Наманикюренный палец умело скользил по экрану смартфона. Социальные сети воистину были величайшим изобретением двадцать первого века. Если уметь пользоваться ими, конечно. Палец замер над изображением красавчика, во все 32 улыбающегося в камеру в обнимку с весьма знакомой кошкой.
Минако с досадой отпила уже остывший кофе и откинулась на спинку плетеного кресла. Мягкий плед съехал с обнаженных плеч и девушка поежилась от прохладного воздуха. Недавно кончившийся дождь не был помехой, чтобы сидеть на красиво обставленной террасе любимого кафе и наслаждаться кофе в полном одиночестве.
Солнце не спешило выглядывать из-за серых туч, пасмурная погода как никогда отражала ее настроение. Новых фотографий с Ятеном не было уже неделю. После того случая в клубе, когда она непозволительно расклеилась, время словно замерло. Усаги ничего не рассказывает ей, замученная и будто потерявшая себя, только искусственно улыбается, прося о чем-то. Не то, чтобы Минако было очень интересно, но они же подруги, можно было бы и поделиться.
Блондинка допила кофе и угрюмо водрузила затемненные очки на нос, как бы объявляя бойкот всему: тучам, отсутствию солнца, дождливому началу осени, не взаимной любви и неразговорчивой подруге. Хотя на счет Усаги все было и так понятно. Бесцветный голос вчера вечером попросил ее подстраховать перед родителями и парнем, если те будут спрашивать.
Зачем ей понадобилось прикрытие, Минако могла и не спрашивать. Конечно же Сейя. Да слепому было видно, что между ними никогда не было простых отношений. Друзья не ведут себя, как магниты.
Как же сильно удивилась она тогда, когда Усаги порвала общение с Сейей. Мамору явно вздохнул с облегчением, а на лице подруги Минако с досадой снова видела маску безразличия почти каждый раз, как на горизонте разговора появлялось малейшее упоминание о черноволосом красавчике. Недолго музыка играла.
Минако брезгливо отодвинула бесполезный телефон к краю стола и скучающе оглядела пустынную улицу.
И тут, вопреки давящему однообразию и серой будничности, из-за угла вырулил подозрительно знакомый автомобиль. Девушка закуталась в плед до носа, не забыв поправить съехавшие очки. Ее сущность прямо кричала о новом и ярком, никому не известном, а потому таком интригующем грядущем, чью суть она, как посланник богов, должна будет увидеть сейчас.
Словно в насмешку, солнечные лучи заскользили по гладкому глянцу автомобиля, припарковавшемуся прямо напротив заведения, где сидела невольная шпионка. Тонированные стекла не долго скрывали водителя. Уверенным движением захлопнув дверцу, молодой парень обошел машину и наклонился, чтобы открыть дверь у пассажирского сидения. Капюшон белой толстовки скрывал его волосы, а глаза невозможно было увидеть из-за больших черных очков, но эту улыбку Минако не спутала бы ни с чьей. Она знала, но все же хотела своими глазами увидеть его спутницу. Такая улыбка появлялась на его губах только в ее присутствии. Минако не заметила, как хитрая ухмылка растянула ее губы, по прежнему скрытые пледом от ненужных глаз.
Усаги была так же в темных очках на пол лица, с капюшоном на голове и в неприметных джинсах. Но в ее движениях сквозила незнакомая прежде взгляду Минако уверенность. Парочка о чем-то недолго поспорили и все же двинулись в сторону кафе.
Блондинка разжала края пледа с предвкушением облизнувшись. Солнце как раз пробралось под тент и ласкало красивое лицо девушки, заставляя прикрыть глаза. Краем уха Минако слышала, как скрипнула дверь на террасу, тихий голос Усаги и более слышимый Сейи, одобрявших пустующее кафе, шаги совсем близко. Блондинка, не открывая глаз, улыбнулась и взмахнула рукой в сторону, как она думала находящихся там друзей.
—Вы сможете скрыться ото всех, кроме меня! —Минако приоткрыла один глаз и опасливо оглядела пространство, боясь что ошиблась и торжество момента будет утеряно. Но в этот раз небо было на ее стороне. Напротив стояла Усаги, поджимающая улыбающиеся губы и упирающая руки в бока.
—Имитация серьезности и гнева у тебя почти получились, Куколка. —Сейя уже сидел за столиком, не сводя глаз со своей спутницы.
—Я старалась. —Обреченно произнесла Усаги и со смешком уселась рядом, снимая очки. —Привет.
—И вам привет. —Минако игриво повела бровью, переводя взгляд с парня на девушку и обратно. —Я так понимаю, вы помирились?
—Мы никогда и не ссорились. —Сейя снял очки и его глаза наткнулись на взгляд любопытной блондинки. —Не было причин.
Минако слышала его слова, но смысл доходил, как сквозь слой ваты. Она была поймана и обезоружена смеющимися синими глазами. Правильный разрез, почти такой же, как у Ятэна, идеально дополнялся угольно черными бровями, вкупе с какой-то нечеловеческой красотой всего лица в целом, притягивал взгляд и покорял с первой минуты. Краем сознания Минако еще успела огорчиться отсутствием у нее самой такой потрясающей харизмы, но тут же была выдернута из пленительного омута голосом подошедшего официанта.
—Вам повторить?
—Да, да. —Закивала девушка, вновь с любопытством уставившись на подругу. Официант ретировался и Сейя продолжил говорить, не скрывая довольной ухмылки.
—Я, кстати, могу теперь сказать, что мы с Куколкой спали вместе. —Хитрый взгляд и мгновенно прилетевший от Усаги толчок ему в плечо.
—Дурак! Мы просто уснули на одной постели, Минако. Послушай его еще.
Ничуть не смутившись от подачи в плечо, парень продолжал улыбаться довольным котом.
—Я внимательно слушаю. —Минако для важности даже подняла указательный палец вверх. —Не зря же я прикрывала Усаги ото всех. Мне можно доверять!
—Да нечего рассказывать. —Сейя не сводил лукавого взгляда с любимой девушки. —Она вчера чуть не заставила меня подраться с каким-то чудилой в клубе, затем приперлась ко мне в номер, выпила всю колу и завалилась спать, предварительно объяснившись мне в любви несколько раз.
Уже успевшая покраснеть, Усаги угрожающе свела брови к переносице и надула губы.
—Вот верь тебе после такого. Не так все было, выдумщик. —Пробубнела она себе под нос, угрюмо уставившись перед собой.
—Не так, но ты ведь сама все хочешь рассказать Минако, верно? —Тише проговорил парень, наклоняясь к скрытому капюшоном ушку.
—Вот все ты знаешь. —Усаги так же тихо ответила, возвращая нежную улыбку, но не поднимая головы.
—Конечно, знаю. —Сейя достал вибрирующий телефон из кармана, глянул на экран и со вздохом поднялся с кресла. —Я не на долго.
Обе девушки проводили взглядами удаляющегося к дальнему концу терассы парня. Минако пододвинулась ближе к подруге и испытывающе заглянула той в лицо.
—Ну так что, колись! —Ее голубые глаза блестели искренним интересом.
Усаги в который раз за сегодня смутилась, на секунду скрыв пылающие щеки ладонями.
—Мы поговорили вчера, мы снова друзья. Я пришла довольно поздно и он предложил остаться. —Она вздохнула и уже серьезно посмотрела на подругу. —Я не смогла найти в себе сил отказать. Сейя, как бальзам на меня сейчас действует, как лекарство, только не горькое, а приятное.
—У вас что-то было? —Минако задержала дыхание, желая и одновременно боясь услышать ответ.
Усаги подложила ладони под лицо, задумчиво смотря на говорящего по телефону парня в нескольких метрах от них.
—Мы поцеловались. —Слова тихо прозвучали из мягко улыбнувшихся губ девушки. Она растерянным жестом повела плечами. —У меня нет слов, чтобы описать свои чувства в тот момент. Одно я точно знаю: такого со мной точно еще не было.
—Ни фига себе! —Минако ощутила прилив счастья за подругу. Довольно блестящими глазами она смотрела на задумчивую девушку, чувствуя исходящую от той ауру неподдельных чувств и эмоций. Хотя Усаги вела себя менее, чем скромно. Но знатока любовных дел не так то просто обмануть и запутать. Венера вела ее, безошибочно позволяя видеть все тонкости окружающего мира в данном аспекте.
Официант молча принес заказ и удалился.
—Это так неправильно. Но так правильно. И я просто не знаю, как дальше себя вести. —Усаги нахмурилась и пододвинула два напитка к себе поближе, начиная добавлять сахар. —Невозможно же любить двоих одновременно?
Минако накрыла ладонью нервно размешиваюшие сахар пальцы подруги, участливо заглядывая в глаза. Она как никто понимала подобные терзания. Все— все любовные истории были ясны для нее, как два плюс два четыре. Все, кроме собственных. Но об этом подумать можно и позже.
—Усаги, я сейчас скажу простую истину. Но ты сама сделаешь вывод. —Она набрала в легкие побольше воздуха. —Если бы первая любовь была достаточно прочна и сильна, разве могли бы возникнуть чувства к другому? Мой ответ— нет.
На лице Усаги отобразился короткий мыслительный процесс, после чего она прищурилась и деловито поинтересовалась:
—Если бы я любила Мамору сильно и прочно, то не смогла бы испытывать чувств к Сейе?
—Именно.
—Мне не нравится думать об этом. —Она насупилась и вновь бросила взгляд на стоящего неподалеку Сейю. —Очень сложно думать о том, что привык отрицать долгое время.
Минако пожала плечами, откинувшись на спинку кресла, и подставила лицо мягким лучам солнца.
—Представь, если бы все было наоборот. Первый поменялся бы со вторым. Возникли бы такие же проблемы?
—Не знаю. —Усаги опустила голову. —Сначала я думала, что дело в заботе и внимании. Когда Мамору улетел, с Сейей я успела привыкнуть к большому количеству тепла. А после мне стало этого не хватать, так как Мамору другой. Настолько разные они, что я даже чувствую себя, словно два разных человека рядом с каждым!
—А какая ты себе больше нравишься? —Аккуратно задала вопрос Минако. Стремление помочь разобраться в себе подруге было искренним.
—Ну… С Мамору я чувствую себя взрослой и немного скучной. Я счастлива с ним, и это привычно и спокойно, как дом, куда можно вернуться в любой момент, где тебе будут рады. А еще я чувствую ответственность, обязательства. И в некотором смысле более сильной, чем он. Словно страж этого всего нашего мира.
Минако не перебивала, терпеливо слушая размышления своей принцессы. За секунду лицо Усаги сменило угрюмость на теплую улыбку, а глаза засветились. Минако проследила за ее взглядом и успела увидеть белозубую улыбку Сейи за миг до того, как он отвернулся, продолжив разговор.
—А вот с ним… Я словно каждый раз шагаю по новым дорогам. Одновременно это и страшно и приятно. Я знаю, что меня поддержат и поймают до того, как я споткнувшись, упаду. Я могу быть слабой, а могу и сильной, без обязательств. Более свободной чувствую себя наверное. И знаю, что меня всегда примут. Любую. Выйду я замуж за Мамору или нет— Сейя примет меня в любом случае, без осуждений. Даже если я стану страшной и некрасивой…
—Ты для меня всегда будешь самой очаровательной, Куколка. Так что не выдумывай. —Парень уселся в свое кресло и с усталой миной отхлебнул кофе из своей чашки. —Извините, что долго так. Наш менеджер мало того, что напутала с расписанием, так еще и забыла о нескольких контрактах.
Он медленно пил кофе, поочередно оглядывая замолкших девушек.
—Я прервал важный разговор?
Минако наблюдала за слегка потухшим взглядом, когда парень смотрел на Усаги. Она поспешно открыла рот, чтобы парой обыденных фраз разрядить обстановку, но не успела.
—Я объясняла Минако, почему мне хорошо рядом с тобой. —Просто ответила Усаги и повела плечом, улыбнувшись. Сейя враз поменялся: его взгляд загорелся, плечи распрямились и сам парень стал выглядеть, словно подобравшийся перед атакой хищник.
—Расскажешь мне это сейчас или после обещанного урока?
—Ты и так все знаешь! —Не смотря на порозовевшие щеки, Усаги демонстративно закатила глаза.
—Может, я хочу услышать еще раз. Вдруг я забыл? —Уже откровенно потешался парень.
—Чтобы ты забыл о своей привлекательности и обаянии? —Не осталась Усаги в долгу, с вызовом взглянув на Сейю. —В жизни не поверю!
—Ну, Куколка, ты делаешь из меня самовлюбленного монстра! —Рассмеялся он, легко дернув капюшон Усаги.
—Ты и есть монстр! Чудовище из темноты ночи. Вот! —Стянув капюшон, Усаги обвиняюще ткнула пальцем ему в грудь.
Минако со смехом наблюдала, как Сейя сперва открывший рот, чтобы возразить, растерялся от последних слов Усаги и теперь обескураженно хлопал глазами, явно не зная, что ответить на такое заявление.
Усаги победно задрала подбородок и тут же рассмеялась вслед за Минако.
—Ну это переходит все границы. —Сейя выставил обе руки вперед ладонями, отворачивая лицо. —С меня хватит. Даже мое терпение может лопнуть. —Он уперся в перила кресла, намереваясь встать, но был остановлен руками на своих плечах. Пока он смотрел кудато вбок, Усаги быстро поднялась и успела зайти сзади, в так называемую слепую зону парня.
—Ты не умеешь обижаться на меня. —Их взгляды встретились, лаская друг друга теплом.
Задрав лицо, Сейя щурился в лучах заходящего солнца. Усаги наклонилась ниже и обняла парня за шею, с нескрываемым удовольствием касаясь щекой мягких черных волос. —Ты прекрасно знаешь, что не похож на чудовище.
—Но я не против, если каждый раз после того, как ты назовешь меня так— будешь обнимать!
Минако снова засмеялась. Эти двое определенно стоили друг друга. Органично, не смотря на кажущуюся непривычной ситуацию, они выглядели так, словно и не было длительного перерыва в общении. Но все же наметанный взгляд блондинки подмечал все, казалось не значимые детали. И эта парочка уже совсем не выглядела в ее глазах обычными друзьями.
Сегодня утром, когда Усаги открыла глаза, ее накрыл страх. Непривычный запах, затемненная плотными шторами спальня, сильная рука, прижимавшая ее к теплому телу, заставили сердце забиться быстрее. Она не двигалась, стараясь ничем не выдать своего раннего пробуждения. Подождав, пока сердце не стало биться ровнее, Усаги все же рискнула обернуться. И сразу же наткнулась на темный серьезный взгляд.
—Так ты не спишь. —Почему-то шепотом произнесла она.
Его взгляд потеплел.
—Я думал, ты сейчас зарядишь мне с локтя. —Так же шепотом ответил Сейя, продолжая обнимать девушку.
—Зачем мне бить тебя? —Удивилась она.
—Ну, ночью ты это практиковала не раз. —Он наконец убрал руку и, перевернувшись на спину, с улыбкой потянулся.
—Я била тебя? —Усаги, еще толком не проснувшаяся, села на кровати, озадаченно ткнув пальцем себя в грудь.
—Видимо, тебе снилось что-то не очень приятное. Я устал от твоих дерганий и мой метод помог. —Он открыто любовался растрепанными ото сна волосами девушки, сползшим на одно плечо воротом широкой футболки и сонным лицом.
—Я не помню снов. —Усаги виновато опустила голову. —Прости.
—Да все нормально. Даже синяки от тебя спящей— это ценность для меня. Неплохая плата за вчерашний вечер, как считаешь?
Усаги заторможено кивнула, наблюдая, как Сейя, уже вставший с кровати, натягивает халат на плечи. Даже спросонья он выглядел хорошо. Она с досадой подумала о своих волосах, обычно принимавших вид гнезда ближе к утру, и попыталась украдкой пригладить их. Внезапно кровать рядом прогнулась и потерявшая равновесие девушка невольно ухватилась за его плечо.
—Ты замечательно выглядишь. Очень по-домашнему, мне нравится. —Сейя тепло улыбнулся и пальцами поправил примятую ото сна челку девушки. —Я сделаю кофе. Ты если хочешь можешь еще полежать, а хочешь— выходи. На Ятэна мы не наткнемся— он еще спит к этому времени. А Тайки рано уходит на учебу.
Усаги молчала, впитывая всю ту заботу исходящую от парня. Она никогда еще не видела Сейю сразу после сна и сейчас ей очень нравилось происходящее. Аура домашнего уюта так неожиданно окружила девушку и она удивленно моргнула.
—Я сейчас, только умоюсь! —Усаги спешно выпуталась из одеяла, по пути пойманная заботливыми руками в падении, и скрылась за дверью ванной.
Из большого, во весь рост, зеркала на нее смотрела румяная девушка большими голубыми глазами. Усаги включила воду и, набрав в ладони, щедро плеснула в лицо. Происходящее плохо укладывалось в голове. Слишком приятным был утренний разговор. Она машинально укладывала волосы в подобие прически. Не смотря на то, что она впервые проснулась в одной постели с таким парнем, как Сейя, и первоначального испуга, Усаги не чувствовала себя неправильно или неловко. Уютно, тепло, укутанная заботой. Такие чувства в непривычной обстановке были для нее в новинку. Ей захотелось стать частью этого мира. Мира, где просыпаясь, не знаешь который час в затемненной спальне. Где красивый полурастрепанный брюнет говорит, что ты красивая, и предлагает кофе, а в его взгляде читается искреннее обожание.
В большущей гостиной, куда вскоре выглянула Усаги, мягко играли лучи солнца. Сейя в распахнутом халате колдовал у столешницы, напевая что-то мелодичное под нос. На носочках, она подкралась и заглянула через плечо парня. На тарелке лежали румяные тосты, намазанные джемом, а рядом дымились две чашки с кофе.
—Вкуснятина. —Восхищенно произнесла Усаги, сразу же хватая еще теплый хлеб и кусая.
—Еще бы. Это ведь готовил не кто-нибудь, а я! —Сейя с улыбкой сделал глоток из чашки и
протянул руку к ее лицу, чтобы стереть с уголка рта каплю джема. Усаги замерла от такого жеста, смутившись, но тут же снова откусила от тоста.
—Мог бы и сказать, что я запачкалась.
—Мог, но так интереснее. —Он демонстративно облизал выпачканный палец, не отрывая взгляда от девушки.
Но Усаги уже не заметила этого, погруженная в собственные мысли. Ей нравилось происходящее, но оставался нерешенный вопрос с Мамору. И если с Сейей она уже все для себя решила, то как объяснить все будущему мужу— не знала. Удрученный вздох сорвался с ее губ.
—Надо рассказать Мамору, что мы снова друзья.
Слово-ярлык для отношений больно резануло по сознанию Сейи, но он нашел в себе силы улыбнуться.
—Расскажем.
Усаги подняла на него обреченный взгляд и в следующий момент порывисто обняла, пряча лицо на его груди.
—Я такая эгоистка, прости. —Ее голос немного дрожал, приглушенный мягкой тканью халата.
—Мы все эгоисты, Куколка. —Отставив чашку, Сейя мягко обнял девушку. —И все делаем, чтобы быть счастливыми. Когда Мамору обычно приходит с работы?
—К семи. —Она немного отодвинулась, смотря куда-то вбок, но объятий не расцепила.
—Вот тогда и подъедем к нему. Поговорим и объяснимся. Хорошо?
Она кивнула и задрала голову, уже с улыбкой глядя в красивое лицо.
—Спасибо.
С его словами в ее душу вновь вернулась уверенность и, казалось, даже дышать стало легче.
Сейя многозначительно поднял брови, откусывая большой кусок от тоста.
Мамору неспешно поднимался по улице к своему дому. Солнце нагло светило прямо в глаза,
заставляя то и дело щуриться. В его руках был пакет с любимыми пончиками Усаги, а на душе умиротворение. Он заметил, что уже неделю как его принцесса ходила сама не своя, на все вопросы по этому поводу отвечая, что она в порядке. Но он не верил ее словам. Видно было, что Усаги что-то тревожит. Вместо того, чтобы безрезультатно что-то выпытывать, Мамору решил дождаться, пока она сама решит поделиться проблемой. Вместе они смогут все преодолеть. Однако, смутная тень все равно омрачала его умозаключения. Он не мог отделаться от мысли, что на периферии всего стоит образ мальчишки певца.
Как же он был зол, когда тем утром несколько месяцев назад Сейя привез его любимую домой, словно так и должно быть. Само осознание того, что Усаги было предпочтительнее провести время с ним, а не с законным парнем, заставляло его сердце заходиться в смятении. Мамору чувствовал явную угрозу всему своему укладу жизни. И самое паршивое— он понимал Сейю в его стремлении быть чаще рядом с ней. Он видел в нем отражение себя, но более яркое и привлекательное. Мамору знал, что Сейя никогда не перейдет черту дружбы, будет верным товарищем для Усаги, всегда поддержит и не обидит. И тут уже вступали в силу те вещи, о которых он не хотел думать. Мысль о том, что любимая может открыть свое сердце другому больнее ножа резала по сердцу. От этого хотелось бежать.
Нащупав в кармане связку ключей, Мамору уже подошел к двери, выставляя вперед руку с магнитом. И не звук, а что-то идущее изнутри панической волной заставило его повернуть голову и устремить взгляд против солнца вверх по улице. Рука с ключами обессиленно опустилась. Он видел только два силуэта, солнечные лучи не позволяли разглядеть точнее, но он точно знал кто это.
