Все права на персонажей принадлежат BBC, м-ру Моффату, м-ру Гэттису и А.Конан-Дойлу. Автор пишет - а переводчик переводит - ради собственного удовольствия и не извлекает никакой прибыли.

Глава 20

Четверг. Вечер

Не обнаружив в итоге абсолютно ничего нового, Джон и Шерлок вернулись домой. Детектива все больше расстраивало, что ничего не выходит и не находится никаких подсказок.

— Ну и чего ему теперь надо? — пробормотал Шерлок, отпирая ключом дверь.

— Прошу прощения? Кому надо?

Шерлок не удостоил Джона ответом и стал подниматься в квартиру. В его движениях сквозило еще меньше энтузиазма, чем раньше.

Джон вошел за другом в гостиную, раздумывая, что бы приготовить на ужин.

— Я слишком устал для этого. Доброго вечера, Майкрофт.

И не успел Джон понять, что вообще происходит, как Шерлок уже ушел к себе в комнату и закрыл дверь.

Отлично. То есть теперь ему разбираться с Майкрофтом?

— Не думал, что у вас хватит наглости здесь показаться. Чего вы хотите?

— Узнать, как поживает мой брат. Я за него волнуюсь.

— Что-что? — вскипел Джон.

Этот гнев бурлил в нем больше двух лет. В последний раз они виделись спустя месяц после похорон Шерлока: Майкрофт пришел на Бейкер-стрит и объяснил Джону, что за квартиру заплачено на год вперед и он может об этом не волноваться. Майкрофт наверняка понимал, что доктор готов взорваться от ярости, но Джон не удостоил его ни единым словом. Только развернулся и ушел в свою комнату. Его тогда раздирало от гнева, боли и чувства потери, и он понимал, что в любой момент может сорваться: ударить или даже придушить старшего Холмса. Или, что еще хуже, он мог расклеиться. И поскольку ни один из вариантов ему не нравился, он предпочел уйти, но так, чтобы выразить Майкрофту свое отвращение и нежелание его видеть. И Майкрофт понял намек.

— Наглости вам не занимать! Ведь во всем виноват этот ваш идиотский перфоманс с Мориарти! — заорал Джон и в ярости зашагал взад-вперед по гостиной. — Шерлоку бы вообще не пришлось инсценировать самоубийство, если бы вы не... использовали его в своих интригах! Вы сделали его какой-то пешкой! — не унимался он. — И я уже больше не знаю, действительно ли вы за него беспокоитесь и волнует ли вас вообще его судьба! — снова закричал он. — Он в кошмарах видит, как вы смотрите на его избиение и ничем не хотите помочь, когда его пытают. Как вы могли... — у Джона от гнева сорвался голос. Он стиснул губы и покачал головой.

Потом, сражаясь с собой, попятился и тяжело опустился в свое кресло.

Майкрофт, не шевелясь, стоял у журнального столика и опирался на зонтик. Он смотрел в пол с точно таким же выражением, как тогда в своем кабинете, когда Джон разоблачал его промах со сведениями о Шерлоке перед самым прыжком с крыши. Когда понял, что именно Майкрофт делился с Мориарти личной информацией о своем брате. И старший Холмс определенно был расстроен его нападками: недоговаривал предложения и до скрежета стискивал зубы.

И вот сейчас, когда Майкрофт, наконец овладев собой, после долгого молчания поднял глаза, доктор осознал, что происходит что-то подобное. Холмс чувствовал себя виноватым и определенно этого заслуживал! И еще он заслуживал получить по зубам за то, что не рассказал Джону, что Шерлок жив!

Джон с силой выдохнул и закрыл глаза, пытаясь собраться и не высказать последнюю мысль вслух. И не претворить ее в действие.

Несколько секунд спустя он раскрыл веки и краем глаза заметил Шерлока — тот стоял между гостиной и кухней. Джон перевел на друга взгляд и обнаружил, что тот тоже смотрит в пол.

— Мне жаль, Джон, — негромко и с расстановкой произнес Майкрофт.

Джон лишился дара речи. Он ожидал услышать в ответ язвительные слова, угрозы или просто подробное объяснение, что Джон унижает себя такой вспышкой.

— Что? — хриплым шепотом переспросил он.

— Я уверен, вы меня поняли, но если вам нужно услышать это еще раз, я могу повторить. Мне очень жаль.

Джон отвернулся к окну и снова прикрыл глаза, стараясь сосредоточиться на дыхании и унять гнев.

Слова Майкрофта звучали искренне, и язык тела говорил о том же. Он действительно сожалел. Джон никогда не видел подобного. Черт подери! Ему даже не верилось, что это на самом деле происходит. Почти пугающее зрелище — оба брата Холмс не смеют поднять взгляд. Стыд Майкрофта понятен, но из-за чего Шерлок?..

— Мне нужно на воздух! — произнес Джон и встал. Он схватил куртку и через пятнадцать секунд уже был на улице.

Час спустя он вернулся, надеясь, что выделенное на визит драгоценное время Майкрофта уже истекло, но к его разочарованию, старший Холмс по-прежнему был здесь. Он сидел в кресле Шерлока и потягивал чай. А младший брат, похоже, отсутствовал.

— Где Шерлок? — вместо приветствия поинтересовался Джон у "британского правительства".

— Ушел и местом назначения не поделился.

Джон нахмурился.

— Почему вы еще здесь?

— Я переживаю...

— Уж конечно!

— ... за Шерлока. Он не похож на себя обычного. Как будто сам не свой.

— Ну да. И кто в этом виноват?

— Я хорошо осознаю сделанные мной ошибки, но никакие сожаления не изменят того, что Шерлок сейчас страдает. И я предлагаю вам свою помощь на случай, если вы знаете какой-нибудь способ ему помочь.

— Вы серьезно? — Джон склонил голову к плечу.

— Я не знаю, что брат сказал вам, но не моя вина, что он подвергался пыткам. Если бы я его оттуда не вытащил, он, вероятно, до сих пор был бы в плену.

— Что?

— О, я вижу, что эту часть он опустил. Забыл сообщить, что его поймали на обратном пути... Ну, возможно, у него были свои причины. Он проделал большую работу: проник в некую организацию, чтобы ее разоблачить.

— Эхм... не могли бы вы вернуться к началу? Чем он там вообще занимался?

— Простите, Джон, но это заняло бы часов шесть с лишним, и к тому же, держу пари, что он сам с удовольствием перескажет вам свою героическую деятельность во всех деталях. Кроме того, мне известна едва ли половина всего. Вы же знаете, как мой брат не любит делиться со мной информацией. А особенно тем, что произошло за эти два года. С ним не просто... сложно общаться после возвращения, он стал за эти два года очень утомительным! Мы с ним уже несколько раз спорили, и он снова стал вести себя, как до вашего с ним знакомства. Демонстрировал очень неприятные черты поведения. И еще я должен сказать... то, что с ним в последние недели происходит, совершенно не похоже на депрессию в исполнении Шерлока.

— Ну... — Джон счел последнее утверждение сомнительным.

— Я никогда не видел его в таком... плохом состоянии... никогда за всю его жизнь. Думаю, это можно даже назвать стрессовой... болезнью. Он сильно потерял в весе — и не только потому, что почти ничего не ест, но еще и потому, что его тело просто не удерживает в себе пищу. Я не смог убедить его обратиться к врачу. После побега из Сербии он сразу же потерял сознание от боли и истощения (как нервного, так и физического). Я даже не успел его ни о чем расспросить. Мой личный врач сразу же перевел его на внутривенное питание и продержал несколько дней в медикаментозном сне, иначе он бы, наверное... впрочем, сейчас ему все-таки лучше. Однако все случившееся до основания его потрясло. Я ежеминутно боялся, что он снова подсядет на наркотики, но, к счастью, это не оправдалось. Правда, он вернулся к сигаретам... Когда он снова стал жить здесь, на Бейкер-стрит, я понадеялся, что опасность миновала. Мне кажется, единственное, что удерживало его на плаву эти два года — это осознание, что он смог спасти вас троих и позже сможет вернуться домой, — сообщил Майкрофт, возвращаясь к себе привычному.

— Простите, но мне нужно больше информации. Вы отправились в Сербию, чтобы вытащить его оттуда?

— Именно так. Он был нужен мне в Англии. Я не мог допустить, чтобы он продолжал там прохлаждаться, когда Лондону грозит теракт.

— Прохлаждаться? Бога ради, он терпел пытки!

— Из-за собственной небрежности. Он отправился в львиное логово и сумел выполнить свою задачу, но попался на выходе.

— В каком смысле?

— Его поймали с поличным на взломе и проникновении.

— И вы получили сообщение, что его схватили.

— Примерно так.

— Почему же вы немедленно его не вытащили?

— Я сделал это настолько быстро, насколько это было возможно, не причиняя международной напряженности и в перспективе войны.

— Что?

— Я старался сделать это как можно быстрее, но завоевать доверие тех людей было очень непросто. Можно даже сказать, что ничего сложнее я в своей жизни еще не делал.

— Вы смотрели, как его пытают! — вдруг опять сорвался на крик Джон, но на этот раз Майкрофт сдержал порыв отшатнуться. Все же он профессиональный политик.

— Мне пришлось — к моему огромному сожалению. Я должен был вытащить его оттуда безопасным путем и выбраться сам. Не надо бить меня по лицу, Джон. Я делал все возможное, чтобы присматривать за своим младшим братом, но он слишком часто держал меня в неведении. И как я думаю, вам известно, его бывает очень нелегко отыскать, если он не хочет, чтобы ему мешали, — Майкрофт замолчал.

— Продолжайте.

— Я знаю, я не должен был допускать, чтобы он оказался в такой ситуации, но он игнорировал все мои возражения. Честно говоря, смотреть, как его мучают, было для меня... сильным стрессом и даже, в некотором смысле... страданием, но если бы они разоблачили меня, то к настоящему времени мы бы оба были уже мертвы. Полагаю, никому из нас троих это ничего хорошего бы не принесло.

— Троих?

— Вам, мне и Шерлоку. Мне очень жаль, что я не смог позаботиться о нем лучше. Я старался вытащить его, как можно скорее, но сделать это раньше не представлялось никакой возможности.

Джон сжал переносицу, не представляя, что на это ответить. В этот момент запиликал телефон Майкрофта, и тот немедленно открыл новое сообщение.

— Мне нужно идти. Джон, если вам или Шерлоку что-то понадобится, без промедления обращайтесь ко мне, — сказал тот на прощание и ушел.

Джон стоял посреди гостиной, не зная, что и думать. Майкрофт действительно только что излил перед ним душу? Но тогда через какой же ад прошел Шерлок?

Ровно через пять минут после ухода старшего Холмса Джон услышал, как повернулся в замке ключ. Он как раз наливал себе чай. Готовить ему не хотелось, и он решил обойтись сэндвичами.

Шерлок молча вошел на кухню и, сбросив пальто, отправился к себе в комнату.

— Где ты был? — осторожно поинтересовался Джон.

— Шел за тобой, пока ты гулял, — ответил тот, явно считая, что это очевидный и логически единственно возможный поступок.

Джон закатил глаза. Ну разумеется, куда он еще мог пойти.

Шерлок закрыл за собой дверь, но Джон не двинулся с места, только задумчиво сощурил глаза. Он и раньше замечал, что всю прошлую неделю Шерлок почти не упускает его из виду, но в последние дни это... то ли стало более очевидно, то ли усилилось. Сегодня же это словно предвещало беду.

— Я собираюсь делать сэндвичи. Хочешь посмотреть телек?

Его полностью проигнорировали.

За весь оставшийся вечер Шерлок больше ни разу не выходил в гостиную, но когда, досмотрев по телевизору документальный фильм и переговорив с Мэри, Джон снова зашел на кухню, то заметил, что дверь в комнату детектива чуть-чуть приоткрыта. Внутри было темно, и Джон понадеялся, что Шерлок все же заснул. Другу был жизненно необходим сон и отдых.