Глава № 6
(Дрезден POV)
О, сколько нам открытий чудных…
За окном бежал однотипный пейзаж: поля, небольшие речушки, леса и так по кругу. Кроны вязов и ясеней неспешно колыхались на ветру, снова собирались тучи. Лишь изредка ярким пятном цветов мелькало какое-нибудь поле.
Несмотря на унылость окружения и мерное покачивание вагона, спать не хотелось – мы были увлечены беседой. Я вкратце пробежался по истории Схизмы, удивляясь тому, что парню это явно было интересно. Он не просто слушал, он задавал вопросы, на большую часть которых у меня не было ответов. Нет, он кто угодно, но не дурак, это точно. И, наконец, мы подошли к тому, с чего именно начали этот разговор.
- Так все-таки, почему в твоем присутствии вся техника ломается, а в моем нет?
- Ну, положим, не вся, а только многое… Но на сей счет у меня только догадки. Я считаю, что все дело в разнице нашего обучения и взаимоотношений с магией, – признался я.
- А каким образом это может влиять на технику? – непонимание на лице Поттера было неподдельным.
- Смотри, вот, к примеру, какое было первое заклинание, которому тебя научили?
- Трансфигуро, превращение спички в иголку, если я не ошибаюсь
- Скажи, а как тебя учили ему?
- В смысле?
- В прямом. Описать примерно процесс обучения сможешь?
- Ну… нам рассказали само заклинание, показали движения палочкой, тонкости произношения, интонации, – парень еле заметно улыбнулся, вспоминая первые уроки.
- Понятно. Мое первое заклинание было Фликум Бикус, я им до сих пор регулярно пользуюсь, камин разжечь или свечи.
- Так, и? В чем разница-то? – нетерпеливо спросил юноша.
- В подходах. Тебя учили механистическому подходу, структурированному, если так можно сказать. Соответственно, твоя магия и твое к ней отношение формировались именно таким образом. Это твой инструмент. Он не делает ничего без тебя, – начал было я, но Поттер тут же меня перебил:
- Погоди, а случайная магия тогда что такое? Раз магия для меня это инструмент, и без моего желания она не действует, то как тогда это объяснить?
- Случайная магия, говоришь? Это когда ты ее используешь непроизвольно?
- Да, именно так. Хотя, если вспомнить, то с того момента, как я попал в Хогвартс, у меня почти не случалось таких выбросов. Пару раз за год разве что.
- Собственно, ты и сам ответил на свой вопрос. Выбросы случайной магии были и у меня. Я выиграл школьные соревнования по прыжкам в длину с помощью одного из таких выбросов. До сих пор храню ленточку от медали, – теперь настала моя очередь поностальгировать. Лицо же Поттера немного скривилось, видимо, его опыты со случайной магией не заканчивались так же гладко.
- Ну ладно, а как учили тебя? Ты начал говорить о подходах, какой использовался в твоем случае?
- Свое первое заклинание я создал сам, с нуля. Вместе со мной обучалась еще одна девушка, ее первое заклинание было другим, я его уже не помню, но она тоже создавала его сама.
- Создал с нуля?! Первое же заклинание? – парень аж остолбенел.
- Да. Меня учили именно так. Собственно, все остальные заклинания я либо так же создавал, либо адаптировал под себя. Для меня магия не инструмент, а, скорее, живое существо, друг даже. Выбросы случайной магии у меня продолжались до тех пор, пока не научился взаимодействию с ним. Поэтому я не настолько плотно его контролирую, в отличие от тебя, и не превращаю друзей в инструменты. А, да, есть еще один момент, эмоциональная накачка. Скажи, твои эмоции влияют на заклятья? – поинтересовался я.
- Только на одно, на Патронус. Остальные работают вне зависимости от эмоций, тут главное - сосредоточиться, – помолчав, ответил Поттер, явно ошеломленный такими откровениями.
- А мои заклинания практически все подпитываются эмоциями. И, сам понимаешь, контролировать их абсолютно смог бы только робот. Да, конечно, можно сделать каменное лицо и не показывать их, но они все равно никуда не денутся. Кстати, а ты пробовал это заклинание, ну, Патронус, возле техники?
- Нет. В тот раз, когда я его использовал вне Хогвартса, даже фонарей рабочих поблизости не было. Статут о секретности и Указ о запрете колдовства несовершеннолетних вне школы не позволяют студентам колдовать в обычном мире, а в магическом сообществе Англии, сам понимаешь, найти что-то сложнее двигателя внутреннего сгорания довольно проблематично, – усмехнулся Поттер.
За беседой время и километры летели практически незаметно. Разговор получился интересный, я бы даже сказал, познавательный, как для меня, так и для Гарри. К примеру, Боб совершенно забыл упомянуть, что волшебникам-недорослям в Британии запрещено колдовать вне школы, совсем! В частности, моему клиенту магия без надзора была запрещена еще на год, до совершеннолетия. Кстати, у них оно тоже наступает не как в обычном мире, в восемнадцать лет, а в семнадцать. С чем связана эта разница, он так и не смог пояснить. Зато другие сферы магической деятельности: зельеварение, уход за магическими существами и аналог ботаники, гербология, - не только не запрещены, но и негласно поощряются, главное, чтобы тебя не застали за ними обычные люди. По рассказам Поттера, многие из студентов, постоянно живущих в магическом сообществе, подрабатывают летом – кто в аптеке, смешивая зелья и готовя ингредиенты, кто в теплицах, ухаживая за растениями. Одна из его знакомых, – какое же имя он назвал, забавное такое…, а, да, Луна Лавгуд, – даже ездит в экспедиции по поиску новых пород магического зверья. Сам Поттер, так как живет в обычном мире, летом не увлекался подобным времяпрепровождением. Кстати, он довольно неплохой зельевар – по его же словам, звезд с неба не хватает, но со школьной программой справляется, невзирая на все потуги преподавателя. Редкостный ублюдок, судя по всему, этот Снейп – хотя у него могут быть свои на то причины, едва ли Поттер рассказал мне свою историю полностью.
Поезд прибыл в Лондон. Я уже не первый раз здесь, но так и не могу посмотреть ни Букингемский дворец, ни здание Парламента. Да я даже в Гайд-парке не был ни разу! И сейчас тоже вот не судьба. Короткая поездка в подземке, минут пятнадцать пешком, и мы очутились в каких-то трущобах. Переулок был завален мусором, а уж запах там стоял… Поттер закатал рукав, и с чертыханьем отодрал с предплечья приклеенную скотчем короткую, не больше тридцати сантиметров, палочку.
- Здесь вход в «Дырявый Котел», - пояснил он, словно эти слова что-то для меня значили.
Он выбил палочкой короткую дробь по кирпичной стене, и та расступилась. Я всего несколько раз сталкивался с потайными дверьми, и поэтому глядел с интересом. Из открывшегося проема полился свет, шум толпы и запахи еды. Масляные лампы и беленые стены, мебель, явно пережившая уже не одно десятилетие. Похоже, не самое плохое местечко. Интересно, как здесь обстоят дела с пивом?
Впрочем, мы быстро покинули таверну – а жаль, уж слишком она напоминала бар Мака! – и вышли на улицу.
- Куда теперь, Вергилий? – спросил я, озираясь по сторонам. У меня возникло стойкое ощущение, что мы очутились в позапрошлом веке. Боб и Гарри ни капли не шутили про консервативность и отсталость. Ни одной машины, газовые фонари, деревянные вывески. Люди в робах, как будто только что вышедшие с собрания Белого Совета. Я чувствовал себя не в своей тарелке.
- Дрезден, пожалуйста, пока мы не доберемся до банка, не называй ни моего имени, ни фамилии, – тихо произнес Поттер. Я только сейчас обратил внимание на то, что он накинул капюшон толстовки и вообще как-то съежился.
- Ладно, а как тогда тебя называть? – надо же мне как-то к нему обращаться.
- Пусть тогда Вергилий и будет. У здешних обитателей есть имена и похлеще, никто и внимания не обратит.
«Флориш и Блоттс», «Товары для Квиддича», «Свежайшие ингредиенты и готовые зелья» - голова просто шла кругом. А название улицы, по которой мы все это время шли, казалось чей-то шуткой – Диагон-аллея.
По чикагским меркам, улочка была довольно небольшой, но народу на ней было просто море. И настроение этого моря явно было неспокойное. В ответ на мой вопрос Гарри произнес только одно слово – «война». По его глазам я понял, что все объяснения будут потом, и заткнулся.
Я отошел было с тротуара в нишу здания, завязать шнурок, и чуть не упал на задницу, - возле меня на пустом месте с хлопком появился человек в робе. Оторопев, я попытался было понять, откуда он взялся, как вдруг подскочивший Поттер ухватил меня за рукав, и потащил в сторону.
- В чем дело? – спросил я у него, все еще оборачиваясь на появившегося человека, и снова был поражен – в ту же самую нишу зашли двое, и исчезли!
- Совершенно забыл тебя предупредить, извини, - сказал парень, и махнул рукой в сторону аномального участка, - это аппарационная зона. Ты ведь знаешь, что такое аппарация? – когда я кивнул, он продолжил, - В местах скопления людей выделяются зоны, чтобы не возникало инцидентов. В них нельзя находиться дольше необходимого для перемещения времени.
- Каких еще инцидентов? – не понял я.
- Ну, к примеру, представь, что кто-нибудь решил аппарировать на тротуар. И в точке аппарации внезапно оказался ты. В итоге, он появляется внутри тебя, и пуфф! – взмахнул он руками, показывая, какого именно рода «пуфф» мог бы получиться. К горлу подступил комок. Плохо иметь богатое воображение.
Пара поворотов, и мы уперлись в огромное здание. Оно подавляло своей монументальностью – белый мрамор, колонны, золотая вязь на фронтоне «Гринготтс Банк», широченная лестница, стражники в полном доспехе перед входом – все просто кричало о деньгах.
- Пришли,- выдохнул Поттер и шагнул к дверям.
Огромный холл, ярко освещенный множеством люстр, стойки с окошечками, очереди клиентов и… гоблины?! Не успел я проклясть свою удачу, как один из них уже оказался возле нас.
- Добрый день, чем могу служить…- начал было он, потом разглядел меня, и захохотал, – Эрлкинг шлет тебе свой привет, чародей! Мы, его подданные, не ждали увидеть тебя здесь!
- Я… э, тоже не ожидал увидеть гоблинов в банке, – с враз пересохшим горлом выдавил я.
- Ты пришел в наши владения, не обнажив оружия, и мы также не нападем на тебя здесь первыми. Что привело тебя в наш банк?
- Я бы хотел снять деньги, – вмешался в наш разговор Поттер. – Время сейчас очень дорого, и я бы хотел сделать это безотлагательно. По возможности без очередей, – из-за отворота его толстовки показалась цепочка с ключом.
- Мистер Поттер, – стоило гоблину увидеть ключ, как тут же его внимание переключилось на юношу. – Этот чародей будет сопровождать Вас в хранилище?
- Я бы предпочел сегодня туда не спускаться. Как я уже говорил, очень тороплюсь и, в свою очередь, готов компенсировать спешку и вам, Грипхук.
- О, мистер Поттер, приятно, что Вы меня вспомнили, – гоблин склонил было голову, и вдруг резко повернулся ко мне, оскалив сотни зубов-иголок. – Надеюсь, чародей, ты понимаешь, что это не Истинное Имя?
Я кивнул, предпочитая не открывать рта.
- Грипхук, каков сейчас баланс моего счета?
- Восемь тысяч галлеонов, двадцать один сикль, и пять кнатов – ни на секунду не задумавшись, ответил тот.
- Я бы хотел снять пять тысяч галлеонов. Две тысячи галлеонами,, сотню сиклями, остальное в виде долговых расписок.
- Сию минуту, мистер Поттер.
Гоблин ушел куда-то, очевидно, в подсобные помещения, или в хранилище, а Поттер уставился на меня.
- Дрезден, что это тут такое было? – прошипел он
- Ну как тебе сказать… в прошлом году я сцепился с их владыкой, – начал было я.
- Боги. Только с моей удачей, - простонал парень страдальчески. – Хорошо, что мы еще вообще живы!
- Эй, будь оптимистом! Мы же живы!
- Ты не обидишься, если я скажу тебе, что ты меня слабо утешил?
- Вряд ли. Может, оставим этот разговор на потом?
Вернувшийся с увесистым на вид, позвякивающим мешком и допотопным прообразом чековой книжки гоблин прервал нашу беседу.
- Как Вы и просили, мистер Поттер, часть наличными, часть в виде расписок. Чародей, - так, а это уже ко мне, – до тех пор, пока ты соблюдаешь мир на нашей земле, мы не нападем первыми. Старые законы, ты знаешь, вечны для нас. И хотя в другой ситуации мы не откажемся загнать тебя, как дичь, здесь ты в безопасности, и гоблины с удовольствием послушают истории о твоих охотах.
- Я приму это к сведению, – ошеломленно кивнул я.
Гоблин кивнул и перешел к следующему клиенту, дав понять, что разговор окончен.
- Куда теперь? Только, пожалуйста, предупреждай о том, кто нас там может встретить, чтобы не вышло, как в банке, – мы вновь шагнули на улицу.
- Помнишь, мы с тобой говорили о зельеварении? Я думаю приобрести кое-какие рецепты, ингредиенты и походную лабораторию. Раз ты считаешь, что дело может быть опасным, то стоит быть готовым ко всему.
Я кивнул, закусив губу. Если хотя бы половина из этих зелий работает так, как рассказывал Гарри, то иметь запас под рукой не повредит. Более того, если удастся перенять его методы, то количество моих визитов к врачам может сильно сократиться, что было бы здорово.
Лавку с названием «Свежайшие ингредиенты и готовые зелья» мы уже проходили по дороге в банк, так что искать ее не пришлось. Открыв скрипучую дверь, я очутился в полутемном помещении, увешанном пучками трав и заставленном склянками с неясным содержимым. Странные ароматы смешивались в единую какофонию запахов и били в нос, словно молотом, – я даже закашлялся на входе. Поттер же явно ориентировался в этом хаосе лучше меня. Он ужом проскользнул вдоль стеллажей, направившись к неприметного вида конторке, где блестела чья-то лысина. Завязался негромкий разговор, которого я, впрочем, не услышал из-за «свежести» некоторых «ингредиентов» - некоторые из них что-то усиленно жевали, другие сосредоточенно булькали в неглубоких аквариумах, пуская пузыри воздуха, еще часть трясла прутья клеток, явно не соглашаясь с отведенной им ролью ингредиентов. На колонне, поддерживающей потолок, на тонкой цепочке висел толстенный том. «Очевидно, каталог товаров», - подумал я и не ошибся. Начав было его читать, я тут же прекратил это занятие – просто затряслись руки. Это же просто сокровищница! С помощью ТАКИХ ингредиентов смогу сварить ТАКОЕ! ТАКОЕ! Если у меня хватит денег, конечно. Многие из представленных товаров стоили просто астрономические по моим меркам суммы. Может, по окончании этого дела я и смогу позволить себе что-нибудь из этой роскоши, но пока что остается только глотать слюну.
Отойдя от столь притягательной книги, – ей-ей, я почувствовал себя домохозяйкой на распродаже, забывшей кошелек! – я уперся взглядом в полки и задумался. Почему я не знаю о даже половине из увиденных компонентов, в то время как здесь их может купить подросток, на вес, как картошку? Откуда они вообще их берут, да еще и в таких количествах?
И тут меня осенило. Схизма. Расхождение культур, вернее, здесь даже не культур, а структур общества. Маги Старых Путей вынуждены быть сведущи во всем, мастерами ни в чем, в некотором роде. У нас, живущих разрозненно, слишком много проблем общего выживания, чтобы нормально заниматься исследованиями и производством. В самом деле, если бы Чикаго вместо меня одного защищали сотни магов, то я мог, например, вместо своего макета, пусть и неплохого, создать совершенную копию города, вплоть до полной тауматургической обратной связи! А здесь же тысячи волшебников! Естественно, что кто-то занят выращиванием всего этого великолепия, кто-то – обработкой, кто-то производством и исследованиями, кто-то все это охраняет…
На секунду я ощутил зависть. Еще один минус Старых Путей. У нас слишком мало учеников и слишком много секретов. Многое оказалось просто утеряно в веках со смертью наставников. С другой стороны, здесь, в этом Новом Мире тоже не все так гладко. Маги воюют друг с другом, привязаны к единой негибкой системе заклинаний, создание новых заклятий, как объяснил мне Гарри, является большой редкостью… Многие знания оказались утеряны и здесь. Разговоры с Поттером это подтвердили: их этому просто не учат. И то верно, одно дело - научить одного человека тому, что знаешь сам, и совсем другое – сотню разновозрастных балбесов. А то, чему не учат, забывается всеми, и учителями, и учениками. Наверняка в архивах и библиотеках у них, как и у нас, уже больше забытых знаний, чем известных.
Пока я предавался размышлениям, Гарри уже успел завершить общение с продавцом и направлялся в мою сторону, сгибаясь под грузом покупок. Странного вида сундук с надписями «Осторожно, хрупко!» «Открывать здесь» и «Не кантовать!» перетягивал его на сторону, в другой руке он держал большую сумку из кожи какой-то рептилии, – чешуйки с ладонь ребенка, не меньше! – тоже увесистую, судя по виду. «Наверное, это и есть походная лаборатория», - подумал я, перехватывая неожиданно тяжелый для своих размеров сундук из его руки.
- А что в сумке? – поинтересовался я.
- Ну, всего понемногу, готовые зелья, компоненты, сборники рецептов, – ответил он, забрасывая ее на плечо и двигаясь к выходу. Капюшона он так и не снимал.
- С покупками первой необходимости покончено? – спросил я. Интересно было бы уже распаковать эту лабораторию!
- Вроде бы да. Книги с заклинаниями и другие учебники брать с собой смысла не имеет, нормально выучить не успею. Метлы – только привлекать внимание. Деньги и зелья мы уже взяли. Можем двигаться.
- И то хлеб. Пойдем.
Дорога до выхода из всего этого бедлама прошла почти без задержек – Поттер только раз остановился купить еще каких-то склянок с неясным содержимым. Большой сверток с ними канул в явно меньшую по размерам сумку со свистом. Я, конечно, часто играл с Альфами в настольные ролевые игры, чтобы сильно удивиться сейчас, но все же – настоящая Всевмещающая Сумка!
Врата в Лондоне сильно отличались от Врат в Чикаго. В первую очередь, расположением. В моем городе они были в «Под-Чикаго», системе подземных улиц и туннелей, оставленных людьми вначале за ненадобностью, а потом и из-за опасности. Здесь же, в Лондоне, путь к ним начинался в подсобных помещениях подземки, на станции Эджвер-Роуд. Уже изрядно обветшавшая, она была построена в первое десятилетие с момента открытия метро, и, насколько мне было известно, возводили ее именно с целью спрятать Врата. Кто-то из Белого Совета, уже не помню, кто именно, пролез в городской комитет по строительству и пролоббировал как место, так и сам проект. Дверь с надписью «Подстанция» действительно ее и скрывала, но один из установленных трансформаторов был фальшивым. Именно за ним, а точнее, под ним, находился спуск в туннель, ведущий к Вратам в Небывальщину. Через пять минут чертыханий – света в туннеле не было, а фонарь я взять с собой забыл – перед нами открылась большая пещера, слабо освещенная кристаллами, – до сих пор не знаю, что это за кристаллы! – в центре которой стояла ослепительная во всем своем великолепии каменная арка портала. Даже в этом неверном свете было видно, как побледнело лицо моего спутника.
- Гарри? – я осторожно взял его за плечо
- Я-я в порядке, Дрезден. Просто слишком похоже,- вздохнув, сказал он. - Именно в такую же арку и упал Сириус. Вот только в той проем был затянут какой-то пеленой, а здесь тропики видны! – удивленно закончил мой спутник.
- Тропики, говоришь. Обойди-ка Врата с другой стороны, – посоветовал я, усмехаясь себе под нос.
Тот послушно отправился выполнять указание, и уже через минуту послышалось удивленное «Ох ничего ж себе! А с другой стороны метель, ничего не видно толком!»
- Именно так.
- А почему? – его заинтересованное лицо напомнило мне Ким. Ким Дилэйни, радостную, любознательную и живую. Я ее подвел. Не получится ли так, что я подведу и этого парня? С усилием вырвавшись из воспоминаний, я понял, что Гарри уже успел меня переспросить и сейчас с беспокойством вглядывался в мое лицо.
- Эм… почему она с двух сторон разная, это ты хотел узнать?
- Да, а еще, почему через нее хоть что-то видно, через Завесу Смерти не видно было совершенно ничего.
- Хорошо. Ты что-нибудь знаешь о Вратах? А о Небывальщине?
На лице Поттера явственно читалось, что и то, и другое ему неизвестно.
- Ладно, подробности потом. Главное, что тебе сейчас следует знать, - помимо нашего мира есть еще и мир фэйре, Небывальщина. И в ней два основных лагеря – Зимние и Летние. Эти Врата – дверь в их мир, и открывается она в обе стороны. Я мог бы открыть Врата в любом месте сам, но это, во-первых, требует очень много сил, а во-вторых, неизвестно, что будет на той стороне. Эти же Врата, как и твоя Завеса – постоянные.
- А почему все-таки через Завесу ничего не видно?
- Потому что она односторонняя. Через нее можно только попасть в Небывальщину, но пройти обратно в наш мир через нее невозможно. Назад не выходит даже свет, поэтому ты ничего сквозь нее и не видел.
- А почему тогда, если есть и другие Врата, никто из прошедших через Завесу так и не вернулся?
- Потому что Небывальщина очень опасное место. Уже из-за одного этого я не хотел брать тебя с собой.
- Понятно…- протянул Поттер. – Ты говорил, что есть Зимние и Летние, так? Что мне необходимо о них знать, в двух словах?
- В двух словах, говоришь? Это я могу. Летние – опасны и безумны, Зимние – безумны и опасны. И те, и другие мыслят на своей волне, не так, как мы, люди, поэтому сказать, что творится у них в головах, практически невозможно. В данный момент у нас перемирие и с Зимними, и с Летними, но они все равно и безумны, и опасны. Кстати, хоть ты и клиент, но, по меньшей мере, на путях фэйре ты должен слушаться меня беспрекословно. Ни с кем, кроме меня, не говори, даже если к тебе обращаются. Не оказывай, не дари и не принимай ни услуг, ни подарков, никаких. Не называй имен. Единственная твердая валюта в мире фэйре - это долги и услуги. И, поверь мне, оказаться должником фэйре – одна из самых серьезных неприятностей, которая вообще может только случиться с человеком. Ты меня понял?
- Не уверен, что понял все, но ты в этом разбираешься, так что командуй.
- Хорошо. Если чего-то не знаешь, дерни меня, я сам разберусь. Возникнут вопросы – запомни, задашь, когда будем в Чикаго. А сейчас – пошли!
И я шагнул в Лето.