Глава 4. Скука
Гарри прикрыл глаза, смакуя кровь только что пойманного и оглушенного мужчины. Удобнее перехватив мускулистое предплечье, он сильнее впился в растерзанное запястье. Как же долго он не питался человеческой кровью, обычно заменяя ее животной или искусственной. И сейчас он упивался равномерными ударами сердца: их стаккато проникало прямо в мозг, теплая кровь медленно текла по горлу.
Услышав, как биение сердца жертвы постепенно замедляется, Гарри осторожно отстранился, удостоверившись, что человек переживет рассвет. Пока удавалось питаться под покровом ночи, не было никакой необходимости в убийстве. Даже несмотря на то, что физически и духовно он переродился, убийства все равно оставались за гранью его понимания. Конечно, оно входило в менталитет вампиров, впрочем, как и Темной стороны, поэтому Гарри был готов убивать, и его это даже не сильно беспокоило. Однако зачем убивать без нужды?
Вытащив у жертвы бумажник, он достал деньги, а остальное бросил рядом в грязь. Очнувшись, мужчина посчитает, что его ограбили. Возможно, расскажет об этом своим знакомым, ну, а потом благополучно забудет и никогда не вспомнит. Если честно, то Гарри не нужны были деньги, но он решил, что их наличие вызовет у жертв массу вопросов. Проведя рукой по губам, и удостоверившись, что они не в крови, он поспешил покинуть переулок, проскользнув в тень, и избегая маглов. Темнота скрыла его от глаз редких прохожих, и он свернул на ничем непримечательную улочку, собираясь аппарировать "домой".
Только от одной мысли о Дурслях он рефлекторно скрипнул зубами. У него не было никакого желания возвращаться туда, но выбора тоже не было. Вряд ли кого-то это интересует, но на этой неделе ему исполняется шестнадцать лет. Для окружающих он все тот же обыкновенный подросток с сильной тоской по Сириусу и грузом ответственности за весь Магический мир на плечах. Поэтому он должен оставаться в "заботливых" руках своих родственничков, пока через несколько недель Дамблдор не соблаговолит забрать его на площадь Гриммо. Не то чтобы Гарри с нетерпением ждал этого момента... но, после всех этих лет, он считал, что хорошо бы сродниться с Сириусом хоть в чем-то, пусть это только мрачная атмосфера родового гнезда.
Осмотревшись и убедившись, что остался незамеченным, Гарри сосредоточился на парке близ Прайвет Драйв 4, и с легким хлопком аппарировал. Открыв глаза, он скривился от нахлынувших совсем не радужных воспоминаний и скользнул за дерево.
Использовав свои обострившиеся чувства и поняв, что один, он капнул на язык черное зелье и от боли впился пальцами в грубую кору. Каждая частичка тела будто разрывалась от жгучего пламени. Он чувствовал, как кожа утягивается, как перестраиваются мышцы, как кости, скрипя, трутся друг об друга. Конечно, после преобразования тело потеряет большую часть своей силы и мышечной массы, но какая теперь разница, раз он вампир.
Гарри задохнулся: боль начала отступать, на глаза накатили слезы. В какой-то момент преобразования он упал на колени, и опять короткая непослушная челка трепетала от его тяжелого дыхания. Еле встав и выпрямившись, он содрогнулся и напряг бицепс, раздражаясь на свое младшее «я» за то, что был таким слабаком.
Тут же на него нахлынули сомнения и страх – сможет ли он убедительно сыграть свою роль? Помнится, Волдеморт задавал ему такой вопрос, но в ту ночь Гарри был намного более убежден в своих силах. За прошедшие десять лет он превратился в уверенного в себе молодого человека, смотрящего на мир свысока. Хогвартс сам по себе плох: с этими поклонниками-пустышками, ревнивыми одноклассниками и придурошными слизеринцами, но вот как вынести нападки Дурслей и, желательно, не поубивать их в процессе?
Поначалу он всерьез подумывал об Imperio, но затем вспомнил о магии крови. Не то чтобы эта защита все еще работала после воскрешения Волдеморта, но Дамблдор все время говорил о вере, любви и другой ерунде, которую усердно вливал в уши своему драгоценному Золотому Мальчику. Досадно оставаться в этом мерзком месте, зная, что причин для этого уже нет. К сожалению, охранные чары контролировали все волшебство в своих пределах, и поэтому Imperio, вероятнее всего, будет замечено.
Оставались угрозы... Гарри ухмыльнулся. Вернон ни за что в жизни не свяжется с волшебниками из вне, поэтому никто и не узнает о тонком намеке на то, что Гарри не потерпит того хамства, что сопровождало его в этом доме пятнадцать лет. Эта мысль придала сил, и юноша энергично зашагал к дому. Садистские мысли затопили голову, когда он услышал собирающегося на работу дядю. Проживет ли он несколько недель под запретом на использование магии? Да без проблем, он же не какой-то там чистокровный, который жить без этого не может.
Не утруждая себя нормами поведения, он с грохотом открыл дверь и зловеще ухмыльнулся, наблюдая, как Вернон повернул к нему жирное лицо, уже краснеющее от гнева, и вместо ожидаемого увидел совершенно... невозмутимого племянника.
- Мальчишка! - сощурившись, проревел Вернон. - Где ты шлялся всю ночь?
Гарри усмехнулся и дернул одним плечом, будто муху сгоняя: - Гулял.
Толстяк шагнул вперед, испепеляя его яростным взглядом, но Гарри не сдвинулся ни на йоту, даже когда Вернон встал в считанных сантиметрах от него и стал орать, брызжа слюной: - Слушай меня, мальчишка! Я не стану мириться с твоим хамством только потому, что на твоей стороне такие же уроды, как и ты!
Гарри спокойно сделал шаг назад и широко ухмыльнулся, выставляя длинные клыки и не скрывая желания высосать из толстяка всю кровь: - Так-так, Вернон... ты же не хочешь, чтобы я рассердился, не так ли? Поверь... - Гарри злобно глянул на съежившегося мужчину и наклонился к нему: - Мне не нужна магия, чтобы каждый из вашей семейки пожалел, что на свет родился.
Вернон выдохнул: - Как ты..!
Гарри вышел через парадную дверь и закрыл ее. И задумался, почему Вернон не закрыл ее этим роковым утром, как делал всегда. В конце концов, он решил, что это было сделано для него. Ну, теперь, Вернон не будет беспокоиться, Гарри уже в доме не было.
Ухмыльнувшись, он вскочил на крышу "прекрасного" небольшого пригородного домика, вытащил из кармана мантию-невидимку и одел ее. Будет глупо, если один из надзирателей из Ордена Феникса его увидит. Здесь он собирался отдохнуть до вечера, пока не уйдет его младшая копия.
оОоОо
Волдеморт автоматически черканул на пергаменте. В последнее время он был как на автопилоте: со времени фиаско в Отделе Тайн он только читал отчеты и расписывался, расписывался, расписывался. Пока что его прямого присутствия нигде не требовалось, и даже пытать Пожирателей Смерти стало совсем неинтересно. После возрождения он часто использовал Круциатус в ответ на любую провинность, смакуя обретение телесной формы и наличие прямого доступа к своей магии, но новизна постепенно выцвела.
Когда жизнь стала отчаянно пресной, появился Гарри чертов Поттер. В течение многих часов они планировали стратегию захвата Магического мира через систематическое постепенное уничтожение Министерства и ликвидацию своей самой многочисленной оппозиции одним махом. Без Альбуса Дамблдора Орден Феникса перестанет существовать. И прежде, чем они успеют перегруппироваться, Гарри Поттер явится всему миру как компаньон Темного Лорда, предопределяя судьбу Магического мира.
Он пока что не был уверен, как реагировать на неприкосновенность маглокровок: все-таки, они когда-то были одной из его целей на уничтожение, но теперь понимал, что имел в виду Поттер. Они оба были полукровками и превосходили по магической мощи чистокровных, которые иногда были сравнимы с обычными сквибами. Возможно, им не хватает вливания свежей крови... но это должна быть волшебная кровь. Он никогда не опустится до разрешения магам скрещиваться с маглами.
Волдеморт медленно провел пальцами по чешуе на запястье, наблюдая, как полупрозрачная кожа розовеет от прикосновения. Он позволил себе усмехнуться, когда пигмент полностью исчез. Было что-то в мальчишке Поттере, что-то, что ярко резонировало с ним самим. Он не знал, почему внезапно почувствовал некое родство, возможно, это было следствием странной связи между ними? Какую роль в этом играл шрам, был ли он ее причиной? Может быть, это что-то инстинктивное между ними, наподобие родственных душ?
Конечно, он не верил в эти глупые сказочки про родственные души, но, тем не менее, осознавал, что некоторые люди лучше других подходят друг другу. За все свое существование, он нашел немного людей, разделяющих его верования. Поттер был одним из них. То, насколько они были подобны почти пугало. Но мальчишка все это время прятался под маской неуклюжего идиота-гриффиндорца.
Волдеморт любил вызовы, и Поттер был самой интересной штучкой за последнее десятилетие. И он и не собирался убивать мальчишку, хотя прекрасно понимал, что тот еще попьет его кровушки.
оОоОо
Гарри было скучно. Он бесцельно бродил по саду за домом и аккуратно топтал тюльпаны тети Петунии. Он понял, что ему скучно, когда в голову пришла странная мысль: почему у Петунии нет петуний? Он частенько думал о всякой ерунде, когда нечем было заняться.
Прошла всего неделя с его возвращения в дом родственничков, а он уже смертельно устал от ничего не деланья. Утром он тренировался с катанами, пытаясь хоть немного развить тело, в котором застрял. По вечерам он читал единственную интересную книгу про Гриндевальда, которую еще не успел прочесть.
Один только Дадли был достаточно тупым, чтобы побеспокоить его, но после нескольких угроз, стал осторожнее. Любой бы испугался, если б тощий пацан перевернул через себя вашу жирную тушку. Тетя Петуния, по большей части, просто игнорировала его или кидала гневные взгляды, а Вернон бледнел и пытался побыстрее куда-нибудь уйти. Слава богу, им хватало ума не задавать вопросы о том, куда он постоянно уходит, и почему не ест. Конечно же, это не означало, что он не мог питаться нормальной пищей, просто не было аппетита жевать теткину диетическую бурду.
Гарри получил письмо от Дамблдора: старик писал, что в связи со смертью Сириуса он не будет этим летом жить в его доме. Юноша до сих пор не мог решить, хорошая это новость или плохая. С одной стороны, он был рад тому, что не должен окунаться в свою роль так быстро, но с другой - надеялся, что его вытащат из этой поганой дыры, в которой он застрял. Осталось четыре дня до поездки на Кинг Кросс, но время, кажется, остановилось. Гарри вздохнул и прилег во дворе на траву, дома все равно не было никого, чтобы его отчитать.
Гарри беспокоило скорое возвращение в Хогвартс. Он скучал по друзьям... но, приняли бы они его, узнай, кем он стал? Он искренне любил их и знал, что несмотря на ревность и нытье, они тоже его любят. Но, тем не менее, осознавал, что им промыли мозги, как и большей части волшебного населения, навязав определенные понятия о том, "что такое хорошо, а что такое плохо".
Рон до смерти бы перепугался. В конце концов, Гарри вампир, и страх перед ним будет превалировать над здравым смыслом. Даже перебори Рон первоначальный шок, на смену ему придет презрение. Даже необязательно рассказывать о связи с Темным Лордом, чтобы его начали фанатично ненавидеть. Гермиона бы его поняла, но стала бы рассуждать об опрометчивости и необходимости слушаться мудрого Дамблдора. Потом она бы перечитала все книги о вампирах, всего бы обследовала, кивнула, тряхнув кудрями, и потащила бы к Дамблдору для исправления. К сожалению, нужно признать, они весьма отдалились друг от друга, и вряд ли его примут таким, каким он стал. Ему придется дорожить тем временем, что будет у него пока не откроется правда.
Он успел задремать, когда почувствовал, как кто-то пересек охранные чары. Не потрудившись встать, он поднял голову и посмотрел на гниющую дыру у основания забора. И удивленно ухмыльнулся. Слишком большая голова умудрилась протиснуться, но вот тело застряло.
= Том так соскучился по мне, что прислал тебя, или что-то случилось? =
В ответ раздался голос смутно напоминающий женский, и определенно раздраженный.
= Я бы ответила тебе, если бы ты не сидел, как дерзкий мальчишка, коим и являешься! Хозяин был абсолютно прав. Помоги мне, болван! =
Гарри бросился к большой змее, и отодрал кусок доски от забора, расширяя дыру.
= Так лучше, ваше высочество? =
Нагини фыркнула, в своем неподражаемом змеином стиле, похожем на неясное шипение. Скользнув по дворику, она свернулась в тени, подальше от вездесущих глаз Ордена, и стрельнув в воздух раздвоенным языком, поправила кольца.
= Хозяин желает встретиться с тобой прежде, чем начнется учебный год. Сегодня вечером? =
= Не могу, - Гарри перевел хмурый взгляд на дом. - В этом году Орден и вправду усиленно взялся выполнять свою работу - мой уход наверняка заметят. Мне с трудом удается улизнуть, чтобы поесть… =
Нагини немного помолчала.
= Хозяин говорит, что тогда он хочет встретиться с тобой после первых уроков. =
Гарри удивленно поднял бровь.
= Ты можешь говорить с ним? =
= При желании он может видеть и слышать то, что я делаю, и управлять мной с любого расстояния. =
Гарри глубокомысленно кивнул, подумав, что это потянуло бы на туза в рукаве. Прислонившись к забору, он окинул задумчивым взглядом змею и, вздохнув, нахмурился. Он знал, что для плодотворной работы, им надлежало часто встречаться, да он и сам жаждал этих встреч. Но ему также надо быть осторожным, чтобы сохранить до поры до времени свои тайны. Жаль, что лояльность Снейпа вызывала сомнения, ему не помешал бы учитель, покрывающий его отсутствие. Нужно поскорее выяснить все о Зельеваре.
= Скажи Тому, я найду способ выбраться из замка. Это будет не так-то просто, но у меня получится. =
Нагини счастливо зашипела, и вдруг они услышали звук бьющегося стекла.
= Тебе надо уходить. =
Не дожидаясь ответа, Гарри пополз вдоль забора, поглядывая в ту сторону, где располагалась его охрана. Разве они не слышали шума? В доме никого не было и не будет, по крайней мере, еще несколько часов, поэтому чисто физически некому шуметь, тем более так громко.
Добравшись до угла дома, Гарри прислушался к чувствам и ощутил одинокую фигуру в нескольких футах от себя. Прищурившись и расслабив напряженные плечи, он повернул за угол, и... остановился, расхохотавшись.
Он совершенно забыл о Нимфадоре Тонкс. Женщина с мусорной крышкой в руке, лежала в кустарнике перед окном гостиной. Само окно было разбито, и хотя Гарри знал, что это повлечет за собой неприятности, он просто не мог не рассмеяться. Она посмотрела на него из-под длинной оранжевой челки, и улыбнулась: - Бдишь, Гарри?
Наконец-то отсмеявшись, он помог ей встать, и она тут же подошла к разбитому окну. Немного опешив от ее беспечности, Гарри оглянулся, удостоверяясь, что поблизости нет маглов. Простенькое заклинание, и окно восстановлено. Гарри улыбнулся Тонкс, и только сейчас вспомнил о том, что у него не должно быть хорошего настроения "вскоре" после гибели Сириуса:
- Спасибо, что рассмешила, Тонкс. Мне действительно было это нужно.
Оранжевые волосы потускнели, и девушка кивнула: - Прости, но я обо что-то споткнулась...
Осмотревшись, Гарри увидел свернутый садовый шланг: - Это не должно было здесь лежать, так что не волнуйся.
Она еще раз ему улыбнулась, на этот раз уже более искренне: - Ну, пожалуй, мне надо вернуться. Через час меня сменит Кингсли, и если он узнает, что я обнаружила свое присутствие, неслабо наорет.
Гарри закатил глаза: - Я, как предполагается, не должен знать об охране.
- Это не столько для тебя, сколько для маглов, ты же понимаешь. Как лето, Гарри? - спросила она, прежде чем съежиться и поменять оттенок волос.
Гарри выдавил из себя улыбку, игнорируя боль при воспоминаниях о крестном отце: - Не беспокойся, Тонкс. Мне просто скучно, и я хотел бы посетить штаб-квартиру.
- Ясно, но осталось всего несколько дней до начала школьного года, так? Ты рад?
- Я немного раздражен, что не смогу в этом году сам пойти на Косую аллею, ну, а так - я рад.
Девушка встретилась с ним глазами и вздохнула: - Сейчас я должна исчезнуть... Но мы поговорим позже, Гарри. Хорошо?
- Погоди... Тонкс... - окликнул он ее. - Как там Муни?
Теперь ее волосы окрасились в мышино-коричневый цвет, а плечи опустились: - Не знаю. Он уехал в начале лета по заданию Ордена и переписывается только с Дамблдором.
Сердце Гарри сжалось. Он должен написать оборотню. Это правильное решение, особенно после того, что случилось: - Хорошо. Поговорим позже, Тонкс.
Она убежала, оставив Гарри задумчиво пялиться на землю. Раньше он считал, что с легкостью порвет все связи со Светом, но это оказалось не так-то просто сделать. За несколько лет он завел много друзей, был частью Магического мира, и на данный момент, не хотел сражаться против них. Ремус... противоречивая личность. Он любил его за то, что тот был другом родителей и Сириуса. Но он не был уверен, как мужчина воспринимает самого Гарри. В конце концов, они почти не знали друг друга, и глупо было бы называть их отношения дружбой. Но несмотря, ни на что, он попытается сохранить эту хрупкую и порой иллюзорную связь.
Со вздохом Гарри зашел в дом и поднялся в свою пыльную и душную комнату, намереваясь написать письмо последнему из Мародеров.
оОоОо
Дорогой Ремус,
Привет Муни. Я знаю, что мы очень давно не общались, но, надеюсь, вы не будите против этого письма? Предполагаю, что не должен расспрашивать о том, как вы проводите лето, но надеюсь, что у вас все в порядке.
Я подумывал написать это письмо так, как будто ничего не произошло, но это было бы неправильно. Мы оба знаем, о событиях прошлых нескольких месяцев, и прикрывать их сладкой патокой не имеет никакого смысла. Я скучаю по Сириусу. Да, я называю его по имени, а Министерство может поцеловать меня в зад. Что, они начнут преследовать меня за сговор с умершим широко известным преступником? Вряд ли. Не прошло и дня, чтобы я не вспоминал о нем. А все из-за этой суки Беллатрис. Из-за манипуляций Дамблдора. Из-за моей собственной глупости. Из-за ребячества Снейпа. Из-за опрометчивости самого Сириуса. Я часто задавался вопросом, на что бы пошел, чтобы вернуть его... но потом, останавливался, понимая, что это не самое умное решение. Не знаю, как бы отреагировал Сириус, узнай о моих поступках в последнее время.
Решения, принимаемые в жизни, формируют нас, не так ли? Если это так... тогда, наверное, я не такой уж и хороший человек. Вы когда-нибудь чувствовали это? Когда-нибудь, смотря в зеркало, задавались вопросом, был ли ошибкой главный выбор в вашей жизни? Или вы будете вечность расплачиваться за него? И что думали бы о вас близкие, узнай они ваши секреты?
Мне интересно, как лидеры войны принимают тот или иной шаг, который должны сделать. Как они узнают верный путь? Они мучаются чувством вины, когда неправильный выбор приводит к чьей-то смерти? Или они, автоматически вскинув знамя "все к лучшему", идут по головам?
Я часто думаю об этом.
Но возможно, это потому, что я человек...
Ну, думаю, мне стоит остановить этот хаотичный сумбур. Где вы? Довольны ли вы тем, где живете? Должен сказать, что, несмотря на то, что нахожусь очень далеко от места в котором хочу быть... я думаю, что в этом доме все же есть нечто нужное для меня. Вы тоже самое чувствуете? Если есть какие-либо сомнения... моя дверь открыта для вас.
С уважением и любовью,
Гарри Джеймс Поттер