Глава 2. Панк-рок

Хирата одарил его леденящим презрением. Это было странно. Наверное, Йоги был недостаточно сильным. Он облизал костяшки пальцев, которые оказались солеными. Хирата будто бы не заметил удара. Во всяком случае, отвечать ударом не собирался.

Йоги на штаны выплеснулся кофейный ликер. Хирата даже не посмотрел на него – он продолжал беседу с Акари Дезартом. Проверяющий тоже был на их вечеринке. Пригласить его было идеей Цукитачи из первой смены. По его словам, это будет полезно для бизнеса.

Акари рассмеялся, прикрывая рот салфеткой с отпечатком чьей-то губной помады.

- Эй, ребята, я же всего лишь пошутил! – сказал Йоги, махая руками. Хотя его никто не спрашивал и ни в чем не обвинял. Его просто не приняли всерьез.

Он всего лишь хотел сделать что-то в стиле панк-рок вечеринки, идея которой пришла в голову кому-то из руководящего состава. Ему показалось, что это будет забавно. Но он не знал, что потребуется именно удар. Это произошло как-то само по себе, после того, как Хирата заметил в сторону Акари, что чего-то здесь не хватает.

Йоги провел тыльной стороной руки по глазам, стирая пот. Здесь было жарковато. Да и веселье уже притихло.

Какая-то незнакомка в тельняшке, которая за танцем убеждала Йоги, что «это не ее формат», уже блевала в углу. Вероятнее всего, там она и заснет. Киичи куда-то делась. Цукума молча сидела рядом со своим боссом. Но ее, скорее всего, испугали ручные пауки, которые жили у владелицы комнаты. Хирата ей показал их в самом начале вечера, когда она сказала, что не пьет.

- Эй Йоги, ты не мог бы сбегать за пивом? – осведомился у него кто-то. – Тебе явно надо проветриться.

Йоги улыбнулся. Конечно, он может.

- Тем более, ты здесь самый страшный, - заметил Хирата, протягивая ему салфетку. – Если бы ты появился в таком виде на работу, тебе пришлось бы уйти в заведение через дорогу.

Хирата не мог промолчать. Но это было естественно: он все время думал о работе. Даже сейчас, когда можно было бы веселиться, он беседовал с Акари о юридических нормах животноводства.

Йоги кивнул. Ему не хотелось улыбаться. Ему хотелось, чтобы Егор Летов заткнулся. Поэтому он молча взял деньги и вышел на улицу. Вздохнул полной грудью ноябрьский воздух – выхлопные газы и воду.

Это был чужой район. Чтобы сориентироваться, вставил в ухо наушник. Не успев нажать кнопку, он вспомнил, что заменил вчера абсолютно весь свой плей-лист на русский рок, чтобы проникнуться весельем.

- Эй, Принц!

Йоги внутренне сжался. Принцем его дразнил только один человек. И в то, что он спустился оттуда за ним, поверить было никак нельзя.

- Че стоишь? – осведомился Гареки, застегивая ширинку.

- Я не знаю, где найти магазин «24 часа» в этом районе. Я вспомнил, что не спросил об этом, когда выходил… А что ты тут делаешь?

- Мне надо было отлить, - поделился Гареки. – А в туалете занято уже полчаса.

Они какое-то время смотрели друг на друга, потом Гареки раздраженно сгреб Йоги за руку и потащил с собой.

- Это мой район, - сказал Гареки грубовато. – Тут с такой рожей нельзя.

«Йоу!» - воскликнул один из парней, сидевший возле магазина на корточках, - «Ебать, вот это встреча! Гареки! Смотрю, у тебя появилась подружка!»

«Иди в жопу, Кихару!» - отшил его парень, - «Мне не до тебя».

«Да, Кихару», - присоединился к их разговору товарищ дерзкого гопника, - «Признай уже, что у тебя нету шансов против такого красавчика».

Когда он закончил, оба придурка загоготали. Внезапно Йоги узнал их. Эти парни работали в заведении через дорогу, в которое брали как раз только таких маргиналов. Именно им грозил Йоги Хирато.

«Я говорил тебе», - бросил Гареки, когда они вошли в магазин и встали возле прилавка, - «Здесь довольно опасно. Эти двое ко всем пристают, только дай им».

«Наверное, не стоило вас сюда звать», - добавил он, доставая из кармана пару купюр, - «Но Цукитачи настаивал, чтобы все было как по-настоящему, вот я и не сдержался».

«Да не парься ты», - ответил Йоги, гадая, зачем парню деньги сейчас, - «Вышло довольно… аутентично. К тому же мои однокурсники никогда не поверят, что я провожу выходной столь отвязно».

«Потому что не спросят», - добавил он про себя.

«Вот!» - тем временем бросил Гареки, протянув Йоги деньги, - «Возьми для меня пару банок. Эта корова», - он указал на женщину за прилавком, - «Меня знает с пеленок. Она знает, сколько мне лет, поэтому никогда не продаст мне алкоголя».

Бросив неловкий взгляд на кассиршу, Йоги заколебался. Гареки было всего лишь пятнадцать, и по-хорошему, кассирша была абсолютно права. К тому же зарплата у парня была не такой уж большой, чтобы тратить ее на дешевое пойло.

«Гареки, ах ты мелкий ублюдок!» - тем временем крикнула женщина, - «Еще раз скажешь что-то подобное, я не продам тебе даже хлеба. И сигарет якобы для твоей тетушки».

Йоги вздрогнул. Неужели, Гареки еще и курил?

«А ты, красавчик», - обратилась к Йоги толстушка, - «Давай, не тяни. Говори, что тебе надо, я собираюсь на перерыв».

Ощущая себя полным придурком, Йоги ответил ей: «Две полторашки. И бутылку портвейна на то, что останется. Да, и еще пару банок чего-нибудь не слишком крепкого».

Денег у Гареки он так и не взял. Совесть не позволяла. Портвейн Йоги при этом брал для себя. Он слышал от брата Кароку о том, что если выпить бутылку, это освобождает. Не то, чтобы он сильно верил этим словам… но портвейн подошел бы как минимум для антуража.

«Я смотрю, у вас вечеринка!» - бросил Кихару, когда они вышли из магазина, - «Мы с Кагири зашли бы на огонек, если скажете адрес. Мы приведем с собой телочек».

На это Гареки ответил прохладно: «Отвянь, пока меня не сблевало».

«Эй, дружище!» - бросил Кихару товарищу, - «Мне кажется, этот пиздюк нарывается!»

Сказав это, гопник поднялся. Бросив взгляд в его сторону, Йоги к ужасу своему видел в руках у парня заточку. Вероятно, этот ублюдок просто хотел напугать их. Но… Йоги видел, как это обычно случается, когда такие спектакли вдруг превращаются в рукоприкладство. У него под окном такое происходило буквально каждую ночь.

«Прошу, успокойтесь», - сказал он Кагири с Кихару, загороди Гареки собой, - «Мы просто шли мимо, и не собирались вас обижать».

Гареки звучно ругнулся у него за спиной. Чем-то он явно был недоволен. То ли тем, что его защищали как младшего, то ли тем, что Йоги решил извиняться.

«Боже, какой он смешной!» - воскликнул Кихару, вертя оружие между пальцами, - «Гареки, где ты его откопал? В ебаной консерватории? Или в библиотеке? А может, это все по заказу? Скажи, сколько стоит подобный эскорт?»

«Вот вы где!» - внезапно послышалось у них за спиной. Оглянувшись, Йоги увидел мужчину в белой рубашке. Тот как раз затушил сигарету и бросил ее прямо в мусорный бак, что было редкостью в здешних краях. Как и этот человек, в общем и целом. Для этой местности он выглядел слишком опрятно, даже с учетом длинных волос.

«Вы сказали, что отлучитесь на пару минут», - бросил этот мужчина двум неадекватынм парням, - «Прошло уже полчаса, и мероприятие в самом разгаре. Если вы будете и дальше меня подводить, я уволю вас без компенсации».

«И найму вместо вас этих двоих», - добавил он, ткнув в Йоги пальцем, - «А ну-ка, быстро, пиздуйте назад! Иначе завтра будете коротать свое время вместе с бомжами. Такое отребье больше никто не возьмет на работу, кроме меня. Так что не забывайтесь».

«И вы тоже валите по добру, по здорову», - добавил он, повернувшись к Йоги с Гареки, - «Я знаю, что вы из макЦиркуса, так что будь моя воля, я бы вмазал вам чисто ради того, чтобы подорвать бизнес врагам. Но сегодня мне нельзя пачкать рубашку».

«Отлижи своей бабушке!» - ответил на это Гареки, что заставило Йоги напрячься. Однако, товарищ после этого взял его за рукав и потянул за собой.

Когда они отошли, парень добавил: «Прости, это, правда, не лучшее место. Кстати, как тебе идея не возвращаться? Я знаю тут неподалеку отличный чердак, где никто не блюет и не ебется, не запирая дверь в ванную».

«Но…» - возразил ему Йоги, в руках которого все еще был пакет с кучей напитков.

«Им хватит», - перебил его резко Гареки, - «Это моя квартира, не забывай! Я не хочу чтобы ее разнесли кокончательно».

- Я мог бы тебе процитировать Бродского, - сказал Йоги, убирая со лба прядь влажных волос. Пока они добирались до чердака, снова пошел дождь. Гареки не отреагировал. Йоги видел в неверном свете, как тот, чертыхаясь, пытается управиться с электричеством. Лампочка мигала, но не загоралась: видимо, здесь вообще не должно было быть света.

Йоги задумался, не Гареки ли его сюда провел: толстый провод, местами оклеенный изолентой, уходил в стену через довольно грубую дырку. Скорее всего, он просто подключился к кому-то из живущих внизу жильцов.

Йоги отвинтил крышечку бутылки. Нет, Бродский не подходил к случаю.

- Блять, здесь опять кто-то был, - вздохнул Гареки, и с шипением открыл банку. По чердаку разнесся запах горелого сахара и экзотических фруктов. Гареки глотнул. – Что это? Я последний раз это пил в четырнадцать лет. Но у меня тогда совсем не было денег и я покупал их просроченными.

Он отставил банку и с сомнением посмотрел на Йоги, который так и стоял перед матрасом с открытой бутылкой. Гареки потер руки и попытался снова. Лампочка тускло засветилась.

- И обогреватель сперли, - вздохнул Гареки. – Наверное, решили, что не работает, и снесли в металлолом. Но там просто не горела лампочка…

- Не огорчайся, - неуверенно сказал Йоги. Парень, судя по всему, часто здесь бывал. И его сильно огорчило отсутствие обогревателя. Но с улицы здесь было даже тепло.

Йоги сел на расстеленный прямо на битый кирпич матрац и с удивлением заметил, как же здесь тихо. Шум города почти не доносился до них. Иногда трещала лампочка. И все.

- Я…

Йоги не знал, что он хотел сказать. Процитировать «Я памятник воздвиг себе иной» Бродского, или сказать «Я думаю, нам пора». Что-то следовало сделать, вероятно?

- Ну, давай… - сказал Гареки, подсаживаясь рядом и легонько ударяя своей банкой спиртного по бутылке Йоги. Парень вспомнил о своем намерении освободиться, и сделал щедрый глоток.

Это было неплохо. Вернее, это было то, что ему надо.

«Блять!» - заявил Гареки, вытирая рот рукавом, - «Как же я ненавижу этих уебков!»

По используемым выражениям Йоги понял, что товарищ выражал раздражение, но не смог разобраться, к кому оно относилось. К укравшим ли радиатор гостям, или к Кагири с Кихару.

«У тебя ведь, небось, все не так?» - бросил парень, откинувшись на матрас. Йоги повернулся к товарищу, который опирался на локти и смотрел в потолок, не выпуская при этом банки с пивом из рук.

«О чем ты?» - спросил филолог растерянно.

Гареки вздохнул: «О компании. Ну, у тебя в универе. Вы, небось, там даже матом вообще не ругаетесь. Я вообще от тебя не слышал ни одного бранного слова».

Услышав это, Йоги ощутил себя виноватым. Отчасти за то, что все это было неправдой. Филологи использовали мат достаточно часто, просто – более витиевато. Они так развлекались. С другой стороны, сам он, и правда, старался на них в этом не походить. Может быть, именно это и отделило его от универской компании.

Но помимо этого Йоги было неможечко стыдно перед Гареки. Он хотел бы помочь этому парню, но наверняка его чистая речь звучала для товарища как что-то высокомерное.

«У меня нет там компании», - ответил он честно, - «Я иногородний, и за три года так и не вписался. Сколько бы русского рока ни слушал, и сколько бы книг не читал».

«И дождь», - подумал он про себя, - «Столько дождя не может считаться нормальным». Однако об этом он промолчал. Как и о биографии Летова, которую он прочитал, чтобы было о чем говорить в универе. Он так и не смог оценить ее, даже с пояснениями брата Кароку, который был музыкантом.

Если честно, Йоги уже от этого немного тошнило. Летов и панк-рок, компания, которая ему звонила только чтобы узнать, не может ли он скататься куда-то за парой книг. В этом было одно утешение: макПерона, фигурки которого он коллекционировал. МакПерона наверняка не обижал своих друзей. Йоги глотнул еще, потому что поймал себя на мысли: Гареки похож на его кумира из макЦиркуса. Мысль надо было запивать немедля.

- Закусывать будешь?

Йоги обнаружил, что между ними лежит надкусанная сырная булочка. Гареки уже жевал. Второй булочки не было предусмотрено: предлагалось ее разделить.

- Г… где ты ее взял? – неуверенно спросил Гареки. Парень явно ничего не покупал в магазине.

- Есть хочешь?

Йоги задумался на секунду. Не особенно хотелось, но он припоминал, что брат Кароку рекомендовал немного закусывать.

- Наверно, - согласился Йоги.

- Тогда заткнись!

Йоги вздохнул. Он понимал, в каких условиях живет его друг, но все равно давно хотел поговорить об этом. Сейчас парню ничего не грозило за ворованную булочку или кошелек, но вот когда он подрастет еще – можно не отделаться детской комнатой.

А там могут сделать что-то плохое с ним. Йоги видел откинувшегося на матрац подростка с банкой алкоголя. Его надо отговорить от воровства.

- Тебе идет тельняшка, - заметил Йоги внезапно. – Мне кажется, тебе надо чаще ее носить. В ней ты похож на… моряка. Тебе не хватает…

Йоги, кажется, понесло. Он напился. Парень посмотрел на бутылку в своей руке. Он не одолел и половины. Но уже чувствовал, как это освобождает. Кончики его пальцев стали совсем холодными. Но ему самому было так жарко, что он расстегнул рубашку до половины.

- Заткнись, - буркнул Гареки, глядя на Йоги исподлобья. У него изо рта вышла струйка пара. Йоги и не замечал, как здесь было холодно на самом деле. Они помолчали. – С кем же ты общаешься? – поинтересовался Гареки. – Ну, я имею в виду, в универе же свои правила. Надо, чтобы было, с кого списывать домашку. Или одалживать книги?

- Лучше такими вещами не заниматься, - отвечал парень. – Ну, в универе ты работаешь для себя, и если ты спишешь, то… в общем, я справляюсь, - махнул он рукой и откинулся спиной на стенку, поскольку спинки у «кровати» не предполагалось.

- Ты замерзнешь и схватишь радикулит, - серьезно сказал Гареки, помолчав. – Кроме шуток. Тебе еще работать, а стенка холодная. Моя сестра как-то так заболела. Не заметила из-за алкоголя.

- Замерзну? – Йоги и не заметил, но ему, действительно, было уже холодно.

- Пить надо уметь, - сказал Гареки. – А тут холодно. Если устал, лучше ложись.

Он подвинулся, продолжая смотреть на Йоги с долей обиды. Вероятнее всего, он был недоволен попыткой упрекнуть его за воровство.

- Ну? Я два раза не предлагаю!

Йоги глотнул еще и, пока парень совсем не разобиделся, попытался растянуться рядом. Но это было не так-то просто. У него кружилась голова. Сначала он долго ставил бутылку, чтобы она не разлилась и не испортила все. Потом встал на колени и, помогая себе руками, попытался переползти ближе к началу «кровати».

Гареки шевельнулся, двигаясь, от этого у Йоги подкосились руки, и он упал прямо на Гареки сверху.

- Что ты делаешь! – заорал подросток из-под него. Йоги упал на него грудью, немного придавив голову. Парень поспешно приподнялся. Кожа на груди оказалась отчего-то мокрой.

- Г-гареки, я… - он попытался вытереть кожу, но тыльной стороной задел губы парня.

- Чего ты хочешь? – потребовал от него Гареки, привставая на локтях. Йоги сел на коленях.

Йоги не знал, чего он хочет. Он просто нависал над парнем. И еще ему было холодно.

- Кое-что найти, - сказал Йоги так же неожиданно для себя. Он не был уверен в том, что делает, но если не задумываться о цели – все давалось очень легко. Парень расстегнул рубашку окончательно. Сейчас он сидел на коленях, с ногами по обе стороны от Гареки. И ему легко оказалось взять подростка за влажный затылок. Он колебался.

Сейчас ему было на многое плевать. Вернее, он знал, что Гареки вот-вот ему двинет. И с нетерпением ждал именно этого. В конце концов, он заслуживал удара.

- Ты хоть знаешь, что делать? – внезапно спросил у него Гареки и положил руки парню на спину. Если честно, то Йоги не знал. Ему хотелось заснуть и решить этим все сложности. Йоги осторожно просунул пальцы за ремень Гареки. Если заснешь, никто ни за что не согреется.

Впрочем, дело было не в тепле. Просто ему не хотелось никуда сейчас убегать.

«Йоги», - услышал он голоса парня. Помотав головой, он приподнялся и понял, что все это время лежал на Гареки.

«Ты чо, реально нажралсмя с половины бутылки?» - поинтересовался товарищ.

На это Йоги ответил: «Прости». Он попытался сесть, чтобы голова перестала кружиться, а заодно, чтобы вдохнуть немножечко воздуха. И лишь в этот миг Йоги понял, насколько он умудрился промерзнуть в мокрой одежде.

Внезапно он ощутил, что что-то не дало ему сесть.

«Лучше лежи», - буркнул Гареки, положив ему на плечо свою руку, которая оказалась внезапно сильней, чем могла показаться, - «В твоем состоянии здесь легко свернуть шею. Да и я второй раз вряд ли стану терпеть тебя, так что если не хочешь вернуться к своей макКомпании, не суетись».

Йоги чувствовал, как происходило что-то неверное. Он чувствовал под собой запах подростка. Помимо этого он ощущал и алкогольную слабость, но это, внезапно, его не спасало. Брат соседа по коммуналке говорил, что отпустит только когда потянет блевать. Но, хоть голова и болела, блевать Йоги было как будто бы нечем.

«Слышь», - снова подал голос Гареки, - «Универский романтик! Можешь для разогреву хоть поцеловать меня? Я не кусаюсь. Хотя, может быть, и кусаюсь, но не попробуешь, не узнаешь».

С ужасом, Йоги подумал о том, сколь часто на этом чердаке происходило что-то подобное. Но он отогнал от себя эту мысль. Гареки было…

«Тебе всего лишь пятнадцать», - выдавил он из себя, прижимаясь к подростку, - «Это неправильно! И ты сам говорил, что Цубаме…»

Схватив товарища за подбородок, Гареки приподнял его и, злобно глядя в глаза, произнес: «Цубаме – просто тупая пизда. Она продает себя за бабло и наркотики. А я тут просто пытался помочь тебе».

«Вот же ничтожество!» - практически крикнул он, встав и пнув бутылку с портвейном. Глядя на это, Йоги так и не понял, к кому Гареки в этот миг обращался. Тем временем парень добавил: «Ебать!»

Опершись на балку, он сел, схватившись за голову. Замолкнув, Гареки смотрел, как портвейн вытекал на матрас.

«Крестной», - сказал он чуть погодя, поскольку Йоги молчал, - «Хватило двух граммов той дряни, которую приносил этот ублюдок. Брат Цубаме был крепче, и его убило лишь с трех. Наверное, если взять сразу пять, то заберет и меня».

«Хотя, можно просто прыгать отсюда», - добавил подросток, поднявшись, и подбираясь к двери, которая вела прямо ан крышу, - «Говорят, конечно, что пять этажей маловато, но если свернуть себе шею при приземлении…»

Йоги пришел в себя, лишь тогда, когда они оба рухнули на пол. Может быть. Гареки просто шутил. Он не мог… просто не мог говорить о подобном на полном серьезе. Но даже если и говорил… в любом случае, Йоги не мог не вмешаться. Позволить сделать что-то подобное у него на глазах.

«Отпусти меня!» - крикнул подросток чуть сдавленно, пытаясь освободиться. Но в этот раз Йоги его не отпускал. Даже с учетом того, что был сильно пьяным.

«Скажи», - начал он, превозмогая дрожь в голосе, - «Что мне сделать сейчас, чтобы ты успокоился?»

«Самое время очнуться!» - буркнул подросток, прекратив сопротивление, - «Но раз ты спросил, я отвечу: оттрахай меня так, чтобы я перестал соображать. Чтобы завтра мне было не встать на работу, а тебя наверняка посадили бы, если б узнали».

«З-зачем тебе это?» - спросил его Йоги, пугаясь собственных слов. Он должен был говорить сейчас совершенно другое.

«Просто так!» - отозвался Гареки, после чего он освободился и снова сел на мокрый матрас. «А еще», - добавил он, когда Йоги приблизился, - «Я потом смогу тебя шантажировать».

Наверное, это должно было звучать как угроза, но отчего-то оно прозвучало как приглашение. Сердце Йоги быстро забилось, когда он услышал эти слова про шантаж. Гареки как будто бы было от него что-то надо.

«Ты только учти…» - пробормотал он неуверенно, - «Что я никогда…»

Но Йоги так и не успел сказать: «Даже не целовался». У него зазвонил телефон, и по звучавшей мелодии оба парня узнали Хирато.