Глава 6
Ближе к середине мая плавное и безмятежное течение жизни Т7 вообще и Вина Таннера в частности изменилось. Крис стал замыкаться в себе. Вин знал, что он опять пьет, оставшись в одиночестве на ранчо, а когда Вин приезжал туда, он казался далеким и отстраненным. Но Вин чувствовал, что дело не в их отношениях, он по-прежнему нужен Крису. Просто тому нужно пространство для самого себя. Когда Крис будет готов, он откроется ему, а пока Вин просто стоял рядом, своим присутствием даря поддержку.
Трагедия разверзлась неожиданно.
7777777
Офис Т7 был наполнен очередной перепалкой Бака и Джейди, в которую каждый агент пытался внести свою лепту, когда дверь кабинета Криса распахнулась. Все мигом замолкли. Выражение лица Криса выдавало, что что-то случилось, сильнее, чем кейс с винтовкой Вина в руке. Вин давно уже перевез свою снайперскую винтовку в офис, чтобы использовать на работе.
- Только что позвонили из полиции, - холодным, сухим тоном сказал Крис. – Сука-наркоманка раздобыла заряженный автомат, отобрала ребенка у матери и угрожает застрелить его, если ее дружка не выпустят из тюрьмы. Его засадили мы, дело Карстера в декабре. Поехали, Тревис в курсе. Вещи даст полиция, нет времени собирать наши.
7777777
Они приехали на место и были подробно введены в курс дела офицером полиции. Район оцепили, улицы очистили, но полицейские боялись действовать дальше. Обезумевшая женщина стояла, прикрывшись мальчиком лет девяти, к его голове было приставлено дуло UZI.
- Мы боимся стрелять – конвульсивно в момент смерти она может нажать на курок, - сказал офицер. – И сомнительно, что ее рука скоро устанет – совсем под кайфом. Одна надежда, что вы сможете провести переговоры, старший агент.
Крис не думал, то переговоры помогут. Сука слишком невменяема. Нужно ее чем-то отвлечь, заставить ее отвести дуло от головы ребенка… В голове Лараби возник план. Он собрал своих людей и изложил его.
- Ты не сделаешь этого! – крикнул Вин, голос полон ужаса.
Именно крикнул, отметил Бак. Он был рад, что кто-то другой возразил Лараби. Хотя и знал, что это бесполезно. Видит Бог, он слишком много раз пытался остановить Криса в прошлом. Поэтому Крис и оттолкнул его от себя, поэтому и ушел из полиции. Бедный дурак Вин, ему еще предстоит узнать…
План был предельно прост: Крис в бронежилете выйдет к наркоманке и спровоцирует огонь на себя. Когда она отведет дуло от головы ребенка, Вин снимет ее из снайперской винтовки.
- Это займет две секунды, - Вин сам не узнавал свой голос, срывающийся, полный паники. – 20 выстрелов. Достаточно и одного выстрела в голову, одного из двадцати…
Крис не ответил. Он обвел взглядом Т7 и приказал:
- Натан, Эзра, будьте наготове – кому-то нужно будет подхватить ребенка, - и как пить дать это будет не он. – Джейди, раздобудь у полицейских проволоку. И мне нужен свитер, чтобы скрыть бронежилет.
Взгляд Криса остановился на растянутом бесформенном свитере Таннера. Он протянул руку.
- Вин.
Таннер молча стащил с себя свитер, оставшись в одной футболке. Кто-то протянул ветровку, и он автоматически натянул ее на плечи.
- По местам, - приказал Лараби.
Вин взял свою винтовку и принесенный радиопередатчик и принялся подниматься на крышу здания, с которого он мог получить самый удобный угол для стрельбы. Крис не смотрел на него. Он надел полицейский бронежилет и сверху натянул свитер, который еще сохранял тепло Вина. Вставил в ухо наушник, прикрепил радио, проверил связь. Через пять минут в ухе раздался низкий голос Вина:
- Готово.
Крис глубоко вдохнул и подошел к полицейскому ограждению.
- Это старший агент Лараби, ATF, - крикнул он. – Я производил арест. Я иду.
Он перешагнул через барьер и сделал несколько шагов по направлению к женщине, "Глок" крепко зажат в руке.
- Стой! – завизжала наркоманка. – Брось оружие!
- Отпусти ребенка.
- Брось оружие!
- Хорошо.
Крис знал, что сейчас нарушает все правила. Даже новичок знал, что нельзя опускать оружие и ждать пули. Но это был рассчитанный риск. Пули UZI не могли пробить тот бронежилет, что на нем. И рука сучки могла трястись так, что пули вообще не попадут в него. Две секунды, сказал Вин. Крис напрягся, готовя свое тело к тому, что сейчас последует. Его ум трезво и четко работал, но тело чувствовало себя слишком открытым, слишком беззащитным. Даже не пробив в броню, пуля могла причинить большой вред. И могла попасть в голову, сразу же отправив его на тот свет. Или ранить, попав в открытое тело. Но у него не было выбора. Сцепив зубы, он опустил "Глок" на землю и поднял руки.
- Ублюдок! – было последнее, что он услышал в грохоте выстрелов.
Внезапные удары пуль выбили воздух из его легких, развернули, сбили с ног. Грудь, грудь, бок, снова грудь… Ноги не выдержали, и он упал на асфальт. Зрение затуманилось, но сквозь шум в ушах он слышал крики мальчика, приказы Бака, проклятие Вина. Сознание не сразу восприняло то, что он слышит голоса, но не выстрелы. Его щеку царапнул асфальт, и он подтянул руку, чтобы оттолкнуться от жесткой поверхности. Рука слушалась с трудом и не выдержала его вес. Он снова упал на асфальт и с удивлением смотрел на заливающую рукав красную жидкость. Но боли больше не чувствовал.
Черт, это плохо.
Затем он почувствовал, как чьи-то руки переворачивают его, кладут на носилки, надевают на лицо кислородную маску. Он пытался оттолкнуть ее, что-то сказать, отдать приказ, выслушать рапорт, но ему не позволили. И только когда его грузили в скорую, он увидел стоящего неподалеку Вина.
Проклятье.
7777777
Вин двумя руками вытер свое лицо, не обманываясь, что друзья сразу заметят дорожки слез на его щеках, но надеясь обмануть людей, которые внезапно заполнили место преступления. Он видел, как Криса поместили в скорую, но не бросился к нему, за ним. Он не мог. Снова и снова он переживал последние минуты.
В прицел он отлично видел суку. Он не сводил с нее взгляда, но безошибочно знал, когда Крис вышел к ней. Когда положил пистолет. Когда она открыла по нему огонь. Две секунды – столько прошло между моментом, когда она отвела дуло от головы мальчика, и его выстрелом. Он верно рассчитал. Он не мог выстрелить быстрее – у него был только один шанс, и он должен был быть уверен, что его выстрел будет смертельным. Он не мог выстрелить быстрее, и каждую долю этих двух секунд он знал, что его медлительность может стоить Крису жизни. Когда она упал с месивом вместо лица, он перевел прицел туда, где должен был стоять Крис. Он лежал на асфальте лицом вниз, абсолютно неподвижно. Затем рука шевельнулась. Окровавленная рука, на которой свитер Вина был разрезан как ножом. Вин не мог оторвать взгляд от этой руки, пока Криса не окружили люди. Тогда он стал спускаться вниз.
Вин вздрогнул, когда тяжелая рука Джозаи опустилась ему на плечо.
- Ты в порядке?
Вин стряхнул его руку.
- Да.
- Он вне опасности. Может, сломаны ребра, сильные ушибы, но только одна пуля оцарапала руку.
Вин молчал. Джозая постоял немного, изучая его, затем добавил:
- Если захочешь поговорить – я всегда рядом.
Вин кивнул и отошел. Он не хотел говорить.
Друзья бросали на него взгляды, но, казалось, никто не удивился, что он не поехал в больницу с Крисом. Туда отправился Бак. Вин вернулся вместе со всеми в офис. Он напечатал рапорт – кое-как, не обращая внимания на грамматические ошибки – и протянул его Джозае вместе с табельным оружием, извлеченным из глубины стола. И сказал, что едет домой, а завтра берет выходной. Все равно после смертельного выстрела он не допускался к работе, пока не будет проведено следствие.
7777777
Крис счастливо отделался. Он услышал это от всех. У него были треснуты два ребра, ушибы по всему торсу и царапина на левом бицепсе. Все это должно было адски болеть и сковывать движения на протяжении пары недель, но не более. Доктор даже не оставил его в больнице на ночь, и Бак отвез Криса на ранчо.
7777777
Бак помог Крису устроиться на диване, подмостив подушку под неповрежденный бок, затем убедился, что обезболивающие таблетки и стакан воды стоят на столике в пределах досягаемости. Крис молчал, и Бак тоже не проронил ни слова, что было несвойственно ему. Наконец, Крис поднял глаза и спросил:
- Ты понимаешь, да?
Бак кивнул и сел рядом в кресло.
- Я был рядом с тобой тогда.
- А Вин не понял.
Бак не разобрал, что было в тоне Криса – обида, разочарование, тоска… может, все вместе. Он вздохнул и сказал:
- Подумай, что сегодня пришлось пережить Джуниору. Он имеет право быть злым. И он не знает…
Между ними опять повисло молчание. Потом Крис спросил:
- Ты говорил с ним?
- Нет. Я уехал почти сразу за скорой.
- Подай телефон.
Бак повиновался, и Крис набрал номер сотового Вина. Гудки. Затем попробовал домашний номер. То же самое. Крис швырнул кусок начиненного электроникой пластика на диван.
- Не берет.
Бак подумал, что Крису еще повезло, что Вин не заблокировал его номер. Еще.
Крис протянул руку и потребовал:
- Дай свой сотовый.
На вызов с номера Бака тоже не было ответа. Крис сдался и уронил голову на спинку дивана, устало закрыв глаза.
- Езжай домой, - предложил он старому другу.
- Я останусь с тобой.
- Не нужно. Я хочу побыть один.
Бак заколебался и внимательно посмотрел на него. Крис казался спокойным, в здравом уме. К тому же было опасно долго возражать Лараби. Бак сдался.
- Ладно. Звони, если что.
- Спасибо, Бак. За все.
- Для этого и нужны друзья.
Бак сжал плечо Криса и ушел. Крис слышал, как по гравию зашуршали шины отъезжающего пикапа. Он продолжал неподвижно полулежать на диване. Все тело болело. И не только тело. Боль засела намного глубже мышц и костей, намного глубже плоти. Его душа, вся его сущность были в агонии. Тишина дома только увеличивала муку и, наконец, Крис не выдержал. Кое-как он встал с дивана, доковылял до бара и вытащил бутылку виски. Прижимая свободную руку к больным ребрам и стоная на каждом шагу, он вернулся назад и тяжело сел. Он знал, что в его организме еще остаются лекарства, которыми его накачали в больнице, и пить сейчас алкоголь – верх идиотизма, но ему было все равно. Он должен чем-нибудь заглушить эту боль. Подняв бутылку к губам, он сделал большой глоток. Виски привычно обожгло горло и тяжело осело в пустом желудке. Крис глотнул снова.
Он пил, пока агония не превратилась в тупую, ноющую боль, сковавшую мысли и чувства. Он снова поднял телефон и набрал домашний номер Вина. На этот раз ответил автоответчик: "Таннер. Оставьте сообщение". Предельно коротко. И никакого обещания перезвонить.
- Вин… - начал Крис, но пока он пытался собраться с мыслями, время закончилось.
Выругавшись, Крис перенабрал номер. Три слова сообщения автоответчика на этот раз показались ему бесконечно длинными.
- Вин, нам нужно поговорить. Возьми трубку...
Время опять закончилось. Крис сжал телефон в руке, боясь набрать номер снова. Слышал ли Вин его? Захочет ли ответить? Но он должен. Крис опять с силой нажал кнопку вызова. Опять сообщение.
- Вин, перезвони мне, когда будешь готов говорить. Я должен рассказать тебе…
Время закончилось. Крис даже не заметил, что опять нажал вызов, и почти выронил телефон от неожиданности, когда на этот раз трубку подняли после второго гудка. И тишина.
7777777
Вин лежал на животе на диване в своей квартире и вздрагивал от каждого телефонного звонка. Сотовый, стационарный, опять сотовый… Наконец, телефоны умолкли, и Вин вернулся к своим мыслям. Хотя думать было последнее, чего он хотел. Почему Крис сделал это? Неужели то, что у них было, так мало значит для него? Неужели он не понимал, что он значит для Вина? И почему Бак не возражал? Какой же он лучший друг, если даже не попытался отговорить Криса от этого почти что самоубийства? Телефон зазвонил снова, и Вин едва не подпрыгнул. Сработал автоответчик, и в комнате отчетливо раздался голос Криса. И опять. И опять. Вин лежал неподвижно, едва дыша, и смотрел на телефон. И как будто против воли его рука потянулась и подняла трубку.
- Вин?
- Да.
- Ты слышал?
- Да.
- Нам нужно поговорить.
- Я слушаю.
Крис едва не выругался вслух. Вин просто спешил помочь ему.
- Не так. Не по телефону. Мне нужно видеть тебя.
Молчание. Затем хриплое:
- Хорошо.
- Я… я не могу приехать. Не в состоянии.
Вин горько рассмеялся.
- Когда такие мелочи останавливали тебя?
- RAM остался в городе, а Бак уже уехал.
- Я приеду.
Вин положил трубку, и Крис без сил откинулся на спинку дивана.
7777777
Дорога к ранчо занимала 40 минут. Все эти 40 минут злость Вина нарастала. И он даже не старался обуздать ее. Когда он добрался до дома Криса, ярость ослепляла его.
Крис сидел на диване – том диване, на котором они провели столько часов молчаливой близости и бешенной страсти. Он опять был в черном с ног до головы, и это только подчеркивало бледность его кожи, в которой не осталось ни кровинки. И Крис был пьян, полупустая бутылка виски стояла перед ним. В бешенстве Вин вытащил из кобуры на поясе SIG и направил его на Криса.
- Ты хочешь умереть, да? Хочешь получить пулю в лоб? Тогда, может, мне нужно самому всадить ее?
Крис засмеялся. Это был жуткий смех, от которого волосы на затылке Вина зашевелились. Крис знал, что Таннер никогда не нажмет на курок. Вин знал это тоже, и пистолет исчез в кобуре также быстро, как и появился. Они смотрели друг на друга, разделенные несколькими шагами и бездонной пропастью.
- Я не хочу умереть, - наконец, сказал Крис. – Больше нет.
Сердце Вина похолодело.
- Но этот мальчик сегодня, - продолжал Крис. – Я должен был его спасти. Даже ценой собственной жизни. Я должен был ради него. Я должен ему.
- Кому? – едва слышно выдохнул Вин.
- Адаму.
Сыну. О Господи.
- Они погибли из-за меня. Сара и Адам. Сели в мою машину. Кто-то заложил в нее взрывчатку. Кто-то хотел добраться до меня. Машина взорвалась вместе с ними. Они погибли, Вин.
Крис посмотрел Вину в глаза, и тот почувствовал, что не может дышать. Весь лед ушел из глаз Криса, осталась только боль. Боль и чувство вины. Это было более страшно, чем пустой взгляд мертвеца, что Вин видел ранее.
- Завтра будет четыре года, как это произошло. С тех пор я не живу. Не помню сколько раз я просыпался среди ночи, брал пистолет и вкладывал дуло в рот, намереваясь раз и навсегда покончить с этой пародией на существование. Не знаю, что останавливало меня. Мне пришлось уйти из полиции потому, что я сознательно лез под пули. Бак пытался меня останавливать, привести меня в чувство, и я ушел от него тоже. Я ехал как можно дальше от Виргинии, от прежней жизни, от воспоминаний, но они следовали за мной. Иногда мне казалось, что я никогда не избавлюсь от запаха гарища. Сара и Адам были всем в моей жизни. Я не верил, что смогу жить без них.
Каждое слово вонзалось в Вина, как нож. Глаза Криса не отпускали его, топя в своей боли, но затем в зеленых глубинах блеснул луч света.
- Но потом я встретил тебя. И все изменилось. Я понял, что хочу жить. У меня не всегда есть на это силы, но ты даешь их мне. Я снова начал дышать, Вин.
Крис встал и сделал шаг к Вину. Увечья и смешанное с обезболивающим виски лишили его сил, и Крис пошатнулся. Вин тут же был рядом, его сильные руки подхватили измученное тело, опустили назад на диван. По щекам Криса потекли слезы, и Вин сел рядом, прижав его к себе, бережно обхватив руками, нежно укачивая, пробегая пальцами по светлым волосам, прижимая голову Криса к своему плечу.
- Но я устал, Вин… Я так сильно устал…
Наконец, всхлипы стихли, и Крис провалился в сон. Вин продолжал сидеть неподвижно, держа его в своих руках. Шли часы, а исповедь Криса продолжала звучать у него в голове. Его сердце разрывалось от боли за Криса. И за себя самого. В эту ночь он понял, что Крис никогда не будет принадлежать ему полностью. Он мог биться за него с живыми, но не с мертвыми. Часть сердца Криса навсегда останется с Сарой.
И Вин почувствовал, как ледяная рука страха сжимает его внутри. Крис балансировал на грани рассудка, и в любой момент мог провалиться в бездну. И тогда он потянет Вина за собой. Потому что Вин знал, что его сердце до самого смертного часа целиком и полностью будет принадлежать Крису Лараби.
7777777
Крис проснулся среди ночи и не мог понять, где он и что с ним. Поверхность, на которой он лежал, была одновременно твердой и мягкой. И теплой. Он открыл глаза и моргнул. Он был в своем зале. Приподняв голову, он увидел, что лежит на груди Вина, который заснул сидя, обхватив его руками.
Движение разбудило Вина, и он поднял голову, застонав, когда затекшие мышцы шеи запротестовали.
- Привет, Ковбой.
- Привет, - улыбнулся Крис.
Он попытался подняться и застонал, сразу вспомнив о своих ребрах и ушибах.
- Полегче, Ковбой, - придержал его Вин.
Он выскользнул из-под Лараби и помог ему подняться. Стоная и покрякивая, они, обнявшись, побрели в спальню. Крис хмыкнул.
- Хороша парочка. Два старика.
- Говори за себя.
Вин помог ему раздеться и уложил в постель. Он стиснул зубы при виде багрово-черных синяков, еще более заметных на фоне белого эластичного бинта, стягивающего ребра, но ничего не сказал. Затем лег рядом и взял сотовый. Крис вопросительно поднял бровь.
- Баку. Чтобы он завтра не ехал сюда с утра.
- Ты останешься?
- Все равно мне нечего делать на работе до следствия.
- Неверно, мне влепят выговор, - равнодушно предположил Крис.
- Угу. Вместе с очередной чертовой благодарностью.
- Бак будет очень счастлив, что ты звонишь ему сейчас.
- Он заслужил, - мстительно сказал Вин и набрал номер.
На двадцатом гудке трубку взяли, и заспанный голос заревел:
- Вилмингтон, и пусть это будет важно, или я убью!
Вин слегка отставил трубку от уха.
- Привет, Баклин.
- Вин? Что случилось?
- Ничего, просто хочу сэкономить тебе поездку на ранчо. Я сейчас у Криса.
- Как он? – даже в заспанном голосе искренняя тревога.
- Нормально. Пока.
Вин отсоединился и повернулся к Крису:
- Как тебе удобней спать?
Тот повернулся на здоровый бок и потянул Вина за руку, чтобы тот прижался грудью к его спине. Вин зарылся губами в мягкие светлые волосы, и они опять провалились в сон.
7777777
Вин проснулся как обычно рано и аккуратно, чтобы не разбудить Криса, выскользнул из постели. Сварил кофе, приготовил простой завтрак и отправился в конюшню. Он все утро провел, занимаясь лошадьми и разговаривая с Песо. Когда он вернулся в дом, Крис еще спал. Зазвонил телефон, и Вин быстро поднял трубку.
- Таннер.
- Мистер Таннер, вас беспокоит мистер Стендиш.
Мог бы и не представляться, подумал Вин. Но потом манера разговора Эзры потеряла всякую вычурность:
- Я хотел спросить, как ты, Вин.
Хотя между ними не было ничего общего, Вин больше всех сдружился с Эзрой в Т7. Не считая Криса, конечно. Что-то позволяло им понимать друг друга вопреки всему.
- Вин? – позвал Эзра, когда молчание затянулось.
- Знаешь, Эз, я наконец понял, что ты имел в виду тогда, когда пришел ко мне домой.
- Примите мои искренние соболезнования, мистер Таннер.
Едва Эзра положил трубку, позвонил Бак, который сообщил, что следствие назначено на завтра, и расспросил о ситуации на ранчо. Вин отделался от него, услышав движение в спальне.
- Они решили, что у нас здесь чертов переговорный пункт, - сказал он, заходя в спальню. – Разбудили тебя?
- Да уже пора вставать, - Крис кивнул на часы, на которых было почти 11.
Он сидел на кровати и пытался размотать бинты, но в результате запутался в них. Вин окинул его взглядом и прокомментировал:
- Ты похож на мумию.
- Иди к черту, Таннер. Лучше помоги.
Вин решил не указывать Крису на противоречивость его слов. Он быстро размотал бинты и проводил Криса в ванную.
- Я хочу принять душ.
- Ты уверен, что это хорошая идея? – засомневался Вин, указывая на раненую руку.
- Это всего лишь царапина. Горячая вода поможет мышцам.
- Ладно, - согласился Вин и помог Крису забраться в душевую кабину.
Когда шум воды стих, он без стука вошел в ванную и помог Крису вытереться, потом проводил его назад в спальню и усадил на кровать. Став перед ним на колени, Вин взял руки Криса и положил их себе на плечи, зная по собственному опыту, как их трудно поднимать при таких травмах. Взяв эластичный бинт, он принялся туго бинтовать ребра Криса, затем занялся раной на руке. Это действительно была царапина, пуля просто счесала кожу. Завершив с перевязкой, он помог Крису одеться.
- Позавтракаешь?
Крис отрицательно покачал головой.
- Тебе нужно есть, таблетки нельзя глотать на пустой желудок.
- Их я тоже не хочу.
- Суди сам.
После горячего душа Крис чувствовал себя лучше и решил, что не хочет оставаться в доме.
- Помоги мне дойти до кораля, - попросил он.
Вин повиновался. По дороге он с облегчением заметил, что Крис двигался почти сам. Весеннее солнце и свежий ветерок вернули немного краски на бледное лицо Криса. И Вину стало казаться, что вчерашний день был ночным кошмаром. Только он знал, что это было наяву.
7777777
На следующее утро Вин проснулся в пустой постели. Повертев головой по сторонам, он увидел Криса сидящим на подоконнике и спросил:
- Почему не спишь?
- Мне снилась Сара, - тихо ответил Крис.
- А потом ты проснулся и увидел рядом с собой меня? – голос Вина был лишен каких-либо эмоций.
- Да.
Вин отвернулся и закрыл глаза. И молился, чтобы у него хватило сил не закричать вслух.
7777777
Они отправились кататься на Пони и Песо, оставив далеко позади ранчо Криса и заселенную местность. Буря налетела незаметно, и Вин выругался, когда резкий порыв ветра швырнул ледяные струи дождя ему прямо в лицо, обжигающе холодные капли проникли под воротник и потекли по его телу. Он обернулся назад, пытаясь сквозь пелену дождя рассмотреть Криса. Тот сидел на Пони и, казалось, не замечал ледяного дождя и режущего ветра, его пустые глаза смотрели перед собой, безразличные ко всему. Вин знал, что должен надеяться только на себя, чтобы найти какое-нибудь убежище в этой пустынной местности. Он заставил Песо двигаться вперед, внимательно всматриваясь сквозь пелену дождя и время вот времени поворачиваясь назад, к Крису. Наконец, впереди показался неясный свет, и Вин направил лошадей туда. Они подъехали к старому, полуразрушенному дому, возле которого покосился навес, бывший когда-то конюшней. Оставив там лошадей, они поднялись по ступенькам веранды. Вин почувствовал, как волосы на его затылке зашевелились. Белая краска на стенах дома облупилась и пожелтела, перила были сломаны, стекла покрыты грязью, через которую едва пробивался идущий изнутри свет. Все инстинкты кричали Вину убираться отсюда подальше, но единственный взгляд на Криса убедил его, что тот нуждается в тепле и укрытии. Скрип открываемой двери заставил его подпрыгнуть. На пороге стоял человек, который продолжал купаться в тени, несмотря на зажженную керосиновую лампу в его руке. Он сделал приглашающий жест, и Крис вошел в дом. Вин застыл на пороге, как будто древнее зло преградило ему путь, но он сцепил зубы и рванулся внутрь, за Крисом. Внутри воздух был спертым от накопленной годами пыли, свет керосиновых ламп едва отгонял тени и терялся в сетях паутины. Крис сбросил свой плащ и устало опустился в древнее кресло, Вин снял замшевую куртку и стал рядом. Хозяин протянул им грязные стаканы, наполненные золотистой жидкостью. Вин поколебался, но пригубил медовое вино, его вторая рука ни на секунду не отрывалась от кобуры SIG'a. Он поднес стакан к губам, чтобы сделать еще один глоток, и с удивлением увидел, что тот пуст. Наверно, усталость шутит с сознанием, подумал он и посмотрел на Криса. Тот сидел, поставив локти на колени, стакан с вином балансировал в тонких пальцах, глаза неотрывно смотрели на пляшущий огонек лампы. Хозяин подошел к Вину и внимательно посмотрел на него, затем удовлетворенно кивнул. Вин нахмурился, но не мог найти в себе силы ни пошевелиться, ни сказать что-нибудь, только его глаза сохраняли способность двигаться. Вин следил, как хозяин стал перед Крисом, его шепот зазвучал в ушах Вина:
- Ты устал… так устал от жизни. Каждый день наполнен горем и отчаяньем. Так много боли. Тебя ничего здесь не держит. Будущее бесконечно перед тобой. В одиночестве. Полном горя одиночестве…
Вин видел, что эти слова достигли Криса, и хотел закричать, что это не правда, что у него есть тот, кто его любит, тот, кто облегчит его боль, но голос не слушался его. Вместо этого Вин в бессилье следил, как Крис продолжал слушать шепот хозяина.
- Никто не будет оплакивать тебя, ты никому не нужен здесь. А они ждут тебя там. Те, кого ты любил. Ждут тебя. Пошли к ним.
Нет! Нет! Нет!
Вин беззвучно кричал, когда Крис безвольно поднялся и позволил вывести себя из комнаты в темный коридор. Он заставил свое тело двигаться и зарыдал от облегчения, когда ноги, наконец, повиновались. Он медленно шел за тонкой призрачной фигурой, как будто продираясь через мелассу, видя в сумраке коридора только отблеск лампы на золотых волосах. Крис достиг конца длинного коридора. Хозяин открыл тяжелую деревянную дверь, которая скрипнула на ржавых петлях, и они оба вошли внутрь. Вин с ужасом увидел, что дверь стала медленно закрываться, и интуитивно он знал, что если она закроется до того, как он достигнет ее, он никогда не сможет войти – и он может потерять Криса навечно. В отчаянии Вин сделал последний рывок и со всей силы вцепился в дверь кончиками пальцев. Он протиснулся в комнату и упал на пол, затем принялся ползти, не обращая внимания на битое стекло и щепки, что вонзались ему в ладони. Он видел, как Крис медленно лег на покрытую пылью древней кровать, вытянув ноги и положив голову на заплесневелую подушку. Его глаза смотрели вверх не мигая, как будто он уже преступил черту жизни. Дождь пробивался сквозь гнилую крышу, и капли падали на высокий лоб и острые скулы, сбегали вниз по бледному лицу, подобные слезам. Вин использовал каждую унцию оставшихся сил, чтобы подняться на колени, вцепившись пальцами в раму кровати. Он в ужасе видел, как хозяин поднял в воздух нож, и свет засиял на остром лезвии, которое опускалось к беззащитному горлу Криса. Вин перехватил его руку, удерживал лезвие, но оно опускалось все ниже и ниже. Холодная кровь брызнула на его лицо, и он закричал:
- Криииссс!
Вин резко сел в постели, его сердце бешено колотилось в груди. Долгие минуты он не мог осознать, что это был сон, что он лежит в собственной постели в своей квартире в Пургатори, часы на тумбочке показывают начало четвертого. Это был сон. Сон. И тут же почувствовал, что его лицо и грудь мокрые. Дрожащей рукой он провел по телу и поднял пальцы к глазам. Вода. Затем он услышал стук капель по подоконнику, и его осенило – дождь залил чердак и просочился через потолок, вода лилась на кровать. Вин отбросил одеяла и прошел в ванную. Опершись об раковину, он уставился на свое отражение в зеркале и сказал:
- Ты сходишь с ума, Таннер.