"НОЧНОЙ БРЕД"
Серия эпизодических набросков и зарисовок, приходящая в голову автору обычно по ночам
Автор: Алёна
Рейтинг: разный
Жанр: ангст, романс, юмор, дети... все в кучу. Некоторые кусочки связаны с другим циклом "Слишком много любви", а также с сериалом про доктора Хауса.
Дисклаймер: Все канонические герои принадлежат CBS, а всё остальное - мне :)
От автора: прошу читателей иметь в виду, что наброски эти совершенно не выдержаны по хронологии, и время действия в них может быть самое разнообразное, вне зависимости от порядка выкладки. Но в каждом текстике так или иначе содержится привязка ко времени конкретной зарисовки.
Еще от автора: повествование в данных текстах идет от лица одного от персонажей. В редких случаях - от лица автора или какого-то стороннего героя.
&
Пол и Барбара Джонс очень любили свою родину – цветущий, гостеприимный штат Вирджиния. Именно поэтому они дали своей старшей дочери, любимице, второе имя в честь своего штата.
Дебра Вирджиния Джонс родилась в 1960 году в Норфолке. Потом у нее появилось четверо младших братьев и сестер, с которыми она просто обожала возиться. Дебра вообще любила детишек: поэтому родители совсем не удивились, когда дочка поступила в педагогический колледж. У Дебры была мечта: иметь побольше своих детей, а со временем, быть может, организовать семейный детский дом для брошенных детишек.
- Только бы твой будущий муж был с тобой согласен, – смеялся отец.
Дебра тоже знала, что без мужа ей всего этого вряд ли добиться. И что чрезвычайно важно, чтобы будущий супруг разделял ее взгляды. Ей тогда было чуть больше девятнадцати, а она уже серьезно присматривалась к окружающим мужчинам именно по тому признаку, как они относятся к детям.
Когда в детский садик, в котором Дебра проходила практику, внезапно вошел полицейский, девушка даже испугалась. Детям угрожает какая-то опасность?..
- Что вы, мисс, – улыбнулся молодой патрульный. – Я просто пришел за своим племянником. Меня зовут Харви Оливер, вот мои документы…
Но показать удостоверение посетитель не успел: к нему со всех ног подбежал ребенок.
- Дядя Харви! Идем домой?
Мужчина наклонился и взял ребенка на руки:
- Идем, конечно! А с воспитательницей ты попрощался? Кстати, скажи-ка мне, как ее зовут?..
Дебра посмотрела, послушала… и влюбилась. К тому же надо было видеть лицо этого мужчины, когда он брал племянника на руки!
Они с Харви поженились буквально через несколько месяцев, когда Дебре стукнуло двадцать один: а спустя еще месяц молодая супруга уже ждала ребенка. Потому что Харви Оливер был точно того же мнения о детях: хорошо, когда в доме их много, причем и своих, и приемных! Да, для этого нужно много денег, но он готов работать, и просто счастлив, что ему досталась такая жена, которая оказалась полной единомышленницей во взглядах на жизнь. Ведь, как известно, в браке это самое ценное.
Однако человек предполагает, а бог располагает. Когда родилась маленькая Синди, врачи сказали Дебре, что это, к сожалению, ее первый и последний ребенок. Своих детей ботьше у нее не будет.
Тогда чету Оливер спасла их общая мечта: дом для усыновленных детей. «Что ж, – сказал Харви, утешая жену, - всяко в жизни бывает, дорогая: расти малышку, а я буду думать, как заработать, чтобы у нас в доме все равно было много детишек. Вон сколько их, кому нужны родители, - так почему бы не мы?..»
А примерно через год муж пришел домой, сияя, как новенький доллар. Он давно был в департаменте на хорошем счету, как ответственный и безотказный сотрудник. У него была отличная репутация и безупречный послужной список. И когда троих человек понадобилось перевести в другой город на повышение, выбор пал в первую очередь на офицера Оливера.
- Дорогая, – тормошил Харви жену, - это же такие везение! Представляешь, меня переводят работать в Вегас! Это же золотое дно!
- Ты собираешься брать взятки с финансовых воротил? – усмехнулась Дебра.
- Да что ты, – Харви даже вспыхнул. – Просто в том округе совсем другой бюджет, и ставки другие… и сверхурочных больше… И к тому же именно там, я полагаю, мы и осуществим нашу с тобой мечту!..
Дебра вздохнула: судя по тому, какую квартирку предоставляли мужу на новом месте службы, – до мечты пока было очень далеко. Даже маленькую Синди придется оставить родителям, - тем более что врачи категорически не рекомендовали девочке климат пустынного штата.
- Но ты ведь поедешь со мной, Деб? – спросил Харви, словно уже зная ответ. Да так оно и было в самом деле. Дебра Оливер при всех своих мечтах готова была оставить ребенка бабушке и дедушке, а сама - последовать за мужем. Она прекрасно понимала, что ему в новом городе, в новом коллективе понадобится тыл и поддержка. А Синди пока еще маленькая. Вот будет ей хотя бы лет пять – там можно будет подумать, как им теперь всем быть.
Супруги Оливер перебрались в Город Греха, и Харви, конечно же, сразу стал среди полицейских своим в доску. Он был неконфликтным и спокойным человеком, а когда требовала ситуация – смелым и решительным. В общем, идеальный офицер! А когда у его напарника родилась двойня и тот пожаловался, что супруга не справляется, Харви предложил: «Хочешь, моя жена поможет вам немного?»
Так Дебра нашла себе что-то вроде работы: чтобы тоже не сидеть без дела, пока муж на дежурствах. Они вдвоем приближали свою мечту,– тем более что в Вегасе и правда платили куда больше, чем в Норфолке.
Дебре исполнилось двадцать пять, и они с Харви по этому поводу даже позволили себе посидеть в местном ресторанчике. Шутили, смеялись, строили планы на будущее, умилялись проказам трехлетней Синди, о которой постоянно рассказывала мама Дебры в письмах и звонках. Говорили и о том, что скоро офицеру Оливеру обещали квартиру побольше, и можно будет все-таки забрать дочку к себе: бабушка говорила, что здоровье у девочки стало получше. В общем, жизнь казалась радужной, полной замечательных перспектив, и что самое главное – Дебра и Харви любили друг друга, и это было для них основой всех будущих прожектов.
А через неделю, вечером, Дебре позвонил непосредственный начальник мужа: капитан Хаксли. Капитан был суровым невозмутимым служакой, но даже у него дрожал голос, когда пришлось сообщить молодой женщине, что ее муж, офицер Харви Оливер, два часа назад погиб в перестрелке с какими-то мафиози.
То время Дебра помнит очень смутно: казалось, она полностью отключилась от действительности. И пока неизвестно было, что теперь предпринять: оставаться в этом городе вроде бессмысленно, но как вернуться к родителям, как посмотреть в глаза маленькой Синди? И как осознать там, в родительском доме, что мечта всей жизни потерпела крах? У Дебры больше нет мужа – тем более такого, который полностью разделял ее взгляды и стремления. Дебра была уверена, что другого подобного больше не найдет. – да и сама мысль о том, что с ней рядом может оказаться кто-то еще, кроме ее Харви, казалась кощунственной.
Женщина так и пребывала в нерешительности, пока не поняла, что кончаются деньги. И тут положение спас все тот же капитан Хаксли, который неожиданно нагрянул с визитом.
- Ты, дорогая моя, кончай раскисать, - сказан он с солдатской прямотой. – Я к тебе с предложением пришел. У меня внук родился, – слышала? Замечательно! Дочка моя после родов слабая, а муж ее, сама понимаешь, постоянно на работе, – так что мы ищем няню с хорошими рекомендациями, и я думаю, что лучше тебя никто не подойдет. Хочешь?..
И Дебра согласилась. Она тогда еще не знала, что слух об ее педагогических способностях, порядочности и любви к детям пойдет по всему отделению полиции, а когда внуку офицера Хаксли исполнится семь лет, знаменитую няню переманит – а точнее, выпросит! – один из начальников аж в самом департаменте округа. Дебра никак не могла запомнить его фамилию: то ли Норрис, то ли Харрис. Потому что с отцом она общалась минимально, а свою воспитанницу, дочку этого самого начальника, всегда звала просто Лиззи.
Норрис (или Харрис) ревностно оберегал свою няню, чтобы ее у него тоже не сманили. Однако когдаа Лиззи исполнилось двенадцать, решил, что девочка уже самостоятельная, и дальше расти с няней ей не полезно. К тому же и сама миссис Оливер все чаще поговаривала, что намерена оставить педагогическую деятельность и уехать к дочери: тем более, что за это время дочка уже вышла замуж и сама ждала ребенка! Если бы кто-то сказал миссис Оливер, что она разлучится с Синди на столько лет, - Дебра не поверила бы. Это казалось невозможным. Однако так сложилось, что пришлось работать в чужом городе с чужими детьми, только чтобы не возвращаться в дом своих родителей. В тот город, где они познакомились с Харви, где началась их любовь, где родилась Синди. Дебра не была особо впечатлительной, но это возвращение было для нее почему-то ужасно тяжелым. И она уговаривала себя, что просто зарабатывает деньги: тем более что открыть семейный детский дом можно и после сорока, были бы средства.
Итак, ей исполнилось сорок пять. Синди еще год назад переехала к мужу в Иллинойс, и давно просила маму перебраться туда насовсем: тем более что должен был родиться малыш, а кто, как не мама, по мнению Синди, и поможет его растить, и не возьмет за это денег? Дебра подумала и решила, что чужой штат – то место, где уже можно воссоединиться с собственным ребенком: с Иллинойсом ее не связывало никаких личных воспоминаний, и там как раз можно было жить куда свободнее, чем в том же Вегасе. Забыть все, начать новую жизнь. Воспитывать внука – или внучку, Синди так и не сказала, кто родится.
Миссис Оливер попрощалась с Лиззи, мягко отказала в просьбе поработать няней детективу Ортеге из отдела внутренних расследований (он к тому же был еще ужасно противным типом, и миссис Дебра понимала, что не просто так его жена мучается с пятью детьми: небось наделать он их наделал, но сам жене ни разу не помог!) И начала готовиться к переезду. Дело было не быстрое, это же понятно.
И вот в один из таких предотъездных дней ей позвонил шериф Рори Атвотер.
Дебра все не могла никак привыкнуть, что Рори, который начинал работать в департаменте вместе с ее мужем, - только не патрульным, а в какой-то вспомогательной службе, - дорос до шерифа округа. Но все течет, все меняется, многие сослуживцы Харви сделали хорошую карьеру. А Рори – в сущности, неплохой парень! – всегда мечтал защищать закон где-то на высоком уровне. И вот его мечта сбылась. После гибели Харви Рори Атвотер поддерживал с Деброй ровные приятельские отношения.
- Послушай, Деб, - произнес он в трубку, едва успев поздороваться, - есть работа.
- Никакой работы, – отрезала женщина. – Я уезжаю к дочери. У нее скоро родится ребенок. Тем более, что на носу День благодарения, и я, как мать, просто обязана….
- Деб, ты меня послушай сначала? – произнес шериф непривычно просительным тоном. – Или, может, я заеду?
- Заезжай, – равнодушно согласилась Дебра. Она тогда была уверена, что ее уже никто не сумеет отговорить.
Рори приехал, странно смущенный. Дебра всегда помнила нынешнего шерифа самоуверенным и точно знающим, чего он хочет. А тут гость вошел в комнату, явно стесняясь; сел на диван… и начал, слегка помявшись:
- Деб, ты помнишь, у нас примерно полгода назад был шумный такой эпизод? Дело Блейков?
- Конечно, – сразу сказала миссис Оливер. Дело Блейков она помнила прекрасно. Но вовсе не потому, что по этому поводу дня три шумела пресса и телевизионщики. И не потому, что незадачливую мамашу громко материли все здравомыслящие полицейские, когда Дебра в эти дни по какому-то вопросу зашла в департамент. Те, кто помнил Харви, ругались особенно громко: мол, куда катится мир, Деб, дорогая, - вот вы с Харви хотели детишек усыновлять, а такие матери их почти что убивают, да как им бог вообще детей дает…
Дебру тогда еще царапнуло, что «бог дает» детей именно таким вот, прости господи, сучкам, как покойная Лора Блейк, а она сама, Дебра Оливер, осталась и без мужа, и без детей, о которых когда-то мечтала, чтобы их было много…
И еще ей стало ужасно жалко ребенка. Она вспомнила только что родившуюся Синди, - маленькую, беспомощную, орущую во все горло: боже, разве можно такую кроху вообще бросить без помощи, да тем более в мусорный контейнер? «Как хорошо, что мальчик не умер, - подумала Дебра тогда. – Хотя это очень сложный вопрос на самом деле: как лучше! Кто знает, что будет с ним дальше, по каким приютам ему придется скитаться, если выживет? И как сложится его жизнь, не проклянет ли он, повзрослев, тот момент, когда он не умер новорожденным в этом самом мусорном бачке?...»
Тогда это дело так потрепало нервы Дебре Оливер, что она помнила его до сих пор. Именно поэтому стала слушать гостя намного внимательнее.
- Конечно, помню, - она подалась вперед, и Рори это заметил. – А что?
- Ты знаешь, что мальчика усыновили?
- Слава богу! – выдохнула Дебра. – Кто?
- Потом расскажу, – как-то странно усмехнулся Рори. – А сейчас к делу. Обоим… ээээ…. опекунам придется выйти на работу. Ситуация патовая: им срочно нужна няня. Проверенная. Здравомыслящая. Опытная. Опыт особо подчеркиваю, потому что у тех у обоих никакого опыта обращения с грудными детьми нет, как я полагаю…
Дебра поморщилась. Нет ничего хуже, когда грудничка усыновляет нерожавшая девчонка с таким же молодым бестолковым мужем.
- А сами они? – решила она уточнить. – Сами-то родить не хотят или что?
- Не могут, - шериф снова как-то странно хрюкнул. – Но дело даже не в этом… понимаешь, я одному из них обязан. Очень обязан. Он мне услугу недавно оказал… профессиональную. Не добейся он того, чего добился, были бы неприятности, и полетел бы я из своего кресла только так. Но мужик бился неделю, и все-таки доказал, что приглашенный эксперт намеренно лжесвидетельствует! Поэтому, когда я увидел, как они теперь рвутся на части с этим ребенком, и учитывая то, что этот ребенок их единственный шанс… Им и так повезло, что именно они в этом бачке его нашли, а иначе бы как им…
- Погоди, Рори, - Дебра затрясла головой, – ты меня запутал. Почему единственный шанс? Если они официальные зарегистрированные супруги, они же могут из любого приюта взять ребенка? И если у них нет опыта с грудничками, зачем они брали новорожденного? Только потому, что его по телевизору показывали, что ли?
- Да не могут они, - махнул рукой шериф. - Ну ладно, я тебе все расскажу. Все равно ты увидишь. А ежели сразу скажешь «нет» – так и прекратим разговор.
- Так? – миссис Оливер еще больше напряглась.
- В общем, Деб… это два мужика, - выдохнул Рори. – Всей нашей лаборатории притча во языцех. Ты не представляешь, как они уже всех достали. Подумать только: для усыновления регистрацию задним числом себе сделали, в Калифорнии – помнишь, три недели в марте там расписывали такие пары? Бумажку, говорят, привезли и на стол положили. Кавалло чуть дара речи не лишился. А детская патронажная служба вообще на их стороне, - есть там такая Элис Хантер, темнокожая, – можешь себе представить, как она громче всех орала «дискриминация»? В общем, чуть до суда не дошло, это и решило всё: дело внутреннее, на прессу выпускать, сама понимаешь, не хочется… И вот мое мнение, - подытожил Рори, смотря на застывшее лицо собеседницы, - правильно все это. Ну… что разрешили им. Я старшего много лет знаю, может быть, и ты слышала – некий Гриссом из лаборатории, на насекомых всяких чокнутый? А парнишка его – я и не знаю, как ту т правильно сказать, не супруг же? – его же и подчиненный. Из-за чего поначалу весь сыр-бор и загорелся. Еще месяца за два до этого дела всё выплыло, когда Гриссом этот прямо на МП преступника застрелил. Без предупреждения. Только потому, что тот парня его попытался в заложники взять! Ну, тебе неинтересно, а мы с тем случаем бодались-бодались, пока личные дела не подняли и не выяснили, что они вместе живут! Ууу, Гриссом чуть в дисциплинарную тюрьму не загремел, - директор его отмазал. А потом он с парнем своим возьми да еще вон какой номер отмочи!.. Ой, Деб, ты бы их видела. Это, честное слово, паноптикум, как они друг на друга смотрят. Уж прости меня за сравнение, я сразу вас с Харви вспомнил…
- Стоп, – Дебра словно очнулась и перебила непривычно тарахтящего собеседника. – Мне надо подумать.
- Сколько?..
- Быстрый ты какой, - женщина автоматически разгладила льняную салфетку, которую все время разговора крутила в руках. – Сутки.
- Нет суток, Деб, - возразил Рори. – И я тебя прошу…
- Но согласись, я должна хотя бы на них посмотреть? Вдруг это, прости господи, два фрика со Стрип, которые за счет ребенка решают какие-то свои проблемы?
И тут Рори неожиданно расхохотался.
- Ну ты сказала! – грохотал он, нервно хлопая себя по коленям. – Фрики со Стрип! Нет, Деб, я тебе даже ничего рассказывать не буду. Вот телефон, вот адрес, позвони, сходи… ты все сама увидишь, честное слово! Или, если долго думать будешь, они сами тебе позвонят. Я ведь им дал твой телефон, просто решил на всякий случай сам зайти и дополнительно походатайствовать, так сказать…
- Хорошо, - кивнула миссис Оливер и взяла с полки телефонную трубку. – Иди. Я позвоню и договорюсь о встрече. Спасибо, что навестил.
Когда Рори ушел, она долго сидела с трубкой в руках, так и не решаясь набрать незнакомый номер. Что это за люди? Как они вообще надумали взять ребенка? Кто им разрешил, и за какую цену? Вопросов пока было больше, чем ответов.
Дебра прикрыла глаза и вспомнила самый первый репортаж из дома Блейков: репортеры с камерой метались по всему двору, взахлеб рассказывая про то, как жена убила собственного мужа, а потом застрелилась сама, предварительно выкинув новорожденного ребенка в мусорный бачок под окном: умирать. И как криминалисты, приехавшие по звонку соседей на стрельбу, этого ребенка нашли. Оператор навязчиво и бесцеремонно то и дело показывал молодого парня, судя по его растерянности – скорее всего стажера, – который и сообразил заглянуть в контейнер, обнаружив там еле живого младенца. Стажер отворачивался от камер, прижимая к себе ребенка, завернутого в собственный форменный жилет, и сердито хмурился, когда свет софитов попадал малышу в лицо. Дебра почему-то запомнила этот эпизод, и парня-криминалиста в особенности. Потом камера ухватила, как тот быстро, но осторожно нес младенца к карете Скорой помощи и торчал около, пока врачи проводили осмотр. И какое у него при этом было лицо.
« Вот тому бы парнишке отдать этого ребенка, - вздохнула Дебра. – Но увы, он еще слишком молод для такого шага, и наверняка не женат…»
Она очнулась, когда зазвонил телефон.
- Алло! Кто? - переспросила Дебра в трубку. – Мистер Гилберт Гриссом? Да, очень приятно. Хорошо, я зайду. Давайте завтра днем? Диктуйте адрес… Да, все записала. До встречи!..
«Интересно, что за парочка такая, – сказала она сама себе, положив трубку. - Ну посмотрим… Голос приятный, вежливый. Уже хорошо».
А потом подумала, что как бы так поаккуратнее сообщить дочери, что она, миссис Дебра Вирджиния Оливер, и на этот раз не сможет приехать в Иллинойс насовсем.
&
Читайте далее...