Но все равно просто обязан спросить. Слабым голосом задаешь вопрос:
- А что произойдет в третий день?
Ухмылка становится шире. Он наклоняется и угрожающе шепчет:
- День третий: используется грязное белье разрушителя заклинаний, мексиканки. Не жди третьего дня! Даже Кван боится его коснуться. Теперь открывай рот. Осталось не так много от первого дня!
Вот теперь неплохо бы и запаниковать.
_
* Что-то вроде: «Вуаля, вот и щит из свиньи» - извините, французского не знаю.
** английская мера веса, 1 стоун = 6,35 кг.