Глава 12. Абику
Сохраняя невозмутимое выражение лица, Гарри шел за Дамблдором. Хотя в душе он молился всем богам, чтобы предстоящий разговор прошел без сучка без задоринки. За эти несколько дней он очень устал, и надеялся хорошенько выспаться, прежде чем попасться на глаза директору, но судьба и в этот раз повернулась к нему задом. Прошлой ночью он так и не смог заснуть, все еще прибывая под действием адреналина. Только к утру пришло успокоение, а вместе с ним и зыбкая дремота, поэтому он решил пропустить обед и использовать "окно" между уроками. Но все его планы, как всегда, испортил Дамблдор.
Старик сказал горгульи пароль - наименование очередной сладости - и каменное изваяние тут же отодвинулось, открывая проход на винтовую лестницу. Странно, но директор всю дорогу молчал, даже его глаза сегодня не блестели затаенным лукавством. Если бы Гарри не был в курсе произошедшего с Дурсли, то всерьез разволновался б.
- Присаживайся, Гарри, - выдохнул Дамблдор, усевшись за стол и сложив свои старческие ладони домиком. - Боюсь, что у меня для тебя плохие новости.
Гарри заставил себя напрячься:
- Что произошло? Волдеморт опять что-то сделал? Все хорошо? Хэллоуин же только через четыре дня, он же никогда не нападал раньше этого срока... - протараторил он, удовлетворенный своим актерским талантом.
- Вчера вечером было нападение, и я боюсь...
- Кого-то убили? Скажите, сэр, это же не Ремус, и не семья Уизли? Никто из Ордена не пострадал?
- Это твоя семья, мой мальчик, - вздохнул Дамблдор.
Глаза Гарри расширились, и он всеми силами попытался подавить зарождающийся в душе гнев. Как этот старый ублюдок смеет называть их его семьей? Конечно, они были его родственниками, так как кровное родство еще никто не отменял, но уж никак не семьей. Он склонил голову, чтобы скрыть нежелательные эмоции во взгляде, и глубоко вздохнул:
- Ах. Дурсли мертвы?
- Да, боюсь, что это так, Гарри, - голос Дамблдора звучал взволнованно.
- Понятно, - кивнул юноша и, откинувшись на спинку стула, уставился в потолок.
- Кажется, ты не сильно расстроен...
Гарри перевел взгляд на старика и вопросительно изогнул бровь:
- Вы уж простите, что я не могу себя заставить опечалиться их смерти, сэр. Я скорблю над потерей последних кровных родственников, но мне ни капельки не жаль этих людей. Вы лучше остальных знаете, как они ко мне относились. Не так ли, сэр?
Бровь директора раздраженно дернулась:
- Признаю, что они не были добры к тебе, но разве все было так плохо? В конце концов, все оказалось к лучшему. Только посмотри на себя, мой мальчик, ты вырос чудесным юношей. А если бы ты воспитывался в Магическом мире, то вырос бы избалованным и бесхребетным. Только благодаря пройденной школе жизни, ты стал таким сильным и правильным.
Гарри просто таки не смог не фыркнуть, услышав этот бред.
В ответ на его молчание, Дамблдор решил продолжить:
- Это создает ряд проблем в отношении Волдеморта.
Гарри невольно порадовался, что отросшая челка скрывает его скептический взгляд. Сначала он называет этих людей его семьей, а потом говорит, что их смерть каким-то образом повлияет на войну. Если бы только он знал, кто послужил ее причиной!
- И каких же, профессор? - спросил он.
- Когда умерла твоя тетя Петунья, разрушилась Кровная защита. Поэтому, я даже и не знаю, где тебе лучше провести летние каникулы. Конечно, я поговорил с профессорами, у которых ты мог бы остаться на лето...
- Извините, сэр, но почему вы исключаете Гриммо? Фиделиуса бы хватило на мою защиту.
- Нет, я не могу тебе позволить застрять с участниками Ордена, снующими туда сюда. Это ужасно скучно для такого молодого человека, как ты. Я подумываю, не отправить ли тебя в Италию с профессором Синистрой, или с профессором Спраут к ее семье в Амстердам. Прекрасное место.
Гарри почувствовал, как в душе закипает ярость, даже не смотря на то, что к лету его личность раскроется:
- Разве летние каникулы не лучше провести в обучении чему-то новому, сэр? Хочу напомнить, что у нас идет война...
- Гарри, не волнуйся ты так. В конце концов, у тебя уже есть самое сильное оружие, скрытое внутри тебя!
Гарри еле удержался от истеричного смешка, но ничего не смог поделать с напряженной улыбкой:
- Ну, конечно, профессор. Однако, эта "сила" будет работать только против Волдеморта, а как же остальные Пожиратели Смерти?
- О, я уверен в тебе, Гарри мой мальчик.
Гарри почти дрожал от напряжения, пристально глядя на свои сжатые кулаки:
- Теперь я могу идти, сэр? Мне надо подумать.
- Ах, да. Но прежде, чем ты уйдешь, - Директор сделал театральную паузу и передал ему запечатанный конверт. - Письмо от Ремуса.
Гарри недоуменно похлопал глазами и искренне улыбнулся:
- До свидания, профессор.
- Сочувствую твоей потере, мой мальчик.
Юноша удостоверился, что дверь за ним плотно закрылась, прежде чем громко фыркнуть.
оОоОо
Карие глаза наблюдали, как Гарри вышел от директора с ироничной ухмылкой на лице. Теперь стало ясно, что Избранный точно вовлечен в дела Темной стороны, даже если и не было прямых доказательств. В конце концов, самый лучший шпион Темного Лорда никогда не ошибался.
Но к сожалению, Хогвартс превосходил своей защитой даже Министерство, поэтому связаться с Темным Лордом было весьма проблематично. Основной задачей шпиона было наблюдение, как в случае Снейпа, но вот он не только должен был собирать информацию, сеять семена сомнений, но и совершать различные диверсии.
Но оказалось, что мальчик так же причастен к Темной стороне, как и они все. Это можно было почувствовать в излучении его ауры и в его выражениях. От него почти разило сильной Темной энергией, удивительно, как только Дамблдор этого не заметил. С другой стороны, старик, как правило, видел только то, что хотел увидеть. Он настолько самоуверен, что не может и мысли допустить, что его совершенное оружие подумывает о побеге.
Как же он ошибается. Нужен лишь один взгляд, чтобы увидеть истину.
Человек, следящий за Поттером, ухмыльнулся и отряхнул одежду, выскальзывая из укрытия.
оОоОо
Гарри был раздосадован.
Чушь, он был не просто раздосадован, а разозлен.
Гермиона решила поддержать своего друга и носилась с ним, вернувшимся от Дамблдора, как с писаной торбой. Конечно же, после ему так и не удалось уснуть. Несомненно, все это проявление дружеской заботы, но он действительно сейчас был не в настроении.
Только ему удалось вырваться из цепких пальчиков подруги, как его зажала в углу краснеющая и заикающаяся Джинни Уизли. Сначала он подумал, что и она собирается его утешать, но оказалось, это преждевременные выводы. Она спросила, не пойдет ли он с ней в Хогсмид, на что тут же получила отказ. Нет, конечно, она, повзрослев, превратилась в очаровательную девушку, но кроме внешнего вида и молодости других плюсов не наблюдалось. Да, Гарри и не знал, сможет ли вообще хоть когда-нибудь снова встречаться с девушками.
Затем, когда он уже собирался насладиться пирогом, к нему пристал Рон со своими разглагольствованиями о сестре, и как она сохнет по его лучшему другу, а тот наглым образом отказывается от свидания. Все это говорилось вперемешку с сочувствующими высказываниями в адрес Гарри и прямыми оскорблениями его же, за то, что заставил плакать младшую сестренку.
Как же все это достало.
Он чувствовал себя пойманным в ловушку. Тот факт, что он уже долгое время не питался нормальной кровью, снижал порог его психологической устойчивости. В любом случает, он не мог так подставить Данте, но недостаток свежей человеческой крови давал о себе знать. Терпение его подходило к концу.
И вот теперь он летел низко над землей, укутанный в мантию-невидимку, которая с порывами ветра больно била его по ногам. Однако именно это удерживало его вампирское естество. Если он не будет осторожен, то наделает много глупостей.
Гарри сегодня не выпил зелье Возвращения. Боль могла стать последней каплей, и он бы сорвался и вышел в Хогсмид на охоту или, точнее, облаву. Может быть, и придется сделать это когда-нибудь, но не сейчас. Он просто-таки ненавидел это чахлое юношеское тело, которое узнавала каждая собака в округе.
Но сегодня ночью это не имело никакого значения. Потому что его жертва не переживет этого самого "сегодня".
Он слышал тихий гул биения сердец жителей Хогсмида. Они как будто манили ритмичными ударами. Можно было расслышать мерные удары спящих, или кровь мчащуюся по венам бодрствующих, их учащенный, заманчиво трепещущий пульс. Мужчины и женщины, пожилые и дети… Гарри закрыл глаза и погрузился в ощущения и удовольствие от такого многообещающего выбора. Ни один вампир не посмел бы охотиться на магов, пусть волшебная кровь и была намного питательнее. А все из-за страха перед фанатичным обществом.
Гарри скользнул в тень, уже не беспокоясь, что его могут узнать. Сегодня он жаждал власти, поэтому первой жертве будет дарована смерть от его руки. Не многим так повезло.
Удивлению его не было предела, когда первым встречным оказался ребенок.
Совсем еще мальчик, лет около семи или восьми, со спутанными волнистыми волосами. Он сжался в комочек в углу одного из домов, подтянув колени к груди и закрыв лицо ладошками. Сердце Гарри сжалось, когда ребенок посмотрел на него и слабо улыбнулся. Его взгляд был каким-то усталым и не по-детски взрослым.
Луна светила в спину Гарри, и ребенок немного наклонился в его сторону:
- О, ты мой ангел? Наконец пришел, чтобы забрать меня?
Мальчик был худенький, с тонкими, хрупкими запястьями.
- Но ты же не хочешь умирать.
Послышался хриплый смех:
- Хочу, Ангел. Меня достаточно побила жизнь.
Гарри усмехнулся и склонил голову:
- Я не ангел.
Темный взгляд внимательно его осмотрел, отчего Гарри невольно насторожился.
- Ты знаешь, что светишься под Луной? Тогда... Может ты дитя Маву? Дух, присланный с луны? Ты же возьмешь меня с собой?*
Гарри задрожал:
- Прости, малыш. У меня нет такой власти.
- Думаю, ты лжешь, - сказал ребенок, и его улыбка погасла. - Освободи меня, Ангел. Я хочу к маме, - сказал он, кивая куда-то в сторону.
Гарри посмотрел, куда указал ребенок, и заметил исковерканное тело... что?
Он опять перевел взгляд на маленькую фигурку, прижавшуюся к стене, и только теперь понял, что глаза у ребенка с золотым отблеском. Находясь в тумане жажды, он не потрудился посмотреть на ауру жертвы. Мальчик не владел магией, скорее всего, был сквибом. Наверняка, оборотень, и это его первое превращение, полнолуние было только вчера. Такой маленький мальчик, а уже кого-то убил. Притом любимого человека.
- Пожалуйста, Ангел. Я хочу на луну. Мама любила луну.
Гарри впился пылающим взором в мальчика. Несмотря на неожиданную просьбу, его дыхание не сбилось, а спокойствие так же царило на лице:
- Хорошо. Давай отправим тебя туда.
оОоОо
Теперь Гарри не мог не испытывать к себе отвращения, зная с какой легкостью он может убивать.
Еще два убийства этой ночью добавились в его постоянно растущий список. Невинный ребенок стал одной из жертв. Конечно, он не стал пить кровь оборотня: кто знает, что она с ним сотворить. Но, в любом случае, мальчик умер безболезненно. Гарри свернул ему шею и оставил лежать возле трупа матери. Пусть ребенок и был слишком юн, нельзя было оставлять его в живых. Притом, он ведь сам просил о смерти. В его возрасте Гарри тоже не хотел жить в таком мире.
После этого, он осушил первого человека: невзрачную ведьму, бродившую по улицам. Не став заморачиваться, он просто впечатал ее в стену, зажал рот рукой и впился в шею. Он не считал, что это было убийство в прямом смысле этого слова, хотя многие с ним не согласятся. Люди убивают животных ради насыщения, и потому считают себя вершиной пищевой цепочки. Именно из-за этого вампиров так и боятся: они доказали, что и люди могут быть добычей, такой как коровы или цыплята.
Гарри провел рукой по волосам, медленно бредя назад к замку. Сейчас он достаточно успокоился, чтобы совершить пешую прогулку, а не лезть на метлу. Он блаженно посмотрел на луну. "Мама любила луну" - сказал ребенок. Да, Гарри понял, ведь он тоже ее любил. В любом возрасте он любил ее утешающий, холодный свет. Будучи ребенком, он мечтал попасть на луну, и эта мечта стала его надеждой на спасение. Он воображал, что там живут люди, которые будут относиться к нему как к любому другому, равнодушно, но не пренебрежительно. Он думал, что родители ждут его там.
Сейчас он медленно шел в лунном свете, позволяя своим инстинктам взять верх. Закрыв глаза, он грелся в бледном свете, совершенно не беспокоясь, заметят его или нет. В любом случае, до замка еще около мили.
Он обогнул западный берег озера, гладь которого сегодня не тревожили ни легкий бриз, ни спящий кальмар. Будто линза черного стекла: даже огни Хогвартса не отражались в ней. Такое ощущение, что и лунный свет тонул в этой непроглядной черноте.
Гарри засунул руки в карманы, пряча их от осенней прохлады, и внезапно нащупал какой-то листок. Глаза его удивленно расширились: письмо от Ремуса!
Он быстро вскрыл конверт и стал читать, благо зрение у вампиров преотменное. Но с каждой прочитанной строчкой, он все больше и больше хмурился и сжимал кулаки. Его сердце мучительно заныло, но он чувствовал правду в словах оборотня.
Дорогой Гарри,
Привет, щеночек. Я так рад получить твое письмо: думал, что после событий июня ты не захочешь со мной разговаривать. Спасибо, что заставил меня хоть немного улыбнуться.
До конца я так и не понял твое письмо. Там так много намеков и недомолвок, в расшифровке которых я совсем не уверен. Хотя, чем меньше я знаю, тем меньше ответственности.
Прости, если это не то, что ты хотел услышать, Гарри, но я не так-то и много могу сейчас сделать. Знаю, что мы едва знакомы, но ты принес свет в мою жизнь, поэтому я тебе благодарен. Хотя это и эгоистично звучит, но глядя на тебя, я всегда вспоминаю твоего отца, и знаю, что он гордился бы таким сыном. Однако это ничего не меняет.
По причине безопасности, я не могу сказать, где нахожусь, но я в стае оборотней. Они тут все довольно милые, и поэтому я частенько удивляюсь, как все-таки неправильно оборотню жить с людьми. Под влиянием общественного мнения, я думал, что они все такие же кровожадные как Грейбек, но оказалось, что это не так. Думаю, я многому здесь научусь.
Щеночек, я не обвиняю тебя в смерти Сириуса, ну, ты это и так знаешь. Он бы не хотел, чтобы его оплакивали. В любом случае, он сейчас с Джеймсом и Лили. Когда-нибудь и я присоединюсь к ним. Но если у меня еще есть время, то я буду бороться за жизнь.
Независимо от того, что ты хочешь сделать, Гарри, они никогда в тебе не разочаруются, обещаю. Возможно, они бы и не приняли твой выбор, но поняли бы, что он сделан лично тобой. Так же, как и я делаю свой. Не буду отвечать ничего конкретного на твое предложение, просто не присылай мне больше таких писем. Несмотря на все перемены, которые я стремлюсь сделать в своей жизни, и то, что ты самый близкий человек у такого старого волка, как я, но пойми я не готов так меняться, Гарри. Я стар, и моя жизнь подходит к концу.
Пожалуйста, береги себя. Прошу. Независимо от твоего выбора, я хочу, чтобы ты был в безопасности.
С любовью,
Муни.
Гарри закрыл глаза и позволил игривому ветерку вырвать из рук письмо, унося его вдаль. Это было больнее, чем он ожидал, что заставляло задуматься. Если было так больно при отказе малознакомого человека, то что будет, когда от него отвернутся Рон и Гермиона? Насколько тяжело будет стоять на противоположных сторонах поля битвы с людьми, которые сделали детство терпимым?
Не то, чтобы он сильно расстроился, когда Ремус отвернулся. Ведь тот был всего лишь другом Сириуса, да и разговаривали они не так уж и часто. Просто он стал индикатором того, насколько будет больно в будущем.
Гарри долго всматривался в очертания луны, ища ответы.
Но так и не нашел.
оОоОо
Абику – западноафриканский демон, который выманивает детей из дома, чтобы съесть их.
Маву-Лиза - в дагомейской мифологии глава пантеона богов. Согласно ранним мифам, Маву и Лиза - раздельные божества, близнецы, порождённые Нана-Булуку, который передал им господство над миром. Маву (луна) живёт на западе, управляет ночью, Лиза (солнце) живёт на востоке, правит днём. Лунные и солнечные затмения вызваны супружескими отношениями Маву и Лиза. Маву олицетворяет мудрость мира, Лиза - силу.