Автор: Ninalyn
Фэндом: Адам Ламберт
Пейринг/персонажи: Адам/Томми, Монти
Спойлеры: действие происходит после концерта в Вифлееме и далее
Рейтинг: R
Саммари: то, что видит Томми при свете он видеть не хочет, к этому не готов, но однажды сделать выбор придется
Примечания автора: изначально история была комментфиком в glam kink, поэтому главы не имеют логического построения, и приходилось ограничиваться 4300 символами. В оригинале же рассказ гораздо длиннее, а то, что выставляю я – его отредактированная версия. Оригинальный сюжет сохранен, но в процессе написания у меня не было возможности вносить изменения, поправки, и я знаю, что некоторые факты требуют разъяснения и более четкого изложения.
Отзывы: буду благодарна, если оставите отзыв, если хотите осчастливить автора, оставить коммент – самый верный способ
Отдельное спасибо/посвящается: etharei, чьи отзывы в glam kink вдохновляли и направляли (хоть и косвенно), пока в конце концов ни привели все мои корректуры к финальной версии
Примечания переводчика: бессюжетность и некоторая разрозненность фика может быть как его плюсом, так и минусом, но в любом случае рассказ достоин прочтения. Переводить сложно, нет, СЛОЖНО, из-за большого количества фраз на разговорном английском, так что временами целые абзацы просто «выпадают» и корпеть над ними приходится часами. Другая сложность заключается в огромном количестве длинных, навороченных предложений с заковыристыми вводными конструкциями, сложноподчиненной структурой. А если уж все это предложение на 10 строк на сленге, то тут двойная сложность, оттого, признаюсь, перевод буквально вымучиваю, но, впрочем, разбираться в грамматических особенностях прерогатива моя, ваша же - читать и комментировать.
ЗДЕСЬ В ПОЛУТЬМЕ
Глава 1
Рейтинг: PG13
There might have been a time
When I would give myself away
Oh, once upon a time I didn't give a damn
But now, here we are-so whataya want from me?
Whataya want from me?
- "Whataya Want From Me," Adam Lambert
Все началось в середине августа.
Это был всего лишь поцелуй на сцене, всего лишь, однако Адам не целует кого попало и просто так, даже для «энергетической подзарядки» (Томми, честно признаться, перестал обращать внимание еще когда Адам заговорил о ци и тантре и других сумасшествиях, прочно засевших в его голове, так что он только поддакивал, симулируя интерес), и в Вифлееме-то он уж никак не ожидал. Это скромный поцелуй, но открыто призывающий, и язык Адама легко прикасается к нижней губе Томми, после чего он отстраняется; приватный, сладкий, не имеющий ничего общего с а-ну-ка-посмотрим-как-они-сейчас-завизжат засосами, глубокими и инсценированными, которые заполняют паузы в песнях. Единственная мысль Томми сейчас: «Что за хрень?», потому что обычно ведь его тискают, с ним флиртуют, а потом случается вот это, а сегодняшнее «это» совсем не то.
После концерта Адам спешит к автобусу, и Томми не успевает спросить, что это вообще было - у Адама же всегда есть веская причина (это его закон) – и, пробираясь к нему, натыкается на Монти.
«Пусть идет, парень,» - советует тот, и в эту секунду Томми не прочь ему врезать. «Ты только усугубишь дело.»
«Ага, усугубит дело, если я скажу, что мне плевать, зная, КАК он смущен,» - выпаливает он, и одного этого достаточно, чтобы пойти за Адамом, сесть на кровать, принести в утешение пива, порезаться в карты или, как в старые добрые времена, обнять со словами: «Да все в порядке.»
Адам НЕ смущается. Хватило одного случая, - когда полуголые Адам и Брук гонялись друг за другом по гримерке, Брук с вешалкой, Адам с ботинком в руке (Томми до сих пор не в курсе, и не хочет в нем быть, потому что в контексте будет не так уморительно смешно, как без него), и когда Томми сам было засмущался, но понял, что не стоит, - чтобы уяснить, что Адам и стеснение вещи абсолютно не совместимые. А вот сейчас Адам растерян, и ему это не нравится, это надо исправить, а Монти все качает головой.
«С тем же успехом можно его подстрелить,» - говорит он. «Будет не так больно.»
«Чего-,» - он не успевает обдумать сказанное, как ответ уже тут.
Адам не притворялся.
Он использовал язык тела для объяснения того, что не произнесет вслух в обычной жизни, где это подразумевает вещи, о которых он не смеет и думать, где это превратится во что-то, что он, самопровозглашенный улыбчивый фрик, не сможет сдержать.
We both know it isn't time,
but would you be mine?
Монти, должно быть, замечает проблеск понимания и опускает руку. Томми тащит его всторону, куда даже Нил – вторая профессия которого узнавать каждую мелочь об Адаме, дабы контролировать сплетни (ну мало ли) – не проберется подслушать.
«Ты идешь?»
«Естественно. А вот тебе не советую.»
Томми вонзает пальцы в его рубашку, и Монти стоит смирно.
«Слушай, если он захочет поговорить, передай, я сказал мне все равно, ну, в смысле, меня это не волнует. Нет, не все равно на НЕГО, ты же его друг, ТЫ-то знаешь,» - выдает он, прекрасно осознавая, что извиняется, и оттого злится, потому что извиняться не обязательно, все должно быть ясно и просто, но это не так и, черт, было бы куда проще, если бы не вспоминались губы Адама на его губах, или то, как он невзначай ответил на поцелуй, совсем чуть-чуть, не подыгрывая, а взаправду наслаждаясь им.
Монти в ту ночь остается в другом автобусе, и в 4 утра Томми получает смс:
«Он в порядке, сейчас спит.»
Томми пытается не думать о причине своего волнения, и почему вдруг он хочет удостовериться в этом сам, и сон никак не найдет. Он знает, что в присутствии Монти Адам не должен выкинуть какую-нибудь глупость (нет, он не из таких: они с ним бок о бок всего 9 месяцев, но судя по тому, как Адам перенес АМА, - которое могло ой как подмочить его репутацию – он переживет ВСЕ ЧТО УГОДНО), но он лучше даст вопросам помучить себя завтра, ибо сегодня сил уже нет.
В полутьме он переворачивается на другую сторону, убирает телефон, взбивает подушку до подходящей формы, закрывает глаза.
Нагоняет сон без мыслей, без образов.
Ему это почти удается.