Глава седьмая: Потеря контроля
Мегатрон был заперт в странном, нематериальном мире, физические ограничения в котором не существовали, как и пространственно-временной континуум.
Несмотря на то, что в мире функционирующих он был в оффлайне, его процессор фиксировал входящие видео- и аудиофайлы, тем не менее, помечая их как фэйковые.
С самого начала своей активации: будь то шахтер, или славный чемпион-гладиатор, или идейный вдохновитель и предводитель политического восстания, уважаемый и внушающий страх лидер фракции, или, после, тиран, известный меж планет, - Мегатрон никогда не знал ничего другого, кроме непрекращающейся жестокости.
Жестокость и боль – вот они, верные компаньоны его долгого существования. Он давно принял их полностью, и слился с ними, и стал бесстрашным и бесчувственным воином благодаря им. Он сражался в бесчисленных битвах, встречался со множеством врагов и монстроподобных существ, которые были в три раза больше него, и даже с неразумным нечто. Он достиг великих побед, но даже ему, иногда, приходилось отступать. Некоторые из тех поражений оставляли его в настолько плачевном положении, что он становился причиной процессорных сбоев и огромного объема работ лучших медботов.
И это далеко не первый раз, когда он обнаруживал себя пленником своего процессора, когда его корпус лежал в стазисе, борясь с деактивацией вместе с надежными, и иногда, менее надежными, медботами.
Мегатрон знал, как выглядели вызванные стазисом сбои процессора, и он мог без промедления узнать один из них, когда тот появился перед его оптикой.
В большинстве своем, они являли собой неясные, абсурдные, абсолютно мрачные видеоряды. Но, когда его не посещали программные баги, он входил в состояние полу-осведомленности, и мог уловить неясную угрозу забвения, довлеющую на невидимом краю его внутреннего мира.
Он бросал вызов угрозе, подбивал подойти поближе, насмехался над ней - слишком уверенный в своих силах, чтобы отпрянуть в отвращении от неприятного гостя, - и все же проявляя осторожность, в тех случаях, когда того без нее было не выстоять. Мегатрон не боялся никого и ничего, даже деактивацию!
Он никогда не сбегал, он всегда держался до последнего, и чем сильнее был его оппонент, тем лучше!
«Посланник смерти необычайно ослепителен сегодня», - первое, что зарегистрировал процессор Мегатрона, когда угроза появилась перед ним в виде невероятно яркого шара света. Довольно редкое явление, но Мегатрону все равно: он не дурак, и подобный дешевый трюк не одурачит его!
- Подойди и уничтожь меня, если силы хватит! – Взревел он, насмехаясь над вторженцем. Без сомнения, сие есть посланец смерти, что пришел за ним, не очень-то умело маскируясь.
И Мегатрон, будучи тем, кем он являлся, не позволил бы себе проиграть настолько нелепо. Он был истинным правителем Вселенной, любое сопротивление разбивалось о чистую силу его нерушимой воли. Его имя – уже живая легенда – не будет поминаться, как кличка павшего монстра, некогда сильного тирана, который деактивировался во время стазиса. Не бывать сему!
Также и здесь, оставив свое тело в настоящем мире, он готов сражаться и побеждать, не зависимо оттого, имеет он или нет физическое воплощение в этой сфере бытия. И помощью в этом ему станет неукротимая решимость и вера в свой наимогучий процессор, наимощнейшим среди всех. Что есть истинна неоспоримая, иначе не быть ему среди функционирующих так долго.
Да, он все еще функционирует! Это был его победный клич во времена, когда он еще сражался на арене, и файлы-воспоминания о толпе восхищенных зрителей, аплодирующих ему, промчались перед ним вновь, настолько же яркие и четкие, будто бы он снова очутился там.
- Я все еще функционирую! – Проревел он, и его процессор сгенерировал видимую проекцию его корпуса. – Предстань же предо моим ликом, если посмеешь, посланец забвения! – Бросил вызов он свету. – Ты тот, кто совершил роковую ошибку в тот миг, когда ступил в мои владения, к коим ты не принадлежишь! Подойди и прими свое поражение! Ибо я есть Мегатрон и, в конце концов, все вы преклоните предо мной колено, даже твой господин!
И затем, с наводящим ужас криком, показывающим всю мощь, на которую Мегатрон когда-либо был способен, тиран кинулся на навязчивого пришельца. Энергетические потоки вспыхнули и обвили соперника, и он почувствовал сильную отдачу, которую принял за знакомый прилив кибер-адреналина (он всегда испытывал нечто подобное, когда его оппонент представлял реальную угрозу). О, это никогда не опостылеет.
Он, конечно же, не знал, что происходило в реальности, даже не мог предположить, что в этот самый момент, в ремонтном отсеке, его Искра сливалась с другой, решительно так.
В его внутреннем мире, сотворенным стазисом, все было совсем по-другому.
Догнав непрошеного гостя и окружив того, Мегатрон быстро понял, что тот был не настолько враждебно настроенным, как полагалось посланнику забвения. Более того, вторженец был, без сомнения, напуган.
Напуган… и поразительно знаком.
Вторженец ощущался иначе, но он был похож на Мегатрона. Он был могущественным, но в ином, пассивном плане: его сила и жестокость так же велики, как и небеса, которые он сделал своим королевством и в которых он правил безраздельно и бесподобно столько, сколько Мегатрон знал его… или скорее, его.
Мегатрон остановил свою яростную и мощную атаку настолько быстро, насколько смог, осознав, кто предстал перед ним. Когда-то давным-давно, очарованный бесценными умениями он завербовал это вспыльчивое существо, которое со временем доказало, что достойно стать его заместителем. Порой, очень болезненно для всех участвующих сторон. Тем не менее, Мегатрон не жалел о своем выборе… в большинстве случаев.
Старскрим.
И даже если теперь Мегатрон приветствовал своего гостя гораздо спокойнее, то для Старскрима это мало что меняло.
Он, тот, кто знал больше, чем кто-либо. Он, тот, кто видел вещи до него неосвидетельствованные. Он, тот, кто думал, что никогда более не сможет испытать сильное смятение и липкий страх. Он обнаружил себя в полном шоке и абсолютном ужасе, когда Искра Мегатрона решительно заточила его внутри себя. Его атаковали ощущения настолько сильные, что он не смог даже распознать их, они ошеломили его, не оставив ни единого шанса на ответный удар. Он полностью утратил контроль над ситуацией.
Потеряв сознание, Старскрим внезапно оказался внутри разума Мегатрона, в котором его чувства оказались более менее приглушены. Здесь же, он предстал перед, вне всякого сомнения, ментальной проекцией самого Вождя.
Лидер Десептиконов неспешно приближался, с улыбкой, не предвещающей ничего хорошего, и Старскрим оказался не в состоянии как-либо среагировать. Он застыл, оцепенев от иррационального страха.
Мегатрон, внушительный как никогда, навис над сикером. Его мощная харизматичекая аура излучала силу и полную уверенность в себе (даже в его теперешнем состоянии), настолько ярко, как будто в реальном мире он стоял перед летчиком своем металлическом корпусе.
- Старскрим, - признал его Мегатрон голосом низким и скрипучим. Создавалось впечатление, что он доволен тем, что видел.
И Старскрим молча согласился (но только про себя), что он тоже рад лицезреть старого дуралея. Ему не хватало ненавистного Главнокомандующего. И всякий раз, когда он скучал, сикер страстно желал внезапного появления Мегатрона. Старскрим уж точно бы прекрасно провел время, донимая тирана, а потом забавляться его ответной реакцией: импульсивной, жестокой и такой потешной.
- Мегатрон, - в конце концов, отозвался сикер, слегка кивнув шлемом. Таков был их обычай - приветствовать друг друга, и даже вечность не смогла стереть сей жест из микросхем Старскрима.
- Наконец то! – Заявил Мегатрон, повышая голос, в котором проскользнул укор, - ты соизволил предстать предо мной!
Летчик глянул на него в замешательстве. Нежели Мегатрон ожидал его прихода? Это невозможно. Но потом, он понял: Мегатрон, скорее всего, считал, что ему снится сон, и Старскрим – всего лишь плод его воображения.
Что нехорошо, решил сикер. Если Мегатрон и видел сны с его участием, то они могли быть только жуткими кошмарами для летчика, в которых, он уверен, его корпус повреждали, разрушали, превращали в груду обломков и разрезали настолько мелких кусочков, насколько молекулярная структура вообще позволяла.
- Ты хоть представляешь, сколько раз я убивал Оптимуса Прайма в этих моих нескончаемых видениях? – Спросил Мегатрон распаляясь.
- Нет… - ответил Старскрим, почти по привычке, несомненно, настолько древней насколько их старый «танец», па которого были закодированы в самой Искре сикера, - и сколько?
- Я сбился со счета, - заявил Мегатрон, явно раздраженный своей короткой памятью, - но я знаю, что бесконечное количество раз, и тебя никогда не было рядом!
- Я… я прошу прощения. Должно быть, меня задержало что-то где-то, - предположил Старскрим, подыгрывая. Но следует ли ему продолжать в том же духе, подумал сикер. Не стоит ли ему одернуть Мегатрона? Сказать ему, что он происходящее - не баг программ, что ему пора остановиться и сделать шаг назад. Что он… Они…
- Предатель! – Взревел Мегатрон совершенно внезапно. Потом он ринулся на Старскрима и ударил того прямо в лицевые пластины.
- Что за? – Пошатнувшись от силы удара, воскликнул Старскрим, не ожидавший подобного. Неужели сыграло роль его отсутствие на всех воображаемых битвах Мегатрона и Прайма или… он проследил за взглядом Вождя и поперхнулся воздухом.
Совсем неподалеку, он – другой он, прошлый он – выкидывал Мегатрона из Астротрейна в бездну космоса.
Неужели слияние Искр настолько глубокое, что Мегатрон уже мог беспрепятственно блуждать среди самых сокровенных воспоминаний сикера? Наверняка, иначе он никогда не увидел бы именно это событие.
Старскрим знал, что он не может позволить Мегатрону прочитать его таким образом, даже если Вождь не осознавал того, что он видел. Воспоминания, что содержали в себе секреты будущего (и его прошлого), не должны быть обнаружены. Мегатрон не имел ни единого права просматривать их!
- Это все мираж, Мегатрон! – Вскрикнул Старскрим, стараясь отвлечь внимание Главнокомандующего от трансляции, - это просто фантазия, сон!
Сикер понял слишком поздно, что он более не может рассказать Мегатрону о происходящем. Ни в коем случае нельзя упоминать о слиянии Искр, или его секреты не останутся таковыми. Ему придется притвориться и реагировать так, будто это просто сон, не имеющий ничего общего с реальностью, надеясь, что Мегатрон не придаст происходящему большого значения.
- Какая интригующая фантазия, - задумчиво произнес Мегатрон, осматривая сцену с особым интересом, в то время как нечто, называющее себя Юникроном, переформатировало корпус того Мегатрона из прошлого во что-то очень забавное, выглядящее как деформированная фиолетовая пародия на него самого.
«Узри, Гальватрон!»
«А теперь иди, принеси мне Матрицу»
- Но фантазия, тем не менее, - быстро добавил Старскрим.
«Кто посмел прервать в мою коронацию?»
Мегатрон рассмеялся, потешаясь над сценой. Старкскрим выглядел невероятно глупо на том помосте в столь большой мантии и слишком сияющей короне. И эта, так называемая, великая церемония - уж очень по-сикерски хотеть подобное, – точно плохая комедия, нет, фарс, подумалось Мегатрону.
«Коронация, Старскрим? Нет, это просто фарс!»
«Мегатрон, неужели это ты?»
«Лови подсказку!»
- Тц. Что за напраслина, - прокомментировал Мегатрон уничтожение корпуса сикера мощным бластом из пушки Гальватрона. – Он слишком быстро убил тебя! – Заявил он, не одобряя, - зачем так торопиться, если медленная пытка намного занимательнее! – Закончил Мегатрон, снова смеясь.
В следующем кадре, планета, называющая себя Юникроном, трансформировалась и с великим рыком истинной ярости, набросилась на Кибертрон, разрывая его на части.
И Мегатрон, в ловушке своего полу-активировшегося процессора, был слишком ограничен в мощностях, чтобы осознать, что же такое он видит, и какие перспективы открывает это знание.
- Мегатрон! – Вскрикнул Старскрим. Воспоминание было слишком значимым, нельзя допустить, чтобы военочальник досмотрел его до конца. Поэтому, сикер вцепился в Мегатрона и резко развернул его к себе.
- Я очень сожалею, что меня не было рядом, когда ты сражался с Праймом! – Отбарабанил он первое пришедшее в процессор, чтобы отвлечь Лорда.
Мегатрон некоторое время изучал его, нахмурившись. Сначала, его лицевые пластины не выражали ничего, кроме злости и недоверия, чуть позже, успокоившись, он уставился на сикера в недоумении. Главнокомандующий помаленьку раскрепощался. И Старскрим поймал себя на мысли, очень сбивающей с толку мысли, когда еле заметная незнакомая улыбка внезапно появилась на лицевой пластине Вождя.
Все внимание Мегатрона теперь было на сикере.
- И почему я никогда не мог по-настоящему возненавидеть тебя? – спросил он тихим мягким голосом, рассматривая своего заместителя со странной, не свойственной ему симпатией.
Старсрким удивленно уставился в ответ, не типичные для Вождя эмоции сбивали с толку. Он просто отказывался осознавать то, что услышал, или принимать реальность происходящего. На мгновение, он задумался, а не снится ли ему все это.
- Мегатрон? – спросил сикер, замешательство которого только возросло, когда Главнокомандующий подошел еще ближе.
- Тихо ты! – Рявкнул Мегатрон, полностью сокращая расстояние между ними. Старскрим замер, будто зачарованный. Все предыдущие страхи о раскрытии его прошлого разбились, как хрупкий земной хрусталь, когда Мегатрон резко схватил сикера и зафиксировал стальной хваткой шлем летчика.
Если происходящее – это сон, подумал Мегатрон, тогда что мешает ему получить максимум удовольствия?
Он грубо поцеловал Старскрима, насильно удерживая корпус сикера в сокрушительном объятии.
Интенсивный поцелуй только добавил мощь ощущений, что атаковали Старскрима с самого начала из-за слишком глубокого слияния Искр. От неожиданности и отчаяния от потери контроля и его собственных мыслей от того, что Мегатрон делал с ним, сикер начал терять связь с реальностью, словно он был брошен в торнадо с сорванными крыльями. И, не смотря на то, что летчик отлично осознавал, что произойдет, если он перестанет цепляться за остатки благоразумия, сикер внезапно понял, что ему все равно. Его самоконтроль быстро истончался. Такова была ситуация: ловушка, в которую он оказался пойман, не имела знакомых сикеру выходов. Не было ни боли, ни унижения, просто эгоистическое желание со стороны Вождя. Главнокомандующий до сих пор думал, что он просто спит, и теперь Старскрим сам сомневался в реальности происходящего.
Мегатрон метил его своей глоссой и дентопластинами, полностью погрузившись в поставленную задачу с такой ожесточённой нежностью и яростной страстью, что процессор сикера вконец закоротило, и все присутствующее смятение смыло без следа потоком новых ощущений. Он воспринял поцелуй, вначале, с пассивным согласием, затем, после вайпа жестких дисков от всяких ненужных процессов, позволил себе отвечать на прикосновения с такой же ожесточенной страстью.
Тем временем, их Искры поглощали друг друга все больше и больше. Пока летчик оставался в неведении, некие кусочки кода Искры Мегатрона решительно и непоколебимо пытались преодолеть антивирусные программы Искры сикера, и те одни за другими прекращали свою работу. Когда последняя программа была деактивирована, кусочки кода Искры Мегатрона активировали аналогичные в Искре Старскрима. Начался обмен и перемещение данных и персонального кода между двумя Искрами. Они стали пульсировать в одной амплитуде и с одной частотой, подстраиваясь одна под другую, связывая двух мехов навеки. Как только процесс завершился, Искры, наполненные энергией сверх лимитов, достигли перезагрузки.
На ремонтной платформе каркас Старскрима внезапно свело судорогой, и он выгнулся крайне впечатляюще.
Внутри виртуального мира, сотворенного процессором Мегатрона, Старскрим взвыл и дернулся, когда мощная внезапная волна удовольствия захлестнула его и откинула его на грудные пластины Мегатрона. Лидер Десептиконов задрожал и громко зарычал, задетый тем же энергетическим цунами, разбудившим аналогичное, только более жесткое в Мегатроне.
Спустя некоторое время, все закончилось. Полностью удовлетворенные Искры мирно вернулись в свои камеры, унося с собой столько кода, сколько смогли забрать друг у друга.
Интенсивность перегрузки вывела сикера из стазиса. Он резко принял вертикальное положение, опираясь на локти, и уставился в потолок, оптика расширена и невероятно яркая. Поначалу, системы охлаждения совершенно отказывались функционировать, но стоило им запуститься, сикер выпустил громкий и сильный поток воздуха.
Мегатрон взглянул на Старскрима, в замешательстве, когда сикер в его объятьях внезапно исчез, оставляя Вождя с пустыми серво. Лидер Десептиконов поднял взор как раз, чтобы успеть увидеть остатки исчезающих мемо-файлов летчика: сикер лихорадочно чинит то, что лишь отдаленно напоминает корпус Мегатрона, делая все возможное, чтобы спасти его.
Мегатрон нахмурился.
Не в первый раз с тех самых пор, как сикер появился в виртуальном мире его сознания, в процессор Мегатрона закралось подозрение, что все произошедшие – больше, чем просто сбой систем. Его перезагрузка была чересчур мощной, слишком яркой, оставляя сильное послевкусие. Удовольствие, что он испытал, было слишком интенсивным для обычного поцелуя. И, не смотря на то, что Старскрим исчез, отпечаток электромагнитного поля сикера до сих пор ощущался, слишком осязаемый для простого бага программ.
oOo
Старскрим достаточно быстро пришел в себя после перезагрузки. В то время как Саундвэйв, Тандеркрэкер, Скайварп и Хук пялились на него со смешанными выражениями неодобрения, плохо утаённого смущения и, в случае с Саундвэйвом, притворного безразличия, Старскрим не знал, что делать и как быть.
Он отлично осознавал: они поняли, что только что произошло, и, судя по выражению их лицевых пластин, сикер отлично их развлек своей перезагрузкой на ремонтном столе.
- Ты никогда не был ни с кем до этого, не так ли? – Спросил Хук со знающей ухмылкой.
- Операция на оболочке Искры Мегатрона прошла успешно? – Ответил вопросом на вопрос Старскрим, отказываясь даже думать о том, что произошло.
- Подтверждаю, - прогудел Саундвэйв, - операция успешна. Все важные компоненты заменены. Вероятность выхода Мегатрона из стазиса с течение трех последующих орнов – 87%.
- Великолепно, поздравляю всех с хорошо сделанной работой, - продекларировал Старскрим, обращаясь ко всем присутствующим в ремонтном отсеке мехам, спрыгивая со стола.
- Держи его подключенным к аппаратам жизнеобеспечения и присматривай за ним, пока он не выйдет из стазиса, - проинструктировал Хука сикер.
Старскрим сохранял внешнее спокойствие, не желая показывать, насколько отсутствие контроля во время процедуры и, как следствие, приобретение дополнительных модификаций Искры, потрясли его самого. Потеря доверия из-за подобной мелочи - не самая приятная перспектива.
- И, Саундвэйв, держи меня в курсе всех событий, происходящих на Земле. Ты обязан проинформировать меня немедленно, если что-то необычное или подозрительное произойдет на базе Автоботов. Немедленно, ясно? – Напомнил он офицеру по коммуникациям.
Затем настала очередь Скайварпа и Тандеркрэкера, что только сейчас решили поднять взор на Старскрима.
- Свободны, оба, - прозвучал приказ, - делайте, что хотите до своей смены, но будьте наготове.
- Наготове? Зачем? – Последовал вопрос от недовольного Скайварпа. Он давно желал уединиться со своим свободным от служения временем, да и все эти «состояния полной боевой готовности» - крайне скучное занятие. Раздосадованный приказом Старскрима, Тандеркрэкер занял выжидательную позицию.
- А за тем! – Передразнил воздушный командующий, на ходу сочиняя полуправду, - мне вам напомнить, что мы, то есть Мегатрон, убил лидеров Автоботов? Мы должны быть готовы к их ответному удару.
- Ответному удару? – Хмыкнул Тандеркрэкер, - они понесли большие потери в последней битве. Даже если Автоботы надумают отомстить, им придется особо туго – их стало еще меньше.
- Ну и делайте, что хотите тогда, - ответил ухмыльнувшийся Старскрим. Он подошел ближе к синему сикеру и прошептал:
- Идите в свои кроватки, засыпайте, позвольте Автоботам прокрасться незамеченными и перерезать вам горла, пока вы в оффлайне. – С этими словами Старскрим поднял манипулятор и провел горизонтальную черту по тросам Тандеркрэкера. Синий сикер вздрогнул, представляя энергоновый меч, рассекающий кабели на его шее.
- Помните, - сказал Старскрим, - не смотря на то, что для деактивации одного сикера требуется пять среднестатистических Автоботов, достаточно лишь одного из них, чтобы вскрыть Искру спящего Десептикона.
- Вас поняли, командир, - оба сикера ответили в унисон, в смущении опуская головы, - мы будем наготове согласно Вашему приказу.
- Я всегда знал, что могу рассчитывать на вас, - хмыкнул Старскрим, легко похлопывая каждого из них по плечевым пластинам, - я буду в каюте просматривать рапорты. Если что-нибудь случится, свяжитесь со мной немедленно!
- Как прикажете, - прозвучало в ответ от сикеров и Саундвэйва.
Старскрим кивнул и развернулся, готовясь покинуть помещение. Стоило ему дойти до двери, сикер обернулся и бросил мимолетный взгляд на неподвижную фигуру лидера Десептиконов. Глубоко вздохнув, летчик покинул ремонтный отсек.
Ему позарез нужно было уединиться в тишине и покое, дабы привести свои хаотические мысли в порядок, и, наконец-то, обдумать последствия новой, случайно сформированной связи с самым ненавистным врагом.
Продолжение следует... однажды
28.09.2018
