Глава 5. Ришианна

Ришианна понюхала тряпку и отметила, что ее пора стирать. Она разогнулась, держа предмет в руках, и посмотрела на дело рук своих. Печенье было отменным, и, хоть она немного обожглась, доставая его из духовки, все остальное было на высоте.

Вот-вот придет Акари и все остальные. Правда, Хирата задерживался на работе, но она была уверена в своем муже. Тот всегда приходил вовремя, когда обещал. Несмотря на то, что отдавал себя работе до конца. Она протерла несуществующее пятнышко и бросила полотенце в ведро для белья. Хирата порой так уставал, что у него ни на что больше не хватало сил. Он порой даже не заговаривал с женой до самого воскресенья.

Ришианна посмотрела на колыбельку и вздохнула. На этот раз – от счастья, ведь любовь Хираты дала им замечательного сына. Женщина надеялась, что никакая сила ее теперь не накажет за ее запретные мысли. Ведь малютка Зи был лучшим доказательством того, что она никуда не собирается убегать от мужа.

Да и не собирался ее принимать красавец-Акари. Женщина отломила кусочек печенья, и вновь случайно обожглась о еще горячий противень. Она пожурила себя за неаккуратность. У Хираты должна быть идеальная жена. Без всяких там ожогов. Она протянула руку к аптечке, которую Хирата проверял каждое второе воскресенье месяца, и вытащила оттуда мазь. С этим мужчиной все шло, как надо. По плану.

Хирата вошел неслышно, когда она убирала мазь на место. Он никогда не тревожил ее по пустякам. Не приходил здороваться и не отрывал от работы. Он давал ей свободу. Может быть, даже слишком много свободы. Другая женщина на ее месте пустилась бы во все тяжкие, но не Ришианна. Впрочем, она сохраняла верность своим предпочтениям, и Хирата мог быть в ней уверен, как и она в нем.

Хирата не какой-то там бабник. На родительских вечерах, куда ее регулярно приглашали, он не смотрел ни на кого. Он подавал ей бокалы шампанского и вообще выглядел едва ли не обходительнее главных мужчин школы: физкультурника и директора, но при этом он прислушивался только к ее просьбам.

Хирата повесил одежду на крюк и прошел в кухню. Он никогда не напрягал жену семейными обедами, понимая, что она и так утомляется от работы в школе. Тем более, его кормили в макЦиркусе целых два раза. Но сегодня она постаралась.

К ним нечасто ходили гости, а этого визитера она выделяла особенно. К счастью, Хирата ничего такого не замечал. Наоборот, и сам был рад увидеть своего университетского преподавателя.

- Дорогая, Акари-сан задерживается. Весь город стоит в пробках из-за дождя.

- Мы могли бы чем-то занять время, - предложила она, снимая передник.

Хирата посмотрел на нее из-за огромной газеты, которую принялся читать на диване. Он снял очки и протер их пальцами в перчатках. Он был помешан на девятнадцатом веке и считал, что джентльмен должен вести себя подобающе даже когда его видят только свои.

- Дорогая, наш гость может прийти в любую минуту. А мне слишком нравятся твои уложенные волосы. Я боюсь растрепать их. – Он надел очки, и они блеснули в свете лампы. – Но если хочешь, мы могли бы сыграть в шахматы.

- Если я выиграю, ты должна будешь исполнить мое желание, - заявил Хирата, поглядывая на настенные часы. – Любое желание, - улыбнулся он.

Женщина не очень хорошо играла в эту игру. Можно сказать, это была игра в одни ворота. Впрочем, ей нравилось, как его руки в перчатках касаются белых фигур. Так что слово «мат» прозвучало почти сразу.

Ришиана на миг испугалась. Он знал, что девушка неровно дышала к Акари во времена университета. И только его суровая, возвышенная недоступность помешала ей добиться своего. И, конечно же, талант и обхождение самого Хираты. Хирата знал об этом, но все равно мог в глубине души сохранить остатки ревности. Он мог потребовать забыть об Акари, и ей бы пришлось послушаться!

- Я прошу тебя, - сказал он и отвлекся, расставляя шахматные фигуры. А потом вновь посмотрел на жену. – Ты можешь надеть ту зеленую брошь, что я подарил тебе на прошлый день рождения? Мне кажется, Акари-сан должен ее увидеть.

Они играли уже десятую партию, когда прозвонили в дверь. Прежде, чем Ришианна успела встать, Хирата поймал ее руку и поднес к своему лицу.

- Дорогая, - произнес он.

Женщина замерла. Это было что-то необычное.

- Я знаю, что ты делаешь все ради нас, - произнес он и прикрыл глаза. – Ты очень устаешь. Я открою вместо тебя. А ты пока иди, сполосни руки. И не забудь немного надушиться, я думаю, что наш гость будет этому рад.

- Акари-сан, - услышала она. – Мы оба очень рады вас видеть. Я надеюсь, вы в плохом настроении, потому что я с удовольствием его подниму.

Она понюхала свои руки, поморщилась и сунула их под воду.

- Да-да, Хирата, подними его Акари-тяну, - поддакнул радостно чей-то еще голос. – Кто, как не ты!

Несносный Цукитачи ворвался без приглашения. У него в руке была коробка. А во второй руке «капитан» первой смены сжимал лапку Цукумы. И ее целомудренная сестра, кажется, не возражала против такого вмешательства. Видеть это было крайне раздражительно для всех.

- Цукитачи, сними, пожалуйста, обувь, - попросила Ришианна как можно вежливей. Муж посмотрел на нее с одобрением. Он крайне не любил беспорядка. Да и сам Цукитачи был его соперником, который постоянно оказывался на доске почета вместо достойных работников.

- Это тебе, - заявил Цукитачи, протягивая Ришианне букет. Это были какие-то странные цветы. Вроде бы, каллы. Темно-розовые, глянцевые, с желто-серыми пестиками внутри. Ее муж непременно бы выбрал белые. И еще он ей дарил розы, а не таких уродцев.

- Спасибо, - проговорила она и отошла подыскать вазу. Тем временем, нежданные гости расположились за столом. Судя по всему, намечался какой-то праздник, и Ришианне это не нравилось заранее. Она знала, что Хирату огорчают неожиданные пьянки.

Она надеялась, что на самом деле обойдется без них. Коньяк совершенно не шел с печеньем, что она припоминала по университетской скамье. Но с курабье, которым ее угощал Хирата, не шел даже чай.

- Я принес подарок маленькому Зи, потому что твою победу, Хирата, стоит отметить! Но ты и так получил лучший подарок, - начал Цукитачи, вальяжно располагаясь за столом.

- Да, я много работал, чтобы попасть на доску почета, - сухо отозвался муж Ришианны.

- Я имею в виду, твою симпатичную леди, - ухмыльнулся сменщик Хираты, глядя на Ришианну. Женщине пришлось отвернуться, чтобы скрыть возмущение. Кто он такой, чтобы играть тут в джентльменов?

- Дорогой, - она овладела собой и обернулась. Печенье уже остыло, поэтому можно было выложить его перед гостями. – Ты ничего не успел мне сказать. Но я за тебя очень рада. Наконец-то ты получил то место, которого давно заслуживал!

Хирата молча потупился. Ришианна вздохнула, прикидывая, сколько незваные гости съедят. Но выяснилось, что они принесли с собой и торт, и вино. Ришианна выставила на стол вазу с цветами, все еще недоумевая, как Цукитачи могло прийти в голову купить подобные растения. Она знала, что эта экзотика обычно влетает в копеечку. Если она того вообще стоит, конечно.

- К сожалению, из закусок у меня только салат, - вздохнула Ришианна, заглянув в холодильник. Хирата заканчивал день поздним ужином, съедая обычно несколько томатов черри, паровую капусту или шпинат. Это была простая еда, которую можно было сделать самому. Часто так и бывало, потому что Хирата порой допоздна зачитывался важной юридической литературой, и шел в постель, когда Ришианна уже давно спала.

Она выставила на стол тарелку помидор и пучок салатных листьев. Ее муж тотчас же оживился. Он не был любителем сладкого.

- Акари-тян, мы очень рады, что вы посетили наш почти что профессиональный сбор, - начал Хирата, втыкая вилку в помидор. Та сочно брызнула во все стороны. – Вы знаете, что я стремлюсь к соблюдению всех гигиенических стандартов, и как никто другой, я…

Ее муж, верный и спокойный, сильно любил работу. Настолько, что во время разговоров о ней все могли даже приуныть. Но мужчина и должен быть погружен в свое дело! Кажется, даже Цукума на этот раз его заслушалась. Но девочка, кажется, неровно дышала к нему.

Ришианна знала, что ее муж выделял, но никогда себе не позволял ничего лишнего. Он заботился о молодой девушке только потому что она была сестрой жены. При этих мыслях у женщины возникло странное желание. Что будет, если напоить Хирату? Она была уверена, что в лично ее отношении Хирата останется чист. И никогда не позволит себе публично унизить жену, хлопнув ее по заднице. Но что насчет Цукумы? Девушка рассказывала, что иногда он трогает ее за волосы. Может быть, это все неспроста?

- Я хочу произнести тост, - проговорил Цукитачи, и женщина поспешно наполнила бокал Хираты вином. – За очаровательную хозяйку этого дома. Если бы у меня в школе была такая училка, я бы вообще не прогуливал. И даже оставался после уроков, честное слово.

- Я поддерживаю тост, - мягко сказал Хирата, стараясь победить воцарившуюся неловкость. – Ты очень хороший педагог и будешь замечательной матерью для малютки Зи.

Ришианна посмотрела на колыбельку и встрепенулась.

- Ах, мне же пора гулять с ребенком, - вспомнила она. И правда, подходило время вечерней прогулки, которую они, как правило, совершали вместе.

- Но мы же замечательно проводим время, - возразил чуть подвыпивший Хирата. За весь вечер он так и не перекинулся ни одним словом с Цукумой. Только спросил, будет ли она доедать салат. – Может быть, ты сходишь одна или прихватишь кого-то из гостей? Так как я очень устал и хотел бы дать отдых ногам.

- Я тоже не хочу никуда идти, - недовольно сказал Акари. – Я весь день сегодня обходил макЦиркусы по всему городу, и стер себе ноги. Либо я остаюсь, либо я ловлю такси и еду домой!

- А я мог бы составить тебе компанию, - предложил Цукитачи, улыбаясь.

- Только сними брошь, дорогая, - попросил Хирата заботливо. – Я слышал, у нас в районе объявились гопники.

В результате, на улицу с ней вышли Цукитачи и Цукума. Последнее, что она увидела, запирая дверь – мужа, который, смеясь, клал в рот кусочек салатного листа. Он очень любил здоровый образ жизни, и всегда радовался таким вот небольшим мелочам.

- Вы часом не вегетарианцы? – поинтересовался Цукитачи, пристраиваясь рядом с Ришианной. К счастью, дождя не было, но на улице становилось влажно и прохладно.

- Почему это мы вегетарианцы? – не поняла женщина.

- Ну, ты уж извини. Но я заглянул в холодильник, когда ты доставала закуску. Я даже сосисок не увидел. Вот я и решил…

Женщина объяснила ему, как обстоят дела. Просто Хирата предпочитал зелень.

- Я тоже предпочитаю зелень, - согласился Цукитачи, странно ухмыляясь. – Но я, например, занимаюсь спортом. И без мяса не могу.

Спорт. Ришианна подняла брови. Она считала, что это – только для физкультурников. Ну, и для всяких там метросексуалов, которым больше нечем заняться.

- А вот и нет, - Цукитачи ухмыльнулся. – Это отличный способ развеяться. И почувствовать, что у тебя есть тело. Ну, когда нет других способов.

Он говорил это, расстегивая свою кожаную куртку. Ришианна напряглась. Она ничего не знала об этом человеке. Только то, что он конкурировал с мужем за доску почета. Однако Цукитачи всего-навсего сложил ее и повесил на забор, которым была отгорожена детская площадка.

- Я имею в виду, если ты, например, не лезешь в драку каждый день. – Он закатал рукава рубашки и посмотрел на Ришианну. – Начинаешь отлично себя чувствовать и учишься разным забавным трюкам. Которые могут пригодиться… в разных ситуациях!

- Правда, детка? – поинтересовался Цукитачи, глядя на Цукуму. Девушка промолчала, но явно ужасно удивилась, что на нее вообще обратили внимание.

- Ты сочиняешь, - разозлилась Ришианна. – Что в этом интересного может быть?

Цукитачи подмигнул ей, и неожиданно присел на одной ноге.

- Как ты думаешь, сколько раз я могу это сделать? – спросил он. Ришианна посмотрела на Цукитачи и обнаружила, что руки под закатанными рукавами весьма мускулисты. Да и приседал этот человек куда лучше, чем их физкультурник.

Ришианна почему-то вспомнила, что до него у них в школе работала преподавательница физры, которая потом уехала кататься по стране с каким-то музыкантом.

- Может быть, десять раз? Или двадцать? – предположила она. – Хотя нет, двадцать ты вряд ли выдержишь!

Цукитачи пожал плечами и предложил Ришианне считать вслух.

- А на другую ногу? А ты можешь сто раз отжаться?

Они стояли перед скамьей у детской площадки, которая была не занята.

- Сто раз – это очень много, - сказал Цукитачи. – Но давай заключим пари! Если я отожмусь сто раз…

- Я выполню любое твое желание? – выпалила Ришианна. Кажется, это был алкоголь!

Цукитачи рассмеялся.

- Я хотел тебе предложить, чтобы ты в этом случае сходила в спортзал. У вас тут недалеко есть дешевый фитнесс. Но черт возьми, ставки выросли! А если я проиграю, то окажется, что я настоящий неудачник!

Ришианна не имела в виду ничего такого, но было некрасиво ему возражать. Вышло бы, что она меняет свои решения, как какая-то профурсетка. Нужно быть последовательной, как ее муж.

Цукитачи вскочил на скамейку, и ветерок донес до Ришианны запах куртки, которую держала в руках Цукума. Смесь духов, кожи, табака и автомобильного освежителя. Он, наверное, приезжал сюда на такси?

- Считай! – объявил Цукитачи, вставая в «планку».

Он выдохся на семьдесят девятом отжимании. Немного полежал, и сделал еще пять. Но после этого лежал, тяжело дыша, и не подавая иных признаков жизни. Ришианна хотела удивленно переглянуться с Цукумой, но вместо этого подошла к Цукитачи и дотронулась до него. Она вспомнила, что в аптечке ее мужа нет ничего на такой случай.

- Ты… - осведомилась она, приседая.

- Неудачник! – объявил радостно Цукитачи. – Но я… проверил… - он глотнул воздуха, - силу мотивации!

«Капитан» первой смены сел на скамейке, демонстрируя пятна, которые остались на нем от мокрой скамейки. Или не от нее.

- В зале я мог сделать не больше шестидесяти пяти!

Он довольно посмотрел на Цукуму и Ришианну и встал, чтобы забрать свою куртку. Женщина вспомнила, о каком фитнесс-клубе идет речь. Это был небольшой зал, куда можно ходить на групповые занятия. И абонемент ей был по карману.

Когда они вернулись домой, Ришианна увидела, что Хирато с Акари допили остатки вина. Поскольку санитарный инспектор пил очень редко, и принадлежал к вегетарианцам, которых сегодня уже поминал Цукитчи, ему хватило такого количества, что бы напиться. К счастью, напившись, инспектор никогда не бузил – он просто-напросто спал.

Цкитачи предложил им вызывать такси, чтобы отвезти домой это бездыханное тело. Она даже готов был за него раскошелиться, но Ришианна с Хиратой наотрез отказались – они не доверяли таксистам, которые без труда могли взять и ограбить такого клиента. И вообще, люди в этом городе иногда пропадали, как раз сев на такси. И больше друзья их не видели.

Ришианна с супругом жили в маленькой студии. Хирато брал квартиру в рассрочку, и поэтому банк ограничил им сумму кредита. Однако, в квартире, все же, было еще одно место. Ришианна купила кресло для Цукумы, поскольку жила недалеко от ее универа, и думала, что во время сессии сестре не стоит тратить много времени на дорогу. А заодно она могла проконтролировать, что Цукума действительно занимается, а не гуляет где-нибудь черт знает с кем.

Хирато, как радушный и примерный хозяин, конечно же предложил это место Акари. Вернее, сказал остальным, что о транспортировке инспектора сегодня можно не волноваться. Облегченно вздохнув, Цукитачи простился с коллегой и Ришианной, и, взяв Цукуму под руку, ушел восвояси. На дорогу Ришианна сказала сестре быть поосторожнее с этим типом. Но Цукума выросла в приличной семье, поэтому Ришианна за нее волновалась не сильно. Она была уверена, что если вдруг что, Цукума даст отпор Цукитачи.

«Милый, что это такое?» - спросила она, указав супругу на стол, по которому в художественном беспорядке были разбросаны остатки салата.

«Это модель экономики стран третьего мира», - ответил Хирата, - «Цукума недавно мне ее рассказала, и я пытался объяснить идею инспектору, но без наглядного изображения он не понимал».

Посмотрев на мужа внимательней, Ришианна вдруг поняла, что тот тоже напился. В трезвом виде Хирато никогда не позволил бы себе разложить еду по столу. Зи спал после прогулки, и Ришианна надеялась, что ей удастся принять этим вечером ванную, но тепреь она видела, что свободное время все уйдет на уборку. И это, признаться, ее огорчало.

Бросив взгляд на супруга, который, конечно, и заслужил этот праздник, но не поддержал ее, Ришианна подумала, что ей сказать. Она не особо любила коллегу Хираты, но понимала, что для мужа работа очень важна.

«Милый», - начала она, сообразив, - «А почему ты никогда не зовешь к нам своих подчиненных?»

«Как не зову?» - удивился Хирато, - «А как же Цукума?»

«Я про других», - возразила жена, - «Ты говорил мне недавно, что приютил мальчика, у которого погибли родители. Как учитель, я понимаю, что это очень тяжелая ноша. А вдруг ему нужна помощь? Или поддержка? Я хотела бы хоть раз на него посмотреть. Как педагог я хорошо разбираюсь в подростках».

«Не уверен, что это хорошая мысль», - отозвался Хирато, переодеваясь в домашний халат.

«Но милый!» - едва не отчаялась Риишанна, - «Я сижу сутками дома с ребенком. Я люблю Зи больше всего на белом свете, но я скучаю по школе и ученикам. Если ты пригласишь своих подчиненных, я хотя бы на один вечер вспомню свою ушедшую молодость!»

«Этот подросток крайне запущенный», - ответил супруге Хирато прохладно, - «У него совершенно нет манер для застолья, а еще он может украсть все, что плохо лежит. Если б не Йоги, мне кажется, он давно вынес бы из ресторана все, что можно продать».

«Так позови их обоих!» - сказала жена, не сдаваясь, - «Про Йоги ты давно мне рассказывал, и я бы хотела взглянуть на этого мальчика. Насколько я помню, у него в семье тоже случилось несчастье, а еще он иногородний…»

«Может, мне еще и Еву позвать?» - огрызнулся Хирато, который редко повышал дома голос. От шума Зи пробудился и начал реветь.

Еву Ришианна никогда не любила. Эта девушка была всего лишь на пару лет ее младше, но пока что даже не думала выходить замуж. И вдобавок она одевалась так вызывающе, словно хотела заработать на жизнь своим телом. А еще часто дралась, и красила волосы в неестественный цвет.

А с другой стороны, это внесло бы в их жизнь немного разнообразия.