Глава 14.
Войдя в лес, Горацио немного помедлил, будто вслушиваясь во что-то, а затем уверенно направился к полянке, на которой только что разговаривал с Сарой. Теперь уже он остановился, завидев силуэт мужчины, стоящего спиной к нему, глядя в небо. Мак Тейлор не шелохнулся, хотя Горацио был совершенно уверен, что Тейлор почувствовал его присутствие. Кейн подошел и встал рядом, устремив взгляд на небо. Некоторое время они стояли молча.
- Ответ на какой вопрос ты там ищешь? – наконец заговорил Кейн.
- Это не относится к тем вещам, которые ты теперь «просто знаешь»? – усмехнулся Тейлор.
- Относится, - не отреагировал на подколку Горацио.
- Тогда зачем спрашиваешь? – наконец-то взглянул на него Мак.
- Хочу понять, знаешь ли это ты, - улыбаясь, ответил Кейн.
- Ты знаешь, кто Избран? – спросил Мак, снова устремляя взгляд в небо.
- Да, - кивнул Горацио, - знаю.
- Я не прошу сказать, кто, - после паузы продолжил Тейлор. – Я прошу сказать, нужно ли идти мне?
Кейн молчал, опустив голову.
- Я думал, я должен помочь Денни и Линдси, - снова заговорил Мак. – Но их тут нет. А зачем тогда идти мне?
- А как же Стелла? – спросил Горацио.
- Стелла… - Мак нахмурился. – Знаешь, наверное, мы слишком долго были только друзьями. Ты понимаешь, о чем я?
- Да, - глухо подтвердил Кейн. – Ты даже не представляешь, насколько хорошо я понимаю.
- Когда ты долгое время говоришь себе «нет» в отношении какой-то женщины, - с интересом взглянув на смотрящего куда-то мимо него Кейна, продолжил Мак. – Потом очень трудно сказать себе «да». Как будто пытаешься повернуть налево по команде «направо». Сколько бы тебя не убеждали, что теперь «право» – это твое «лево», ты-то помнишь, что это не так.
- Тогда весь вопрос заключается в том, хочешь ли ты сам переучиваться, - тихо добавил Горацио, когда Тейлор умолк. – Если хочешь, то сможешь.
- Ты смог? – в упор взглянул на него Мак.
- Нет, - с сожалением покачал головой Горацио. – Я не смог.
- Вот видишь, - пожал плечами Тейлор, отворачиваясь.
- Мак, - остановил его Горацио. – Возможно, я плохо старался, Мак. И я не сказал, что я больше не буду пытаться.
- А как же Сара? – неожиданно спросил Тейлор.
- Сара? – поднял брови Горацио.
- Я видел, - пожал плечами Тейлор.
- Можешь считать, что тебе это приснилось, - твердо сказал Горацио, опуская глаза.
- Но почему? – удивился Мак. – Мне кажется, вы могли бы стать хорошей парой.
- Да, это возможно, - нехотя признал Горацио. – Но это неправильно. Нельзя убегать от проблем, возникших в отношениях с одним человеком, пытаясь завести новые отношения с другим человеком. Да, сначала все будет прекрасно, вы как бы начнете с чистого листа… Но потом то, от чего ты бежал, настигнет тебя. И ударит по вам обоим. Я не могу допустить этого. И тем более я не могу допустить, чтобы это произошло сейчас с Сарой.
Задумчиво слушавший его Тейлор при последних словах взглянул с интересом.
- Почему? – спросил он осекшегося, будто понявшего, что сказал лишнее, Кейна. – Она и есть Избранная?
Горацио лишь молча смотрел ему в глаза, не подтверждая, но и не отрицая его догадки.
- Вот оно что, - задумчиво протянул Мак. – Зачем тогда идти остальным?
- Ни одно событие человеческой жизни не происходит просто так, - пожал плечами Горацио. – И уж тем более ничто не происходит зря. Вошедший в Исток получит мгновение всемогущества. Но почему ты решил, что дошедший до Истока, но не вошедший в него не получит ничего?
- Какова твоя роль во всем этом? – спросил Мак, подозрительно глядя на Кейна.
- О, моя роль скромна, - хитро улыбнулся Горацио. – Хранитель даже считает, что подобное предназначение иметь обидно. Но я так не считаю. Я так живу. Я просто сторожевой пес, - он взглянул на Тейлора, будто приглашая его тоже улыбнуться. – Мой долг – довести вас до Истока, защищать и оберегать.
- Нас? – недоверчиво переспросил Мак. – Всех нас? Или только Избранного?
- Ну, вообще-то предполагается, что только Избранного, - развеселился Горацио. – Но кто мне помешает защищать всех?
Тейлор с сомнением посмотрел на него, потом пожал плечами, развернулся и пошел обратно в лагерь. Горацио смотрел ему вслед. Как только Мак отвернулся, улыбка исчезла с лица Кейна. Он с такой тоской взглянул в небо, что, казалось, звезды расплачутся, глядя на него. Горацио прикрыл глаза и опустил голову. Вздохнул, глядя перед собой невидящим взглядом. Затем его лицо разгладилось. Он слегка улыбнулся каким-то своим мыслям, окинул поляну взглядом и зашагал вслед за Тейлором к лагерю. «Недолго осталось», - говорил весь его вид.
С этим же чувством проснулись и все остальные наутро. «Осталось недолго». Властный призыв Истока ощущали уже все. Быстро свернув лагерь, они двинулись в путь. Еще начиная с середины пути женщины чувствовали себя незащищенными, уязвимыми, а мужчины испытывали потребность опекать и защищать. Теперь же они все ощущали самый настоящий физический дискомфорт, если удалялись друг от друга. Эрик и Келли первыми открыли способ борьбы с этим ощущением – они просто взялись за руки.
Стелла, после признания, сделанного Тейлором еще при выезде из Невады, - сейчас казалось, что это было немыслимо давно, - все время ощущала себя не в своей тарелке. Обычно решительная и неунывающая, она была сама не своя все время похода, но и повернуть назад не могла, потому что не решалась оставить Тейлора. Не то чтобы она надеялась на то, что он вдруг изменится, как по мановению волшебной палочки. Но ее не оставляло ощущение, что она будет нужна Маку, если они доберутся-таки до Истока. Весь вчерашний день она находилась в столь подавленном настроении из-за гибели Денни и Линдси, что никак не могла взять себя в руки и хотя бы попытаться подбодрить Мака, выглядевшего совершенно потерянным. А сегодня утром вдруг все изменилось. Заглянув Тейлору в глаза, Стелла даже зажмурилась и потрясла головой, не решаясь поверить в то, что она в них увидела. Они не стали ничего обсуждать, слова вдруг стали лишними в это утро, - Стелла просто шагнула к Маку и тот крепко ее обнял. Обнял так, как она уж и не надеялась, что когда-либо обнимет – ничего безлично-дружеского не было в этом объятии, это было объятие любящего мужчины. Поэтому теперь она без колебаний протянула руку, и Мак с улыбкой принял ее, а затем и вовсе притянул Стеллу к себе. Обнявшись, они шагали по дороге, будто счастливая парочка провинциалов, впервые попавших в мегаполис откуда-нибудь из глубинки и оттого чувствующих себя уверенно лишь тесно прижавшись друг к другу.
А вот Сара, казалось, никакого дискомфорта вовсе не ощущала. Она шла рядом с Гриссомом, погруженная в себя, рассеянным взглядом окидывая окрестности. Гил так и не придумал, как начать разговор о том, что он видел минувшей ночью. Что он мог сказать? Напомнить о данном ему обещании? Они взрослые люди, если Сара перерешила, обещание просто ничего не значит. Сказать о надежде на ее возвращение, крепнувшей в нем с той ночи у костра, когда Сара попросила почитать ей стихи? А к чему вообще затевать какой-то разговор? Сара ни слова не вымолвила за это утро, вообще по ее виду и не скажешь, будто что-то произошло. И сейчас ей явно не хочется ни о чем говорить, она так задумчива, что кажется почти незнакомой женщиной, этакая «вещь в себе».
Такая Сара немного пугала Гриссома своей новизной, но в то же время была необыкновенно притягательна. Вот только он не чувствовал сейчас приятия с ее стороны. Та, прежняя Сара, которую он знал столько лет, в чьей любви был абсолютно, без тени сомнения, уверен, - исчезла. Шагая рядом и искоса поглядывая на нее, Гил мучительно искал ответ на вопрос, чем же эта женщина отличается от той, которую он знал. Пожалуй, эта Сара была более самодостаточна. Ей не потребуется его одобрение и поддержка, если она будет знать, что права. Более гордая, более бескомпромиссная. Более непредсказуемая. Прислушавшись к своим ощущениям, Гриссом с удивлением понял, что такой она ему нравится даже больше, чем прежде. Ту немного повзрослевшую милую студентку, которой Сара была раньше, он просто любил. А ту женщину, что сейчас идет рядом с ним, он будет обожать. Боготворить. Если… И тут Гриссому стало совсем нехорошо. Если, конечно, эта Сара все еще любит его. Гил взглянул на идущего рядом с ними Кейна. А ведь он не отходит от Сары, вдруг отметил про себя Гриссом. С самого утра Кейн держится неподалеку, но получается у него так ненавязчиво, практически незаметно, что никто больше не обращает на это внимания. «Будто верный пес, охраняющий хозяйку», - усмехнулся про себя Гриссом, и тут же нахмурился, отгоняя непрошенную ассоциацию. «И кто даст гарантию, что этот пес не вцепится тебе в горло, если ты будешь слишком назойливо претендовать на ее внимание, или ему покажется, что ты собираешься причинить ей вред?» - возникла ехидная мысль. Гриссом искоса взглянул на Горацио и наткнулся на ответный взгляд. В глазах Кейна стыла такая убийственная насмешка, будто он знал, о чем сейчас думает Гил. Гриссом поспешно отвел глаза. «Готов ли ты бороться за ее любовь или сразу дезертируешь, при одной мысли, что она может предпочесть тебе другого, под предлогом интеллигентности?» - возникшая мысль показалась ему странно чужеродной, будто вложенной извне. Гриссом подозрительно покосился на Кейна, но тот смотрел куда-то в сторону. Сара по-прежнему рассеянно оглядывала окрестности, меланхолично шагая между Гилом и Горацио. «А действительно, что я буду делать?» - задумался Гриссом.
К полудню они достигли Бозмена и почти сразу наткнулись на две одинаковые машины, припаркованные у обочины, будто поджидающие их. Переглянувшись, путники двинулись к машинам. За руль первой сел Горацио, Сара, ни слова не говоря и ни на кого не глядя, устроилась на пассажирском сиденье, и Гриссому ничего не осталось, как сесть на заднее сиденье той же машины. Возникший было спор между Делко и Тейлором о том, кто сядет за руль, разрешила Келли, заявив, что поведет она. Келли протянула руку, и Эрик безропотно отдал ей ключи. Келли широко улыбнулась и подмигнула Стелле. Та ответила ей ироничной улыбкой, подтолкнув Тейлора к задней дверце машины, которую Мак тут же галантно перед ней распахнул.
Машины вырулили на автостраду и понеслись по пустому шоссе, как два призрака, пожирая расстояние километр за километром.
В тот миг, когда солнце скрылось за горизонтом, обе машины, как по команде, остановились.
- В чем дело? – забеспокоился Тейлор.
- Бензин закончился, - с абсолютным спокойствием ответила Келли, выходя из машины.
- Приехали, - проворчал Гриссом, подходя к ним, вызвав улыбки Эрика и Келли.
- Располагаемся на ночлег? – спросила Стелла, глядя на Кейна.
Тот пожал плечами с выражением «а я тут причем?».
- А что это был за город, который мы проехали, никто не обратил внимания? – спросил Эрик, разворачивая карту.
- Пабло, - уверенно сказала Сара. – А там, чуть дальше, будет Полсон, - добавила она.
- Откуда ты знаешь? – удивился Эрик, сверяясь с картой.
- Исток там, - пожала плечами Сара. Горацио посмотрел на девушку с такой нежностью, что Гриссома пробил озноб.
- Давайте устраиваться на ночлег, - сказал Гриссом, чтобы как-то замять неприятные ощущения. Когда Кейн перевел взгляд на него, и в нем промелькнули сожаление и печаль, Гриссом ощутил боль в сердце.
...
Сару окружала непроглядная мгла. Она осторожно шла вперед, выставив перед собой руки, пытаясь нащупать хоть что-то в этой кромешной темноте. Шаг и еще шаг. Что-то показалось впереди. Свет, там точно светлее. Сара чуть ускорила шаг и вышла на берег озера. На берег из белого песка. «Где я?» - подумала она, и эхо повторило эти слова, будто они были произнесены вслух.
«Это Исток», - услышала она. Повернувшись, он увидела Хранителя.
«Рады приветствовать тебя», - услышала она и удивилась, ведь губы Хранителя остались неподвижны.
«Но ведь это просто сон!» - мысленно запротестовала Сара, невольно отступая назад.
«Разве?» - улыбнулся Хранитель. – «Оглядись».
Сара взглянула себе под ноги и обнаружила, что она стоит уже не на берегу, а на воде в нескольких метрах от берега, и вода начинает закручиваться вокруг нее, поднимаясь вверх причудливыми струями. Струи разлетаются на отдельные капли. В каждой капле она видит свое отражение, и эти тысячи, миллионы лиц смотрят на нее по-разному, каждое со своим выражением… Свет усиливается, белый свет, струящийся отовсюду…
Белый-белый свет… Белый-белый песок…
«Нет, не надо», - восклицает Сара, чувствуя, как ее подхватывает силой вращения и закручивает вокруг своей оси, а струи воды вьются вокруг…
«Не бойся, все хорошо», - улыбается Хранитель.
«Нет, нет, не надо!» - просит Сара. – «Я не хочу, я не готова…»
Вращение замедляется, теперь крутятся лишь струи воды, причудливо сплетаясь и поднимаясь вверх.
«Поздно», - сурово говорит Хранитель. – «Все будет так, как должно быть…»
Сара всматривается в берег – там никого нет.
«Они сейчас придут», - улыбается Хранитель. И на берегу появляются темные фигуры.
Гул. Шелест. Фигуры беззвучно разевают рты… Как же они не поймут, что здесь говорить не нужно, здесь слышны лишь наши мысли… Гулкие удары сердца… Когда же закончится этот сон!
«Мне жаль, Сара, но это не сон», - слышит она Хранителя.
«Нет», - возражает она. – «Ты лжешь! Я уже видела этот сон!»
«Не веришь мне?» - ухмыляется Хранитель. – «Скажи ей ты», - обращается он к кому-то, стоящему за спиной Сары. Она резко оборачивается.
«Это не сон, Сара», - говорит ей Горацио, и его глаза светятся ярко-ярко.
Ее снова начинает вращать, все быстрее и быстрее.
Выстрел. Какой громкий! Кто стрелял? И в кого? Она усилием воли замедляет вращение…
Гриссом прижимает руку к груди… На белый песок, просочившись сквозь пальцы, падает темно-красная капля. Она провожает ее взглядом. Это несложно – капля падает так медленно…
Гриссом поднимает глаза на нее, глаза вспыхивают нереально синим морозным огнем. Все тонет в волнах холодного синего света…
Затем свет угасает, и Гил начинает медленно-медленно падать, не отрывая от нее взгляда, будто пытаясь удержаться…