История 21. Журналистика

Если вы не читаете газет — вы неинформированы.
Если вы читаете газеты — вы дезинформированы.
Марк Твен

Лежа на топчане, Люциус рассматривал торчащие из потолка прутики и размышлял, стоит ли вставать и выходить из землянки, учитывая, что снаружи доносится тихое хихиканье Драко.

Ибо хихиканье его сына никогда не предвещало ничего хорошего. В три года оно означало замечательную разноцветную гусеницу в маминой пудренице, в пять — похищенные из-под носа у домовиков пирожные, в семь — взломанный замок отцовского письменного стола, в тринадцать — стопку Play Wizard под кроватью. После этого Люциус перестал интересоваться причиной сыновнего хихиканья — из чувства самосохранения.

— Дорогой, тебе не кажется, что стоит пойти и посмотреть, чем занят наш ребенок? — вопросила Нарцисса, кутаясь потеплее в плед: с приближением зимы в лесу стало заметно холодать. Люциус в очередной раз нехорошо подумал о Темном Лорде и Дамблдоре, благодаря которым лишился нормального дома.

— Ты уверена, что это безопасно? — с сомнением поинтересовался он.

— Я не уверена, что безопасно будет не вмешаться, — последовал ответ жены.

Люциус вздохнул, встал и натянул мантию потеплее. Постоял немного, еще раз вздохнул, поежился и направился к выходу.

— Надо будет связать тебе свитер, — задумчиво заметила Нарцисса ему в спину. — Мисс Грейнджер обещала показать мне, как это делается.

х х х

Люциус вылез из землянки и огляделся. Его единственное чадо сидело на бревнышке у костра, закутавшись в плащ, держало на коленях какую-то книгу — и время от времени хихикало.

Гриффиндорская четверка с некоторым подозрением наблюдала за читающим Драко издалека и шушукалась. Ни Северуса, ни Дамблдора в поле зрения Люциус не обнаружил.

— Что здесь происходит? — поинтересовался он в пространство.

Драко оторвался от своего занятия.

— Ничего. — Он улыбнулся до ушей. — Тут мне Луна одну книжку принесла. — Потом опять почему-то хихикнул и пояснил: — Говорит, очень забавная.

Люциус наклонился, чтобы прочесть название, и Драко, заложив страницу пальцем, с готовностью повернул книгу обложкой вверх: Рита Скитер, «Жизнь и ложь Альбуса Дамблдора».

— Это действительно так смешно? — спросил Люциус. Краем глаза он заметил, что гриффиндорцы перестали шушукаться и подходят ближе.

— Да нет, просто... тут написано... что Дамблдор... — договорить Драко так и не сумел, потому что сдавленные смешки снова перешли в хитрое хихиканье.

— Тебе никто не говорил, Малфой, что смех без причины... — ехидно начал Уизли.

— Для смеха у меня вполне достаточно причин. Ты, например, — отмахнулся Драко. — Но это действительно очень смешно. Вот послушайте: «Ах, что за одаренные юноши! Души друг в друге не чаяли! Даже целого дня беседы им было мало, и я нередко слыхала, как сова стучится в окно спальни Геллерта, неся письмо от Альбуса. Ежели его осеняла вдруг идея, он немедля стремился поделиться ею с Геллертом!» Души они не чаяли... — И он опять принялся хихикать.

— Драко, — осторожно заметил Люциус, — по-моему, ты несколько неправильно понял... э-э... оригинальную мысль автора. Мадам Скитер намекает вовсе не на то, о чем ты подумал, а на пристрастие юного профессора Дамблдора к Темным Искусствам.

— Да как она смеет! — тут же возмутился Поттер.

— Это подлое вранье! — пылко согласился с ним Уизли.

Блэк нехорошо прищурился. Грейнджер вопросительно посмотрела на Люциуса. «Умная девочка», — одобрительно подумал он.

— Я не уверен, — медленно произнес Люциус, судорожно подыскивая хоть какие-нибудь аргументы, — что это произведение стоит того, чтобы тратить на него время. В конце концов, что скажет профессор Дамблдор?

— А он уже сказал, — широко улыбнулся Драко. — Он был тут пролетом сегодня утром. Я его спросил, видел ли он книгу.

— И что? — Поттер настороженно подался вперед.

— Он улыбнулся и сказал, что это чрезвычайно забавное и познавательное чтение! — торжествующе объявил Драко и снова уткнулся в книгу.

Люциус встретился взглядом с Блэком и пожал плечами: он давно понял, что спорить с Альбусом Дамблдором — пустая трата времени, сил и нервов, которые можно употребить на что-нибудь стоящее.

Блэк кивнул.

— Гарри, — позвал он, — пойдем-ка отрабатывать фоморский щит. Ты ж его больше двух секунд удержать не можешь. И ты, Рон.

Поттер еще раз покосился на Драко, но с готовностью вскочил. Уизли последовал его примеру.

— А я? — возмутилась Грейнджер, и Люциус понял, что, если не вмешаться, последует лекция на тему женских прав и прочих маггловских глупостей.

— А вы, мисс Грейнджер, — ответил он с легким укором, — кажется, давно обещали научить мою жену вязать свитер.

— Ой... — девица покраснела и закивала. — Конечно-конечно. Простите.

— Ничего страшного, — добавил он в порыве великодушия. — А щит вам потом Северус покажет, у него все равно лучше получается, чем у Блэка.

Грейнджер просияла и бросилась в палатку — наверное, за спицами и шерстью.

— Па-ап, — протянул Драко, подняв голову, — ты действительно думаешь, что Скитер ерунду написала?

— Я думаю, — медленно ответил Люциус, — ты не хуже меня знаешь, что такое журналистика.