Все права на персонажей принадлежат BBC, м-ру Моффату, м-ру Гэттису и А.Конан-Дойлу. Автор пишет - а переводчик переводит - ради собственного удовольствия и не извлекает никакой прибыли.

Глава 21

Понедельник

Джону пришлось еще раз поменяться в клинике сменами — на завтра и на сегодняшний вечер, ибо он еще не настолько доверял спокойствию и самоконтролю Шерлока, чтобы оставлять его в одиночестве. Но сегодня утром в квартире предстояло быть только Мэри. Она полагала, что в отсутствие других занятий Шерлоку можно будет предложить выбрать для них дату свадьбы, раз уж он согласился помочь ее распланировать.

Детектив появился на кухне, как раз когда Джон включил чайник, чтобы сварить утренний кофе. Он без слов сел за кухонный стол и включил микроскоп.

— Доброе утро, — поприветствовал его Джон, волосы которого были еще влажными после душа.

Шерлок согласно хмыкнул и стал выкладывать слайды.

— Ты вообще хоть проснулся? — пошутил Джон.

— А должен? — Шерлок рассортировал какие-то коричневые бутылочки и принес бумагу и ручку.

— Чаю? — с улыбкой предложил Джон.

Еще одно рассеянное хмыканье.

— Кофе?

— Да.

Пять минут спустя Шерлок уже целиком сосредоточился на работе: капал на слайды какие-то жидкости и вел записи. Джон сидел напротив, следя за каждым его движением. Преувеличено нормальное поведение друга било набатом во все колокола. Джон решил позвонить Элле и попросить о внеочередном сеансе. Ему нужно было поговорить с ней о подавленных воспоминаниях.

Утро в клинике выдалось немного беспокойным, но Джон нашел время позвонить Элле и рассказать, что произошло с Шерлоком. Элла предложила ему двойной сеанс во второй половине дня — у нее выдалось окно в связи с отменой двух других пациентов. Джон, правда, засомневался, что это такая хорошая идея и написал Мэри, чтобы узнать, как они там с Шерлоком. Возможно, ему лучше вернуться домой, а не идти к психотерапевту.

Но Мэри ответила, что Шерлок все еще сосредоточен на своих опытах, а кроме того, ему написал Майкрофт, сообщив, что скоро появится, и Джон решил, что у него нет весомых оправданий не ходить к Элле. Шерлок был занят делом, и Мэри уверяла, что у них все хорошо.

Но удвоенный сеанс принес Джону большое расстройство и вновь заставил усомниться, что Элла вообще способна хоть сколько-то понять Шерлока... или его самого. В первой части сеанса они обсуждали проблемы детектива, а во второй — проблемы Джона, связанные с возвращением Шерлока.

То, что психотерапевт предлагала попробовать с Шерлоком, было однозначно неработающим вариантом, Джон это за версту видел. А обсуждать какие-либо альтернативы Элла не желала и блокировала все попытки Джона преобразовать их в нечто удобоваримое для Шерлока, к чему тот мог бы прислушаться. Впрочем, Джон все же сделал кое-какие заметки и понадеялся, что ему удастся самому перевести их в более понятную для Шерлока форму. Элла пыталась убедить его, что Шерлока надо заставить обратиться к врачу лично, при этом совершенно не понимая, почему Джон так уверен, что это не вариант. Кроме того, она посоветовала ему вернуться вместе с Мэри к себе домой — по ее мнению, тогда Шерлок скорее осознает, что ему нужна помощь, и будет проявлять больше инициативы в своей реабилитации. Джону не удалось донести до нее, почему это не сработает — ни с ним, ни с Шерлоком.

После обеда Джон вернулся домой и обнаружил, что Шерлок с Майкрофтом куда-то ушли.

Он обсудил с Мэри свою встречу с психотерапевтом. Мэри согласилась, что предложенное Эллой требует серьезной "шерлокоподгонки" на совместимость. Большая часть ее советов подошла бы нормальным людям, но с Шерлоком превращалась в полную ерунду: вопросы были бы ему непонятны, либо он счел бы их абсолютным нонсенсом.

В результате Мэри взяла заметки Джона и пообещала попробовать перевести их в более понятный для Шерлока вид, и попросила Джона сделать то же самое. Появившиеся идеи можно было потом сравнить и обсудить.

Они быстро пообедали, и Мэри ушла на работу, а Джон послал смс Шерлоку, спрашивая, что происходит.

"Жди нас в Скотланд-Ярде через час. ШХ" — ответил Шерлок. Джон переоделся и направил свои стопы к метро.

Когда он вошел в кабинет Лестрейда, то обнаружил инспектора в полном одиночестве.

— Привет! Как вы с Шерлоком поживаете? — поприветствовал его Грег.

— Хреново, — отозвался Джон и, опустившись в кресло для посетителей, коротко изложил события последних дней.

— Ты знаешь, может, тебе стоило бы вести себя... поживее. Заставить его тебя выслушать. Когда он был моложе, я так иногда поступал. Мне потом бывало довольно паршиво, но когда я несколько раз отвешивал ему пинка под задницу... он начинал соответствовать. Возможно, мы с ним чересчур осторожничаем. Я имею в виду, раз уж он не способен о чем-то сам попросить. Сунь ему под нос и посмотри на реакцию. Звучит резковато, но если он сам не может... Он считает, что предложенное ему не поможет, но я не уверен, что он понимает, в чем его суть. Именно это я выяснил, когда он был юношей. Иногда он и понимал, что ему что-то нужно, но не мог об этом попросить или утверждал, что уже пробовал, не сознавая, что сами по себе такие вещи не работают. Кроме того, ему может казаться, что здесь не может быть облегчения. А бывает, он вообще забывает, что можно попросить кого-то помочь. Может, ему слишком часто говорили, что у него нет права ничего просить, поскольку он — фрик и вообще недостоин. Прости, я не умею хорошо объяснять.

— Нет, я знаю, Грег... И я уже пытался, но... в некоторых аспектах это все равно что иметь дело с ребенком. В общем-то, он прислушивался, когда я говорил с ним об эмоциональных вещах... Но в последнее время он стал очень упрям и, кажется, отключил умение меня слушать. Я не понимаю, что я сделал не так. Я уже просто в отчаянии.

Спустя пару минут их разговор прервало появление братьев Холмс. Редкий случай, когда Лестрейду удавалось увидеть старшего, а особенно в Скотланд-Ярде.

После обмена приветствиями Майкрофт закрыл жалюзи и приступил к делу.

— Я хочу сообщить, что у нас появился шанс на подозреваемого. Дело в высшей степени деликатное, так что предлагаю отнестись к этому, как к анонимному сообщению.

— Да? — вырвалось у изумленного Лестрейда.

— Вам стоит приглядеться к тому, чем занимается полковник Марк Дэниел Александер. Запишите адрес, — приказал Майкрофт, и Лестрейд послушно записал. Джон озадачено посмотрел на Шерлока: тот только пожал плечами и нервно махнул рукой. Это была очень нестандартная процедура.

— Если окажется, что этот человек действительно замешан в делах серийного убийцы, то прежде чем приближаться к нему с официальными полномочиями, убедитесь, что у вас есть незыблемые, абсолютно железные доказательства его причастности, — предупредил Майкрофт и повернулся к брату: — Это касается и тебя тоже. Больше никаких шныряний возле его дома без официального разрешения.

— Что? — Джон вопросительно уставился на братьев.

— Мой дорогой брат всю прошлую ночь провел около дома подозреваемого, а когда уверился, что тот ушел, то влез внутрь на разведку.

— Что?! — практически завопил Джон.

Майкрофт предупреждающе поднял руку,

— Очевидно, я сам вчера недостаточно ясно выразился, когда просил быть осторожней.

— Я и был осторожен — потому и вошел в дом, чтобы найти что-то конкретное. Официально это невозможно, — выплюнул Шерлок.

— Что ж, ему повезло, что камеры видеонаблюдения в тот момент вышли из строя.

— К везению это не имеет ни малейшего отношения, только к моей компетентности. За два года охоты на преступников я набрался практики!

— В общем, да, не считая одного инцидента... — начал было Майкрофт, но Шерлок сердито на него шикнул. — Обсудим это позже, мне пора возвращаться. Я пришел лишь потому, что не верю, что ты сам все расскажешь.

Шерлок надулся, и Джон понял, что сейчас грянет ссора. Но он сам до сих пор не мог осознать услышанное до конца. Спроси его кто-то про прошлую ночь, он бы поклялся, что Шерлок провел ее в квартире. Интересно, и сколько уже ночей он провел таким образом вне дома?

— Шерлок! Ты только что признался инспектору полиции, что вломился в дом... — начал было Лестрейд, но братья хором его прервали.

— Нет, вы ослышались, — торопливо сказал Майкрофт.

— Никто в дом не входил, и вы бы это увидели, инспектор, если бы проверили установленную в нем систему безопасности. Но вы не сможете этого сделать, поскольку дело слишком деликатное, — ядовито "выстрелил" Шерлок.

Джон с силой выдохнул и потер лоб кончиками пальцев.

— И часто? — громко поинтересовался он, заглушая ссору братьев.

— Что?

— Часто ты сбегал ночью?

— Я не сбегал! — уже с откровенной враждебностью заявил Шерлок.

— Хорошо, уходил. Сколько раз со времени моего возвращения?

— Один, — вместо брата сообщил Майкрофт.

Лестрейд увидел, что Джон зол, и вмешался, чтобы не дать ему распалиться. Он боялся, что этим спором они только навредят ситуации. Если Шерлок перестанет чувствовать себя на Бейкер-стрит в безопасности, он может раствориться в какой-нибудь своей тайной норе, как часто поступал в юности. Поэтому инспектор сделал первое, что пришло ему на ум. Он спросил Шерлока:

— Так что ты выяснил?

— Наконец-то кто-то решил сосредоточиться на действительно важном! — саркастически заметил Шерлок. — В доме, как и ожидалось, нашлись фотографии в рамках. В основном, жена и двое детей, мальчик и девочка. Примечательно, что ни на одной не присутствует второй сын, а кроме того, они все были довольно старые — пожалуй, не позже середины девяностых. Я поискал семейные альбомы и нашел их меньше, чем за четыре минуты, хотя они были аккуратно убраны, — он на мгновение прервался, садясь рядом с Джоном. — На фотографиях отражено рождение сначала первого мальчика, а потом и второго. По контрасту с первыми двумя детьми этот третий ребенок явно был менее желанным, поскольку фотографии с ним составляют лишь треть от фотографий предыдущих детей. Хотя, возможно, рождение третьего просто уже не воспринималось таким монументальным событием. Но я предполагаю, что дело скорее в испортившихся отношениях родителей... Либо ребенок был незаконнорожденным, или же мать к тому времени уже заболела и ей было не до фотографирования. Кроме того, нет ни одной фотографии этого ребенка после ее смерти. Я нашел в семейном архиве похоронное свидетельство: последние фотографии младшего мальчика сняты за несколько недель до этого. Уверен, отец его вырастил, но по какой-то причине совершенно не любил. Полагаю, жена на смертном одре заставила его пообещать, что он позаботится о ребенке. Что не очень согласуется с разбитым браком, иначе бы он просто наплевал на обещание, верно?

Последний вопрос адресовался Джону, и тот не сразу понял, что Шерлок спрашивает о человеческих отношениях.

— Ну, возможно, они потом снова сблизились. Хотя все равно странно, да. Не могу сказать, не знаю.

— Новых фотографий я не нашел и сфотографировал последние. Есть приличное сходство с нашим подозреваемым, но не однозначное. На второго мальчика не нашлось ничего, кроме имени "Йен Александр" и даты рождения. Тот человек, с которым мы один раз столкнулись, по возрасту вполне может им быть. Мне нужно больше информации и побыстрее.

— Что ж, как бы это ни было интересно, но мне пора уходить. Уверен, инспектор в курсе, что делать дальше. Позже поговорим, Шерлок, — произнес Майкрофт очень ворчливым даже для него тоном и исчез за дверью, прежде чем Грег вообще успел подняться на ноги.

В кабинете наступила тишина, все сидели в глубокой задумчивости.

— Нужна компьютерная программа, которая прогнозирует, как будет выглядеть ребенок во взрослом возрасте, — сказал Шерлок.

— С детьми трудно предугадать.

— Я знаю, но это лучше, чем ничего.

— Ладно, поручу технику этим заняться. И еще организую слежку — нам нужна причина, чтобы допросить этого человека, но, как верно предложил твой брат, лучше сначала собрать на него побольше пригодных данных.

— Пришли мне фотографии, — Шерлок поднялся на ноги.

То же сделал и Лестрейд,

— Шерлок, еще одна такая выходка, и я отстраню тебя от расследования. Я ясно выражаюсь?

Шерлок в ответ только закатил глаза.

— Пустые угрозы, — заявил он и растянул губы в откровенно фальшивой улыбке, отчего Лестрейд раздраженно втянул в себя воздух.

Шерлок застегнул пальто и без слов покинул кабинет.

— Не говори ничего. Я сам пытаюсь разобраться, — Джон тоже поднялся и пошел за бывшим соседом. — Еще увидимся.

По возвращении домой Шерлок сразу ушел к себе в спальню и весь остаток вечера оттуда не показывался.

Джон с Мэри посмотрели какой-то фильм, а когда по экрану уже поползли титры, они услышали в ванной Шерлока. Очевидно, он вошел туда из своей комнаты.

Мэри посмотрела на будущего мужа.

— Да, напряжение в последние дни явно нарастает. Я имею в виду, помимо очевидного. То, что он вспомнил и заново пережил, безусловно его очень потрясло, но все покатилось по наклонной еще раньше. Я это чувствую, но не могу точнее определить. А ты?

— Нет, без понятия. И я уже в отчаянии, — выдохнул Джон, и Мэри погладила его по спине.

Джон рассказал ей, что Шерлок проник в дом подозреваемого, и о прочих событиях.

— Мне казалось, мы двигаемся вперед, — продолжал он. — Но сейчас, похоже, пошел обратный процесс. Раньше было лучше, он так яростно от всего не отказывался. Был более открытым. Что же изменилось?

— Я видела вас вдвоем только несколько дней, да и то по большей части в последние несколько часов, и я не могу... я не совсем это понимаю.

— Ну отлично! Спасибо вам, доктор Фрейд! Мне хватило одного хренового сеанса с Эллой, так что прекращай меня анализировать.

— Ох, прости. Что она тебе наговорила? — Они редко обсуждали беседы Джона с его психотерапевтом — и не потому, что Мэри не спрашивала: Джон не стремился этим делиться. Мэри частенько его на этот счет поддразнивала и пыталась чуть-чуть выманить из своей скорлупы. В последние месяцы он стал немного открываться, но Мэри хотела знать больше и этого не скрывала. Тема Эллы всплывала всякий раз, когда Джону снились кошмары или Мэри начинала подозревать, что его мучают какие-то проблемы, которыми он с ней не делится.

Но на этот раз, под мелькающую картинку ночных новостей Джон рассказал ей, что он говорил Элле, а затем: что она сказала насчет Шерлока и что предлагала в качестве терапии.

— Я знаю, я уже говорил об этом, но похоже, что Шерлок... изменился. И это... Он даже не называет меня идиотом и не рассказывает, как я слеп. Не оскорбляет меня мимоходом, как всегда было. И даже намеком не выдает, что он на голову умнее всех остальных.

— Выдает-выдает! — возразила Мэри.

— Ну, может быть, но не настолько, как раньше. Он... как будто вырос, повзрослел. И очень нелегким путем. Я не могу выразить конкретней, но он себя держит так... будто он в каком-то смысле потерял девственность — не в сексуальном плане, а в смысле отсутствия знаний и понимания. Как будто познал нечто тяжелое и болезненное. Я вижу это по его глазам, по его поведению. Его разум словно возмужал, и это меня пугает. Так выглядят отслужившие первый срок новобранцы: когда они возвращаются, по глазам видно, как они изменились. Что-то внутри словно исчезает. Я всегда хотел, чтобы он чуть-чуть повзрослел, но не таким образом... Он стал более... покладистым, мягким. Нет, даже не так. Его лицо иногда смягчается — и порой до странности искренне, но в остальном это лишь прикрывает другие чувства. И меня это до черта пугает. Я не уверен, что мне это нравится. Это слишком другое, слишком выводит из равновесия.

— Я постараюсь обратить внимание, хотя не совсем понимаю, что ты имеешь в виду.

— Что бы я ни делал, это не помогает. Я чувствую себя совершенно бесполезным. Я не знаю, что делать.

— Джон, ты выглядишь совершенно измученным. Пойдем спать, — Мэри обняла его и поцеловала в висок. Джон быстро поцеловал ее в губы. Его уже не первый раз переполняла благодарность за всю ту помощь, которую она предлагала. Он много размышлял, как в ближайшие недели совместить Мэри и Шерлока, и подозревал, что это будет не просто.

Они выключили свет и, забрав с собой планшет, поднялись наверх, в его спальню.

Мэри, похоже, хотелось узнать Шерлока получше — и она явно не ревновала, не такого типа характер — а Джон слишком часто видел, как женщины реагировали на Шерлока, на их дружбу и общий интерес к раскрытию преступлений. Он говорил о своих опасениях Мэри, но она ясно дала понять, что ей нравится, как они работают вместе. Она хотела, чтобы он был счастлив, а если это включало в себя расследования с Шерлоком, то так тому и быть. Джон в очередной раз подумал, как ему повезло, что он ее встретил, и отчего так полюбил.

— Я буду проверять его каждый час, а ты возьми беруши, тебе нужен отдых. А то я уже начинаю и о тебе волноваться, — сказала Мэри, когда за ними закрылась дверь спальни.

— Не стоит, я справлюсь. В помощи сейчас нуждаюсь не я, а Шерлок, — Джон уселся на свою сторону кровати, а Мэри стала переодеваться в пижаму.

— Джон... я должна кое-что тебе сказать. Пожалуйста, не сердись, но... за последние три месяца я прочла несколько книг про ПТСР.

— Что? Зачем? — явно рассердившись, Джон обернулся к Мэри.

— Честно говоря, я думала, что это достаточно очевидно... Моему будущему мужу поставлен этот диагноз и, хотя он рассказал мне основные моменты, насчет прочего я могу только догадываться. Вот я и подумала, что это неплохая идея. В конце концов, я работаю медсестрой. Я хотела понять истоки.

— О, — Джон сжал губы.

— А ты сам что-нибудь об этом читал? Я имею в виду настоящие книги, а не брошюры с информацией для пациентов.

Джон поджал губы, не желая обсуждать эту тему.

— Нет. Я положился на то, что говорили врачи, ставившие мне диагноз, и прочел выданную мне кучу брошюр. Я не читал профессиональной литературы на эту тему, только обзор для военного персонала. Что ж, возможно, и стоит, — он потер ладонями лицо, стараясь сбросить напряжение. — Полагаю, я пытался от этого уклониться.

— И предпочитал, чтобы Элла фильтровала тебе информацию. Но перед ней тут, наверное, стоит дилемма. Она просто не может так поступить. Во-первых, я думаю, она не из тех людей, кто в принципе способен понять Шерлока — и здесь она, мягко говоря, не одинока. А во-вторых, ты просишь ее перейти на мета-уровень и обсуждать вещи, подоплека которых тебе неизвестна. Полагаю, она считает, что тебе лучше не обсуждать с ней подобные темы, поскольку она — твой врач.

— Думаешь, она считает, что такое обсуждение — на уровне профессионала — может плохо сказаться на отношениях врач-пациент?

— Да.

— Тогда почему бы ей просто об этом не сказать? Или не предложить мне почитать какую-то книгу?

— Возможно, она считает, что ты к этому не готов. Или что тебе не следует "лечить" Шерлока.

— Я его не лечу! И я однозначно дал ей это понять. Я только хочу выяснить, что происходит. И помочь Шерлоку, чтобы помочь при этом себе, поскольку другого варианта здесь нет.

— Но ведь это работа психотерапевта, разве нет?

— Да, но не в таком виде. То, что делаю я, совершенно отличается от...

— Джон, не надо мне объяснять, я понимаю. Ты не пытаешься его лечить, как врач, ты только пытаешься ему помочь, как друг. Возможно поэтому Элла и не стала предлагать тебе специальную литературу и не стремилась что-то объяснить. Чтобы ты мог не смешивать одно с другим. Хотя мне кажется, она могла бы добиться лучшего. Чем больше ты мне о ней рассказываешь, тем больше я удивляюсь, почему ты выбрал ее своим врачом. По-моему, она мало что понимает.

— Прекрати! Мне и без того не просто было ей довериться, так не подрывай мои усилия.

— Прости... Извини, что я раньше не сказала тебе о книгах. Я люблю тебя и хотела понять, что с тобой происходит. Я видела твои кошмары и мне нужно было узнать, что за ними стоит, чтобы тебе помочь. Просто понять, что можно, а чего нельзя. Примерно по тем же мотивам, какие сейчас у тебя с Шерлоком.

— И что за книги ты читала?

— Полупрофессиональные, я бы так их назвала. Не для врачей или изучающих психологию. Две предназначались для медсестер и больничного персонала: как справляться со специфическими проблемами и в чем основной механизм их возникновения... и еще одна была для друзей и родственников страдающих ПТСР — про каждодневные проблемы и способы их решения. Все написаны специалистами, но для людей без психологического образования.

— Просто прекрасно! — вздохнул Джон и откинулся на спину.

— Джон, я взялась их читать, потому что люблю тебя и хочу поддержать, а не для того, чтобы доказать твою неспособность...

— Да я знаю! — торопливо и чуть нервозно прервал ее Джон. — Спасибо тебе за понимание и поддержку. Прости, что так неловко выходит... Просто, когда все мои симптомы уже в третий раз проявляются на поверхности, это становится тяжело обсуждать.

— Я знаю. Ты только стал приходить в себя после самоубийства друга, а тут он вернулся и все снова разбередил. Я буду рядом, Джон.

Мэри пододвинулась к нему на постели и осторожно погладила по голове, а затем нагнулась над ним и с улыбкой поцеловала.

— Обними-ка меня, а то я замерзла.