Гарри Поттер и Кошмары Будущего
Автор: S'TarKan - u/884184
Оригинал: Harry Potter and the Nightmares of the Futures Past - s/2636963
Перевод: Ficlate
DisclaimerS'TarKan'a: мир Гарри Поттера принадлежит Джоан Роулинг и различным издателям. Я не претендую на собственность; я просто играю в ее песочнице, обыгрывая идеи, рожденные моим разумом. Муза не оставляет меня в покое.
Disclaimer Ficlate: перевод выполнен на некоммерческой основе, копирование без указания автора перевода не допускается.
Глава 3. Осенние письма.
«…и тогда Рон и Невилл пошли со мной, чтобы навестить Хагрида после ланча. Я никогда не встречал такого большого человека, но он действительно хороший мужик! Не могу припомнить, чтобы он когда-либо злился, ну, за исключением того случая, когда мой дядя вывел его из себя. Хагрид является хранителем ключей Хогвартса, и еще он очень любит животных. Осмотрев Тревора – жабу Невилла, – он сообщил, что Тревор постоянно теряется, так как все время хочет есть. Похоже, что сухой корм, который продали Неву в Магическом Зверинце, содержит недостаточно витаминов, так что он постоянно упрыгивает на охоту за жуками. Хагрид дал Невиллу небольшую бутылочку рыбьего жира и посоветовал добавлять пару капель в ежедневную порцию Тревора – должно сработать.
Профессор МакГонагалл уведомила меня вчера, что ответ на запрос, который она сделала через свои контакты, придет не ранее, чем через несколько дней, так что я решил пока что ничего не предпринимать по поводу Снейпа. Я не собираюсь называть его профессором, пока он отказывается соответствовать этому титулу… так что не показывай эту часть письма своей маме!
Как бы там ни было, если кого-нибудь найдут ему на замену, я подам протест. Судя по тому, что я вычитал в Истории Хогвартса, за этим последует большой скандал… но, надеюсь, тебе не придется иметь с ним дело, когда ты начнешь следующий год. С другой стороны, я обнаружил, что за строгим фасадом профессора Макгонагалл скрывается добросердечная женщина. Ее не на шутку встревожило поведение Снейпа и она даже повздорила с ним и директором по этому поводу. У нее нет любимчиков, но приятно знать, что ей можно доверять. Я знаю не так много людей, о которых могу это сказать. Хорошо, что я встретил тебя и твою семью прежде, чем все на Кингс-Кроссе узнали, кто я такой. По крайней мере, я знаю, что ты была добра к 'старому доброму Гарри', а не этому 'Мальчику-Который-Выжил'. Шучу!
Насчет моих еженедельных вопросов о жизни волшебников: как они чистят свою одежду? В Хогвартсе мы просто отставляем грязное белье в корзине, а, вернувшись с ланча, обнаруживаем аккуратные стопки постиранных вещей на постели. Может, это какое-то заклинание или нечто подобное. Фред (или Джордж) говорил что-то о 'Домовых Эльфах', но я не уверен, не пытался ли он разыграть меня. Я знаю, что существуют некие чистящие чары, но работают ли они с одеждой? Или они только для грязных поверхностей, например, доски для нарезки? У Дурслей мне приходилось быть осторожным, так как некоторые вещи нельзя было помещать в стиральную машину. (Тетя Петуния как-то раз всыпала мне за то, что я испортил одну из ее блузок, хоть это и был несчастный случай.) Есть ли схожие ограничения при работе с заклинаниями или чарами, которые вы используете? Или одно решение подходит для всех случаев?
Ладно, мне стоит ограничиться этим на этот раз, иначе письмо будет слишком тяжелым для Хедвиг. Я попросил ее подождать, пока ты не напишешь ответ, так что, думаю, ты не досчитаешься пары мышек. Вряд ли меня внезапно посетит безумное желание написать Дурслям!
Надеюсь на твой скорый ответ!
Твой Друг,
Гарри
P. S.
Хедвиг обожает, когда ей чешут за ушком.»
Гарри бережно сложил пачку пергамента втрое, затем перевязал ее лентой и подписал. Бросив Рону и Невиллу, что встретится с ними за ужином, он отправился к совятню. Рон глянул на письмо в руке Гарри во время разговора, но не сказал ни слова.
Письмо вышло на редкость объемным. У Гарри были проблемы со сном: каждую ночь он просыпался от кошмаров в районе трех-четырех часов. В начале недели он задержался после уроков чар и попросил профессора Флитвика показать ему заглушающие чары. Он пояснил, что не привык спать в одной комнате с четырьмя парнями, подведя маленького человечка к выводу, что проблема заключается в их храпе. Таким образом, Гарри не волновался, что перебудит всех своими криками посреди ночи, избавившись, попутно, от необходимости объяснять, откуда он узнал заклинание.
Он все равно не смог бы заснуть после одного из своих кошмаров. Бесполезно было притворяться, что это просто сны – большинство из них непосредственно относились к его воспоминаниям о будущем. Так что он просто сидел по утрам в общей комнате и дописывал письмо. Это действовало на него успокаивающе – почти как если бы он сидел рядом с Джини и разговаривал с ней. С другой стороны, это его несколько волновало.
Гарри надеялся, что его письма восприняты нормально. Он старался быть дружелюбным, но не слишком фамильярным, и воодушевляющим, но не льстящим. Он надеялся, что его рассказы о Хогвартсе сгладят ее разочарование от пропущенного года, равно как и уменьшат беспокойство перед началом следующего года. Гарри как никто другой лучше понимал, каким холодным может казаться замок. Бытовые вопросы давали ему повод продолжать писать ей письма в течение года. Он хотел поделиться с ней многими переживаниями, но ему приходилось сдерживаться, чтобы ненароком не напугать ее.
Он был настолько погружен в свои мысли, что услышал тихие шаги позади него только в последний момент. Он развернулся, услышав чей-то возглас:
– Акцио пергамент!
Почувствовав, как заклинание пытается вырвать письмо из его руки, Гарри покрепче сжал пальцы. Он осклабился, увидев Драко Малфоя; по бокам стояли Крэбб и Гойл. Гарри сдвинул брови, почувствовав, что заклинание потеряло силу, его рука расслабилась. Как по волшебству, в его другой руке возникла палочка.
– Ты, наверное, думаешь, что выглядел умным этим утром, Поттер? – ощетинился светловолосый слизеринец. – Вечно играешь на публику, а?
– Нет, Драко, – вяло отозвался Гарри. – Снейп задал мне несколько вопросов, и я просто ответил на них.
Он помолчал.
– Не моя вина, если ты не знал всех ответов.
– А это что? – спросил Драко, кивнув на письмо в руке Гарри. – У тебя нет семьи. Ну, настоящей семьи. Так кому же ты пишешь?
– Другу, Драко. Возможно, тебе незнакомо это понятие. Это кто-то, кому я нравлюсь вне зависимости от моего состояния или фамилии. А теперь прекрати надоедать мне, если не хочешь стать обладателем проклятия до конца следующей недели!
Драко кинул взгляд на Крэбба и Гойла, затем поднял палочку.
– Ступефай! – одновременно выкрикнули они.
– Протего! – машинально отреагировал Гарри.
Плохо нацеленные оглушающие заклятия Крэбба и Гойла отскочили в стены по обеим сторонам от Гарри. Драко целился лучше, что сыграло против него: красный луч света ударил прямо в центр мерцающего щита и отразился ему в грудь.
– Поттер! – прогремел голос Снейпа позади Гарри, пока Драко сползал на пол.
Гарри повернулся лицом к профессору, опустив палочку. Открытое нацеливание палочки на зельевара только спровоцирует его на еще большую агрессию.
– Да, профессор? – холодно спросил он.
– Дуэли в коридорах строго запрещены, Поттер. Я добьюсь, чтобы Вас отчислили за это.
– Я так не думаю, профессор. Проверка моей палочки покажет, что единственным заклинанием с моей стороны были щитовые чары. Ваш звездный ученик выстрелил первым, умудрившись оглушить себя. – Гарри не моргая посмотрел Снейпу в глаза, ожидая ответной реакции. К его удивлению, ее не последовало.
– Ну что ж, – проворчал Снейп. – Я проверю правдивость Ваших слов после того, как мистер Малфой проснется. Крэбб, Гойл, отнесите Драко в медпункт.
Сердце Гарри готово было выпрыгнуть из груди, даже когда они ушли. Он вбежал в совятню и трясущимися пальцами привязал слегка помятое письмо к лапке Хедвиг.
– Дождись ответа Джини, девочка, – прошептал он своему питомцу. Пока он наблюдал, как ее силуэт растворяется в сумерках, его сердцебиение начало возвращаться к обычному ритму. Получи Малфой письмо в свои руки, это было бы катастрофой. Он глубоко вздохнул несколько раз, стараясь унять свои эмоции. Он еле удержался, чтобы не осыпать Снейпа проклятиями, что окончательно вывело бы ситуацию из-под контроля. По какой-то причине, неспособность этого человека пробиться в разум Гарри выводила его из себя. «Почему это для него так важно? Я знаю, что он работал шпионом, может, он подозревает каждого, кого не может прочесть со всех сторон? А что если… если он хотел сделать что-то, помимо простого осмотра внутренностей моего разума?»
Кровь застыла в жилах Гарри. Он когда-то читал, что высоко обученный легилимент может навязывать мысли или решения. Он сам столкнулся с этим, став жертвой видений о пытках над Сириусом в Департаменте Тайн.
«Что он сотворил со мной на первом курсе моей временной линии?»
Весь пятый курс Гермиона попрекала его насчет «комплекса героя». Рон постоянно доставал его насчет плохого настроения, хотя, узнав о пророчестве, у него появился повод. Джини раздражало его желание защитить ее, и отталкивать людей, пытаясь 'оградить их от опасностей'. Насколько он оставался собой? Сколько самобытности оставалось в нем после жизни с Дурслями? Как много после всего этого осталось в нем от его личности? И не было ли все остальное – следствием посеянных Снейпом идей?
Гарри заметил кружащийся вокруг него совиный помет вперемешку с перьями. Он почувствовал запах озона, словно во время грозы. Он закрыл глаза и подавил эмоции. Годами у него не было случаев проявления спонтанной магии, но он тотчас же узнал признаки характерного напряжения. Его гнев и ужас чуть было не выплеснулись на поверхность, но Гарри знал, что не может позволить себе потерять контроль.
Он все еще был не в своей тарелке, спустившись в Большой Зал. Вопрос «что» его занимал гораздо меньше, чем «почему?». Вольдеморт еще не был по-настоящему жив на первом курсе Гарри, так почему Снейп пытался причинить ему вред? Он не начал шпионить для Темного Лорда до Тремудрого Турнира. Тогда Гарри вспомнил фразу, вычитанную в одном детективе: 'Всегда ищи простейшее объяснение'. Северус Снейп был вредным, мстительным человеком. Изводить сына Джеймса Поттера было для него так же естественно, как дышать. Не будь здесь нынешнего Гарри, было бы логично со стороны зельевара перейти к внедрению побочных суждений.
Он пришел к выводу, что вряд ли когда-нибудь сможет понять, были ли некоторые из его решений продиктованы процессом взросления или навязанными кем-то мыслями и идеями. Он не позволил себе размышлять над тем, что его решение оставить Джини в Хогварсте ради ее собственного блага могло быть навязано извне. Этот путь вел к сумасшествию – или убийству.
Гарри не обращал внимания на жужжание разговоров в Большом Зале, исходящее от тех, кто спустился на ужин ранее. Он прошел через коридор, который вел в сторону личных покоев персонала, и вздохнул, заметив профессора МакГонагалл. Она нахмурилась, увидев его.
– Профессор, можно Вас на пару слов? – окликнул ее Гарри.
Она заглянула в один из классов и, убедившись, что он пуст, сделала приглашающий жест.
– Вас что-нибудь беспокоит, мистер Поттер? – спросила она, как только дверь за ними закрылась.
– Да, профессор. На меня напали по пути в совятню.
– Не похоже, чтобы Вы пострадали, мистер Поттер. Кто это сделал?
– Малфой, Крэбб и Гойл. Профессор Снейп вмешался после их первого выстрела и заявил, что я буду отчислен.
МакГонагалл гневно втянула воздух.
– Что ж, такое правило действительно существует в школьном кодексе, правда, до сих пор за его нарушение никого не отчисляли.
Гарри скривился.
– Драко вырубил себя собственным оглушающим заклятием, но профессор Снейп отвел его в медпункт, вместо того, чтобы привести в чувство на месте. Я предполагаю, что они сделали это, чтобы сфальсифицировать показания. Я читал, что существует заклинание, показывающее последние чары, сотворенные при помощи палочки. Не могли бы Вы применить их на моей палочке, чтобы засвидетельствовать, что я не колдовал ничего, кроме защитных чар?
Она странно посмотрела на него, но кивнула.
– Так и быть, давайте сюда Вашу палочку, мистер Поттер.
Гарри подчинился; без своей палочки он чувствовал себя неуютно.
– Приори Инкантато! – сказала МакГонагалл, прикоснувшись своей палочкой к его. Бесплотный щит вырвался с кончика его палочки, за ним последовали чары трансфигурации из вчерашнего домашнего задания.
– Это свидетельствует, что Вы говорили правду. Думаю, я должна поздравить Вас – это очень продвинутая защитная магия для Вашего возраста, – слегка улыбнувшись, она протянула ему его палочку.
Гарри смущенно пожал плечами, судорожно пытаясь придумать объяснение.
– Ну, мне все равно нечем было заняться летом. Мой дядя неделями не выпускал меня из комнаты. К счастью, мне удалось отправить сову в Флориш и Блоттс с заказом нескольких книг и оплатить их из моего сейфа. По крайней мере, мое время не было потрачено зря, – заключил он.
Макгонагалл посмотрела на него, и Гарри ощутил вину за ложь… хотя это с таким же успехом могло бы сойти за правду, если бы слияния с его будущим «я» не произошло… и его тетя и дядя действительно запирали его в чулане под лестницей до того, как он получил письмо из Хогвартса. Случайная магия никогда не рассматривалась в этом ключе.
– Ну что ж, мистер Поттер, – сказала она. – Пять баллов Гриффиндору за Вашу сдержанную реакцию и предусмотрительность прийти с этим ко мне. Вам лучше поторопиться, пока Вы не опоздали к ужину.
У Гарри все еще тряслись руки, когда он усаживался рядом со своими друзьями.
В выходные Гарри практически не покидал Гриффиндорскую Башню, выбираясь в Большой Зал только чтобы поесть. Он довольно сильно продвинулся в домашних заданиях и еще дальше в чтении. Гермиона была счастлива работать в паре с человеком, который налегал на работу с тем же энтузиазмом, что и она. Рон и Невилл также провели большую часть выходных с ними, подтянув хвосты по всем предметам.
Тяга к учебе у Гарри продлилась ровно до утра воскресенья, когда Хедвиг приземлилась прямо перед ним с письмом, привязанным к ее лапке. Гарри скормил ей целую сосиску, пока развязывал узелки. Рон с интересом взглянул на Гарри, но ничего не сказал. Гарри просто сложил пергамент в карман своей мантии и продолжил завтракать, в то время, как Хедвиг улетела в сторону совятни.
Гарри удалось проработать с Гермионой над своим эссе по трансфигурации до ланча. К тому времени, он не мог думать ни о чем другом, кроме письма, лежащего в его кармане. После ланча, он вернулся в свою спальню, чтобы прилечь. Он развернул пергамент и приступил к чтению.
«Дорогой Гарри,
Я была удивлена прилетом твоей совы в Пятницу вечером, но еще больше удивилась моя мама! Она думала, что письмо предназначалось ей, но Хедвиг гаркнула на нее, когда она попыталась отстегнуть пергамент от ее лапки. Кстати, я никогда не видела такой великолепной совы, да еще и такой умной. Она не притронулась ни к одному угощению, оставленному близнецами, а это многое значит!
Мне очень понравилось, как ты описал Хогвартс и свои занятия. Этот придурок, Рон, обещал написать мне, но до сих пор не сделал этого. Я не могу поверить, каким несправедливым был учитель зелий. Ты должен был проучить его парочкой проклятий! Я могу научить тебя проклятию, которое использую на своих братьях. Оно называется вспугательный сглаз и оно действует на людей просто кошмарно. Вот почему оно мне нравится. Даже Фред и Джордж были в шоке, когда я впервые применила его на них. (Они разыграли меня, выкрасив мои волосы в синий цвет, вот только они не отмывались целую неделю! Мама была в бешенстве!).
Боюсь, мое письмо не будет таким большим, как твое, учитывая, что у нас тут не так часто что-то происходит. Мама немного расстроена отсутствием мальчиков дома. Она любит проводить со мной время, но все, что она хочет делать – это заниматься готовкой. Я, как и все остальные, без ума от бисквитов, но если ничего не изменится, тебе придется закатывать меня в Хогвартс Экспресс.
Беру свои слова обратно. Она пыталась научить меня вышивать, но это было ужасно. Я также выяснила, что очищение сада от гномов, без моих братьев, занимает целую вечность! По крайней мере, теперь я знаю, что у Рона хоть что-то хорошо получается. (Пожалуйста, передай ему эти слова, может, он вспомнит, что должен был написать мне!). Прогулка в деревню за специями мне нравится – до тех пор, пока не становится слишком жарко.
Пока я не забыла, я спросила маму насчет очищающих чар, и она заинтересовалась, зачем они мне. Ты бы видел ее лицо, когда я сказала ей, что ты попросил меня узнать об этом. Все мои братья ненавидят мыться и делают это только под прицелом ее палочки, так что она решила, что это немного странно. Когда я объяснила ей, что ты вырос среди маглов, она поняла – надеюсь, ты не возражаешь. В любом случае, она сказала, что существует одно заклинание, которое оно использует для стирки белья, а другое – для мытья…»
Гарри улыбнулся, его взгляд скользнул к концу страницы. Письмо Джини было больше похоже на поток сознания. Это напомнило ему, как она сидела с ним после смерти Сириуса и Альбуса, когда он впадал в прострацию. Она не спрашивала, как он себя чувствует, не задавала вопросов, – просто сидела рядом, держа его за руку, и болтала о всякой ерунде. Ее голос отвлекал его от проблем; ее близость позволяла ему не чувствовать одиночество.
Он даже не заметил, как сон без сновидений поглотил его – впервые с тех пор, как он вернулся в Хогвартс. Он проспал до утра понедельника.
В понедельник, с возобновлением занятий, Гарри старался вести себя осторожнее. Ситуация со Снейпом и Малфоем развивалась куда быстрее, чем в прошлый раз. Он надеялся, что инцидент в поезде заставит слизеринца изменить свой путь. Вместо этого, чистокровный разъярился, когда его немилосердно избили. Непрекращающиеся попытки Снейпа вломиться в разум Гарри, похоже, вывели профессора на путь войны.
По крайней мере, ни одна из угроз Снейпа не сбылась после того, как Драко оглушило. Гарри был почти уверен, что должен поблагодарить за это своего декана.
Рон почти каждый день донимал Гарри, выпрашивая показать ему несколько магловских боевых приемов. После полудня у них было только одно занятие, так что Гарри отвел Рона на открытое поле, неподалеку от стадиона Квиддитча. Невилл решил тоже присоединиться к ним. Гарри показал несколько захватов, и они выполнили несколько упражнений, пока у обоих его друзей не началась одышка. Гарри задумчиво посмотрел на них, нахмурившись.
– Отлично, этого достаточно, – сказал он.
– Но мы только начали, – запротестовал Рон. Невиллу не хватало воздуха, чтобы что-то сказать.
– Ага, и вы оба уже валитесь с ног, Уизли.
Лицо Рона чуть покраснело, но он не стал возражать, что Гарри счел за маленькое чудо.
– Завтра надо будет выставить наши будильники на час пораньше, – твердо сказал он.
– Разрази меня гром, с чего бы нам это делать?
– Потому что мы будем приходить сюда каждое утро и делать несколько кругов вокруг поля. Тебе необходимо войти в форму, если ты хочешь научиться выполнять эти трюки. Или тебе больше нравится роль тренировочной груши Гойла?
Сказать по правде, Гарри тоже не мешало бы потренироваться. Он был стройнее, чем Рон, но все равно ощущал себя не в форме.
– Наверное, нет, – удрученно признал Рон.
– Кроме того, ты постоянно твердишь про игру в Квиддитч. Готов поспорить, твои показатели в игре улучшатся, если ты войдешь в форму. И уж точно будешь двигаться быстрее.
Это сработало. Рон выпрямился и посмотрел Гарри в глаза.
– Ты считаешь, часа в день будет достаточно? – оживленно спросил он.
Невилл просто покачал головой, пытаясь восстановить дыхание.
Гермиона, между тем, не считала это такой уж хорошей идеей… и она дала им это понять, стоило Рону упомянуть тренировки за ужином.
– Гарри, я не думаю, что тебе следует учить этих мальчиков драться.
– Да ладно, Гермиона, ты бы видела размеры этих малолетних троллей, которые ошиваются с Малфоем! – выпалил Рон.
– Вот именно, Рон. Ты вообще не должен с ними драться.
– Но он постоянно нарывается! – возразил рыжеволосый.
Гарри вздохнул. После инцидента на уроке зелий, было бы чудом, если бы кто-нибудь из Гриффиндора получил баллы за приготовленное зелье. И если Драко и его дружки не помешают в приготовлении, то Снейп-то уж точно выльет содержимое их котлов под предлогом, что они что-нибудь сделали не так. Гарри решил не обращать внимания на стабильный поток нулевых отметок, которые он продолжал получать на зельях, и сосредоточился на подготовке конспектов для экзаменов С.О.В. Они значили намного больше, чем присужденные профессором отметки.
– Если у тебя возникают проблемы, с ними следует обратиться к профессору, Рональд! – настаивала Гермиона. Гарри моргнул. Она использовала полные имена только в тех случаях, когда ее что-то действительно задевало.
– Гермиона, – тихо спросил Гарри. – Но что если профессор и есть проблема?
Не найдясь с ответом, она просто фыркнула.
Утром во вторник Гарри проснулся прежде, чем сработал будильник. Его кошмары не вернулись полностью, но у него до сих пор были проблемы со сном. Он натянул мешковатую майку и спортивные шорты, из которых вырос Дадли. Они смотрелись очень забавно на его худом теле, но ничего другого у Гарри не было. Он разбудил Рона и Невилла в шесть утра, и они, не переставая ворчать, достали из чемоданов летнюю одежду для предстоящей пробежки.
Гарри задумался на минуту, а затем привязал порванный шнурок к наконечнику своей палочки. Он закинул петлю вокруг шеи и просунул палочку под майку. Он вовсе не собирался идти куда-либо невооруженным, особенно, если этого можно было избежать. Первые лучи солнца едва озарили Запретный Лес, вырисовывая на нем контуры замка, когда они достигли поля.
Гарри бежал трусцой вокруг периметра игрового поля, задавая им темп. Американские боевые маги, вместе с которыми они с Роном работали, уделяли огромное внимание физической подготовке. Не проходило и дня, чтобы они не выполняли какие-нибудь упражнения, словно не могли усидеть на месте. Гарри не был фанатично предан спорту, но даже он не мог отрицать эффективности этой практики в бою. Они уклонялись – приседали, крутились и прыгали, как сумасшедшие обезьяны, – не переставая при этом испускать веер заклятий. Они также не боялись сокращать дистанцию с противниками. Многие из них имели при себе какой-нибудь короткий нож, и все они владели различными боевыми искусствами. Основными преимуществами Пожирателей Смерти, на первых порах, являлись Непростительные Заклятия и способность вовлекать в боевые операции гражданских – в качестве заложников или приманок. Как только Американцы адаптировали свою тактику (нечто, что генерал Гастингс называл «Правила ведения боя»), Пожиратели Смерти начали стремительно отступать. Работа с людьми генерала Гастингса вселила в Гарри огромное уважение к их подготовке, так что он намеревался воссоздать ее как можно точнее. Он решил подготовить своих друзей к самообороне лучшим способом, который он знал. И если ему придется воссоздать Армию Дамблдора в этой временной линии, он приложит все усилия, чтобы она полностью соответствовала своему названию.
Кинув взгляд назад, он заметил, что его друзья начали отставать. Оба глубоко дышали, а лицо Невилла покрылось красными пятнами, пока он пытался восстановить дыхание. Тем не менее, полноватый юноша упорно пыхтел Рону в спину. Гарри с некоторым облегчением замедлил свой темп, и они завершили круг быстрым шагом, чтобы остыть. Оба юноши выглядели обессилившими, возвращаясь в замок, но Гарри уверил их, что со временем их состояние улучшится: им просто надо заходить чуточку дальше с каждым днем.
Они закончили водные процедуры как раз вовремя, чтобы успеть в Большой зал к завтраку. К тому моменту, как они прибыли, Гермиона уже сидела за столом, и Гарри успел отметить, что другие первокурсники-гриффиндорцы отодвинулись от нее подальше.
Ее надменность все еще остается проблемой, подумал Гарри.
Она радостно встрепенулась, когда они прибыли. На лицах Невилла и Рона остались красноватые пятна даже после душа; если Гермиона и заметил что-либо, она никак это не прокомментировала.
Наконец, наступила пятница – день их первого летного занятия. Гарри поглощал свой завтрак, продолжая размышлять, как поступить. Возврат Вспоминателя Невиллу привлекло к нему внимание МакГонагалл, что позволило ему занять место ловца в команде по Квиддитчу. С другой стороны, Невиллу пришлось упасть с метлы и повредить руку, чтобы это случилось. Гарри с осторожностью относился к идее изменения хода вещей на раннем этапе, но насколько вообще было важно зачисление в сборную? Он был увлечен игрой, даже несмотря на отсутствие практики с последней игры в Норе, после свадьбы Билла и Флер. Гарри моргнул и сглотнул тяжелый комок, образовавшийся в горле. Он осушил половину кубка с тыквенным соком, прежде чем смог возобновить трапезу. Их свадьба была последним по-настоящему счастливым событием в его прошлой жизни перед тем, как все пошло кувырком.
Гарри сжал кулаки.
«К черту судьбу! Друзья на первом месте. Если изменения будут слишком велики, что ж, вряд ли все будет хуже, чем в прошлый раз? Пока я полностью не сорвал свое прикрытие, я изменю все, что смогу, и да поможет Мерлин всем, кто станет угрожать моим друзьям или семье на этот раз».
– …в порядке, Гарри?
Гарри моргнул и посмотрел в устремленные на него голубые глаза Рона, он был встревожен.
– Ага, просто задумался, Рон.
Его друг нахмурился.
– Не переживай о летных занятиях, – успокаивающе заметил Рон. – Это намного легче, чем кажется.
Он кинул взгляд на Гермиону, которая оживленно листала «Квиддитч Сквозь Века».
– Билл и Чарли говорят, что их маглорожденные друзья тоже волнуются в первое время, но потом все выходит отлично.
Гарри посмотрел на Невилла, выразительно изогнув бровь, но круглолицый юноша уставился в свою миску.
«Пытался ли Рон на самом деле поддержать надменную всезнайку Гермиону?»
Он не переставал удивляться, как долго его друг отрицал свои чувства в предыдущей временной линии.
Невилл, погруженный в собственные думы, пропустил ремарку мимо ушей.
– Моя бабуля никогда не позволяла мне садиться на метлу дома. Говорила, я сломаю свою глупую шею.
Любые вопросы, которые Гарри собирался задать, выветрелись у него из головы, когда он заметил потерянное выражение на лице юноши.
– Я тоже ни разу не пробовал, – признал Гарри. – Так что Рону придется показать нам, как это делается.
Невилл вздохнул, возвращаясь к своему завтраку. Уши Рона заалели от похвалы, но он не выказывал желания покрасоваться перед всеми, как привык к тому Гарри. Возможно, на этот раз им удастся избежать выдуманных историй.
Его лицо просветлело, когда Хедвиг скользнула вниз с письмом, привязанным к ее лапке.
Сердце Гарри учащенно билось в предвкушении, когда, после полудня, они вышли во двор. Ему нравились полеты, даже несмотря на плачевное состояние школьных метел. Он поймал взгляд Рона, когда они подошли к сомкнувшимся вокруг метел слизеринцам. Очередное письмо от Джини было спрятано в складках его мантии, дожидаясь своего часа после ужина.
– Приглядывай за Гермионой, – прошептал он Рону.
Его друг нахмурился. Похоже, он был способен сделать что-то хорошее спонтанно, но не по чьей-то подсказке.
Гарри закатил глаза.
– Она все еще гриффиндорка, так что мы должны заботиться друг о друге, – шепотом объяснил он. – Кроме того, я не доверяю слизеринцам.
Рон сузил глаза и коротко кивнул. Гарри свернул, убедившись, что стоит рядом с Невиллом, когда они прибыли.
Вступительное слово мадам Хуч было таким же, каким он его запомнил, но на этот раз, когда все произнесли «Вверх!», метлы Гермионы и Невилла медленно поднялись наравне с остальными.
Когда они завершили приготовления к первому полету, Гарри коснулся плеча Невилла.
– Постарайся не отталкиваться от земли слишком сильно, – тихо посоветовал он.
В этот раз Невилл сумел удержать контроль над метлой, так что он взлетел всего лишь на пару футов. Мадам Хуч велела им несколько раз повторить упражнение, пока все не почувствовали себя комфортно в воздухе. Затем она начала объяснять, как выполнять повороты, и они оба мягко спланировали.
Гарри улыбнулся успокоенному Невиллу, успев только заметить тревогу на его лице, когда что-то врезалось в его затылок, сбрасывая с метлы.
На мгновение темная пелена заволокла сознание; очнулся он уже на коленях, упираясь руками в землю. Он моргнул и, застонав, сел.
– Ты в порядке, братан? – над ним склонился Рон.
– Похоже на то, что случилось? – он увидел, что мадам Хуч склонилась над Невиллом, который без движения лежал на траве. Малфой стоял рядом с ней, громко осуждая низкое качество школьных метел.
– Крэбб и Гойл внезапно потеряли контроль и врезались в тебя и Невилла. Они выставили все так, словно это был несчастный случай, – с отвращением проговорил Рон, кидая косые взгляды в сторону Драко. – Каким-то образом они умудрились смягчить падение, приземлившись на вас обоих. Школьные метлы, может, и не самые лучшие, но даже они не настолько ужасны. Это просто очередная ложь от этих проклятых змеюк.
– Невилл так и не пошевелился, – взволновано заметила Гермиона. – Я думаю, он без сознания.
Мадам Хуч нетерпеливо отмахнулась от Драко. Она выхватила палочку и бережно подняла бессознательного Невилла в воздух левитирующим заклинанием.
– Мистер Поттер, Вы в порядке? – Не оборачиваясь, спросила мадам Хуч, продолжая направлять Невилла в сторону замка. – Идти сможете?
– Я в порядке, – ответил Гарри.
– А вот это уже решать Поппи, – возразила Хуч. – Пожалуйста, проследуйте за мной в медпункт, но своим ходом. Мистер Уизли?
Рон виновато выпрямился.
– Да? – сглотнув, спросил он.
– Пожалуйста, сопроводите мистера Поттера в медпункт. Его голове здорово досталось. Если у него возникнут трудности, воспользуйтесь помощью служебного персонала. Я немедленно сопровожу мистера Лонгботтома в медицинское крыло. Остальные, – заключила она, поднимая голос, – незамедлительно опустите метла, или Вы вылетите из Хогвартса, не успев сказать «Квиддитч»!
Гарри поднялся на ноги, моргая. Рон помогал ему идти, но в этом не было нужды.
– Я в порядке, – тихо сказал он. – Он просто вырубил меня на секунду.
Шагая в сторону замка, Гарри ощутил, что способен самостоятельно держаться на ногах. Правда, синяки на спине давали о себе знать, а на затылке начала формироваться большая шишка.
– Немедленно верни это, Малфой!
Они оба замерли, услышав позади голос Гермионы. Гарри резко развернулся, не обращая внимания на боль, вспыхнувшую в задней части его черепа.
Гермиона пыталась обогнуть смеющихся Крэбба и Гойла, в то время, как Драко держал что-то над головой. Он выглядел так, словно Рождество для него наступило пораньше.
– Я не принимаю приказов от каких-то грязнокровок, – ухмыльнулся светловолосый слизеринец. – А, и оно адресовано Гарри Поттеру! Должно быть, что-то от его фанатов!
Кровь застыла в жилах Гарри; он пошарил по карманам. Письмо от Джини исчезло. Полы его школьной мантии развивались позади него, пока он сбегал по травяному склону. Приблизившись, он заметил, как злобный огонек вспыхнул в глазах Драко.
– А, Поттер, заметил недостачу от одного из своих фанатов… само собой, у тебя их так много, это не должно быть что-то сверхважное, верно? Конечно же, ты поделишься им со всеми нами?
– Давай сюда, ты, вороватый, низкосортный подонок! – рявкнул Гарри.
– Я так не думаю, Поттер! – прокричал Драко, вскочив на метлу и взмывая вверх. – Почему бы тебе не заставить меня?
Гарри схватил метлу и буквально выстрелил в воздух. Как ни странно, на этот раз Гермиона не крикнула ему про нарушение правил.
«Может, она разозлилась из-за комментария про грязнокровку»
Гарри был слишком разгневан, чтобы насладиться своим первым полетом, как в прошлый раз, однако его весьма порадовало шокированное выражение на лице Драко, когда он облетел вокруг него и замер в некотором отдалении. На этот раз, Гарри напирал более агрессивно, поднырнув под своим противником, прежде чем Драко успел проделать половину пути. Слизеринец резко затормозил, когда Гарри вынырнул прямо перед ним.
– Твои телохранители не помогут тебе здесь, Драко. Ты уверен, что хочешь, чтобы я тебя заставил? – подколол его Гарри.
Лицо Драко сделалось багровым, он поднял смятое письмо в своей руке и швырнул его вниз.
– Поймай, если сможешь! – крикнул он, разворачиваясь и улетая прочь.
Гарри спикировал, не мешкая. Времени достать палочку все равно не было. Драко, похоже, придал пергаменту дополнительное ускорение, улетая на всех парах, потому что оно падало, словно камень… прямо на Дракучую Иву. Гарри чертыхнулся и постарался выжать из старой метлы максимальную скорость, на которую она была способна. Ожившее дерево разорвет письмо на маленькие кусочки и развеет по ветру. Позднее, когда у него появилось время все обдумать, он не раз задавался вопросом, почему он так настойчиво пытался спасти этот клочок пергамента, но сейчас он был предельно сосредоточен на падении.
Гарри обогнул две толстые ветки, одна из которых уже направлялась ему наперерез. Он уклонился от очередного пучка веток, когда комок пергамента отскочил от ствола в тридцати шагах над искривленными корнями.
Дерево отреагировало в своем репертуаре – все его ветки и сучки немедленно ринулись, разрезая ветер, к месту соприкосновения с объектом. Гарри едва успел проскользнуть между смыкающейся порослью. Он наклонился и схватил письмо, когда до земли оставалось меньше ярда. Мгновенно откинувшись на метле, со всей силой он потянул ее на себя, умудрившись избежать столкновения с землей в последний момент, и вырвался обратно в небеса, недостижимый для грозного дерева.
Гарри зажал в дрожащих пальцах смятый пергамент, коленями направляя метлу обратно к замершим сокурсникам. Он спрятал письмо в мантии по приземлении. Гарри был настолько вымотан, что даже не вздрогнул, когда профессор МакГонагал выкрикнула его имя.
Он отстраненно наблюдал, как Рон и Гермиона кинулись успокаивать их обезумевшего декана; его мысли текли в другом направлении. Он попытался внести определенные изменение, но события этой временной ветки были будто бы… втиснуты… обратно тем же образом, каким происходили до этого. Означало ли это, что судьбы не избежать? Должно ли все произойти так же, как и раньше? Он, вроде бы, изменил судьбу Невилла, но не занимался ли он самообманом? Быть может, измененный характер Невилла не окажет никакого влияния на его судьбу – и он все равно погибнет на седьмом курсе, защищая замок?
Он машинально проследовал за МакГонагал, когда она представила его Оливеру Вуду, но на сей раз его страхи не ограничивались возможностью исключения. Получается, ему не удалось достичь каких-либо изменений? Он сознательно решил не допускать ранения Невилла, пожертвовав Квиддитчем на первом году обучения. И что же – Невилл пострадал еще больше, чем в прошлый раз, а Гарри готовится стать самым юным Ловцом в столетии.
Снова.
Гарри никогда бы не подумал, что игра в Квиддитч заставит его чувствовать себя таким обреченным.
Неужели судьбу не изменить?
Авторские записки.
И снова здравствуйте! Это обновление немного короче, но я решил завершить главу на жутковатой ноте (в конце концов, сегодня Хэллоуин).
Перейдем к комментариям.
Действительно, Гарри был воспитан маглами, но у него есть доступ к книгам, так что он вполне мог прочитать Историю Хогвартса до школы, – как Гермиона в каноне. Он также подготовил землю для своего прикрытия, рассказав МакГонагал историю об изучении Протего, защитного заклинания.
Насколько я понимаю, в каноне подробности суда над Люциусом Малфоем являются публичной информацией. Достаточно много людей, не присутствующих при этом, ссылались на нее (Артур Уизли (и Рон)), рассуждая, как Люциус заявил, что находился под магическим воздействием, поддерживая Вольдеморта. Гарри также подразумевает, что читал Современную Историю Магии, Взлет и Падение Темных Искусств и Великие Волшебные События Двадцатого Столетия. Благодаря подъемам спозаранку, ведению постоянной переписке, более взрослому поведению и сундуку, набитому книгами, Гарри выглядит более посвященным учебе, чем в оригинальной временной линии. Будет ли этого достаточно для объяснений покажет время.
Недавно я прочитал «Гарри Поттер и Долг Судьбы» Intromit'a, она мне очень понравилась и я надеюсь, что он поскорее выпустит продолжение! ) Мне также порекомендовали в отзывах прочесть «Гарри Поттера и Мага Времени», что я и сделал прошлым вечером… там есть несколько интересных идей (так что там насчет 30-летних Гарри?). Если кто-нибудь увидит подобные истории, дайте знать!
Быстрое обновление – одно из преимуществ увольнения. Я работаю над улучшением моих писательских способностей, прежде чем заняться написанием рассказов. )
В самом деле, поведение Гарри нехарактерно для 11-летнего возраста. С другой стороны, кто мог бы ожидать этого от Мальчика-Который-Выжил? Помимо прочего, он подводит материальную базу под свое быстрое взросление, позволяя людям видеть намеки о его домашней жизни с Дурслями. Дети, выросшие в сложной домашней обстановке, чаще действуют старше своего возраста.
У меня есть неплохая идея, как бы Гарри мог поступить с этим проклятым дневником Тома.
«Понимает ли Гарри, что даже находясь в хороших отношениях с Джини, совершенные им изменения могут привести к тому, что они никогда не сойдутся?» Да, он понимает это. Его беспокойство о том, как будут восприняты его письма, яркое тому подтверждение. С другой стороны, ее стеснительность, неуверенность и самоизоляция привели к ужасным последствиям на первом году ее обучения, оставив шрамы. Если ее счастье и уверенность в себе станут причиной их размолвки, так тому и быть. Настоящая любовь подразумевает желание, чтобы другой человек был счастлив, даже если он не с тобой. Может, это и проявление его «героического комплекса», но Гарри (во всяком случае, в моей версии событий) предпочел бы видеть Джини в счастливом браке, скажем, с Майклом Корнером, чем Джини, которая вечно любила его, но умерла за это. Это то, что делает его Гарри.
Гарри не уверен по поводу своей магии… время покажет.
То же касается и большой змеи.
Гарри начинает подумывать об изменениях, но то, что произошло на летном занятии, поумерило его пыл.
Я придумал решение для Петтигрю\Воскрешения, которое, как я считаю, является уникальным.
Да, Снейп – подонок. Никаких СевеГарри в этом фике, народ. Проходите мимо)
Ментально Гарри, может, и тридцать лет, но он слишком долго сдерживал свои эмоции. В большей мере, это последствия событий Бойни при Хогвартсе, так что он только сейчас начинает справляться с этим. Бедный Гарри!
Я подчинюсь желанию большинства и сосредоточусь на этой истории, дав Хроникам Черной Палочки перерыв. Спокойствие! Я слишком привязан к своим слизеринцам, чтобы превратить эту историю в Греческую Трагедию (как выразился The Unicorn). Я собираюсь продолжить сразу после этой главы, так что следующее обновление появится завтра, может, послезавтра.
-S'TarKan CladRan
P. S. – Бонусные очки тому, кто разгадает отсылку, заложенную в названии этой истории – предложение не распространяется на членов группы Yahoo "jeconais".
Комментарий переводчика: перевод последней главы занял год... что, несомненно, сказалось на стиле. Авторские записки теперь переведены, после вычитки исправлены некоторые стилистические ошибки.
