Глава 2.
«Ты еще пожалеешь, что отказался повиноваться мне, Прыткий».
Тим проснулся весь в поту. Этот кошмар преследовал его уже вторую неделю.
Учитель смотрел на него и в его глазах разгорался безумный огонь. Его руки скользили по обнаженному телу Тима, зарывались в его волосы. Тим трепетал под его прикосновением. Взгляд завораживал… И вдруг одна рука хватала его за волосы, другая сжимала его горло и в глазах зажигался этот смертоносный огонь. «Ты еще пожалеешь, что отказался повиноваться мне, Прыткий».
Тим, тяжело дыша, обвел взглядом комнату. Айса не было. На тумбочки возле кровати лежала записка: «Вышел купить еды, не теряй меня». Спидл удивился. Это было первый раз за два месяца, когда Айсберг оставил его одного. Тогда в больнице Тим стоял и делал свой выбор. И очевидно, тот факт, что он не сразу пришел к решению будоражил Айса до сих пор. С грустью Тим вспомнил, как нежно поцеловал Горацио на прощание, взял за руку Айса и вышел из палаты. С тех пор Айс не спускал с него глаз ни на минуту, даже в душе. При этом по лицу Прыткого расплылась такая похотливая улыбочка, что даже Эрик покраснел бы. Укол печали вернул Тима к прошлому. К лаборатории и друзьям. Встряхнув головой, отгоняя лица ставших столь дорогими ему людей, он вернулся к настоящему. Выйдя из больницы, они, не теряя времени, заехали к Тиму за вещами, которые до сих пор валялись не распакованными на соседней кровати.
Все было прекрасно, они наслаждались друг другом, жили в собственном мирке. И хотя им давно было пора решить, что делать и куда ехать, Тим не волновался. Он знал, что у Айса было все предусмотрено. И только начавшиеся недавно кошмары мешали Тиму назвать это время счастливым.
Глубоко вздохнув, Прыткий пошел в душ. После празднования дня Святого Патрика, они несколько осмелели, выезжая в город по ночам, ошиваясь по клубам и ночным барам. А потом, подобно Золушке с первыми лучами солнца спешили скрыться у себя в убежище.
Вытираясь полотенцем, Прыткий все пытался понять причину своих неожиданно появившихся кошмаров. Может, все дело было в неожиданно леденеющих глазах Айсберга, когда упоенные любовью, в темноте ночи они лежали, прижавшись друг к другу, и Тим, плывя на грани сна и яви, шептал ему что-то в полудреме. А может быть, Прыткий боялся, что его обнаружат и вынудят бежать. По-настоящему бежать, отрезая все пути назад. Он не знал, на что надеялся и чего хотел, но что-то не давало ему окончательно порвать с жизнью Тимоти Спидла и раствориться в закате.
Он смотрел новости, бессознательно ища знакомые силуэты за желтой лентой. Он скучал по той жизни и ничего не мог с собой поделать.
На улице послышались шаги. На секунду замерев, Прыткий узнал знакомую поступь и, распахнув дверь прямо перед удивленным Айсом, воскликнул: «Что так долго несешь мой завтрак?»
Фыркнув, Айс протиснулся мимо полуодетого Тима, не забыв поцеловать его в губы, и проговорил: «Я принес твой завтрак прямо к обеду, соня».
Захлопнув дверь, Тимка расплылся улыбкой, больше не думая о прошлом.