НУ И ДЕНЕК-52
Восьмой сезон:
по серии 8-7 "Goodbye & Good Luck"

Автор: Алёна
Жанр: слэш, романс, юмор
Рейтинг: PG-13
Дисклеймер: основные герои принадлежат CBS. Мои только семья, дети и миссис Оливер :)

&

Беги, королевна, оставь короля,
Беги сквозь ясную ночь;
И пусть под ногами плачет земля:
Беги, королевна, прочь.

Беги, королевна, спасай короля,
Прости, что не можем помочь:
И пусть под ногами тлеет земля -
Беги, королевна, прочь.

Беги, королевна, но верность храни
В душе своему королю;
Ты, убегая, сквозь слезы шепни:
«Король мой, я вас не люблю».

(с) Саша Бес

Что я делаю, господи? Что я делаю?
Не знаю, не могу понять. Все мысли в голове смешались.
Каждую ночь кошмарные сны.
Уоррик пьет таблетки от бессонницы – спросить, что ли, как называются? Мне уже не выписывают таблеток: говорят – организм не выдержит.
Но я и сама больше не могу.
Каждую ночь мне снится, что будет дальше.
Все мне сочувствуют, говорят, что "я вернулась с того света". А я не возвращалась. Более того – никто не знает, что я медленно спускаюсь в ад. В свой личный.
Я семь лет ждала. И теперь у меня все будет: но только на бумаге.
Зачем я согласилась? Как я смогу после этого жить?
Я перестала себя контролировать. Я ругаюсь с Брассом, набрасываюсь на эту проклятую девчонку-подозреваемую – которая словно видит меня насквозь, говоря: "вы стали злой и немного печальной". Немного! Слышала бы ты, девочка, как я вою по ночам в подушку. У меня было все: муж, дети, хорошая работа. Теперь я ушла от мужа, собственными руками отдала ему детей, и кажется, с работой мне тоже придется проститься.
Я думала, что люблю Гила больше. Сильнее. Но этой силы теперь не хватает на то, о чем он просил меня. На то, на что я уже согласилась.
Я не-мо-гу.
Гил, после того как услышал мою ругань с этой Ханной, сказал: "Ты беспокоишь меня". Где бы это записать! Хоть так я его беспокою. В последний раз, кажется, я беспокоила его тогда, когда напилась и села за руль. И Гил мне потом еще долго это вспоминал – нет, не злопамятно, а отечески. Как начальник. Мол, Сара, ты неплохой работник, но только следи за своими эмоциями…
Прости, Гил. Я не уследила за своими эмоциями. Не-смог-ла.
Как ты недавно сказал мне? "Некоторые дела проникают тебе под кожу, но не позволяй им сводить тебя с ума".
А кому позволять?
Я не хотела. чтобы ты сводил меня с ума. Но ты свел. Еще там, в университете! Когда у меня был "хвостик" на затылке и я никак не могла набраться решимости пригласить тебя на ужин.
Да ты бы и не пошел: теперь я это понимаю.
Как мне говорила эта Ханна: ужасно попасть в ловушку. Я закричала ей тогда прямо в лицо: мол, хватит играть со мной в игры! "Это вы играете в игры", - ответила она мне.
Верно, Гил. Я играю в игры с нами обоими. И самая страшная игра – это наша с тобой свадьба. Наша с тобой якобы семейная жизнь.
Я обещала тебя прикрыть, да. Считай, что я не сдержала своего слова. Я уезжаю, ничего тебе не сказав. Потому, что еще там, в пустыне, я поняла: жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на подобные игры.
Ты спросил меня после того моего срыва с Ханной: "Итак, что происходит?"
Боже, Гилберт, неужели ты не понимаешь, ЧТО происходит? Я люблю тебя семь лет, и теперь выхожу за тебя замуж – только затем, чтобы в департаменте успокоились, что у тебя традиционная семья! А ты после этой свадьбы даже не соизволишь жить со мной вместе, потому что ты живешь с треклятым Сандерсом! И не думаешь это прекращать!
Помнишь, как он был еще стажером, и вы с Уорриком зачем-то взяли его с собой на выезд? Как преступник, внезапно вернувшийся туда, схватил его и угрожал застрелить? И как ты, вопреки обыкновению совершенно не размышляя, сам застрелил этого преступника безо всяких положенных предупреждений?
Я помню, как тебя таскали в отдел внутренних расследований. И какой скандал был, когда все вскрылось, и как директор Кавалло лично всё замял. Тогда я мечтала о том, чтобы хоть раз ты так же поступил ради меня.
Но этого не случилось. Случилось наоборот: теперь я в качестве живого щита прикрываю вас. А ты делаешь вид, что так и нужно, и не хочешь никого убивать, чтобы я осталась невредима.
Ханна плакала, когда ее брат погиб: "Как он посмел оставить меня одну?" Я то же самое все время в мыслях спрашиваю у тебя, Гил. Как ты посмел оставить меня одну?
Ты же знаешь, что без тебя я не выживу.
Но мне, видимо, придется научиться. Поэтому я уезжаю: пока я с тобой рядом, я никогда не научусь жить одна.
И еще – я не могу больше видеть, как вы смотрите друг на друга. Вам запретили работать вместе, пока мы с тобой не поженимся: какая глупость, какая дань формалистике! Департамент просто не знает, как вы встречаетесь глазами, когда случайно сталкиваетесь в коридоре. И сколько в этом взгляде проклятой любви и обещания - "Дома поговорим".
Вы, наверное, из-за этого стали чаще заниматься сексом, хехехе. Да, мне смешно! Я вообще этого себе не представляю! И не буду представлять! Потому что это... это…
У меня в шкафчике, на внутренней стороне двери, висит наше с тобой фото. С того самого выезда, где мы вместе работали по делу фирмы "Каприс Анлимитед" – фирмы, исполняющей желания своих клиентов. Ее сотрудник тогда сказал нам: «Пусть все ваши мечты станут реальностью».
Увы, этого не сбылось. Сейчас я это окончательно поняла. Что даже если я формально выйду за тебя замуж, мои мечты реальностью не станут все равно.
Поэтому я нарушаю слово. Я не буду этого делать, Гил.
И знаешь, - мне, как ни удивительно, все равно: как вы теперь выкрутитесь. Кто из вас бросит работу, или может, переедет в другой штат. Может быть, там мы и увидимся: потому что я уезжаю во Фриско. Я недавно узнала – моя мать, оказывается, не умерла в тюрьме. Она живет недалеко от моего родного города. К ней я и поеду.
Может быть, сейчас это единственный человек, которому я нужна.
Я напишу тебе письмо, конечно, чтобы ты меня не искал. Чтобы не ломал голову, что произошло. Напишу тебе честно, что я устала. И что мне пришло время похоронить моих призраков. Иначе я начну саморазрушаться на глазах у тебя. А мне бы этого не хотелось.
Да, наша совместная жизнь была для меня единственным пристанищем, которое я обрела. Я бы ни на что его не променяла: об этом я тоже тебе напишу. Слово в слово.
Но сейчас я окончательно поняла, что ее, этой совместной жизни, - не будет.
Не будет, Гил. И поэтому я уезжаю. Я больше не хочу играть в игры. Даже с тобой.
Ты можешь сказать потом, что я не люблю тебя, раз так поступила.
Может быть.
Именно в этом я сейчас пытаюсь убедить себя.
Прости.

- Вот такие дела, малыш. Понимаешь?
Грэг Сандерс молча смотрел на то, как Гил сидит за кухонным столом, уронив голову на руки. Как подрагивает белый листок в его пальцах.
Гил в последнее время нечасто называл Грэга малышом. Сам Грэг говорил, что ему уже четвертый десяток, - какой он, в самом деле, малыш? Гил в ответ смеялся, что он все равно старше на девятнадцать лет, и поэтому... В общем, такие препирательства всегда выливались в шутку, и вырвавшееся у Гила "малыш" всегда обозначало, что в эти мгновения между ними обоими какая-то особенная связь.
Вот и сейчас.
Сейчас им надо подумать. О том, что будет дальше.
- Я так и знал с самого начала, что этим кончится, - негромко произнес Грэг. – Что это ненадежный вариант. Она не сможет… зайти настолько далеко. Словно предала тебя! Даже не нас – тебя!
- Может быть,- Гил медленно поднял голову. - И что теперь делать, - я даже не знаю…
- Ну хорошо, - Сандерс решительно подошел ближе и сел напротив. – Давай смотреть, какие у нас еще есть варианты. Я могу поговорить с Ронни. Или с Венди: хотя нет, Венди отпадает, у нее там что-то с Ходжесом. Ну, тогда Мэнди… Слушай, Гил, а Кэтрин?! Надо было сразу с Кэтрин договариваться, и чего нам сдалась эта Сара?!
- Смешно, - мрачно хмыкнул Гриссом. – Как ты не понимаешь, это же не то дело, о котором нужно трубить на всех углах: "Срочно ищу жену для прикрытия!" А Сара в этом плане была самая надежная. Ей просто было невыгодно всем рассказывать, что она для прикрытия…..
- Ей это в принципе было невыгодно, - уточнил Грэг. – Вот тебе и вся любовь.
- Ладно, - Гриссом провел ладонями по лицу, встряхнул головой и встал. – Значит, работаем запасной вариант.
- Что ты имеешь в виду?
- Калифорнию. Завтра же с утра идем писать заявление по собственному, а примерно минут через сорок я созвонюсь с Пратчеттом.
- С кем?!..
- С тем, кто мне приглашение присылал. Из университета. И предлагал ставку преподавателя. Помнишь? Тебе тоже место там найдется, так что все в порядке.
- Гил? А как же лаба? Ты же все это... двадцать два года…
- А как же ты? – в тон ему спросил Гриссом. – Как же мы с тобой, если оба все равно полетим с этой работы с записями в личных делах? Как же Патрик, которого либо переведут в приют, либо отправят в другую семью? Как же вообще всё, что мы с тобой за все эти годы…
Гриссом опять рухнул на стул, немного помолчал, а потом припечатал ладонью по столу.
- Все, Грэг. Решено. Составляй список дел, которые мы должны сделать: риэлторская контора, перевод банковских счетов, вещи собрать, опять же… А я буду заниматься рабочими бумагами. Обходные листы, заявления, все такое… Значит, судьба. Хоть и придется нам жить в одном штате с Сарой: ну да Калифорния большая. Авось не встретимся. А если встретимся – пусть ни на что не рассчи…
И тут зазвонил телефон. Мобильный Гриссома.
"Джим Брасс", - значилось в окошечке.
- Да, Джим, - сказал Гил в трубку.
- Привет, Грис, чем занимаетесь? - ответили ему вопросом на вопрос. – Спорю на бутылку хорошего виски, что собираете чемоданы, чтобы подорваться в тот штат, откуда перевели к нам начальника департамента?
- Точно, - ответил Гриссом слегка растерянно. Какой-то Брасс был непонятно оживленный.
- Бросайте это дело, - веселился Джим. – Чемоданы отменяются. Пусть Сайдл одна сидит в своем Фриско, а вы остаетесь здесь. Потому что работы полно, а без вас куда же?
- Джим, что случилось? – Гриссом ничего не понимал, и это начинало тревожить.
- Да все хорошо, Грис, расслабься, - продолжал детектив. – Просто я только что узнал, что долбака этого, что на вас бочку катил, опять перевели! В Милуоки!
- Ого… а у нас теперь кто?
- Заместитель его! Отличный мужик, между прочим. Я только что к нему по делу заходил: он мне и сказал, что, мол, у вас там работают эти двое, из-за которых наш бывший босс на ушах стоял? Так передай, мол, им, что пусть успокоятся. Все нормально теперь будет, и никто их не тронет, а то еще и правда в Калифорнию уедут, а нам, мол, самим такие спецы нужны. Во как! Слышишь?
- Ничего себе… Джим, а ты сейчас где? Может, приедешь? У нас тут бутылка виски завалялась с прошлого раза, и такой повод…
- Сейчас буду, - обрадовался Брасс и отключился.
- Вот такие дела, малыш, - заявил Гриссом хлопающему глазами Грэгу. – Ключи от машины где у нас? Нужно быстро слетать в магазин: сейчас будем все вместе праздновать.
- Гил, а что случи…
- Много чего! Сара уехала во Фриско, наш гомофобный босс - в Милуоки, а мы с тобой никуда не поедем. Дома останемся. А то Брасс вон говорит, что работы много! Разве что слетаем в Сан-Габриэль за Патриком на той неделе…
- Но только сначала попразднуем как следует, - усмехнулся Грэг и побежал искать ключи от машины.