Глава 21. Любовь в сердце
Спасаясь от нагло заползающего под одежду тумана, я натянула капюшон и засунула руки в карманы своего ярко-красного пальто. Тротуар был мокро-серым и напоминал тихую грязную реку, по поверхности которой я ступала словно божество. Мелкие частички влаги, недвижимо подвешенные в воздухе, укутывали все вокруг непроницаемой мутной оболочкой и словно убавляли звук неспешного субботнего утра. Я подняла лицо к небу, чувствуя, как микроскопические капельки тумана оседают на коже. Издалека до меня доносился звук взлетающих и приземляющихся самолетов, а я все шла, шла…
Три дня. Они станут пустотой в моем существовании. Всего минуты прошли с тех пор, как мы расстались, и вроде бы все вокруг то же самое: тот же город, то же небо, та же земля, но такое ощущение, что исчезло что-то совершенно необходимое. Дышать сложнее, даже веки поднимать и то сложнее. Глобальный смысл существования отлучился из моей жизни на три дня. Исчез. Взял выходной. Странное ощущение. Как-то пусто, и в то же время, эта пустота… Она не полая, не пустая, она вся горит, переливается, играет ожиданием будущего.
Ожидание – это ужасно. Но самое ужасное ожидание – когда ты ждешь разлуки, и убегающие минуты висят над тобой как жестокая неизбежность. Ждать встречи гораздо легче. Теперь я могла ждать, отсчитывать минуты не до грусти, а до радости. Это было приятное чувство.
Тихонько зажужжал мобильный.
У вас одно новое сообщение. Еще не открываю его, но чувствую в душе что-то теплое и радостное.
«Я уже скучаю»
Не успела начать набрать ответ, как пришло еще одно.
«Боже! Не разрешай мне писать тебе такие вещи! Чувствую себя последним придурком».
Я засмеялась. Мобильные принимает очередное смс.
«И все-таки я скучаю. Черт, больше не могу писать. Стюардесса смотрит на меня дикими глазами. Целую».
Я нажала на «Ответить» и в растерянности застыла, глядя в пустой экран нового сообщения. Любые слова показались мне вдруг избитыми и искусственными. Любые, кроме трех…
Я люблю тебя.
Боже, почему я еще не сказала ему этого? Было столько прекрасных волшебных моментов, на которые эти слова легли бы как единственно правильные... Я быстро написала «Я люблю тебя» в окошке сообщения. Мигающая черточка за последней буквой издевательски подмигивала мне.
Как неправильно, как расточительно писать такие важные вещи по смс! Я чувствовала себя так глупо. Схожее ощущение бывает, когда важный спор закончен, а ты все воспроизводишь и воспроизводишь каждую фразу в своей голове и понимаешь, что сказать нужно было совсем другое, более убедительное, оригинальное, сильное. Я наговорила Дэниэлу столько неважных вещей, но не сказала самого значимого.
Я люблю его. Я люблю его.
Вдруг стало абсолютно неважно, что он тоже не сказал мне, что любит. Стало неважно, что он ничего не обещал, ничего не загадывал. Может быть, он никогда и не пообещает и не скажет, но это стало для меня… Нет, не безразлично, я верила и мечтала, что услышу от него слова, которые жаждала сказать ему сама. Но все это вдруг ушло на второй план. Игры, ходы, просчеты. Я хотела сказать, что люблю его. Мне нужно было сказать ему это. И еще то, что я пойду за ним, куда угодно, что сделаю для него все на свете, что буду с ним, ничего не прося взамен, пока он не прогонит меня.
Я, честно, не знаю, есть ли на свете любовь, о которой пишут в книгах. Надеюсь, что есть. И верю, что есть, когда смотрю на свою семью.
Любовь. Идеальная. Вечная. Так бывает или нет?
Неважно. Это ведь всего лишь определение. Пустое безликое слово. Гораздо важнее смысл. А смысл у меня есть. Дэниэл и есть смысл.
Он для меня – это все. Это даже не жизнь, это больше жизни, глубже океана, бесконечней вселенной. Какое счастье любить его. И быть любимой, выбранной им.
Я чувствую, почти осязаемо чувствую, особую связь между нами – словно мы связаны невидимой пружинкой, тонкой и хрупкой, такой, которую засовывают в шариковые ручки. Но эта пружинка, она очень прочная: как бы далеко мы не отдалялись друг от друга, она не рвется, не исчезает. Но чем дальше мы отдаляемся, тем быстрее снова будем вместе…
Я все еще сжимала в руке мобильный.
«Возвращайся скорее. Без тебя нет меня».
Так лучше.
Самое важное я приберегу до нашей встречи. Скажу, чего бы мне это ни стоило.
Внезапно, мне стало так легко, словно выросли крылья и ноги перестали касаться земли. И туман вдруг стал ясным, и небо очистилось, и серость стала яркой. Любовь меняет не только того, в чьем сердце она поселилась. Удивительным образом она меняет и весь мир вокруг.
Я набрала номер Беллы. Мама ответила сразу же.
- Здравствуй, малышка, - пробормотала она.
- Привет, ма. Чем вы занимаетесь?
- Ну, мы с папой… разговариваем, - я услышала, как где-то рядом хмыкнул Эдвард.
- Ой, прости, если я вас отвлекла, - я почувствовала себя виноватой. Родителям сейчас явно не до меня.
- Ну что ты, радость. Ты вовсе не отвлекла нас. Я так рада слышать тебя. Что случилось?
Мне вдруг стало не по себе оттого, что я так давно не звонила Белле. Не звонила просто так. Как раньше.
- Просто у меня нет занятий сегодня, и я подумала, что могла бы приехать к вам в гости. Можно?
- Ренесми, ну конечно! Что за глупость, спрашивать разрешение? Это же твой дом, дочка.
Я не стала говорить маме, что почему-то перестала воспринимать этот огромный особняк, как свой дом…
- Ок. Тогда я приеду. Скоро. Сейчас только возьму такси.
- Мы могли бы приехать за тобой.
- Не стоит, мам, я уже ловлю машину.
Дома было тепло и уютно. Что бы я ни говорила, оказаться здесь было приятно.
Едва я открыла входную дверь, как на меня налетела Элис.
- Привет, Несси, - защебетала она, целуя мне в щеку. - Эдвард сказал, что ты приедешь. Так рада тебе. Как дела? Как студенческая жизнь? Оу, ты выглядишь чудесно, - она взяла меня за подбородок. – Глазки блестят и…
- Ренесми! – со стороны лестницы донесся голос Беллы. Мама в мгновение преодолела расстояние, разделяющее нас, и схватила меня в объятия. – Как же я соскучилась.
Следом за Беллой спустился Эдвард. Потом вышли Эммет и Роуз.
Эсме выбежала из кухни, вытирая руки о передник. Она прижала меня к себе, и я почувствовала ее запах. От нее пахло свежим хлебом и чем-то еще очень вкусным. Около двери на кухню я увидела Леа, смущенно улыбнувшуюся мне.
Здесь были все, кроме…
- Джейк на работе. У него сегодня дневная смена, - сказал Эдвард. – Он приедет вечером.
- Понятно. Только я не могу остаться до вечера, - сказала я, действительно чувствуя сожаление. - У нас в семь часов прогон спектакля.
- Спектакль? – оживилась Элис. – И почему я слышу об этом в первый раз?
- Простите, я собиралась вас пригласить, но все как-то…
- У Ренесми главная роль, - с ноткой гордости сказал Эдвард, обнимая меня за плечи. – Наша девочка взорвет зал.
- Пап, - укоризненно пробормотала я. – Не говори глупостей, - я посмотрела на Элис и Джаспера. - Завтра в семь. Приглашаю всех.
- Завтра же День Святого Валентина. Мы с Роуз собирались… - начал Эммет, но Розали толкнула его локтем в бок.
- Мы придем, малышка, - улыбаясь, сказала она. – Ни за что не пропущу твой актерский дебют.
Я пробыла дома до самого вечера. Погрузилась в атмосферу любви и поддержки, царящую здесь, и словно забытую мной, под наплывом тех изматывающих событий, произошедших со мной начиная с конца прошлого года...
Кроме папы и мамы никто из семьи не знал о существовании Дэниэла (ну и кроме Роуз, которая хоть и знала о нем, не подозревала, что он вернулся ко мне) и обо всем, что происходило в моей жизни, не считая очевидного разрыва с Джейкобом. Поэтому вопросы были стандартные. Меня расспрашивали о предметах и преподавателях, о симпотичных мальчиках и тусовках. Словом, обо всем том, чем дышит и живет молодежь двадцать четыре часа в сутки без перерывов на банковские дни и выходные.
Когда пришло время прощаться, отвезти меня обратно в Лондон решила Белла. В общем, я понимала, зачем маме нужно это. Разговор. Вдали от всех. Я готовилась к нему с тех самых пор, как позвонила ей сегодня утром. Я задолжала ей этот разговор и объяснения.
Белла так и не научилась водить машину «по-вампирски». Ну, или, скорее всего, просто не хотела этого. Она никогда не гнала машину, всегда была очень сосредоточена на дороге и не позволяла себе превышать скорость.
- Поговорим? – спросила она, не отрывая глаз от полотна дороги. В ее голосе слышалось легкое волнение.
- Поговорим, - сказала я, снимая пальто. – С чего начать?
- Начни сначала, - посоветовала Белла.
- Как много папа рассказал тебе?
- Хм… Сложно сказать, - она повернулась ко мне и на одно короткое мгновение наши глаза встретились. - Мне кажется, Эдвард считает, что главное ты должна рассказать сама.
- Собственно…, - я вздохнула и постаралась расслабиться. – Его зовут Дэниэл. Он спортсмен. Катается на сноуборде. Знаешь, выделывает разные трюки на хаф-пайпе. Но не думай, он не какой-нибудь пустоголовый качек. Он умный, и рассудительный, и интересный. С ним никогда не бывает скучно, правда иногда мне хочется придушить его за безрассудство.
Я выпалила это буквально на одном дыхании и посмотрела на Беллу.
- Ну, а дальше?- спросила она, улыбаясь.
- Дальше? Я влюблена в него, - прошептала я, и с этим простым признанием, словно сорвало предохранитель у меня внутри и слова полились бессвязным потоком. - Хотя, влюблена – это не то слово. Знаешь, внутри все переворачивается, когда я его вижу. И дышать становится труднее и легче одновременно. Труднее, потому что у меня перехватывает дыхание от его красоты, от его присутствия и голоса. От того как он пахнет, как смеется и дышит. И легче, просто потому, что он рядом, что он здесь. И я словно не я, вернее, не такая я, какой была раньше. Когда я с ним, мне ничего не страшно. Он со мной и это главное. Хочется петь и кричать всему миру, как я счастлива, - я так увлеклась, так отчаянно жестикулировала, что не заметила, как стукнулась рукой о приборную панель. – Ау!
- Эй, тише, тише…, - Белла выглядела удивленно.
- Прости, - я смущенно потупила взгляд.
- Ничего. Все настолько серьезно…, - с ее стороны это был даже не вопрос, а скорее констатация факта.
- Серьезно, - сказала я твердо. – Очень. Весь этот месяц, пока его не было рядом… Это было самое ужасное время в моей жизни. Ты видела, что было со мной, - прошептала я. – Я не жила, а тупо существовала. Я пыталась сбежать от него, от этих чувств, но не смогла. И уже не смогу. Это сильнее меня, - я откинулась на сиденье и прикрыла глаза. – Знаешь, иногда я думаю, чтобы случилось, если бы мы тогда не поехали с Джейком в Швейцарию, и я не познакомилась с Дэниэлом. Мам, мне становится страшно от одной этой мысли. Пусть я страдала и мучилась, но я стала жить по-настоящему, только когда он появился на горизонте, понимаешь? Только он может сделать меня такой несчастной, но никому не под силу сделать меня счастливее, чем он.
- Ты уверена в нем, Ренесми? – с беспокойными нотками в голосе, пробормотала Белла, крепче сжимая руль. - Я не хочу, чтобы ты страдала снова…
- Ну, к сожалению, у меня нет дара Эдварда, так что я не могу копаться в его голове, - я усмехнулась. - Но я знаю, да нет, я просто чувствую, что я дорога ему не меньше, чем он мне, мам.
- Тебе нужно сказать об этом Джейку, Ренесми.
Словно кто-то ударил меня под дых. Это было едва ли не самое неприятное, что сулило мне будущее.
- Это обязательно делать сейчас?
- Если ты абсолютно уверена в своих чувствах, оттягивать этот разговор не имеет смысла. Я убедила Джейка дать тебе какое-то время, чтобы разобраться в себе. Он престал каждый день караулить тебя у колледжа, но это не значит, что он перестал надеяться. Он верит, что ты вернешься.
- Я не вернусь уже никогда, - сказала я с внезапной грустью. - Даже если когда-нибудь расстанусь с Дэниэлом, - даже думать о такой перспективе, было страшно, но я все же произнесла это. – Может быть, если бы Швейцарии никогда не было, я бы через пару лет выскочила замуж за Джейка, но мы бы не были счастливы, мам. Я это точно знаю. Мы бы жили и довольствовались скучным обыденным счастьем, пока кто-то из нас бы не понял, что мы совершили ужасную ошибку. Я думаю, мы оба заслуживаем большего. Настоящего счастья, а не его подделки, навязанной нам обстоятельствами.
- Ох, Ренесми…
- Мам, знаешь это чувство, когда полностью теряешь себя в другом человеке? Словно растворяешься, не можешь мыслить связно? Может быть, тебе это покажется глупым, но с Джейком никогда не было ничего такого. Я всегда была прежде всего собой, я контролировала себя, могла просчитывать в уме варианты, думать о том, как лучше повести себя. А с Дэниэлом ничего не имеет значение. Мысли улетают. Не важно, что и как я говорю, как я выгляжу, - я остановилась на мгновение и засмеялась. - Нет, важно конечно, но я, прежде всего, думаю о нем, понимаешь? Только о нем, а не о том, как лучше произвести на него впечатление…
- Ты собираешься говорить ему, кто ты на самом деле?
- Я не знаю, мам. Я не представляю, как об этом можно рассказать. Он подумает, что я чокнутая.
- И еще есть правила…
- Да, и правила тоже, - я обреченно вздохнула. – Знаешь, он просил меня познакомить его с вами. И Эдвард тоже хочет этого. Но, честно говоря, у меня в голове не укладывается эта встреча.
- Это сложно, малышка, - я почувствовала легкое рукопожатие Беллы и сжала ее холодную руку в ответ. – Может быть, действительно не стоит спешить с этим. Хотя бы какое-то время.
- Спасибо, мам.
- За что?
- За все. За понимание, в первую очередь. Знаешь, я никогда не смогу отблагодарить вас с папой за то, что вы позволили мне разобраться со всем этим самой. Что не стали вмешиваться, наставлять, запрещать. Что остались в стороне, но, в то же время, рядом, позволяя мне чувствовать вашу поддержку. Я очень ценю это. И я даже не представляю, насколько тяжело вам было переживать этот месяц со мной.
- Просто мы с папой очень любим тебя, Ренесми. И еще, мы верим в тебя и тебе.
- Знаешь, я очень боялась сказать тебе все это. Из-за Джейка. Я знаю, как он дорог тебе. Он и мне дорог, но ничто не может быть прежним теперь, после всего, что случилось.
- Тебе нужно поговорить с ним, дочка.
- Я поговорю. Обязательно.
- Не оттягивай это.
- Хорошо.
Мы уже въехали во двор общежития, и я стала застегивать пальто.
- Встретимся завтра на спектакле? – спросила я.
- Конечно.
Белла обняла меня и ласково потрепала по щеке.
- Боже, я и не заметила, что ты стала совсем взрослая, - внезапно сказала она.
Могу поспорить, если бы она могла плакать, сейчас она бы сделала это.
- Ну что ты, мам? – я еще раз обняла ее. – Я люблю тебя.
- И я тебя, Ренесми.
Слова отрепетированы. Каждое движение выверено. Декорации расставлены. Микрофоны подключены. Алекс настроил музыкальную аппаратуру.
В зале приглушили свет, гул разговоров и топот ног рассаживающихся по местам зрителей начинал стихать.
Уууууууух. Я чувствовала, как адреналин, смешанный с диким волнением бежит по венам.
- Ну, что? Готова? – Натаниэль коснулся моего плеча.
- Не знаю, - я все еще чувствовала себя ужасно неловко в его присутствии, несмотря на то, что он не делал больше никаких попыток сблизиться со мной. Воспоминания о письме и о том памятном уроке, хоть и отошли на задний план в приоритетах, все еще были свежи. – Волнуюсь.
- Все будет хорошо, я уверен. Ты умница.
- Ну, надеюсь, я не забуду слова, не запутаюсь в проводах, не свалюсь со сцены… - затараторила я.
- Главное, будь собой, даже если случится что-то не по сценарию, - он улыбнулся и отошел от меня, чтобы поддержать других участников.
Ко мне подошла Суви и еще раз проверила все ли в порядке с моим нарядом, сшитым ею специально для спектакля. Поправила волосы, перевернула кулон.
- Несс, ты выглядишь сногсшибательно! Настоящая цыганская принцесса, - она порывисто обняла меня. – Нервничаешь?
- Суви, у меня, кажется, дрожат коленки, а внутри все просто заледенело, - пробормотала я и сжала ее руку.
- Знаешь же, что как только выйдешь на сцену, все пройдет.
Я скорчила страдальческую гримасу.
- Ни пуха, - успела шепнуть Суви. А в следующую секунду занавес поднялся, и аплодисменты наполнили заряженный волнительным ожиданием воздух.
Первая сцена. Мой выход.
Я закрыла глаза. Выдохнула. И в окружении группы танцоров, выбежала на сцену.
Хотя зрителей было почти невидно в темноте, я знала, что все взгляды прикованы к нам, и это удивительным образом подействовало на меня. Мне вдруг отчаянно захотелось поразить их. Заворожить. Окунуть в прекрасную историю любви, выбранную Натаниэлем для спектакля. Втянуть всех в разворачивающиеся события, заставить сопереживать героям.
Все волнения были забыты в миг. Я почувствовала необычайный подъем духа…
Смех. Танцы. Звук гитары.
Табор начинает представление…
Финальное объяснение моей героини и ее возлюбленного должно было стать кульминацией спектакля. Произносить заученные слова внезапно стало до одури трудно, язык не желал повиноваться, рот не желал открываться. Я чувствовала, как напряжение сковало все мое тело.
Передо мной на коленях стоял мальчик из параллельной группы, мой суженный в спектакле. Он уже сказал свои реплики, теперь мой черед, а я не могу. Не могу. Эти слова, они могут стать такими банальными, могут испортить весь полуторачасовой спектакль…
В зале стояла такая тишина, что казалось, можно услышать шорох одежды. Все затаили дыхание.
Я вновь посмотрела на парня. И внезапно увидела на его месте другого… Каштановые волосы потемнели и стали виться причудливыми колечками. Глаза из карих превратились в серые.
- Я тоже люблю тебя, - сказала я, опускаясь рядом с ним на колени. – Как ты мог усомниться в этом?
Публика шумно вздохнула, а потом разразилась бурной овацией.
Хэппи-энд. Никаких трагедий. Любовь победила.
Занавес закрылся.
Ну, слава богу!
Выходя на поклон в конце спектакля в окружении своих друзей, я чувствовала себя, пусть и опустошенной, но удивительно счастливой. Зал гудел. Приветственные крики и аплодисменты не смолкали. Я отыскала в уже освященном зале своих родителей. Рядом с ними сидели Роуз и Эммет, Элис и Джаспер, Эсме и Карлайл, отпросившийся из-за моего спектакля с работы. И Джейк… Он тоже был здесь. А с ним рядом – Леа. И все они улыбаются. И тоже счастливы…
За кулисами царило самое приподнятое настроение. Восторженные крики и объятия. Поздравления и похвалы. Я закружилась в хороводе счастливых лиц, в потоке комплиментов.
Суви, Джемма, Алекс, Себастьян…
Джейк!
Я освободилась из объятий друзей и подошла к нему.
- Привет, - он улыбнулся и протянул мне букет алых роз.
- Привет, - я робко улыбнулась в ответ.
- Поздравляю, Несси. С успехом спектакля. С Днем всех влюбленных.
- Спасибо, Джейк, - я встала на носочки и поцеловала его в щеку. – Я так рада, что ты пришел. Спасибо.
- Я бы никогда не пропустил такое важное для тебя событие, - просто сказал он.
Я улыбнулась. Просто не знала, что сказать ему в ответ. Я действительно была рада видеть его. Я соскучилась за его теплом и уверенностью, за той полной гармонией и спокойствием, которые он обещал. Но неловкость, появившаяся в наших отношениях в Швейцарии, так никуда и не исчезла.
Джейк стоял переминаясь с ноги на ногу.
- Поужинаешь со мной сегодня? – спросил он.
- Я… Не могу, Джейк. Сегодня никак не могу. Мы отмечаем премьеру. Все уже давно решено и обговорено, будь очень некрасиво, если я пропущу это мероприятие.
- Ну, ладно, - пробубнил он. Его лицо помрачнело, губы сжались в тонкую ниточку.
- Джейк, - я коснулась его предплечья. – Я обещаю, что мы встретимся. Очень скоро. Я позвоню, хорошо?
Я улыбнулась, с надеждой смотря в его темные глаза.
- Хорошо, - кажется, он немного расслабился.
Внезапный порыв бросил меня в его объятия. Я прижалась к его большому, мускулистому телу.
- Спасибо, что пришел, - прошептала я. – Для меня это очень важно.
- Несс, - я услышала голос Себастьяна. – Автобус уже ждет. Мы опаздываем.
Я отстранилась от Джейка.
- Извини. Мне пора.
На мгновение Джейк сжал мои пальцы.
- До встречи.
Я кивнула. Улыбнулась. Увидела, как заблестели его глаза.
- Пока.