Глава 26
Сегодня было двадцать четвертое мая: до третьего задания оставался ровно месяц, и в девять часов вечера чемпионов должны были посвятить в детали предстоящего тура. Конечно, благодаря Барти Гарри уже представлял, в чем он будет заключаться.
Профессор МакГонагалл сказала ему прийти на квиддичное поле к девяти часам, и пока Гарри шел туда, встретился с Седриком.
- Поттер, - поприветствовал его Диггори. Гарри кивнул в ответ. – Есть какие-нибудь идеи насчет задания? – спросил Седрик. Очевидно, хаффлпаффец был настроен на легкую болтовню. Что ж…
- Нет, - пожал плечами Гарри. – Совсем ничего, - солгал он.
Они подошли к высоким стендам, окружающим квиддичное поле, и, пройдя через раздевалку, вышли к месту назначения. Вместо привычного гладкого газона перед ними раскинулась живая изгородь. Хотя Гарри именно этого и ожидал, он все же выдавил из себя шумный вздох. Седрик выглядел оскорбленным до глубины души.
- Какого черта они сотворили с нашим полем! – задохнулся он от возмущения.
Тут они заметили Людо Бэгмена, который вместе с Флер и Крамом стоял чуть поодаль.
- О! А вот и вы двое! Подходите! Не волнуйтесь, вы получите свое поле назад, когда закончится Турнир. То, что вы сейчас видите, скоро превратиться в магический лабиринт! – возбужденно рассказывал мужчина. – Всего за один месяц эта живая изгородь станет больше двух метров в высоту и превратится в лабиринт, наполненный опасными магическими существами и разнообразными препятствиями. Вашим заданием будет добраться до середины лабиринта! Тот, кто сделает это первым, получит наибольшее количество баллов! Для каждого последующего чемпиона будет учитываться время, за которое он справился с заданием, заклинания, которыми он пользовался, и препятствия, повстречавшиеся на пути. Ну а сейчас, у кого есть вопросы?
Гарри ушел с поля через двадцать минут. Бэгмен оказался слишком энергичным пустозвоном, который объяснял простейшие вещи чересчур долго. Он так и не сказал чемпионам ничего важного, кроме того, что третьим заданием будет лабиринт, наполненный опасными препятствиями. И как на это предложение можно было потратить целых двадцать минут, Поттер не понимал.
Обычно в это время он никогда не приходил в поместье просто потому, что у него не было оправданий для столь поздних отлучек. Но сейчас Гарри уже был вне замка, за пределами защиты, поэтому он не видел проблемы в том, чтобы использовать предоставленную ему возможность и, дойдя до окраины леса, «исчезнуть» из школы.
Он уже был готов воспользоваться порт-ключом, когда услышал странное бормотание, доносившееся из-за деревьев. Достав кипарисовую палочку, Гарри осторожно двинулся вглубь леса.
И буквально замер на месте, когда увидел потрепанного и явно нездорового на вид мистера Крауча, который что-то бормотал, обращаясь к дереву.
Гарри непонимающе рассматривал мужчину. Какого черта он здесь делает? Он же должен быть заперт в подвале поместья!
Поттер начал медленно подходить к мужчине, по-прежнему не опуская палочки.
- Мистер Крауч? – осторожно окликнул Гарри.
Крауч продолжал разговаривать с деревом, по-видимому, принимая его за какого-то Уизерби. Поттер смутно помнил, что Крауч-старший называл так несколько раз Перси. Тогда получается, что Крауч полагает, что разговаривает сейчас именно с Уизли?
Гарри замер на месте, прислушиваясь к бессвязному бормотанию и пытаясь уловить смысл. Крауч, видимо, пребывал в какой-то иллюзии, потому что рассказывал о своем сыне, а если точнее, о том, что Барти только что закончил Хогвартс. Он перечислял результаты ТРИТОНов своего сына.
- Мистер Крауч! – громче позвал Гарри. На этот раз Крауч дернулся, выныривая из своих фантазий, и внезапно съежился и задрожал.
- Ты? Ты… должен п-привести Дамблдора… Я д-должен предупредить его. Должен рассказать! Это все моя вина! Я… я никогда не должен был… никогда не должен был… все моя вина… предупредить их!
- Как вы попали сюда, мистер Крауч? – еще громче спросил Гарри.
- Должен п-предупредить Д-дамблдора. Д-должен…
Поттер раздраженно закатил глаза.
- Как вы сбежали? Как оказались в Хогвартсе? Вы аппарировали сюда?
- Сбежал… улизнул. Это моя в-вина. Предупредить и-их! Маленький, толстый человек… я украл у него порт-ключ. Мне нужно п-предупредить Дамблдора!
- Хвост! – прорычал Гарри.
Сосредоточившись на хныкающем мистере Крауче, Поттер навел на него палочку. Глаза мужчины собрались в кучку и уставились на палочку, застывшую в дюйме от его носа.
- Ступефай! – произнес Гарри, посылая красный луч в голову Крауча и наблюдая за тем, как мужчина теряет сознание.
Опустившись на одно колено, Поттер взялся за чужую руку и поднес ее к манжете. Их пальцы соприкоснулись с кожаной поверхностью, и Гарри активировал порт-ключ, исчезнув с негромким хлопком.
Вместе с бессознательным Краучем они оказались в центре поместья. Поттер тут же отшвырнул чужую конечность и усмехнулся. Определив местонахождение Тома, он быстро поднялся по ступенькам и приоткрыл дверь кабинета.
Волдеморт что-то писал, поэтому не сразу посмотрел на выглянувшего из-за двери Гарри.
- Том, у нас проблема, - произнес Поттер, и мужчина тут же приподнял голову и нахмурился.
- Проблема?
- Ты должен это увидеть, - Гарри дернул головой за свое плечо, и Том сразу поднялся на ноги.
Отступив от двери, Поттер дал мужчине выйти, и они вместе быстро начали спускаться по ступенькам. Том, несмотря на явную спешку, совсем не растерял грации движений. Когда же он спустился и заметил на полу съежившегося и по-прежнему бессознательного Бартемиуса Крауча-старшего, глаза его сузились, выдавая пылающий в нем гнев.
- Как это произошло?
- Я нашел его в Хогвартсе, - ответил Гарри, скрестив на груди руки и приподняв бровь.
- Хогвартс! – яростно прошипел Том.
- Поначалу он просто бредил. Разговаривал с деревом, возомнив, что находится на каком-то фуршете. Мне пришлось несколько раз его окликнуть, пока он не пришел в себя и не начал хныкать и скулить о том, что ему нужно предупредить Дамблдора.
Гарри смотрел на полностью взбешенного Тома.
- Я спросил о том, как он оказался в Хогвартсе, и он упомянул кражу порт-ключа у маленького, толстого человека.
- ХВОСТ! – взревел Волдеморт.
Этой ночью Гарри было очень трудно заснуть. Все его тело было охвачено огнем. Приятным огнем. Волнующим и энергичным, «я слишком бодр, чтобы спать» огнем. Поттер удостоился чести и испытал неописуемое удовольствие, заставив Хвоста извиваться под действием Круцио целых две минуты. Он так давно не применял этого проклятия к живому человеку, что почти забыл, как это чертовски приятно. Как необъяснимо поднимается настроение, когда контролируешь кого-то своей силой. Как чужие крики боли наполняют тело порочной радостью и вызывают головокружение.
Все тело было насквозь пропитано темной магией. Каждый раз, когда Гарри вспоминал об ощущениях, которые он испытал, он ловил себя на том, что начинает тихо смеяться. Удержаться от этого было очень трудно.
Хотя сложнее всего было уйти из поместья, не обменявшись с Томом продолжительными интимными прикосновениями. Гарри просто хотелось напрыгнуть на мужчину и потереться об него, вызывая ответную реакцию. Поттер дико возбудился, наблюдая за тем, как Том наказывает Хвоста и как насыщенная темная магия заполняет всю комнату. Смотреть, как мужчина мучает кричащего и плачущего маленького человечка, было действительно забавно, но куда сильнее оказался трепет и возбуждение от силы и контроля, которые исходили от Волдеморта. Гарри впился в его рот бешеным поцелуем сразу после того, как Хвоста вышвырнули из комнаты. И Том ответил на поцелуй. Прижав юношу к стене, он подарил ему несколько страстных минут. Но потом резко отстранился и сказал, что Гарри необходимо вернуться в Хогвартс, чтобы он сумел надежно запереть Крауча-старшего.
Сказать, что Поттер был обижен, значит не сказать ничего. И сейчас он лежал в своей кровати, практически дрожащий от переполняющей его темной магии и неистового возбуждения.
Раздраженно вздохнув, Гарри достал из-под подушки палочку из остролиста и наложил вокруг кровати чары приватности. Он приспустил с бедер хлопковые штаны вместе с боксерами и нерешительно обхватил ладонью напряженный член. Легкий стон сорвался с его губ, когда он вспомнил губы Тома, его глаза и руки с длинными изящными пальцами.
Гарри достиг пика на удивление быстро. Он был так чувствителен, да и обида обостряла ощущения. Сейчас Поттер лежал в постели и старался отдышаться, до сих пор наслаждаясь ощущениями от событий сегодняшнего вечера. Схватив палочку, он очистил живот от белесых пятен, а потом провалился в беспокойный сон.
– –
До третьего задания оставалось три недели, а до конца семестра - четыре. Именно этого момента ждал Гарри, чтобы отправить Дурслям письмо и «убедить их» позволить ему остаться на каникулы у друга. Он понимал, что его родственники жаждут избавиться от него, но терять рабочую силу они тоже не захотят. Не говоря уже о том, что Вернон пошел бы на что угодно, чтобы сделать племянника несчастным, и если для этого нужно будет не отпустить Гарри, он так и поступит.
Почта в Хогсмиде занималась не только пересылкой писем посредством сов, но и обычной маггловской доставкой. Именно ею и решил воспользоваться Поттер для того, чтобы послать письмо Дурслям. Посылать им сову было смерти подобно, поэтому даже мысли об этом у него не промелькнуло.
Сегодня была суббота, и сразу после завтрака Гарри собирался пойти в Хогсмид, но его планам не суждено было сбыться: посреди трапезы к нему подошла МакГонагалл и попросила следовать за ней в кабинет профессора Дамблдора.
У Гарри кровь застыла в жилах, и он едва сумел удержать беспристрастное выражение на лице.
Напомнив себе, что поводов может быть множество, он приказал себе не паниковать. Самое главное – не дать своим поведением или словами заподозрить его в чем-то, не относящемся к их разговору. Кроме того, он, кажется, догадывался, о чем пойдет речь.
- Конечно, профессор, - ответил Гарри, закидывая в рот последний кусочек и вставая на ноги. В полной тишине они поднялись на седьмой этаж и подошли к горгулье, охраняющей вход в кабинет Дамблдора.
- Шипучиe Летучки, - произнесла МакГонагалл, и горгулья отпрыгнула в сторону, открывая проход, в который медленно опустилась винтовая лестница.
Гарри чувствовал, как деревенеет его тело, когда он вместе со своим деканом прошел через огромную дверь. Когда же он вошел в комнату, взгляд его остановился на Гермионе, которая сидела в одном из двух мягких кресел напротив директора. Было видно, что девушке неловко, и ее явно пугал сидящий напротив нее старик. Дамблдор же спокойно улыбнулся и посмотрел на вошедших, раздражающе сверкнув при этом глазами. Гарри едва сдержал презрительную ухмылку. Презрительная ухмылка – это плохо. Очень, очень плохо.
Поттер занял второе свободное кресло, а МакГонагалл встала рядом с директором.
- Я рад, что ты присоединился к нам, Гарри, - ласково улыбнулся он. – Лимонную дольку?
- Ээ… нет, спасибо, сэр. Могу я узнать, в чем дело? – нерешительно спросил Гарри.
- Разумеется. Мисс Грейнджер недавно пришла к декану вашего факультета, обеспокоенная тем, где ты проводишь летние каникулы. Я надеюсь, что сейчас мы разберемся с этим недоразумением.
Гарри тут же расслабился. Наконец, он понял, что происходит. Оставалось надеяться, что Гермиона сдержала обещание и не рассказала о том, что на эти каникулы он собирается уехать к другому человеку.
- Недоразумением, сэр?
- Да, - кивнул Дамблдор. – Очевидно, твою подругу очень впечатлило то, что твои родственники не очень тебя любят и не заботятся о тебе должным образом.
- Это не совсем точная оценка, - бесстрастно заметил Гарри. – Она немного щедра для Дурслей.
- Что ты имеешь в виду, Гарри? Я знаю, что у тебя с родственниками не самые теплые отношения, но они же твоя семья. Несомненно…
- Профессор, это бессмысленно, - грубо оборвал его Поттер. – И вы, и я знаем, как они со мной обращаются. А еще мы знаем, что вы ни за что не позволите мне провести лето в другом месте.
- Как они с вами обращаются, мистер Поттер? – спросила МакГонагалл, кинув на Дамблдора обвиняющий взгляд.
- Они презирают меня. Они боятся и ненавидят магию и все, что с ней связано, и, разумеется, меня, как самое прямое ей доказательство. Когда я был маленьким, они пытались «выбить из меня ненормальность». Они всегда обзывали меня ничтожеством и жалким существом, не заслуживающим прав на существование. Считая меня нахлебником и лентяем, они заставляли меня чуть ли не вылизывать дом сверху донизу, стричь газон, прочищать крышу, следить за садом.
Я готовил для них, но они часто запрещали мне есть приготовленное. До тех пор, пока мне не пришло письмо из Хогвартса, я жил в чулане под лестницей и очень часто оказывался там заперт. Это было своеобразным наказанием: запирать меня в самой маленькой и темной комнате в доме. Когда у меня появилась нормальная спальня, на ее окно повесили решетку, а дверь снабдили огромным количеством замков и кошачьей дверцей внизу. Они кормили меня черствым хлебом и холодным чаем через эту самую дверцу. Раз в день мне позволяли сходить в туалет и принять почти скоростной холодный душ, ну и еще меня выпускали лишь затем, чтобы убрать дом или что-нибудь приготовить.
А если этого недостаточно, то можно еще упомянуть о моем подросшем кузене Дадли, который превратил мои избиения в официальный спорт. Да и тетя Петунья не брезговала огреть меня сковородой, если вдруг я пережаривал мясо. И если это не тяжелые условия, тогда я даже не знаю, как это назвать.
К концу его речи лицо МакГонагалл заметно побледнело от ужаса, а Дамблдор все так же улыбался, хотя глаза его мерцали уже не так задорно как обычно.
- А сейчас, Гарри, тебе следует признаться, что ты излишне преувеличиваешь, - сказал он, подавшись вперед и сложив руки. Произнесено это было таким тоном, каким обычно взрослые разговаривают с расфантазировавшимися детьми.
- Как бы грустно это ни было, нет, сэр. Я совершенно не преувеличиваю. А сейчас вам следует признаться, что вы давно в курсе того, как именно я провожу лето.
- Альбус! – МакГонагалл осуждающе посмотрела на директора. – Ты просто не имеешь права игнорировать подобное! Ты не можешь вернуть Гарри к родственникам, даже если правда из этого – лишь половина!
- Успокойся, Минерва. Ты ведь знаешь, как важно для Гарри вернуться в место, где его защитит жертва матери. Защита, окружающая дом Дурслей – единственное, что спасет Гарри в случае чего. Там он будет в полной безопасности.
- Безопасности! Гарри только что рассказал вам, что его бьют кузен и тетя! Что они запирают его и морят голодом! – задохнулась от возмущения Гермиона.
- Несомненно, Гарри, все не так страшно, как кажется, - заметил Дамблдор тоном, в котором Поттер легко распознал оскорбительное снисхождение.
- Сэр! – запротестовала Гермиона, а Минерва недоверчиво на него посмотрела.
- Я напишу семье Гарри письмо и попрошу их относиться к нему с уважением и заботой, как к полноправному члену семьи. Но я вынужден настаивать, чтобы он вернулся в дом своих родственников.
Гарри фыркнул, и Гермиона посмотрела не него полными ужаса глазами. Он ответил ей приподнятой бровью и взглядом, ясно говорящим: «а я предупреждал, что так и будет».
- Альбус… - предостерегающе сказала МакГонагалл, но директор поднял руку, призывая ее к молчанию.
- Потом, Гарри, я позволю тебе навестить семью твоего друга мистера Уизли, но только после того, как ты проведешь в семье своих родственников несколько недель. Это необходимо, чтобы защита на их доме обновилась. Как только я буду убежден, что защита обновилась полностью, мы сможем перенаправить тебя в другое место.
Гарри совершенно бесстрастно выслушал речь Дамблдора. Он не мог позволить и отблеску испытываемой им ярости проявиться на лице. Конец года уже близок, и он не может так рисковать.
- А сейчас, Гарри, ты должен пообещать мне, что останешься в доме своих родственников до тех пор, пока я не подготовлю для тебя безопасное место, - Дамблдор пронзил Поттера взглядом. Их глаза встретились всего на мгновение, но Гарри тут же ощутил давление на сознание. Огромным усилием воли он отвел взгляд и, склонив голову, посмотрел на свои руки, лежащие на коленях.
Оставалось надеяться, что Дамблдор не увидел слишком многого. Большинству людей вообще трудно отвести взгляд. Гарри почувствовал сильное принуждение, заставляющее не отводить глаз и не моргать. Если бы не уроки Тома, он бы точно сейчас попался.
Поттер был неплохим окклюментом, но против директора он бы вряд ли выстоял. Даже если учесть, что при двух свидетелях в комнате Дамблдор не посмел бы использовать все свое мастерство, щиты Гарри привлекли бы слишком много внимания и вызвали бы нежелательные вопросы.
Гарри еще не достиг того уровня мастерства, который позволил бы ему незаметно обхитрить легилименцию, выставив напоказ «безопасные» мысли, а важные спрятав.
Поттер недовольно нахмурился и позволил челке скрыть часть его лица. Он начал нервно теребить край одежды, пытаясь выглядеть нервничающим, а не взбешенным.
- Обещаю, сэр, - пробормотал Гарри, стараясь, чтобы его голос прозвучал смиренно, а не зло. Тот факт, что старик может прочесть его мысли… а может ли он навязывать их? По собственному опыту, по прочтенной информации и по тому, что рассказывал Том, человеку можно было внушить что угодно.
Поступал ли Дамблдор с ним так раньше?
Ярость в нем все нарастала, а значит, ему нужно было поскорее уйти из этого кабинета.
- Гарри… - позвал Дамблдор, и Поттер почувствовал еще одну волну, принуждающую его посмотреть в глаза директору. Гарри понимал, что это не сработает, но это все равно выводило из себя. В попытке успокоиться он сжал челюсти так сильно, что заскрежетали зубы. В его планы вовсе не входило рассвирепеть в кабинете директора. Нужно сдержать свой темперамент. Гарри почувствовал, как вмешался его компаньон, выдвигая на передний план воспоминания об уроке Тома, на котором он объяснял важность полного контроля над эмоциями и тем более над яростью.
Укрепив ментальные щиты, Поттер попытался задвинуть свои эмоции за непроницаемую стену. И ощутил огромную благодарность, когда компаньон помог укрепить стену вокруг компрометирующих мыслей, воспоминаний и эмоций. Почувствовав себя полностью готовым и спокойным, Гарри испустил дрожащий вздох от такого неожиданного избавления от ярости.
- Мне действительно пора идти, сэр, - сказал, наконец, он, по-прежнему не отводя взгляда от рук на своих коленях. – Сегодня выходной с посещением Хогсмида, и я хотел сходить туда.
Гарри почти физически ощущал исходящее от старика напряжение и любопытство. Когда же тот откинулся в своем кресле и кивком головы отпустил их, юноша готов был задохнуться от облегчения.
Как только он вместе с Гермионой вышел в коридор седьмого этажа, девушка взорвалась негодованием.
- Я просто… не могу в это поверить! – завопила она. Гарри резко остановился. Оцепенение опять сменилось всепоглощающей яростью, и ему просто жизненно необходимо стало что-нибудь уничтожить.
Обведя взглядом коридор, он замер, рассматривая стену, за которой находилась Комната по Требованию. На прошлой неделе Том рассказал ему больше об этом помещении. После смерти Миртл он больше не мог так часто ходить в Тайную Комнату, поэтому для тренировок Темных Искусств Риддл использовал Комнату по Требованию. В ней недоставало книг Слизерина, но эта комната все равно была очень полезна, ведь на нее тоже не распространялась защита Хогвартса, потому использование запрещенной магии нельзя было засечь. Там Том мог выпустить пар.
- Как он может не обращать внимания на подобное! – продолжала бушевать Гермиона, и гнев ее лишь усилился, когда она посмотрела на совершенно спокойного Гарри. – Он выставил тебя лжецом! Да какое он имеет право называть себя преподавателем! Как смеет игнорировать такие обвинения! Это, это… неэтично! Он что, поступает так с каждым ребенком, обращающимся к нему за помощью? Многих ли волшебников отправляют в такие же дикие условия лишь потому, что… этот человек имеет наглость… АРРР!
Гарри изумленно замер, выслушивая, как Гермиона критикует директора.
«Этот человек», да? - подумал он. – Возможно, для нее еще не все потеряно…»
- А ты! – продолжала девушка. – Не могу поверить, что ты почти не пытался хоть что-то сделать, Гарри! Почему ты так просто позволил ему отослать тебя туда? Как ты мог просто сидеть там и позволить ему обвинять тебя во лжи, про что-то столь важное!
- Это был самый легкий из путей, Гермиона, - просто ответил Поттер. – Если бы я возразил ему, он бы обеспокоился моим противостоянием. Дамблдор мог заподозрить, что я что-то замышляю и начать пристально следить за мной. Он даже мог дать мне что-то вроде эскорта… для моей охраны, разумеется, - саркастично ухмыльнулся он. – Поэтому сейчас мне лучше вести себя хорошо и делать вид, что я готов вернуться к Дурслям, так мне будет легче сбежать.
- Но… но что насчет того, когда ты говорил, что он не имеет права контролировать тебя на каникулах? Ты был абсолютно прав, он не имеет! Он превышает свои полномочия, когда заставляет тебя вернуться в эту отвратительную семью! Ты можешь пойти в Министерство с жалобой! То, что делают твои родственники, подсудное дело! Пренебрежение и практически порабощение несовершеннолетних – это серьезное преступление, за которое можно посадить в тюрьму! Я хочу сказать, что ты можешь обратиться даже в маггловскую полицию, даже если это не в их компетенции, уверена, что существует департамент по охране детей. Просто это так… так… АРРР! Ненавижу это! Я просто в бешенстве! Не могу поверить, что он позволил произойти такому!
Гарри в голову пришла интересная идея, и небольшая усмешка расползлась по его лицу. Это может оказаться отличной мыслью…
- Не хочешь выпустить пар вместе со мной? – внезапно произнес он, обрывая пылкую речь Гермионы.
Она замерла и с замешательством переспросила:
- Что?
Поттер дернул головой в сторону коридора.
- Идем, - позвал он и быстро зашагал вперед, не обращая внимания на то, идет ли за ним Гермиона.
А она, разумеется, шла. Через минуту они остановились напротив стены у гобелена, на котором старый сумасшедший маг пытался научить троллей танцевать балет.
- Гарри, что мы здесь делаем…
Поттер достал свою палочку и, взмахнув ей, начал ходить взад и вперед возле стены. Том предупреждал, что комнату нужно заранее просить о том, чтобы она скрывала использование темных искусств. Он, разумеется, не планировал использовать их при Гермионе, но лишняя мера предосторожности не помешает.
Девушка изумленно вздохнула, когда на пустом месте вдруг появилась дверь. Гарри протянул руку и открыл ее, с самодовольной усмешкой оглянувшись на Гермиону через плечо.
- Гарри, что это?
- Это, - он сделал драматическую паузу, - Комната по Требованию. И предупреждая твой вопрос: для того, чтобы она появилась, надо три раза пройти мимо нее, формулируя, какая именно комната тебе нужна.
- Именно сюда ты ходил на протяжении года?
- Ага, - солгал Гарри. Честное слово, это ведь было великолепное прикрытие, не вызывающее беспокойства. Не то что посещение Тайной Комнаты.
Он пропустил девушку внутрь. Комната оказалась огромной и просторной, с несколькими тренировочными манекенами и большими глиняными горшками, стоящими через каждые несколько футов. И те и другие будут просто великолепными отдушинами для накопившейся в нем ярости. Манекены на первый взгляд казались слишком простыми, но Том рассказывал, что они оказались очень полезными, когда он, будучи учеником Хогвартса, оттачивал на них свои навыки.
Очевидно, если пожелать, манекен мог атаковать как полноценный противник. Если же нужно было испытать режущее проклятие, его действие можно было оценить по разорванной ткани, которая заменяла манекену кожу. Порезы могли даже кровоточить, хотя и темной как чернила жидкостью. Правда, об этой особенности Гарри не просил, чтобы не вызвать лишних подозрений со стороны Гермионы.
- Гарри, что это за место… Я имею в виду… для чего эти горшки и… - девушка прервалась, обводя комнату изумленным взглядом.
- Я зол, Гермиона. Я честно пытался сдержаться, но таким эмоциям нужно давать выход, и это место идеально для этого подходит. Если же я продолжу сдерживаться, то могу ненароком сорваться на студентах, - монотонно объяснил Поттер, заставляя девушку удивленно на него посмотреть.
- Что ты собираешься делать…? – спросила она медленно, наблюдая за тем, как Гарри стремительно шагнул вперед, доставая палочку из остролиста. Он не собирался использовать темных искусств, значит, можно было не рисковать и не доставать кипарисовую палочку.
Гарри принял одну из лучших поз дуэльного мастерства, которой его научил Том. Грациозным, резким движением он взмахнул палочкой, посылая в глиняный горшок волну разрывающего проклятия. Сосуд громко треснул и звенящими осколками осыпался на пол.
Гермиона звучно вздохнула, но Поттер не собирался обращать на это внимание. Он быстро послал в следующий горшок еще одно разрывающее проклятие и наградил один из манекенов Диффиндо. Посылать заклятия в манекен оказалось куда приятнее, чем в горшок. Никакой «крови», конечно, не было, но на ткани остались порезы, из-под которых выбилась хлопковая набивка.
Гарри полностью растворился в знакомых движениях, ярость всплыла на поверхность, делая каждое проклятие еще разрушительнее и мощнее. Но, несмотря на силу ненависти и презрения к своему бывшему наставнику, он умудрялся придерживаться заклинаний школьной программы, хотя некоторые из них и были на уровне ТРИТОНов. Поттер замер, когда позади него раздался звук чего-то разбившегося. Обернувшись, он понял, что Гермиона тоже послала заклинание в один из горшков. Сейчас девушка стояла, чуть склонив голову, и застенчиво улыбалась. Гарри улыбнулся в ответ и одобрительно кивнул.
Он продолжил выпускать пар с еще большим рвением, хотя и не забывал следить за Гермионой, которая с каждой секундой все больше входила во вкус. Она даже начала импровизировать. Ее атакующие заклинания были на порядок слабее его собственных, но он-то тренировался в нейтральных атакующих для предстоящего задания. Барти предупредил его, что Дамблдор оснастил лабиринт специальными детекторами, которые будут определять, какие заклинания использовал каждый из чемпионов, так что Гарри пришлось выучить «безопасные» заклинания.
Наконец, Поттер услышал, что Гермиона остановилась, поэтому и сам прервался и посмотрел на нее. Согнувшись пополам, девушка уперлась ладонями в колени и пыталась отдышаться. И Гарри внезапно понял, что не привыкшая к таким нагрузкам Гермиона просто истощила свои магические резервы.
Сам же Поттер не истратил еще и части, но Том объяснял, что объемы их с ним магической энергии – аномалия среди волшебников. Немногие обладали мощью, подобной их. Гарри тогда очень хотелось узнать, каков объем его магии по отношению к магии Тома, но этот вопрос в том разговоре казался не очень уместным. Кроме того, даже если их магические резервы и окажутся почти одинаковыми, разницу между ними это не уменьшает. У Гарри не было ни знаний, ни опыта Тома. И пусть они и были союзниками, но Том остается Темным Лордом.
- Ты в порядке, Миона? - с легкой усмешкой на губах поинтересовался Поттер.
Она кивнула, не в силах вымолвить и слова сквозь сбившееся дыхание. Наконец, девушка разогнулась и окинула Гарри изучающим взглядом.
- Ты даже не запыхался! – возмущенно воскликнула она.
Поттер усмехнулся и пожал плечами.
- В этом помогают тренировки. Представь, что твоя способность к магическим действиям похожа на мышцу, и чем больше ты занимаешься, тем лучше, выносливее и сильнее она становится.
Это было не совсем правдой. Даже если Гермиона станет тренироваться двадцать четыре часа семь дней в неделю, ее магический уровень никогда не достигнет уровня Гарри.
- И часто ты приходишь сюда практиковаться? – удивленно спросила она. Ведь фактически получалось, что Поттер теперь очень мало времени проводил не с ней, Джинни и Роном. Ведь каждый раз, когда Гарри уходил в поместье, он использовал Маховик Времени для создания алиби. Теперь он никогда не исчезал надолго из поля видимости своих «друзей», так, как это было раньше, когда он спускался в Тайную Комнату. А ведь теперь он мог исчезать на пару часов в день, оправдываясь тем, что готовится к третьему заданию.
- Стараюсь по мере возможностей, - пожал плечами Гарри. – Иногда я встаю пораньше, чтобы успеть позаниматься, иногда успеваю потренироваться, когда Рон занят с кем-нибудь другим. Хотя мне, наверное, пора начать заниматься этим чаще, ведь третье задание не за горами.
- Твои заклинания просто невероятны, - сказала она. – Я даже о половине из них ни разу не слышала.
- Я старался расширить свой арсенал атакующих и защитных заклинаний, - взмахнул рукой Поттер. – Это очень важно с учетом того, что мне приходится участвовать в Турнире.
Гермиона кивнула и начала осматривать полуразрушенную комнату.
- Это комната дает тебе все, что ты пожелаешь? – спросила она.
- Ага, - кивнул Гарри. – Ты можешь все поменять, даже находясь внутри нее, - заметил он, прежде чем сконцентрироваться на образе другой комнаты. В то же мгновение все вокруг них начало меняться, и Гермиона вздохнула от удивления, когда на месте разбитых глиняных горшков и разорванных манекенов появилось нечто, напоминающее скомбинированную библиотеку и гостиную. Все стены были заставлены книжными полками, а посередине получившейся комнаты стоял маленький столик и несколько кресел.
- Мерлин! – вздохнула девушка, подойдя к одной из полок. – Какие здесь книги?
- Я могу воссоздать здесь копию любой книги из школьной библиотеки, включая Запретную секцию. Если в школьной библиотеке есть такая книга, она обязательно появится здесь. Но вынести их за пределы комнаты невозможно. Если положить книгу в сумку и выйти, то она просто растворится.
Гермиона замерла, а потом обернулась к нему.
- Так вот почему ты не мог принести ту эльфийскую книгу? Ты просто не мог вынести ее отсюда?
Гарри растерянно моргнул. Это, конечно, просто замечательное объяснение, но если она сейчас захочет увидеть эту книгу, то он не сможет заставить книгу появиться здесь.
- Эм… что-то вроде этого… - медленно сказал Поттер. – Но не думаю, что эта книга была в школьной библиотеке. Запретная секция или нет, это немного сложнее. Эта книга появилась только для меня. Я не думаю, что она появится, если в этой комнате будет кто-то кроме меня.
- Что ты имеешь в виду под «появляется только для тебя»? Какой в этом смысл?
- Гермиона, а каков смысл этой комнаты?
Девушка уперла руки в бока и раздраженно посмотрела на него.
- Послушай, - начал Гарри, - я не могу этого объяснить, но я точно знаю, что не смогу заставить эту книгу появиться при тебе, ясно? Так что прекрати дуться, - глаза юноши умоляли ее забыть об этом инциденте. Гермиона выглядела по-прежнему недовольной, но она ничего не сказала в ответ.
- В любом случае, - поспешил Поттер сменить тему, - мне на самом деле нужно поспешить в Хогсмид. Так что я быстренько спущусь в спальню, возьму все необходимое и уйду. Эм… - он прервался и осмотрел комнату. – Если хочешь, можешь остаться здесь. Если понадобится какая-нибудь книга, просто подумай о ней.
Лицо девушки просветлело, когда до нее вдруг дошло, каков потенциал у этой комнаты. Она прикусила губу, словно делая мучительный выбор между тем, чтобы остаться, и тем, чтобы продолжить задавать Гарри вопросы.
Тяга к знаниям победила, и Поттер в гордом одиночестве поспешно покинул Комнату по Требованию.
Он поднялся в спальню, но вовсе не для того, чтобы собраться, а за тем, чтобы немного изменить чары на письме, которое он собирался отправить Дурслям. Дамблдор сказал, что тоже пошлет им письмо, и Гарри подозревал, что директор тоже не побрезгует чарами принуждения.
Через час Гарри уже побывал в почтовом отделении и теперь бродил по главной улице Хогсмида. Он отправил письмо и был уверен, что все сработает так, как надо. Пока Поттер был в почтовом отделении, в его голову пришла одна мысль, которой он собирался поделиться с Томом во время сегодняшней встречи.
Дело в том, что поместье было окружено мощной защитой, не пускающей на территорию сов. И Том не собирался этого менять, иначе это значительно ослабило бы барьер вокруг поместья. Но как же тогда Гарри будет получать письма во время летних каникул? Тем более что Поттер обещал написать Рону и Гермионе, чтобы подтвердить, что он находиться в полной безопасности.
Выход из этого положения оказался прост. Ему нужно будет арендовать почтовый ящик. Это можно будет сделать даже тут, в Хогсмиде, или в любой другой магической деревне. В почтовом отделении была такая услуга, а за отдельную плату можно было заказать и экранирование. Это значит, что все письма, которые будут приходить к нему, автоматически проверятся на предмет чар слежения, проклятий, чар принуждения и всего прочего. Том может потребовать еще каких-нибудь мер предосторожности, все-таки ему не чужда некая доля паранойи, хотя Гарри не видел в этом ничего плохого. Кроме того, раз в пару дней за письмами можно будет посылать Микси, так что ему даже не придется выходить из-за барьера поместья.
Это был просто великолепный план. Если конечно, его одобрит Том. Гарри вряд ли придется долго подыскивать альтернативы Хогсмиду, ведь Том точно знает парочку магических деревень с почтовыми отделениями…
– –
- Франция, - произнес Том, взмахнув рукой.
- А?
- Если ты не хочешь навлечь на себя неприятности своей почтой, лучше использовать другую страну.
- Эм… почему?
- Во Франции нет закона, запрещающего несовершеннолетним колдовать на летних каникулах. И хотя в Испании, Германии и Болгарии то же самое, во Францию я буду время от времени посылать Микси по делам, и она сможет отправлять оттуда и твои письма.
- И какое значение будет иметь то, что во Франции нет такого закона?
- Ты можешь заявить, что во Франции ты в безопасности, потому что можешь пользоваться магией, - раздраженно пояснил Том.
Глаза Гарри сверкнули пониманием, и он усмехнулся.
- Великолепно.
Риддл возвел глаза к потолку, но уголки его губ немного приподнялись.
- Я даже могу сделать вид, что встречаюсь с учеником из Шармбатона, тогда всем станет понятно, почему я убежал во Францию. Это станет просто великолепным отвлекающим маневром. Вдвойне приятно то, что Дамблдор будет искать меня во Франции, а я все это время буду здесь.
- Точно, - усмехнулся Том. – Влюбленный подросток, сбежавший в другую страну к своей пассии, выглядит куда менее подозрительно, чем скрытный подросток, сбежавший куда-то непонятно зачем, да еще и ничего не объяснив своим друзьям.
- У тебя есть какие-нибудь варианты? Я имею в виду, какие-нибудь магические деревни во Франции, из которых я бы мог слать письма?
- Мы что-нибудь выберем для тебя, Микси нужна всего пара секунд, чтобы попасть практически в любую часть страны, - заметил Том. – Если правильно наложить чары на почтовый ящик, то все совы автоматически будут воспринимать его как ящик Гарри Поттера. Тебе даже не придется никому давать своего адреса, хотя в пару последних дней семестра будет полезно поделиться им со своими друзьями. Этими девушками, Грейнджер и Уизли. Дамблдор опросит их в первую очередь.
- Хорошо, я так и сделаю, - улыбнулся Гарри. Он приподнялся с кушетки, на которой лежал, положив голову Тому на колени, и, приняв сидячее положение, прикоснулся своими губами к губам мужчины. Том сразу ответил на поцелуй и сжал в кулак волосы Поттера.
За последнюю неделю Гарри почти прекратил нервничать в присутствии этого человека. Том был решительным и нетерпеливым. Поэтому он не видел смысла в том, чтобы ходить вокруг да около своих желаний, и если ему хотелось поцеловать или обнять Поттера, он это и делал, не колеблясь ни секунды. Именно поэтому росла и уверенность самого Гарри, теперь он редко в чем сомневался. Хотя именно до этого пункта отношений их довел Том.
Гарри ни в чем не сомневался, но он не хотел спешить. Его либидо было явно не против более глубоких отношений, но сам Поттер немного боялся. Со временем он понял, чем именно могут заниматься двое мужчин, и, признаться, он очень нервничал от перспективы предоставить свой зад.
Видя такое не характерное для Поттера беспокойство, Том решил развивать их отношения медленно. Но Гарри не раз замечал, что мужчину такое положение вещей расстраивает, хотя он и редко показывал это чувство. Но все же оно проявлялось во время прелюдий. Хотя дальше обоюдных ласк и жарких поцелуев они теперь не заходили. Фактически, Гарри больше не видел Тома без рубашки. Мужчина всегда надевал ее во время тренировок, объясняя это тем, что гормональные всплески Гарри не дадут им нормально заниматься.
Поттер обычно недовольно ворчал, что в состоянии держать свои гормоны под контролем. Том же недоверчиво фыркал.
И сейчас их поцелуй становился все глубже и интимнее, Гарри ощутил чужие руки, сжавшие его бедра. Том перетянул Поттера к себе на колени, и юноша глухо застонал в поцелуй, почувствовав, как его таз прижался к напряженному члену мужчины. Том зарычал Гарри в рот и вновь сжал его волосы в кулак.
Юноша звучно вздохнул от приятной боли. Это было странно, но такое поведение со стороны Тома лишь сильнее возбуждало его. Несколько раз толкнувшись бедрами вперед, Поттер вновь впился в его губы. Все только начало переходить к самому интересному, когда по поместью внезапно разнесся звон тревоги. Они оба проигнорировали его, продолжая наслаждаться обоюдными ласками, но звук повторился, на этот раз став громче, и Том отстранился от чужих губ, шумно дыша, и недовольно нахмурился.
- Что это? – раздраженно спросил Поттер.
- Северус должен сегодня ночью привести Игоря. Они будут здесь через двадцать минут, - прорычал Том.
- Каркарова? – удивленно воскликнул Гарри. – Он, должно быть, в полном ужасе!
- Да, - усмехнулся Том. – Так и должно быть, особенно когда рядом Барти.
- Не понимаю.
- Именно Игорь поведал аврорам о том, что Крауч-младший – Пожиратель Смерти. Он сдал очень многих моих сторонников, чтобы самому избежать заключения.
- Ох... Теперь я понимаю, откуда весь этот страх.
- Да, - протянул Том. – Тем не менее, несмотря на свое предательство, он сумел занять очень выгодную для себя позицию.
- Контролируя школы, контролируешь будущее, - повторил Гарри фразу, которую Том произносил несколько раз на прошлой неделе.
- Именно. И у Дурмстранга очень впечатляющая программа обучения Темным Искусствам. Выпускники этой школы – просто великолепные кандидаты в Пожиратели Смерти. В Шармбатоне на равных изучают теорию как темной, так и светлой магии, но практики ни в той, ни в другой у них нет. Эта школа специализируется на нейтральной магии, а те, у кого сформировалась темная, либо светлая предрасположенность, посещают во время летних каникул специальные занятия.
- Хогвартс же, - продолжил за него Гарри, - обучает нейтральной и светлой магии, пропагандируя темную как абсолютное зло.
- Дааа, - протянул Том.
- Если бы мое присутствие в Хогвартсе не было так важно – я бы перевелся, - проворчал Поттер, и Том рассмеялся. – Хотя я не говорю ни на болгарском, ни на французском.
- Так ты считаешь, что занятий по Темным Искусствам со мной тебе недостаточно? – в притворном возмущении спросил Том.
- Едва ли, - рассмеялся Гарри. – Не думаю, что в этом мире есть еще хоть кто-то, кто обладает знаниями, которые сравнились бы с твоими по этому предмету, - склонившись, он припал к губам Тома и довольно что-то промычал, когда на его поцелуй тут же ответили.
По поместью пронесся еще один звук тревоги, и они оба раздраженно застонали.
- Тебе лучше уйти, Гарри. Я не хочу, чтобы Игорь преждевременно узнал о нашем союзе.
Вздохнув, Поттер соскользнул с колен Тома.
- Хорошо.