Глава 5.
Часть 1. Высокая орбита – Земля – Сентябрь, 2000.
Рассел Шарп, работая в Икс-Ком, до сих пор оставался жив благодаря лишь двум простым вещам: во-первых, мгновенной реакции, а, во-вторых, строгому следованию принципу «сначала стреляй, а потом задавай вопросы». Именно они спасли его не единожды во время самоубийственных заданий, но, вместе с этим, именно они же весьма пагубно влияли на качество выполнения его обязанностей в качестве командующего, когда возникала необходимость либо вести мирные переговоры, либо даже просто находиться в гораздо менее опасном окружении. К слову, последние обязанности теперь, когда их передислоцировали в КЗВ, приходилось выполнять значительно чаще. Решительность действий и агрессивность поведения требовались для выживания на поле боя, и особенно в перестрелках с Сектоидами, но они весьма серьезно мешали общению с практически идентичными внешне представителями расы Азгардов.
Шарп огляделся по сторонам. Телепортация прошла незаметно – он абсолютно ничего не почувствовал, что было для него довольно удивительным. Опыт обращения с инопланетными технологиями у командующего был относительно велик, и все же его удивил тот факт, что они только что находились в комнате для брифингов КЗВ, а в следующую секунду оказались на инопланетном корабле в нескольких сотнях миль от планеты.
– Знаете, если бы Тор хотел, чтобы вы умерли, он бы просто телепортировал вас в открытый космос, – сказала майор Картер, наблюдая за выражением лица командующего.
Шарп непроизвольно постукивал пальцами по пустой кобуре.
– Я это отлично понимаю, майор, – ответил он, – но мои инстинкты настаивают на том, что необходимо делать нечто большее, чем просто стоять здесь, – объяснил он.
Его нервы были напряжены до предела, как струны, вот только играть на них уж точно не следовало. Поэтому, не смотря на то, что он подавлял свое напряжение, командующий был не слишком доволен сложившейся ситуацией. Азгард пригласил его, генерала Хаммонда и троих присутствующих членов ЗВ-1 подняться на свой корабль. Легкий шок Шарпа от прибытия Тора быстро прошел, командующий подавил выброс адреналина и вернул сердцебиение в норму, так что теперь он был значительно более спокоен. Естественно, все приглашенные приняли предложение, в том числе и Шарп, хоть его и беспокоила эта идея.
Они стояли на мостике крейсера Азгардов, а полковник сожалел о том, что это не был один из кораблей класса «О'Нилл».
– Без обид, командующий, но ваши ребята из Икс-Ком слишком зациклены на своих предубеждениях, – сказал О'Нилл, пока Тор продолжал что-то делать с консолью, стоявшей перед ним.
– Обращу внимание на тот факт, полковник, что лузеры получают свой плазменный заряд в задницу буквально через пять минут после начала своего первого задания, – спокойно ответил Шарп. – Выживают только самые приспособленные. Их можно называть параноиками, но практика показывает, что именно они выживают на поле боя, – продолжил он.
Генерал Хаммонд с интересом осматривал все вокруг. Его личный опыт взаимодействия с Азгардами и их технологиями был значительно менее обширным, чем у ЗВ-1. По этой причине он ничем не мог помочь, поскольку был здесь скорее туристом. «Неплохо было бы сделать несколько фотографий, чтобы показывать их внукам», – промелькнула мысль в голове генерала, но тот ее сразу отбросил, возвращаясь к разговору.
– Если коротко, то ты бросаешься в гущу сражения до того, как начинаешь думать, – сказал Хаммонд Шарпу.
– Я извиняюсь за это, Джордж, но меня застали врасплох, – заметил Шарп.
– Последний раз я видел подобную злость у полковника О'Нилла, когда приказал ему написать свою часть годового отчета для комитета начальников, – заявил Хаммонд. – Я уже думал, что придется ломать твои пальцы, чтобы отобрать пистолет.
Даниэль тихо засмеялся.
– А я думал, что нам придется оглушить вас из Зэта, – добавил он.
Тор закончил свои дела и осмотрелся.
– Я закончил переговоры с Верховным Советом, они согласились, что в сложившейся обстановке будет мудро рассказать больше, чем мне изначально было позволено, – объявил азгард. – До того, как я прибыл и получил доступ к вашей базе данных, мы не знали, насколько серьезна ситуация, все оказалось даже хуже, чем мы того опасались.
– Базе данных? – повторил Шарп.
– Вы, насколько я понял, называете ее «УФОпедия», – ответил Тор. – Ваша защита от несанкционированного доступа была удивительно продвинутой и, учитывая общий уровень вашего технологического развития, вполне эффективной. Но все же, она не может сравниться с нашими системами.
– Ну, спасибо, – язвительно ответил командующий Шарп.
Тор переплел свои пальцы.
– Вполне очевидно, что Сектоиды, посещающие этот мир, являются родственниками Азгардов, – начал он.
– Да вы что? – небрежно ответил Шарп.
– Когда я говорю «родственники», то подразумеваю, что они являются генетически улучшенными версиями наших стандартных клонов, которые были изменены для достижения лучших показателей реакции, силы и выносливости, – объяснил Тор, проигнорировав сарказм командующего.
– Они выглядят более накачанными, чем остальные Азгарды, которых я видел, – вмешался О'Нилл.
– Это было сделано намеренно, – сказал ему Тор. – Некоторое время назад, когда угроза репликаторов возросла, Верховный Совет решил, что наше технологическое превосходство может стать, в конце концов, причиной нашей гибели. Поэтому были проведены исследования с целью разработки более развитого и физически превосходящего клона, который не был бы столь хилым, но все еще мог бы обладать нашими умственными способностями, – объяснил он. – Существа, которых вы знаете как Сектоидов, были результатом этих исследований. Несмотря на относительный прогресс, эксперименты были официально заброшены, когда стало известно, каким образом ученый, участвовавший в проекте, добился своих результатов так быстро.
– А не официально? – уточнил Даниэль.
– Мне интереснее услышать, что было не так с его методами работы, – сказал Шарп. – Хотя я могу предположить.
Тор кивнул.
– Как вы уже догадались, скорость работы объяснялась тем, что ученый воспользовался отдельными участками генетического материала других видов, которые были совместимы с нашим. В экспериментах использовались особи этих видов, включая и ваш, но они не давали своего согласие на подобные опыты.
– Я в шоке! – отметил Шарп. – Хотя погодите минутку, все же нет, не в шоке, – добавил он холодно. – Итак, я так понимаю, что ваше правительство собирается отрицать свою причастность и возложит ответственность на некую группу изгоев, верно? – спросил он.
Тор покачал головой, он обнаружил, что подобные жесты, перенимаемые им у окружающих людей, помогают общению.
– Не группа, – ответил он. – Это был один единственный Азгард – блестящий целеустремленный ученый по имени Локи, который, по всей видимости, тайно продолжил проект, используя все возрастающее количество новых клонов в качестве собственного персонала. И за много лет их количество стало неисчислимым.
– А как вы узнали об этом сейчас? – поинтересовался генерал Хаммонд.
– Мы были более чем просто шокированы, когда сведения о том, что Сектоиды атакуют ваш мир дошли до нас. Но легко узнаваемые описания захватчиков заставили, как вы говорите, бить в набат. В это же время Локи неожиданно исчез, этого факта было более чем достаточно для Верховного Совета, чтобы отдать приказ об изучении его компьютерных файлов. Большинство из них было стерто, но мы собрали по крупицам достаточно данных, чтобы весьма серьезно обеспокоится этой проблемой.
– С учетом причастности вашего соотечественника, можем ли мы рассчитывать, что Азгарды вмешаются и разберутся в этом беспорядке? – спросил Шарп.
Тор оглядел всех присутствующих.
– Мы сделаем все, что в наших силах, но наш флот уже на грани уничтожения. К тому же Локи очень тщательно подошел к развитию проекта, сделав максимально трудным для нас обнаружение своей базы. Он намеренно использовал технологии, которые наши корабли не могут засечь без значительных затрат.
– Почему? – удивленно спросила Картер.
– Потому что они используют слишком слабо развитые технологии с настолько малым энергопотреблением, что не заметны на наших сенсорах дальнего действия. Либо же они настолько отличаются от известных нам технологий, что просто не регистрируются нашими системами, – ответил Тор. – Например, использование элериума в качестве источника питания вместо наквадаха, дающего энергию технологиям Гоа'улдов, Азгардов и Древних, означает, что подобные корабли очень сложно отследить, – сказал он. – Удивительно, но ваши примитивные радары, как и в случае вашего устаревшего пулевого оружия против репликаторов, являются в данной ситуации более полезными, чем наши сенсоры, – сказал азгард.
– Это все понятно, но почему тогда они делают более страшные вещи, чем просто несколько медицинских экспериментов, – заявил Шарп. – То, что я видел своими собственными глазами, гораздо хуже, – сказал он.
Тор нахмурился.
– Мотивы Локи далеко не ограничиваются просто поисками с целью создания лучших клонов, – сказал он. – Он пытается спасти расу Азгардов от множества разных опасностей, среди которых репликаторы занимают далеко не первое место. Похоже, что его разработки направлены как раз на эти опасности, – рассуждал азгард. – Весь мой народ – это клоны, копии копий, сделанных с копий. И в течение тысячелетий некоторое вырождение было неизбежно, – объявил Тор. – Локи пытается использовать человеческую ДНК, чтобы повернуть процесс деградации вспять, а на Земле самая большая популяция существ вашего вида в Галактике. Поэтому она и являет собой идеальный объект для экспериментов. К этому следует добавить и тот факт, что здесь нет необходимости опасаться кораблей Гоа'улдов.
– Почему именно люди? – спросила Картер. – Для этих целей существует множество разных созданий, как на Земле, так и вне ее пределов, – заметила она.
– Локи, несомненно, экспериментировал с множеством рас, от которых произошли другие существа. С некоторыми из них сражался ваш Икс-Ком, но только люди, или точнее сказать, некоторые люди, – заметил Тор, глядя прямо на О'Нилла, – обладают генетическим наследием Древних. Вот почему на вас обратили особое внимание.
– Почему это так важно? – сконфуженно спросил генерал Хаммонд.
Тор изобразил некое подобие улыбки.
– Это была одна из тех вещей, для рассказа о которых мне нужно было разрешение Высшего Совета, – ответил он. – Во-первых, ген древних должен присутствовать для активации определенных типов их технологий, включая оружейные системы. Кроме того, за долгое время мы, Азгарды, потеряли способность к вознесению, как это сделали древние, и Локи, по всей видимости, пытается исправить это за счет исследований значительного количества представителей вашей расы.
– Значит, ты говоришь, что один маленький серый парень, действуя по своей воле, построил личную армию втайне от вашего правительства, и теперь вы просто не можете с этим ничего сделать, – более чем подозрительно сказал Шарп. – Прекрасно, вот вам мой ответ: нефиг ссать нам в глаза, говоря, что это "божья роса". Вы либо будете продолжать втирать нам всякую ерунду, либо возьметесь за свой мусор, поскольку это ваша задача – его убрать, – со злостью заявил Шарп. – Вы хоть представляете, скольких людей я потерял? А сколько гражданских погибло? – риторически спросил он.
– Если бы мы могли вернуть их назад, мы бы это сделали. Но это невозможно даже для наших технологий, – извиняющимся тоном сказал Тор.
– Великолепно! Тогда уничтожьте этих засранцев и принесите голову Локи на блюдечке с голубой каемочкой, – ответил Шарп.
– Как я уже сказал, у нас нет возможности сделать это из-за того, что наш флот слишком рассредоточен, – ответил Тор. – Даже этот корабль может использоваться только короткое время и должен быть возвращен в течение следующих трех дней. Учтите, что только поверхностное исследование и только этой солнечной системы займет гораздо больше времени, чем у меня есть, из-за проблем с отслеживанием их кораблей.
– Ну, да! Вы были правы – эти ребята просто фантастика, – с сарказмом сказал Шарп сотрудникам КЗВ, поворачиваясь лицом к ним. – Теперь я понимаю, почему вы о них так много говорите.
– Мы думаем, что Локи работал над этим проектом столетиями, – сказал Тор в свою защиту. – Он знает наши технологии так же, как и я, и приготовился ко дню, когда Верховный Совет все обнаружит. Добавьте к этому тот факт, что мы прижаты к стенке из-за войны с репликаторами. Так что я со стыдом заявляю, что Азгарды целиком и полностью бессильны вмешаться в обозримом будущем, – продолжил он. – Мы даже не знаем, как много у них кораблей или какова численность новых клонов, – сказал азгард. – Потенциально, учитывая все возможности клонирования и значительно улучшенные производственные мощности, а также достаточное количество времени, их численность может быть несметна.
– Если этот Локи работал над проектом столетиями, почему они напали только сейчас? – поинтересовался Хаммонд.
– Рискну предположить, что разведка и похищения в небольших количествах проводились, по меньшей мере, в течение десятилетий, что объясняет множество историй, рассказанных людьми, – ответил Тор. – А что же до значительно возросшего уровня активности, начиная со второй половины 1998 года по вашему календарю, у меня есть одна теория, хотя нет никаких доказательств ее достоверности.
– Продолжай, – сказал О'Нилл азгарду.
– В июне того года вы уничтожили два корабля Гоа'улдов на орбите Земли. Это стало наглядной демонстрацией, что Земля стала достаточно развитой, чтобы потенциально нести угрозу планам Локи, – ответил Тор. – Сектоиды начали решительные операции в ответ и продолжают это делать с невероятной настойчивостью, несмотря на потери. Скорее всего, они озабочены тем, что технологии, полученные вами от Гоа'улдов и других рас через звездные врата, в скором времени сделают прямые рейды на Землю с использованием их кораблей абсолютно самоубийственными.
У О'Нилла отвисла челюсть.
– Так это наша вина? – ответил он.
– Ну, скорее просто совпадение, – сказал ему Тор, – тем более, как я сказал, это всего лишь теория.
Шарп вздохнул.
– Знаешь, из всего, что ты рассказал, это первая вещь, которой я полностью верю, – сказал он Тору. – Добрые дела не остаются безнаказанными, – сказал Шарп, грустно качая головой.
Даниэль пожал плечами.
– И, несмотря на поднявшиеся ставки, они все еще не могут применять более продвинутые технологии, чем используют сейчас, потому что в этом случае Азгарды смогут их обнаружить, – сказал он. – То есть никаких телепортов или даже улучшенных щитов.
– Их личное оружие чертовски хорошее, – заметил Шарп.
– Но оно не вырабатывает достаточно энергии, чтобы быть обнаруженным сканерами дальнего действия, – заметила Картер. – По этой же причине они не используют большие корабли, как Гоа'улды или обычные Азгарды. Даже корабли, которые вы называете боевыми, крошечные по сравнению с Ха'таками, – сказала она командующему Шарпу.
– Мы также считаем, что их базы вне этой системы расположены на планетах, которые не подключены напрямую к сети звездных врат, – добавил Тор. – Это уменьшает шансы быть обнаруженными нами или Гоа'улдами.
– Вот ведь хитрющие мелкие серые ублюдки, – отметил О'Нилл. – Без обид, – поспешно сказал он Тору.
– Без проблем, – ответил Тор. – Это весьма точное описание, – продолжил он, – учитывая цвет и тот факт, что у нас клонов, ни у кого нет женатых родителей.
– Это же была шутка, – удивленно сказал Даниэль.
– Я не лишен чувства юмора, и, хотя недостаточное понимание особенностей вашего языка и жестов делают наш внешний вид чересчур невозмутимым, у меня всегда есть эмоции, – сказал ему Тор. Затем он снова обратился к командующему Шарпу: – Так как мы не можем предложить прямую военную помощь, Верховный Совет уполномочил меня обеспечить Землю технологиями, чтобы помочь в вашей борьбе с Сектоидами. Мы рассудили, что поскольку этот негодяй, с результатами экспериментов которого вы не один раз пересекались, оказался одним из нас, то нарушено множество пунктов Соглашения о защищенных планетах, – объявил Тор.
О'Нилл улыбнулся.
– Ну, наконец-то, – сказал он, – пришел черед больших и шумных космических пушек.
– Боюсь, что нет, О'Нилл, – извиняясь, сказал Тор. – А так понимаю, что ты подразумеваешь вооружение, способное уничтожить большие корабли Гоа'улдов, но это будет значительно превышать то, что необходимо для устранения угрозы Сектоидов, и совершенно не соответствует духу Соглашения, – продолжил он. – Тем не менее, мы покажем вам, как адаптировать примитивные щиты Сектоидов для использования и в атмосфере, и в вакууме.
– Значит, вы не дадите нам ваши щиты? – спросил О'Нилл.
– Основываясь на информации, взятой из икс-комовской «УФОпедии», смею утверждать, что новый «Огненный Шторм» практически полностью перекрывает технологический разрыв, – ответил Тор. – Даже примитивный отражающий щит, добавленный в его комплектацию, будет более чем достаточным, чтобы противостоять всем кораблям Сектоидов за исключением, возможно, боевых крейсеров, – сказал он. – Но следует учесть один нюанс: данный истребитель, когда его полностью оборудуют, будет значительно превосходить глайдеры Гоа'улдов, которые, естественно, лишены щитов любого типа. Вы должны понимать, что Азгарды никогда не признают, что они поделились с вами подобной технологией, если системные лорды когда-либо в будущем во время переговоров попытаются поставить данный факт нам в вину.
– Да без проблем, валите все на нас, – согласился О'Нилл. – В любом случае, они и так уже думают о нас самое худшее, – сказал он.
– Если вы спросите меня, – вмешался командующий Шарп, – то худшее еще не наступило, – сказал он перед тем, как повернуться к Тору. – Хорошо. Вот еще один момент, который я бы хотел выяснить прямо сейчас, – сказал Шарп. – Если Локи добавит нашу ДНК к вашей, и, в конце концов, мы обнаружим маленьких детенышей, которые будут гибридами людей и пришельцев. Что мы будем делать тогда?
– Я так понимаю, командующий спрашивает, собираетесь ли вы взять на себя ответственность за эксперименты. Или нам придется развешивать плакаты перед Верховным Советом с текстом типа такого: «Земля требует поддержки детей»? – абсолютно невозмутимо сказал полковник О'Нилл главнокомандующему флота Азгардов.
«Что ж, пожалуй, хорошо, что я безоружен», – подумал Шарп, потому как после реплики О'Нилла ему жутко захотелось пристрелить того.
Часть 2. Гора Шайенн – Земля – Сентябрь, 2000.
– Я до сих пор не могу поверить в то, что они просто растворились в воздухе, – жаловался О'Нилл, пока они шли в зал врат. Картер вздохнула, Джек уже целый месяц ныл из-за того случая, когда от них неожиданно смогла ускользнуть группа похитителей, выкравших Даниэля. Саманта с грустью размышляла о том, что полковник, скорее всего, будет еще не меньше месяца об этом вспоминать.
– Мы не могли даже предположить, что они используют столь развитые технологии, сэр, – ответила она. – Я уверена, что единственным способом, который мог позволить им незаметно скрыться, была телепортация, ведь мы окружили здание со всех сторон, – заявила Картер.
– В данный момент команда Икс-Ком просеивает абсолютно все, вплоть до щебня, в родном мире Мартина, – отметила Андианова, – но Гоа'улды в этот раз чрезвычайно ответственно подошли к вопросу уничтожения своего оборудования. Так что весьма сомнительно, что мы сможем найти хоть какую-то технологию, которая окажется для нас полезной, – сказала она им. Людмила уже успела пообщаться немногим ранее со своими знакомыми из персонала Икс-Ком, размещенного в КЗВ, они-то и сообщили ей предварительные результаты.
– К черту восстановление технологий, – возразил Даниэль. – Мне жаль Мартина, – сказал он.
– В первую очередь, ему не следовало дезертировать, – категорично ответила сержант. – Я ему совершенно не сочувствую.
– Но он же передумал, – ответил О'Нилл, – и хотел вернуться, чтобы сражаться против врага, хотя и считал, что погибнет, делая это, – продолжил он. – Лично для меня один этот факт уже ставит его выше остальной команды, сержант.
Людмила Андианова пожала плечами.
– Нам придется отказаться от попыток убедить друг друга, – ответила она. – По крайней мере, удалось восстановить первоначальный вид корабля, на котором они приземлились. Есть хотя бы надежда, что мы сможем получить новые знания об их технологиях, – оптимистично добавила она.
– Кстати нам это удалось только потому, что научная команда Икс-Ком отключила самоуничтожение до того, как закончился отсчет времени, – ответил О'Нилл. – И будь я проклят, если знаю, как они умудрились все сделать настолько быстро.
– У наших людей значительно больший опыт в подобных делах, чем у сотрудников КЗВ, полковник, – с самодовольной улыбкой ответила Андианова.
– Как бы там ни было, Мартин Ллойд должен быть благодарен, что его мозг остался одурманенным, иначе он мог бы заинтересовать ваших экспертов в других областях деятельности, – обратил внимание на другой аспект интересов сотрудников Икс-Ком Тил'к.
Тор, получив доступ к «УФОпедии», был удивлен тем количеством информации, которая была получена Икс-Ком благодаря допросам живых представителей инопланетян. Они использовали эффективную смесь неожиданных вопросов и угроз, открыто применяли не только пытки, но и кое-что гораздо худшее. Процедура называлась просто: «Выжимка мозгов». Она разрабатывалась на основе ранних исследований землян в области псионики. Несомненно, у Икс-Ком было разрешение на подобные мероприятия от Совета Безопасности ООН, что давало им более чем значительную свободу действий. Когда Мартин Ллойд был с ними, у него состоялся весьма любопытный разговор с Людмилой. Он с грустью спросил: «Разве Женевская конвенция не распространяется на инопланетян?» – на что в ответ получил от нее решительное «нет».
Команда вошла в зал врат и еще раз проверила все свое обмундирование.
– Итак, мы на все сто процентов уверены, что не придется с боем пробиваться вдоль пути от врат? – спросил О'Нилл.
– Ну, согласно нашим разведданным, не придется, – ответила Картер.
О'Нилл скорчил гримасу.
– Лучше снимите оружие с предохранителя прежде, чем мы пройдем через врата, сержант, – сказал он русской.
– Да, сэр, – ответила Андианова.
– Он же шутит, сержант, – сказала ей Картер.
– Я понимаю, майор, но это неважно, потому что я в любом случае никогда не иду через врата с оружием на предохранителе, – невозмутимо ответила Андианова.
– Она шутит, майор, – с издевкой сказал О'Нилл Саманте.
– Хотела бы я быть столь уверенной, – спокойно ответила Картер.
– Так что такого особенного в Р8Х-362? – спросила Андианова.
– Эх, могу поспорить, что она перестает слушать брифинги, как только решает, что шансы на битву чрезмерно малы, – с ухмылкой отметил Даниэль.
– Окажите любезность, доктор Джексон, не высмеивайте меня, оно того не стоит, – ответила Андианова. – Я понимаю, что Р8Х-362 – богатая в плане ресурсов планета, на которой, в отличие от множества других, нет рудников Гоа'улдов, – сказала она. – Мой вопрос относится к тому, почему именно Первый отряд был отправлен на это задание, а не любая другая команда? Потому ли, что мы должны сделать что-то лучше других?
– Да, – ответил Даниэль. – Хорошо, вы можете не знать предысторию, поэтому расскажу подробнее. Р8Х-362 была одной из первых планет, которые посетили наши команды. Члены ЗВ-4 обнаружили, что местные жители весьма дружелюбны, но у них выстроена особая система торговли, основанная на культе социального положения и иерархии, – сказал он. – Так как ЗВ-1 является ведущей командой, то с их точки зрения наш статус позволяет получить дополнительные преимущества при оформлении права на добычу ресурсов, если сравнивать с кем-либо еще из команд ЗВ.
– Наквадах или триниум? – уточнила сержант.
– Ни то, ни другое, – ответила Картер. – Здесь есть лантаноиды, которые используются в некоторых специальных сплавах в качестве легирующих элементов, а также для лазеров. И нам в последнее время, учитывая активное внедрение нового вооружения, необходимо гораздо большее количество, чем обычно, – пояснила она.
– Они редко встречаются? – спросил О'Нилл.
– Разные элементы по-разному, – ответила Картер. – К примеру, возьмем лютеций – достаточно того факта, что он в несколько раз дороже золота, а еще этот элемент крайне нужен нам, чтобы производить модифицированные отражающие щиты Тора, а они жизненно необходимы для реализации наших планов, – объяснила она.
– Надо начинать работать за проценты, – качая головой, отметил О'Нилл.
– Может, хотя бы за вознаграждение? По большому-то счету мы идем на планету не из-за денег, – с улыбкой ответил Даниэль, когда врата начали вращаться.
– И это говорит человек, которому платят в полтора раза больше, чем всем остальным, – возразил О'Нилл. – Кстати, а как там проходят поиски нового дома с бассейном? – с сарказмом спросил он.
– В пятницу собираюсь осмотреть несколько мест, – ответил Даниэль, расплываясь в улыбке. – Я никогда не думал, что разбогатею благодаря археологии, – с легким удивлением добавил он.
– Капитализм, – с пренебрежительным фырканьем сказала Андианова, а затем продолжила: – Извините, это мое коммунистическое прошлое напоминает о себе. Сложно забыть все эти годы марксистской пропаганды в пионерское время, – извинилась она, в то время как Звездные Врата активировались с привычным волноподобным всплеском. В них медленно проехал шестиколесный робот, чтобы убедиться, что на противоположной стороне все в порядке и нет ничего опасного.
– МАЛП* показывает, что все чисто, – доложили из контрольного зала по громкоговорителю.
– В советской России МАЛПу показываете, что все чисто, вы сами**, – заявила Андианова, когда они поднимались к вратам.
Тил'к не мог понять, почему О'Нилл, майор Картер и Даниэль Джексон залились истерическим смехом, проходя через врата.
Часть 3. Зона 51 – Земля – Сентябрь, 2000.
– Я должен был протестировать его через пару недель, – жаловался О'Нилл, когда они входили в ангар и шли мимо прототипа Х-301-го на основе «Глайдера смерти». Самолет был уже частично разобран на запчасти, поскольку проект признали бесперспективным. По словам сотрудников Икс-Ком, которые успели осмотреть его, предоставление им такой возможности было чертовски верным решением. Они утверждали, что смогли обнаружить программу безопасности, пропущенную учеными из Зоны 51, которая после активации должна была направить прототип в космос.
– Смиритесь с этим, сэр, – сказала ему Картер, стараясь не смеяться. – Он никогда и не должен был стать серийным истребителем, – отметила она.
– И, тем не менее, он выглядит круче, чем ЭТО, майор, –ответил О'Нилл, как только они подошли к кораблю, похожему на маленькое блюдце, за тестовым полетом которого они и прибыли понаблюдать.
Знакомое лицо появилось с другой стороны судна.
– А, доктор Картер, очень приятно видеть вас снова, – поприветствовал ее подошедший, улыбаясь и протягивая руку.
– Доктор Зеленка, – поприветствовала Картер в ответ, пожимая ему руку. – Вы уже знакомы с полковником О'Ниллом, – сказала она, – а это остальные члены Первого отряда: доктор Даниэль Джексон, Тил'к и сержант Андианова, – представила всех Саманта, а Зеленка пожал всем руки.
– Зовите меня Радеком, – сказал им Зеленка, – раз уж вокруг столько докторов и военных чинов, – добавил он с улыбкой. – Так вы пришли посмотреть на нашу малышку? – спросил он, нежно похлопывая боковую сторону летательного аппарата.
– Он очень... – начал Даниэль, – классический, – закончил он дипломатично.
– Намекаете на то, что он похож на летающую тарелку из старых второсортных фильмов 50-х годов? – уточнил Зеленка с улыбкой. – Да, похож. Но это самая простая форма, с которой можно было работать из-за конструктивных особенностей двигателей на элериуме, – пояснил он. – Но как только мы изучим его системы подробнее, последующие разработки уже будем проектировать не в форме блюдца, – сказал он им.
– Что у него там под капотом? – спросил О'Нилл.
– Движок стандартный, на элериуме, мы его сняли с корабля Сектоидов и модифицировали таким образом, чтобы он мог работать с гибридными технологиями, которые мы применяем, – ответил Зеленка, – а это было весьма и весьма непросто, как вы понимаете, – продолжил он. – Было тяжело заставить его работать даже тогда, когда на нем стояли технологии Сектоидов и наши. Теперь же, когда мы добавили более совершенные инерционные демпферы с «Глайдера смерти» и один из ваших наквадах-реакторов, «Огненный шторм» нашпигован таким количеством дополнительных устройств, что непонятно, как они вообще вместе работают. Конечно, мы сжигаем слишком большое количество топлива на основе элериума в полете, что вместе с небольшим размером летающего устройства значительно ограничивает его боевой радиус. Но только использование 115-го изотопа элериума для основной тяги и наквадах-реактора для запитки остальных систем увеличило его эффективность на пятьдесят процентов, причем количества вырабатываемой энергии с лихвой хватает для поддержания новых отражающих щитов, модифицированных Азгардами.
– Я думаю, что полковник спрашивал о том, что эта бляшанка может показать в плане производительности? – сказала ему Картер.
– Ой, – ответил Зеленка, – даже без активных инерционных демпферов летательный аппарат может двигаться с постоянным ускорением в девять G, предельная скорость в атмосфере около 4200 узлов или 6 Махов, – сказал он полковнику.
– Чем укомплектована? – спросил О'Нилл. – Я об оружии говорю.
– Есть два внутренних отсека для оружия, – ответил Зеленка. Стандартный боекомплект включает в себя три «Лавины» с новыми боеголовками второго поколения различной мощности, усиленные наквадахом, по мере необходимости их взрывная мощность варьируется от двух до двух сотен килотонн в тротиловом эквиваленте, а во второй отсек мы устанавливаем лазерную пушку.
– Какова эффективная дальность стрельбы из лазера? – с любопытством спросила Картер. Исследовательский отдел Икс-Ком, по слухам, неплохо продвинулся в разработке энергетического оружия прямого воздействия, и ей было интересно, насколько в действительности им это удалось в своих проектах.
– Она варьируется в зависимости от плотности атмосферы и, соответственно, высоты полета, но мы предупреждаем пилотов, что эффективная дальность на обычной миссии против вражеских летательных аппаратов составляет около двадцати одного километра, – ответил Зеленка. – Причем для нас точность наведения является гораздо большей проблемой, чем сама мощность луча. Поскольку это лазер, то при правильном прицеливании, выстрелив, он не промахнется. Нет ни единого шанса уклониться от луча света, летящего к тебе со скоростью более миллиарда километров в час, – заметил Зеленка.
– Это намного превышает возможности пушек-посохов установленных на «Глайдер смерти» Гоа'улдов,– отметил Тил'к.
Зеленка кивнул.
– Наш «Огненный шторм» может съедать по парочке «Глайдеров смерти» на завтрак,– сказал он с энтузиазмом.
– С нетерпением жду этого, – вмешался другой голос. – Диета из кораблей Сектоидов уже надоедает, – продолжил человек, одетый в серую лётную форму с нашивками ВВС США и Икс-Ком на плечах.
Зеленка развернулся вполоборота к новому собеседнику.
– Позвольте представить подполковника Кэмерона Митчелла. Он наш летчик-испытатель «Огненного шторма»,– сказал он.
– Я полагаю, Радек уже упомянул, что мы здесь называем друг друга по имени, полковник, – сказал Митчелл, обращаясь к О'Ниллу. – Если вы согласны, можете называть меня Кэм,– предложил он, протягивая руку.
– В чужой монастырь со своим уставом не лезут, – ответил О'Нилл. – Или как там у вас в России говорят, Андианова, в Тулу со своим самоваром не ездят, да? – добавил с улыбкой полковник, обращаясь к Людмиле. – Джек О'Нилл,– сказал он, пожимая протянутую руку. – А это Саманта Картер, Даниэль Джексон, Тил'к и Людмила Андианова,– представил он остальных.
– Я раньше уже встречался с «самой быстрой пушкой на востоке»,– сказал Митчелл с усмешкой. – Какое-то время мы вместе служили на Гавайях, – объяснил он. – Однажды я совершил ошибку, думая, что мои отточенные рефлексы боевого пилота могут сравниться с ее, и проиграл в настольный теннис пять раз подряд, – сказал Митчелл, пожимая руку Андиановой.
– Могу себе представить, – ответил О'Нилл. Время реакции и зрительно-моторная координация нового члена команды были, мягко говоря, необычными. Если бы не ее экстраординарные способности, то она, скорее всего, погибла бы в течение нескольких первых заданий.
Многие из полевых бойцов Икс-Ком отличались незаурядностью в той или иной мере. К примеру, южноафриканский парень, приписанный к ЗВ-3, заставлял морпехов чувствовать себя, как минимум, не комфортно. Взять хотя бы то, что он гораздо лучше них стрелял, а это было не так то и просто сделать, учитывая, что ЗВ-3 был укомплектован бойцами, считавшимися лучшими в морской пехоте, где навыки стрельбы ценились очень высоко.
– Итак, вы из ВВС? – спросила Картер, указывая на нашивку Митчелла.
– Да. В Икс-Ком меня перевели только в прошлом году, – ответил Митчелл. – Все это время я летал в районе Гавайев, а потом мне предложили заняться тестированием «Огненного шторма», – сказал он Картер. – Раньше я думал, что переход от Ф-16 «Вайпер» к «Перехватчикам» XF-701 был большим скачком вперед. Но эта штуковина... Она выводит нас на совершенно другой уровень игры, качественно новый, – сказал Митчелл, постукивая по металлической обшивке тарелки.
– Я думал, что XF-701-й называется «Сигрдрива», – уточнил Даниэль, – что означает «Вестник победы» на древнескандинавском.
– Ага, официально. Точно так же, как Ф-16 официально называется «Файтинг Фалкон», а не «Вайпер», – ответил Митчелл. – Мы называем его просто «Перехватчик» в основном из-за того, что практически ни один из пилотов не может нормально произнести «Сигрдрива», – сказал он им.
– Кстати, Тор реально удивился, когда мы ему рассказали, какое название получил прототип, – сказал О'Нилл пилоту. – У Азгардов тоже есть корабль с таким названием.
– Ну, по крайней мере, им легче его так называть... наверное, – с улыбкой ответил Митчелл. – Так что там, Радек, оружейные системы теперь уже правильно подключены к системе наведения навигационного комплекса?– спросил он ученого Икс-Ком.
– Да,– ответил Зеленка.
– И мне теперь даже не надо думать на чешском, чтобы заставить работать систему управления? – спросил Митчел.
– То было досадной оплошностью, но теперь все исправлено,– застенчиво ответил Зеленка.
Митчелл усмехнулся.
– При первом тестовом запуске, когда мы дошли до испытания оружия, я его активировал и не смог хотя бы что-то сделать с этой чертовой штукой. А все потому, что Зеленка запрограммировал систему на восприятие мысленных команд на своем родном языке. Это было похоже на сцену из фильма «Огненный лис», когда Иствуд должен был говорить по-русски. Разница лишь в том, что по фильму он его знал, а я, к сожалению, совершенно не знаю чешский, – объяснил Митчелл.
– Теперь системы работают для всех, как и навигационная система, – еще раз заверил его Зеленка.
– И все же, как эта штуковина работает? – спросил Даниэль. – Я так понимаю, машина реагирует на мысленные команды?
– Ну, мы просто вставили в обычный шлем копию такой металлической штуковины, которая одевается на голову, из навигационной системы Сектоидов. Все остальное мне не понятно, – пошутил он.
– Я могу рассказать вам это позже,– ответил Зеленка. – Базовую теорию, в принципе, я понимаю, хотя большая часть работы была выполнена другой командой, – сказал он. – А лично я работал над двигателями и системой контроля вооружения,– добавил он гордо.
– Это да. Машинка чертовски быстра и может надрать задницу кому угодно, – ответил Митчелл. – Вы должны гордиться своей работой,– сказал он Зеленке.
– Я и горжусь,– ответил Зеленка. – Но, несмотря на это, вскоре мы заменим ее на X-302.
– Так вы лучший пилот Икс-Ком? – спросил О'Нилл. – Поэтому они подписали вас на эту работёнку?
Митчелл отрицательно покачал головой.
– Я сбил тринадцать НЛО, – ответил он, – причем девять из них с того момента, как мы получили новые ракеты, но, все же, я не лучший пилот пока. Меня прикомандировали из политических соображений, – пояснил он. – Я лучший из пилотов-американцев в Икс-Ком, и с тех пор, как мы объединили усилия с командой Зоны-51, работающей над Х-301, они подумали, что прислать парня из ВВС США будет весьма дипломатично.
– Икс-Ком задумывается о том, как поступать дипломатично? – скептически спросил Даниэль.
– Ну, этим занимается наблюдательный комитет, – ответил Митчелл. – Они не оказывают существенного влияния на Икс-Ком, но военные любят действовать с одобрения в тех случаях, когда это возможно, – сказал он им. – Большинство стран-участников – страны НАТО или представители демократических режимов. Поэтому можно сказать, что Икс-Ком унаследовал традиции контроля гражданских лиц за военными. В определенной мере, разумеется, – сказал Митчелл. – И, невзирая на то, что иногда это может казаться лизоблюдством, – с улыбкой добавил он.
– Звучит так, как будто вы в подобных делах дока, – сказал ему О'Нилл.
– Как вы сами сказали, – ответил с улыбкой Митчелл, – в чужой монастырь со своим самоваром... то есть уставом... ну, вы поняли меня. Ладно, я взлетаю через пять минут, так что лучше поищите себе хорошее место снаружи, чтобы понаблюдать за полетом. Поверьте мне на слово, шоу того стоит, – заметил он.
Как и обещал Кэмерон, шоу действительно было впечатляющим. После того, как Митчелл вывел «Огненный шторм» из ангара, паря над землей, он задрал нос, если так можно назвать переднюю часть маленькой тарелки, вверх, включил элериумный двигатель на полную мощность, поднимаясь в небо под углом в 45 градусов. Прототип преодолел звуковой барьер еще до окончания взлетной полосы и продолжил ускорение. С инерционными демпферами от «Глайдера смерти», оберегавшими Митчелла от опасности превращения в мокрое место из-за размазывания по стенке, «Огненный шторм» начал серию полетов на низкой высоте над базой. Толпа зрителей с соответствующим уровнем допуска смотрела на происходящее с изумлением.
– Во время второго теста мы выведем «Огненный шторм» в космос, – сказал Зеленка ЗВ-1. – Всего лишь суборбитальный полет, хотя он может выйти даже на низкую орбиту и после этого вернуться домой. Керамическая броня, которую мы добавили, чтобы повысить устойчивость против плазменного оружия, прекрасно зарекомендовала себя в качестве вторичного щита, так что аттракцион с участием этой малышки будет воистину ужасающим для противника, – добавил он с усмешкой.
Глухой хлопок от перехода на сверхзвук раздался над базой.
– Он только что преодолел звуковой барьер, летя боком? – с недоверием спросил О'Нилл.
Зеленка кивнул.
– Из-за ориентации двигателя «Огненный шторм» может лететь с гиперзвуковой скоростью, то есть более 5 Махов, двигаясь только вперед. А вот при полете в сторону, он может разгоняться не более чем до двух с половиной Махов. Кстати, Митчелл однажды умудрился преодолеть звуковой барьер, летя задом. По его словам, это было... очень обескураживающее ощущение, – сказал он членам Первого отряда.
Митчелл сделал серию кругов, выполняя фигуры, казавшиеся невозможными, а потом сделал еще один проход над базой, вращаясь в воздухе как летающая тарелка.
– Можешь представить себе попытку вести воздушный бой против этой штуковины в «Глайдере смерти»,– с легким трепетом спросил О'Нилл Тил'ка.
– Маневренность судна впечатляет даже больше, чем его скорость и вооружение, – ответил Тил'к.
– Это возможно лишь благодаря инерционным демпферам, – сказал им Зеленка. – Ни один другой способ не позволил добиться таких результатов. «Огненный шторм» хорош именно подбором своих составляющих частей и их взаимодействием. Мы использовали технологии и Гоа'улдов, и Сектоидов чтобы заставить его выполнять подобные пируэты. Единственным реальным недостатком прототипа является его относительно малая дальность полета,– отметил он печально. – Но зато он оптимизирован для сражения в атмосфере, чего не скажешь о его возможных оппонентах.
– Что ж, может он и не сравнится с ними, но, по крайней мере, когда они посетят нас в следующий раз, мы определенно устроим им теплый прием, – одобрительно сказал О'Нилл.
– Очень и очень теплый, – согласился Зеленка. – Следующей частью демонстрации будет стрельба из лазерной пушки по наземным объектам и беспилотникам,– сказал он.
– Мило, – с энтузиазмом ответил О'Нилл.
Джек задумался о том, к кому бы обратиться, чтобы получить возможность полетать на «Огненном шторме». Прототип, конечно, внешним видом очень похож на летающую тарелку из старых и хреновых фильмов, но он был готов наплевать на эстетичность вида этой машины, поскольку возможность испытать нечто, что способно выполнять подобные маневры, представляется не так уж и часто. Наблюдая в бинокль за падающими обломками воздушных целей, уничтоженных лазером, О'Нилл пораженно размышлял: «Если Икс-Ком смог перейти от теории к производству всего за несколько месяцев, то, сколько же им потребуется времени для организации отпора врагу в космосе, как они это уже сделали на земле».
В это же время, наблюдая за представлением, сенатор Кинси хмурился. Икс-Ком и КЗВ теперь чрезвычайно быстро прогрессировали, что не оставляло достаточно возможностей для присвоения чего-либо стоящего.
«Необходимо срочно переговорить с президентом, чтобы выбить себе место в комитете наблюдения за Икс-Ком в качестве представителя Соединенных Штатов, пока я окончательно не растерял все возможности получения выгоды от ситуации. И особенно политической выгоды», – размышлял сенатор. – «Чертовы иностранцы собираются присвоить все плюшки себе, а США и, что более важно, лично я в итоге остаемся не у дел».
Кинси покинул полигон с мыслью «куй железо, пока горячо» еще до того, как закончился демонстрационный полет «Огненного шторма». Ему нужно было получить место наблюдателя немедленно, пока такая возможность еще оставалась.
Заметки от автора:
У кораблей в «Икс-Ком: Перехватчик» щиты были, но в «Икс-Ком: Враг неизвестен/Защита от НЛО» их не было. Кто-то предложил идею, что их щиты просто не работают в атмосфере (в отличие от звездных врат), поэтому я решил принять эту идею в качестве основной.
«Земля требует поддержки детей» – не мое выражение, но оно такое веселое, что я не мог не использовать его. :-р
События в эпизоде «Точка не возвращения» прошли практически одновременно с этой вселенной, с заметным исключением: Икс-Ком и КЗВ прихватизировали небольшой корабль Мартина Ллойда и его людей в целости, когда они прибыли на Землю.
События части об «Огненном шторме» происходят примерно в то же время, как и в эпизоде «По касательной», в котором Тил'к и О'Нилл летали на прототипе Х-301. Орудия-посохи «Глайдеров смерти» даже и близко не сравнятся по дальности стрельбы с лазерными пушками Икс-Ком, так что «Огненный шторм» будет кушать их [глайдеры] пачками, даже без использования плазменно-лучевого орудия, которое появится немного позже. Для уничтожения более крупного Ал'кеша или Тел'така, у которых есть щиты, с первого выстрела потребуется нечто более мощное.
Примечания переводчиков:
* МАЛП – небольшой дистанционно управляемый робот, используемый для разведки (англ.: Mobile Analytic Laboratory Probe).
** Здесь игра слов: в США вы следите за МАЛПом, в Советской России МАЛП следит за вами.
Оригинальный текст:
'MALP shows all clear'. 'In Soviet Russia MALP watches you '
Подробнее об американо-советской инверсии можно почитать на lurkmore . ru/%D0%92_%D0%A1%D0%BE%D0%B2%D0%B5%D1%82%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B9_%D0%A0%D0%BE%D1%81%D1%81%D0%B8%D0%B8