Глава. 12.
Сделка.
0000000
1.
- Как интересно, - протянул ЭйСи, изучая стеклянный саркофаг. Через матовые полупрозрачные стенки можно было разглядеть неподвижную человеческую фигуру. – Тут нет никакого медицинского оборудования, саркофаг стоит в гордом одиночестве. Получается, что Зеленый был прав, и это перевалочный пункт.
Оливер Куинн позволил себе улыбнуться. Он чувствовал себя археологом, который впустую перелопатил тонну земли, и уже собрался двинуться дальше, как вдруг его лопата наткнулась на золотой кубок или старинные доспехи.
Барт нагнулся, чтобы лучше рассмотреть табличку в основании саркофага, и прочитал вслух:
- «Дина Лорел Ланс. Пациент № 219».
Артур уперся в крышку саркофага и с силой надавил. Что-то щелкнуло, и крышка откинулась, давая Лиге возможность увидеть спящего мутанта. Точнее, мутантку. В саркофаге лежала высокая стройная блондинка, естественную красоту которой не мог испортить даже грязно-серый комбинезон на размер больше, чем нужно, и металлический ободок вокруг шеи.
Барт осклабился:
- Кто хочет попробовать разбудить Спящую Красавицу поцелуем? Есть добровольцы?
- Оливер, ты у нас Робин Гуд, Принц Воров, - подхватил ЭйСи. - Тебе и карты в руки.
Не обращая внимания на подначки друзей, Зеленая Стрела ловко выдернул иголку из руки Дины. Ее ресницы затрепетали, к щекам стал возвращаться румянец. Девушка медленно открыла глаза.
Оливер протянул руку, чтобы помочь ей подняться… и нарвался на удар локтем в челюсть. Перед глазами взорвались огромные искры; Дина без оглядки помчалась прочь.
Артур и Барт с ухмылками помогли ему подняться с пола. Машинально потрогав разбитую губу, Зеленая Стрела почувствовал себя донельзя глупо. Ему следовало предвидеть реакцию Дины. Мутанты, побывавшие в застенках, часто не были готовы принять факт, что их пытаются спасти. Привыкшие к жестокости со стороны 33.1, они видели в появлении незнакомцев лишь продолжение мучений. Оливер знал это по личному опыту. Кто-то из пленников пытался сбежать, кто-то звал на помощь, а одна девчушка даже прокусила ЭйСи руку до крови.
- Догнать ее? – спросил Барт.
- Догнать ее мы всегда успеем. Лучше пусть немного побегает, выпустит пар. А то опять драться полезет.
Остряк-самоучка, зло подумал Оливер, стараясь отключиться от боли в челюсти. «Пусть побегает», да? А если она столкнется с охраной?
0000000
- И последний вопрос. Кто пользуется этими стрелами? - Дина Ланс продемонстрировала связанному охраннику короткую стрелу с зеленым оперением. – Я жду.
Охранник сглотнул, покосившись на рукоятку ножа, торчавшего из стены. Когда он отказался отвечать, мутантка, не тратя времени на уговоры и угрозы, метнула в него нож. Перспектива лишиться уха тут же сделала охранника разговорчивым.
- Зеленая Стрела и его банда, - просипел он, твердо решив, что если выживет, обязательно потребует прибавки. - Нас предупредили, что они могут здесь появиться.
- Дальше.
Дина внимательно выслушала все, что охранник знал о Лиге Справедливости (которую он, разумеется, называл «бандой террористов»), после чего вогнала ему в руку усыпляющую стрелку.
Кажется, я погорячилась, когда врезала красавчику с луком, подумала Дина, вертя в руках карту завода, реквизированную у охранника. Можно было и по костюмам догадаться, что эти парни не работают на Лекса Лутора.
Дине удалось выбраться из бывшего сборочного цеха через дверь, выбитую Бартом. Но путь к свободе оказался отрезан - здание оказалось со всех сторон окружено солдатами ЛексКорп. Дина бросилась на землю; длинная очередь прошила воздух у нее над головой.
Зеленая Стрела и Аквамен выглянули из импровизированного окопа, в котором прятались, и увидели, что бывшая пленница попала под обстрел.
Артур свистом привлек ее внимание.
- Ползи сюда! – и повторил приглашение взмахом руки.
Спрыгнув на дно окопчика, Дина оказалась лицом к лицу с лучником в зеленом капюшоне. Он бинтовал ногу невысокому пареньку в треснувших темных очках и красно-желтой куртке с капюшоном. Дина вспомнила, что видела его на складе, когда проснулась, но толком рассмотреть не успела.
Кто-то тут хотел извиниться…
- Простите. Вы хотели меня выручить, а теперь сами…
- Забудь, - коротко ответил лучник. - Они это оцепление не за пять минут выстроили. С тобой или без тебя, мы бы все равно попали в засаду.
- И все равно, глупо получилось.
Блондин в оранжевой куртке выглянул из окопа и обратился к раненому пареньку:
- Импульс, ты точно не сможешь добраться до «Стрелы»? - новый залп заставил всех вжаться в землю.
- Не, я отбегался.
- Зеленая Стрела, как у тебя с боеприпасами?
- Стрел хватит на всех. Если ты сначала убедишь их высунуться из-за машин.
- Я мог бы поднять подземные воды на поверхность, но они за это время успеют забросать нас гранатами, - с сожалением сказал блондин.
- Тогда сделаем так. Я использую все взрывные и дымовые стрелы, чтобы устроить вам завесу. Попытайтесь улизнуть, а я прикрою. Позаботьтесь о ней, если я не выберусь.
«Если»? Он хотел сказать «когда», подумала Дина. Этот так называемый план – чистое самоубийство.
- Снимите с меня ошейник, и у вас появится шанс.
- Что? – у лучника отвисла челюсть.
- Да сними ты с нее чертов ошейник! - подал голос паренек в красном. – Убьют нас – убьют и ее.
- Импульс прав, - блондин извлек из нагрудного кармана электронный ключ и провел им по ошейнику.
Освободившись от сомнительного украшения и помассировав шею, Дина осторожно выглянула из окопа. Набрав полную грудь воздуха, она закричала.
Сила вопля была такова, что асфальт покрылся трещинами. Зеленая Стрела бросился на землю и зажал уши; Аквамену с его обостренным слухом пришлось еще тяжелее. Солдаты ЛексКорп лихорадочно опустошали магазины автоматов, но звуковой удар сбил им прицелы.
Переведя дух, Дина снова закричала. В ее крике слилось все – и боль, и гнев, и страх, и разочарование, что обещание свободы оказалось обманом. Солдат сметало, как ураганом; бронированные автомобили стали один за другим переворачиваться и взрываться изнутри. Еще один сверхзвуковой вопль, самый мощный из трех – и оцепление вокруг завода прекратило свое существование. Солдаты ударились в беспорядочное бегство.
Оливер выпрыгнул из окопа, чтобы оценить обстановку. Перевернутые автомобили горели, выбрасывая языки чадящего пламени и густой дым. Дина тяжело дышала. Барт очумело хлопал глазами.
- Импульс, дружище! - громко и с чувством сказал Оливер, не заботясь больше о конспирации. – Напомни мне – НИКОГДА не приглашать мисс Ланс в караоке-бары.
0000000
2.
Высокие каблуки рассыпали дробь по больничному кафелю. Сегодня Лане сообщили, что ее мужа перевели из отделения интенсивной терапии в обычную палату. Она тут же ринулась в больницу, чтобы поговорить с Лексом. К счастью, на этот раз обошлось без пробок.
Миновав полицейских, дежуривших у входа в связи с покушением, и телохранителей, замерших возле палаты, Лана оказалась с Лексом наедине. Он сидел в постели, обложенный подушками, и читал «Дэйли Плэнет». Услышав шорох у входа и звук шагов, Лекс отложил газету в сторону. Лана, мгновенно преодолев расстояние между ними, бросилась мужу на шею.
- Я так боялась, что ты не проснешься! - горячо шепнула она.
- Настолько, что прибегла к непроверенным методам лечения? - колко спросил Лекс.
Лана отпрянула.
- Ты не представляешь, какими разговорчивыми бывают врачи, когда думают, что ты валяешься без сознания.
- Лекс, я…
- Мы можем говорить в открытую? – перебил он ее.
Лана извлекла из сумочки прибор, похожий на электронный планшет, раскрыла его и обошла палату, внимательно глядя на экран.
- Все чисто. Никаких жучков и скрытых камер.
- Тогда я жду объяснений.
- Ты не представляешь, как мне было тяжело. Тебе становилось то хуже, то лучше. И даже когда тебя стабилизировали, врачи не гарантировали, что ты выйдешь из комы, - Лана подавила всхлип. - Только у Лайонела были технологии, способные спасти твою жизнь.
- Что он потребовал взамен? – она отвела глаза. – Лана, я все равно узнаю.
- Документацию на «Прометей». Все, что у нас осталось, - Лекс со стоном откинулся на подушки. Его мозг лихорадочно работал. – Я сделала правильный выбор, Лекс, даже если ты этого сейчас не видишь. Бесполезная информация взамен та твою жизнь...
- А если отец знал о краже? Если он уже заполучил у мутантов все недостающие элементы головоломки? Ты об этом подумала?
- Но зачем им отдавать твоему отцу что-то настолько важное?
- Ты прекрасно знаешь, что «Прометей» для мутантов бесполезен. Если они это поняли, а Лайонел предложит хорошую цену...
Лицо Лекса сморщилось от боли при мысли о Лайонеле, которому хватит храбрости – или глупости – испытать «Прометей» на себе.
Или он станет покойником, что меня вполне устраивает, или превратится в сверхчеловека, могущественнее, чем любой мутант. Он будет богом среди людей, а богам не нужны наследники.
- Если подтвердится, что отец хочет использовать «Прометей», его придется убрать. – Увидев, как вспыхнули глаза Ланы, он добавил: - Ничего не предпринимай, пока не узнаешь больше. Запомни, Лана, никакой самодеятельности!
- Даже если за покушением стоял он?
Лекс пренебрежительно отмахнулся:
- Отец не станет посылать за мной киборга-убийцу. Это грубо, непрофессионально, и слишком многое может пойти не так. - Но спасать меня от покушения он бы тоже не стал. - Лайонел ведет Большую Игру. Против меня, против Зеленой Стрелы и его банды, и против мутантов. Порой мне кажется, что процесс интересует его больше, чем результат.
«Ты слишком все упрощаешь, Лекс», он помнил слова отца отчетливо, как будто слышал их вчера. «Знаешь, почему я уважаю графа Монте-Кристо? Потому что Эдмон Дантес не стал посылать к Вильфору с Дангларом наемных убийц. Он избрал окольный путь, который в конечном итоге приносит куда больше удовлетворения. Враг видит, как его маленький мирок рушится на глазах, как у него отнимают все, чем он дорожил, и ничего не может поделать. Вот что такое настоящее убийство, Лекс. А не снайперская пуля в голову, которой он даже не почувствует».
Лекс не разделял любви Лайонела к многоходовкам и сложным планам. Он верил, что чаще всего самое простое решение бывает самым лучшим.
- Что-нибудь еще произошло, пока я «отсутствовал»? – резко сменил тему Лекс.
Лане, которой все еще было не по себе из-за реакции мужа на передачу «Прометея» Лайонелу, не хотелось рассказывать о побеге пятерых заключенных из Блэк-Крик.
- Накамура был «кротом», - пришел Лекс к тому же выводу, что и она. – Если мутанты настолько хорошо осведомлены о моих делах, что смогли заслать своего человека в Блэк-Крик, мне придется подумать о том, чтобы увеличить бюджет Крысоловов.
Лана не удержалась от улыбки. Она очень долго добивалась того, чтобы «Фафниру» присвоили первоочередной приоритет, и только теперь муж с ней согласился.
Но куда больше, чем исчезновение мутантов, Лекса встревожила новость, что Джейсон Тиг и его мать появились в Метрополисе, как и встреча Оливера Куинна с Патрицией Свонн.
- Что-то связывало наши семьи в прошлом, о чем отец забыл меня уведомить, - объяснил он. – Это стоило жизни как минимум Эдварду Тигу. У меня до сих пор нет уверенности насчет Куиннов – это мог быть несчастный случай.
Теперь Лана могла уже самостоятельно проследить за ходом мыслей мужа:
- Все уцелевшие представители четырех династий сейчас в Метрополисе. И если кто-то из них верит, что Лайонел убил Тига-старшего и Куиннов, тебя могли попытаться убить в отместку.
- И снова я прошу тебя ничего не предпринимать, пока нам не станет известно больше. Займись лучше «Фафниром», - попросил Лекс.
- Обещаю, - Лана снова пылко обняла мужа. – Пожалуйста, выздоравливай поскорее. Мне так тебя не хватало!
Ей почудилось, что ее щеки коснулся холодок сквозняка, словно кто-то бесшумно приоткрыл входную дверь. Но, подняв голову, Лана ничего не увидела.
- Что такое? – спросил Лекс, почувствовавший, как она вздрогнула.
- Ничего. Просто после покушения мне еще долго будет мерещиться всякая чушь, - Лана болезненно улыбнулась. – Лекс, давай уедем куда-нибудь, когда тебя выпустят из больницы! Я устала от Метрополиса. Все, чего я хочу, это пляж, тропическое солнце, коктейли – и никаких секретных проектов!
Лекс улыбнулся ей в ответ.
Они не видели, да и не могли видеть, человека, стоявшего в углу, с ухмылкой Чеширского кота на лице.
Став невидимкой, чтобы проскользнув в палату следом за миссис Лутор и выяснить, насколько хорошо охраняют VIP-пациента, Грэхем получил гораздо больше, чем рассчитывал.
Мой наниматель будет доволен.
Выскользнув за дверь, ступая бесшумно, чтобы не потревожив охрану, Грэхем спустился в фойе, вышел через служебный вход, и только скользнув в боковой переулок, снова стал видимым.
А если за отдельную плату предложить ему возможность и дальше шпионить за сладкой парочкой? Не так опасно, как «зачистка», и можно не бояться, что меня засекут. Лана Лутор — умная девочка, но слишком надеется на электронику.
0000000
3.
Карьере генерала Сэмюэля Лэйна позавидовали бы многие. Но сам Лэйн куда большим достижением, чем погоны и ордена, считал способность, дожив до пятидесяти, по-прежнему смотреть на свое отражение в зеркале с гордостью. Генерал никогда не шел на сделки с совестью ради продвижения по службе. В его биографии не было темных пятен - ни расстрелов военнопленных, ни спекуляции оружием, ни секс-скандалов.
Начальство охотно пользовалось репутацией решительного и неподкупного офицера, отправляя его ликвидировать один кризис за другим. Сэм охотно собирался в дорогу, сожалея лишь об одном – из-за вечных разъездов у него совсем не оставалось времени для семьи.
Но пришло время, когда даже безотказному ему пришлось сказать начальству «нет» и остаться дома. Причиной стал рак легких, обнаруженный у Эллен при рутинном обследовании. Сэму было страшно больно смотреть на то, как врачи ведут безнадежную войну с болезнью жены. Химиотерапия не помогла; Эллен страшно исхудала и лишилась волос, ее лицо стало пепельно-серым, под глазами легли темные круги.
Когда она умерла, изъеденная болезнью, Сэмюэл предоставил другим заниматься похоронами, а сам заперся в рабочем кабинете, с бутылкой коньяка и пачкой старых фотографий, на которых Эллен была еще молода, и на ее лице не было печати смерти. Поглощенный собственной болью, он не замечал ни залитого слезами лица Люси, ни потаенного гнева, горевшего в глазах малышки Ло.
Справившись с собой, генерал был готов взяться за любое поручение, лишь бы оказаться подальше от места, где умерла Эллен. К сожалению, армейский опыт совершенно не подготовил его к тому, чтобы в одиночку растить двух дочерей. Сэмюэл начисто проморгал момент, когда любознательная малышка Ло выросла и превратилась в нахальную девицу, которая считала своим святым долгом совать в нос в чужие дела, ругалась как сапожник и верила, что все проблемы может решить удар ногой с разворота.
После очередной выходки Лоис, когда ему пришлось отложить запланированную на утро встречу с сенатором, чтобы внести за нее залог, генерал сердито сказал ей:
- Я умываю руки! Если ты считаешь себя взрослой, то изволь и вести себя соответственно! А если тебе это не под силу – уходи! Посмотрим, протянешь ли ты хоть месяц без моей помощи.
Лоис собрала вещи и ушла, громко хлопнув дверью. Она не позвонила и не извинилась. Ни через месяц, ни через два.
Вот упрямая ослица! думал генерал, ничуть не обеспокоенный ее долгим молчанием. Нужно было отправить ее в частную школу, как Люси.
Когда однажды в девять утра Сэмюэл разбирал свежую корреспонденцию и наткнулся на письмо без обратного адреса, он решил, что Лоис наконец-то взялась за ум, проглотила ложную гордость и решила извиниться. Но из вскрытого конверта выпали три фотографии, из-за которых у генерала, никогда не жаловавшегося на сердце, чуть не случился приступ. Люси, его принцесса Люси, которую он навещал в Швейцарии всего четыре месяца назад, была прикована наручниками к батарее в каком-то грязном подвале. Ее волосы были в беспорядке, на зеленом платье – подозрительные бурые пятна.
К снимкам было приложено лаконичное письмо.
«Ваша дочь Люси Лэйн находится в нашей власти. Вы сможете получить ее обратно только в том случае, если в точности выполните наши условия».
Анонимному автору письма не были нужны деньги – он требовал предоставить ему все данные о проекте «Арес». А в постскриптуме предупреждал: «Если вы хотите снова увидеть вашу дочь в добром здравии, забудьте о полиции и ФБР. Проявите благоразумие, или ваша дочь вернется домой по частям».
Содержимым письма генерал не поделился даже с Мартином, своим начальником охраны. Мартин спас его во Вьетнаме, и Лэйн доверял ему, как самому себе. Но то, что похитителям стали известны подробности о проекте «Арес», означало утечку информации такого уровня, что любая попытка служебного расследования встретилась бы с жесточайшим сопротивлением, идущим с самого верха. Хуже того, утечка означала, что у него связаны руки. Начни Лэйн действовать по обычным каналам, об этом мог узнать «крот» и уведомить похитителей.
«Если вы хотите снова увидеть свою дочь в добром здравии…»
О том, чтобы отдать документацию по «Аресу», не могло быть и речи; против этого восставала сама сущность старого солдата. Но такой же неприемлемой была мысль о Люси, обезображенной, убитой и выброшенной в канализационный люк.
Люси, девочка моя…!
Распотрошив дрожащими руками «последнюю» гаванскую сигару, которую он держал в коробке на письменном столе, генерал извлек листочек бумаги, на котором бисерным почерком был написан номер телефона.
Он глубоко презирал человека, которому собирался позвонить, как воплощением худших черт, что Лэйн презирал в других. Он чувствовал себя запачканным уже потому, что готов был воспользоваться услугами этого человека. Жаль, что похититель не оставил ему иного выбора.
Впервые за свою долгую жизнь генерал Сэмюэл Лэйн был готов пойти на сделку с совестью. Но если это вернет Люси, такую цену он был готов заплатить.
0000000
4.
Лампочка под потолком моргнула и с треском лопнула. Комната погрузилась в полумрак.
Бобби не без труда отыскал в столе аккумуляторный фонарик, а Дункан полез на табуретку, чтобы вкрутить новую лампочку. За всеми этими манипуляциями они не заметили, как у Кары на шее с сухим лязгом защелкнулся металлический ободок.
Кара схватилась за ошейник, ее мускулы напряглись, но ошейник остался на месте.
- Не думал, что знаменитое «Красно-Синее Пятно» окажется настолько просто захомутать. Мне даже с лампочкой не пришлось химичить. Она перегорела сама; я просто воспользовался случаем, - Хосато был очень доволен собой. – Ну разве не верх предусмотрительности, что я прихватил из Блэк-Крик один из этих ошейников?
Дункан бросился на него с кулаками. Азиат лениво повел ладонью. Дункан врезался спиной в сервант и сполз на пол, потеряв сознание.
- Ты выбрал неподходящее время, чтобы корчить из себя героя, здоровяк.
Бобби метнул ему в голову пустую бутылку. Она остановилась в воздухе, не долетев до Хосато.
- А ты — просто дурак, - прокомментировал телекинетик. Бобби схватился за горло; ему вдруг стало не хватать воздуха. - Я хотел проделать этот трюк с тех пор, как впервые посмотрел «Звездные Войны», - самодовольно сообщил Накамура. Бобби захрипел, его глаза закатились под лоб, лицо перекосилось. – Ладно, поиграли и хватит, - пустая бутылка, все еще висевшая в воздухе, описала дугу и ударила гитариста по голове.
Рука Хлои медленно поползла к подносу с пустыми тарелками.
- Хлоя, оставь в покое поднос. Ты мне нравишься, и мне не хотелось бы тебя калечить.
Видя, что застать телекинетика врасплох ей не удастся, Хлоя спросила с горечью в голосе:
- Все это время ты работал на Лутора? Побег был подстроен?
Он засмеялся неприятным смехом:
- А ты умничка, Хлоя. Да, я работал на Лутора. Только не на младшего, как ты подумала, а на старшего, - Накамура повернулся к Каре: - Подъем, Супердевочка, босс хочет потолковать с тобой.
Сапфировые глаза непокорно сверкнули, на щеках заиграл гневный румянец:
- Никуда я с тобой не пойду!
- Думаешь, у тебя есть выбор?
- Выбор есть всегда!
Пальцы Кары снова сжались на металлическом ободке... и сорвали его с шеи. Блондинка смяла ошейник, изуродовав его до неузнаваемости, и швырнула бесформенный комок под ноги Хосато.
- Не может быть! – Хосато попятился назад; на его лбу выступила испарина. - Как тебе удалось блокировать действие ошейника?
- Кто сказал, что он на меня подействовал? Я просто притворилась беспомощной, надеясь, что ты назовешь имя своего хозяина.
Стекла в окнах мелко задребезжали; Накамура собирался с силами для удара.
- Не подходи! – выкрикнул он.
- Или что? – Кара сделала шаг вперед, ее зрачки на мгновение приобрели цвет раскаленного железа. Мини-землетрясение тут же прекратилось.
- Попробуй еще раз, - мило предложила она.
Хосато нахмурился, выбросил вперед сжатый кулак… и ничего.
- ЧТО ТЫ СДЕЛАЛА?
- Всего-навсего небольшую хирургическую операцию, - она стала загибать пальцы: – Шаг первый - просканировать твой мозг. Шаг второй - найти крошечный участок, который был изменен осколком метеорита. Шаг третий - прижечь его тепловым зрением. Мгновенно и безболезненно, но теперь можешь на всю оставшуюся жизнь забыть о телекинезе.
Накамура смотрел на нее, раздавленный случившимся, и не в силах принять, что дар навсегда его оставил.
- Хлоя, разбуди своих друзей, и посмотри, не нужна ли им аптечка, - велела Кара.
- А ты?
- А я задам мистеру Накамуре парочку вопросов о Лайонеле Луторе, - тонкие изящные пальцы сомкнулись на шее Хосато, как стальной капкан, и она потащила экс-телекинетика за собой в соседнюю комнату.
- Мне никогда не нравился этот надутый индюк, - высказался Дункан, когда Хлоя привела его в чувство.
- Крыса он, а не индюк, - поддакнул Бобби, прижимая к глазу примочку со льдом.
- Пойдем посмотрим, что Кара успела из него вытащить? – предложила Хлоя.
Разговорить Накамуру оказалось несложно. Запаха паленых волос и вида красных зрачков, готовых в любую секунду извергнуть испепеляющие лучи, было достаточно, чтобы он выложил все, что знал.
Японец-телекинетик работал на Лайонела уже три года; завербовали его после чересчур удачного похода в казино. Он выполнял приказы, не задавая вопросов и не задумываясь, зачем это нужно Лайонелу.
Большая часть того, что Хосато успел рассказать о себе, оказалось частью легенды прикрытия. Даже его любовь к древней истории оказалась прикрытием. Все, что «Принц Гэндзи» писал на соответствующих форумах, было снабжено скрытым кодом, понятным только для его связного, «Филиппа Македонского». Настоящего имени «Филиппа» японец не знал, и вообще свято верил в принцип «меньше знаешь — крепче спишь».
Последним заданием Хосато было внедриться в Блэк-Крик, потом сбежать оттуда и прихватить с собой информацию, или хотя бы кого-то из перспективных подопытных. Побег почти сорвался; телекинетик недооценил системы охраны Блэк-Крик. Но тут же увидел шанс оправдаться за свою оплошность, проявив инициативу и притащив боссу Кару.
- Это все?
- ВСЕ! Клянусь, я больше ничего не знаю!
- Значит, ты мне больше не нужен, - заявила Кара и одним движением сломала Хосато шею.