НУ И ДЕНЕК-29
Седьмой сезон: по серии "Burn Out"
Автор: Алёна
Жанр: слэш, романс, юмор
Рейтинг: PG-13
Дисклеймер: основные герои принадлежат CBS. Мои только семья, дети и миссис Оливер :)
&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&
…Первая чашка кофе. Вторая. Третья.
Конечно, это много. Но только бы время прошло…
Потому что пока идет время, можно попробовать прийти в себя.
Окончательно.
Четвертая чашка ко…
- ...Гил, что ты делаешь?!!
- Как что? Кофе пью.
- И сколько ты его уже выпил?
- А тебе что – жалко для меня чашку кофе? Что это с тобой?
- Одну – не жалко, - Грэг подошел ближе. – Да только это уже четвертая!
- Ты откуда знаешь?
- А что? Угадал?
- Шпион, - Гриссом помрачнел и отвернулся. – Ты что, в дверях стоял, да? У Хауса научился?
-
Кстати о Хаусе, - Грэг сел за стол напротив Гила. – Я ему на тебя
нажалуюсь. Что ты пьешь кофе литрами, а у тебя мигрень и давление!
-
Попроси его заодно выписать мне этот… сомафипан: который мне этот упырь
рекомендовал!.. - Гриссом помрачнел и вдруг бросил резко: - Может,
сдохну наконец…
- Гил…
- Пятьдесят второй год я Гил, - констатировал Гриссом. – И что?
-
Да ну тебя, - Грэг встал, подошел к кофеварке и посмотрел колбу на
свет. – Мне-то хоть оставил чашечку? Буду вместе с тобой травиться…
-
Травись, - Гил подвинулся, хотя за столом с другой стороны было
достаточно места. Но сейчас он поймал себя на сильном желании – чтобы
Грэг вот прямо сейчас сел рядом. Чтобы почувствовать его совсем близко.
Хотя бы ощутить, как нога Грэга в потрепанной джинсовой штанине с дырой
на коленке (говорят, так сейчас модно?) касается его, Гила, собственной
ноги.
Хотя бы так. Пока.
И чтобы без слов услышать, что Грэг –
простил. Простил этот дурацкий срыв, эту выволочку на глазах у Сары.
Черт, это выглядело так, словно совсем не Сара в той комнате была
подвержена гормональным всплескам!
Гриссом не умел извиняться.
Может, в детстве не научили. Может, тайная гордыня не позволяла. А
может… может, с Грэгом это было не нужно. Он все понимал и без этого
дурацкого "извини".
- Нет, ну Сара хороша, – сказал вдруг Грэг;
словно прочитал мысли Гила. – Лекцию тебе устроила: про то, какую
экспертизу я жду и какой у меня стресс! Вот чудачка. Можно подумать, ты
не знаешь всё, что только можно, про мои стрессы, экспертизы и прочее…
Да ты знаешь даже то, на каком боку я сплю ночью и в какой позе люблю
сексом заниматься! Только мы Саре этого не расскажем, правда?
И лед на сердце пошел трещинами. Гриссом еле заметно улыбнулся.
- Кстати, насчет твоей позы, - произнес он медленно. - У меня от нее спина болит. Я уже старый для такой акробатики!
- Ой-ой-ой, - захихикал Грэг в чашку.
Лед растаял. Уже не нужно было извиняться. Никому.
Можно было просто пить кофе и разговаривать. Обо всем.
- А ты знаешь, музыку в лабе действительно Сара включила, - сообщил Грэг. – Что-то ей в голову вдруг взбрело… ну, сам понимаешь…
- Да я потом понял, что Сара, - признался Гил. – Ты же рок слушаешь, а тут такая попса орала…
- С ума сойти, Медведь, - ты выучил разницу между роком и попсой?!
- А тебе на работе разве не говорили, что я очень умный? – поинтересовался Гриссом с дурашливой важностью.
– Я и без них это знаю, - подтвердил Грэг. – Слушай, а может, тяпнем по чуть-чуть?
- Хммм… - Гриссом почесал в затылке. – А давай. По чуть-чуть только.
"Неприкосновенной"
бутылке виски в кухонном шкафу пошел уже второй год. И там еще
оставалась примерно треть. Хорошо, что виски долго не портится.
-
Вот мы сейчас напьемся, тоже музыку включим… соседей перебудим… -
веселился Грэг, роясь в шкафу. - Они придут, скажут: "Слушайте, уже
десять часов вечера!" А мы скажем, что у нас в это время самая работа…
Неосторожно выбранное слово опять вызвало у Гриссома всякие ненужные ассоциации.
-
Нет, ну надо же, ссскотина какая, - выдавил он сквозь зубы. –
"Мальчики-малолетки"! Сссволочь. Он мне еще говорит "Я знаю, о чем вы
подумали…" Да ни хрена он не знает, черт его подери. Он не знает про
то, что я с ним вожусь, а у меня дома такой же мальчишка сидит – ну,
чуть поменьше; но пройдет лет пять, и не дай бог…
- Типун тебе на
язык, – вспомнил Грэг любимую поговорку. – Кстати, у тех ребят при себе
не было мобильников. А мы нашему купим – вот хочешь, прямо завтра с
утра пойдем вместе с ним на Стрип и купим. Главное, чтобы ему было куда
звонить, а с этим у него нет проблем!
- Можно, - не сразу ответил
Гриссом. – есть же какие-то аппараты и тарифы специально для детей: я
узнавал недавно… как чувствовал! А самое главное – надо ему сказать,
чтобы никогда, никогда не заговаривал с незнакомыми!
- Мне кажется, Гил, - произнес Грэг осторожно, - что ты это ему за три с половиной года уже раз пятьсот точно сказал.
-
Значит, скажу пятьсот первый, - нахмурился Гриссом. – И пятьсот второй…
А главное – ведь этот подонок прав! Если с детьми есть кому играть в
мячик и есть пиццу – они ни с кем чужим никуда не увяжутся!...
- Ну
и все в порядке тогда, - ответил Грэг и наконец уселся за стол. –
Потому что уж чего-чего, а этого добра у нашего парня вдоволь. Я имею в
виду, конечно, не сами мячики и пиццы, а то, что с ним всегда
кто-нибудь болтается из нас, когда можно. Помнишь, как я на той неделе
поехал в парк – меня Брасс послал, между прочим!– и там вас увидел? И
вы оба жрали попкорн из стаканов размера ХХL, - Грэг шутливо наставил
указательный палец на Гила. – А мне ты, между прочим, сказал, что
поедешь в департамент…
- Да я пораньше освободился там, – Гриссом вдруг смутился. – Ну и решил – чего времени пропадать?..
-
Так и замечательно! Вот и я о чем: пока мы вот так с тобой поступаем,
нашему парню нафиг не будут нужны чужие дядьки с пиццей и мячиком!
- Только ты не ори так, ушастый, - слегка поморщился Гил. – А то, честное слово, голова болит…
-
Понимаю, - спохватился Грэг. – Денек вообще выдался жуткий. Всех так
или иначе задело. Ник с Дэвидом, говорят, вообще свою работу прокляли.
Сара нервничает. Брасс переживает. Уоррик – ему больше всех досталось,
он труп нашел! – весь день Тине с Саймоном названивал потом. Даже док
Роббинс – и тот не в себе!
- А ты в себе? – спросил Гриссом. – Да я сам удивился, как ты все заправки чуть ли не носом рыл!
- А как же? – Грэг удивленно посмотрел на Гила. - У меня ведь дома такой же мальчишка, как и у тебя…
-
Кстати, Ходжес говорил – ты ему баранку обещал, - Гриссом постарался
снова свести все к шутке. – Откуда это у тебя на работе баранки?
-
Да мне Джи-Эс все время сует, - замялся Грэг. – Ему миссис Оливер
покупает вместо конфет: а он со мной делится. Говорит, что если я на
работе проголодаюсь, то могу поесть баранку. У меня уже ни одного
кармана нет свободного – везде эти баранки! Ты, кстати, и свой жилет
проверь: там небось тоже заначка…
- Знаешь, а может быть, - Гриссом даже озадачился. – Я дня три карманы не проверял…
Он помолчал, а потом боль с новой силой толкнулась в висок.
Гил невольно завелся снова:
- Нет, но ты подумай: этот гад об убийстве детей говорил так, как будто…о продаже машин!.. Скотина!..
- Тише, Гил… Джи-Эса разбудишь.
- Черт… верно. Как же голова болит…
- Ну давай, - напомнил Грэг, - давай тяпнем-то? Собирались ведь?..
Оба заговорщицки оглянулись и взялись за стаканы, в которых на самом донышке плескалось грамм по пятьдесят виски.
Но тут в коридоре раздался подозрительный топот, и в кухню вошел заспанный Патрик в пижаме.
Гил и Грэг как по команде отдернули руки от стаканов и уставились на ребенка. А тот нахмурился и строгим голоском произнес:
- Пап, а чего вы тут так оёте? Что-нибудь сьучилось?
Пока Грэг подбирал слова, Гил прокашлялся и сказал таким же строгим и слегка торжественнным тоном:
- Патрик… а ну-ка пойди сюда.
Когда мальчик подошел, Гил взял его за локоть:
-
Я хочу тебе напомнить, чтобы ты никогда… никогда, слышишь? – не ходил
никуда с незнакомыми. Даже играть в мячик, даже трескать пиццу, ты
понял? Пиццу мы тебе дома купим, если будет надо, а в мячик я сам лично
с тобой играть пойду, только ни с какими незнакомцами никуда ни шагу,
хорошо?
- Хояшо, - сказал Патрик, улыбнувшись. – Только пап, не
кьичи, позалуйста, а то это… гоёва болит… - Он безумно комичным жестом
прижал пальчики к вискам и поморщился – точь-в-точь как сам Гил, когда
на него наваливалась мигрень.
Гриссом от неожиданности выпустил руку мальчика. А Джи-Эс повернулся и потопал в коридор, еще раз заявив на пороге:
- Не кьичите, хояшо? Спокойной ночи, пьиятного сна…
Когда за Патриком закрылась дверь, Грэг прищурился и сказал:
- Слушай, Грис, - я, конечно, знаю, что некоторые вещи по воздуху не передаются, но…
-
Но что? – невозмутимо отозвался Гил, уже не пряча улыбки. – Между
прочим, тебе ли не знать, что генетика сейчас достигла невиданных
успехов? И поэтому...
- Короче, - перебил Грэг и слегка приподнял свой стакан, - за генетику!..
