Глава № 8.
Совы – не то, чем кажутся.
(Дрезден POV)
После ужина я спустился в подвал, новая игрушка – лаборатория не давала мне покоя. Роскошная штука, все есть!
- …Дрезден! – Боб уже почти кричал.
- А? Чего? – оторвался я наконец от сборника рецептов
- Кого ты притащил в дом?
- Это мой новый клиент, Гарри Поттер, маг из Великобритании, я тебе о нем говорил ведь. Неплохо платит, кстати! Погляди, какую штуку он мне приволок! – ткнул я книгой в сторону оборудования.
- Святой Хефнер, дай мне терпения с этим остолопом! Ты хоть что-нибудь о нем знаешь? – будь у Боба глаза, он бы сейчас их мученически закатывал.
- Ну, пока что немногое. Шестнадцать лет, сирота, ищем его крестного. Неплохой вроде бы парень, сообразительный. Ты это все к чему?
- У него аура на твою похожа.
- И чего?
- Она похожа на твою ауру, какой она стала после контакта с монетой, - тихо сказал мне дух.
Он динарианец?! Не может быть! Все Падшие, с которыми я имел дело, и на людей-то не очень были похожи!
- Боб, ты хочешь сказать, что он заодно с динарианцами?
- Дрезден, а ты сам – заодно с динарианцами? Я просто отметил, что аура у него похожа на твою. Ты в глаза ему смотрел?
Вот что меня смущало все это время! В самом деле, я же ни разу не встретился с ним взглядом! Ни разу, хотя уже почти два дня общаемся довольно плотно!
- Хорошо, Боб. Я не смотрел ему в глаза, - признался я, - Ты что-нибудь еще можешь мне сказать о нем? Я его расспрошу, но мне нужно знать, что спрашивать.
- Пока даже не знаю. Если он из Ордена Темного Динария, то на нем должна быть их метка. Не видел на нем шрамов, символов, может, татуировок?
- Есть у него шрам, один точно, на лбу, в виде руны Совило.
- Насколько мне известно, ни один из Падших не использует ее как свою отметину, - уверенно заявил Боб, - руна Совило все-таки защитная руна, руна света, охраны.
Я задумался.
- Лэш, - мысленно произнес я, - нужна справка.
Образ строгой секретарши, в очках, с папкой, на высоких каблуках, ей шел невероятно.
- Слушаю тебя, хозяин.
- Кто-нибудь из динарианцев использует руну Совило как свой личный знак?
- Нет, - сверилась она с ворохом документов, - никто. Что-нибудь еще?
- Да, есть пара вопросов. Что ты знаешь об аурах?
- Многое. Что конкретно ты хочешь узнать, хозяин?
- У парня, на которого я работаю, такая же аура, как стала у меня после контакта с монетой Ласкиэль. Почему? Он носитель динария?
- Не похоже, хозяин. Подобный эффект может встречаться в результате одержимости, раздвоения личности, других душевных заболеваний…
- Понятно. Либо одержимый, либо псих, - вздохнул я, перебив ее.
- Хозяин, ты уже услышал все, что хотел?
- А у тебя есть еще, что сказать, Лэш?
- Ну, есть еще несколько вариантов, но, во-первых, мне не хватает исходных данных для более полного анализа, а во-вторых, большая часть информации все еще в монете, - поправила она очки.
- Спасибо, Лэш. Сделай, пожалуйста, кофе, - не смог удержаться я от подколки.
Демоница сложила руки на груди, очаровательно надула губки и топнула ногой в негодовании.
- Чего?! Ты сама виновата! У меня никогда не было секретарши! – полуизвинился-полувозмутился я.
- Такими темпами и не будет, хозяин, - чуть обиженно ответила она.
- Кстати, о каких еще вариантах ты упоминала, так, для общего образования?
- Есть еще различные психические симбионты, и зачарованные предметы, но предположения пока строить рано.
- Спасибо, Лэш. Я тебя позову, если что, ладно?
- Как скажешь, хозяин.
В самом деле, что мне известно о парне? Ему шестнадцать, он маг-недоучка из Новых Путей, он Мальчик-Который-Выжил, что бы это ни значило, у него пропал крестный, – и все, пожалуй. Еще он прячет глаза. И Мыш, кстати, на него странно среагировал, вспомнилось мне. Не подлез под руку, как к Мерфи, не зарычал, как он это делал при виде вампиров и других нелюдей и нежити. Он как будто не мог прийти к окончательному выводу, сидел в стороне.
Сверху донесся стук и зовущий меня голос Поттера.
- Да, Гарри? – отозвался я, высунувшись из люка.
- От тебя можно позвонить в Англию?
Я на мгновение задумался. Он ведь вроде усиленно хотел оттуда сбежать?
- Ну да, разумеется, ты же оплачиваешь расходы, - отозвался я. – Как закончишь беседу, спустись ко мне, ладно?
Он кивнул, и отправился к телефону, я же достал и проверил револьверы, вынул жезл, и стал ждать.
- Э… в чем дело? – нервно произнес Поттер, спустившись в подвал и увидев мое хмурое лицо.
- Нам необходимо серьезно поговорить, Гарри. Ты явно не все о себе поведал.
Я кивнул ему на глубокое кресло в углу. Хотя оно и самое удобное, но из него сложнее всего подыматься, случись у нас разногласия. Тот опустился в него, глядя на меня с подозрением.
- Мистер Поттер, - начал я, сделав упор на «мистер», в противовес прежнему «Гарри», - перейду сразу к делу. Мои следящие приспособления обнаружили ряд странностей в вашей ауре, которые я хотел бы с вами обсудить.
Ответом мне был взгляд, полный искреннего непонимания.
- Хорошо, упрощу объяснение. Мыш, мой пес – не простая собака. Он различает людей, нелюдей и прочих. На злых рычит и бросается, к добрым ластится и просит, чтобы его почесали. Как он отреагировал на тебя, помнишь?
- Он меня обнюхал и сел в стороне. Ты хочешь сказать, что только потому, что я не понравился твоей собаке, ты устраиваешь мне допрос? – раздраженно огрызнулся юноша.
- Спокойнее, мистер Поттер. Это не допрос, это, скорее, попытка разрешить разногласия до их превращения в конфликт. Возможно, не очень удачно обставленная, - для спокойствия клиента, я положил жезл на стол, но так, чтобы легко до него дотянуться. – Помимо пса, у меня есть еще ряд детекторов. Аномалии в вашей ауре могут объяснены рядом факторов, как незначительных, так и опасных. Вы не против ответить на ряд вопросов?
- Как будто ты мне выбор оставил, - с горечью ответил Гарри. Впрочем, он явно слегка расслабился, поняв, что прямо сейчас я бросаться заклятьями не стану. – Хорошо, мистер Дрезден, но не могу обещать, что отвечу на все ваши вопросы. Впрочем, на те из них, что касаются меня и нашего дела, отвечу точно.
Что ж, продуманный, аккуратный ответ. Начнем с малого. Я бросил ему лежавший на столе гвоздь. Тот инстинктивно поймал его, и повертел в руках, глядя на меня с подозрением.
- Ответ на первый вопрос вы уже дали.
- В смысле?
- Вы не связаны с фэйре, мистер Поттер, вы не подменыш, и не околдованы ими. Иначе вы бы не поймали гвоздь, а если бы и поймали, то вели себя бы по-другому.
- Понятно. Что дальше?
- Мистер Поттер, есть ли у вас при себе какие-либо зачарованные предметы?
- Нет, только палочка.
- Были ли у вас контакты с демонами или другими сверхъестественными существами?
- Призраки считаются? – закусив губу, поинтересовался мой собеседник.
- Нет, призраков в расчет не берем.
- Тогда не было, - ответил Поттер однозначно.
- Магические симбионты? Психические расстройства, к примеру, раздвоение личности?
- Насчет магических симбионтов не знаю, а насчет психических расстройств… Если вы подозреваете, что я чокнутый, то как, по-вашему, я должен на это отвечать? Если я в норме, то я так и скажу, если я сумасшедший, и знаю об этом, разве я сознаюсь? Ну а если я действительно свихнулся, и не знаю об этом, то тоже не смогу ответить.
- Хм-м. Резонно. По меньшей мере, с логикой у вас все в порядке. Резкие смены настроения, случаи одержимости, магического контроля?
Поттер заерзал.
- Мистер Поттер? Так происходило ли с вами что-либо подобное?
- Хорошо, я расскажу, – обреченно отозвался он. – Помните, я говорил вам о Волдеморте?
- Да, разумеется. Лидер магических террористов, хочет, среди всего прочего, вас убить.
- У меня с ним непонятная психическая связь. Весь прошлый год он посылал мне кошмары, видения. Я действительно думал, что свихнусь. И в конце битвы в Министерстве он смог временно захватить мое тело. Но я сумел отбить его назад.
- Понятно, - протянул я. На самом деле, понятно мне не было, но кое-что знакомое я услышал. С кошмарами у меня у самого была своя история. Леонид Кравос, чернокнижник, совершивший ряд ритуальных убийств, а потом и самоубийство, мог насылать ужасные сны, даже после своей смерти.
-Мистер Дрезден, могу ли я внести предположение?
- Слушаю.
- Во время первой войны с Волдемортом, когда он попытался меня убить, его заклятье каким-то образом убило его самого. Могут ли изменения в моей ауре быть связаны с этим?
Я задумался. Теоретически, такое возможно. Заклятия, воздействующие на жизненную энергию, которую и отображает собой аура, известны уже довольно давно.
- Возможно. Скажите, мистер Поттер, вы не согласитесь на небольшой тест?
- Смотря какой, - осторожно ответил парень.
- В нашей традиции, в обычаях Старых Путей, есть метод быстрой оценки оппонента. Взгляд в душу.
- Однозначно нет, - твердо заявил в ответ Поттер.
- Почему?
- Во-первых, я вам не доверяю. Не доверял полностью с начала, и уж точно не доверяю теперь, когда вы мне устроили допрос. Во-вторых, меня уже проверяли подобным образом, и я нахожу процесс введения мыслещупа болезненным и унизительным.
Какого еще мыслещупа?
-Мистер Поттер, я полагаю, что мы снова говорим о разных вещах. Уверяю вас, что я неоднократно инициировал Взгляд в душу, и никто ни разу не жаловался на болезненные или же унизительные ощущения. Не могли бы вы описать подробно, что вы имеете в виду?
- Могу, в общих чертах. В вашу память когда-нибудь вламывались силой, перетряхивая ее всю? Все самые болезненные, неприятные и унизительные моменты?
Мне поплохело.
- Могу вас заверить, мистер Поттер, что это не только не является Взглядом в душу, это грубейшее нарушение свода законов Белого Совета! У нас это не просто запрещено, у нас за такие вещи головы рубят!
- В смысле?
- В самом прямом. Единственная разрешенная форма контакта с разумом другого волшебника, это и есть этот Взгляд в душу. Если бы я попробовал провернуть что-либо из описанного вами, мне свои же коллеги бы оттяпали голову! Вот, полюбопытствуйте! – я подошел к одной из полок и снял оттуда кодекс законов Совета.
Обернувшись, я увидел, что, пока я находился к нему спиной, Поттер успел достать свою палочку, но, как и я, положил ее рядом. Умно. Парень умеет пользоваться моментом. И то, что он положил ее рядом, тоже очень хороший ход. Если бы он держал ее в руке, это могло бы вызвать агрессию, а так это всего лишь жест разумной осторожности.
Открыв тяжелый том на нужной странице, я передал книгу ему. Юноша долго вчитывался в мелкую вязь текста, после чего кивнул, откладывая книгу.
- Хорошо. Есть ли у вас какие-либо документы, описывающие этот Взгляд?
- Минутку, - ответил я, и снова вернулся к полкам. Парень параноик какой-то! Впрочем, если бы меня допрашивали, я бы, наверное, вел себя подобным образом. Выудив нужный фолиант, я передал его Поттеру.
- Здесь говорится, - пробежав взглядом текст, начал он, - что «Взгляд видит тебя таким, какой ты есть». Разъясните, пожалуйста, поподробнее.
- Попытаюсь. Взгляд в душу показывает отображение внутренних желаний и устремлений человека. Он показывает именно то, кем ты являешься, в визуальной форме. Это не чтение мыслей или памяти, это именно взгляд на личность со стороны.
- А что насчет обоюдности? – ткнул Поттер пальцем в один из абзацев.
- Именно то, что написано. Я вижу вас, вы видите меня.
- То прикосновение к разуму, что я ощущал ранее, это был Взгляд?
- Скорее всего. Я не пытался вторгаться в ваш разум, мистер Поттер. А вы что-то ощущали? Когда?
- В самом начале нашего знакомства, когда вы мне визитку передавали. Может, я и не могу нормально закрыть разум, но для того, чтобы прервать начало вторжения, моих навыков хватает, - Поттер хотел было сказать что-то еще, но внезапно оборвал себя.
- Понятно. Так что, мистер Поттер, вы согласны на Взгляд?
- Какие у меня гарантии, что вы на этом остановитесь?
Я задумался. Его недоверчивости стоит поучиться. Что я могу ему предложить в качестве гарантий?
- Я полагаю, что просто честного слова тут недостаточно, - произнес я, пытаясь выиграть время подумать.
- Верно полагаете.
Если я отдам ему жезл, то хватит ли этого?
- Мистер Поттер, как насчет такого – я отдаю вам свой жезл и свой револьвер на время Взгляда?
Теперь задумался уже он. Если он согласится, то что тогда? Если он вдруг решит пустить мне пулю в лоб? У меня, конечно, есть защитный браслет, но успею ли я им воспользоваться? Дам ему револьвер со спуском потуже – хоть доли секунды, но выиграю.
- Хорошо, - наконец согласился Поттер.
Я положил перед ним жезл и достал из-за пояса револьвер.
- Как он снимается с предохранителя? – деловито уточнил маг-недоучка.
Ну вот. Я надеялся, что он не спросит. Я показал ему флажок предохранителя, под его пристальным взглядом открыл барабан, показав, что револьвер заряжен, и передал ему в таком виде. Юноша оглядел его еще раз, захлопнул, щелкнул предохранителем, и со словами «Я готов» первый раз за все время посмотрел мне прямо в глаза.
Я не знаю, кто как испытывает Взгляд. Кто-то упоминает водоворот, куда его затягивает, кто-то ощущение полета или падения. Для меня это именно что Взгляд. Только что ты смотрел на одного человека, и тут внезапно он становится другим. Настоящим. Во взгляде Марконе, воротилы преступного мира Чикаго, я видел солдата и хищника. Из глаз Урсиэля, одного из динарианцев, на меня смотрел безумец. Молли, моя ученица, представлялась мне калейдоскопом вероятностей.
Глядя в душу Поттера, я видел не зверя, и не человека. И не множество вероятностей. Я видел двух глядящих друг на друга, а не на меня, людей. Что-то подобное я видел лишь раз, когда заглянул в душу Томаса, своего брата. Точно так же, как Томас и его Голод, двое стояли друг напротив друга, но сходство на этом заканчивалось. Первым был Поттер, но сильнее, выше, взрослее, чем реальный аналог, сидящий сейчас в моем кресле. Вторая же фигура была закутана в черный балахон, подобный тем, что я видел в Диагон-аллее, безгубая и лысая, с бледной, почти прозрачной кожей и взглядом, какие я видел только у вампиров. Они тяжело дышали, но были готовы броситься друг на друга снова. По лбу парня стекала кровь, которую он то и дело утирал рукавом, человекоподобное создание шипело при каждом движении, держась за бок. Мексиканская ничья или просто передышка?
Я разорвал контакт, и поглядел на Поттера. Парень меня удивил, он не просто держался лучше большинства остальных, с кем у меня был подобный контакт, его реакция всего лишь немного уступала реакции Марконе! Да, конечно, он побледнел, но в остальном остался спокоен. Что же он успел повидать в свои неполные шестнадцать такое, что взгляд в мою душу не вызвал почти никакой реакции?
- Ну что, мистер Дрезден, я прошел ваш тест? – чуть хрипловато спросил меня он, так и не отдав револьвер.
- Сложно сказать, мистер Поттер, - ответил я задумчиво, промокнув пот со лба.
Глаза Поттера сузились, а револьвер чуть шевельнулся в мою сторону.
- В смысле?
- Обычно результат Взгляда в душу сформировавшейся личности гораздо яснее. Как я уже говорил, это визуализация твоей личности в привычной для меня форме. Когда смотришь в душу абсолютно хорошего человека, – поспешил продолжить я, кто его знает, может, в самом деле, сейчас пулю всадит, - то его вполне можно увидеть в образе ангела, с нимбом и крыльями. Когда я поглядел в душу одержимого, то увидел там безумца. Но вот в твоей ситуации я даже не знаю, что это может значить, - покачал я головой, - обычно я не рассказываю, что я увидел, но, может, ты поможешь мне разобраться?
Поттер, соглашаясь, кивнул.
- Я увидел тебя и лысое существо, с белесой кожей и мертвыми глазами, вы стояли друг напротив друга.
- Это существо – Волдеморт. – вздохнул юноша и потер глаза.
- У тебя есть какие-нибудь соображения, почему я вдруг увидел и тебя, и его? – я не смог удержаться от вопроса.
- Не знаю. Я уже говорил ведь, что между нами есть какая-то связь, я не знаю подробностей! – сорвался парень почти на крик.
- Спокойно, спокойно, мистер Поттер, э-э-э, Гарри, не переживай лишний раз, - сорвавшийся человек и сам по себе опасен, а если учесть, что у него еще и револьвер… - Я бы хотел поразмыслить над тем, что я увидел, покопаться в книгах и так далее. Я не стану тебя задерживать больше.
Он поднялся из кресла, сделал пару шагов, разминая затекшие ноги, - мы просидели несколько больше, чем я предполагал, почти час.
- Мистер Дрезден, меня, честно говоря, слабо интересует, что именно вы думаете лично обо мне. Я привык как к почитанию, так и к гонению. Действительно мне интересна только судьба расследования. Я надеюсь, что вы не откажетесь от дела.
- Нет, не откажусь. Я довожу свои дела до конца, Гарри. Может, буду держаться от тебя чуть подальше, но дело доведу до конца.
Поттер отвернулся от меня, и направился к лестнице.
- А… мой револьвер?
Немного повозившись и выкинув-таки барабан, он высыпал патроны в руку, после чего положил сам револьвер на полку Боба. Патроны же отдал мне. Жест понятен. Он мне не доверяет. Впрочем, я после такого и сам не доверял бы, так что не могу его винить.
Когда мой наниматель покинул подвал, я обратился к Бобу, снаряжая оружие заново.
- Что скажешь, Боб, можно ли ему доверять?
- Я не знаю. Сам-то ты что думаешь?
- Тоже пока не знаю, слишком много неясностей, слишком мало информации. В рамках дела, мне кажется, ему можно доверять, но вот верить я бы ему не стал. Слишком уж он закрыто действует, ему явно есть, что скрывать. Мне он тоже не верит, так что едва ли вдруг он выложит все начистоту.
В наступившем молчании я вдруг почувствовал себя премерзко. По сути дела, я только что допрашивал подростка, держа его под прицелом. Мерфи плюнула бы мне в глаза, если бы узнала об этом. Во рту возник кислый привкус, из тех, что глотком пива не смоешь. Я был противен самому себе. А что я мог еще сделать, зная, что парень, возможно, сумасшедший, или одержимый? А сколько неприятностей мне доставило за время моей работы излишнее доверие к клиентам?
В глубине души я знал, что это лишь оправдания.
- Лэш, - позвал я, помолчав еще немного, и собираясь с духом.
- Да, хозяин?
- Я хочу обсудить увиденное. У тебя есть доступ к этим воспоминаниям? – я дождался ответного кивка демоницы, - Что ты можешь мне сказать о результатах Взгляда?
- Это абсолютно точно не динарианец, и не душевнобольной. Одержимость я бы не стала сбрасывать со счетов, но, по меньшей мере, это не обычная одержимость.
- Что значит, не обычная? Их много?
- Это не демон, это точно, и не призрак. На демона сразу бы среагировал пес.
- Но он среагировал!
- Но юноша жив. Неужели ты считаешь, что собака Фу не смогла бы расправиться с простым смертным, пусть и одержимым?
Меня передернуло, в ушах заново прозвучал хруст шеи Кассия, убитого Мышем экс-динарианца.
- Хорошо, почему тогда не призрак?
- Ты увидел бы либо юношу, либо призрака, но не двоих сразу. Собственно, как и в случае с демоном.
- Подожди, я уже раз видел что-то подобное, когда смотрел в душу вампира Белой Коллегии!
- Не тот случай. Вампир Белой Коллегии или полностью поглощен Голодом, или же постоянно с ним борется, третьего не дано. Тут же бойцы, по меньшей мере, сейчас друг друга не трогают.
- Ладно, убедила. Но мне любопытны твои выводы, Лэш. Опасен ли он? Можно ли ему доверять?
- Хозяин, опасны все. Даже те, кто не опасен сам по себе, могут стать опасными. Маленький камушек может спустить большую лавину. Что же до доверия… ты, хозяин, действительно хочешь положиться на мое мнение в этом вопросе? Я могу лишь порекомендовать осторожный подход, - ответила она, и растаяла.
И то верно. Совсем дошел до ручки, раз начал спрашивать о доверии у падшего ангела.
Я глубоко вздохнул, собираясь с мыслями и успокаивая нервы, и решил пойти спать. Утро вечера мудренее.
Поттер уже устраивался на диване. Моя живность разделилась на два лагеря – Мыш расположился у двери, изредка бросая взгляд на парня, Мистер же, напротив, уже устроился у него в ногах, и даже замурлыкал. Вот и понимай, как хочешь.
- Поттер, – позвал я.
- Дрезден?
- Сегодня был напряженный день, ложись спать. Вечером встреча с эктомансером, а уже по итогам беседы с ним, встреча с субконтрактором. Мы оба сегодня перенервничали.
В ответ он только тряхнул лохмами, и откинулся на спину.
Сон ко мне не шел, и я ворочался уже битый час, но все без толку. Поттер же заснул практически моментально, как младенец, сказалась накопившаяся усталость. Я уже хотел было ему позавидовать, как вдруг мерное сопение сменилось стоном.
- Нет, нет, нет… не надо! Сириус! – прокричал Гарри, не просыпаясь, и повернулся на бок.
В свете ночника отчетливо была видна его неестественная бледность и выступивший пот. Потревоженный Мистер вскочил на спинку дивана, и оттуда, вздыбив спину, с шипением глядел на разыгрывавшуюся драму.
Кошмар не отступал. Поттер в очередной раз дернулся, вернувшись на спину, и забормотал уже что-то совсем невнятное, слишком тихо, чтобы можно было разобрать хоть что-нибудь. Я смотрел на него, словно завороженный, не в силах двинуться с места. Внезапно он открыл глаза, невидяще уставившись в потолок, и закричал. Даже не закричал – заплакал, как собака, сбитая автомобилем, пронзительно и безнадежно. И этот крик вырвал меня из оцепенения, я сорвался к нему, точно зная, что мне предстоит сделать. Я собирался заглянуть в его кошмар, как я делал это в свое время с Мерфи и Мэлоуном.
Сон был недолгим и очень простым
В просторном зале шел бой, в разные стороны летели заклятья. Кое-кто из бойцов уже лежал на полу без движения. Поттер стоял на коленях, а безносая фигура, виденная мною раньше, что-то нашептывала ему на ухо. Во всем виде парня читалось отчаяние. Взгляд же его был прикован к двум людям. Падающий, и все никак не могущий упасть, сквозь арку, затянутую молочно-белой пеленой, длинноволосый человек со взглядом удивленного ребенка, и лежащая на полу девушка с копной каштановых волос, на теле которой еще плясало лиловое колдовское пламя. Только эти два человека для него существовали в этот момент.
Придвинувшись поближе к Гарри, я смог расслышать, что же именно ему шепчет фигура в плаще.
«Посмотри, Поттер. Это все твоих рук дело. Это ты во всем этом виноват…»
А тот лишь беспомощно переводил взгляд с девушки на мужчину, и обратно, повторяя только одно слово.
«Нет!»
Внезапно видение оборвалось. Поттер ухватился за ухо, из которого сочилась кровь, а Мистер, который ему явно это ухо и прокусил, уселся у него на груди, словно извиняясь.
- Воды? – спросил я хрипло. Голос меня почти не слушался. Гарри только и сделал, что кивнул.
Я сходил на кухню за водой и аптечкой. Кошачьи укусы заживают долго. Когда я вернулся в гостиную, Поттер уже сидел, а не лежал, Мистер перебрался на его колени и свернулся калачиком, а лежавший до этого в стороне Мыш, тихо поскуливая, подставлял парню загривок для почесывания. Поттер что-то шептал, обращаясь то к коту, то к псу. Я не большой специалист в области чтения по губам, но здесь не мог ошибиться даже я – он говорил им «спасибо».
С жадностью выпив полстакана воды, он поставил его на тумбочку, и еще раз проверил ухо. Я чуть ли не силой оторвал его руки, и посветил на пострадавший орган фонариком. Аккуратная, небольшая дырка, прямо на краю ушной раковины.
- Ты серьгу в ухо не хочешь повесить? – поинтересовался я, убирая антисептик и доставая пластырь.
- А что, насквозь?
- Насквозь, можешь не сомневаться.
-Не, я, наверное, обойдусь, - фыркнул Поттер.
Разговор заглох сам собой.
- Предатель, - миролюбиво упрекнул я Мыша, потянув его за хвост. Тот повернулся ко мне, неспешно облизал мне лицо, не обращая внимания на мои протесты, и вернулся к парню. Мистера я решил вообще не трогать, на всякий случай.
- Знаешь, я видел твой кошмар, - неожиданно для самого себя сказал я.
- И что скажешь? – угрюмо отозвался Гарри.
- Я почти ничего не знаю о произошедшем… - начал было я, но тот только отмахнулся.
- Это моя вина.
- Это тебе Водле…Волдеморт сказал?
- В смысле?
- В твоем сне он стоял у тебя за спиной и говорил, что это твоя вина.
Парень встревоженно посмотрел на меня.
- Там не было Волдеморта.
- А я его видел. Ты стоял на коленях, смотрел то на мужчину, падающего сквозь портал, то на лежащую девушку, а он тебе шептал, что это твоих рук дело, и что ты во всем виноват.
- Именно эти слова я и слышал, - пробормотал Поттер ошеломленно, - Дрезден, скажи, ты, наверное, теперь точно думаешь, что я либо больной, либо одержимый?
- Точно не знаю, Гарри. Не псих точно, насчет одержимости не знаю. Но что между вами двумя, тобой и Волдемортом, есть связь, это точно. Может, моя ученица и могла бы сказать более точно, что к чему, она гораздо способнее меня в этой области, но ее сейчас не спросишь. Думаю, что либо ты научишься его игнорировать, либо, в самом деле, спятишь. Без обид, но тебе явно надо что-то с этим всем делать.
Парень тяжело вздохнул и поглядел на свои руки.
- Скажи, Дрезден, твои действия когда-нибудь приводили к чьей-то смерти? – наконец выдавил он из себя.
- Ты имеешь в виду, убивал ли я? – не понял я вопроса.
- Нет. Именно так, как я сказал. Вернее, не так. Черт, не могу найти нужные слова, - он взъерошил волосы, собираясь с мыслями, - Страдали ли от твоих действий невинные люди?
- Да. И не просто страдали, а погибали, - помолчав, ответил я.
- Как ты с этим справлялся? Извини, если это личное, просто то, что ты видел в моем сне, действительно моя вина. Мне нужно знать, как дальше жить с этим.
Мне совершенно не хотелось копаться в своем прошлом, но парню это было действительно нужно. Как я знал из опыта, иногда необходимо с кем-нибудь поговорить, просто чтобы не сойти с ума.
- Знаешь, первой, кто пострадал от моих действий, была моя первая любовь. Я был молод и глуп, а мой мастер, учениками и воспитанниками которого были я и Элейн, на деле оказался чернокнижником. Мы росли в одном доме, мой первый поцелуй был и ее первым поцелуем. Когда же мой учитель, Дю Морн, попытался перетащить меня на свою сторону, мне пришлось его убить. Но еще до нашей схватки, он успел поработить Элейн, и она выступила вместе с ним против меня. Мое заклинание накрыло их обоих. Только совсем недавно я узнал, что она осталась жива, но тогда меня мучили кошмары. Мой новый наставник оказался мудрым человеком. Он не дал мне много времени для раздумий и самокопаний. Он загрузил меня работой и учебой настолько, что иногда я просто падал с ног. Если бы не это, то, думаю, я просто спятил бы.
Подобные исповеди похожи на отрывание пластыря. Не знаешь заранее, разбередишь рану или нет.
- Второй была девушка, немногим старше тебя. Жизнерадостная и любопытная, Ким Дилэйни. Она обратилась ко мне с вопросом, ответ на который мог оказаться опасен, и я, ничтоже сумняшеся, посоветовал ей забыть об этом. Но пусть знание и было опасным, незнание оказалось куда как хуже. Как уже я выяснил потом, она не могла позволить себе забыть об этом, и в итоге, совершила ошибку, которая и привела к ее гибели. Более того, погибли еще многие люди. Эти смерти ударили по мне очень сильно. Сильнее, чем смерть Элейн, там я мог хотя бы свалить все на Дю Морна. Это нельзя было свалить ни на кого, кроме меня. Именно я отказался помочь ей. Если бы я тогда принял другое решение…
- Из писанных иль изреченных слов, печальней нет «Так быть могло б!» - произнес Поттер еле слышно.
- Да, именно так. Именно это и был самый ценный урок, что я тогда для себя уяснил. Я долго потом не мог отойти, переосмыслял свои действия, думал, что я мог бы сделать иначе. В конце концов, я смог себя убедить в том, что прошлого уже не изменишь, и мне нужно жить дальше.
- Знание опасно, но незнание опаснее, ты считаешь? – теперь уже он смотрел на меня заинтересованно, ему явно было интересно мое мнение.
- Да, я теперь считаю, что незнание куда опаснее. Грустно, что я выучил этот урок такой ценой, но в дальнейшем я не допускал подобных ошибок. И впредь постараюсь не допустить.
Пока парень осмыслял мой ответ, я плеснул себе виски. Не самый любимый мой напиток, но именно то, что сейчас нужно. Из ящика письменного стола я достал фотографию.
- Гарри, это Сьюзен. Женщина, которую я любил всем сердцем, и которую не смог уберечь.
Поттер бережно принял от меня рамку и осторожно провел пальцем по стеклу, очерчивая контуры.
- Красивая, - задумчиво произнес он, и вопросительно посмотрел на меня.
- Да, красивая. И умная, как дьявол. Она была репортером одной газеты, «Волхв». Я вел расследование, связанное с вампирами, и она увязалась за мной, на вечеринку, которую те устроили. Она хотела взять у одного из них интервью, представляешь? – грустно улыбнулся я, и пригубил виски, самую малость, чтобы просто обожгло горло.- Они ее схватили. Я ничего не смог сделать.
- Они…ее убили? – тихо спросил Гарри.
- Хуже. Они ее обратили. Последний раз, когда я ее видел, она еще не была вампиром. Но человеком она уже не была. Я старался удержать ее, даже попросил ее руки. Но она не приняла предложение, исчезнув из моей жизни, Чикаго, и насколько я знаю, вообще с континента. Я винил себя, разумеется. Я развязал войну против вампиров, полномасштабную войну, которая идет и сейчас. Я ударился в исследования и заперся в лаборатории. Я не виделся с друзьями, не вел расследований. Я ел, что придется, мылся, когда мне напоминали, что стоило бы, спал, где упаду. Деньги закончились довольно быстро, и меня чуть не выселили из квартиры и офиса. Я не пил, мне было не на что. Я пытался найти лекарство, то, что вернет ее мне, и не преуспел. Это сводило меня с ума. Чтобы выйти из этого состояния, мне потребовалась помощь друзей и нависшая угроза апокалипсиса. Знаешь, Гарри, иногда ты просто не можешь помочь всем. Это не значит, что не надо пытаться, это нужно просто принять. Это очень больно, терять близких. Но жизнь не заканчивается на этом, как бы это банально не звучало.
Я убрал фотографию назад, к обручальному кольцу, которое она так и не приняла, и обернулся к Поттеру.
- Гарри, можно тебя спросить, кто эти люди? В твоем кошмаре, мужчина, я так понимаю, твой крестный, а кто девушка? Почему ты так уверен, что это твоя вина?
- Да, мужчина – мой крестный. Девушка – Гермиона Грейнджер, моя одноклассница и лучшая подруга. Помнишь, я говорил тебе про засаду в Министерстве Магии? Меня туда заманили видением, в котором Сириуса пытали, и грозились убить, если я не появлюсь в Министерстве. Гермиона пыталась меня отговорить от этой затеи, но поняв, что это невозможно, отправилась вместе со мной, она и еще четыре моих друга. Всего-то надо было, послушать ее, и ничего бы не произошло! Уже когда мы угодили в засаду, Сириус пришел мне на помощь, его на самом деле не было в Министерстве, он бы туда не отправился, если бы не я! В итоге, Гермиона чуть не погибла, а что с Сириусом – вообще неизвестно…
- Гарри, по-моему, ты попал в ту же ловушку, что и я. Скажи, ты знал, что там будет засада?
- Нет, разумеется! – взорвался парень, но тут же добавил уже спокойнее, - но я мог догадаться, или же просто послушать Гермиону.
- Скажи, засада, в которую вы угодили, достигла своей цели?
- Нет, пр…предмет, за которым они охотились, был уничтожен, - запнувшись, ответил юноша.
- Оставим пока в стороне Сириуса. Вы попали в засаду, он пришел к вам на помощь, с этим все ясно. Почему ты считаешь, что то, что твоя подруга чуть не погибла, это твоя вина?
- Потому что я вел их! Я их учил! Я мог бы подготовить их лучше, но не смог.
- Ты их учил? Почему, у вас же вроде бы есть учителя, в этой вашей школе?
- За все пять лет обучения, у нас было только два нормальных учителя, и то один из них оказался преступником. А в пятом году нас вообще не учили ничему, кроме теории. В итоге, мы организовали кружок, учителем в котором был я, и все мои друзья учились именно у меня.
- Ты научил их всему, чему мог? Ты утаил от них какую-то информацию?
- Нет, разумеется, но Гермиона знает гораздо больше, чем я. Я по сравнению с ней первоклассник.
- Тогда почему учила не она?
- Потому что у меня это лучше получается. Я старался научить их всему, что я знал сам.
- Значит, ты сделал все, что мог. Тебе нужно научиться разделять ответственность и вину. Это разные вещи. Ты вел своих друзей, не тащил их силком. Да, ты был ответственным за своих друзей, но едва ли виноватым. Ты научил их всему, что знал сам, ты не подставлял их под заклинания. Они сделали это по своей воле, и они знали о рисках, как и твой крестный. Во всяком случае, именно так я понимаю все случившееся.
- Мне нужно все это обдумать, - чуть дрогнувшим голосом сказал Поттер, и, чуть помолчав, добавил – Спасибо, Дрезден. Мне действительно нужно было с кем-нибудь поговорить обо всем случившемся, но друзьям я написать не мог, мои надзиратели со мной не говорили, а родственники… ну ты сам понимаешь. Я действительно чуть не спятил, пока ты не появился.
- Не за что, Гарри. Ложись спать. Прыжки между часовыми поясами штука сама по себе нелегкая, а после всех этих откровений я просто с ног валюсь.
- Спокойной ночи, Дрезден.
- И тебе тоже.