"НОЧНОЙ БРЕД"
Серия эпизодических набросков и зарисовок, приходящая в голову автору обычно по ночам

Автор: Алёна
Рейтинг: разный
Жанр: ангст, романс, юмор, дети... все в кучу. Некоторые кусочки связаны с другим циклом "Слишком много любви", а также с сериалом про доктора Хауса.
Дисклаймер: Все канонические герои принадлежат CBS, а всё остальное - мне :)
От автора: прошу читателей иметь в виду, что наброски эти совершенно не выдержаны по хронологии, и время действия в них может быть самое разнообразное, вне зависимости от порядка выкладки. Но в каждом текстике так или иначе содержится привязка ко времени конкретной зарисовки.
Еще от автора: повествование в данных текстах идет от лица одного от персонажей. В редких случаях - от лица автора или какого-то стороннего героя.

&

Кэтрин осторожно поворачивает ключ в замке – ох, давно она этого не делала, года два уже, наверное. Когда там была эта катавасия с ФБР, и Гриссома отстранили от дела? Тогда пришлось идти к нему домой. Или у него дверь всё-таки была не заперта , и ключи не понадобились?..
Во всяком случае, Кэтрин уже не помнит, когда открывала ключами эту дверь без хозяина.
Все криминалисты-одиночки держат копии своих ключей у особо доверенных коллег. Гриссом вот держит у Кэтрин. В конце концов, мало ли что случиться в жизни может? И ключи Кэтрин у Гила тоже есть, тоже на всякий случай.
Кэтрин не хочется думать, что сейчас этот случай мог уже наступить.
Вроде Гил в последнее время не жаловался на здоровье: наоборот, стал каким-то странно оживленным. Правда, после автобуса того в пустыне - иногда сидел, уставившись в одну точку, и потирал левую сторону груди. Да уж, наворотили дел с этим автобусом… До сих пор вспоминать страшно.
Наконец дверь открывается, и Кэтрин входит в темную прихожую. На вешалках какие-то куртки, на полу – обувь…. Стало еще тревожнее: насколько Кэт знает Гриссома, он никогда не раскидывает вещи вот так. Значит, что-то действительно случилось?
Ага, вот и мобильник. Выключенный. Именно поэтому Кэтрин Уиллоуз решила достать из тайничка эту связку ключей: правду сказать, ей в связи с новым делом позарез нужен был Гриссом, а его мобильник не отвечал. Да, по графику у Гила выходной: но ведь все знают, что де-факто у него никогда не бывает выходных?
По крайней мере, он никогда не отключал мобильный телефон. Никогда.
Решив разобраться с телефоном позже, Кэтрин проходит вглубь дома. И там везде темно: такое ощущение, словно в доме вообще никого нет! Но вот же он, мобильник, валяется в прихожей?... Гил ни за что не расстался бы с мобильником по собственной воле.
В гостиной темно. На кухне – тоже. Грязной посуды нигде не видно, и вообще - словно никто и не ужинал. Странно. Такая картина, словно Гила украли инопланетяне. Только мобильник оставили.
В спальне тоже нет света. Только луна, как оглашенная, светит в плохо занавешенное окно. Кэтрин осторожно приоткрывает дверь, заглядывает внутрь – и застывает от шока, не веря своим глазам.
Гил Гриссом, полностью раздетый, лежит на спине в собственной постели. Глаза прикрыты, голова запрокинута, грудь мерно вздымается в такт дыханию. И одеяло на полу. Вроде бы вот и разгадка: человек спит. И мобильник выключил раз в жизни, потому что устал! Но…
Рядом с Гилом, а точнее – головой на его груди, спит техник Грэг Сандерс. Свет, падающий из окна, хорошо освещает его лицо. Припухшие губы, две родинки на щеке, взлохмаченные волосы. И тоже – ни клочка одежды. Как сказала тому же Сандерсу когда-то сама Кэтрин – "на мне была только собственная кожа!" Вот и на них двоих сейчас – только собственная кожа.
Ну и ну.
У Кэтрин достаточно опыта в осмотре спален, и она сейчас точно может сказать: кроме всего прочего, в воздухе все еще откровенно пахнет сексом. Да что там пахнет!... Эти двое спят в такой бесстыдной обнаженности, в такой доверчивой беззащитности, что к горлу подступает что-то непонятно-сентиментальное. И вместо того, чтобы осесть на пол с тихим выдохом "какой ужас", хочется то ли осторожно выйти, чтобы не потревожить, то ли стоять молча и смотреть – на это торжество желания и нежности, на это трогательное единение, когда даже во сне рука Грэга лежит на груди Гриссома, и это спокойствие кажется логичным продолжением того недавнего возбуждения, которое заставило их бросить как есть обувь в коридоре и не позволило даже поужинать. Которое заставило выключить мобильник, скинуть одежду на пол у кровати - и обхватить друг друга, а потом швырнуло их в общий глубокий и счастливый сон: их обоих, вымотанных долгой любовью и наверняка одним оргазмом на двоих.
И сейчас они спят, обнявшись, и даже не слышат, что в доме чужой. Спят так, что всё, что с ними было не так давно – ощущается. Видится. Слышится. Во всём: в их слитном чуть хриплом дыхании, в сплетении тел, в одеяле на полу – да вообще!...
Кэтрин стоит, смотрит на них и думает, что сейчас у нее одна задача: чтобы никто... никогда… ни за что… ни под каким видом об этом не узнал.
Она очень осторожно идет обратно к выходу, теперь уже замечая, что в куче обуви в прихожей валяются кроссовки Грэга. И почему она раньше не обратила на это внимания?
Связка ключей остается рядом с отключенным мобильником под зеркалом: хорошо, что у Гила английский замок, и уходя, можно просто захлопнуть дверь. Кэтрин так и делает, от всей души надеясь, что Гил, когда они проснутся утром, увидит ключи – и все поймет. Хотя, правду сказать, поймет он не только по ключам. Под связкой она оставила маленькую записку: "Теперь тебе есть у кого хранить свои ключи. Доброе утро. Все хорошо: я на вашей стороне".
И подписалась. Чтобы не волновать человека зря.

&

Читайте далее...