Глава 26
— Гермиона. Гермиона!
Только неожиданное похлопывание по плечу отвлекло Гермиону от грез наяву.
— Минерва?
МакГонагалл сердито нахмурилась:
— У тебя кисточки на ушах!
Гермиона вскинула руки и нащупала возмутительно торчащие кошачьи ушки.
— Мерлин!
Она сосредоточилась — уши постепенно вернули прежний вид — и провела рукой по волосам, проверяя, все ли в порядке.
Минерва кивнула на груду пергамента на столе и вопросительно подняла бровь.
— Судя по всему, анимагию ты осваиваешь быстрее, чем проверку эссе. И что же так тебя отвлекло?
Гермиона не могла не заметить, что ее наставница любопытна не в меру.
— Минерва МакГонагалл, неужели вы слушаете сплетни?
— Сплетни? Никогда. А вот полезные сведения обычно не пропускаю.
Гермиона взяла перо и одарила ее улыбкой, которой позавидовала бы сама Мона Лиза. И Минерва сдалась.
— Вижу, время, проведенное в компании Северуса, не прошло для тебя даром, моя дорогая, и ты великолепно переняла этот загадочный вид. Но, должна заметить, это не самая замечательная его черта.
И поскольку Гермиона только усмехнулась в ответ, Минерва решила подразнить ее.
— Возможно, твой мечтательный вид имеет какое-то отношение к некоему высокому сварливому темноволосому волшебнику?
Гермиона взвилась.
— Это не Северус… то есть это не то, что ты думаешь!
Минерва нахмурилась.
— Я думала, вы с ним неплохо ладите.
Гермиона покраснела.
— Ладим.
— Тогда в чем же дело?
— Я просто думала… — Гермиона вздохнула, — что пора бы уже перестать принимать антидепрессивное зелье, которым он втихомолку поит меня с прошлого года.
Минерва ухмыльнулась.
— Уверена, оно идеально подходит тебе.
Гермиона слабо улыбнулась. Северус был самым предусмотрительным человеком из всех, кого она знала, хотя и не любил это показывать… В этом-то вся проблема.
— Я не знаю, как сказать ему. Он по-прежнему втайне подмешивает мне зелье.
Минерва закашлялась.
— Вот ведь слизеринец!
— Классический слизеринец, — усмехнулась Гермиона. — Его снимок следует поместить рядом с определением в Истории Хогвартса.
Минерва улыбнулась в ответ.
— Так в чем же тогда проблема?..
— Я счастлива, — пояснила Гермиона, слегка нахмурившись. — И хочу знать, из-за зелья ли это.
— Гриффиндорка ты или нет?
Гермиона немного опешила.
— Вообще-то шляпа собиралась отправить меня в Райвенкло.
— И ты говоришь мне это после того, как помогла победить Волдеморта? — Минерва в шутливом изумлении обняла ее за плечи. — Открою тебе тайну. Шляпа просто морочила тебе голову. Когда меня распределяли, она минут пять выбирала между факультетами. И ни в моем, ни в твоем случае не ошиблась.
И крепкие объятия, в которые заключила ее Гермиона, были лучшим тому доказательством.
— Северус. Нам нужно поговорить.
Он кивнул, пропуская ее в лабораторию.
— Звучит очень официально.
Гермиона взяла нож и стала нарезать корень морозника .
— Так что ты хотела обсудить?
Гермиона взглянула на него и с неохотой ответила:
— Не знаю даже, с чего начать…
Северус почувствовал, как сжимается сердце. И понял, что лицо его наверняка стало пепельно-серым. Значит, вот как…
— Насчет этого зелья.
— Какого еще зелья? — переспросил сбитый с толку Северус.
— Антидепрессивного.
Сердце отпустило, и губы Северус дрогнули в легкой усмешке.
— Ну наконец-то. Тебе потребовалось достаточно много времени, чтобы разобраться.
— Я узнала зелье еще тогда, когда взяла образец крови. Только долго возилась с язычком йети.
— И как же ты вычислила эту составляющую?
— Я использовала арифмантику, чтобы сузить вероятность. А затем предложила разобрать прошлогодние рецепты для Минервы.
— Впечатляюще.
Гермиона слабо ухмыльнулась.
— В конце концов это все входит в обязанности стажера.
— Полагаю, раз ты затратила столько усилий и времени… не говоря уже об изворотливости… Что именно ты хотела узнать?
— Во-первых, я хотела поблагодарить тебя. Не могу даже представить, кто еще так заботился бы обо мне.
Северус неловко поежился, но тут же отшутился:
— Ну, мне было интересно решить эту задачу, и, по счастливой случайности, побочный эффект зелья удерживал тебя от того, чтобы обрушивать замок воплями каждый раз, когда кто-то кашлянет в твоем направлении.
Похвала, прозвучавшая из уст Гермионы, смутила его. Хотя она верно подметила: все остальные то ли туго соображали, то ли просто не знали, как ей помочь. Но это не значит, что Северус сделал что-то особенное. Всего лишь означает, что весь остальной мир непроходимо туп.
— И во-вторых, я хочу отказаться от зелья.
Он выпрямился и взглянул на нее.
— Почему именно сейчас?
Гермиона глубоко вздохнула и ответила с мягкой улыбкой:
— Я счастлива. Пришло время выяснить, могу ли я сама устоять и жить дальше без помощи зелья… Почему ты смеешься?
Северус просто не мог сдержаться. Он притянул Гермиону и поцеловал.
— Гермиона, я начал уменьшать твою дозу еще до окончания школы. Ты не выпила ни капли зелья с тех пор, как я стал ухаживать за тобой.
Глаза ее засияли.
— Правда?
Северус выгнул бровь.
— Конечно. — Он обнял ее за талию. — И я рад, что ты счастлива. Неужели ты думала, что я продолжаю подмешивать тебе зелье?
Гермиона чмокнула его в губы.
— Но ты же слизеринец.
— Тут ты права.