Что за странное место? Похоже на комнату Арнольда, но из стекла не только потолок, но и стены. За стеклом стояли странные существа, напоминающие зелёный вантуз, ручка которого заканчивалась рукой с зелёным глазом в ладони.
— Перед вами очень интересный вид: человек. — вещал главный вантуз. Хельга вдруг поняла, что абсолютно голая — Вы можете видеть здесь две особи.
Что может быть хуже: она голая, и на неё глазеют какие-то инопланетяне? Разве что... Хельга боялась повернуться и посмотреть: кто же ещё кроме неё здесь в комнате.
— Хельга, вставай! — послышался из-за спины голос Арнольда. Арнольд тронул её за плечо... Хельга вскочила и увидела, что она вовсе не голая, а в своей розовой пижаме.
— Хельга, пора вставать.
— Что ты тут делаешь? Я же сказала: не заходи в мою комнату.
— Прости, но я должен был тебя разбудить. Ты ночью сломала будильник, а Ольга уехала сегодня очень рано.
— Я не выспалась. Ещё 10 минут.
— Да, но тогда ванную займёт мистер Пёрди, а это надолго.
Арнольд вышел из комнаты. Хельга встала с кровати, уронив на пол книгу, которую читала на ночь, и пошла умываться. Когда пришло время выходить на улицу, Хельга села на лавочку в прихожей.
— Ты что, не идёшь? Ты ведь опоздаешь на автобус?
— Я с тобой в один автобус не сяду. Все же узнают, что я живу у тебя.
— Всё равно, рано или поздно все узнают. Лучше будет, если ты сразу скажешь. Ты ведь не хочешь попасть в глупую ситуацию, как Ронда?
— Я ведь не Ронда. Я найду выход. Главное не показываться на глаза одноклассникам возле твоего дома.
— Тогда я должен тебя предупредить: мы с ребятами сегодня собираетмся в моей комнате играть в вист. Ты, я так понимаю, поедешь с сестрой по магазинам, так что волноваться незачем?
— Вот ещё, не поеду. Лучше скажи, что ты сегодня не можешь.
— Хельга, ты ведёшь себя, будто ты хозяйка в этом доме. Или будто мне нужна вся эта конспирация. Ладно, я побежал, а то опоздаю.

— Простите за опоздание, мистер Симмонс. Я не успела на свой автобус, а следующий задержался.
— Ничего страшного: мы ещё не начинали делать задание, только разбивали класс на пары. Правда, все уже выбрали себе напарников, остался только Брейни. — Брейни помахал Хельге со своей парты, а мистер Симмонс продолжал — Итак, мы разбились по парам и будем изучать диалоги. Подсаживайтесь к своему напарнику и возьмите двойные листы бумаги.

Хельге пришлось сесть рядом с Брейни. Она тут же получила листок бумаги, на котором было выведено кривым почерком Брейни:
«"Привет, Хельга. Ты меня любишь?" сказал Брейни.»
На листке тут же появился ответ синей ручкой:
«"Нет," ответила Хельга»
Дальше листок стал быстро наполняться. Хельга даже не читала, что он писал Брейни: много удовольствия разбирать его каракули.
«"Ты будешь со мной встречаться?"
"Нет."
"Можно я тебя поцелую?"
"Нет."
"А можешь сочинить для меня стихотворение?"
"Нет."»
В обеденный перерыв Фиби как всегда села рядом с Хельгой.
— Хельга, почему ты не приехала вместе с Арнольдом? Боялась, что кто-нибудь узнает, что ты живёшь у него в пансионе?
— Тише, вдруг тебя кто-нибудь услышит.
— А что в этом такого? Я не вижу причин скрывать этот факт.
— Ещё один Арнольд нашёлся. Я не собираюсь рассказывать об этом всем подряд. И тебе не советую.
— Ладно, как хочешь.
Хельга вспомнила, что вечером её сестра собиралась пройтись с ней по магазинам. Естественно, Хельга предпочла бы семь контрольных по математике, поэтому сейчас нужно было найти отговорку, для Ольги.
— Кстати, можно я сегодня прийду после школы к тебе в гости?
— Извини, я бы рада, но сегодня я не могу. Я сразу после школы уезжаю на тренировку по фехтованию. Мне надо готовиться к соревнованиям, и я не могу её пропустить, иначе меня не допустят к соревнованиям, а они для меня очень много значат.
Хельга так и не нашла, куда ей пойти после школы: в бейсбол с одноклассниками поиграть не получится, потому что они все ушли к Арнольду играть в вист, домой тоже нельзя, заехать в больницу к родителям — интересного мало. Оставалось только одно: ехать с Ольгой.

Более сурового наказания, чем поход с Ольгой по магазинам придумать невозможно. Ольга упивалась шоппингом, как верблюд, месяц бродивший по пустыне — водой.
— Сестрёнка, тебе нравится эта тёмно-зелёная кофточка?
— Нет.
— А эта?
— Слушай, неужели не понятно, что я не собираюсь менять свои привычки и одеваться иначе, чем обычно. Давай купим такое же розовое платье с красной полоской и белую кофту.
— Нет, Хельга. Ты ходишь в розовом с раннего детства. Я знаю, тебе понравится твоё новое платье. Давай примерим вот это. Оно хорошо подходит под цвет твоих глаз.
Хельга зарычала:
— Мы это платье уже примеряли, только в другом павильоне.
— Конечно, но я ещё раз хочу посмотреть, как оно сидит на тебе. К тому же здесь качество пошива лучше.
— Это такое же точно платье, ничем не отличается. К тому же оно мне великовато.
Несмотря на все протесты Хельги, с вешалки снималось чуть ли не каждое платье и Хельге раз за разом приходилось надевать его и снимать. Ольга каждый раз восхищалась новым платьем. Хельга уже была готова купить первое попавшееся, но Ольга не думала останавливаться. Наконец был выбран наряд, подозрительно напоминающий повседневное платье Ольги.
— Я буду так рада, если ты завтра пойдёшь в этом платье в школу!

На следующий день Хельга снова опоздала, зато пришла в зелёном платье. Кроме того, Брейни тоже опоздал и вошёл в класс одновременно с Хельгой.
— Слушай, Сид. Что-то Хельга стала в последнее время часто опаздывать.
— Точно, Стинки. Похоже, что с Хельгой что-то не так. Кстати, сегодня она пришла вместе с Брейни. И вчера тоже подсела к нему... Ты думаешь о том же, о чём и я?
— Наверное. А о чём ты думаешь?
— О том, что Хельга влюбилась в Брейни.
— Нет, я об этом не думал. Но не может быть, чтобы Хельга влюбилась в Брейни.
— Давай понаблюдаем.
Стинки и Сиду не пришлось долго ждать: на перемене они увидели, как Хельга спряталась за углом и что-то достала из-за пазухи. Потом она что-то говорила, а Брейни стоял сзади и слушал.
— Вот видишь, Стинки — Сид и Стинки отвернулись и не увидели, как Хельга привычным движением заехала Брейни по носу.
— Поверить не могу. Мне казалось, что Хельга вообще не может ни в кого влюбиться.
— Надо всем об этом рассказать. Только чтобы Хельга нас сейчас не заметила.

Первым, кто попался на пути Стинки и Сида оказался Арнольд.
— Арнольд, ты слышал новость?
— Какую?
— Хельга влюбилась в Брейни.
— Да быть такого не может.
— А как ты думаешь, почему она сегодня опоздала?
— Наверное, не успела на свой автобус.
— Нет. Она дожидалась Брейни, чтобы он проводил её до школы. И платье новое для него надела.
— Глупости.
— А ещё мы сейчас видели, как Хельга спряталась за углом, и что-то воодушевлённо ему рассказывала.
— Я... — Арнольд чуть не сказал «я сам после школы у неё спрошу», — я не знаю, наверное это что-то другое.

Прийдя из школы Арнольд стал дожидаться Хельгу, которая предпочла пойти пешком, на крыльце.
— Кого ждём, волосатик.
— Слушай, Хельга. Надо поговорить. Тут про тебя уже слухи пошли, что ты влюбилась в Брейни.
— В этого очкарика, который постоянно подслушивает, когда... ну, в общем подслушивает за мной и сопит при этом? Кто такое мог придумать.
— Не знаю, но кому-то пришло в голову, что это — причина твоих опозданий.
— Тогда ты завтра пропустишь автобус.
— Нет уж, спасибо. Я не собираюсь опаздывать на уроки.
— Ладно, уговорил. Завтра я встану на пол-часа раньше и уеду на первом автобусе.
— Как хочешь. Просто я думаю, что рассказать, что происходит на самом деле будет проще.
— Не смей этого делать.

На следующий день Хельга приехала в школу на пол-часа раньше. Школа была ещё закрыта, и Хельга уселась на ступеньку ждать. Вдруг она заметила, что кто-то к ней подкрался сзади.
— Привет, х-х-х Хельга.
— Чего ты припёрся так рано.
— Х-х-х не знаю. Просто так. А ты?
— Тебе-то какое дело.
Через минуту из-за угла появился Сид.
— Ух-ты. Я как будто знал, что нужно захватить с собой «полароид», — Сид спрятался и сделал несколько снимков — теперь у меня есть документальное подтверждение.
Пока Сид обсуждал со Стинки сделанные снимки, они пропустили чрезвычайно забавную сцену, как Хельга смачным пинком провожает Брейни с крыльца школы.

Стинки и Сид остановили Арнольда в раздевалке.
— Ты нам не верил? Так вот, сегодня Хельга пришла пораньше, чтобы встретиться с Брейни в школе.
— Да ну.
— И у нас есть фотографии. Тут ещё пробиты дата и время: сегодня Хельга приехала в школу за пол-часа до уроков.
— Ну, может быть совпало, что они вместе приехали.
— А зачем Хельге было приезжать так рано?
«Надо что-то делать. Если это будет продолжаться, это может зайти слишком далеко. Хотя мне-то какая разница? Я от неё даже слова благодарности не услышу, она просто назовёт меня тупицей и скажет, чтобы я не лез куда не следует. Но ведь она слишком гордая, сама не сможет выпутаться».
— Знаете, она приехала так рано просто потому, что она сейчас живёт у меня в пансионе, но стесняется об этом говорить. И опаздывала в прошлые разы по той же причине.
— Да, ну... А почему она живёт у тебя?
— У неё дома был пожар, и она живёт у меня, пока не отремонтируют её дом.
— Но всё равно у нас есть хорошая фотография Хельги и Брейни, так что всё равно мы покажем их всем: вот будет потеха.
— Не смейте показывать. Отдайте.
— А ты что, сам влюбился в Хельгу? И вообще, откуда ты знаешь: может быть она действительно любит Брейни?
— Нет, я в неё не влюблялся. Просто я считаю, что подло распускать слухи, особенно если знаешь, что на самом деле всё не так. А по поводу её отношений с Брейни: она мне сама сказала, что ничего подобного нет, и я считаю, что она говорила правду.
— А мне кажется, что ты влюбился. Получается очень прикольная история про любовный треугольник: Арнольд влюбился в Хельгу, а Хельга влюбилась в Брейни.
— Сид...
— Ладно, Арнольд. Мы не будем ничего подобного рассказывать.
— Обещаете?
Сид и Стинки переглянулись:
— Обещаем.
Арнольд понимал, что им верить нельзя: в прошлый раз они так же подставили его перед Игги. Но что он может теперь сделать? Сегодня, похоже, предстоит тяжёлый день.

Всё оказалось не так страшно, как он себе представлял: всего лишь несколько косых взглядов и смешков. Он уже привык: уже не в первый раз Хельга распускала про него слухи. Но после уроков его встретила Хельга:
— Куда собрался, репоголовый?
— Домой.
— Сначала объясни мне кое-что. Зачем ты разболтал, что я живу у тебя?
— Я был вынужден. Иначе это зашло бы слишком далеко. Правда, теперь и про меня бродят слухи.
— Ну, тебе-то всё равно: ты всегда был неудачником. А у меня как-никак репутация. Теперь нужно думать, как нам обоим выпутаться.
Арнольд случайно уронил из своего авторучку, и так неудачно, что она закатилась под шкафчик. Арнольду пришлось встать на колено, чтобы достать её отуда, и в этот момент из-за угла послышался голос Ронды:
— Поверить не могу. Он что, мазохист? К тому же у него всегда был хороший вкус, а эта... — Ронда резко замолчала, когда Надин толкнула её в бок. Проходя мимо Арнольда Ронда кинула на него взгляд, преисполенный показного сочуствия. Хельга вслед ей показала язык.
— Слушай, репоголовый: мне пришла в голову идея. Давай ты будешь какое-то время изображать, будто действительно люблишь меня и мы с тобой встречаемся, а потом сделаем вид, что поссорились. — Хельга вспомнила, как в неё влюбился Стинки, и подумала: может быть то, что заставило влюбиться в неё Стинки поможет ей приворожить и Арнольда. — Так мы убьём двух зайцев: я сразу избавлюсь от слухов насчёт Брейни, а потом...
Арнольд вздрогнул, вспомнив одну из похожих идей Хельги:
— Неужели мне опять придётся щекотать тебе пятки и дожёвывать твою жвачку? Нет, уж, я лучше воздержусь. Наверное лучшим способом развеять слухи будет — вести себя как обычно, будто ничего не случилось.
— Ты думаешь, это поможет? Ты будешь сидеть, сложа руки, пока тебя называют мазохистом?
— Это лучше, чем разыгрывать очередной спектакль. К тому же кто-нибудь может раскусить фальшь и про нас пойдут новые слухи.
На остановке Арнольд вдруг вспомнил о деле, которое хотел сегодня сделать:
— Кстати, я забыл: сегодня я поеду к Джеральду, узнаю, почему его не было в школе. Так что мне сегодня в другую сторону.
— Вот и славно: мне не придётся ехать с тобой в одном автобусе.

Хельга очень обрадовалась, не обнаружив в автобусе ни одного одноклассника. Она спокойно села на предпоследнее сиденье, но её радость была недолгой: вскоре за спиной послышалось знакомое сопение:
— Х-х-Хельга. Ты х-х-х правда любишь меня?
Удар как всегда пришёлся между глаз, а значит родители снова будут ругать Брейни за разбитые очки.

Джеральд, как оказалось, не пришёл в школу, потому что у него заболело горло. Но услышав от Арнольда новость, он не смог удержаться от смеха, даже несмтря на то, что смеяться ему было больно.
— Ты что, правда влюбился в Хельгу?
— Нет, конечно, неужели не понятно. Это просто Стинки и Сид придумали.
— Не, ну надо ж было такое придумать! Хоть мне и больно смеяться, всё равно, не могу удержаться.
— Больше того, они ещё решили, что Хельга влюбилась в Брейни.
— В этого сопливого очкарика, который носит овсяную кашу в кармане? Представляю, как Хельга разозлилась, когда услышала!
— Джеральд, не надо так смеяться, а то окончательно сорвёшь горло.
Джеральд еле успокоился:
— А что ты теперь собираешься делать?
— Просто скажу, что это всё ерунда. И буду вести себя, как будто ничего не было.
— И ты думаешь, тебе поверят?
— Рано или поздно все поймут, что нас с Хельгой ничего не связывает. И чем больше я буду беспокоиться об этом, тем это будет продолжаться дольше.
— Маловероятно, что Хельга разделяет твоё мнение. Она наверняка ещё что-нибудь выкинет.
— Она сначала вообще хотела, чтобы мы с ней изображали влюблённую пару... Что с тобой, Джеральд.
— Ха-Ха-Ха... Хватит про Хельгу! Пожалей моё бедное горло. Давай лучше примёмся за уроки.

Хельга поджидала Арнольда в прихожей.
— Нет, Арнольд. Я больше не могу сидеть сложа руки. Я должна покончить с этим раз и навсегда.
— В чём дело?
— Ты ещё спрашиваешь в чём дело? Мне приходится терпеть весь этот ужас, а ты будешь спокойно смотреть на это? За мной везде охотится этот сопливый очкарик, на меня все в школе смотрят, как на сумашедшую, а ты спрашиваешь в чём дело?
— Мне кажется, ты ведёшь себя так, как будто я, как минимум, твой парень.
Хельга чуть не потеряла дар речи, но быстро взяла себя в руки:
— Что ты сказал?
— Сама посуди: ты требуешь от меня, чтобы я решал твои проблемы, упрекаешь, что я плохо тебя защищаю. Завтра вообще начнёшь ревновать меня к другим девчонкам.
— Вовсе нет. Мы оба влипли в историю, поэтому выпутываться тоже должны вместе. Между прочем, ты виноват во всём этом.
— И в чём же я виноват? Я тебя разве не предупреждал тебя, что ты можешь попасть в глупую ситуацию? И вообще, почему я должен помогать тебе?
— Ты всегда всем помогаешь, и мне обязан помочь.
— Я пытался тебе помочь, но ты меня не слушала. Теперь сама выпутывайся как хочешь. Каждый сам за себя.

Сегодня Хельга снова не поехала с Арнольдом, а дождалась следующего автобуса. В автобусе Хельгу встретил Брейни, и строил ей глазки, похлопывая свободное место рядом с собой. Хельге пришлось сесть, так как других свободных мест не было. Утихомирив Брейни привычным движением, Хельга задумалась:
«Если бы я была с Арнольдом более учтивой, мне, наверное, удалось бы уговорить его изображать моего парня. Мы бы ходили с ним за руку, он не подпускал бы ко мне Брейни и целовал меня в губы. И тогда, со временем это ему понравилось бы, он понял, что я на самом деле очень нежная и беззащитная, и он полюбил бы меня»
Брейни в это время очнулся, но вскоре получил новую порцию Хельгиного гнева.

В обеденный перерыв Хельга решила попросить помощи у Фиби:
— Фиби, ты должна помочь мне.
— Это насчёт слухов по поводу Брейни?
— Да, именно. Что мне делать?
— Для тебя сейчас важно выработать правильное отношение к мнению о тебе: слишком острая, как и слишком вялая реакция только способствует распространению слухов. Если ты правильно будешь реагировать на подобные разговоры, то постепенно они сойдут на нет.
— Это практически то же, что сказал мне Арнольд, но только другими словами. И мне это не подходит. Мне нужно прямо сейчас избавиться от самого Брейни: как только до него дошёл этот слух, он стал приставать ко мне с утроенной силой.
— Маловероятно, что тебе это так просто удастся. Попробуй для начала просто поговорить с ним, сказать, что ты к нему ничего не испытываешь.
— Я ему это уже много раз говорила.
— Может быть это звучало недостаточно убедительно?
— Что может быть убедительнее удара по носу?
— Может быть лучше просто подойти к нему и просто рассказать обо всём?
— Ты с ума сошла, Фиби. Я не собираюсь разговаривать с этим ненормальным.
— Давай, чего ты боишься. Пойдём — Хельга и Фиби подошли к столику, где сидел Брейни, — Ну, давай.
— Х-х-Хельга, это ты? Привет.
— Брейни, я хочу тебе сказать кое-что.
— Да?
— Я хочу, чтобы ты наконец прекратил меня преследовать. Ты же знаешь, что я не люблю тебя.
— Да?
— И прекрати так на меня пялиться, придурок. А то я тебе сейчас врежу.
— Хельга, мы же подошли к нему просто поговорить, а ты уже собираешься применять насилие.
Но Хельга, несмотря на все попытки Фиби остановить её, всё же заехала Брейни по лбу, что тот упал со стула.
— Хельга, зачем ты это сделала? — кинула Фиби вслед удаляющейся Хельге, помогая Брейни встать. Вокруг стали собираться одноклассники.
— Наверное, Хельга сама пустила этот слух, чтобы поиздеваться над Брейни, — решила Ронда.
— Точно, — ответил Сид.
— Эй, а разве не мы с тобой пустили этот слух, когда ты увидел, что Хельга ведёт себя странно? И про Арнольда тоже.
— Стинки, замолчи.
— Ах, вот оно что?
— Нет, всё было не так.
— Всё понятно с вами, сороки. Надо же было такое придумать.
— Ну ты и балбес, Стинки.
— А в этом что такого?
— Ну как, что? Ты опозорил нас перед всем классом.
— Ну, извини.
— Нет уж, я тебя не прощу. Держись от меня подальше.

— Я рад, что всё закончилось благополучно. Но всё же не стоило так жестоко поступать с Брейни.
— Он сам виноват, всё время охотился за мной: в автобусе, в школе, на улице.
— Очевидно же, что ты ему нравишься.
— Разве ему не понятно, что он придурок.
— Не такой уж он и плохой, просто немного странный.
— Да замолчи ты.