Ночной Токио во всем великолепие лежал внизу, подмигивая яркими вывесками, фонарями и окнами. Это место когда-то ей показала Нару. Самый высокий холм в парке, откуда можно было любоваться городом. Позже Усаги привела сюда Мамору.

Ей хотелось заплакать, но слез не было. Глаза оставались сухими, не позволяя выплеснуть душившие эмоции привычным способом.

Сделать всех счастливыми. Или хотя бы не заставлять мучиться. Разве это много?

Усаги закрыла лицо ладонями и потерла сухие воспаленные глаза. Даже если она принесет на алтарь собственные амбиции и счастье, то все равно останутся жертвы. Выхода не было.

На ссутуленные плечи мягко опустилась куртка и Усаги внезапно осознала, что успела продрогнуть под ветром тут на холме. Сейя молча уселся рядом. Потянуло сигаретным дымом. Усаги оглянулась и, подложив руки под голову, стала смотреть на парня. Как же ей хотелось, чтобы его присутствие не вызывало внутри трепет. Чтобы его внешность не очаровывала, а ласковый свет из глубины глаз не пьянил, заставляя влюбляться каждый раз словно первый. Усаги не до конца понимала, почему именно с ней его сердце решило найти свой покой. Но осознание этого, приводило ее в восторг, вопреки всем здравым мыслям. А Сейя никогда намеренно не стремящийся доказать свои чувства, просто жил так, как хотел. Легко говоря о своей любви и показывая это поступками. Естественно, как дышать.

Она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. Сейя встретился с ней взглядом, на секунду дольше обычного задержав сигарету во рту.

- Я дымлю на тебя, извини. - По-своему поняв ее вздох, он затушил окурок и стал махать руками в воздухе. Губы Усаги тронула слабая улыбка.

- Все нормально.

Она сжала пальцами края кожаной куртки, притягивая их к груди. Приятный запах владельца обволакивал ее, настраивая на особый лад.

Сейя молчал, но это не напрягало. Усаги вновь обратила свой взор на город.

Сегодня вечером Мамору бросил её.

- Ты любишь его?

Они сидели за кухонным столом. Усаги долго выбирала скатерть когда-то в магазине. Стол был круглым и она очень хотела добавить уюта такой деталью в кухне. А круглых скатертей соответствующего размера было совсем мало.

Усаги посмотрела Мамору в глаза.

- Да. Я люблю его.

Лицо Мамору исказила гримаса не то боли, не то отвращения. Он сжал лежащие на столе ладони. Произошло то, чего он опасался больше всего.

- Но тебя я тоже люблю. И мне очень больно от того, какие муки сейчас заставляю испытывать и тебя, и Сейю.

Она старалась говорить твердо и уверенно. Но её голос предательски дрожал и звучал совсем тихо.

- Я не хочу врать тебе, Мамору. Не хочу врать себе.

Она сбивчиво поведала о ночи в клубе, куда пришла с Минако с единственной целью. Рассказала о вчерашнем разговоре с Сейей и том, что предпочла остаться на ночь у него. Умолчала только о поцелуе. С каждым ее словом Мамору все больше мрачнел. Его глаза, выглядящие сейчас совсем черными на бледном лице, не отрываясь смотрели на второго парня. Сейя сидел напротив, нервно потирая шею. Пару раз он поворачивался к Усаги и каждый раз натыкался на умоляющий взгляд, пока она продолжала говорить.

- Ты очень дорог мне, Мамору. То будущее, которое мы видели, я все еще хочу его. Но я не хочу терять Сейю. Без него моя жизнь становится невыносимой.

- Когда именно твоя жизнь стала невыносимой без него?

Она невольно вздрогнула от его голоса. Мамору не мигая смотрел в ее испуганные глаза. Усаги честно попыталась найти в памяти нужный момент, но ничего не всплывало.

- Да какая разница, когда? Сути это не меняет. - Не выдержал Сейя, взъерошив челку.

Мамору промолчал на такой выпад. Он поднялся, словно на его плечах висел неподъемный груз, и отошел к раковине.

- Ты прав. Разницы никакой.

Усаги заторможено смотрела, как его руки откручивают кран и набирают прозрачную жидкость в ладони. Мамору ополоснул лицо и закрыл воду, разворачиваясь к столу.

Его взгляд скользнул по лицу соперника, отмечая тень обреченности в его глазах. Сейчас он, как никто, понимал состояние парня. И если это настигло Мамору только сейчас, то Сейя жил без надежд на собственное счастье уже очень давно, заранее смирившись с вечным вторым местом в жизни Усаги. Она же выглядела полностью раздавленной, хотя он оценил смелые попытки быть честной и твердой. С острым уколом в области сердца, Мамору на мгновение закрыл глаза. Противный ком у горла, мешал сосредоточиться на трезвой оценке ситуации, а все внутри кричало о несправедливости по отношению именно к нему. Он был предначертан ей судьбой. С ним она видела чудесное будущее и любимую дочь. Его она полюбила еще будучи принцессой луны сотни лет назад. И именно с ним решила так жестоко пошутить судьба, послав в её общество друга. Друга, ставшего ей опорой и поддержкой, когда его не было рядом. Друга, сумевшего смириться со всем в её жизни, полюбившего ее. Преодолевшего миллионы световых лет, оставившего родную планету, свою королеву, бросившего все - ради того, чтобы просто быть рядом. Чтобы быть другом.

Мамору смотрел на Сейю и пытался понять, что именно она увидела в нем, чего не смогла найти в земном принце.

- Раз уж мы все выяснили, пора мне уходить. - С блеклой улыбкой Сейя поднялся и приблизился к Мамору. Его протянутая рука замерла в воздухе. - Мне искренне очень жаль, что так получилось. Но я никогда не желал вам зла. Постараюсь поменьше попадаться на глаза, но если понадобиться помощь - можете на меня рассчитывать.

Мамору автоматически протянул руку для пожатия, в пол уха слушая слова соперника. Его взгляд был прикован к Усаги.

Вся её фигура источала боль. Когда она слушала слова Сейи, её лицо медленно бледнело. Казалось, что вот-вот она разразится рыданиями. Но Усаги только неподвижно сидела, уставившись воспаленными глазами на Сейю.

- Нет.

Рука Мамору на полпути сжалась в кулак. Он еще сам не решил, сам не понял, что собирается сказать и сделать.

- Нет? - Сейя нахмурился, плохо понимая реакцию земного принца на свои слова.

- Усаги. - Мамору вдруг понял, что не простит себе бездействия. Он всегда был отвественнен за счастье лунной принцессы и даже сейчас ничего не изменилось. - Нам нужно расстаться.

Округлившиеся глаза медленно поднимают застывший взгляд на него. Губы Мамору трогает еле заметная улыбка. Такого она точно не ждала. Делающая всегда все для счастья других, Усаги заслужила немного счастья для себя. Пусть с болью от осознания, каким образом оно достиглось, придется жить ему, но оно того стоило.

- Снова? Ты бросаешь меня? - Она не сводит с него неверящего взгляда. Она растеряна. - Снова?

И тут крепкий кулак встречается с челюстью. Сейя бьет четко, контролируя силу. Хотя внутри так и подмывает отпустить себя и дать полную волю эмоциям. Голова Мамору отшатывается в сторону и он невольно упирается в раковину, чтобы не упасть. Боль поднимается стремительно, расползаясь по месту удара и дальше. Он сплевывает розовым. Боль отрезвляет, родная и привычная, заслуженная.

- Что означает снова? - Сейя рывком разворачивает Мамору за плечо к себе. В его глазах земной принц читает злость, недоверие и желание вбить всю собственную боль. Поделиться щедро и без остатка.

Но Сейя, видимо увидев во взгляде противника что-то свое, отпускает его плечо и разворачивается к Усаги. Та, опустив голову, кусает губы. Ей невыносимо страшно.

- Мы уже расставались. Инициатором был я. По собственной глупости. - Мамору не хочет, чтобы его слова звучали оправданием. Разбитая губа кровит, заполняя рот вкусом железа.

Сейя бросает острый взгляд на Мамору. И за долю секунды земной принц осознает, что Сейя понял все.

- Я не стану извиняться. Ты заслужил это. - Он помогает подняться Усаги, приобнимая за плечи, но она вырывается и порывисто делает пару шагов к уже бывшему парню.

- Почему? - Ее ладони прижать к груди, а брови жалобно сведены.

- Прости, Усаги. Так больше не могло продолжаться. - Он говорит тихо, вглядываясь в её сухие глаза. - Но мы всегда будем близкими друзьями.

- Друзьями?

- Да.

Она хмурится и делает шаг назад. На её плечо ложиться ладонь Сейи.

- Мы пойдем. - Он мягко, но уверенно ведет ее ко входной двери. Усаги не сопротивляется. Ступор от информации, рушащей ее привычную жизнь, еще не отпустил. Сейя оборачивается перед тем, как выйти, и ловит взгляд Мамору.

Земной принц устало улыбается разбитой губой и, отвернувшись, скрывается в коридоре.

Уже на улице Усаги просит отвезти ее в парк на окраине города. Он не может ослушаться, до такой степени потеряной выглядит она.

И вот, спустя пару часов, он все же видит ее улыбку.

Холодный ветер уже нешуточно пробирает. Сейя подсаживается ближе и притягивает к себе несопротивляющуюся девушку.

- Знаешь, я никогда не думала, что это может произойти снова.

Он гладит ее по волосам и целует в висок. Усаги прислоняет голову к его плечу.

- Первый раз я думала, что умру. Хотя, если считать амнезию, то это был второй. А потом, когда Малышка начала исчезать, мне стало действительно страшно. Но каждый раз все возвращалось в норму. А сейчас я не знаю, что думать.

Пора бы забрать ее от сюда и увести в теплое место. Напоить горячим чаем и тогда уже поговорить. Но его не могут отпустить ее слова. Сейя плотнее обнимает девушку.

- Думаю, на этот раз его шаг был обдуманным.

Она трет щеки пальцами и Сейя понимает, что наконец слезы нашли выход горечи из её души. Усаги слепо утыкается лицом в мягкую ткань толстовки на его груди и он слышит вырывающиеся рыдания.

- Мне так страшно, Сейя. - Она шепчет и он едва разбирает слова сквозь всхлипы. Со слезами выходит напряжение всех этих долгих дней, когда нужно было скрываться и врать близким людям. Приправленное страхом неизвестности, непривычной, непонятной, а от того еще более пугающей, сознание мечется в попытке найти что-то стойкое и монументальное в разрушающемся мире. Усаги чувствует сильнее сжимающиеся вокруг нее руки и поднимает заплаканное лицо, сразу же натыкаясь на внимательный взгляд.

- Я не против и дальше обнимать тебя вот так, но предпочел бы более теплое место. - Сейя тепло улыбается и шморгает носом, кончик которого покраснел от холода. Усаги находит это невероятно милым.

- Хорошо. - Она вытирает оставшиеся слезы тыльной стороной ладони и нерешительно пробует улыбнуться. Ей немного стыдно за невнимание к Сейе. Он может заболеть, как, впрочем, и она.

- Если заболею - будешь лечить меня. - Он поднимается на ноги, рывком притягивая и Усаги. Не выпуская ее ладони, идет по аллее, в сторону припаркованного авто. - Поедем ко мне?

Усаги притормаживает и оборачивается, в последний раз окидывая прекрасный пейзаж взглядом покрасневших глаз. Она знает, что не еще не все выплакала. Надо будет согреться и отдохнуть, а после еще пореветь. Пока не останутся только слезы для счастья.

- Я дико хочу есть. - Усаги с виноватым видом трет свой живот. Она смотрит на Сейю и улыбка появляется на её губах.

- Я тоже. Сейчас наедимся вкусняшек. - Он воодушевленно улыбается в ответ, радуясь смене настроения Усаги.

И уже сидя в номере, посвежевшая и румяная после горячего душа, Усаги уминала сочную пиццу. Сейя сидел на диване напротив, пересматривая пришедшую за день почту. Мирно гудел телик, показывая какое-то аниме для девушек. А за стойкой, визуально отделяющей кухню от гостиной, сидели Тайки и Ятэн, во все глаза глядя на умиротворенную картину.

- Это вообще законно? - Тайки с опаской смотрел за веселящуюся от событий аниме Усаги, уплетающую, кажется, пятый кусок пиццы. - Нам не прилетит по голове от её подружек закомпанию с ним? - Он кивком указал на жующего колпачок от ручки брата.

Ятэн мял в руках пачку сигарет, никак не решаясь закурить в присутствии лунной принцессы.

- Мне плевать, я тут не при чем. - Ятэн почему-то чувствовал обиду на Сейю, словно тот предал его. Брат выглядел неприлично счастливым. - Скоро она снова побежит к своему принцу, оставив нам разбитого Сейю.

Тайки пожал плечами и слез со стула.

- В любом случае мне завтра рано вставать. - Он прошествовал мимо сидящих Сейи и Усаги, вместо слов, махнув всем рукой, и скрылся за дверью в свою спальню.

Ятэн поморщился. Как бы он не относился к особе, разбившей сердце младшему брату, пребывание ее в их номере исключало любое поползновение с девушками для более интимных целей. Это огорчало. Но можно было спуститься вниз и в гулящий толпе отыскать себе развлечение на ночь.

Сейя отмахнулся от его предложения сходить в клуб, а Усаги, зевая, помахала рукой и улыбнулась.

- Они смотрели на меня, как на пришельца. - Она запахнула халат поплотнее и пересела на диван к Сейе. Тот приобнял ее за плечи, откладывая бумаги, и усмехнулся.

- По нашим меркам ты и есть пришелец, Куколка.

Она задрала голову, чтобы видеть его лицо. Сегодня он уже два раза вытирал слезы с её глаз. Если бы не Сейя, ей казалось, плакала бы без перерыва.

- Завтра заберем твои вещи с утра. Но если хочешь, можешь до конца жизни ходить в моих толстовках. - Его губы улыбались той самой волшебной улыбкой, от которой у нее что-то екало внутри. Усаги пригладила пальцами распахнутый ворот на его халате. Сейчас она могла позволить себе подобное проявление нежности без всяких зазрений совести.

- Я думала, что тебе больше нравится, когда девушка в платье. - С долей кокетства Усаги моргнула и отвела взгляд уже с улыбочкой.

- Мне больше нравится, когда девушка без одежды. - Сейя с неприкрытым удовольствием наблюдал, как краснеют ее щеки.

- Вот всегда ты так! - Усаги взвинченно поднялась на ноги и угрожающе ткнула пальцем в него. - Никакой галантности! И за что я только люблю тебя?

Она видела, как его глаза загорелись незнакомым огнем, видела, как блеснули зубы в широкой улыбке, и в следующий момент поняла, что ее ноги больше не держат. Сейя счастливо смеялся, кружа ее в воздухе. Сердце Усаги забилось еще быстрее.

- Я тоже люблю тебя. - Тихо прошептал он возле маленького ушка. - Ты делаешь меня самым счастливым на свете, и я сделаю для тебя тоже самое.

Они стояли в тусклом белом свете и целовались. Пальцы Усаги запутались в черных длинных прядях, а внутри все ликовало, как и в тот первый раз. Ладони Сейи прижимали крепко, а движения губ выбивали все мысли из головы. И она с радостью нырнула в этот пьянящий рай, забывая обо всех тревогах.

Сейя и Усаги стояли посреди шикарной гостиной. На стене горел блеклый светильник. Сквозь приоткрытое окно звуки улицы слабо слышались. А они целовались, как первый и последний раз в жизни. Усаги знала ясно только одно - с этого дня в её жизни все будет идти по-новому и рядом будет он.