В целом учебный день проходил спокойно. Киба удивился, насколько умело Наруто справлялся с ролью беззаботного оптимиста. Многие задавали опасные вопросы, но Узумаки непринуждённо шутил и так же виртуозно врал об истинном положении вещей. Интересная черта Наруто, о которой Инузука не догадывался. Возможно, так влияло эмоциональное потрясение. Или у Наруто раньше не возникало причин вводить людей в заблуждение.
Кибе определённо не нравились эти изменения.
- Я пойду к автомату, возьму себе сок, – предупредил Наруто, отсчитывая мелочь. – Тебе что-нибудь принести?
- Нет, не хочу, - поспешно ответил Киба и перешёл на шёпот: - Мне сходить с тобой?
Вскинув голову, Наруто озадачено потёр переносицу. Мгновение спустя его губы сжались в тонкую линию, а потухшие глаза опустились в пол.
- Всё нормально. Сам дойду. – Наруто отчаянно старался держать себя в руках, но голос звучал неуверенно. Он чувствовал себя жалким неудачником, боящимся собственной тени. Эта небольшая вылазка должна была его подбодрить - понимал Киба, одновременно борясь с желанием не отпускать Узумаки одного.
Инузука кивнул. Для этого молчаливого одобрения пришлось запихнуть переживания поглубже.
День выдался на удивление славный. Солнце немного припекало, но в целом, было свежо и спокойно. Наруто грустно вздохнул и двинулся во двор.
- Ксо! – выругался блондин. Табличка на автомате ясно дала понять, что напитки он не выдаст даже за деньги. – Почему он сломался именно сегодня?!
До конца перемены оставалось немного времени, но Узумаки рискнул добежать до дальнего автомата. Он находился рядом с воротами школы. Было жутковато, но Наруто одернул себя. Всё это геройство рассчитано на борьбу со страхом, а он позорно трусит! Глупо. Более того, ворота на время занятий всегда закрыты.
Решительно сдвинув брови, Наруто зашагал за коробкой сока, как за принцессой в замке с драконом. Он был готов бороться со страхом.
Но не с реальностью.
Это случилось быстро. Наруто даже не успел среагировать, а его уже скрутили и потащили в машину. Ворота оказались открытыми.
- Эй, пустите… – рот заткнула увесистая ладонь.
Двое крупных мужчин грубо толкали подростка, не оставляя ему и шанса выбраться из плена. Наруто взялся за роль рыцаря, не успев покончить с ролью жертвы.
- Осторожнее, я не хочу, чтобы на нём остались следы, - противно растягивая слова, потребовал Орочимару.
Сердце Наруто пропустило удар.
Внутри внедорожника было просторно, а Орочимару не отличался плотным телосложением, но особая аура, исходившая от этого человека, полностью заполнила собой салон. Наруто начал задыхаться.
- В гостях тебя хорошо кормили? – в голосе Орочимару сквозила напускная забота. – Ты хорошо спал в чужом доме?
Опешив от откровенного фарса, Узумаки не удержался и воскликнул:
- Как будто тебя это волнует, чёртов извращенец!
Наруто ожидал чего угодно, но не довольной улыбки.
- Я рад, что всё так обернулось. Тяжело себя сдерживать. Но в этом есть свои плюсы, - как ни в чём не бывало вещал Орочимару. Расслабленная поза и спокойный голос злили. Наруто трясло, а этот ублюдок свысока взирал на бурю эмоций и, похоже, получал от этого удовольствие.
- Выпусти меня! Я не хочу оставаться с тобой ни на минуту! – кричал Наруто, отчаянно дёргая заблокированную дверь. – Если ты со мной что-нибудь сделаешь, тебя посадят!
- А ты в этом уверен? – чуть приподняв брови и склонив голову на бок, поинтересовался Орочимару. – Поверь мне, тебя никто не хватится. Ты никому не нужен, кроме меня.
Наруто замер и посмотрел на мужчину. Глаза азартно блестели, а пальцы нетерпеливо отстукивали по мягкой обивке сидения, предвкушая лёгкую победу. Но Орочимару не учёл, что перед ним Узумаки.
- Что за бред? – с отвращением выплюнул Наруто. Он незаметно осматривал салон машины, отыскивая путь к отступлению. – Если я не вернусь в школу, вызовут полицию, а тебя посадят.
- Хм… - подавшись вперёд, Орочимару оскалился. – Но я успею развлечься с тобой, не так ли?
Наруто передёрнуло. В змеиных глазах появилось торжество.
- Не надейся, что это будет быстро и безболезненно. – Откинувшись на спинку сидения, Орочимару продолжил: - Будет незабываемо, Наруто-кун. Это я тебе обещаю.
Мельком взглянув за спину Наруто, Орочимару перекинулся взглядом с водителем и его коллегой. Следом обернулся Узумаки и судорожно сглотнул. Глаза предательски увлажнились. Никакой надежды на спасение.
- Почему я? – голос срывался. – Я не подхожу тебе! Я… Ну, пожалуйста, не трогай!..
Орочимару чувствовал себя хозяином положения и наслаждался этим в полной мере. Приятно слушать мольбы отчаявшегося человека, но ещё лучше наслаждаться пустым взглядом сломленной души. Его возбуждала слепая покорность и безразличие. Орочимару считал, что тем самым поглощает личность и становится сильнее, как те дикие воины, которые в погоне за силой пожирали сердца побеждённых врагов. Заманчивая перспектива откладывала «взросление» Наруто.
- Тише, тише, - Орочимару пересел к приёмному сыну и притянул его к себе. Простое объятие вызвало панику у Узумаки. Он едва не задохнулся от отвращения. – Я не трону тебя. Пока ты сам не захочешь.
Наруто посмотрел на мужчину как на сумасшедшего. Неужели это… существо серьёзно считало, что он, Наруто, добровольно под него ляжет? На долю секунды Узумаки стало смешно.
- Я не одобряю насилие. Хочу, чтобы ты отдался добровольно, - прошептал Орочимару на ухо подростка, почти ласково проведя костяшками пальцев по бледной щеке. – И я готов подождать, но тебе придётся вернуться домой.
- Я вернусь, только если ты свалишь оттуда! – раздражённо выдохнул Наруто, отпихивая от себя опекуна.
- Ты забываешься, Наруто-кун, - голос стал холоднее. Даже у Орочимару была граница терпения. – Я не сказал, что не применяю насилие. Только не одобряю. Считай твоё добровольное согласие моей прихотью. Моё мнение может измениться в любой момент.
Опасное положение. Наруто нутром чувствовал, что балансирует на грани.
- Если я соглашусь, ты выпустишь меня из этой чёртовой машины? – тихо спросил Наруто, стараясь не встречаться взглядом с опекуном.
- Конечно, - Орочимару торжествовал. – Но ты сегодня же вернёшься ко мне, и мы продолжим тесное общение. Вдруг тебе понравится?
Из машины Наруто выскочил быстро и неуклюже, чудом не свалившись на асфальт. Но стоило Узумаки попасть на территорию школы, и всё напряжение спало. Плечи поникли, а спина сгорбилась. Паршивое ощущение. Наруто казалось, что он продал себя. Продал дёшево.
Подобно неупокоенной душе, Наруто чувствовал себя мёртвым и потерянным.
Слушая Наруто, Саске беспрестанно хмурился. На Узумаки он не смотрел, чтобы не смущать, лишь исподволь поглядывал, когда тот замолкал, чтобы прочистить горло или сглотнуть.
Когда Наруто закончил рассказ, Саске поднял брови и, не вытерпев, прошелся по комнате. А этот ублюдок Орочимару, оказывается, любитель опасных игр! Ничего не скажешь. Узумаки везет как утопленнику.
Наруто молчал, не ожидая от Саске какой-либо реакции. Он помнил, выражение лица Кибы - тогда в нем мелькнуло жуткое отвращение - но Наруто не обижался на друга. Он и сам не знал, как среагировал бы на месте Инузуки.
И все же из любопытства Узумаки поднял голову, чтобы посмотреть на Саске. И в Саске отвращения не было. Наруто просто чувствовал его тихую злость.
Учиха больше не задавал вопросов. Видимо, подумал, что все эти события и привели его, Наруто, к таблеткам. Однако на деле это было не так.
Истинной причиной пагубного пристрастия стал Гаара. Но об этой своей привязанности Наруто рассказывать не хотелось. В конце концов, Учихе совсем не обязательно знать так много. Однако в мыслях Узумаки тут же возникло продолжение истории.
После возвращения к Орочимару Наруто стал охотнее ходить в школу, где можно было безнаказанно находиться вдали от опекуна и видеться с Кибой. Занятия и перемены стали драгоценными минутами свободы и возможностью хоть немного расслабиться и забыть о своих проблемах.
В город постепенно приходила весна, и в один погожий денек в их класс перевели новенького из другой школы.
Гаару.
Сначала Наруто и не заметил его. Первые недели новой жизни с опекуном он вообще ни на что не обращал внимания, пребывая в некоторой прострации после непрерывного напряжения от пребывания дома. Лишь отведя взгляд от воркующих на асфальте за окном голубей, Наруто заметил, что у доски учительница представляет классу нового парня.
Узумаки бегло оглядел новенького с головы до ног.
Очень необычная внешность: ярко-красные волосы, татуировка на лбу и темные, практически черные, круги под глазами. Неудивительно, что парня выгнали из другой школы. Наверняка устраивал там дебоши.
Интересно, надолго ли его хватит здесь?
Недолго размышляя над будущим новичка, Наруто снова повернулся к окну.
- Не занято? – Равнодушный незнакомый голос вернул Узумаки обратно в реальность. Возле его парты стоял тот самый новенький.
Наруто кивнул в ответ. В те дни Киба болел, и его место пустовало.
- Наруто-кун, - обратилась к Узумаки учительница, - Гаара-кун еще не успел получить книги в библиотеке, поделись с ним учебником.
Наруто молча подвинул книгу на середину парты.
В первый день они не обмолвились друг с другом ни словом. И во второй.
Неожиданно для обоих, сдружиться им помог урок английского.
Желая поупражнять учеников в чтении, учитель написал на доске несколько предложений. Узумаки досталось:
"The murderer hid blooded clothes being sure of his invulnerability". "Убийца спрятал окровавленную одежду, будучи уверенным в своей неуязвимости".
Вздохнув, Наруто принялся читать фразу, на каждом слове спотыкаясь и коверкая слова до неузнаваемости. Английский никогда не был его любимым предметом.
- Зе мурдара... мёрдара хид блоодед... блудид... бладид клодез... клодз беинг... биинг шуре... шуа оф хис иву... инлура... илнура... - последнее слово прочтению никак не поддавалось.
- Ин-вал-нэ-ра-би-ли-ти! - помог учитель.
- Ирневал...
Последняя попытка Узумаки доконала Гаару. Он медленно опустил лицо к парте, и вскоре Наруто услышал тихий, еле сдерживаемый смех.
- Хх… достаточно, - со вздохом сдался учитель. – Тебе нужно больше тренироваться дома, Наруто-кун.
Узумаки не обратил на эти слова никакого внимания. Прищурив глаза, он смотрел на подрагивающие плечи Гаары. Какого черта он над ним ржет?
- Эй, ты, - взвинчено начал Наруто, но в этот момент Гаара поднял голову, заставив его обомлеть. Парень все еще улыбался, и эта улыбка не была издевательской или надменной, как представлял Наруто. Гаара смотрел на него открыто и по-доброму. Узумаки даже не подозревал, что его мрачный молчаливый сосед по парте на такое способен.
- Прости, - виновато произнес Гаара. – Я смеялся не над тобой. Просто твои слова получались очень забавными.
- Н-ничего страшного, - спотыкаясь на каждом слове, ответил Наруто.
Этот случай помог ему окончательно понять, что не все можно понять о человеке с первого взгляда. Гаара, которого он увидел сегодня, и образ надменного фрика-дебошира, нафантазированный им при первом знакомстве, не имели между собой ничего общего.
Заинтригованный Наруто решил узнать новичка поближе и сделал шаг к новой дружбе. К счастью, Гаара ответил тем же.
При каждом удобном случае они говорили и не могли наговориться. На уроках учителя беспрестанно делали им замечания, а потом и вовсе грозились рассадить. И хотя новоиспеченные друзья стали вести себя тише, разговоры не прекратились. Просто велись они теперь путем переписки.
Как оказалось, Гаара тоже сирота, и это сблизило их с Наруто еще больше.
Они не отходили друг от друга ни на шаг. Наруто удивляло и одновременно привлекало то, что несмотря на длительное общение, Гаара всегда оставался для него загадкой. Эта глубина затягивала. И в какой-то момент Наруто осознал, что увлечен Гаарой.
Отболевший Инузука поначалу ревновал друга и не мог смириться, что теперь его приходится делить с кем-то еще. Но со временем привык к Гааре и новому положению вещей.
Когда окрыленный Узумаки поведал Кибе о своих чувствах к новичку, тот слегка насторожился. А после решил, что ничего криминального в этом нет и скорее всего Наруто просто хочет в чем-то походить на Гаару, вот и все. Как бы там ни было, Инузука был благодарен новичку за то, что тот отвлекает Узумаки от мыслей о чертовом опекуне.
Да, Наруто оживал на глазах. К нему возвращалась прежняя жажда деятельности и неуемная энергия.
Как-то раз Узумаки хлопнул по парте студенческой газетой «Акацки» и заявил, что они крутые и в их школе тоже обязательно должно появиться нечто подобное. Киба скосил взгляд на газету и откровенно зевнул. Выпускаемая неизвестными студентами неофициально, газета занималась «рассекречиванием» грязных историй, связанных с преподавателями местных университетов, будь то взяточничество, служебный роман, проступок или даже связь со студентом или студенткой. Девиз газеты и одноименной «организации», ее выпускающей, гласил: «Луна выйдет из-за облаков, и тайное станет явным». Во вступительных статьях к газете редакторы уверяли, что всего лишь пытаются выводить нерадивых преподавателей на чистую воду, дабы повысить качество преподавательского состава.
Кибе все это было неинтересно. А вот Гаара весьма охотно поддержал идею Наруто, и вскоре по всей школе валялись напечатанные на принтере листовки под названием «Оборотни: такими нас сделала луна». На такое название Наруто вдохновили издавна используемые ими с Кибой прозвища: Лис и Клык. Гаара назвался Енотом, а чуть позднее вступивший к ним сумасшедший Рок Ли пожелал быть Прекрасным Зеленым Зверем. Кстати, Кибу записали в состав «организации» ни разу не спрашивая.
Только вот в их небольшой школе среди преподавателей никаких грязных историй не водилось, поэтому заскучавшему Лису и Еноту пришлось переключиться на срывание уроков с последующим подробным и забавно описанным отчетом в газете. Их писал Гаара.
Листовки «Оборотней» расходились среди учеников на ура. Преподаватели закрывали на это глаза, время от времени совершая вялые попытки отыскать виновников и понимая, насколько это безнадежно. «Оборотни» свое дело знали.
Наруто сиял и все больше становился похожим на того Узумаки, которого Киба когда-то знал. А больше ему ничего и не нужно было.
В отличие от успокоившегося Инузуки, Наруто с каждым днем все больше переполняло нетерпение. Чувства к Гааре росли с каждым днем и часом.
Нет, Наруто не хотелось переспать с ним. Он и сам не понимал, чего ему надо. Он просто чувствовал потребность быть к Гааре еще ближе. Брать за руку, прикасаться… Когда Узумаки наблюдал, как на уроке Гаара, склонив над тетрадью голову, вместо конспекта пишет черновой вариант статьи для их газеты, его сердце билось чаще, а губы невольно улыбались.
Нечто непонятное переполняло Наруто, и этим хотелось поделиться. Ему хотелось взаимности. Чтобы Гаара сказал, что тоже испытывает к нему, Наруто, подобное.
Однажды они вместе гуляли по парку. Оба молчали, но это их нисколько не тяготило.
Неожиданно Наруто остановился. Ох, как же долго пришлось собираться с духом, чтобы решиться сказать это! Но выносить переполнявшие его эмоции Узумаки больше не мог.
Гаара тоже остановился и обернулся к другу.
- Что-то случилось, Лис?
Блондин сглотнул и быстро произнёс:
- Енот, я... Ты мне нравишься! Нет... Я тебя люблю!
Голова Узумаки была опущена, поэтому он не знал, как отреагировал на признание сам Гаара.
Прошла пара мучительно долгих минут.
- Прости, Наруто, - в конце концов, тихо ответил Гаара, поворачиваясь спиной к блондину. - Я не могу ответить тебе тем же.
Эти слова полоснули Наруто по сердцу острее ножа. Но... ведь иначе и быть не могло. С какой стати он наивно полагал, что все будет хорошо? С чего он решил, что Гаара полюбит его?
"Какой же я дурак", - Наруто отчаянно заскрипел зубами и сжал кулаки.
- Гаара!
Юноша вздрогнул. Слышать свое имя из уст Лиса было непривычно.
- Гаара! Когда-нибудь ты все равно полюбишь меня! - выкрикнул Наруто и тут же убежал прочь.
- Глупый Лис, - прошептал Гаара ему вслед. - Я и так люблю тебя...
Услышь эти слова Наруто тогда, возможно, сейчас все было бы по-другому...