Глава 2. Хаос
Двадцатипятилетний Гарри Поттер застонал, придавленный рукой к полу так, что аж в глазах звездочки мелькали.
- Черт побери, сдаюсь! - прохрипел он, тяжело дыша, и руку все-таки убрали. Кошачьи голубые глаза искрились смехом, выдавая веселье владельца. Заправив за ухо своего спарринг-партнера золотистую прядь, Гарри оттолкнул его ногой и повторил: – Черт.
Блондин изящно встал, отряхивая с брюк несуществующую пыль: - Я, конечно, прошу меня извинить, Хаос, но тебе никогда не победить.
- Ну и что, - фыркнул тот. - Учитывая, что у меня, в отличие от тебя, за спиной только десять лет обучения, я вполне неплохо справился, - Гарри поднял кинжалы, оброненные в бою, и вложил их в ножны: одни были на бедре, у всех на виду, другие удерживались магией на спине, скрытые длинными волосами. Вставая, он опять застонал и поморщился, когда хрустнуло несколько суставов.
Данте Пирс был самым лучшим бойцом Цитадели Теней*, и, пожалуй, самым безжалостным. Он тысячелетиями изучал боевые искусства многих стран мира. Его обучение состояло в избиении новичков до тех пор, пока они не смогут давать отпор. Несмотря на свою популярность, за последнюю сотню лет он взял всего лишь двух учеников, и потому Гарри был очень признателен за предоставленную возможность. Тем не менее, каждая тренировка оканчивалась ссадинами и ранами, которые еще долгое время не давали ему нормально передвигаться.
- Если бы ты согласился на полное изменение, Хаос, то тебе было бы намного легче в бою. Именно твоя потребность в кислороде дает мне преимущество.
Гарри еще раз кинул взгляд на совершенно невозмутимого блондина, приводившего в порядок ногти так спокойно, будто не он минуту назад надрал задницу своему ученику. О, как же юноша порой проклинал себя и вампиров заодно, игнорируя тот факт, что сам технически являлся одним из них.
Как любезно указал его спарринг-партнер, он не был вампиром в общепринятом смысле. Нормальные вампиры не дышат, и уж конечно, после часовой тренировки они не чувствуют себя жертвами грузовика. Но принятая кровь лорда Цитадели передала Гарри лишь некоторые преимущества ночного народа.
Ему требовалась кровь, она давала ему скорость и силу, которые он упорно развивал все эти десять лет. Он был немного разочарован, узнав, что на такие способности никак не влияет вампиризм, хоть и гордился достижениями нескольких последних лет. Даже после изменений он продолжал жить - в самом прямом смысле этого слова. Его раны затягивались ненамного быстрее, чем у человека, а потребность в кислороде постоянно мешала превзойти наставника. Но была и положительная особенность: ему нравился дневной свет, и он не хотел от него отказываться, а так приходилось поступать всем новоинициированным вампирам в первые несколько сотен лет.
Его изменили частично, чтобы провести в Цитадель: только люди с кровью бессмертных могли ступить в ее тень. Это было идеей Валериана - сделать его чем-то наподобие помеси. Вампир хотел изменить его в тот же день, как они встретились, но Гарри был непреклонен: кому захочется оставаться целую вечность в теле щуплого пятнадцатилетнего подростка?
Он покачал головой: - Нет, я всем доволен. Этого достаточно для того, что я должен совершить.
Со стороны Данте послышался странный звук, сошедший бы за фырканье, позволяй он себе хоть иногда плебейские замашки: - Как скажешь.
- Пора идти, Валериан ждет меня в солярии. Завтра я уезжаю.
Блондин скосил глаза: - Ты вернешься?
- Может быть, - растягивая слова, ответил Гарри. Он действительно не знал, дадут ли ему шанс вернуться по завершении всех дел. Ему нравилось в Цитадели Теней, но никто не может предугадать, что случиться с ним в смертном мире. Гарри хотелось думать, что он переживет грядущее противостояние, но когда это его желания сбывались? Никогда. Может быть, в нем говорило забитое детство, но он не верил в сказки. - Но я выйду на связь, как только нагоню это время...
Гарри бросил последний взгляд на Данте и, тихо посмеиваясь, вышел из комнаты. Как он до сих пор выжил? Он с трудом мог вспомнить свою прошлую жизнь, а теперь ему опять придется в нее окунаться. Обойдя группу гномов, он с ухмылкой на губах кивнул одному из них. Вся его жизнь монументально изменилась с тех пор. Он ни разу не пожалел, что последовал за человеком, встреченным на одной из улочек Суррея, пусть это и перевернуло его жизнь с ног на голову.
Мерлин, он был весьма доволен тем, как все сложилось.
~ Ретроспектива ~
Пятнадцатилетний Гарри Поттер шел за высоким человеком, маркизом Валерианом, через запутанные лабиринты коридоров. Конечно, Цитадель Теней была не столь внушительна, как Хогвартс, но он еще ни разу не испытывал волн магии, подобных тем, что окутывали его сейчас. Зловещие и темные, они пронизывали все пространство вокруг. То ли это было результатом его обостренной чувствительности, то ли так на него влияла новая реальность, в которой он оказался лишь неделю назад. Возможно, он просто еще не привык.
- Ну, лапушка, если ты собираешься когда-нибудь вернуться в смертный мир, мы должны собрать ингредиенты для зелья.
- Собрать? - переспросил Гарри, приподнимая брови. - Что вы имеете в виду?
Валериан обернулся. На его губах играла ухмылка, обнажающая один клык: - Ничего особенного.
Холодок пробежал вниз по спине Гарри.
- Ах, мы пришли. Познакомься с Дугалом Фрейзером, - властно сказал Валериан, махнув рукой в сторону высокого рыжеволосого мужчины. - Он - наш штатный зельевар, и соберет ингредиенты, необходимые для твоего возвращения после обучения.
Гарри насторожено следил за мужчиной. Для пятнадцатилетнего его рост в четыре фута был нормальным, но по сравнению с семифутовым гигантом, он чувствовал себя карликом: - Хмм, рад знакомству.
Валериан дал ему подзатыльник: - Ты больше не будешь говорить "хмм", как какой-то простолюдин! Заново!
- Рад знакомству, - повторил Гарри, сквозь зубы. За прошедшую неделю он уже привык к придиркам и не спорил с вампиром. В конце концов, он прекрасно знал, что проиграет упорству Валериана.
- Молодец, лапушка.
Гарри ненавидел это прозвище: создавалось ощущение, что он все еще ребенок. Он уже развернулся, намереваясь возмутиться, но тут перехватил злорадный взгляд, заставивший его отступить на шаг: - Хммм, по... почему вы так на меня смотрите?
Усмешка Валериана стала шире, он поднял руку с зажатым в ней церемониальным клинком.
Гарри вытаращил глаза. Он все еще не знал, что за "ингредиенты", но точно был уверен - будет больно.
оОоОо
- "Гарри" звучит по-мещански.
Прожив в Цитадели полгода, и слыша все время гадкое прозвище "лапушка", он решил возмутиться: - У меня есть имя, данное мне родителям.
Валериан закатил глаза: - Мне все равно. Возможно, в мире смертных оно и годится, но здесь звучит столь же уныло и безжизненно как труп. Нужно новое имя, и я сам его тебе дам!
Гарри передернуло.
Самовлюбленный вампир вышагивал перед своим столом, в задумчивости постукивая по подбородку пальцем: - Какой бы выбрать язык, а? Может быть, французский? В конце концов, я там родился.
Гарри представил, как всю оставшуюся жизнь его называют чем-то наподобие "Chouchou"*, и передернулся: - Нет, благодарю.
- Тогда итальянский? В прошлом столетии я провел там массу времени - прекрасное место, скажу я тебе.
Гарри наклонил голову: - Да ты что?
Валериан махнул рукой: - Тише. Нет, итальянский тебе не подходит, - он кружил вокруг Гарри как большая хищная птица. - Ты так похож на моего любовника, жившего в конце пятнадцатого столетия. Гордец, но заботился о близких. Революционер, желающий только одного – свободы для своего народа... - вампир печально вздохнул.
Гарри неловко потоптался на месте и отвел взгляд: - Хмм… и какое это имеет отношение к моему новому имени?
Это замечание вывело Валериана из задумчивости, он смущенно улыбнулся: - Прошу прощения, лапушка. Я окунулся в воспоминания. Как я уже говорил, ты напоминаешь мне его. А его звали Myllakka*, Сеющий Хаос. И это имя тебе очень подходит, я уверен ты принесешь хаос в Магический мир. Финляндия - такое красивое место. Я там провел триста лет, и считаю ее своим вторым домом.
Брови юноши удивлено приподнялись, он никак не ожидал от такого ветреного человека достойного имени. Медленно улыбка расползлась по его лицу: - Хаос. Мне нравится.
оОоОо
- Здравствуйте, мистер Пирс. Валериан сказал, вы согласились обучать меня боевым искусствам?
На самом деле, Валериан сказал, что это самый лучший из ныне существующих воинов, взрастивший самых известных бойцов последних нескольких столетий. И теперь, стоя перед ним, Гарри немного волновался. Конечно, магические дуэли тоже были хороши, но для него - слишком медлительны. Данте не был столь высок, как некоторые, вероятнее - не выше шести футов, но комплекция придавала ему мощи. Золотистые волосы волнами струились по лопаткам, а блестящие голубые глаза пристально изучали его, будто нечто отвратительное: - Хн.
Гарри продолжил: - Наверное, нам стоит обсудить график?
Блондин моргнул.
- Или можем приступить сразу же? Мне не терпится начать.
Тот игнорировал его, разглядывая свои руки.
- Вы умеете говорить?
- Да.
- Тогда, почему молчите? Валериан сказал, что вы согласны, но если это не так...
Данте изогнул бровь.
- Вы мне ответите или как?
- Хн.
- Аргх! Не бесите меня!
- Вы будете приходить в этот зал в четыре часа утра. Каждое утро.
Гарри проглотил разочарованный рык, немного побледнев от холодного командного голоса: - О… Ну, ладно.
- Сэр.
Гарри сглотнул, вглядываясь в совершенно равнодушное лицо человека - нет, вампира. Он повидал на своем пути многих людей, скрывавших свои эмоции, но никто не делал этого столь мастерски. Большинство прятало под ухмылкой смех, а раздражение под хмурым взглядом, но, во имя Мерлина, этот мужчина будто был сделан из камня! С другим бы он просто съехидничал, но как прикажете реагировать в подобной ситуации? Совершенно нечитаемый субъект.
Он еще раз сглотнул: - Д... Да, сэр.
Хотя ни один мускул на лице блондина не дрогнул, но Гарри почему-то подумал, что он ухмыляется.
оОоОо
Валериан зарычал на молодого вампира, посмевшего бросить ему вызов. Гарри затаил дыхание, наблюдая за разъяренным, впервые на его памяти, наставником. Тот будто сиял своим гневом: загорелая кожа отливала бронзой, золотистые глаза сверкали. Молодой вампир, решил он, полный дурак, раз продолжал стоять, дерзко вздернув подбородок. Даже то, что его стриженные красновато-каштановые пряди слегка развивались от исходящих волн силы Валериана, не удерживало выскочку.
- Ты с годами растерял свою хватку, старик. Нужна новая кровь! Ты стал слишком мягок, даешь пристанище оборотням и этому своему человеческому любовничку, который возомнил о себе невесть что. Цитадель для бессмертных, а не их бледных подделок!
Валериан угрожающе оскалился, Гарри застыл на месте: - Тогда попробуй занять мое место, Чайлд.
Гарри с благоговеньем смотрел, как его наставник легко, без видимых усилий, отбивал атаку. Он плавно, будто в танце, кружил вокруг младшего вампира. Это так не походило на обычно несерьезного Валериана, что Гарри аж дыхание затаил. Лорд вампиров будто сошел с картинки магического учебника: весь такой угрожающий и контролирующий каждое движение. Качества, которые Гарри хотел в себе развить. Теперь он понял, почему все живущие в Цитадели так легко подчинялись Валериану. И почему все глазели на самого Гарри с нескрываемой завистью и обидой, но никогда не шли против него.
Валериан перекувыркнулся назад, уходя от атаки, что привело его противника в бешенство и вырвало Гарри из задумчивости. Лорд вампиров неуловимым движением выхватил из ножен на поясе клинок и полоснул по ладони. Даже нападающий остановился и с удивлением смотрел, как капля крови падает на пол. Не теряя времени, Валериан хлопнул раненной рукой по земле и с кончиков его пальцев сорвались молнии чистой магии. Когда он поднялся, спектр цвета сконцентрировался под его ладонью.
Огромная черная лисица, оскалившись и поблескивая кроваво-красными глазами, встала возле него. Ее глаза напомнили Гарри о Волдеморте. Послышался щелчок пальцами, и зверюга прыгнула на молодого вампира, вгрызаясь в его шею с отвратительным хлюпающим звуком. Эта сцена заставила Гаррин желудок взбунтоваться. Когда ему было семнадцать, он видел смерть... но это было подлинным ужасом. Зверством.
Тем не менее, он не мог не признать грандиозные способности Валериана. Мог ли он стать таким же?
Он все еще был под сильным впечатлением, когда лорд вампиров потащил его в тень, чтобы потом переместить в их комнаты. Затем на него укоризненно посмотрели и подтолкнули в сторону ванной, попутно упоминая душ и последующий обед.
Стол накрывали медленно, и Гарри нетерпеливо ерзал на стуле, ожидая момента, когда можно будет заговорить. Сегодня подали куропаток, отметил он, чуть хмурясь. Так экстравагантно. По крайней мере, компания была отменной. Каждую ночь в течение всего прошлого года, он обедал вместе с Валерианом и не уставал поражаться тому, как хорошо они друг с другом ладят. Он никогда не стремился к общению, но упрямый вампир настойчиво выколупывал его из раковины отчуждения. Иногда он даже был этому рад.
Наконец слуги вышли из комнаты, оставляя Гарри усмехаться, наклонившись над тарелкой:
- Великий Мерлин, ты сегодня был великолепен, Вэл! Как ты это провернул? Давай, рассказывай! Как ты сделал это без волшебной палочки?
Валериан слегка усмехнулся: - Это вампирская магия, лапушка, Магия крови. Справедливо относится к Темным искусствам. И нет, ты не сможешь повторить за мной прямо сейчас, у меня ушло на призыв больше ста лет. И это притом, что я был вундеркиндом. Тебе понадобится лет двести. И нет, я не буду тебя обучать, потому что твоему телу потребуется несколько десятилетий, чтобы освоить мои скорость и ловкость. Вампир автоматически не получает таких способностей, а должен постоянно развивать их так же, как и ты это делаешь. Однако, мне приятна твоя реакция... я специально для тебя устроил это представление, - он подмигнул, беря со стола приборы.
Гарри нахмурившись, пытался проигнорировать поднимающийся к лицу жар: - Тогда... я как понимаю... никаких животных?
- Нет, - ответил Валериан с озорным смешком.
- Никаких теневых передвижений?
- Нет.
Гарри надулся: - Иди в задницу!
Вампир, посмеиваясь, глянул на него искоса: - Это предложение, лапушка? - от этих слов он вспыхнул, что заставило Валериана улыбнуться еще шире.
оОоОо
- Вэл! - кричал двадцатилетний Гарри, проходя по многочисленным залам, игнорируя бросающихся врассыпную эльфов. За пять лет, проведенных им в Цитадели, все уже знали, что если он в плохом настроении, стоит держаться подальше, чтобы не навлечь неприятностей со стороны маркиза. Ему могло сойти с рук даже убийство, так как по слухам, он был не только близким другом Лорда Теневого мира, но и его любовником. Конечно, он понемногу завоевывал уважение вампиров, но многие его воспринимали как приложение Валериана. Не то чтобы его это беспокоило. Но все же...
Зеленые глаза сверкнули, магия вспыхнула осязаемой яростью. Гарри ворвался в кабинет Валериана, оставляя дверь нараспашку: - Вэл!
Вампир несколько раз моргнул и, склонив голову, опустил перо в чернильницу: - Что случилось, лапушка?
- Сумятица. Это чертово имя имеет другое значение!
- О чем ты толкуешь, мой дорогой?
Гарри мрачно нахмурился: - Как ты и просил, я был на встрече с европейской делегацией оборотней. Меня представили, как Myllakka, на что все начали надо мной ржать! Ты говорил, что имя переводится как "хаос"!
- Ну, да, - он на несколько минут замолчал. - Так было в пятнадцатом веке. И что тут не так?
Гарри принялся методично биться головой об столешницу: - Я похож на идиота, бегающего с именем, означающим "безалаберщину". Хочу другое!
Валериан легко шлепнул его: - Нет. Myllakka - это то, кто ты есть!
- Myllakka – имечко для слюнтяев! Я не хочу слышать смешки за спиной! И ведь знал, что не стоило поддаваться на твои уговоры!
- Это сильное имя, в прошлом бывшее широко известным, и пока твои противники не говорят по-фински, оно остается сильным именем! Так что перестань ныть, глупый мальчишка.
Гарри еще раз стукнулся лбом об стол.
оОоОо
- Я хочу подстричься, - проворчал Гарри, раздражено откидывая за плечо прядь волос, попавшую в тарелку.
Валериан впился в него взглядом поверх кубка: - Нет.
- Да ладно тебе, Вэл! С такими длинными волосами неудобно драться. Да и не только в спарринге они мешают... В конце концов, я смахиваю на чертову девчонку - с такой-то шевелюрой!
Вампир проигнорировал его с привычной легкостью и повел плечами: - Не начинай, лапушка. Длина волос свидетельствует о статусе, и ты отрастишь их до поясницы. Не пристало моему наследнику ходить с тем вороньим гнездом на голове, с которым ты сюда прибыл.
- Я не хочу подстригаться до изначальной длины, просто укоротить немного! Что, мне уже нельзя такую же прическу, как у Данте? А то они постоянно лезут в лицо.
- Я научу тебя чарам, чтоб не лезли. У меня самого почти пятьсот лет были такие волосы, и я знаю, что ты можешь с ними справиться. Данте не благороден, и его уважают за мастерство боя, это его достоинство. Ты же - будущий наследник, вращающийся в определенных кругах. И было бы замечательно, если бы ты сам добивался своей цели, чтобы потом не говорили, будто тебе в этом помогли.
Гарри подпер голову рукой: - Ты такой зануда, Вэл.
- А ты такой нахал...
- Да, но ты меня и таким любишь, правда ведь?
Драматический вздох: - Как же иначе, Хаос, мой лапушка.
Гарри улыбнулся, хотя и знал, что они точно не любили друг друга, просто испытывали чувство привязанности и здоровой жажды. Их отношения были временными, но он действительно заботился о Валериане. Мужчина был так не похож на тех людей, которых Гарри раньше встречал... такое интересное сочетание игривого высокомерия и совершенной сумасбродности. В свои двадцать два, чего он мог еще желать?
- Значит, мне нельзя их обрезать?
Блеск в глазах стал единственным ответом.
~ Конец ретроспективы ~
Двадцатитрехлетний Гарри полагал, что первый раз в жизни найдя свое счастье, никому не позволит его разрушить, даже ради спасения мира. Но сейчас, в двадцать пять, он был в тупике. Этот самый мир требовал его вмешательства, верно? Гарри встряхнул головой, отвлекаясь от своих мыслей, и прибавил шагу. Несмотря на накатившую сентиментальность, ему вскоре придется вернуться в 1995 год. Это был изначальный план, и гордость не позволит ему от него отступить.
Валериан встретил его приветливой улыбкой, вызвавшей у Гарри неохотную ответную ухмылку. Привычным жестом закинув непослушный локон за плечо, вампир встал: - Ах, Хаос, лапушка. Я уж начал волноваться, что ты про меня забыл.
- Данте решил, что я сильно отстал от плана тренировок... и потому пинал мою задницу до победного конца.
Улыбка Валериана стала озорной, когда он подобрался к Гарри ближе: - Не вижу серьезных ранений. Ни кровоточащих ран, ни явных переломов... Выглядишь даже лучше, чем год назад.
Юноша на сей раз улыбнулся искренне: - Надеюсь на то.
Валериан прикрыл глаза и жестом указал Гарри на диван рядом с собой. Он передал стакан бренди своему протеже, и уткнувшись взглядом в золотистую жидкость, спросил: - Ты уходишь?
- Ты же знаешь ответ.
Послышался нехарактерный ему горький смех: - Ах, да. Спаситель Магического мира, не так ли?
- Именно, - Гарри медленно потягивал напиток, при первом глотке опаливший горло своей крепостью. - Но вот только кого я буду спасать?
Он знал, что больше не был тем отпрыском Света, которого из него пытались вырастить, и теперь готов был штурмом взять Магический мир. Будучи наполовину вампиром, а значит - склонным к Темной магии, он был очень далек от идеального образа Золотого Гриффиндорского Мальчика. Юношеский максимализм больше не ослеплял его, он не боялся мнения окружающих, так что весь гребаный мир может катиться куда подальше. Единственной причиной, по которой он возвращался к смертным, были проклятое пророчество и его неусыпная вдвойне проклятая гордость. Кроме того, Дамблдора просто необходимо остановить.
О, все же он не видел в старике злого гения. Он был глубоко нравственен и справедлив и вынашивал замечательные планы для волшебников и ведьм... в чем и заключалась проблема. Все, как послушные крысы гамельнского дудочника*, следовали его указаниям и подчинялись его канонам о Добре и Зле, и никто не имел права на собственное мнение.
Один шаг влево, и вас уже считают Темным.
Его планы, несомненно, продиктованы благими намереньями, но никто не учитывал их результатов. Почему Сириуса с легкой руки заключили в Азкабан? Дамблдор был председателем Визенгамота, и конечно же знал множество Заклинаний истины, почему он не потребовал применения хотя бы одного из них? Конечно, Веритасерум тогда еще не был изобретен, но уже были способы узнать - лжет человек или нет. Им бы даже не потребовалось выслушивать всю историю произошедшего, а потом ее проверять, достаточно было просто спросить и получить однозначный ответ: да или нет. Легко. И все же этого не было сделано.
С другой стороны Волдеморт. Псих с манией величия. Даже если принять все меры предосторожности, заключая союз с убийцей своих родителей, что скажет на это общественность? Но у него не было иных шансов выжить в одиночку. В Магическом мире он не будет один, и потом, его будут бояться как вампира и переметнувшегося на сторону Тьмы бывшего героя Света. Он нуждался в поддержке, и единственным, у кого мог ее найти был Волдеморт. И он потом придумает, как разобраться с последствиями.
Помимо всего прочего, он был в чем-то согласен с философией Темного Лорда. Конечно, в его плане было много недоработок, но волшебники и ведьмы должны прекратить скрещиваться с маглами, ведь рано или поздно это приведет к вымиранию магии. Это все равно, что разрешить дорогой чистокровной суке якшаться с дворнягами... Через несколько поколений чистая кровь разбавится слишком сильно, порода вымрет. Однако в логике Волдеморта прослеживалась фатальная ошибка: он хотел уничтожить всех маглокровок, а это глупо. Им нужен приток свежей крови.
Но он отвлекся...
Путь Дамблдора закончится упадком Магического мира... поэтому Гарри намеревался лично убедиться, что этого не произойдет. В нем взыграл комплекс героя и истинного гриффиндорца.
Он вздохнул и встретил взгляд золотистых глаз: - Ты уверен, что не хочешь пойти со мной?
- Ты уже знаешь ответ, - ответил Валериан тихо. - Я должен присматривать за Цитаделью. Ты мой преемник... Мы не можем оба уйти, бросив все. Если я уйду, то выскочки соберут толпу и попытаются захватить власть. Мы не можем себе этого позволить.
- Ты прав. Но... - Гарри вздохнул, уставившись в пол. - В этом уравнении слишком много неизвестных. Насколько я знаю, я могу умереть задолго до возвращения в это время.
Валериан нахмурился: - Ты думаешь, я бы позволил тебе вернуться в прошлое, зная, что к этому моменту ты будешь мертв? Никогда.
- Да, я в курсе, что ты все знаешь, всемогущий ты наш... - юноша пошевелил пальцами, саркастично ухмыльнувшись.
Он удивился, увидев угрюмый вид и нахмуренные брови: - Я далек от всемогущества, лапушка, и полагаю, ты давно это понял. Во многих отношениях ты более силен, чем я. Меня связывает закон моего статуса. Судьба* оставляет власть в моих руках, пока я соблюдаю принятые правила, но в большинстве случаев они связаны, даже если я желаю что-то предпринять. Мне не позволено делиться знаниями о вашем мире, и спасать тех, кто должен умереть. Я не могу вмешиваться в дела смертных, если это перепутывает нити Судьбы. Ты же знаешь, за мой пристально следят с того самого момента, как я впервые вмешался в твою жизнь. Многие были очень этим возмущены. Думаю, еще одна подобная оплошность, и я потеряю свое положение. Ты разве этого не понимаешь, Гарри?
Валериан никогда не называл его этим именем, и это послало холодок по спине Гарри. Он перевел взгляд на сад за окном, искусственный солнечный свет лег на его щеку, и дерзкая улыбка понемногу стала таять: - Я знаю, Вэл, правда. Но все же, мы не можем прогнозировать события...
- Ты прав. Но даже если мне и запрещено обсуждать дела смертных, я отлично осведомлен обо всем, что происходит в твоем мире. И я не послал бы тебя на смерть.
Гарри, все еще не спуская глаз с окна, сжал руку Валериана в своей, переплетая пальцы: - Даже ты не в силах увидеть будущее, Вэл. Возможно, прошлое, бесспорно - настоящее, но игры будущего скрыты.
- Тогда просто отлично, что ты возвращаешься в прошлое, не так ли? - Вампир встал и встретился глазами с юношей. Надменное лицо исказилось знакомой ухмылкой. - Ну, пошли обедать. Это наш последний обед, ты должен надолго его запомнить.
- Звучит заманчиво, - Гарри встал и, не обращая внимания на подавленность, улыбнулся: - Спасибо, Вэл.
Валериан резко остановился и развернулся: - Но сначала ты должен принять душ, а то пахнешь как давно сдохнувшее животное.
Гарри поспешил последовать совету.
оОоОо
Пальцы Гарри конвульсивно сжались в темных волосах, судорожный вздох сорвался с губ. Ему будет не хватать этих странных отношений. Каждый мазок губ зажигал под кожей пожар, но тут же его остужал холод заботливых рук.
Золотистые глаза в лунном свете меняли свой оттенок, стоило посмотреть под немного другим углом. Гарри выгнулся под прикосновениями и укусил плечо партнера. Это была последняя ночь, завершающая семь лет их необычных отношений. И он каким-то внутренним чутьем осознавал, что больше не вернется сюда, и с каждым поглаживанием, каждым ласковым шепотом, понимал, что Валериан тоже это чувствует. Может быть, он и попытается вернуться, но это произойдет очень нескоро.
Ни у него, ни у Валерина никогда до их встречи не было нормальных отношений. Они во всем дополняли друг друга, их что-то связывало с момента самой впервой встречи. Остальные обитатели Цитадели считали это странным: у Валериана раньше не было настолько близких компаньонов. Любовники - да, даже друзья... но никого, похожего на Гарри.
Все началось, когда ему исполнилось семнадцать - лорд решил избавить его от ненужной девственности, и продолжалось до сегодняшнего дня. Это не было любовью. Скорее - всепоглощающей жаждой, когда простой взгляд зажигал в их душах адское пламя, со временем переросшей в крепкую дружбу. Если бы они совершили ошибку, подпитав это пламя, то со временем сгорели бы в нем.
Прохлада ночного воздуха обласкала разгоряченную кожу Гарри. Его дыхание стало прерывистым, руки и ноги сжались в попытки притянуть Валериана ближе. Иногда он задавался вопросом, почему они никак не называли свои отношения, ну например - влюбленностью. Почему это не переросло во что-то большее. И спрашивал себя, если он когда-нибудь вернется сюда и пройдет полную инициацию, то будет ли согласен и дальше на эту связь? Станет ли он счастлив?
Нет, он хотел иного, большего. Он подозревал, что должно быть что-то большее. Что-то вроде огня, который никогда не погаснет, но и не сожжет душу.
Оргазм внезапно промчался по телу, и Гарри впился пальцами в плечи возлюбленного, царапая нежную кожу ногтями, чувствуя ответную дрожь.
Он не знал, что уготовило для него будущее, но это и не имело значения. Он жил этим моментом, глядя в золотистые глаза.
оОоОо
Проведя десять лет в Цитадели Теней, он понял кое-что: была огромная разница между словами "жить" и "существовать".
Существование означало простое бытие. Состояние тела, не прекращающего функционировать, но без должного контроля ума.
С другой стороны, жить... Гарри очень хотел жить. Все эти десять лет попадали под формулировку "жить", и он жаждал большего. Желал испить жизнь до дна во всех ее проявлениях. Иногда все его существо противилось возвращению в прошлое.
Он тяжело вздохнул и засунул руку в карман, перебирая пальцами лежащие в нем пузырьки - разлитые в небьющиеся склянки зелья Дугала Фрейзера, которые ему приказал приготовить Валериан много лет назад, по прибытии Гарри в Цитадель Теней. Тогда они взяли приличное количество его крови и позже объяснили, как все это будет работать. Если он выпьет черное зелье, названное "Регрессом", то вернется в тот возраст, когда были собраны ингредиенты. Второе зелье, флуоресцирующее оранжевое, под названием "Возвращение", обратит его к истинному состоянию. Самым интересным было, что зелье Регресса действовало всего неделю, он должен будет следить за временем. Запасенного хватит и на сотню преобразований, но он надеялся использовать его пореже. В конце концов, он испытал его недавно, и это совсем не было приятным опытом.
Сейчас он стоял в одном из переулков Лютного, скрытый тенями и надвинутым на лицо капюшоном, поджидая кого-нибудь из Пожирателей Смерти, что бы обеспечить себе входной билет к Волдеморту. Этот план показался ему лучшим из всех придуманных. Он не волновался, что его узнают в нынешнем виде: никто не ожидает увидеть довольно высокого молодого человека с длинными до пояса волосами и холодными яркими глазами. Даже те, кто знал его близко, вероятно будут в затруднении, не то что остальная магическая общественность, которая признавала его только при виде шрама. А этот самый явный из признаков прошлой его жизни был скрыт волосами.
Так же он не хотел, чтобы кто-нибудь в переулке признал в нем вампира. Людей питал врожденный страх оказаться внизу пищевой цепочки, свойственный человеческой натуре.
Оставалось двадцать четыре часа до того момента, как его младшее подобие покинет Прайвет Драйв. Целый час он подпирал стену, ожидая хоть какого-нибудь признака Пожирателя Смерти. Они что, ушли в подполье после нападения на Министерство? Черт, он надеялся, что нет! Вздохнув, он встал поудобнее: ожидание затягивалось.
оОоОо
Люциус Малфой был абсолютно разбит. После Азкабана он чувствовал недомогание, его репутация была полностью уничтожена, а банковский счет - заморожен. Как посмел этот мальчишка Поттер так с ним поступить? Если бы не связи в Министерстве, то он до сих пор гнил бы в собственном дерьме в одной из камер!
Он с врожденным апломбом шел рядом с сыном по Косой аллее, стараясь не обращать внимания на шепотки за спиной. Приличное общество его теперь избегало, но он не был бы Малфоем, если бы показал, что ему на это не наплевать. Все эти люди всего лишь букашки под его сапогами, и он не доставит им удовольствия, продемонстрировав свою нынешнюю ничтожность. Пусть говорят, но когда к власти придет Темный Лорд, они все будут валяться в его ногах.
Он оставил Драко в магазине мадам Малкин, а сам тем временем отправился к Борджину. Пухлый хозяин магазина постоянно припрятывал от любопытных глаз Министерства кое-какие темные вещицы. По приказу повелителя он должен был забрать определенную книгу, и неважно, что Люциус был от этого не в восторге. Лучше пусть плохое настроение будет у него, чем у Темного Лорда.
Потому что, когда Волдеморт не в настроении, то и всем вокруг нерадостно.
Все еще ведя внутренний диалог и игнорируя окружающих, он накинул на голову капюшон, проходя угол Косой аллеи и Лютного переулка. Конечно же, он не заметил пристального взгляда, следящего за каждым его движением, и не придал значения инстинкту добычи, находившейся под прицелом хищника. На самом деле, Люциус даже не успел среагировать, когда его прижали к стене, заведя руки над головой. Лицо нападавшего было почти полностью скрыто, когда наклонившись и самодовольно усмехаясь, он начал шептать ему: - Ну, привет, Люциус. Прости мои ужасные манеры, но мне кое-что от тебя нужно - аудиенция с твоим хозяином. Сейчас.
Люциус ухмыльнулся, поворачивая голову и утыкаясь в черные волосы: - Как будто я подчинюсь, только потому, что вы меня поймали. Отпустите, вы, отвратительный кретин.
В ответ послышалось тихое хмыканье, и горячее дыхание опалило его ухо, заставляя вздрогнуть: - Ах, Люциус... Ты же не хочешь, чтобы что-то случилось с твоим хорошеньким наследником, не так ли? Думаю, в твоих интересах аппарировать нас к Темному Лорду, и поживее... прежде, чем твой снобизм заставит меня потерять терпение.
В этот раз дрожь Люциуса была вызвана отнюдь не удовольствием. Он бы не обратил внимания, если бы угрожали ему лично... но его сын был продолжателем рода Малфоев, и он не позволит чтобы с ним что-то случилось. Да и чувство самосохранения было в крови слизеринцев. Его лицо исказила усмешка: - Готовься сдохнуть.
- Ах, - произнес низким голосом таинственный человек, немного отодвигаясь. Теперь можно было разглядеть его ярко-зеленые глаза с серебристыми точками. - Давай посмотрим, хмм?
Люциус скрипнул зубами и аппарировал их обоих к поместью Риддла.
оОоОо
Гарри был доволен. Мало того, что он наконец-то нашел Пожирателя Смерти, так им еще и оказался Люциус Малфой. Он подавил в себе желание немедленно разузнать, как аристократу удалось избежать Азкабана, и просто наслаждался подергиванием тела в своей хватке. Нет, он, конечно, ненавидел этого придурка с его заоблачным самомнением и исковерканными идеалами... но черт побери, мужчина был красив. А Гарри любил красивые игрушки.
Но сейчас у него были дела, поэтому бросив в красавчика Petrificus Totalus, он поправил капюшон мантии и направился к дому. Он прекрасно осознавал, что блондин может попробовать отомстить, но убийство одного из Пожирателей Смерти вряд ли обеспечит благосклонность Волдеморта.
Гарри потер лоб, прежде чем понял, что сделал. Шрам опять начал зудеть. Кровь вампира подавляла видения и боль, но оказалось, что между ними все-таки какая-то связь осталась. Он позволил интуиции вести его по извилистым темным коридорам, мимо комнаты заполненной Пожирателями Смерти в полном обмундировании. Некоторые из них переправляли из одной комнаты в другую какие-то бумаги, остальные просто болтали. Все это напоминало странную вечеринку. Интересно, какой совокупный коэффициент умственного развития у этой группы? Гарри вздохнул и начал пробираться по стеночке к двери. Хорошо, что он в своей черной мантии практически сливался с толпой. На него никто даже внимания не обратил.
Если честно, то он все еще не был уверен, как поступит дальше. С одной стороны, он может сразу обнаружить себя. Но реакция Волдеморта непредсказуема, и были небезосновательные опасения, что он представит его всем, как свой трофей. А с другой стороны, он может отрекомендовать себя, как влиятельного вампира, ищущего союза. Но и здесь был маленький недостаток: ну, не верил Гарри, что Темный Лорд согласится на равноправный союз. А на колени перед кем-то он становиться не желал ни за какие коврижки. Он уже подошел к декорированным дубовым дверям, а четкого решения у него так и не было. Ему никогда не удавалось планировать, он предпочитал действовать.
Это было в характере гриффиндорца.
Кабинет Волдеморта был на удивление просторен и светел, солнечные лучи беспрепятственно проникали сквозь огромные окна, расположенные на одной из стен. Гарри думал, что здесь будет мрачно, сыро и тесно. Что, в конце концов, может быть лучше для змеи? Но такого он уж точно никак не ожидали, и если честно, такое положение дел ему очень даже импонировало.
Что его не удивило, так это болезненно бледный, змееподобный Волдеморт, который сидел за столом, зарывшись в какие-то бумаги. От отвращения Гарри передернуло, когда он глянул на лицо: практически плоский нос, бледная как воск кожа контрастировала с черной мантией. Это воистину была пугающая картина: сгорбленное, рычащее в негодовании нечто, вышедшее прямо из его кошмаров. Ах, да, он был еще и омерзителен. Однако Гарри уже не ребенок, и он был уверен, что сможет сдержать Темного Лорда, если понадобится. Все-таки, его в течение десяти лет обучали лучшие дуэлянты мира бессмертных.
Все еще не снимая капюшона, Гарри ступил в комнату и тут же был остановлен видом направленной на него волшебной полочки – тис, 13,5 дюймов. Яркие темно-красные глаза впились в него, вызывая неконтролируемую дрожь: - Нахальный идиот, как ты посмел зайти без стука?
- Ну что ты, Том, нет необходимости грубить, - легко ответил Гарри, подавляя детские страхи.
Волдеморт ощетинился, его усмешка превратилась в рычание: - Кто ты такой?
Гарри опустил капюшон и усмехнулся, стараясь игнорировать раздражающее покалывание в шраме: - Почему бы пока не называть меня Хаосом, мистер Риддл?
- Crucio!
Гарри отступил с линии поражения летящего проклятия: - А вот это действительно было грубо. Где ваши манеры? Или вы всех своих предполагаемых союзников так встречаете?
Волдеморт посмотрел на него негодующе, сильнее сжимая палочку:
- Что тебе здесь надо?
- Союз, - промурлыкал Гарри, приближаясь к столу. - Вы хотите править Магическим миром, правильно? Я могу вам помочь в достижении этой цели. Просто, вам нужно верней расставить свои приоритеты.
- Мои приоритеты в порядке, ты, наглая маленькая дрянь!
- Правда? - Гарри плюхнулся в стоящее напротив стола кресло с высокой спинкой. Перекинув одну ногу через подлокотник, он уперся подбородком в ладонь. - После возрождения, большинство ваших грандиозных планов включало некоего Гарри Поттера. Вы одержимы мальчишкой и его убийством. И это ослепляет вас, уводя от других целей.
- Ты идиот, раз пришел сюда и стал разглагольствовать...
Он с ухмылкой перебил Волдеморта, впиваясь зелеными глазами в темно-красные:
- Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда... рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца...
Вот теперь Волдеморт взъярился не на шутку. Красные глаза полыхнули гневом, и Гарри невольно задался вопросом, а точно ли взглядом нельзя убить? Но сказанное им было важно, и потому давало гарантию, что теперь Темный маг выслушает его. Тот встал со стула и направил волшебную палочку прямо в лицо молодому человеку:
- Откуда ты узнал пророчество?
Гарри сглотнул все страхи, неподвластные его контролю, и продолжил, все так же не отрывая взгляда от глаз своего визави:
- И Тёмный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы... И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока существует другой... тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить Тёмного Лорда, родится на исходе седьмого месяца...
Волдеморт не перебивал, рука с палочкой опустилась. Потянулись минуты, а он все еще стоял, пристально вглядываясь в противоположную стену, видимо, переваривая сказанное. Гарри понимал его ошеломление, он сам через это прошел. Поэтому тихонечко сидел и забавлялся игрой эмоций на лице Темного мага. Если честно, было странно наблюдать такие относительно нормальные выражения на всегда холодном лице. Волдеморт опять сел, устало проведя рукой по лицу: - Хаос, правильно? Только старик знает пророчество, как тебе удалось заполучить его?
Гарри мурлыкнул: - Позже я вернусь к этому. Любопытство толкает меня спросить вас о кое-чем. Если допустить, что пророчество - верно, что вы собираетесь делать?
- Конечно же, разделаться с мальчишкой. Или ты думаешь, что есть другой выход, нежели его убийство? - Волдеморт снова ухмылялся.
Гарри изобразил на лице беспечность: - Ну, по крайней мере, вы зрите глубже, чем я ранее предполагал. Я уж подумал, вы пойдете по стопам Дамблдора, который трактует пророчество однобоко.
Волдеморт покачал головой и откинулся на спинку стула: - Нет, тут хитрая формулировка, оставляющая много белых пятен. Использование слов "жить" и "существовать", говорит о том, что я должен убить мальчика, прежде чем смогу найти истинное подобие жизни.
Покачивая ногой, Гарри почти улыбнулся: - Вы куда менее безумны, чем меня убеждали. Вы почти угадали.
На что получил в ответ острый негодующий взгляд: - Что ты подразумеваешь под "почти"?
Гарри подался вперед, наконец-то нормально садясь в кресле: - Как вы и предположили, слова "жить" и "существовать" имеют различное значение. Но зачем убивать мальчика, только из-за того, что он в силах победить вас? Разве не было бы более разумным, сделать его союзником и идти к своей цели вместе? Ведь если он в силах победить вас, то точно окажется полезен.
- Мальчишка не видит махинаций Дамблдора, он слишком очарован Светом.
Гарри ухмыльнулся: - Вы так в этом уверены, Том?
Волдеморт сузил глаза, и молодой человек почти увидел в воображении парящую над его головой вспыхнувшую лампочку.
- Кто ты?
- О, я знал, что гениальный Том Марволо Риддл соединит все части этой головоломки, - сказал Гарри с озорной улыбкой. - Так приятно снова видеть вас, Том. Прошло столько времени... по крайней мере, для меня.
оОоОо
Цитадель Теней – (Sceaduwe Citadel) – со староангл. Sceadu - тени, мрак;
chouchou (фр.) –разг. милок, душенька; любимчик
Myllakka ( фин.) – хаос, сумбур, смятение, переполох. В дальнейшем мы решили называть Гарри Хаосом, т.к. оригинальное произношение финского слова звучит неблагозвучно (и было категорически забраковано бетой).
*Гамельнский крысолов (нем. Rattenfanger von Hameln), гамельнский дудочник — персонаж средневековой немецкой легенды.
*Судьба – имеются ввиду греческие богини Мойры, прядущие нити бытия.