A/N Ну все дальше пойдут одни Тимкины страдания. Вот таким странным образом я выражаю свою любовь к нему.
Глава 15.
Тим гнал на предельной скорости. В чистом небе светила полная луна. Она ярко освещала пустые и тихие болота. Тим выключил фары, и теперь перед ним простиралась серебристая дорога, уходящая в звездный горизонт. Он не пытался убежать от своих мыслей. Их не было. Он не гнался за адреналином. Он просто наслаждался моментом. Он наслаждался полным отсутствием людей, полным отсутствием жизни. Только луна, ветер, рев двигателя и темнота.
Слезы катились по щекам. Тим не замечал их. Почему он плакал? Просто ветер дул в лицо. Или… Он одинок. Но он хочет этого. Прыткий никогда не признается, но он боится быть один, не хочет быть один, он хочет любить и быть любимым. Он нуждается в любви. В любви только одного человека на свете. И этого человека нет.
Примерно раз в неделю, Тим выскальзывал из постели, даже если в ней был кто-то еще, и уходил. Он садился на своего зверюшку и отдавался власти ветра и скорости. Если бы это могло длиться вечно. Но вот наступало утро. Тим останавливался и встречал рассвет в полной тишине. Солнце медленно поднималось из-за горизонта, постепенно возвращая миру краски. Реальность окружала Тима, он вспоминал кто он, где он и зачем он. Тим окунался в лучи вновь рожденного светила и ждал, пока высохнут слезы. Затем он возвращался домой. Бернштейн уже не спрашивал, где он был. Марк молчал.
Но в ту ночь в болотах не было пусто и тихо. Далекая вспышка привлекла внимание Тима. Он остановился и стал вслушиваться. Еще одна вспышка, и до Тима докатилось эхо выстрела.
Бросив мотоцикл на обочине, Тим побежал по темной дороге. Он преодолел несколько километров за каких-то пять минут. Он давно не бегал так быстро. На обочине стояло две машины. Они были пусты, и те, кто ехал в них, не потрудились заглушить моторы. Тут Тим услышал крик. Он тут же бросился на звук. По пути он достал телефон и вызвал диспетчера. Он шепотом сообщил свое имя и место нахождение. Тут он увидел небольшую поляну. На ней были люди. Тим стал аккуратно подкрадываться. Посреди поляны стоял мужчина. Перед ним на коленях стояла женщина и прижимала к себе ребенка. Было в этой картине нечто знакомое. Женщина умоляла оставить в живых ее дочь. Мужчина молча взвел курок направленного на нее пистолета. Тим понял, что сейчас произойдет непоправимое. В следующую секунду он уже хватал мужчину за руку, отводя ее от цели. Но пистолет все же выстрелил. Женщина вскрикнула и повалилась на бок. Девочка испуганно вскрикнула и отпустила мать. Тим боролся со стрелявшим. Вцепившись друг другу в руки, они боролись за оружие. Наконец, Тим догадался пнуть мужчину в колено. Тот вскликнул, отпустил Тима и, согнувшись, вцепился в подозрительно хрустнувшее колено. Тим же обхватил шею соперника и сдавил его горло. Дождавшись, пока мужчина потеряет сознание, Тим оттолкнул его от себя. Только затем он обратил внимание на окружающих. Женщина лежала без сознания, у нее было прострелено плечо. Тим тут же, скинув куртку, сорвал с себя футболку. Перевязав рану, Тим натянул куртку обратно. Девочка просто стояла, уставившись на мать. Два бриллианта слез застыли в ее огромных глазах. Тим присел перед ней, закрывая собой женщину. «Все в порядке, сейчас приедут медики и заберут тебя и маму домой», - проговорил он ласково. Этот ужас в ее глазах, он был так знаком. Много раз видел он во сне другую девочку, другие глаза, но ужас был тот же. «Не бойся, мама жива, ты жива, плохой дядя не причинит тебе больше зла», - продолжал утешать девочку Тим. Наконец, в ее глазах появилась осмысленность. «Как тебя зовут, деточка?» - мягко улыбаясь, спросил Спидл. «К-катрин», - пробормотала та. «Катрин, какое красивое имя. Катрин у тебя ничего не болит?» Девочка отрицательно помотала головой. «Вот и хорошо». Тим хотел, было встать, но тут девочка стремительно кинулась ему на шею. Обхватив его своими маленькими ручками, Катрин зарылась лицом ему в шею и разрыдалась. Тим обнял ее, укрыв полами куртки. Он поглаживал ее по спине и ждал. В таком виде и нашли их прибывшие на место преступления медики и полицейские.
Горацио узнал о произошедшим только на следующее утро, когда ему позвонил знакомый детектив и объяснил, почему один из его криминалистов опоздает на работу. Кейн не знал, что и делать. Его мучило множество вопросов. Например, как там Тим? Или, какого черта его понесло ночью на болота? И еще, почему он никому не рассказал, что предотвратил убийство, рискуя собственной жизнью? Но когда Тим все-таки появился в лаборатории после обеда, Горацио, конечно же, ничего не сказал, только одобрительно похлопал по плечу. Алекс не стала стесняться. Этот серьезный разговор состоял в основном из вопросов, касающихся их с Марком отношений. Тим знал великую силу слухов, поэтому не стал делать огромные глаза и отнекиваться. Убедив Алекс, в том, что они с Бернштейном не ссорились, Тим попытался уверить ее, что ночные поездки на мотоцикле для него дело привычное, а значит не опасное. Упомянув о том, что делает так чуть ли не с шестнадцати лет, Тим тут же пожалел о том, что открылся настолько. Алекс понимала, что зашла очень далеко и не стала настаивать. С Меган Тим был аккуратнее, поэтому отделался от нее быстрее.