Если она прямо сейчас ляжет и заснет, потом можно будет сделать вид, что все это был сон... И не надо будет ничего решать – вот он удивится, когда узнает, что она и думать о нем забыла! Стоило бы его хорошенько проучить. Как он может быть настолько в себе уверен, ведь вел себя так, как будто она уже согласилась!
Сара покачала головой – никуда ей теперь не деться... Кого я обманываю, я соглашусь, даже неделя не нужна, чтобы это понять.
Девушка посмотрела на часы – спать уже некогда, ей нужно отработать еще 60 часов летней практики, и хотелось поскорее с этим разделаться.
–––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––
(Через три дня)
– Ну и моделька у нас сегодня! – рыжеволосая Эмма поморщила носик, потерев по образовавшейся на нем гармошке карандашом. – И ему за это платят? А сколько?
Эмма всегда была мастером на смешные рожицы. Сара с трудом сдерживала смех. Сегодня студенты рисовали голого старика, разлегшегося на убранном ниспадающими складками ложе. Дедок был тот еще – лысыватый, пузатый, покрытый старческими пятнами. При этом позу он держал плохо и периодически страдальчески покряхтывал. Сара мысленно поблагодарила бога, что оказалась в самом дальнем углу от экспозиции. Еще неизвестно, как он него пахнет...
– Я читала, что у индусов есть такая медитация – называется «на отвратительном», – Эмма никак не унималась. – Сидишь себе, смотришь на какую–нибудь какашку с полчасика...
– Эмма! – зашипела на нее Сара. Несколько студентов недовольно на них обернулись. Хорошо хоть преподаватель, как обычно, трепалась с кем–то из первого ряда.
–...а потом оглядываешься вокруг – бааа! какая красотища!
Сара прикрыла глаза рукой – боже! Если я не буду смеяться, она успокоится. Она взяла карандаш помягче и продолжила прорисовку.
– Хорошенько присмотрись к старикашке, Вильямс! – заговощический шепот Эммы раздался у самого уха Сары, – это твой шанс наконец–то наладить личную жизнь – после него любой прыщавый ушлепок с нашего курса покажется тебе принцем!
Сара отложила карандаш. Ну все, довольно. У нее есть на этот случай козырь в рукаве.
– У меня свидание во вторник!
У Эммы отвисла челюсть. Такого она вообще не помнила, ни разу у подруги не было свидания, все уже давно махнули рукой на Сару.
– С кем?
– Ты его не знаешь. И мне нужна твоя помощь, после, в кафе поговорим.
Вот это уже совсем удивительно! Эмма смотрела на Сару новыми глазами. Та молча указала ей на мольберт – рисуй!
Через мгновение обе девушки были поглощены работой, только Эмма иногда искоса поглядывала на Сару.
Через пару часов они сидели в маленьком кафе за круглым столиком, на котом стояли две чашечки свежесваренного каппуччино. Они обе очень любили это кафе, Эмма всегда говорила, что оно точь–в–точь как в Париже. Папа Эммы, известный художник, недавно перевез семью во Францию, и девушка жила теперь на две страны – училась здесь, но при малейшей возможности летела в Париж.
– Ну и? – Эмма просто сгорала от нетерпения. – Кто он?
– Просто старый знакомый, я и не думала, что мы еще когда–нибудь встретимся. Он не отсюда, он... из Европы.
– Не знала, что у тебя есть старые знакомые из Европы.
– Вообще–то, он любовь моего детства, мне тогда было всего четырнадцать – Сара улыбнулась.
– И что, вы уже виделись, прежние чувства ожили? – в голосе Эммы звучали нотки недоверия. Детская любовь, ерунда какая–то...
– Кажется, да... Я, собственно, поэтому и хочу попросить тебя о помощи – мне кажется, что во–вторник у нас что–то будет...
– Ого! Не думала, что когда–нибудь скажу это тебе, но не слишком ли все скоро?
– Я не знаю... – Сара задумалась. А что ей было делать? Предложить ему повстречаться, походить в кино и на танцы? Хотя, может, он бы и согласился сначала, как говорится, узнать друг друга получше?...
– А его чувства? Дорогая, первый раз – очень важный, ты должна быть уверена в нем.
Вот здесь и была загвоздка...
– Я не могу себя представить ни с кем другим, – Сара вздохнула, рассеянно мешая ложкой богатую пену на своем каппучино. В обычной ситуации Эмма убила бы ее за такое преступление против кофе, но сейчас рыжеволосой было не до того.
– Я все решила, Эм, бесполезно пытаться меня переубедить, ты же знаешь.
– А ты знаешь, что разные люди спрашивают меня, как я вообще умудряюсь с тобой дружить?
– Да, а кто?
– А, забей. Просто у тебя всегда что–то на уме, свое собственное и никому не понятное. Какой–то странный вид эгоизма.
Эмма тихонько подула на пенку своего кофе, стараясь не сдуть ее, а лишь чуть меняя ее форму.
– Так, начнем с начала. Кто он, чем занимается, как вы познакомились?
Сара с минуту молчала, потом взяла Эмму за руку:
– Прости, я не могу тебе всего рассказать. Ты моя подруга, самый близкий мне человек, но просто поверь – я не могу. Хотела бы, но не могу.
Эмма насупилась, она знала, что спорить с Сарой бесполезно, эта девчонка упряма как стадо ослов!
– Ну, надеюсь он того стоит!
– О, он стоит! – разулыбалась Сара, – Он из тех, про кого ты говоришь «шикарный мужик». Мне кажется, что даже слишком шикарный для такой, как я...
– Не говори глупостей! Так он старше? Намного? Женат?
– Да, старше, гммм... не знаю насколько (сто лет? тысячу?), нет, не женат. Он вообще говорит, что это не для него.
– О, знаю таких! Расценивай его как переходный этап, даже не смей надеяться на что–то большее. Чем реальнее ты будешь смотреть на вещи, тем легче тебе будет в итоге. – Эмма с удовольствием прихлебывала кофе, ситуация была ей теперь понятна и она была рада за подругу. – Так даже лучше, он опытный, все пройдет по высшему разряду!
– Вот как раз об этом... – Сара все мешала свой кофе, – я думаю у него было много женщин...
– Если то, что ты о нем говоришь, правда – даже не сомневайся! Чертова туча женщин! – отрезала Эмма, когда Сара еще даже не успела договорить. А что тут сомневаться, она же видела, как они льнули к нему тогда на балу.
– Ну так вот, и я думаю, он такой искушенный, ...как это сказать, – Сара запуталась, – короче, ему нужен высший класс, ...и я боюсь, что не соответствую, вот.
– Подруга, тебе не о чем переживать – ты нереально красивая девушка! Ты будешь высший класс, даже если вылезешь из грязного болота вся в тине! – обе девушки весело захихикали, и Сара при этом думала об одном конкретном вонючем болоте.
Она, наконец, принялась за свой кофе.
– Я хочу классно выглядеть во вторник, помоги мне, ты ведь это умеешь, – серьезно попросила Сара.
Эмма расплылась в довольной улыбке:
– Вот это ты по адресу обратилась! – у тут же приняла деловой вид, – Нам нужно многое успеть, действовать будем по–плану.
Она окинула Сару оценивающим взглядом.
– Во–первых, эпиляция.
– О нет, – проговорила Сара.
– О да. Ни один шикарный мужик не оценит девушку с мочалками, поверь мне.
Сара прикусила нижнюю губу. Теперь ее смущало то, что он уже видел ее «с мочалкой». И хотя перспектива эпиляции не вызывала у нее восторга, мягко говоря, но Эмма права – девушка должна быть ухоженной.
Видя капитуляцию на лице подруги, Эмма продолжила:
– Затем маникюр и педикюр, прическа...
– А что прическа?
– ...А, забудь. Тебе – просто вымыть и высушить. Это был пункт из моего плана подготовки к свиданию, – она подмигнула Саре, поправляя свою копну рыжих волос. – В салон мы пойдем завтра, а сегодня – шоппинг! Надо же тебя приодеть, или у тебя уже есть что–нибудь на выход?
– У меня сейчас нет на это денег, – покачала головой Сара.
– Не волнуйся об этом, я стану крестной феей в честь твоего первого свидания и одолжу тебе столько, сколько нужно – отдашь когда сможешь.
– Ой, Эм, это излишне – я не думаю, что мы куда–нибудь пойдем. Мы наверное отправимся сразу к нему, ...в отель.
– Да конечно! Если мы говорим об одном и том же типаже, он не опустится до того, чтобы тащить тебя сразу в койку, тем более в твой первый раз. Он устроит тебе романтическое свидание, стопудово.
– Он не знает про первый раз.
– Он знает. Вопрос закрыт.
Сара обреченно вздохнула, они – две упрямые ослицы, и определенно стоят друг друга.
Потом был восхитительный для Эммы и мучительный для Сары шоппинг, в результате которого ее комната оказалась завалена десятками пакетов и свертков. Почти весь следующий день девушки провели в салоне красоты, и Сара отметила, что в компании лучшей подруги это было вполне терпимо. Обычно она не любила такие места, жутко скучала, пока ей делали ногти, а свой первый опыт с эпиляцией вообще вспоминала с ужасом. Но в компании с хохотушкой Эммой все казалась чем–то вроде веселого экстрима.
В воскресенье вечером Эмма улетела в Париж, сокрушаясь, что не сможет лично проводить Сару на ее первое свидание. Она должна была вернуться через две недели чтобы продолжить практику, и Сара клятвенно обещала ей вести себя хорошо, и рассказать потом все, что только можно будет рассказать. Зная Сару, можно было заранее предположить, что такового будет немного.
Утро понедельника Сара провела в библиотеке в школе искусств, а во второй половине дня по требованию Карен все семейство, включая отца, Сару и маленького Тоби, отправилось навестить бабушку Карен в доме престарелых. Вернулись поздно и не в самом лучшем расположении духа.
Вторник прошел на удивление быстро и суматошно. Сначала практика, потом Сара возила Тоби в бассейн. После ужина она пожаловалась на головную боль и сказала, что ляжет спать пораньше. Приняла душ, тщательно высушила волосы. Оставшись, наконец, одна в своей комнате, Сара присела перед зеркалом, расчесывая щеткой длинные тяжелые пряди темно–каштановых волос. Сомнения, какие еще оставались, окончательно отступили. Вообще, это было в характере Сары – она никогда не терзала себя сомнениями после того, как решение уже было принято.
– Сегодня я позову его, – сказала она себе вполголоса, как будто чтобы проверить идею на реальность. Прозвучало вполне себе по–настоящему, даже почти обыденно. Она уже не понимала, что, собственно, так пугало ее еще неделю назад. Он красив как бог, он – все, о чем она мечтала, и сегодня они, наконец, будут вместе. Он уже не был злодеем из детской сказки, теперь она знает, что он оберегал ее, когда она упрямым подростком бежала через его Лабиринт. Он действительно был великодушен к ней. И он не воспользовался ситуацией ни тогда, ни сейчас – а ведь мог бы, ведь сам же сказал, что она должна ему желание – Сара понимала, что это не пустая фраза. Король Гоблинов сделал ей предложение и она примет его – придет к нему сама и по своей доброй воле.
Она занервничала, все–таки первое свидание – это очень волнительно, и начала собираться.
Через час Сара была готова. На ней было шелковое платье без рукавов, длиной до колен, переливающееся пастельными молочными и бледно–фиолетовыми узорами, с красивым глубоким вырезом декольте. Платье подчеркивало фигуру, но было удобным, свободным. Дополняли его кремовые балетки. Сара так и не решилась обуть туфли, которые ей подобрала Эмма – безумно красивые лодочки на нереальных шпильках, она просто не смогла бы в них ходить. Кроме того, она подумала, что в замке Короля Гоблинов такая обувь была бы несколько не к месту.
Чуть тронув губы блеском, а длинные пушистые ресницы тушью, она смущенно улыбнулась своему отражению в зеркале. Сама невинность. Вот уж, действительно, девственница на заклание!
Сара вышла на середину комнаты, сделала глубокий вдох.
– Джарет.
Получилось как–то хрипло. Она сглотнула, обвела глазами комнату. Ничего не происходило.
За ее спиной Король Гоблинов сделал шаг и оказался вплотную к ней. Его руки в перчатках провели по ее голым рукам сверху вниз, от плечей к локтям, обнимая ее. Он наклонил голову к ней, губы коснулись ее уха. Голос низкий и тихий:
– Моя девочка.
ОТ АВТОРА:
Странно мне... 130 просмотров и ни одного отзыва(((
Я начинающий автор, это мой первый в жизни фанфик. Автору нужна обратная связь!
Хотите продолжения - напишите отзыв.
Я пока что замедлюсь с ежедневным обновлением, как-то сникла(((((